19. Месяц Первого Зерна. Не слишком поздний вечер. Таверна «Плут на привале»
Рессоры телеги в последний раз скрипнули, и извозчик остановил лошадей. Опустив в ладонь старика пару септимов и поблагодарив его, Кентул оглядел здание. "Недурственно, весьма", - присвистнул он. Размеры постоялого двора успели стать размытыми за годы отсутствия, и теперь внушительное сооружение заново поразило воображение эльфа. Сильно ли изменилась таверна? Есть ли кто-то из старых посетителей? Узнают ли его, вспомнят ли? Такие вопросы крутились в его голове, но они тут же испарились, стоило только открыть дверь и переступить порог: здесь ничего не менялось.
Неприметная босмерка за столиком у двери приветливо улыбнулась, огромный орк в дальнем углу поднял гигантскую кружку пива, приветствуя его. Зал шумел, пиво пенилось, вино текло кровавой рекой на столы и животы посетителей, а бармен что-то напевал себе под нос, шевеля густыми усами, и протирал стойку. Данмер сел за стол и жестом подозвал слугу, чтобы заказать ужин и комнату. Вскоре на столе появились жареные кабаньи лапки с тушеной морковкой и серебряный графин с горячим медово-имбирным напитком. Эльф попросил газету. Сегодня заголовки гласили о жестокой расправе на голубой дороге и очередной партии контрабанды скуумы, которую изъяли стражники на границе с Эльсвейром. Как сообщалось в статье, в тот же день самих стражей порядка, в невменяемом состоянии лежащих на обочине дороги, обнаружил нищий из Бравила, вышедший совершить омовение в водах Нибена.
Далее издание сообщало о близости окончания реконструкции Кватча и рекламировало местные пивнушки, что должно было способствовать повышению репутации как заведений, так и самого города. Что было сделать крайне трудно, и сам Кентул подумал, что вряд ли сунулся в проклятый город даже через десять лет после тех ужасных событий.
Наконец в самом низу страницы ютилась маленькая колонка, сообщавшая, что стража прикладывает все усилия, чтобы поймать беглеца, но справедливо полагает, что тот решил залечь на дно и пока не подавал признаков присутствия.
Свернув газету трубочкой, данмер отложил ее на край стола и принялся за еду, то и дело искоса поглядывая на прибывающих в таверну путников и прислушиваясь к их разговорам.