Лео Пард.
В то время, пока Джон боролся за свою жизнь, четверо временно оказались вне опасности. Они двигались вверх по лестнице с разной скоростью. Охотник знал, что его рана не смертельна. Учитывая его уникальные способности в земном мире (которые успели проявиться здесь), кровотечение уже должно остановиться, плоть быстро заживёт, а через несколько дней и от шрамов не останется следа. Но надо было двигаться сейчас. Стараясь на левую почти не опираться, он подтягивался на очередную ступеньку правой ногой и обеими руками - за перила. На четвереньках вышло бы быстрее. Но сама мысль о том, как это будет выглядеть со стороны, смущала молодца, привыкшего всегда выглядеть хорошо.
Промучившись три этажа, он сел на край площадки, снял жгут, который причинял боль сильнее, чем сама рана. Передохнул. Снова попробовал идти. Побоялся, что рана опять откроется. Надо усилить действие регенерации. Хороший способ - выспаться, но это делать некогда. Что ж, впасть в экстаз, задействуя резервы организма, можно вполне традиционным способом.
Лео Пард встал к стене, опираясь на неё лбом и ладонями.
Представил флорентийский храм Санта Мария дель-Фьоре. Статую Богородицы и красные цветы у её ног... Молитва потекла из памяти, как песня. Шаги товарищей стихали наверху. Время не ждало.
Он почувствовал, как место раны холодеет и немеет, как будто его мажут клеем. Этого должно хватить на первое время.
Расплачиваясь за регенерацию одышкой и сердцебиением, охотник через силу двинулся наверх. Бонуса на отдых не было.