Служитель зла
Пламя старого камина трещало сложенными в него поленьями и это был единственный источник света в полутемной мрачной комнате, лишенной окон. Мрачные изломанные тени, похожие на уродливых горгулий, плясали в жутком макабрическом танце. Холодный сквозняк стенающим созданием завывал свою грустную песню в глубинах старого полуразвалившегося здания имперского форта, в котором, собственно, и находилось это помещение. Паутина с налипшей на нее вековой пылью свисала с потолка как странное бахромчатое украшение. Под потолком шуршат летучие мыши, устроившие где-то выше свое гнездо. А быть может, это и крысы возятся в своем привычном безделье, коих здесь тоже хватает. Коридоры форта, холодные и полутемные, заполнены легким туманом. Воздух пропитан миазмами смерти и тлена.
У камина, прильнув взглядом в танцующее пламя огня в камине, воседает на старом кресле тот, кто и сам стал частью это кладбищенского мрака. Лицо его, бледное и худощавое, замерло как будто окаменело. Тонкие губы сжаты, а черные пугающие своей пронзающей холодной пустотой глаза блестят отсветом огня. В этом забытом всеми форте нашел себе новое убежище служитель темных сил Сильвариил Полумертвый - некромант, убийца, даэдрапоклонник, погубитель собственной семьи и гробокопатель. Тот, кто был казнен два года тому назад, разрублен на части и предан огню, но восстал из мертвых, чтобы продолжить и далее свои гнусные дела.
Еще до Кризиса Забвения ведомый голосом своей темной госпожи, апатичный и слабый, он прибыл на территорию Сиродила, оставив после себя дымящиеся развалины своего дома и гору трупов. Он прихватил с собой семейные драгоценности и деньги, которые безусловно пригодятся ему в новых начинаниях. Измученный долгой дорогой Сильвариил нашел себе пристанище для отдыха в темной пещере в лесу. Он свалился на холодный каменный пол без сил в прохладной темноте. Немощное тело, его неизлечимый недуг, гнусное проклятье, ныло от усталости и боли. Слизывая холодную росу с камней, он был готов принять свою смерть, не в силах более вынести невыносимое испытание. Но его тайная госпожа, его темная возлюбленная не отвергла свое последователя и не бросила его там подыхать как больного зверька, хотя могла это сделать, следуя своей натуре. Она возникла вновь, теплая и нежная, села рядом и положила его голову себе на колени, ласково гладя его светлые длинные волосы.
"Ты молодец, мой милый. Ты добрался до этого тайного места, не смотря на смертельную усталость. И твоя награда будет достойной. Как я и обещала, ты станешь сильнее. С сего же дня", сказала она, покрывая его лицо поцелуями, а затем протянула руку, в которой что-то зашуршало. На пожелтевших листах полуистлевшей бумаги Сильвариил увидал сложные гиерограммы и формулы, нечестивые знаки и описания пугающих ритуалов. И вновь откуда-то извне, даруя ему благословенное спасение, на него излился поток оскверненных сил, который он получал при контакте с мертвыми. То были тайные знания, оставленные Маннимарко, величайшим некромантом.
Странствующий торговец - имперец стал его первой жертвой, которую он бросил на алтарь в честь своей темной богини, пронзив его сердце острым клинком с золотой рукоятью. Алая горячая влага струилась по его рукам. Он рисовал багряные нечестивые символы на своей груди и ладонях. А затем соскоблил мясо убиенного с костей, на которое тут же набросился целый поток откуда-то появившихся червей и личинок. В прочем, он знал, что это маленькие слуги его госпожи, которая стояла в темноте, нагая и прекрасная, и наслаждалась видом дела рук его. Ее алые губы искривились в довольной улыбке. Он с нежностью и восхищением смотрел на нее, заглядывал в ее такие же черные как у него самого глаза, полные древней непостижимой простыми смертными тьмы. Его госпожа, его темная богиня, его возлюбленная Намира.
Какое-то время он скрывался в Нибенее, облюбовав пещеру близ Лейавина, где проводил первые опыты над мертвыми. Порой ему приходилось браться за лопату и самому рыть могилы, выкапывая новый экземпляр для своих экспериментов. Но всякий раз ему чего-то не доставало, и тогда он забирал чью-то жизнь, будь то простой путник, или крестьянин. Но скоро о его деятельности прознал кто-то из стражи, начались поиски. Вооруженная стража с собаками прочесывали всю округу, а писаки "Вороного курьера" поспешили растрезвонить об ужасных преступлениях. "Ужасающие в своей жестокости убийства", "Неизвестный маньяк вырывает сердца", "Обнаружен труп со странными знаками на спине", "Семеро погибших", "Кто остановит Нибенейского Мясника?". Сильвариил вынужден был покинуть свою обитель, предварительно уничтожив в пещере все следы своей деятельности.
Двигаясь на север, он остановился в Чейдинхоле, который показался ему несколько праздным городком, а посему следовало бы вести себя аккуратнее и не делать более прошлых ошибок. Здесь он осел надолго, устроившись работать на местное кладбище, поближе к своим возлюбленным мертвецам. Ему даже удалось заиметь маленький домик, который впору какому-нибудь бедняку, а не истинному аристократу. Но Сильвариилу было плевать на удобство и почести, всецело погружаясь в работу. Днем он рыл могилы и ухаживал за кладбищем, ночью же трудился над рукописью Маннимарко. Так он прожил почти три года, оставаясь в тени и не вызывая у прочих горожан подозрений, хотя те и отмечали, что новый смотритель кладбища довольно таки жуткий внешне, своей худобой и бледностью сам похож на мертвеца.
Но потом он вынужден был вновь бежать, когда любопытные мерзавцы отыскали его тайное святилище смерти и тлена в заброшенном старом сарае, куда он стаскивал выкопанных ночью мертвецов. Он сложил их аккуратно, как кощунственные экспонаты, завернутые в саван среди алых свечей. Здесь Сильвариил начал переписывать рукопись Короля Червей. Именно здесь, в этом богохульном темном убежище, алчные зеваки обнаружили помимо вырытых с кладбища мертвецов тело пропавшего на днях жреца Аркея, опознать которого удалось лишь по амулету, ибо голова напрочь отсутствовала. Он был раздет, а на груди чем-то острым вырезали какие-то непонятные знаки. Отрубленные руки его лежали на деревянном столе. Прознав о том, Сильвариил поспешил убраться, но напоследок вознаградить этих тупых зевак за излишнее любопытство. Первого нашли близ стен города, привязанного к дереву собственными кишками, что тянулись из распоротого живота, рот был разрезан от уха до уха, а ноги объели до костей дикие животные; второго же обнаружили на конюшне и то было настоящее тошнотворное произведение извращенного искусства: некромант сшил несчастного с плотью убитой лошади, причем заместо лошадиного черепа была человеческая голова.
Долгое время Сильвариил не проявлял себя, скрываясь от людей в темных чащах и покинутых развалинах, пока однажды не связался с бандой Гробуша Живодера. То был 9 год 4 Эры.
Филлис
Его воспоминания были прерваны легким шуршанием со стороны двери. У порога в неловкой нерешительности застыла его верная ученица и помощница Филлис, миниатюрная босмерка с каштановыми волосами и огромными миндалевидными глазами цвета палой листвы. Сильвариил, которого Филлис с открытым восхищением и преданностью называет, "учитель", но чаще "мастер", не подал вида, что заметил ее и сохранил безмятежное лишенное чувств выражение лица. Облаченная в черные одежды девушка прежде всего обратила внимание на стоящий на столике пред ее учителем поднос, в котором стояла чашка с овощами и фруктами, где никогда не было мяса, ибо грубо волокнистая и жирная пища была слишком тяжелой для его желудка, и кувшин с подогретым вином. Он так и не притронулся к еде. Наверняка, даже не пил. Вновь прибывал в своей задумчивой отрешенности, погруженный в свои бесконечные мысли.
Филлис была взволнована. Всякий раз порывалась заговорить, но открыв было рот, тут же его закрывала. Учитель не любил, когда его тревожили напрасно.
Долгое время мастер Сильвариил действовал исключительно в одиночку, пока однажды, не столкнулся с некоторыми трудностями, работая над какими-то особыми бальзамами и эфирами, предназначенными для обработки трупов, а посему впервые связался с представителями Культа Червя, в особенности с Драккусом, тогдашним духовным лидером. Драккус был просто поражен открытиями и изобретениями таинственного колдуна, о котором никто никогда не слышал, и предложил присоединиться к их немногочисленной общине, квартирующейся в заброшенном форте на северо-западе Сиродила. В первый раз Сильвариил отказался, но согласился сотрудничать и охотно делился своими тайнами. А потом его схватили и упрятали в имперскую тюрьму, где должны были казнить. По истине темные силы благоволили ему, ибо в час казни тайными путями некроманта вывели на свободу последователи Намиры, переодетые стражниками. Казнь все равно была проведена, вот только вместо Сильвариила был казнен жрец Аркея. В тот день разразилась страшная гроза, и чудовищные молнии разрезали небо яркими вспышками. Тогда-то она, не самый умелый и часто упрекаемый Драккусом некромант, впервые увидела этого изможденного бледного альтмера и не могла отвести взгляда от его черных бездонных глаз. С той поры Сильвариил стал полноправным членом Культа.
Филлис привязалась к нему, прислуживая и ассистируя в опытах, что изрядно злило Драккуса, который часто упрекал ту в отсутствии таланта и глупости. На самом деле Филлис умеет оживлять мертвых, вот только мертвых животных, что в понимании мастера Драккуса было делом бесполезным. На кой сдался, например, оживленный олень, что, полагаешь, с ним нужно делать? А потому до появления Сильвариила в этой мрачной обители темного культа девушка использовалась только в качестве слуги и не более. А вот Сильвариил разглядел в ней талант и даже похвалил ее способности. Он не редко уделял ей куда больше времени, чем надутому индюку Драккусу, который мечтал, сделав того своей правой рукой, возвеличиться в Культе.
Однако не суждено было тщеславному Драккусу манипулировать Сильвариилом. Спустя полгода как альтмер появился в их обществе, между ними произошел конфликт, который окончился кровопролитием. Требуя от Сильвариила раскрытия всех своих тайн, которого Драккус за глаза называл то Вурдалаком, то Полумертвым, как бы в насмешку, не подозревая, что тот носит эти прозвища с гордостью, он хотел было применить силу, демонстрируя таким образом свое могущество и величие, но был остановлен созданным этим альтмером созданием. То был мертвец, скованный металлом, глаза которого пылали тем же черным огнем, что и у самого Вурдалака. Попытавшись применить на мертвеце заклинание изгнания нежити, Драккус к своему ужасу осознал что оно не работает против этого чудовища. А затем закричал, пока оживленный труп не вырвал его горло. Сильвариил стал новым лидером.
Филлис деликатно кашлянула, привлекая его внимание. Тот наконец обернулся.
- Вам письмо, учитель, - сказала она, протягивая конверт.
Сильвариил развернул его, бегло ознакомился с содержимым и бросил в огонь.
- Мне нужно на какое-то время отлучиться, - сказал он, наблюдая как чернеет, скручивается и распадается в пепел бумага.
- Вы желаете, чтобы я сопровождала вас, мастер Сильвариил?
- Нет, ты нужна мне здесь. Останешься за старшего. А мне нужно повидать одного человека.
- Но вдруг это ловушка? Стоит ли...
- Вот и узнаем. Возьму одно из своих созданий. А ты проследи, чтобы тут ничего не развалилось.
Слуга
Они прибыли никем почти незамеченные, но те кто все замечал высокую согбенную фигуру в неприметном одеянии и ковыляющего рядом воина в кольчуге спешили отвести взгляд, будто бы разглядели в их тенях жуткую угрозу для себя. Скоро Сильвариил отыскал нужное место. Значит, здесь собираются вершители темных дел? Некромант указал своему воину на дверь, и тот звякая кольчугой немедленно поспешил выполнить приказ, отворяя дверь для своего господина. Слуга вошел первым, чтобы принять на себя возможный удар. Он был лишен страха и выполнял лишь указы. Струившаяся по его жилам дарованная Сильвариилом сила и особые бальзамы, впитавшиеся в его мышцы и кости, предотвратили процесс разложения и укрепили плоть. Мертвое ничего не выражающее лицо с блеклыми глазами выглядывала из-под кольчужного шлема, который был буквально приколочен к черепу. Возможно, кто-нибудь узнал бы в этой мертвой безжизненной маске бандита Атанасиуса Грифа, некогда орудующем в пределах Анвила. То был подонок и мразь, коих только поискать, которого давно нужно было бы вздернуть на виселице. Убийца, мародер и насильник, который часто, налакавшись браги, хвастал своими трофеями - отрезанными пальцами своих жертв. Вот только пал этот ублюдок и убийца от руки не какого-нибудь воителя или ловца бандитов, а от ножа беременной данмерки, которую он надумал было ограбить да и немножко позабавиться перед тем, как перерезать ей горло. Данмеркой оказалась некая Ареннис Версетти, которая сумела постоять за себя. Глубокая борозда на горле мертвеца как раз след от ее ножа.
Помещение, в котором проходило собрание, вдруг наполнилось мраком. Свечи погасли как от сильного сквозняка. Стало холодно и неуютно. Атанасиус Гриф, а ныне не более чем слуга, отошел в сторону, пропуская некроманта. Сильвариил вошел, оглядев помещение с равнодушным безразличием. Его лицо было скрыто капюшоном, отчего казалось, будто его и нет.
Некромант вытянул костлявую черную от татуировок и знаков руку и указал тонким пальцем на одного из присутствующих.
- Ты, как я полагаю, Марко? Зачем ты призвал меня сюда? - его речь была томной, но ядовитой, так мог бы шептать вооруженный дремора, притворившийся приветливым жрецом.
