Leo-ranger

Господа и дамы, не голосуйте если не думается всерьез/не уверены в том что собираетесь играть. Спасибо. Упд. Добавил возможность выбора нескольких вариантов, прошу прощения, что не сделал этого сразу.

Там был вариант и для этого. Может стоило выбрать его?)

http://tesall.ru/topic/20530-leroy-i-ego-novaya-vesenne-letnyaya-frpg/?view=getnewpost

CYBERPUNK 2020: Neural Shock Рокербои. Дети свободы. Голос революции. Чертовы мошенники. Выпендрежники и торчки. Люди называют их по-разному, но все имена не более чем пшик, потому что когда кто-то, способный выдавить из себя две рифмы, берется за гитару - люди слетаются на стихийно начинающиеся концерты, словно мотыльки на свет. Рокербои - один из главных источников прибыли карманников и дилеров. Джеки не мог удержаться от усмешки, хотя сам не понимал почему. Быть может потому что он уже успел закинуться Absolution'ом и ещё не начался отходняк. Через пару часов голова будет раскалываться, а содержимое желудка стремиться наружу быстрее, чем перестрелка между парой бустеров и соло. Но сейчас Джеки было хорошо - и скоро должно было стать ещё лучше. Парень на сцене продолжал кривляться и исторгать из своей гитары звуки, которые сложно было назвать музыкой. В обычный день он бы ни за что не позволил бы себе слушать нечто подобное. В обычный день он был офисным клерком, на которого всем было насрать, у которого не было ни мечтаний, ни надежд, ни перспектив. Но выходя на улицы и закидываясь дешевой наркотой, купленной у первого попавшегося дилера, Джеки переставал быть собой и становился одним из жителей трущоб Ночного Города, опасного и потому прекрасного места. Сегодня ему предложили установить имплант, который заставил бы хер стоять часами, за всего три евробакса пихнули в руки косяк шняги, которую назвали "марихуаной", за тридцать баксов он достал себе пушку на тот случай, если ублюдки-бустеры застанут его блюющим в переулке как в прошлый раз. Каждый раз выходя из офиса и направляясь на эти улицы вместо того, чтобы запираться в своей приличной квартире с системой защиты, Джеки чувствовал себя более живым. В следующий раз, пообещал он себе, спустит всю свою премию на хром, иначе никто не будет смотреть на тебя как на большее чем грязь. Сегодня у него были другие планы, впрочем. Сегодня Джеки собирался опробовать новую штуку, о которой он услышал от пары человек - она называлась Освобождением. Пришлось спустить немалые бабки на то чтобы достать маленькую таблеточку, которую он сжимал в кулаке, но если эффекты правда такие, какими их описывают... Сначала все стало очень-очень быстрым, потом бьющая по ушам музыка рокер-боя замедлилась раз в сто, а потом... Hunter: The Vigil "Поздравляю, ты нашел мой дневник. Давай по порядку: во-первых я, вероятнее всего, мертв. . Во-вторых: мир далеко не так прост, как мы привыкли думать. В этом дневник ты найдешь вещи, в которые твой разум откажется верить. Вампиры. Оборотни. Маги. Демоны и прочие твари, более отвратительные чем способен представить себе человек. Ты подумаешь что это бред сумасшедшего человека или куча сказок. Но однажды оно настигнет нас всех. Однажды ты увидишь кровососа, впившегося в шею твоей жены. И тогда ты вспомнишь увиденное в этом дневнике. В тот миг ты возьмешь на себя бремя Бдения, как и десятки других. Да, я не один такой. Охотников на нечисть множество, они объединены в команды и организации, целые сети, которые покрывают всю Америку и даже весь мир. Если ты столкнулся с тварями, что прячутся в ночи и пережил эту встречу - мы найдем тебя и предложим вступить в свои ряды. Ряды людей, которые защищают наш мир от наступающей тьмы. Ряды тех, кто несет факел сквозь ночь, поднимая его с тела падших братьев и сестер. Если ты готов поверить мне, если ты готов стать частью бесконечного Бдения - что же, переверни страницу..." Black Crusade В МРАЧНОЙ ТЬМЕ ДАЛЁКОГО БУДУЩЕГО ЕСТЬ ТОЛЬКО ВОЙНА… Это 41 тысячелетие. Вот уже более ста веков Император недвижимо сидит на Золотом Троне. Он - повелитель человечества и владыка миллионов миров, правящий силой своих неистощимых армий. Он - гниющий заживо труп, в котором жизнь теплится только благодаря технологическим чудесам Тёмной Эры Технологий. Он - правящий из могилы бессмертный повелитель огромной Империи Людей, которому приносят в жертву тысячи жизней каждый день. Но эта история не про Императора и его сгнившую Империю. Эта история о вас - тех, кто увидел другую сторону, познал истину, которую поклонники трупа-на-троне скрывают от простых людей. Тех, кого называют Еретиками. Добро пожаловать в Кричащий Вихрь - вечный варп-шторм, что разделяет пространство Коронус от остального Сектора Обскурус. Это место, где грань между реальностью и Имматериумом местами столь тонка, что варп просачивается в его миры каждую минуту, искажая и извращая их. Кричащий Вихрь - дом тысячам поклонников Темных Богов, что тратят десятилетия на исполнение воли своих темных повелителей и исполнение своих личные стремлений. Ваша банда в этом мало чем отличается от остальных. В ваши руки попала информация об артефакте, собрав который человек способен вознестись и стать одним из демон-принцев. Теперь ваша банда, как и десятки других, начала охоту на этот артефакт в надежде ублажить Богов Хаоса и получить кусочек власти в свои руки...

Священник посмотрел на Арнетту. Во взгляде его не было ни жалости, ни разочарования. Девушка осознала, что он понимает принятый на могиле сира обет и не собирается пытаться её переубедить. – Тогда помни одно, гвардеец. Тропа праведной ярости - это опасная тропа, ибо разница межу кровавым бешенством, что наполняет еретиков, очень тонка. Будь осторожна в поисках своей достойной смерти и не сойди с пути, над которым простирается свет Императора. Представитель Министорума поднялся на ноги и заговорил вновь: – Сегодня мы будем молиться за покой тех, кто отдал свои души в борьбе с Врагом. Я позабочусь о том, чтобы ты была среди них. Надеюсь, ты найдешь то, что так ищешь. Более не произнеся ни слова, проводник воли Императора двинулся, приободряя тех кто солдат, что еще имели шансы вернуться на фронт, и облегчая тяжелую участь тех, кого ждала неотвратимая смерть. Арнетта же почувствовала навалившуюся на нее горой усталость. Минуты спустя веки против её воли сомкнулись и воительница провалилась в сон. Кровь. Море её. Океан, край которого теряется далеко за горизонтом. Кровь едва доходит до щиколотки, но она вязкая, словно манящая остаться, стать частью себя, раствориться как растворились сотни других. Нога с чавканьем встречается с куском плоти, с хрустом ломает лежащую на дне кость. С визгом зубья эвисцератора превращают врагов в два разделенных куска плоти. Сколько длится этот бой, сколько уже полегло у ее ног и скольких еще она успеет сразить прежде, чем меч оставит ее без головы или силовой молот проломит позвоночник, словно тот не крепче соломинки? Ответ на все эти вопросы был один. Очередное безликое тело падает замертво, но это недостаточно. Хочется реветь, словно дикому медведю и громко смеяться от эйфории, что приносит каждая смерть. Хочется крови, больше крови, чтобы она лилась беспрестанным потоком, славя её Бога. Громогласный хохот проносится по пустоши, и где-то далеко гигантская фигура распахивает свои крылья, воздевая руки к небесам в яростном призыве. Все исчезло. Остался лишь железный привкус во рту. *** С14И5Р ничего не ответил. Он молчал и следующие два дня, будто их разговора никогда не происходило. Лямбде даже показалось, что механикус передумал и решил ей не помогать. Однако к вечеру третьего дня её нашел сервитор и просвистел просьбу пройти за ним. Механичнский слуга провел ее на заброшенное здание завода по производству пищевых смесей на самом краю лагеря. Внутри оказалось пусто - почти. В основном цехе, рядом с притащенным сюда откуда-то еще операционным столом, стоял сам жрец Омниссии без имени, а вокруг него крутились еще два сервитора, вооруженных различными медприборами. С14 жестом приказал Лямбде лечь на стол, и один из сервиторов зафиксировал её руки и ноги ремнями. – Не более чем предосторожность, - будничным тоном пояснил техножрец и наклонился к Лямбде. - В начале будет очень больно, но потом анестезия войдет в полную силу. Лямбда краем глаза заметила движение дендрита почувствовала легкий укол в плечо. Её рассудок тут эе начал тускнеть, словно кто-то постепенно выключал вокруг свет. Все тело, вплоть до кончиков механических пальцев, занемело. Зрение и слух отказали окончательно, и все что осталось у женщины это осязание. Внезапно, лоб вспыхнул резкой вспышкой боли. У неё не было сил даже кричать, лишь интенсивно дышать, пока точка боли не двигалась по ее лбу, описывая круги по одной и той же траектории. Неожиданно до Лямбды дошло - ей вырезают дыру во лбу. Боль на мгновение усилилась тысячекратно, а потом стала в разы легче, начала пульсировать в центре её головы и отдавать прямо в мозг. Легкая щекотка прошлась по животу и стала ползти вверх по её телу, словно паучок с великим множеством лапок. Легкие прикосновения коснулись шеи, подбородка, глаз. А потом переместились ко лбу. Нет, хуже - внутрь. Что бы это ни было, оно запустило свои корни прямо в мозг жрицы, причиняя невообразимую физическую боль. Но это было еще не самой страшной частью - потом её рассудок наполнили образы. Обрывочные, смутные, они мелькали лишь на миг, а потом превращались в хаотичный и безумный танец красок, которыми было окрашено бесконечно долгое не-пространство Имматериума. Она смотрела прямо в глубины варпа, где время не имело никакой силы, и не была способна отвести взгляд, как бы ни была близка потеря разума или смерть.. Очнулась Лямбда все в том же заводе, на все том же столе, но теперь она была свободна. Ни С14, ни его сервиторов нигде не было, но у себя на груди жрица Омниссии обнаружила инфопланшет с простым заголовком "++ИНТСРУКЦИИ++".

Ночь холодна, и луна скрылась, боясь показать свой лик на небосводе. Ночь была временем тьмы, и даже столь любящий яркий, обезоруживающий свет зверь как Грифон понимал, что ночь - это отличное время для чудовища - во тьме не видно ни крови, стекающей со способного одним ударом пробить череп клюва; не видно львиных лап, заканчивающихся острыми словно кинжалы когтями; не видно двух гигантских крыльев, способных закрыть собой небо. Но не Грифон сегодня был во власти. Не он стремился к темноте, а я сам скрывался среди теней. Не зверь, но человек. Не чудовище, но детектив. Сегодня я делал то, что отлично делал всегда - следовал, слушал и собирал информацию. Не тварь, чьи крылья укрыли собой небеса, но ищейка, что напала на след. Не охотник за чужим страхом, но борец за справедливость. Это то, кем я был и кем буду в эту ночь и все последующие. И никакой голод твари, что заменила мою душу не способен это изменить. Это был хороший план. Солидный план. Продуманный план. В основном он заключался в том, что Крис идет впереди и отвлекает парня разговорами, а я иду сзади как можно менее заметно, пытаюсь уловить что-нибудь полезное и сделать как можно больше фотодоказательств. Если ситуация накаляется - мы просто вдвоем открываем Предвеяный Путь. Кто-то, разумеется, может сказать, что план не особо проработанный, но чем меньше в нем подробностей, тем сложнее его разрушить. Сопровождающий Кристину медиум до того был очарован ее невероятным обаянием, что подкрастся поближе и сделать фото его симпатичного личика в свете едва ли не единственного на весь парк работающего фонаря. Учитывая, что ему разве что слюни подтирать не надо было - это оказалось не столь просто, и я вновь ступил назад, окутываемый тьмой трейлерного парка.

#ОборотниНеАнгелы

Ворон громко каркнул прямо в ухо Максвеллу, от чего тот невольно пошатнулся, почувствовав не только заон в ушах, но и нечто более страшное: словно крик боли где-то далеко, быть может даже не на этой планете и не в этой реальности. Впрочем, псайкерам к подобным наваждениям было не привыкать. Демон легко перелетел с плеча обратно на изгородь, пожирая штирландского колдуна глазами. Так прошло несколько бесконечно долгих мгновений, пока посланник Тзинча не заговорил вновь: - Если ваш отряд случайно окажется в большой Фенксворлодвской Библиотеке - тебе нужно будет поджечь ее. Небольшого огонька, случайно выпущенного в один их стеллажей будет достаточно. В обмен ты прямо сейчас получишь знание о нескольких могущественных заклинаниях Тзинча, способных разорвать врагов на множество кусочков, - на мгновение штирландцу показалось, что демон ехидно улыбнулся. *** Старик с кряхтением устроился удобнее и поправил свою длинную рясу, а потом вдруг снова серьезно посмотрел на Арнетту. - Я научу тебя контролировать твой гнев. Научу превращать ярость в силы, бешенство - во второе дыхание, гнев - в броню, что защищает не хуже панцирного нагрудника. Твоя вера, обращенная не в меч, но в доспех, который защитит тебя даже от тех ударов, что свалят любого другого воина. Таоя боевая ярость больше не будет бешеным волком, но цепным псом, что стоит на страже своего хозяина. Разумеется, эта техника имеет и свои недостатки, - тон старика вдруг сменился с того, с которым ведут проповеди, на тон строго учителя. - Пламя, полыхающее в твоей груди более не будет сжигать врагов столь яростно, ибо тебе вернется часть контроля над ним. Но если ты хочешь прожить, используя ненависть к врагу как метод прожить дольше того, с кем ты бьешься, а не забрать его в варп вместе с собой как можно быстрее - я смогу натренировать твою волю и веру достаточно, чтобы ты была на это способна. Но помни: это дорога к управлению над собой, путь стойкости и выносливости, а не превращения в дикий смерч из крови и смерти - той дороге, что ты идешь сейчас. Император дал нам свободную волю, так что выбирать, по какой дороге идти, можешь только ты сама.

- Я здесь с предложением, - прокаркал ворон тремя разными голосами и встрепенулся, словно собираясь вновь взмыть в воздух. - В тебе есть жажда знаний, жажда власти и мощи, я могу почувствовать это в глубине твоей жалкой душонки. И я могу удовлетворить твои желания, но потребую от тебя сделать кое-что взамен. Не волнуйся, для этого тебе не придется даже предавать других слуг Трупа-на-троне, - демон с клокочущим звуком засмеялся и перемахнул с ограды на плечо псайкера. - Ты готов слушать? Острые когти впились в плечо Максвелла, по телу прошелся неприятный холодок, а до мозга медленно дошло, что панцирная броня никак не защитит мягкую плоть псайкера от демонических сил. И это если не думать о том, что демон такой силы наверняка владел колдовством. Так какая выгода чудищу из Имматериума может быть от простого смертного, пусть и псайкера?

Поезд затормозил, резко и неожиданно, с натужным скрипом и лязгом высекая из рельс снопы искр. Члены свиты инквизитора, кто сидя, кто стоя, кто ругаясь после неприятной встречи с металлическим полом, обратили свои взоры на динамики, из которых послышался металлический голос Раста: – Добро пожаловать в Вольг. Открываю двери. И действительно, ржавые механизмы с громкими металлическими звуками пришли в движение, отворяя их взору платформу станции. И первое, что предстало их взору это следы бойни. Тела солдатов Кадии вперемешку с трупами еретиков покрывали все место их высадки, а пол и стены не было возможно рассмотреть за толстым слоем крови. И среди этой бани стояло всего шестеро человек, которые навели свои хэллганы на медленно выходящих из поезда солдат. – Где инквизитор? - мрачно спросил один из штурмовиков и перевел свое оружие на Охрима. – Я здесь, мальчики, - представитель Ордо Еретикус брезгливо ступил на платформу. Его сопровождающие, к виду крови отнесшиеся намного более свободно, поступили так же. – Отлично, - штурмовик, видимо, командир отряда, сделал знак другому мужчине в панцирной броне. - Вызывайте транспорт. Инквизитор Стиллман, господин, пройдемте с нами до Химеры… – Нет нужды, Оллерс, - блондин вежливо улыбнулся, а после сказал то, что не могло не вызвать у почти всех присутствующих хоть каплю удивления. - Я предпочту и дальше путешествовать со своими сопровождающими. Они более чем компетентны, что показали на примере, - когда лидер отряда Ордо Темпестус посмотрел в глаза Стиллману, возражения застряли у него в горле. Сам охотник на ведьм же озорно подмигнул Охриму. - К тому же, у них есть приказ, не так ли? Лямбда, дорогая, Химера может ехать? Очаровательно, тогда не вижу смысла более задерживаться. *** Как же разительно отличались улицы Вольга от Нова Кастилья! Узкие улочки, в которых Химера едва не задевала здания, росли вверх, образовывая сложную паутину мостиков от одного здания к другого. Несколько раз они замечали, как по этим мостикам кто-то шныряет, но подстреливать слишком прыткие цели не удавалось. Дорога заняла не больше часа, в течение которого они выехали на открытую местность лишь раз. И тогда, выше одинаковых жилых домов и рабочих зданий, солдаты увидели непроницаемый фиолетовый купол, что накрывал собой несколько районов города. Те, кто сидели в пассажирском отделении штирландской Химеры заметили, как помрачнели инквизитор и его псайкер, увидев это зрелище. Смешанный лагерь из кадианцев и штирландцев выглядел относительно неплохо, пусть атмосфера здесь была напряженная донельзя. Солдаты из родной планеты, уже пережившие одно предательство, которое сильно потрепало их полк и едва не стоило жизни полковника относились к новым соседям с таким подозрением, что Брееда могла бы гордиться, если бы не лежала сейчас в состоянии комы. Однако не прошло и пары часов после того, как штурмовики провели Стиллмана к штабу командования, а простые гвардейцы едва ли не на руках донесли своих товарищей до медпункта, как настроение в лагере сместилось в лучшую сторону. И неудивительно: слухи в Гвардии всегда разлетались быстрее, чем контрабандные стейки из грокса и ящик амасека после месяца на одних пайках. Слухи же о том, что отряд из простых гвардейцев, псайкера и механикуса, несмотря на потери в личном составе, нехватку припасов, отрезанность от союзников и превосходящие во много раз сил противника, вооруженных и тренированных не хуже их самих; несмотря на все это "Рог-3" выполнил задание и доставили инквизитора до лагеря в целости и сохранности. Непросто доставили, но в процессе разобрались с предателем-полковником и могущественным колдуном Хаоса. Такие новости были тем самым глотком надежды, которого не хватало солдатам, оплакивавшим своих боевых братьев и сестер. Разумеется, им не могли не выписать столь заслуженный отдых, пусть это и было всего несколько дней. Жесткие койки медотсека казались роскошной кроватью аристократа после того, как они больше недели спали на полу в подвале завода. Нормальные лекарства и профессиональные врачи были как благословение Императора в сравнении с тем, как им приходилось латать друг друга одной аптечкой. Но осознание того, что это не более, чем короткое затишье перед бурей не отпускало гвардейцев. *** ++Глава 3: Сквозь Раскрытые Врата++ Разговоры в штабе не утихали и велись на повышенных тонах. На миг Охрим застыл в проходе, с удивлением глядя на снующих туда-сюда ассистентов и двух перекидывающихся короткими, но резкими фразами капитанов. Разумеется, основное внимание привлекали к себе два человека: инквизитор Стиллман и комиссар Краузе. Эти двое, казалось, успевали одновременно обсуждать что-то между собой, отдавать приказы присутствовавшим младшим чинам и возражать, когда один из офицеров, возглавляющих роты делал какое-либо замечание в их планах или вступал в спор о том, как лучше подводить войска к позициям противника. Здесь не хватало стальной руки, с которой Брееда направляла полк к победе за победой, но полковник Доннели им сейчас помочь никак не мог. Инквизитор молча сделал Охриму знак встать позади него, рядом с псайкером, а сам вернулся к обсуждению. Первое время Охрим понимал, о чем идет речь - планы, стратегия, тактика, расположение войск - все это было знакомо любому солдату Имперской Гвардии, который знал о внутренних механизмах Астра Милитарум хоть что-то. Однако потом перешли на темы, в которых незамысловатый разум атамана не разбирался; речь шла о ритуалах и культах, о силах что удерживают купол над куском Вольга и о том, что скрывается внутри. – Итак, теперь к другим вопросам, - охотник на ведьм резко хлопнул в ладони. - Раз уж мы решили объединить остатки четвертой и пятой роты, нам нужно назначить капитана. Я понимаю, у вас есть способные лейтенанты, готовые принять на себя эту роль. Но я предлагаю назначить сержанта Шляхто. На несколько долгих мгновений в комнате повисло молчание. Неужели им всем показалось? Да нет, инквизитор не выглядел удивленным такой реакцией. – Вы понимаете, что допускаете большую ошибку, просто предложив это как вариант? - встрял капитан второй роты, Кор Матерс. - Рядовой Шляхто и сержантом-то стал лишь потому, что заменить его было некому! - капитан выглядел донельзя возмущенным. - У него же нет никаких навыков командования! Сделав его капитаном, мы нарушим множество протоколов… –Протоколы не выигрывают войны, капитан, - мягко возразил Стиллман. - В отличие от людей. Я был на поле боя с сержантом лично и под его командованием отряд работал, как часы. Шляхто не глуп, упрям, храбр, верен Императору и истребляет врагов Его с завидным упорством. Всему остальному его можно обучить, пока мы собираем данные. К тому же, мне бы не помешал человек, который руководит своими солдатами при этом хоть раз лично побывав на поле боя за всю кампанию, и которому я могу доверять, - Стиллман фыркнул. - Что вы скажете, комиссар? Краузе склонил голову, сцепив руки за спиной: – Господин, я считаю это весьма рискованным решением, но если вы действительно считаете, что сержант Шляхто способен взять на себя такую ответственность - я займусь его подготовкой лично. – Чудесно. Охрим, выбор теперь за вами. Вы готовы начать подготовку? - все присутствующие уставились на атамана. *** Как он оказался на самом краю лагеря, отпросившись из медпункта на небольшую прогулку? Максвелл не мог вспомнить траекторию своих движений, как бы упорно он ни пытался об этом задуматься. Странно. Так или иначе, воздух здесь был чище, чем в других местах, и можно было вздохнуть спокойно: рядом не было ни единой живой души. Где-то там, далеко, слышались звуки активной работы, которые не утихали в лагере ни на минуту. Здесь же он мог наконец достичь одиночества и сосредоточиться на том странном чувстве, что не покидало псайкера с момента прибытия. Словно за ним что-то следило, оценивало его, как хищник оценивает свою добычу. Размышления прервали звуки хлопков крыльев. В тот же миг Максвелл почувствовал, как нечто делает шаг с той стороны реальности, из Имматериума. Перед глазами Максвелла на металлическую изгородь приземлился фиолетовый ворон и посмотрел на него. Всеми тремя глазами. *** – Я чувствую ту злобу, что кипит в тебе, - старик-священник опустился на стул рядом с её койкой, и Арнетта была вынуждена разлепить глаза и посмотреть на него. Девушка определенно уже видела служителя Бога-Императора. Он часто бывал на поле боя, яростный, словно гром, и неостановимый, словно прибой. Часто его израненное тело приходилось утаскивать в медпункты вроде этого, но каждый раз священник возвращался назад, ведя солдат за собой личным примером не хуже сержанта или комиссара. Один лишь вид изуродованного лица, половина которого была заменена на имплант, а вторая половина застыла с выражением вечного гнева и подозрительности, говорили о том, что они были не столь непохожи, несмотря на разные жизненные пути. – Наше учение говорит о том, что ненависть к врагу - это благодать, которая позволяет Империума Человека стоят по сей день, несмотря на ксеносов, предателей и демонов. И это так. Однако ярость можно сравнить с клинком. И тот клинок, что ты держишь в руках - это раскаленный огрызок. Разумеется, он обожжет врага, но как скоро само оружие погнется и, наконец, сломается? - губы старика изогнулись в подобии ухмылки. - Если ты действительно хочешь помочь Человечеству, я могу научить тебя контролировать кипящий в тебе гнев, направить его на то, чтобы защищать других от врагов Империума, дабы их не постигла судьба твоего сира. Или же ты можешь продолжать биться огненной железякой, пока не сломаешься. Выглядел служитель Экклезиархии донельзя серьезным. *** С14И5Р, один из самых старых служителей Оминиссии и единственный механикус во всем полке, который не имел даже подобия человеческого имени, склонился над Лямбдой, пока его ремесленный и медицинский дендриты попеременно колдовали над ранами и поломками Лямбды. Периодически он произносил короткую молитву Оминиссии, прося о благополучии и работоспособности одной из его слуг, но потом снова замолкал, концентрируясь на работе. – Ты слишком много общаешься с мешками мяса, - вдруг затрещал С14 на бинарике, глядя на сестру-механикум осуждающе. - Размякла. Это сказывается на тебе и тех духах машины, заботой о которых тебя благословил Оминиссия. Это плохо, - прежде, чем Лямбда успела что-то возразить, ее собеседник распрямился и продолжил, шумно выдохнув через свой респиратор. - Инквизитор захочет работать с вами вновь, поверь мне. А это значит, что тебе нужно быть готовой ко встрече с самыми страшными тварями, что способен предложить Враг. Ты не готова, - неожиданно жестко бросил С14. - Пока нет. Но если ты готова стать совершенней, дабы служить Богу-Машине ещё усерднее, я могу предложить свою помощь. Когда-то давно я так же работал с инквизитором. С тех пор у меня осталось несколько устройств, которые весьма эффективны, но которые наши с тобой братья и сестры посмотрят отрицательно, - один из механических глаз собеседника Лямбды повернулся на нее, пока второй, человеческий, смотрел куда-то в пустоту. С14И5Р ожидал ответа.

"Чужак!" - кричат на меня пустые переулки, пока беспризорник идет метрах в пяти передо мной, держась теней, как и весь его сиротский род. - "Чужак…" - шепчут щели между заколоченных окон домов, заброшенных столь давно, что они сами и не помнили, были ли когда-то заселены, или с начала вечности были никому не нужны. "Да, я здесь чужой," - отвечает городу мой спокойный взгляд и моя уверенная походка. Чем дальше мы отходили от центра Ханаана, тем больше он напоминал один из городов-призраков, про которые рассказывают пугающие легенды. Только вот истории, что говорили про это место оказывались правдой гораздо чаще, и все равно город еще не умер. Словно раненный солдат, у которого остались считанные часы, прежде чем загноившиеся порезы и наполненные свинцом пулевые отверстия его добью, город извивался от боли и болезней, но отказывался испускать, словно уверенный, что пораженная некрозом конечность - это так, мелочь и раньше жили с вещами и похуже. Сколько у Земли Обетованной оставалось лет до конца? Узкие улицы, низенькие дома, полумертвые деревья и затянутое тучами небо не отвечали на вопрос - они знали ответ, просто боялись его больше, чем чего-либо еще. И сильнее боязни признаться себе была лишь паранойя к чужакам. Так смотрел бы, наверное, средневековый человек на современные лекарства: со смесью страха, подозрения и ненависти. "Ты пришел нас убить, чужак? Ты пришел вырезать нас, сжечь и втоптать?" - истеричным визгом вопрошает мертвая лоза, которая оплетала стену одноэтажного домика. Как только я прошел мимо, свет в здании потух. Подозрительность фигуры, на миг мелькнувшей в окне, оказалась сильнее любопытства "Я здесь чтобы принести милосердие тем, кого судьба безвозвратно изувечила, не оставив шансов на выживание," - таким ответом служит мое легкое движение, с которым я запахнул свой плащ, и кивок словно самому себе. "Лжец! Лжец! Лжец! Лже…" - читается на вывеске места, которое когда-то могло быть магазином, но теперь было лишь еще одним зданием, единственной отличительной чертой которого было наличие этой самой вывески, с которой много лет стерся и краска, и текст. Что же, иного ответа я не ожидал. Порой нужно скормить лекарство больному насильно, чтобы спасти его жизнь. Порой нужно усыпить больное животное, как бы ни хотелось поступить иначе. Просто из жалости. *** Дом оказался на самом краю город, практически в трех шагах от леса и болот. Несколько сирот растянулись по периметру соседних зданий и внимательно наблюдали за жилищем Якобса. Оно было, откровенно говоря, небольшим, как и почти все жилые дома в городе. Вряд ли там могло жить с комфортом больше трех-четырех человек. И "комфорт" - это с большой натяжкой. Завидев "нанимателя", беспризорники стали почти синхронно сваливать, но я поймал одного из них за руку, сунул пятерку в чумазую ладонь и указал пальцем на окно дома. Потребовалось две минуты, чтобы он, пользуясь своими грубыми инструментами, открыл окно, и в этот раз я не стал задерживать ребенка. Легко перемахнув через низенький забор, я подбежал к окну и заглянул внутрь. Это могла быть гостиная, судя по тому, что комната была просторной и здесь была мебель, но… она была захламлена. Количество грязных, поломанных или просто брошенных и забытых вещей было неприлично большим. В противоположном от меня конце комнаты слышались какие-то звуки. Я залез в комнату и огляделся. Ничего полезного. Дверь приоткрылась без скрипа. Слева по коридору была кухня, справа же… после пары закрытых дверей, в самом конце, перед алтарем склонился мужчина. Он не был похож на дряхлого старика, наоборот: рослый, мускулистый. Почтенный возраст в фигуре выдавали лишь седые волосы, заплетенные в две косы. Мужчина - это и был Якобс, как я подозревал, стоял на коленях и шептал молитвы. Полностью сосредоточенный на своем религиозном ритуале, старик не услышал мягких шагов позади себя. А когда осознал, что сзади кто-то есть - было уже слишком поздно. Ладонь легла на его затылок, а мой голос, необычайно грозный для столь интеллигентного человека как я, зазвучал: – Неужели ты думал, что никто не узнает о твоих грехах? - сила над кошмарами, которой владел каждый Зверь, ринулась из глубин Логова Отродья, к кончикам моих пальцев, запуская корни страха в сознание старика. В тот же миг видения его грехов ринулись в мое сознание: Старик хотел спасти их от неминуемого конца, но они не слушали. Собственная семья отказалась внимать словам того, кто знал правду, и тогда старику пришлось их *заставить*. Они думали, что он полоумный и немощный, но это было не так. Старик забаррикадировался в доме и не позволил им сбежать, а затем морил их голодом и избавил, пока они не согласились с тем, что он прав. Тогда он совершил величайшую милость, и запер их в подвале, где они смогут переждать Конец света – П-почему ты пришел? - старик обернулся и едва не упал, стал медленно ползти назад, переступив через лежащий между ним и алтарём топор. - Тысяча лет еще не прошла! - он смотрел на меня, но видел явно кого-то другого. – Имя, червь. Назови мое имя, - все столь же мрачным голосом обратился я к старику. – Я-я не знаю! Один из Его слуг! – Именно. Твой господин послал меня, дабы я передал наказание за твои грехи. Так поди мне в колени и моли о пощаде, ибо слово мое передает Его волю. – Прошу, пусть господин будет милостив ко мне! - старик действительно пал мне в ноги и схватился ха мои лодыжки. Хватка у него была необычайно крепкой, но я не выдал своей нервозности. – Тише, червь. Прежде чем я оглашу наказание - освободи и приведи сюда свою семью. – Нет! - в странной смеси из страха и твердости воскликнул старик. - Они единственное что у меня есть! Оставь хотя бы их! – Ты смеешь ослушаться?! - я поднял голос и пронзил старика яростным взглядом. - Замолкни и веди их сейчас. Мой хозяин милосерден - им ничего не угрожает, наказан будешь лишь ты. Старик послушно встал и пошел в сторону кухни. Некоторое время царила тишина, а потом под ногами раздался громкий шум. Я не стал терять время зря и вызвал по полицейской рации патрульную машину и скорую помощь. Получив положительный ответ, я отыскал в захламленной комнате кусок веревки и черную ткань. Когда я вышел и подошел обратно к алтарю - сзади послышались шаги. Прежде чем психованный фанатик показался, я схватил с алтаря маленькую деревянную фигурку и засунул в карман. Его жена и две дочки выглядели… плохо. За многочисленными следами побоев едва можно было различить черты их лиц. Но вместо того, чтобы с ужасом смотреть на своего пленителя, они смотрели так на меня. Стокгольмский синдром? Видимо так. – Десят лет и десять месяцев, десять дней и десять ночей проведешь ты в темнице, пока не получишь шанс на искупление, - я сделал Якобсу знак встать на колени и стал завязывать ему глаза. - Баньши Ада будут разрывать твой слух на пути туда, а взгляд будет сокрыт тьмой, ибо иначе твой смертный разум не переживет дороги в Ад и умрет слишком быстро. Твоя семья же останется здесь - они смогут вернутся в безопасность когда твое наказание начнется. Дальше все прошло тихо-мирно. Копы приехали минуты через три, старика упаковали. С семьей оставили разбираться медиков - они не особо были способны сопротивляться, так что жену и обоих детей должны были доставить в больницу безо всяких проблем. По пути назад я узнал больше о том, за что повязали Джейми. В общем "недавно приехавшего хирурга" едва удалось усыпить прежде, чем он окончательно разорвал врачу лицо. Зубами. Я тяжело вздохнул. Как бы мне ни хотелось помочь Джейми, я вряд ли мог сделать что-либо, особенно не подставив себя, а значит и свое расследование, под угрозу. Оставалось надеяться, что расследование и слушание по делу затянется. Или что Джейми свалит сам. Так или иначе, у меня были более срочные дела.

- Проблема в том, что мы не можем знать, был ли это действительно оборотень, это лишь мои догадки, не без оснований, конечно. Но есть и косвенные доказательства, указывающие на обратное - он не был в форме Гару, хотя причин не перекидываться у него не было. Его могли оглушить, но зачем тогда наностть множество ударов, а не сразу связатб и перерезать горло? Разве что это обязательная часть ритуала, - я откинулся на спику сидения и почесал свою щетину, задумчивым взглядом скользя по помещению, хотя мои мысли были далеки от текущего окружения. Дело было сложным, и постоянные сомнения не делали его легче. Но когда дело доходило до оккультных ситуаций. Теперь же у меня хотя бы была возможность разузнать больше. Культ этот наверняка и стоял за убийствами. Осталось только найти доказательства. - Значит, полуночный визит на болота? Я, как ответственный старший брат, не могу позволить тебе пойти туда одной, - я усмехнулся и посмотрел на Крис. - Я тебе не помешаю, не волнуйся. Можно сказать, ты даже меня не заметишь. На миг меня посетило ощущение тревоги, на котором я в тот же миг сосредоточился. Несколько мгновений спустя до меня дошло, в чем дело - Серб и Джейми. Из местоположение казалось весьма странным. Доктор находился, судя по ощущениям, в полицейском участке, Анаким же… Я на миг прикрыл глаза и перенес разум в тело Серба. Практически тут же вернув себе восприятие, встревоженно посмотрел на сидящую передо мной Макару: - Серб в больнице и он тяжело ранен. Джейми - в полицейском участке, без сознания. И если я не ошибаюсь… - вспомнить о своих ощущениях за последние пару часов было несколько сложнее, чем вспомнить что было на завтрак, но мне это удалось. - Твою мать! Я слишком увлекся расследованием и совсем не следил за ними в течение дня, а зря. Серб был на краю леса, практически на болотах. Похоже, там ему и досталось. Джейми же… хм, что-то случилось, если его увезли в больницу, - шестеренки в моей голове стали крутиться даже быстрее, чем обычно, но предположить, что же с ними произошло, я не мог. Сам не заметив этого, подскакиваю. - Я пойду готовиться к ночной вылазке. А ты, если не затруднит, проведай Серба. Надеюсь, за ближайшие пару часов Джей не натворит глупостей. Усилием воли я оставил на Крис пометку, не смотря на то, что оголодавший Грифон недовольно закричал по-птичьи.

- Тысяча девятьсот тридцать пятый, шестьдесят пятый - в обоих случаях пятеро детей, в примерно одно и то же время, едва ли не в один и тот же день, - я достал пачку документов из внутренних карманов своего пиджака и стал поочередно выкладывать их на стол рядом с Сиреной, дабы она могла оценить весь объем проделанной мной за день работы. - С начала шестидесятых начинаются более регулярные пропажи, и тела находят на болотах. Сейчас пик этих находок - то ли убийцы стали действовать менее осторожно, то ли просто количество убитых увеличилось. Связано ли это с рождественскими пропажами? Не думаю. Я предполагаю, что кто бы этим ни занимался, это не один человек. Культ, вероятнее всего. После осмотра тела рейнджера, труп которого нашли на болоте последним в ранении на его шее я нашел кусок серебра, - я вытащил ещё одну бумажку с результатами вскрытия тела и положил поверх остальных. - Следы от ударов выглядят так, будто их делал либо кто-то, после каждого удара меняющий руку, либо несколько человек. Второе, в общем, более вероятно. Подозреваю что убийцы имели дело с оборотнем и прекрасно знали об этом - но, к сожалению, до следующей их жертвы никаких подтверждений, что они не используют оружие схожего рода со всеми своими жертвами. Тем не менее, это косвенно указывает на то, что преступники, - я вдохнул, собираясь с мыслями. - Действительно охотятся не за простыми людьми. Но даже если допустить что это действительно так - я не могу предположить ни одного существа, и ни один из известных мне культов не сосредотачивался на конкретно убийстве не-людей.    Я ещё раз глубоко вдохнул и опустился в сидение, позволяя нывшим из-за беготни по городу - от архива в библиотеку, а оттуда сюда - немного отдохнуть и бросил взгляд на Кристину. в глазах которых уже должен был плескаться нешуточный интерес. Между тайной и секретом была не столь большая разница, что в некотором роде объединяло нас. Может быть, именно поэтому меня от Крис не отделяла та гигантская пропасть, что возникала между Угаллу и Макара, высотой неба и дном океана. - Тут мне и нужна твоя помощь. Если ты знаешь о ком-нибудь, кто мог бы заниматься чем-то подобным - или вдруг находила какую-нибудь информацию, которая указала бы меня на верный путь - я был бы благодарен, - мои губы растянуло в улыбке, гораздо менее беззаботной, чем хотелось бы. Что я, что Крис понимали, что если она что-то знает, то соврать или отмолчаться мне не получится - Грифон остро чувствовал любую ложь и на любую попытку соврать мне реагировал предложением выклевать лжецу язык. До такого ещё не доходило, по счастью.

— Привет-привет. — пропела Сирена и чуть улыбнулась. — Что тебя привело в такой поздний час? Явно не необходимость погадать на полицейское расследование.   Мне бы хотелось сказать, что Крис неправа, и я зашел сюда просто поговорить за чашечкой кофе. Мне много чего хотелось сейчас, если честно, но желание разобраться с поставленной передо мной задачей не давало отвлечься на что-либо ещё. Поэтому и времени прохлаждаться за праздными разговорами с сестричкой у меня не было - не стоило забывать и о старике Якобсе, который держал свою семью в заключении. Подумав об этом, я не стал ходить вокруг да около м сказал прямо: - Не совсем, но близко. Есть информация о расследовании, и она достаточно... необычна  в своей сути. А ты хорошо соображаешь, когда дело касается чего-то необычного, - на моем лице появилась полуулыбка. - Так что я пришел за советом, и может быть помощью. Если не занята - пройдем куда-нибудь в более уединенное место?

Откровенно говоря, отправляясь в библиотеку, я надеялся найти там нечто более полезное для моего дела. С другой стороны, назвать знания, полученные из массива исторической и фольклорной информации  Ханаана была абсолютно бесполезной и время я потратил зря. Чем больше мне было известно об округе, с её известными лицами и на удивление богатой для такого захолустья историей, тем легче было понять как мыслят местные люди. Так мне хотелось думать, по крайней мере.   Вечером Ханаан даже не выглядел столь упадочным. Разумеется, разницу между днем и поздним вечером в городе была минимальная - Солнце здесь изредка мелькало ранним утом, но уже к полудню полностью скрывалось за облаками, что плотным навесом укрывали небо, казалось, двадцать четыре на семь. Мне было некомфортно смотреть на это небо - оно ощущалось как клетка, которая сдавливала крылья Грифона, что занимал место моей души. Порой из-за того, как редко появлялось небесное светило, выглядывая из серой ваты облаков, можно было не заметить, как день, вечер, ночь и утро сменяют друг друга. Пожалуй, это неплохо описывало Землю Обетованную в целом.   - Отличная работа, Билли. Держи пару ребят на месте, пусть следят за стариком и дальше. Где-то через полчаса-час пошли резвого парнишку к конторе Мадам Бриджит - я буду там. На, держи, подели между остальными, - я вытащил две десятидолларовые купюры и протянул беспризорнику. Тот кивнул и скрылся в одном из переулков. Беспризорники оказались действительно полезным вложением средств - сообразительные, неприхотливые и на удивление честные для кучи мелких бандитов, нужно было только отнестись к ним по-человечески и направить умение мелких негодяев в нужно русло. Пусть следят за Якобсом. Несмотря на то, что его дело казалось важным, но, что я расследовал сейчас было важнее. Ставить жизни дочери и жены маньяка под угрозу было неприятно, но это была вынужденная мера, чтобы приблизиться к остановке множества других пропаж и смертей. К тому же, я собирался заняться этим после того, как закончу с последним на сегодня делом, связанным с пропажами людей. Нужно было поделиться своими мыслями с кем-то, кто имел не меньший багаж знаний, чем Грифон, который позаимствовал эти знания у кого-то ещё. Кажется, это были воспоминания мага, которого я ловил за летальные эксперименты на людях года три назад в Нью-Йорке.    Мадам Бриджит пытались осудить за мошенничество дважды, но ни разу не набиралось достаточно доказательств, и "гадалка" оставалась на свободе, а её контора стояла все там же, где и прежде. Но мне нужна была не сама "колдунья", меня больше интересовала её появившаяся не так давно протеже, которая, по сути, взяла бизнес в свои заботливые руки и рыбий хвост. Запах благовоний неприятно ударил в нос, напомнив о том, что у нечеловеческого восприятия были и свои минусы. Я машинально чихнул, закрыл за собой дверь и прошел внутрь. - Крис, ты тут?

Итак, тридцать пятый, шестьдесят пятый, девяносто пятый. Плюс ежегодные пропажи, которые становятся все чаще и чаще, начиная с шестидесятых. Были они как-либо связаны между собой? Я сильно сомневался что существовала прямая связь. Могли ли и те, и другие быть сверхъестественными в своей сути? Возможно, возможно и нет. Сложно было сказать, не зная подробностей дела, а для этого мне нужно было находиться хотя бы в одном периоде с преступлениями. Значит, осталось ждать приближения Рождества и быть настороже. Я чувствовал, что город ждет смерть ещё пятерых детей. Но регулярные пропажи - они происходили здесь и сейчас, и разобраться с ними можно было здесь и сейчас. Время утекало, словно песок сквозь пальцы, но я был по большей части связан, не способный найти место преступления самостоятельно. Болота... чертовы болота. Чертова глушь.       Я сделал пометки в своих записях, переписал пару интересных деталей дословно. Остальное я позволил усвоить своей памяти - или памяти Грифона, если точнее. Здесь я закончил, можно было покинуть пыльный и слабо освещенный архив, который грозился завалить меня всеми своими стеллажами в любой момент, погребая под тоннами неотсортированных личных файлов и протоколов закрытых дел. Грифону здесь тоже не нравилось - ему хотелось свободы, чистого неба над головой, ветра в перьях... в общем, ему не хотелось сидеть в подсобке с кучей бумажек.   - Билли, - я хлопнул беспризорника по плечу. - Собери ребят и найди мне кого-нибудь нехорошего. Незаконного. Чем хуже - тем лучше, понял? У вас, м, - я бросил взгляд на здание библиотеки. Не такая большая, как вашингтонские библиотеки. На самом деле, она была маленькой. Почти уверен, что её можно было выкупить за пару тысяч и обустроить как жилой дом, и никто не заметил бы разницы. Тем не менее, это был ближайший источник знаний о местном фольклоре, и мне нужно было чем-то заняться до завтра. Получить лишнюю информацию не могло быть лишним, особенно пока мои маленькие дружки искали мне обед. - Давай, потом куплю вам перекусить.

Это был, определенно, прорыв в деле. Такая мелочь указывала на намного большее, чем я мог ожидать до этого. Разумеется. во многом из-за слухов о смерти необычных существ я и приехал в Ханаан, но теперь эти опасения подтвердились. Что делало преступников в разы опаснее чем я думал ранее. Впрочем, тем интереснее обещало быть дальнейшее расследование. Что, пожалуй, поднимало вопрос о том, насколько я разумен, если собираюсь преследовать кого-то кто убивал оборотней без особых проблем, не имея при этом впечатляющих боевых навыков, с рисками самому стать жертвой. И все ради... пожалуй, ради сохранности "братьев" и "сестер" в том числе. Но в основном потому что я был не столь далек от наркомана. который гонится за новой дозой. Разве что я при этом приносил пользу обществу. Хотелось бы верить.   Убрав кусочек серебра в пакетик для улик, я поблагодарил старого патологоанатома за его содействие расследованию и поднялся наверх, где меня ждал мой напарник, который не особо стремился помогать мне в расследовании. Я не собирался его винить. Я собирался добиться того, чтобы он захотел содействовать мне в расследовании. И это была проблема, которую нужно было решать прямо здесь и сейчас, пока из-за Бёрнса не пострадало продвижение дела.    Мы сели в машину и двигатель, чихнув, завелся. Автомобиль тронулся с места, а меня на миг пошатнуло от ощущения тревоги. Не моего, но тревоги Грифона, что беспокойно бродил по Логову, находясь в состоянии между голодом и сытостью. Но это было не обычное волнение зверя в таком состоянии - что-то было не так. Я сделал вид, что рассматриваю бумаги, а сам перенес свой разум в Логово, соединяясь с несущим возмездие птицельвом - и понял в чем была причина - внутренний двор тюрьмы был покрыт корнями, из которых росли толстые стволы деревьев. Чуждый голос эхом отражался от стен тюрьмы... нет, он был лишь в моем разуме. Чужая сила, невероятно мощная, заявила свои права на мою территорию. И все мое недовольство ни чем бы тут не помогло. Оставалось лишь гадать - не то же ли это существо, что так безжалостно разделывалось с более слабыми? Этот вопрос оставался без ответа.     Пару минут мы ехали в молчании. Я сделал последнюю на данный момент пометку в своих записях по делу и закрыл его, как раз вовремя - машина подскочила на очередной кочке. Было бы жаль испортить целый лист бумаги, на который было старательно занесено все то немногое, что удалось разузнать после посещения морга. Разумеется, я держал ещё один лист, который не собирался предоставлять в материалах по делу - о том, что мне удалось понять на самом деле. Эти документы попадут лишь в стопку моих бумаг в трейлере, пополнив и без того  обширный список как мистических, так и не очень нарушений закона на просторах самой свободной страны в мире. Я бросил взгляд на Бернса, который все ещё выглядел крайне мрачным, и подавил в себе желание покашлять в кулак для привлечения внимания. - Знаешь, то что убийца или убийцы использовали оружие с элементами серебра - это очень интересная деталь. Вероятно, моя теория не была верна и это таки могли быть культисты, о которых так много шепчут местные. Разумеется, особых доказательств у нас нет, но серебро смотрится как минимум странно. Кто, кроме помешанных фанатиков, будет убивать человека при помощи дорого серебра? Бернс закатил глаза, и нашу машину здорово трухануло, заставив его резко расстаться с гримасой и вцепиться в руль крепче прежнего. Он был гораздо моложе меня, вряд ли офицеру Бёрнсу было хотя бы тридцать, но в нём не было ни капли того идеализма, свойственного горячим и юным сердцам. Куда больше он напоминал одного из тех старых копов, которым плевать на всё, ведь они мечтали только об одном - поскорее уйти на пенсию, и просиживать штаны в уютном домике, лишь изредка выбираясь из него, чтобы поиграть в гольф на выходных. - Слушай, ты правда думаешь, что мне не насрать? - спросил Бёрнс предельно будничным тоном. - Это дело - грёбанная куча дерьма, которую  тебе поручили, чтобы ты не мозолил глаза. И если ты думаешь, что я скажу спасибо за то, что вынужден таскаться за тобой по пятам, как педиковатый дружок, то ты сильно ошибаешься, - слова офицера заставили меня задуматься. Он и правда был словно один из старших детективов, которые повидали в своей жизни столько дерьма, что им хватило на две жизни вперед. Но Бёрнс работал всего три года и не видел десятой части от того, что за свою карьеру повидал я. Именно это и могло послужить аргументом: - Не рассказывай мне про дела, похожие на кучи дерьма, - не дернув и бровью ответил я. - Я работаю детективом уже около двух десятков лет и прекрасно знаю, когда за дело не стоит даже браться, а когда явно есть зацепки, которые приведу разговоры. И к тому же, - постарался сесть поудобнее и, после некоторой возни, мне это удалось. - Когда - когда, а не если - мы распутаем этот клубок тайн и секретов, это может улучшить положение для всего отделения, и для нас с тобой. Может даже повысят. Ну, тебя, - я бросил косой взгляд на Бернса, который явно был не впечатлен такой перспективой. Из груди вырвался тяжкий вздох, но я продолжил. - К тому же, давай рассуждать логически. Месяц назад он похитил школьницу, неделю назад - рейнджера. Где гарантия, что через неделю в болоте не найдут тебя, меня, или членов твоей семьи? Если ты поможешь мне с расследованием, в выигрыше будут все: ты обезопасишь себя и своих близких, а весь город наконец выдохнет спокойно и перестанет ныть об этих пропажах, шефу перестанет проедать плешь шериф, а я наконец сделаю хоть что-то полезное. Но что самое важное, это что тебе не придется терпеть мое общество, и чем быстрее мы закончим - тем меньше времени проведем вместе. . Так что давай ты подсобишь в расследовании, а потом разойдемся, как в море корабли.  Идет? - я выдохнул и пожалел, что под рукой нет бутылки воды после второго почти монолога за утро. После тирады  наступило мгновение, когда в салоне полицейской машины повисла тишина. Она была не столь неприятной, как тогда, в участке, когда на меня смотрели десятки глаз, не зная, рассмеяться им, покрутить пальцем у виска, или кивнуть с довольным видом. Тут была лишь пара глаз офицера Бёрнса, устремлённая на дорогу, перетянутую утренним туманом. Он нахмурился, точно страдал от сильно  головной боли, или услышал нечто настолько невразумительное, что не находил сил даже на то, чтобы спросить у собеседника: "Боже, что за хрень ты несёшь?" А возможно он просто думал, и мыслительный процесс, не ограниченный размышлениями над тем, как удовлетворить самые примитивные потребности, заставлял Бёрнса прикладывать все возможные усилия... - Ладно, - послышался, наконец, его голос, насквозь пропитанный недовольством, но всё же чуть более спокойный. - Скажу прямо, мне всё ещё не нравятся, когда люди со стороны приходят ко мне домой, начинают лезть не в свои дела, и делать вид, что знают, как всем будет лучше. Но, наверное, с этим дерьмом, и вправду, пора кончать. И чем быстрее мы это сделаем, тем будет лучше. Особенно, если ты правда знаешь, что делать, - Бёрнс наконец-то взглянул перевел взгляд с дороги на моё лицо, в его голубых глазах явно не отражалось большой любви или даже уважения, но определённо появилась толика доверия.   ***   У меня не ушло много времени на то чтобы составить запрос о рейнджере-проводнике, который мог бы провести нас на место преступления. Но такова была система, что прежде чем на этот запрос ответят, бумага пройдет через девять кругов бюрократического ада. Так что я был свободен, как минимум до завтра, если не дольше. А значит, я мог заняться другими делами. Например, порыться в обычно редко посещаемом архиве полицейского участка в поисках бумаг про давние пропажи на болотах. А заодно почитать про старые и нераскрытые преступления...

    - Сегодня наконец ненадолго удалось заставить вокс работать и получить новости из штаба на Нова Кастилья, - инквизитор выглядел столь же спокойным и беззаботным, как и всегда. - Новости не самые лучшие, откровенно говоря. Полковника тяжело ранили во время эвакуации. Она жива, но не приходит в себя. Тем не менее, силы полка будут расквартированы в Вольге, третьем улье планеты. По счастью, именно туда мы завтра и отправимся, - юноша, который, как оказалось, на самом деле был старше почти всех присутствующих, оглядел своих подопечных, которые смотрели на него в ответ лишь с усталостью в глазах.   Прошло десять суток с того дня, когда они выбрались с завода и добрались до укрытия инквизитора, которое оказалось подвалом одного из множества Магнагорских заводов. Это место было закрыто и заброшенно ещё за несколько месяцев до начала мятежей на планете. За железной дверью их ждало просторное помещение, большая часть которого пустовала. В одном углу были осторожно расположены ящики с патронами, медикаментами и провизией - к сожалению, припасов этих было не столь много. В другом углу лежали спальные мешки, по одному на каждого из членов группы инквизитора, и два ныне пустующих. Кроме самого представителя Ордо Еретикуса здесь расположилось ещё две Сестры Битвы, одна из которых в момент их прибытия с молчаливой решимостью на лице зашивала свои же раны; механикус, которого называли просто Растом; и псайкер, уже знакомый гвардейцам. Разве что когда они виделись в последний раз, у мужчины в капюшоне вместо собранного явно в кустарных условиях протеза ниже локтя левой руки была обычная человеческая конечность. Смерть ещё двух Сестер "Рог-3" имел возможность лицезреть лично. По словам инквизитора Стиллмана, с ними был ещё и писчий из Администратума, но тому повезло меньше, чем оставшимся в живых.   Разумеется, отдохнуть им инквизитор не дал. На следующий же день он собрал свой пополнившийся свежими телами, которые можно было бы поставить на пути между пулей и его юношеским лицом, отряд, и отправился вместе с ними на улицы Магнагорска, который оказал в полном владении еретиков. Они снова начали работу заводов, но вряд ли производить хаоситы собирались двигатели для имперских кораблей. Инквизитор так же выражал в этом большие сомнения, но именно для того чтобы разузнать, в чем цель слуг Врага, он и собирал их на вылазки. Они наносили быстрые удары по патрулям врага и устраивали налеты на их заводы, ловили и допрашивали предателей-сержантов и темных механикумов. О результатах таких допросов, от которых кричали даже состоящие из железа больше чем из плоти шестеренки-предатели, Стиллман делиться не спешил, но с каждым разом он выглядел все более и более встревоженным.    По счастью, для гвардейцев все проходило не столь плохо. Несмотря на всю работу Раста над вокс-передатчиком, тот отказывался выдавать что-либо кроме помех и редких обрывков слов из эфира. С другой стороны, во время одной из вылазок в город им попалась воистину драгоценная находка - они нашли стоящую посреди пустующей площади, окруженной простыми домами-бараками, в которых жили рабочие, Химеру их полка. Машина была окружена трупами, как машиноподобных прислужников темных механикум и предателей-востроянцев, так и верных сыновей и дочерей Штирланда. Однако на том приятные сюрпризы не закончились - внутри, растянувшись на металлическом полу, лежало тело шестеренки, в которой они узнали Лямбду - она чаще других занималась починкой их бывшей боевой машины, да и Розетта частенько с ней общалась насчет Химеры отряда. Рядом с Лямбдой стоял с выражением абсолютного, непробиваемого спокойствия боевой сервитор с установленным на его правую руку мультилазером. Сервитор перевел на них свой лишенный проблесков самосознания взгляд и поднял было лазер, но признал в них штирландцев и оружие опустил.  "Жить будет, нужно только немного подлатать," - спокойно пояснил Раст, когда Химеру пригнали к убежищу, а бессознательное тело Лямбды притщили в подвал и уложили на один из спальников. После этого он прогнал все "мешки с мясом" и приступил к работе.   Теперь их компания из двух псайкеров, двух механикусов, трех гвардейцев и двух сестер битвы сидели в одном подвале, расположившись кто как мог, и взгляды их были обращены на лидера этого отряда. - Наша последняя вылазка получилась более удачной, чем я мог предположить: пленник раскололся и рассказал много нового. В общем, последние десять дней еретики занимались созданием деталей для варп-врат. И завтра крупная партия этих деталей будет отправлена в Вольг на поезде завтра. Кроме того, на самом поезде будет находиться лидер предателей - бывший магос, которые в нынешние дни именует себя Харрес Верил. А это значит, что у нас есть шанс убить двух гроксов одним выстрелом из мельты, - кривая улыбка исказила лицо инквизитора. - Мы должны попасть на этот поезд, добраться до Вольга и убрать очередного лидера еретиков с игровой доски. По счастью, у меня есть план, - инквизитор вытащил компактный голопроектор, нажал на нужные руны и прочитал литанию. Мгновения спустя подрагивающее изображение схемы станции поездов появилось перед их лицами. - Груз будет загружаться с платформы в грузовые вагоны. На платформе наверняка будет сильная охрана, может даже боевая техника. Ваша задача, - инквизитор обратился к гвардейцам - это выехать в самый центр и начать палить по всему, что движется. Вы отвлекаете внимание до тех пор. Моя команда, тем временем, пройдет по техническим туннелям под станцией и вылезет практически внутри самого поезда. Тогда вы залетаете в первый попавшийся открытый вагон, я закрываю двери и мы вместе пробиваемся к центральным вагонам - в одном из них, судя по моей информации, и должен находиться Верил. Будьте готовы к сильному сопротивлению противника внутри самого поезда. И если все пойдет совсем плохо, - Стиллман кивнул на ящики, стоящие в углу - каждый отряд возьмет с собой мельта-заряд. Если мы не сможем захватить поезд, то мы точно заберем ублюдков и их проклятые куски варп-портала с собой.   В комнате повисла напряженная тишина.

Дорога до больницы прошла в напряженной тишине. Бернс вел машину, пока я листал дело по пропаже рейнджера. Кенетта Бриггса нашли всего пару дней назад, но пропал он уже больше недели назад. Я сделал себе пометку следующим делом посетить место преступления и закинул папку с бумагами по делу в бардачок переднего сидения автомобиля и бросил короткий взгляд на своего вынужденного коллегу. Я не знал за что Бернс так не любил меня, может по тем же причинам, что и остальные жители Ханаана. В голову закрались подозрения, что теперь он ненавидит еще сильнее, хотя в чем моя вина, что шеф решил подгадить… нам обоим, в общем-то, оставалось для меня загадкой. Разум подсказывал, что если мне не удастся втереться в доверие невольному напарнику - это может стать большой проблемой в будущем. Не для меня самого, это меня не пугало, я больше думал о преградах в расследовании, и чем их меньше - тем мне было лучше. Врачам достаточно было показать значок полицейского, чтобы они провели меня в морг, дали инструменты, результаты по вскрытию и отвалили. Я натчнул резиновые перчатки и посмотрел на лежащее на столе тела рейнджера. Молодой еще, ему было не больше тридцати, наверное. Хотя сложно было сказать конкретнее - время, проведенное на болоте вообще оставило его трудноузнаваемым. И все же пора было приступать к делу, перепроверяя уже однажды всерытый труп. Мне предстояло найти у него следы вырезанных человеческими инструментами органов среди той каши, что сейчас представляло его мертвое тело, и задачка обещала быть не из легких. моих обычных познаний о медицине здесь бы не хватило - и я потянулся к колодцу знаний, что собрал в себе Грифон. На миг мое восприятие заполонили обрывки чужих воспоминаний: шум больницы, запах лекарств, белые перчатки, пациент на столе, набор инструментов… Я взялся за инструменты уже уверенней и склонился над телом. Пора бвло приступить к работе.

С Днем Рождения ^__^

Это было моим шансом. Другого шанса показать себя и утереть заносчивым ублюдкам, которые сидели на своих задницах уже черт знает сколько месяцев и практически не продвинулись в этом деле, у меня могло и не быть. Значит нужно было собраться с мыслями, сосредоточиться и высказать шерифу все так, чтобы у Милтона, который под строгим взором шерифа Блэка был больше похож на кусок мела, не было иного выбора, кроме как дать мне доступ к делу. И непросто доступ - но неограниченный, хотя я не сомневался, что начальник полиции будет делать все возможное, чтобы мне помешать. Он был неприятным человеком и чужаков, как и все в пэрише, любил не очень. Особенно тех, кто мог хоть немного пошатнуть его авторитет и авторитет его дружков, которые все дружно устраивали семейные сеансы сосания семьи Лорен (СССЛ, для краткости). Так что дело, даже если я его и получу в свои руки, мне предстояло не самое легкое расследование в моей жизни.   Итак, что сказать шерифу? Мои подозрения, что с болотами все было не так просто, стоило отмести сразу, вряд ли кто-то здесь был знаком с истинной картиной мира, да и никаких доказательств у меня не было. Значит, оставался второй вариант, более вероятный: "Насмешники". Доказательств было больше, мотив у них был, осталось только осмотреть места преступлений и тела убитых на предмет доказательств. Мне потребовалось всего несколько мгновений, чтобы сформулировать речь.   - Сэр, если вы позволите, у меня есть предположение, гипотеза, скажем так, - прокашлявшись, чтобы привлечь внимание, начал я. Взгляды всех присутствующих тут же обратились на меня, от чего по коже пробежались мурашки. Впрочем, птичий крик где-то на самом краю сознания вежливо напомнил мне, что я уже давно забыл о такой вещи, как страх. - Вполне возможно, что эти пропажи связаны ни с чем иным, как торговля людьми. Понимаю, на первый взгляд это звучит как безумие, особенно если речь идет не о рабстве, а о продаже органов, но мотивы определенно есть. Моя гипотеза заключается в том, что преступники воруют жителей Ханаана, и у подходящих вырезают все внутренние органы, оставляя тела валяться в болоте - там их точно не найдут достаточно долго, чтобы гниение и животные успели сделать свое дело и стереть большую часть следов. Тех же, чьи органы им могли не подойти они могли использовать в качестве рабов - или просто избавляться от трупов своих "неудачных экспериментов", в том же болоте. Учитывая, что "Насмешники" регулярно выезжают в другие области штата, я нахожу вполне вероятным, что они могут, среди прочей контрабанды, продавать людей и/или их органы на черных рынках по всей Луизиане. К сожалению, чтобы проверить мою гипотезу, сэр, - я позволил себе намек на улыбку. - Чтобы проверить это на практике мне нужен свободный доступ к материалу по делу. А у меня нет доступа к уликам вообще.

Словно герой романов Конана Дойля, я сую конверт и пару мятых купюр в руки, передаю нужный адрес и, как ни в чем не бывало, иду дальше. Он не откроет конверт, я знаю - потому что убедил детишек, что если обнаружится, что они нарушили наше маленькое соглашение - у них будут большие проблемы. Они поверили, наверное потому, что поняли, что я не шучу. Наш договор был выгоден для обеих сторон - я покупал им еду и периодически платил мелкими деньгами, а детишки, никому не нужные и никем не замечаемые, выполняли для меня небольшие задания. Улицы они знали как никто другой, и для того, кто в Земле Обетованной был не столь долго, такое знание было настоящим подарком. С другой стороны, деньги, которые уходили на поддержание моего небольшого отряда разведчиков, как и те траты, что я второй раз со дня своего прибытия отправлял на почту в белых конвертах без обратного адреса, сильно ударили по моему бюджету. Впрочем, я и деньги-то особо ни на что не тратил - на еду хватало, оружие у меня было в виде аж двух пистолетов, один из которых я всегда носил с собой, а другой, отобранный у ныне утопшего полицейского, лежал в трейлере, вместе с обрезом, который починили чудесные руки папы Джейми.    Разумеется, кучей оборванцев с полезными навыками и низкими требованиями полезные знакомства в Ханаане не закончились. Первым был Томас - патрульный полицейский, работающий здесь уже несколько лет. Другие копы ему доверяли, и он достаточно часто марал руки на улицах, чтобы знать всю относительно важную информацию о криминальной жизни города. Второй была Роза - едва ли не единственный компетентный психолог во всем городе. Так как ни денег, ни возможности нанять или натренировать профессионального профайлера у полиции Земли Обетованной не было, приходилось обходиться наемной помощью. Её умения и знания вполне могли помочь мне там, где мешали собственные пробелы в знании человеческой психологии.   К сожалению, в остальном все было далеко не столь радужно - большая часть коллег все ещё не доверяла мне, и приходилось обходиться мелкими делами, которые любой детектив моего уровня посчитал бы оскорблением. Я старался не возникать и старался думать о том, что однажды мои навыки будут вынуждены признать, нужно только дождаться первого шанса. С другой стороны, конечно, привлекать к себе внимание и зависть больших шишек было не столь хорошей идеей, однако я просто не мог позволить себе стерпеть такое оскорбление своих профессиональных навыков. К тому же, пока я прохлаждался - не буквально, конечно, здесь было достаточно душно и не было даже вентилятора -  "Смеющиеся" продолжали бесчинствовать в окрестностях, а люди все так же исчезали на болотах. Впрочем, я был скован по рукам и ногам тонной бумажной работы и маловажными делами, которые не вышло скинуть на кого-нибудь другого.    Первым я был занят и в то утро, когда ко мне заглянул офицер Бернс. Любовные отношения наши были столь глубоко взаимны, что каждая встреча с ним вызывала неистовое желание пробить ему череп клюву. Разумеется, делать этого я не собирался. К сожалению. - Возможно я был бы там, если бы меня кто-нибудь предупредил заранее хоть о чем-нибудь, что происходит в этом здании, - я подхватил пару нужных бумаг - собственные записи и переписанные с корявого беспризорного на человеческий английский отчеты своих "агентов" о происходящем в городе. Что нужно было шерифу, интересно?

Жиллиман был заключен в стазисное поле Апотекариями, и до сих пор заморожен на момент смерти, а Фулгрим возвратился в Глаз Ужаса.   а потом его оживил Йннеад, лол.