Thinvesil

Пляж   - Летика откинулась назад, самым неподобающим образом ложась на песок, закидывая руки за голову, - А ты? Почему именно Дух и Разум?   Говорят, дурной пример заразителен. Руперт растянулся на животе рядом с Летикой и слегка приподнялся, опираясь на локти. Он чувствовал себя окончательным бунтарем, но так действительно было удобнее разговаривать, исходя из того положения, которое заняла девушка.    - Ты серьезно спрашиваешь? - Юноша слегка рассмеялся удивившись вопросу, ответ на который был для него очевиден. - Но ведь это же безграничные возможности для познания! Изучать порывы души человека, то, как он мыслит. Его чувства и подсознательные мотивы. Исследовать саму внутреннюю суть смертного, без наносной шелухи бренного мира. Исследовать сны и мечтания. Общаться с духами, в конце-концов, и постигать сокрытое от нас, познать истинную сущность космоса. Разум и Дух - ключи к познанию нами самих себя и того, что вокруг. А представь, если можно не просто узнать, а перевести это знание в форму, доступную Спящим! Вывести формулы и законы, которые позволят им открывать себя, лечить душевные болезни, развивать эмпатию и находить общий язык. Ты не представляешь себе, сколько людей страдают сами и заставляют страдать других от того, что не понимают, не видят, не способны проникнуть в суть. А все потому, потому что больше зациклены на физическом, чем на тонких материях. - Ведя свою речь, Руперт распалялся все больше и больше; воодушевленный взгляд красноречиво говорил о его отношении к теме. И когда молодой маг остановился, чтобы перевести дыхание, он осознал вдруг, что его малость занесло, и смутился. - Меня всегда интересовало больше духовное, чем плотское. Так исторически сложилось. Поэтому более практические области магии меня не слишком привлекают, а вот Разум и Дух - можно сказать, это мое. Очень близкое и очень важное.    Выпустив легкий вздох, Руперт слегка опустил голову, рассматривая лежащие на песке под ним руки. Летика не видела его взгляд, заслоненный упавшими на лоб волосами, но каким-то образом поняла, что не только человеколюбие толкнуло юного немца на эту стезю, ведь он интересовался этими вопросами задолго до обучения магии.

Пляж - Инквизиция не объясняет своих поступков. Арканум говорит, что мы - зло, и подлежим уничтожению. Маги прочих Традиций в большинстве своем шарахаются, как от чумы, будто смертью можно заразиться. Ты другой. Ты видишь во мне человека. Эндрю тоже, но он святоша, во всем видит хорошее. - она замолчала, глядя вдаль. Руперт неосознанно повторил позу и задумался, устремив взгляд в горизонт. Летика и сама не подозревала, насколько близко она подобралась тому, что давно занимало мысли юного аристократа. - Наверное, это не так уж трудно, после того как разглядел человека в себе. - В голосе юноши слышалась затаенная боль, однако это была боль прошлого, ее эхо. - А может, всему виной мое изучение аркан Духа и Разума. Учишься понимать и себя, и других людей. Чувствовать их лучше обычного. Проникаться. Другие сферы магии меня не особо привлекают. А почему ты выбрала Силу? Для выживания, как оружие, или есть и другие причины?

Пляж Но никак не ожидая прозвучавшего вопроса. - Принципу? - чуть расширились серые глаза, - Нет никакого принципа, Руперт. - усмехнувшись, Летика отрицательно качнула головой, - Я убиваю только по необходимости. Не просто так. И никогда не испытываю удовольствия, обрывая чужие нити. Руперт недоуменно посмотрел на волшебницу, слегка склонив голову набок. - Тогда чем это отличается от других людей? Необходимость - это такая штука, что особого выбора не остается. Вы, Эвтанатос, конечно, странные, все носитесь с этой вашей смертью, словно она куда-то может деться, но что в этом такого плохого? Или дело в чем-то другом? Руперт искренне не понимал, зачем ей нужно было скрываться. Точнее, за что эти мутные хлыщи из Арканума невзлюбили таких как Летика.

Пляж - А еще я знаю, как смутить милых домашних мальчиков. - тонкий пальчик аккуратно прошелся по мужскому плечу, - Если же говорить о свободе - здесь и сейчас, на берегу океана, я свободна, как никогда не была на туманных берегах Темзы. Руперт проследил за женственным пальчиком. Не то чтобы это смущало - скорее пугало последствиями. Наверное, ему следовало извиниться и уйти, но на хранящем тепло песке было так уютно. И присутствие Летики внушало спокойствие. Уходить не хотелось. "Сам же будешь потом расхлебывать все", попытался приободрить себя юноша, но не ушел. Слабак. Он посмотрел на волшебницу и сделал единственное разумное в такой ситуации: взял ее хрупкую девичью ладонь в свои тонкие аристократические руки и мягко заключил ее в них, не отпуская. - А по какому принципу ты убиваешь? - Искренне поинтересовался Руперт, глядя в серо-голубые глаза.

Пляж - Ты когда нибудь был в джунглях? - вновь отворачиваясь, тихо спросила она, - Я думаю, это как лес, только пальмы вместо кленов... Руперт легонько рассмеялся. - Откуда бы? У нас в Европе джунглей нет, а до учебы в Англии я ни разу не покидал родные края. - Он потупился со смущенной улыбкой. - Я всегда был очень домашним мальчиком, Летика. Только покинув отчий кров я вкусил настоящей свободы. Если подумать логически, то у тебя, не связанной обязательствами и условностями жизни аристократов, наверняка больше опыта, чем у меня. Я путешествовал не выходя из дома, по книгам. Вот и все достижения. Руперт гордо вскинул голову и с вызовом посмотрел на горизонт. Он еще наверстает упущенное, уж будьте покойны!

Пляж - Тебе тоже не спится, Руперт? - тихо спросила она, не поворачивая головы, - Слишком много мыслей?.. - Тот самый случай, когда кажется, что в сутках слишком мало часов, - улыбнулся немец. - Так бывает, когда потратил много времени на одно-два дела, и кажется, что ничего не успел. Я привык к более насыщенному распорядку. Впрочем, уверен, как только мы выступим вглубь материка, сетовать на бездеятельность не придется. Волны набегали и отступали, шептали что-то на самой грани слышимости, однако что именно - было не разобрать. - Ты не слухом, ты серцем слушай, песня моря наполнит душу, унесет все твои печали на крылах белоснежных чаек. Горькой солью целует ветер, не печалься о тех, кто смертен, души их океан наполнят. Волны взяли их, волны помнят. - Тихий голос юноши смолк. Несколько мгновений он задумчиво смотрел на светащиеся огоньки. А может, это души тех, кто стал звездами в океане? Руперт стряхнул с себя оцепенение и неловко улыбнулся. - Сам не знаю, что на меня нашло.

Палатка Руперта - Пляж - Стало быть, по своему пути ты идешь и цель свою ясно видишь. - Вздохнул Эндрю. - Не мне тебя укорять тогда. Выпьем, за то, чтобы путь наш сделал нас мудрее и лучше. - Боюсь, только на пару шагов вперед, - вздохнул вон Витце. - Однако я держу глаза и разум открытыми. Даст Бог - и дальше мой путь будет открыт для меня. Выпьем! Медленно смакуя вино, ароматное мясо и острый с голубой плесенью сыр, мужчины закончили трапезу, и Руперт проводил священника обратно в материальный мир. Покинув вместе с Эндрю свою палатку, юноша с удивлением отметил, что на берег спустилась ночь. В лагере тут и там мерцали отблески костров, долетали то смех, то обрывки бесед - солдаты наслаждались короткой передышкой перед броском вглубь материка. В двух шагах у палатки Руперт приметил Джима, который крутился неподалеку, видимо, ожидая новых распоряжений. - Джимми! Ты что здесь один делаешь? Присоединился бы к другим, отдохнул с ними. - Так не положено, милорд, - замялся мальчик, явно не свыкшийся еще с повышением от вышколенного английского слуги, который вообще не должен раскрывать рта при хозяевах, до целого ординарца. Руперт поморщился. - Забудь об этом. Ты больше не мальчик-слуга на побегушках, теперь ты мой личный помощник. А значит, можешь обращаться ко мне при надобности. И если нет иных поручений - можешь проводить время по своему усмотрению. Набери свежую воду в душ, приготовь мне пижаму, покорми Герду - и можешь быть свободен до времени утреннего бритья. - Руперт достал часы и взглянул на циферблат. - Сейчас одиннадцать, времени у тебя до шести. Все ясно? - Да, сэр! - Джим, явно обрадованный появившимся личным временем, умчался выполнять последние поручения на сегодняшний день, чтобы поскорее пойти искупаться в море. Отпустив слугу, Руперт неспешно отправился в прогулку по лагерю. Заметил установленный крест и задержался перед ним на несколько минут, размышляя и скорбя о своем. Потом осенил себя крестным знаком и направился дальше, взглянуть на ночное море. Заметив знакомую сидящую на берегу фигуру, юноша немного поколебался, однако все же решил подойти. Мягкий песок скрадывал шум шагов, и Руперт приближался неслышно, как кот. Не решаясь первым нарушить чудесный момент, он так же тихо присел прямо на берег рядом с Летикой и устремил взгляд на светящиеся в темноте волны.

Палатка Руперта - А вот ты, Руперт, отчего не обратился к родственникам, отчего не дал по рукам арканистам алчным? Ведь вилами на воде твоя вина писана и не последний ты человек и в Германии и в Англии, чтобы могли с тобой как с бродягой поступать. Не боишься, что пока ты в Африку сбежал, родные твои скандал поднимут и королеву обвинят? Стало быть, вот оно как. Надо, надо гнать прочь Епископа Винзенского - его людям нужен достойный пастырь, а не волк, прикидывающийся пастушьей овчаркой. Руперт отставил пустой бокал и откинулся в кресле, сложив перед лицом пальцы домиком. - Возможно, и обвинят, - задумчиво протянул юноша, глядя на Эндрю поверх сцепленных рук. - Однако при любом раскладе они бы не допустили моего отплытия в Африку, а значит, в моих интересах было устроить так, чтобы они ничего не успели сделать. Мне нужна эта экспедиция, понимаете? - Руперт с жаром подался вперед, словно пытаясь убедить преподобного. - Мне нужна эта война. Проделки Арканума сыграли мне только на руку. Я получил, что хотел, и могу двигаться дальше.

Можно завтра отыграть утро со сборами и потом сразу двинуть

Палатка Руперта Было бы обидно внезапно умереть, как эти многие и понять что мог бы при жизни выпить вина, но потратил тот день на скорбь и уныние. Тем более, что случай нашей высадки здесь действительно стоит отметить и именно таким вином. Вино и сыр из Старой Европы и молодое местное мясо. - Свинина удалась необычайно хорошо - поросенок был юн, нежен и питателен. Руперт не преминул воспользоваться рекомендацией Эндрю и взял кусочек мяса на пробу. Мясо отдавало дымком и было чрезвычайно сочным, так что юноша ничуть не пожалел о своем поступке. - Такая позиция характеризует вас как хорошего человека, преподобный, - мягко улыбнулся вон Витце, наполняя бокалы снова. - Чего нельзя, увы, сказать о большинстве ваших собратьев, погрязших в ханжестве и фарисействе. Вы никогда не задумывались над тем, чтобы заиметь свой приход?

Да можно и завтра, чтобы утро-день отыграть. А то ночью спать обычно надо. Но если у кого-то намечается длинный ночной отыгрыш, то можно потянуть.

Но РэПэшить все же можно? 

Палатка Руперта   - Батюшка ваш не озлится за такую вольность? - Поинтересовался он у Руперта. - Вино чудесное и наверняка у него были на него планы? - Стремление разделить трапезу с ближним своим внезапно привело к ублажению Казарона, чем Эндрю и намеревался сейчас заняться. В конце концов - отблагодарить за силы которыми ангел щедро делился, давно было пора.   Руперт, откинувшись на спинку складного кресла, с наслаждением смаковал тонкий букет с оттенками ежевики, табака и дуба. Это вино было из его любимых, а сыр и мясо подходили к нему идеально.   - Я не уверен, заметит ли он вообще пропажу, - пожал плечами юноша. - В погребе хватает и других вин не хуже. Но если и обнаружил, то не думаю, что возникнут проблемы. В конце-концов, это все в итоге станет моим, но это когда еще будет, а отметить особый случай хорошим вином можно только своевременно, а не спустя сколько-то там лет. - Вон Витце поднял бокал кверху. - За прибытие к берегам Африки. За то, что мы добрались сюда. Вас ведь не смущает, что я праздную этот день, когда мы потеряли в море столь многих?

Палатка Руперта   - Как и надлежит относиться доброму христианину и пастырю, - слегка удивленно произнес Волкер. - Я его пью. - Эндрю протянул поднос с мясом Руперту. - Солдаты подстрелили порося и любезно поделились со мной свежатиной. Отлично подойдет к красному вину. Отобедаем, чем Бог послал.   Руперт просиял.    - В таком случае погодите минутку, святой отец, я сейчас вернусь. Пожалуйста, не покидайте Убежище самостоятельно. - Юноша вышел прочь и вскоре вернулся, вооружившись подносом, бокалами, куском завернутого в вощеную бумагу зрелого голубого сыра и пыльной бутылкой вина. Достав из голенища сапога нож, Руперт нарезал сыр и, присовокупив его к мясу, выудил из кармана штопор. - Полагаю, вам должно понравиться, - улыбнулся барон, откупоривая бутылку. - Шато-Марго урожая тысяча восемьсот семнадцатого года. Чудесный был урожай. У отца в винном погребе хранились три такие бутылки. - Улыбка юного немца стала лукавой и озорной. - Когда я уезжал на учебу в Англию, я прихватил все три.

Палатка Руперта   - Буду признателен, если ты проведешь меня внутрь. - Отозвался преподобный. - Не страшусь я за себя и доверяю тебе Руперт.   Если священник чего-то и ожидал, делая шаг вперед, он ничего не почувствовал. Это было все равно что перейти из одной комнаты в другую, и по сути тем оно и являлось.   - Не удивляйтесь, Эндрю, я почувствовал след вашей личности, когда вы прикоснулись к моей иллюзии. Никогда не устану поражаться тому, как чудесно Разум и Дух дополняют друг друга, - пояснил Руперт свою осведомленность о госте. Юноша, судя по всему, успел переодеться в свежее и, кажется, вымыл голову - волосы все еще были влажными. Он приглашающе указал на один из стульчиков. - А я все гадал, кто же окажется тем смельчаком, кто первым потревожит мое скромное походное обиталище.   Обиталище действительно было обустроено по-спартански (по меркам Руперта, разумеется). Притороченное к задней стенке палатки карманное измерение представляло собой относительно небольших размеров комнату, словно вырезанную внутри светло-зеленого камня, будто в огромном куске нефрита. Стены мягко светились внутренним светом, но по вечерней поре были задрапированы бархатными портьерами на резных деревянных карнизах. Пол был устлан мягким ворсистым ковром; обеденный раскладной стол, складные стулья, кушетка с периной, пара шезлонгов и прочие легкие походные вещи составляли основную часть обстановки. В углу за расписной ширмой виднелось нечто вроде подвешенного бурдюка со шлангом и лейкой - что ж, это объясняло, как Руперт успел искупаться, не выходя из палатки. Огородив для себя небольшое местечко между мирами, вон Витце протащил туда вполне реальные материальные вещи, получив таким образом комфортное жилище при минимальном использовании магии.   - Как вы относитесь к вину, преподобный Эндрю? - спросил молодой человек, слегка склонив голову набок. 

Палатка Руперта   - Киса-киса. - Обратился Эндрю к кошке и протянул ей руку для обнюхивания. Кажется, вон Витце раздобыл палатку со свернутым пространством - крайне удобная штука в полевых условиях. Значит должен быть звонок, чтобы вызвать хозяина. Преподобный потянулся к нитям узора ища за что бы подергать, чтобы дать знать о своем присутствии.   Герда лениво обнюхала руку и, широко зевнув, снова растянулась на постели. Тем временем, послав в заинтересовавшее его место магический импульс, Эндрю обнаружил, что внутренняя сторона задней стенки палатки представляет собой не что иное, как дверь в другое измерение, замаскированное иллюзией от Спящих. Ну и правильно - зачем вызывать парадокс? Пусть видят простую палатку.    Словно почувствовав его интерес, разрыв в тканях физического мира поддался и расширился, приглашая внутрь.   - Заходите же сюда, Эндрю, - услышал он голос Руперта. - Я сейчас проведу вас. Ничего не бойтесь, доверьтесь мне.

С Днем Рождения, Эвлар!  :Koshechka_07:

Лагерь, палатка Руперта   Эндрю нажарил тонко нарезанного мяса и решил быть последовательным - если Бог послал ему пищу, то надо разделить ее с ближним своим. Прихватив деревянный поднос с мясом преподобный отправился к палатке Руперта и подергав полог окликнул:   - Руперт, не желаешь ли отведать местную дичь?   Ему никто не ответил. Из палатки вообще не доносилось ни звука, хотя никто не видел, чтобы Руперт ее покидал. Тем не менее, заглянув внутрь, священник не обнаружил никого, кроме трехцветной кошки, что разлеглась на разложенном у стенки шатра спальнике. Герда подняла на вошедшего взгляд, перевернулась на спину и лениво потянулась. Внутреннее убранство шатра состояло из уже упомянутой походной постели, пары сваленных в углу рюкзаков, сумки Руперта и винтового ружья в чехле, прислоненного к перекладине.    Эндрю не обнаружил признаков присутствия человека, однако, прислушавшись к чувствам, ощутил слабые изменения магического фона у задней стенки палатки. 

  У англичан свои причуды.. )

И жить в их халупах? О.о Что это за мазохизм?

Он уже искупался.

Пейсы?  :shok: Вы играть будете-то? 

На Наф-Нафа приманивать надо )

А, так вот зачем вы парней купаться зовете... 

Согнали Летику, редиски ) Не дали покупаться )