Thinvesil

Театр   - Единственная ошибка, которую может совершить человек, - прошептал Селестий, глядя куда-то в небо, на фейерверки, и слушая радостные возгласы гостей. - Это не существовать вовсе.   Амата стояла рядом в молчаливом согласии, боясь неловким или ненужным словом нарушить гармонию этого момента. Пожалуй, Разикаль стоило, все-таки, иногда снисходить до бесед со смертными, потому что не зная, не разговаривая с Ней, люди начинали придумывать кто во что горазд. Даже Максиан, которая была там, в Камберлендском замке, и присягнула своей Богине, даже она сейчас воспрянула духом и почувствовала прилив сил делать то, что считала важным и нужным.   Альтус снова подняла взгляд к небу и всмотрелась в мириады искорок, усеявших темную глубь. Звезды, как и люди, рано или поздно угаснут и пропадут. Но это намного лучше, чем если бы звезд не было вовсе.

Театр   Философы и мыслители так озабочены сохранением своего рода, своей фамилии, культуры, названий их стран, что нечасто понимают: жизнь зародилась давным-давно и будет продолжаться в том или ином виде, а остальное лишь мишура и фальшь. Только этот поток имеет значение. Только звезды, сияющие в ночном небе, которые никогда не должны гаснуть. - Чуть повернув голову, мужчина не обратил внимания на то, что один длинный черный локон, слегка вьющийся на конце, высвободился из ленты и был подхвачен ветерком. - Как бы все ни закончилось, ты будешь частью этой легенды. Большего я не могу тебе дать, но и это уже - немало.   - Страх тормозит, только мешает, сковывает. Тот, кто боится, становится заложником его власти и не замечает, как мимо проскальзывают жизнь и возможности. - Амата повернулась к Маркусу, на губах волшебницы застыла легкая полуулыбка - не насмешливая, а скорее.. умиротворенная? - Спасибо.

Театр   - Невольно задумаешься о том, как относительно все происходящее прямо сейчас. Люди, любующиеся огнями праздника, танцующие, любящие и ненавидящие друг друга... для кого-то всего лишь крохотный огонек в небе, который будет там и тогда, когда состарятся и умрут все твои потомки, и слово "Тевинтер" будет не найти ни в одной, даже самой старой книге. Черты лиц и имена сотрутся в пыль, останется лишь легенда, что будет изменяться, но жить.   - Конечно, - кивнула магесса с легкой улыбкой. - Таков естественный порядок вещей. И человек уничтожает гнездо муравьев, которое мешает ему возделывать поле, нимало не заботясь о том, что муравьи погибнут и их дети не вылупятся уже из яиц. Но и муравью точно так же нет дела до человека и его поля. И людям, которые вкушают жизнь здесь и сейчас, точно так же нет дела до далеких огоньков и до того, что спустя века имена даже самых прославленных предадутся забвению. Это нормально. - Амата легонько пожала плечиками, признавая это без сожалений и драм, как нечто должное и естественное. - Каждый следует своей природе.

Театр   - Долгое время это было единственным занятием, доступным мне, но даже теперь мне иногда нравится растворяться в них. А тебе, Амата Максиан?   - До невозможности, - ответила девушка, с трудом подавив в себе желание снова присесть в реверансе. Если бы Разикаль хотела придерживаться церемоний, она бы, наверное, подошла прямо, а не возникала загадочно за плечом. - Особенно, вдали от большого скопления людей. Тогда мне кажется, что я всего лишь маленькая песчинка, затерявшаяся в глубинах бесконечного космоса - и в то же время неотделимая часть от него. Удивительные ощущения. - Целительница посмотрела на небо, вызвав из памяти воспоминания этих чувств и снова вдыхая их разумом. Потом слегка обернулась, заглянув Маркусу прямо в глаза. Нечто похожее у нее вызывало Ее присутствие - восхищение, завораживающий интерес, хотелось раствориться и забыться в этих глазах, стать частью чего-то большего. И в то же время - вдохновение творить, искать, жить. Пожалуй, будь здесь старик Виго, он бы только уверился в том, что Разикаль Амату зачаровала, хотя это и было не так.    Рейлиан заметил их диалог и с расстояния наблюдал за ними, не сводя пристального взгляда. Увы, он не слышал, о чем они говорили.

Театр   Амата проследовала в сад вместе с Лавинием и Аренией, но стояла чуть в стороне от них, опираясь на столб дерева. Казалось, ей не было ни до кого дела, альтус молча наблюдала за разрывающимися в небе фейерверками и с какой-то задумчивой полуулыбкой витала где-то в глубине своих мыслей.    Рейлиан же напротив провел Цельсию поближе к самому выгодному для обзора месту и, обнимая ее сзади, любовался цветными искрами и дразнил дыханием прелестное ушко девушки. 

Театр   — Рейлиан, у моих людей тоже есть важные заботы, и тратить их время на посещения всех подряд я не могу. Если бы ты сам был из сколько-то приближенных ко мне лиц, то я бы подумал над таким предложением, но в ином случае я вынужден отказать, — Авгур, по своему мнению, дал довольно очевидный намёк, чтобы отсеять всех не слишком угодных гостей от потока приглашений и просьб.   - Благодарю вас, милорд, - учтиво поклонился Рейлиан, нацепив на лицо вежливую улыбку. Он встретился глазами с Крауфордом, и на миг в них проскользнул глубоко серьезный и проницательный взгляд, совершенно не вяжущийся с ничего не выражающей бесстрастной маской - вспыхнул и сразу погас.   Уходя, Винциниус поймал снисходительно-сочувственные взгляды других гостей, но все-таки сумел сохранить внешнюю невозмутимость и не выдать внутреннее ликование. Неуместный повод с приглашением на свадьбу оказался достаточно хорошей ширмой, чтобы скрыть истинную цель его эскапады. Отлично. Верховный Жрец был умен, и в отличие от окружающих легко мог понять, о чем речь, тем более, что Рэй выразился совершенно однозначно и недвусмысленно, так что его затея явно удалась.   Рейлиан отыскал взглядом Цельсию и направился к ней. Конечно же, он пригласит на свадьбу всех своих друзей и товарищей, включая Присциллу, но это будет сделано подобающим образом и уж точно не в присутствии ненужных свидетелей. Арения тоже будет, и Максиан наверняка захочет прийти с женой. Пожалуй, стоит также отправить приглашение Виперии Виатор - интересно, сочтет ли она его ниже своего достоинства или у старой орлессианки свои правила на этот счет? Хотя это праздник не только для него, сопорати, но и для Цельсии, воспитанницы лорда Ферруса, который пригрел сироту и вырастил ее как собственную дочь. Альтус собирается лично вести ее к алтарю в роли посаженного отца, так что может быть, даже леди Рамос не побрезгует приглашением. Во всяком случае, обязательно стоит их пригласить - как минимум, потому что он их уважает и был бы рад удостоиться чести.   Впрочем, это потом, вздохнул про себя юноша, подходя к невесте и подавая ей руку. Сначала им всем нужно выжить. Проблемы следует решать по мере их поступления.

Театр   - Приветствую вас, жители Империи и те, кто решил почтить своим присутствием наш праздник, и уверен, наша владычица сегодня тоже с нами - пусть и не во плоти, но лишь через меня, пророка и сына ее благословенного. Наслаждайтесь вечером, пейте вино, славьте Империю - ибо сегодня прошел еще один год с тех событий, которые нас едва не уничтожили... - он читал речь, будто воспроизводя написанный кем-то текст, но для основной массы посетителей он был человеком.   После речи Рейлиан поцеловал руку Цельсии и шепнул ей, что сейчас вернется. Затем он направился прямо к тому мужчине, в котором по нескольким признакам узнал Верховного Жреца.    - Добрый вечер, милорд, - поклонился он и протянул визитку. - Наверное, не стоит приглашать вас на свадьбу, у вас есть заботы важнее, но может быть, вы окажете нам честь и пришлете своего человека, чтобы он был почетным гостем? Если эта свадьба состоится, конечно. Быть Рейлианом Винциниусом - рискованное предприятие, можно преждевременно пожертвовать жизнью. Однако же я собираюсь сделать все возможное, чтобы выжить и спасти тех, кто мне дорог. - Он едва не задохнулся от осознания собственной дерзости, но с другой стороны, этот повод был лучше, чем во всеуслышание заявлять о своей истинной роли. Если кто-то подслушает разговор, он должен в худшем случае услышать обнаглевшего юнца, а не тайного агента и сподвижника.

Театр   По полупрозрачному дракону прошли искры, и он, медленно воспарив в центр зала, раскинул крылья, усыпанные звездами, а в его лбу подобно рогу сиял месяц. - Слава Разикаль, - произнес Маркус торжественно, и гости эхом повторили - с переменным рвением и громкостью: - Слава Разикаль! Потрошители почти синхронно преклонили колено перед изображением их Матери, приложив правую руку к груди.   - Слава Разикаль, - негромко произнесла Амата, склонившись в самом глубоком (казалось, она просто села на пол, платье обрамляло ее словно лепестки цветка) реверансе. Но взгляд из-под опущенных ресниц был направлен не на очертания дракона, а на божьего сына, которого она жадно пожирала глазами. 

Театр   Рейлиан немного повозился со своей сложной маской, включавшей также и капюшон с кошачьими ушами. Наконец, высвободив свою голову, он с наслаждением вдохнул свежий воздух и тряхнул волосами, падающими на глаза. Улыбнувшись Цельсии, юноша одной рукой обхватил ее талию и притянул к себе, продолжая смотреть на окружающих. 

Театр   Амата с усмешкой, сняла свою зеркальную маску и прицепила ее на две едва заметных петельки на поясе. Старая маскарадная традиция - снимать все маски в конце празднества - оставалась незыблемой, и это радовало. Она посмотрела на Лавиния, ожидая, когда он снимет свою - признаться, она уже соскучилась по его красивому лицу.

Театр   - Чудесный праздник, а твой костюм очень тебе идет, котик. - Цельсия прижалась к Рейлиану. - Я рада, что ты пользуешься успехом, суперагент Мырр.   - Мурр, - поправил ее Рейлиан, бережно прижимая к себе. Они прошли один круг, второй, третий.. Наконец, совершив последние па, он поклонился в ответ на реверанс, а потом повел к столикам. - Пойдем поищем каких-нибудь вкусностей, и поделимся наблюдениями и впечатлениями, - предложил он. Он всегда ценил комментарии Цельсии касательно происходящего.   - Праздник удался. Предлагаю дождаться финального выступления у столика с закуской, если вы, дамы, не возражаете. - Обратился Лавиний к Амате и Арении. Арения сердито зыркнула на Амату из под маски и прижалась к брату с левой стороны.     Леди Максиан обезоруживающе улыбнулась девушке. Ревнует она, что ли? Так Амата никого у нее не отбирает. Потом нашла себе местечко рядом со столиком и взяла себе вазочку с глазированными яйцами колибри.    - Не возражаю. Я свое уже оттанцевала, мессир. Рада, что вам тоже понравилось.

Театр   - Конечно потанцую, котик. - Сменила гнев на милость Цельсия и протянула Рейлиану руку. - Всем другим мы займемся дома, если у тебя еще останутся силы.   Рейлиан с трудом удержал желание схватить любимую в охапку и утащить в какое-нибудь логово. Вместо этого он за руку повел ее к танцующим и закружил в легком танце.    - Обожаю, когда ты такая, - признался юноша ей на ушко. - Такая горячая, такая живая. С тобой моих сил хватит надолго. Как тебе бал?   - Гаф-гаф. - Гулким басом произнес ей на ухо человек в маске голубого Мабари. - Это же я, Лавиний, давай уже узнавай меня, Амата. Кстати, как работает твоя зеркальная маска?   Амата едва не подпрыгнула, но потом рассмеялась, оглядывая Лавиния с ног до головы, словно впервые увидев.    - Знаешь, я почти узнала тогда, но с этой публикой лучше поостеречься. Стоит разок принять желаемое за действительное и ошибиться.. - Альтус кокетливо улыбнулась, слегка склонив голову набок. - А с маской простой фокус. Даже не магия, обычная технология. Стекло должно быть не толще одной восьмой дюйма, и на него наносится тончайший слой сильверитового порошка. Сильверит частично отражает свет, и если освещение со стороны наблюдателя значительно превышает освещение с другой стороны (а под маской темно), то поверхность выглядит как обычное зеркало. Это гномья разработка. Я только додумалась использовать ее для того, чтобы сделать маску.

Театр   - Ты об этой скотине, которая спряталась внутри костюма и перетанцевала уже всех девушек на балу? - Острый каблучок в пол силы врезался в стопу обнимавшего ее сзади ловеласа. - Тебе придется потрудиться, Рейлиан, чтобы я перестала чувствовать себя брошенной.   - Ну что поделать, - ничуть не виноватым тоном произнес юноша, разворачивая любимую лицом к себе. Глаза его так и ощупывали девушку, с наслаждением узнавая и вбирая каждую черточку. - Я предпочитаю самое сладкое и самое вкусное оставить на потом. Потанцуешь со мной, мррр? Или у тебя на уме что-то другое? - Руки Рейлиана крепко прижимали ее к себе, явно не желая отпускать пойманное сокровище.     Ночь подходила к концу, и как ни хотелось Амате, чтобы она заканчивалась, все же волшебнице пришлось вернуться в зал в одиночестве. Она пошарила глазами по собравшимся, но так и не найдя никого интересного, подошла к одному из столиков и с мечтательной улыбкой принялась наблюдать за танцующими. В руке был бокал, но волшебница едва отпила из него, так была погружена в свои мысли.

Театр   - Вы тоже. А завтра будет завтра, - улыбнулась Присцилла, позволяя увести себя к столикам.   Рейлиан отошел освежиться напитком и огляделся вокруг, высматривая знакомые маски. Завидев свою лисичку, он сделал еще один добрый глоток прохладного игристого вина и, поставив его обратно, тихонько подкрался к девушке:   - Ну как? - Промурлыкал он на ушко, обнимая ее за талию сзади. - Нашла своего котика.. Цисси?

Театр   - А вы, я вижу, совсем не устали! - сказала она, одобрительно взглянув на маску кота. - Это впечатляет. Пожалуй, за шанс потанцевать с вами наверняка должны сражаться все леди на этом балу, - сделала она комплимент Рейлиану.   - Уверен, завтра мне придется расплачиваться по счетам с мышцами и головой, - шепотом на ушко признался Рейлиан. - Но поскольку расплачиваться придется в любом случае, я намерен нахвататься сегодня сполна, чтобы это было не зря. - Он бережно и в то же время крепко держал ее, ведя в танце. После пары кругов по залу танец подошел к концу и завершился нарастающей, а потом резко оборвавшейся нотой. Юноша почтительно поклонился и подал Присцилле руку, чтобы отвести ее обратно к столикам с напитками и закусками. - Благодарю за танец, миледи. Вы чудесно танцуете.

Театр   - Суперагент Мурр? А он имеет какое-то отношение к суперагенту Фыру? - усмехнулась Присцилла. Рейлиан нравился ей тем, что мог на время позабыть о делах и проблемах и действительно поднять настроение своим друзьям. Как жаль, что Анхеля с ними не было. Впрочем, леди Авгур знала его не так уж и хорошо, но из того, что знала - верила, что он хотел бы этого. Хотел бы, чтобы его друзья не печалились, а веселились и наслаждались каждым днем своей жизни, пока это возможно. - Если вы от него, то я просто не могу отказать. Его приключения принесли мне немало веселых минут в нашей столь скоротечной и скучной жизни.   - О, да, - нарочито хвастливо приподнял кошачью голову Рейлиан, ведя даму к танцующим. - Я имею к нему самое что ни на есть близкое отношение - я потерянный в детстве брат-близнец, которого похитила из колыбели морская свинка-пиратка. Но потом мы с ним встретились и едва не убили друг друга, когда узнали, что мы братья. Это долгая история, полная приключений, опасности и даже танцев... - он говорил, говорил, ведя свою партнершу в танце, пока пришло время совершить довольно сложный пируэт с поднятием барышни за талию и разворотом. - Мррррау! Вот так. - Юноша аккуратно опустил Присциллу обратно и они продолжили кружение. Хитрые и азартные глаза хищно сверкали из прорезей маски.

Театр   - Правда, не могу не признаться, я с любопытством жду финала этого вечера.   - Ну, до финала недалеко, - пожал плечами Рейлиан, оценивая состояние остальных гостей. - Но пока его нет, не потанцуете ли со мной, миледи? - Он поклонился и подал руку. - Мы так давно не общались, да и тогда вы были порядком отстранены от таких как я. Не подарите ли вы танец простому сопорати? Или, может быть, вам больше по нраву суперагент Мурр?

Театр   - Тогда давай дружить Рей. - Улыбнулась Арения. - Не забудь пригласить меня на свадьбу. - Танец закончился и Арения отправилась воспитывать голубого мабари, подло прикинувшегося Лавинием.   Рейлиан с улыбкой проводил ее взглядом и отправился к столикам. Заметив Присциллу, которая тоже возвращалась с танца, он подошел к ней и предложил бокал.   - Чудесный вечер, миледи, не правда ли? В кои-то веки мы просто танцуем, а не убегаем от очередной опасности. Нам просто жизненно необходима была передышка. Признаться, я рад видеть здесь лица моих друзей и товарищей. Как ваши дела? Надеюсь, музыка вас не утомила?

Театр   - Мы похожи не только внешне, Рейлиан. - Вздохнула Арения. - И если брат подружился с вами, скорее всего мы бы тоже смогли дружить. - Арения не стала уточнять, что при удачных обстоятельствах смогла бы уломать отца на мезальянс, тем более что Рей уже был помолвлен и кажется действительно любил свою невесту. - Но какое коварство со стороны Лавиния! Прикинулся ферелденцем и я его не узнала.   Рейлиан засмеялся, оценив резюме касательно Лавиния. Потом серьезно посмотрел на Арению:   - Я был бы счастлив с вами подружиться, миледи. Хотя сейчас не самое лучшее время, чтобы наведываться в Минратос почаще. Впрочем, вы ведь не уедете прямо сейчас? Можно было бы встретиться вместе, небольшой компанией и интересно провести время. Да хоть на тот же пикник или домашнюю вечеринку. Был бы рад снова вас видеть. - Танец подходил к концу и какое-то время им пришлось сосредоточиться на нарастающем темпе движений. Затем музыка начала затихать, и Рейлиан вопросительно посмотрел на девушку.

Театр   - За мной должен присматривать брат, но он кажется, даже за супругой присмотреть не в состоянии. - Сердито фыркнула Арения. - Кстати, я так и не смогла узнать Лавиния. В каком он костюме?   - Хм.. - Рейлиан задумался. - Думаю, поскольку уже почти конец праздника, то не будет вреда, если я вам подскажу. - Он поискал взглядом знакомую фигуру. - Видите вон ту голубую собаку? Это Лавиний и есть. Вы так похожи, - не выдержал и признался юноша, не отрывая взгляда от ее голубых глаз. Руки, впрочем, исправно делали свое дело, и пара ни на миг не переставала безукоризненно исполнять движения танца.

Театр   - С удовольствием, сударь. - Арения приняла руку алхимика и позволила увлечь себя на танцпол. - Вы не боитесь со мной танцевать? Кажется одна лисичка начала скрипеть зубами.   - Пока она, похоже, приняла меня за кого-то другого, миледи, - обезоруживающе улыбнулся Рейлиан. - А я пока не хочу ей сообщать, я еще не придумал, как это сделать так, чтобы точно запомнилось. Как только придумаю - обязательно ей сообщу. А вы здесь одна или с кавалером? - поинтересовался юноша, уверенно ведя в танце. Он всегда знал, что ей не ровня и надеяться не на что, но все равно сейчас, когда он был помолвлен, сносить эту несправедливость стало намного легче. А сколько писем к ней он сжег, так и не отправив их адресату! Арения даже не подозревает, что с ней вели обширную переписку в никуда. 

Театр-Сад   Амата прогуливалась среди танцующих, танцевала с ними, общалась у столиков с напитками и закусками, но нигде не могла обнаружить своего мужа. Зато в толпе попадались поистинне интересные экземпляры. Среди гостей и масок, с которыми эти гости сжились на одну ночь, совсем нетрудно было разглядеть странного мага. Или аристократа, поскольку такой, с позволения сказать, наряд мог себе позволить только человек с глубоким карманом и обмелевшими комплексами. Стройный юноша был облачён в тунику из струящейся воды, постоянная рябь на которой несколько скрывала отсутствие чего-либо под собой. Воду пронизывали лириумные нити, сотканные в аккуратные узоры, словно вода была тканью. Юбка туники оканчивалась чуть выше коленей, демонстрируя опутанные длинными завязками сандалий икры. Туника так же обнажала руки с золотыми налокотниками и шею с блестящими каплями то ли воды, то ли драгоценных камней, которые не были ничем скреплены и лениво вращались по часовой стрелке, массируя немного смуглую кожу юноши. Завершала образ тончайшая водяная маска, которая подражала настоящему лицу носителя, скрывая его черты, но сохраняя мимику. В растрёпанных светло-русых волосах гость носил триумфальный венок без перемычки на лбу, но вместо золота или живых листьев венок был сплетён из белых перьев, очень похожих на вороньи. Странный выбор.   "Водяной танцор" наслаждался действием, смеялся над шутками проходящих мимо незнакомцев, распивал вино вместе с незнакомками, после чего плавно перемещался по театру, как лазурная волна с блестящими на дне золотыми самородками, чтобы повторить веселье заново с новыми людьми. Движения и разговоры (а иногда и откровенный флирт) юноши были бессистемны: он не выискивал осанистых "аристократов", охотно уделяя внимание даже скрытым сопорати. В благоухании парфюмов выделялся его запах - обычная свежесть шумного прилива и манящая прохлада, как после дождя. Утомлённая духотой публика невольно собиралась возле той части зала, где останавливалась эта живая водная скульптура. Амата, решившая освежиться между танцами, взяла вино с соседнего столика и приблизилась к гостю, кожей вбирая магию его костюма.   - Вы словно ласкающие струи водопада после изнуряющего дня путешествий и сражений с врагами, - искренне одарила она его комплиментом и улыбнулась из-под зеркальной полумаски.   - Не будем о сражениях, - водяная маска исказилась, улыбаясь. Какое-то время гость с интересом всматривался в своё отражение на поверхности зеркальной маски. - Странно, что для ласк после изнуряющего дня вы выбрали меня, миледи. Ибо не вижу я здесь людей более различных. Зеркало так щедро раскрывает тайны, пучина же хоронит их навеки, - юноша провёл пальцами по своему наряду, оставляя бороздки на дрожащей глади. Удивительным образом ни капли влаги не осталось на кончиках его пальцев. - О чьих же тайнах мне может поведать это миловидное зеркало, которое я вижу перед собой?   Юноша снова улыбнулся и чуть приблизился к собеседнице. Амата засмеялась, пораженная необычностью ситуации.   - Как интересно подмечено! - Произнесла альтус, чуть ближе придвинувшись к нему - Дух Обнажения, заставляющий каждого заглянуть в свое отражение и увидеть себя, наконец-то наткнулся на кого-то, против кого он бессилен. - Темно-красные губы лукаво изогнулись, подхватывая игру. - Интересно, что получится, если две противоположности встретятся?   - Праздник, конечно же! - воскликнул юноша и вскинул руку. Гости театра в это время разбивались по парочкам и начинали вальсировать, чтобы немного разгрузить набитые закусками животы. В карих глазах посланца волн  тоже читался голод, но иного рода. Всего лишь на мгновение могло показаться, что холодок вокруг распространяет не наряд парня, а он сам.   - Миледи когда-нибудь бывала в центре шторма? Позволяла стихии захватить себя, ощущала грань, что отделяет страх от восторга? - незнакомец протянул руку, приглашая волшебницу на танец. - Все эти люди пришли сюда, чтобы забыть об опасности. Обетах. Связях. И, страшно сказать, долге. Миледи пришла сюда, чтобы наполниться новыми впечатлениями или же забыть о старых?   Амата позволила себя увести, покоряясь этой стихие. Она скользя проследовала за партнером и отдалась во власть музыки.   - Старые впечатления нельзя забыть - они навсегда остаются с нами, впечатываясь в душу, срастаясь с ней. Забыть свое прошлое - значит, потерять себя. Конечно же, мне приятнее обрастать новыми впечатлениями и становиться частью чего-то большего, чем прежде. Самой становиться чем-то большим и более глубоким. Разве не это есть жизнь?   Танец захватил их в свой ритмичный плен. Одежда леди соприкасалась с водяной туникой, но оставалась сухой - носитель вычурного наряда не желал расставаться даже с малейшей каплей своего образа.   - Я бы сказал, что политическая жизнь столицы волнительно кипит. Мне неоднократно предлагали стать частью чего-то большего, особенно когда я принял власть над своим Домом. И знаете что, миледи? Я отказал всем, - руки, которые до этого плавно вели Амату по волнам танца, настойчиво притянули партнёршу ближе. - Я не желаю обрастать чужими идеями и разделять чужие взгляды. Оглянуться не успеешь, как твоя жизнь превратится в чью-то жизнь. Или, ещё хуже, отданную за что-то жизнь.   Чем дольше собеседник говорил, тем более отчётливо Амата ощущала холод, текущий по её рукам. В тесном, стремительном танце тепло покидало её тело, но тепло не обычное. Как в самой настоящей пучине, её магическая суть капля за каплей словно исчезала, растворяясь в незнакомце. А карие глаза за водной маской заблестели - чувство голода покидало их. Не было сомнений: юноша питался Тенью и как паразит пытался дотянуться до отголоска этой Тени в самой волшебнице.   - Прошу меня простить, я... кажется, вас утомил, - ему не нужно было видеть глаза за зеркальной маской, чтобы понять: она знает. Юноша остановился и через силу сделал шаг назад, разрывая паразитическую связь. Но рука его всё ещё была выдвинута вперёд на тот случай, если у Аматы закружится голова и ей понадобиться опереться на крепкий локоть. - Пожалуй, я всё же не могу не разболтать вашей маске один маленький секрет, миледи, - сменив тему, гость доверительно понизил голос. - Это последняя ночь, когда я могу вкусить свободы. Завтра все маски будут сброшены, а я... обручён.   Амата улыбнулась, и в этой улыбке проскользнуло что-то вроде материнской нежности. Потянувшись к своему партнеру, она притянулась к нему и продолжила танец.   - Что брать и что отдавать - каждый должен решать за себя, дорогой, - прошептала она, приблизившись к его уху, поскольку танец был из тех, где партнеры то отдалялись, то сближались снова. Рука нежно заскользила по прохладной тунике наверх, приласкала шею, скользнула по маске. Под ее пальцами была живая, мягкая вода, которая скорее оставляла ощущение воды, чем по-настоящему была таковой. Впрочем, что является настоящим в этом странном мире? - Пока я еще могу дать немного больше. И хочу дать.   Танец заставил ее отстраниться, но руки поддерживали контакт. Спустя несколько пируэтов она снова оказалась совсем близко.   - Пока длится мелодия, мы танцуем. А потом.. - глаза задержались на нем, и Амата поняла, что никакая зеркальная маска не способна ее укрыть сейчас. - Я надеюсь, вы будете счастливы. Уверена, он тоже хотел бы этого, даже если кажется, что это не так.   Когда их лица оказались настолько близко, что дыхание двух людей переплеталось столь же вольно, как их руки, маска из воды раздалась в стороны, обнажая для Аматы лицо партнёра. Только для неё.   - Он всегда хотел, чтобы его внук нашёл счастье с единственной достойной женщиной в этом подлом городе. И внук нашёл, пусть это даже несколько мгновений одной ночи, - по-юношески пухлые губы двигались, и такое знакомое Амате лицо произносило чужие слова чужим голосом. Это лицо было такой же маской, как и слой воды на нём. - Но их мелодия стихла, а танец так и не начался. Нечего отдавать, а брать...   Белефор подался вперёд, но вместо губ поцеловал щёку Аматы. Казалось, что в этот момент он передал ей последний огонёк настоящей жизни, который ещё теплился в нём. А затем юноша в маске из воды сделал шаг назад, величественный и холодный, как подобает лорду Виго.   Но что за праздник без проказ?   - За женщину, ради которой стоит умереть! - возвестил лорд, взял с подноса бокал с вином и высоко поднял его, привлекая внимание. А затем поднёс вытянутый сосуд к горлу, наклонил его и медленно повёл вдоль шеи. Струи ароматного вина как кровь полились вниз, сбегая по шее до ключиц и смешиваясь с водной "тканью" туники. Вино проникло в воду, окрашивая необычный наряд в цвет тусклого заката. Последнее представление Белефора Виго, как и обычно, вызвало неоднозначную реакцию. Кроваво-винный лорд сдержанно поклонился зрителям и быстро скрылся в приливе заинтересованных его персоной гостей. Амата больше не видела его, казалось, он словно пропал, словно его тут и не было. Задумчиво улыбаясь, магесса решила вернуться к празднику, и вскоре ее уже закружил по залу какой-то светловолосый юнец в пестрой мозаичной маске.   Еще один незнакомец и еще один танец. Амату даже начала затягивать эта ритуальная охота за масками. Пока музыканты устроили небольшой перерыв (достаточно короткий, чтобы гости не успели заскучать), чтобы промочить горло и взяться за музыку с новыми силами, альтус отошла к столу с закусками и взяла небольшую креманку с лимонно-вишневым мороженым. Смакуя по ложечке прохладное лакомство, она разглядывала гостей, отмечая про себя, кто из них был явно знаком друг с другом, а кто с опаской пытался знакомиться. Наконец, снова зазвучали первые аккорды, и люди снова стали собираться по парам и выходить к центру, где проходили танцы.   Рядом с Аматой, словно бы из ниоткуда, появился незнакомец. Маска, почти до подбородка закрывавшая его лицо, была не самой изысканной из тех, которые маг могла увидеть на сегодняшнем приеме.   - Госпожа, - голос человека был хриплым, будто бы сорванным или простуженным, грубым. - Могу я иметь честь пригласить вас на танец? - слегка поклонившись, произнес он, протягивая ладонь.   Вид его ничем не вызывал подозрения - может быть он и не был разодет, как некоторые гости, но и случайно пробравшимся на прием разорившимся и утратившим всякое влияние имперцем, потратившим последние деньги на одежду, не выглядел. "Незапоминающийся" - самое подходящее слово для описания его вида. Осторожно слизав с губ случайно оказавшуюся там капельку мороженого (ох и напугал ее этот незнакомец!), Амата отставила креманку на столик и протянула руку, присев в легком книксене.   - Непременно, мессир, - улыбнулась девушка из-под маски. - Разве не для этого мы все здесь собрались?   - Думаю, что у каждого свои интересы на этом, без сомнения, великолепном приеме, - с легкой насмешкой произнес незнакомец, аккуратно принимая ладонь девушки. Перерыв в танцах подходил к концу и пары вновь потянулись к центру зала, готовясь слиться воедино с музыкой.   - Страна процветает и люди радуются, что может быть лучше? - глаза незнакомца сверкнули в свете огней, освещающих зал.   Едва раздалась первая мелодия вальса, как все, решившие совершить очередной круг танца, пришли в движение. Ее спутник вел уверенно, обладая всем положенным мастерством, разве что находясь чуть-чуть ближе к Амате, чем было положено.   Амата танцевала, удивленно разглядывая из-под маски приметные черты незнакомца. Черные, доходящие до плеч волосы были собраны в хвостик, но это ни о чем не говорило. В Тевинтере было полно темноволосых мужчин с длинными волосами, и это мог оказаться кто угодно из ее знакомых. Она еще раз окинула взглядом фигуру: строгий, явно недешевый камзол облегал стройную фигуру, в которой чувствовались не девичьи мускулы; треуголка с пером, рост на полголовы выше нее самой, смуглая кожа. Глаза под маской были затенены, но, кажется, карие. Ренли? Нет, очень похож, но вряд ли - она бы почувствовала.   - Радуются вопреки, а не благодаря, - слегка, насколько позволяли движения танца, дернула плечиком альтус. - Впрочем, какая разница? Если они могут веселиться и позволять себе что-то только потому что скрыты за масками, то можно им только посочувствовать. Пусть наслаждаются праздником. - Темно-красные губы изогнулись в улыбке. - Я же наслаждаюсь, так почему им нельзя?   - Действительно, многим - а может и почти всем - удобнее скрываться за масками, в тенях, чтобы вдохнуть немного воздуха свободы и счастья, - кивнул мужчина, продолжая четко выполнять движения танца. В них не было должного изящества, которым могли бы похвастаться завсегдатаи подобных приемов, равно как и не чувствовалось, что ее спутник получает от этого какое-то особенное удовольствие. - Но иногда даже храбрецам приходится таиться, чтоб не пасть в бездну.   Музыка набирала силы, некоторые, не очень уверенные в своих силах пары, стали отступать к краю площадки, надеясь сохранить достоинство и не показать собственное неумение. Амата снова попыталась проникнуть сквозь маску, но потерпела сокрушительное поражение. Сама она чувствовала себя в танце, как рыба в воде, это было одно из тех немногих занятий, которые давались ей легко и непринужденно. Почувствовав напряжение и какую-то мрачность своего спутника, она мягко и ненавязчиво направила своего партнера прочь от центра, где пары приковывали всеобщее внимание.   - Но почему бы даже под маской не оставаться самим собой? - спросила девушка, когда они затерялись среди танцующих. - Маски нужны, чтобы скрывать себя от других, но не от самого себя. А что до бездны.. то пошла она в Бездну! - припечатала магесса и рассмеялась, посверкивая глазами из-под зеркальной поверхности.   - Бывает так, что ношение маски превращается в необходимость. И ты уже никогда не снимаешь ее просто потому, что так проще, - тихо рассмеялся мужчина. - Вы прекрасно танцуете, госпожа. Пожалуй, вечер перестал быть таким скучным, каким он мне показался с самого начала. Я слышал, что тут есть прекрасный сад - тихий и спокойный, - слегка склонив голову на бок произнес он.   В зале действительно было слегка душно. Амата с улыбкой кивнула и поманила тоненьким пальчиком. Взяв прохладительные напитки, она проводила собеседника в сад и направилась по шуршащей гравием дорожке вглубь.   - Лучше держать ухо востро, чтобы не наткнуться случайно на какую-нибудь страстную парочку, - подмигнула альтус юноше. Сама она не боялась, что у него могут оказаться гнусные намерения, даже без оружия она могла за себя постоять - зря, что ли, запаслась парочкой острых клыков, позволяющих в случае чего незамедлительно прибегнуть к магии крови?   - Соглашусь, - незнакомец огляделся по сторонам и кивнул на скамейку. - Присядем, в ногах, как известно, правды нет. Вы позволите? - он указал на появившуюся в его руках короткую трубку из темного дерева. - Тут действительно красиво. - Мужчина поднял голову, глядя на темное небо усыпанное крупными северными звездами - ночь вступила в свои права. - Иногда думаешь, стоит ли ждать того, что это небо сгорит в огне... - задумчиво протянул он с непонятной грустью в голосе.   Амата вздрогнула, завороженно глядя на трубку. Потом молча присела и придвинулась поближе.   - Иногда лучше даже не знать, об этом, - размеренно произнесла магесса, вглядываясь в своего собеседника.   - О да, жизнь многое разбивает, - кивнул он, поворачивая голову к Амате. - На что мы надеемся, о чем мечтаем. Хотя, мне кажется, что сильные люди могут этого избежать или даже обратить это себе на пользу, не так ли?   - О, да, - согласилась Амата, смущенно улыбаясь. Она смерила собеседника кокетливым взглядом и положила ладошку на его сильную ладонь. - Всегда есть место надежде. По крайней мере, не стоит никогда забывать о ней. Куда бы ни забросила нас судьба. Такой чудесный вечер, милорд, - мечтательно произнесла альтус. - Это нужно отметить, - предложила она, поднимая бокал.   - Без сомнения, госпожа, - улыбнулся он, так же поднимая бокал. Сплетя руки в локтях, они выпили по глотку из бокалов, после чего мужчина, насмешливо сверкнув глазами, неуловимо коснулся губ Аматы своими. - Не вели казнить, - рассмеялся он.   Амата смешливо фыркнула, а потом, потянувшись к мужчине, оставила на его губах нежный долгий поцелуй. Все-таки полумаски были намного лучше полных, закрывающих все лицо.   - Чудесная ночь, - прошептала она, обжигая шею жарким дыханием. - Когда еще можно отбросить прочь все сомнения и приличия и побыть просто двумя незнакомцами в масках? Я даже не буду спрашивать ваше имя, сударь, и не скажу своего. Я просто запомню эту мимолетную встречу как краткий миг волшебства.   У зеркальной маски, которую носила магесса, был один недостаток: она отражала только тогда, когда освещение снаружи намного превосходило освещение под ней. Сейчас же, в темноте, маска стала совершенно прозрачной, но это не имело значения - маски на маскараде были не только физическими, но и несли в себе глубокий внутренний символизм. Никто не посмел бы потом изобличить другого в неподобающем поведении - ведь здесь не было конкретных личностей, были только лишь маски.   - В ваших словах - правда, госпожа, - аккуратно, так чтоб не помять изящный костюм девушки, прижав к себе Амату, сказал он. - Но это то волшебство, которое мы творим сами. И оно, что меня радует, доступно каждому - стоит лишь этого захотеть, - с легкими нотками грусти добавил он, внимательно глядя в ее лицо. - Эта ночь - наша, - тихо произнес он.   Амата задумчиво провела рукой по его кружевному жабо, каскадом падающему вниз, словно пенистый водопад. А почему бы и нет? В конце концов, они были всего лишь маски.   - В таком случае, нам стоит подыскать более уединенное местечко, - прошептала она, оставив еще один поцелуй - жадный и страстный. Не дожидаясь ответа, волшебница взяла мужчину за руку и потащила его в самую глубину сада.

Театр   - Очень лестное признание, Рейлиан, спасибо. - Арения слегка покраснела под маской. - Бал маскарад чудесен, давно я так не веселилась.   Рейлиан отпил еще вина и огляделся вокруг. Да, что-то такое было во всем этом. Он поставил бокал и протянул руку в поклоне:   - Танец, миледи? - Рыжая лисичка крутилась неподалеку, но юноша был из той породы людей, которые предпочитают все самое вкусное оставлять на потом.

Театр   - А я вас узнала, алхимический котище. - Арения подошла к Рейлиану и протянула ему бокал. - Как ваши дела?   - О, благодарю, - улыбнулся он, принимая бокал и отпивая добрый глоток. - Дела отлично, хотя и не обошлось без потрясений. А я вас тоже узнал, леди, и даже хотел, пользуясь анонимностью, признаться, что когда-то мечтал жениться на вас. - Он внимательно взглянул в глаза Арении и демонстративно вздохнул. - Увы, поскольку анонимность нарушена, придется мне сохранить это в тайне. Как вам бал-маскарад?

Театр   - Вы льстите мне, но я не стану вас отговаривать. Продолжайте, - озорная улыбка мелькнула на ее лице под полумаской, и Виперия не скрывала своего задорного настроения.   - Разве является лестью наслаждение бокалом выдержанного вина? - приподнял бровь Рейлиан, провернув партнершу в очередном па. Если его умение танцевать и уступало тому, что умели представители знати, то точно не уверенностью и точностью движений. - Не все, знаете ли, ценят внешность или богатство. Лицо могут обезобразить шрамы, состояние - истощиться, но ум, проницательность, храбрость - это отнять невозможно, и с годами они только накапливаются. - Музыка затихала, и парочки кружились в прощальных пируэтах, готовые завершить вальс. Рейлиан исполнил свою партию и склонился, целуя даме ручку. - Я благодарю вас за оказанную мне честь, мадам. Надеюсь, мы еще свидимся. В не менее благоприятных обстоятельствах.   Он распрямился и проводив даму к краю танцевальной области, отправился к столикам промочить горло.