Князь Вольтецкий

- Слу-ушай, Фрэнки, - мямлит адвокат в трубку, пытаясь собрать мозги в кучу и вернуть себе контроль над языком. Ты стараешься не вдыхать слишком глубоко, подозревая, что запах дорогого алкоголя может пройти даже сквозь телефон. Наконец, несвязное мычание сменяется более-менее нечленораздельное речью, но когда ты слышишь что именно говорит адвокат ты жалеешь, что он не вырубился прямо сейчас. - Я так не могу больше, Фрэнки. З-завтра я позвоню журналистам и выступлю перед прессой и скажу им все. Так больше нельзя, ты понимаешь? Мы хреновые люди которые губят простых бедняков и я больше не могу идти на сделку с совестью, не буду я больше, слышишь? - восклицают на другой стороне телефонной линии. Ты понимаешь, что если он действительно собирается это сделать, то просто потерей рабочих мест для вас обоих это дело не закончится.   Бывают такие моменты, когда ты желаешь только одного: чтобы человек, с которым ты сейчас разговариваешь, провалился сквозь землю и больше никогда не появлялся на белом свете. Потому что этот мир стал слишком тесен для вас двоих. И не потому, что он стал занимать больше места, а потому что он мешает тебе пробиться сквозь стеклянный потолок. Андервуд в гневе остановил машину и застыл на дороге, слушая весь тот пьяный бред, который нёс адвокат. Как выглядит лицо труса? Это затылок, который ты видишь, когда он сбегает, сверкая пятками, с поля битвы.    - Послушай, Мэтт, - Фрэнсис слышит свой собственный голос, который звучит слегка растерянно, - я тоже хотел с тобой об этом поговорить. Просто скажи мне, где ты сейчас, я приеду и мы с тобой разберёмся со всем этим. Он не верит, что говорит это. Но это было единственным правильным выходом.    Получив название бара, корпорат завёл машину и поехал дальше. Насколько же слабы люди, с которыми ему приходится работать? Терзаемые чем-то столь эфемерным, как совесть, они не могут выносить последствий принятых ими решений. Никто не думает о последствиях, когда предлагают кучу бабла. Но стоит петле общественного осуждения начать замыкаться вокруг шеи, как ты уже умоляешь, чтобы её с тебя сняли. Знаете, что самое смешное в этой истории? Это то, что эту петлю ты сам же на себя натянул и остался стоять с развязанными руками. Имея возможность в любой момент скинуть верёвку с себя, ты не пользуешься этой возможностью, потому что совесть не позволяет.    Андервуд припарковал машину в нескольких километрах от бара и пошёл пешком, стараясь оставаться в тени. Проходя по одной из улиц, Фрэнсис свернул в переулок, чтобы срезать дорогу и поменьше появляться на глазах у общества. Да, он рисковал быть ограбленным в одном из этих переулков, но он был вынужден рисковать. В мусорном контейнере копался бездомный с суровыми бровями и в длинном пальто с капюшоном. На его руках были натянуты перчатки, которые он стащил из какого-то магазина одежды, не иначе.   - Становится всё холоднее, да? - окликнул его Фрэнсис, подойдя поближе. Мужчина, вздрогнув от неожиданности, повернулся к нему и осмотрел его с ног до головы. Испытывая оправданное недоверие к представителям корпорации, бездомный попятился, не говоря ни слова, но корпорат поспешил его остановить, достав из кармана несколько бумажек.    Увидев деньги, бездомный задумался и остановился. В его маленькой тупой голове определённо проходили какие-то мыслительные процессы и он думал, не схватит ли его полиция сразу после того, как он возьмёт эти деньги. Но Фрэнсис уже не собирался давать ему и малейшего шанса для сомнения.    - Моя жена сейчас сидит в кафе со своим любовником, - начал Андервуд, придавая своему голосу расстроенное звучание. - Эта сука изменяет мне с моим лучшим другом, пока я вкалываю допоздна, чтобы удовлетворить её завышенные потребности. Я хочу, - наверняка, в этот момент его собеседник решил, что ему предлагают выступить в роли наёмного убийцы, и уже хотел возмутиться из-за того, насколько мизерную сумму ему предлагают, но дальнейшие слова слащавого мужчины в костюме избавили его от всех сомнений, - купить твоё пальто и перчатки, чтобы можно было подобраться к ним и сделать несколько фотографий. Без доказательств я не могу пойти в суд, а иначе развод не получить: эта стерва отберёт у меня всё имущество. - Фрэнсис грустно улыбнулся и протянул руку с тридцатью евробаксами бездомному.   Положив перчатки в карман пиджака и неся пальто на предплечье согнутой в локте левой руки, корпорат вошёл в бар, который был излюбленным местом сбора разношёрстных клерков, не представляющих из себя совершенно ничего. Это было заведение практически на окраине Вест-Хиллс и было обычным выбором для адвоката, который любил напиваться в местах подешевле, потому что во всех остальных ресторанах Вест-Хиллс пить было дорого, а не было той вещи, которую Мэтт Краневиттер любил больше, чем бутылка брэнди, и качество было абсолютно не важно. Только количество.    Фрэнсис нашёл адвоката и подсел к нему, повесив пальто на спинку стула. Пьяные глаза посмотрели на него и захотели что-то сказать, но Андервуд начал первым.   - Мэтт, я так рад, что ты мне позвонил, - если собрался атаковать, то атакуй первым, - я всё держал телефон в руке, чтобы набрать твой номер, но мне так и не хватило смелости. В конце концов, ты всегда был наиболее храбрым из нас, - к их столику подошла официантка, чтобы спросить, не желает ли мистер чего-нибудь выпить, но Андервуд отказался, попросив чая. Чтобы карать предателей, нужна твёрдая рука и ясная голова. 

Однажды, он наступит ботинком ей на горло и надавит так, что из её лживого рта не донесётся ничего, кроме хрипа о помощи. Он посмотрит сверху в её глаза, полные страха и ненависти, и усмехнётся. А потом, может быть, ещё плюнет в лицо. В этом мире нельзя довериться даже собственной семье. Фрэнсис крепко сжал телефон в руке, словно хотел его раздавить, а потом запихнуть детали в рот оператору агитационного отдела и заставить его прожевать пластиковые элементы, смешанные с электроникой, и заставить проглотить, чтобы этот прихвостень его матери прочувствовал современные технологии изнутри. Пусть они оцарапают ему всю глотку и застрянут где-нибудь в трахее. Фрэнсис посмотрел на Стиви и понял, что ненавидит его не так сильно, как корпоратов BioTech (не всех, конечно же, а только тех, что работают вместе с его матерью, что составляло большую часть компании).    - Значит так, Стиви, - заговорил Андервуд, пряча телефон во внутренний карман пиджака. - Пока что обойдёмся без концерта. Я сделал несколько звонков и к утру ты станешь довольно известен в сфере местных радикальных исламистов.    "Надеюсь, что среди тех, которые нужны нам", - добавил Андервуд про себя, посчитав необязательным говорить ещё и тот факт, что до BioTech тоже могут дойти слухи, которые её же работники и распускают. Тогда жизнь действительно не покажется мёдом, но если решил внедриться в секту мусульманских торговцев женщинами и оружием, то останавливаться уже поздно. Стиви Стокс хотел славы? Андервуд дал ему славу. Может быть, излишняя известность станет причиной смерти славного музыканта, но он ведь сам об этом попросил.    - Поздравляю, теперь ты террорист, Стиви, - усмехнулся Фрэнсис и похлопал парня по плечу, - увидимся, - добавил он и закрыл окно водительской двери, после чего завёл машину и поехал в сторону магазина техники.    В жизни нет вещи более ценной, чем власть. Деньги можно было сравнить с особняком в престижном районе города, который разрушится через несколько десятков лет, в то время как власть - это старое каменное здание, построенное на века. Взять, например, всех сидящих в этой машине. Пожалуй, только мисс Мэй находилась здесь не ради денег, но и с этим можно было поспорить. Да, она не устоит перед хорошим сюжетом, как политик не сможет устоять перед обещаниями, которые ему не сдержать. Но корпорат был готов поспорить, что заработать в процессе немного евродолларовых бумажек, не из нужды, но из корыстолюбия, она не откажется.    Закончив дела в магазине и получив копию с информацией о Ложе, Андервуд отвёз наёмников к базе и, высадив их недалеко от места, попросил держать его в курсе событий. Затем он назначил встречу в 6 вечера и уехал на машине. Ему ещё предстояло разобраться со сторонними делами, которые возникли, пока его не было в Вест-Хиллс. Как сильно бы ты не хотел полностью предаться одному единственному делу, которое волнует тебя сильнее всего, всегда появятся непреодолимые обстоятельства, которые не только не потерпят отложения, но и сурово накажут тебя за то, что ты не взялся их решить сразу. Стоило ему подумать об этом, как зазвонил телефон. Корпорат перевёл звонок на динамики.   - Алло, Фрэнки, - Андервуд стиснул зубы так сильно, что его могли услышать на другом конце телефонной трубки. Он не терпел подобного фамильярного отношения и если наркошу рок-звезду ещё можно было понять, то для адвоката BioTech, который напился и позвонил ему, это было непростительно. Однако, именно с этой проблемой ему и нужно было разобраться. Не с самим фактом алкоголизма, конечно, а с тем, что стало его причиной.

Его рука, уже готовая выставить указательный палец, чтобы включить зажигание чёрного седана и уехать от этого поганого, насквозь провонявшего места, ставшего излюбленным местом встречи исключительно деградирующих членов общества, которым уже давно должны были выделить свободную ячейку в крематории и сделать этот мир немного лучше, сжалась в кулак, а сам Фрэнсис уже представлял с какой бы радостью он сейчас разбил это симпатичное лицо рок-звезды, постучавшей в водительское окно. Готовый уже расслабить стиснутые от гнева зубы и ответить наркоману Стиви всё, что о нём думает он, а вместе с ним и весь грёбаный BioTech, Андервуд опустил стекло. Губы расплываются в небольшой учтивой улыбке и он только открывает рот, чтобы вежливо спросить, какого хрена он тут забыл, но...   ...не дав корпорату промолвить и слово, Стиви выпаливает ему, как на духу. Про концерт, который он закатит прямо в центре города. Про то, как порвёт с рок-музыкой, и примет ислам, прямо на концертной площадке. Про то, как станет живым рупором «Ложа Пророка», и внедрится к ним в секту. Про то, как станет кротом, и сделает всё, что нужно. А если придётся словить пулю — то станет единственным, кто пострадает, и отправится на встречу к гуриям.   А ещё будет лучше, если он по-настоящему примет Ислам прямо на сцене и тогда его выступление будет, воистину, бомбическим. Фрэнсис глубоко вздохнул и протёр глаза прокуренными пальцами, чтобы собраться с мыслями и подумать. Никогда не стоит недооценивать кого-либо. Даже если это самый умственно отсталый придурок на всём белом свете, не стоит считать, что он из себя ничего не представляет. Успех - это большая часть подготовки и немного удачи. Но этим придуркам везёт так, будто они каждое утро обвешиваются кроличьими лапками и читают молитвы госпоже Фортуне, пока солнце не начнёт греть их сгорбленные спины. Нет, такой расклад вознаграждаемого слабоумия Андервуд ещё мог принять. Но везунчики - это, в основном, люди максимально безответственные, которые готовы броситься в самую гущу событий, не имея ни малейшего представления о том, что их ждёт впереди, но, тем не менее, они готовы рисковать своими нисколько не драгоценными жизнями ради сомнительного шанса на победу. Корпорат был не таким. Годы работы в корпорации научили его, если не взвешивать каждое решение, то хотя бы очень тщательно подходить к проработке рабочей стратегии, в соответствии с которой он будет потом действовать. Нельзя предусмотреть всего и подобрать ответ на каждое неожиданное развитие ситуации, не стоит и пытаться, но план действий ты иметь обязан. Будь то работа с людьми или с графиками акций. Полно идиотов, которые разорились, считая, что нет ничего сложного в том, чтобы купить акции какой-нибудь бурно развивающейся компании подешевле, а потом через несколько лет (но больше трёх лет они ждать не готовы) стать мультимиллионером, продав эти самые акции по десятикратной стоимости. Стиви был точно такой же разновидностью авантюриста, которые верили в существование заветных кнопок "Деньги", "Слава", "Тёлки", нажав на которые можно сразу же получить всё, чего только пожелает твоя жадная душа. Нужна лишь одна авантюра, которая вот в этот раз точно выстрелит.   - Знаешь, что, Стиви, - Фрэнсис наклонился ближе к окну, чтобы дать лаконичный ответ касательно всего того, что он думает о его плане. Но в этот момент, не успел он договорить, как в машину вернулся Мэзэру и принёс с собой хорошие новости.   – Мы с Рейной только что прочесали базу данных «Ложе Пророка». Теперь мы имеем коды доступа почти ко всем их помещениям, приблизительный план комплекса, перечень совершенных ими сделкок и их контактов. Проанализировав данные, можно сделать вывод, что наркотик, который мы ищем, называется «Вознесение». И завтра, в 23:00 планируется крупная сделка. Помимо наркотиков и торговли женщинами, они замешаны в крупном обороте оружия. Нам нужно быть осторожнее. Винтовки AKR-20 и Stenmeyer Stakeout 10 количеством по 20 штук каждого типа. Скорее всего для продажи, но нужно быть осторожнее, кое-что могло остаться и для их собственных нужд. Судя по тому, что удалось увидеть через их камеры, недостатка в членах у них нет. И все они имеют знак месяца и звезды на лице. У меня есть информация, если нужны подробности. Если заедем по пути в магазин электроники, чтобы я смог докупить чипов, то скину резервную копию на внешний носитель. И ещё кое-что. Может, это ничего и не значит, но в одном зале, скорее всего на первом этаже, мы видели странный куб из непроницаемого тёмного стекла, подвешенный на цепях, вокруг которого было полно народу. Алтарь для ритуалов? Спрятанный искусственный интеллект? Инопланетный корабль? Устройство для светомузыки? Хрен его знает. Но я вас предупредил.   Фрэнсис застыл на полуслове, вглядываясь в обдолбанные глаза Стиви, словно они служили ему ментальным якорем для медитации. Информация, которую раздобыли нетраннеры, была гораздо полезнее, чем Кот мог предположить. Тот факт, что завтра состоится крупная встреча, на которую их позвали, мог означать только две вещи: кто-то хочет, чтобы сделка сорвалась, или кто-то даёт наводку. Вполне возможно, что некий доброжелатель, прознав о том, что затевает Андервуд, решил помочь. Вполне вероятно, что у этого игрока, скрытого за кулисами сцены реального мира, были свои собственные мотивы, но до тех пор, пока они совпадали с мотивами корпората, Фрэнсису было на это плевать.    - Отличная идея, Стиви, - закончил Андервуд, когда в его голове пронеслось несколько вариантов развития события и во всех этих вариантах его устраивал Стиви, принимающий Ислам на сцене. Рокер-бой превращался в запасной план. - Только нужно подумать, нужно ли внедрять тебя в секту настолько эпатажным способом. В конце концов, Ложе Пророка о себе не афишируют на каждом углу, а ты хочешь им не только дать бесплатную рекламу, но и согревать сектантов своей музыкой в перерывах между Магрибом и Ишей. Я подозреваю, что после того, как ты дашь концерт, возможны два варианте: либо тебя пристрелят где-то в подворотне, либо ты ничего не добьёшься. Поэтому, у меня есть идея получше. - Фрэнсис повернулся к тем, кто сидел в его машине и сказал. - План на завтрашний день таков: нам нужно узнать, с кем будет проходить сделка. Может быть, покупатели оружия имеют отношение к наркотику. Нарушать процесс сделки будем только в самом крайнем случае. Мэзэру, мне нужна будет копия всего, что вы раздобыли. Отличная работа. 

Фрэнсис вышел из комнаты, осматривая беглым взглядом раскиданные по полу трупы амбициозных бустеров и нескольких мирных жителей. Медик с пивом бегал от тела к телу, выполняя свой рабочий долг, суть которого можно было чаще всего описать коротким предложением: "Да, ты подыхаешь, но я не доставлю тебе такой радости. Живи и страдай вместе с нами всеми." Корпорат потянулся к пачке с сигаретами, но его рука остановилась на половине пути, потому что в этот самый момент слева от него раздался приглушённый стон. Он повернулся, чтобы отследить источник звука и увидел, как одно из тел, уже обслуженное синим Уинстоном, стискивая зубы от боли, зажимал ладонью плечо, словно его длань обладала целительной способностью. В глазах его был страх перед смертью, которая упустила сегодня нескольких бедолаг из своих цепких костлявых объятий.    Андервуд усмехнулся и отвернулся от парня на полу. Есть два вида боли: бессмысленная боль и та, что делает нас сильнее. Первый вид боли не приносит никакой пользы, только страдания. Скулящую собаку, сбитую несущейся на полной скорости машиной, нужно добить без сожаления и без колебания. Согласно вере древних индусов, в следующей жизни она может переродиться человеком и тогда жизнь четвероногого друга человека покажется ей высококачественным мёдом по сравнению с мучениями эволюционировавших обезьян. Именно поэтому так мало людей чего-то достигают в своей жизни. Они понимают, что время, которое они проводят в этом мире, между рождением и смертью состоит из постоянной борьбы за существование. Либо ты охотник, либо охотятся на тебя.    Телефон, лежащий во внутреннем кармане пиджака завибрировал, и Фрэнсис потянулся, чтобы достать его. Имя на экране гласило: "Д. МакГроу". Мужчина посмотрел на вход в бар и ответил на вызов.   - Алло, - в этот момент Майами выбежала из помещения и понеслась на улицу. Вспомнив, что она кому-то звонила и орала про камеру, и добавив к этому тот факт, что она, мать его, репортёр, Фрэнсис зашёл обратно в комнату, где проходило совещание. Ему бы не хотелось светиться на телевидении. Андервуд подумал о том, насколько сложно оператору сохранять спокойствие, работая с цельнометаллической бабой. Такой камеру держать точно не нужно.    Голос в трубке, тем временем, докладывал о результатах слежки за одной персоной, информацию о действиях которой он просил присылать в сообщениях. Звонок означал что-то срочное.    ***   Группа уже собралась перед баром и Фрэнсис был последним, кто покинул это место, которое закрыло смену в привычном для хозяина заведения режиме - пальбой, случайными потерями среди гражданских и пустой кассой. Когда корпорат подошёл к остальным и, судя по всему, как раз вовремя. Фрилансеры уже собирались действовать. Среди работников корпорации ходит такая поговорка: "Нет вещи страшнее, чем группа разномыслящих людей, которые берут инициативу в свои руки."   — Я думаю, нужно действовать сейчас, — выцедила Майами, стараясь не смотреть на камеру в руках сидящего на мостовой оператора. — Возьмем такси до точки назначения, рассмотрим все, как следует. Если что, подождем в ближайшем кафе, пока наши нетраннеры занимаются оценкой безопасности в сети. Утром этот город уже будет совсем другим.   ​Когда Майами это сказала, Фрэнсис закурил и кивнул головой, выражая согласие. Хотя бы у кого-то была голова на плечах пусть уже и не полностью своя.    - Часть поедет со мной, другая возьмёт такси, - дополнил он, после чего кивнул на безрукий труп, лежащий возле Бордо. - Тебя подбросим в клинику, чтобы ты мог его обследовать, потом встретишься с нами, как закончишь.    Корпорат повертел головой, поняв, что кого-то не хватает. Рок-звезда, который ушёл поссать, сейчас валялся неподалёку у стенки, вместе с каким-то мужиком, который мог быть личным оператором Майами. Вот она - слава.   Андервуд тяжело вздохнул и покачал головой. Если от него не будет никакого толка, то, возможно, придётся подёргать за некоторые ниточки в BioTech и избавиться от этого придурка.   - Соло, мисс Мэй, Мэзэру и Сэйдж поедут со мной, - добавил он, повернувшись к остальным. - Остальные - в такси. - Он кивнул затем в сторону рокера. - Если этот не очнётся, пусть остаётся здесь. Такие не нужны.

Когда началась пальба, а часть его наёмников полезла в драку, в которой не было абсолютно никакой необходимости, Фрэнсис достал сигарету и закурил, расхаживая по комнате и слушая звуки выстрелов, смешивающиеся с грохотом падающей мебели и ломающихся о различные поверхности костей. Корпорат подошёл к одной из стен и провёл по ней пальцами. Подушечки тут же покрылись слоем пыли, что позволило понять две вещи: местному персоналу было откровенно плевать на чистоту этого места и не стоит к ней прислоняться тем, кто не хочет запачкать свой костюм за тысячу евробаксов. Андервуд медленным движением повернулся лицом к оставшимся в комнате людям, которые, по его мнению, поступили разумнее всего, не став рисковать своей шкурой, сделал затяжку и, оставив сигарету в зубах, стряхнул пыль легкими ударами ладоней друг о друга. С другой стороны, подумал он, неожиданно возникшая потасовка — отличный способ проверить боевые навыки отобранных фрилансеров. Если наёмники полягут в результате акта безрассудного стремления повысить уровень адреналина в крови, рискуя расплескать серое вещество головного мозга на грязные полы, то Фрэнсис будет только рад, что это произошло до того, как они приступили к выполнению основного задания. Разве может быть смерть более глупая, чем бессмысленная кончина в убогом баре Богом забытого района. Шум за стенкой перестал иметь значение. Как перестаёшь замечать шум работающего двигателя, двигаясь по автомагистрали со скоростью 180 километров в час, так и звуки выстрелов вперемешку с криками, вырывающимися из дырявых прокуренных лёгких, умирающих в агонии бренных тел перестают иметь какое-либо значение. Андервуду никогда не было дела до других людей. Он не испытывал угрызений совести, когда ему приходилось подставлять близких людей несговорчивого конкурента, чтобы получить рычаг давления, или когда магазины соперничающей компании внезапно оказывались разорёнными в результате действий банды соло. К безжалостности привыкаешь очень быстро. Другого пути быть не может. Корпорат тонкими пальцами взял зажатую в зубах сигарету и втянул мягкий на вкус табачный дым, после чего стряхнул пепел на пол и посмотрел на кричащую в телефон Майами Мэй. Губы скривились в ехидной улыбке, когда до него донеслось что-то про камеру. Судя по всему, железная леди упускает возможность заснять сладкий сюжет из самого центра горячей точки. Фрэнсис задумался и машинально щёлкнул пальцем, но щелчок оказался слишком сильным и вместе с пеплом вниз полетели кусочки табака, выпавшие из потухнувшей наполовину недокуренной сигареты. Мужчина посмотрел на окурок в его руке и мысленно выругался. Сражение закончилось, не успев начаться и в соседней комнате заметно приутихло. Корпорат положил окурок в один из пустых стаканов и двинулся к двери, чтобы посмотреть, стоят ли его головорезы хоть чего-нибудь.

— Чего мы ждем, мистер Андервуд? — спросила она, улыбаясь корпорату. — Может быть, аванса от корпорации? Корпорат улыбнулся, потушил сигарету ометаллическую ножку стула и встал с него, подходя к столику, у которого он оставил портфель. Оставив окурок от сигареты на столе, мужчина поднял портфель и раскрыл его и достал семь пачек купюр. — Ваш аванс, — произнёс Андервуд, — 1250 евробаксов. — Сказав это, он разложил пачки на столе и стал ждать. На миг в комнате повисает тишина из-за того что за стеной раздается громкий грохот, который сопровождала ругань и веселый хохот, перекрывший собой все остальные звуки, доносящиеся из соседней комнаты. Потом снова стало тихо, но прежде чем разговор успел продолжиться, все с той же стороны раздался надрывный человеческий крик. И звучало это совсем не так, будто Хоркинс снова промахнулся по мячу в самый ответственный момент матча. В этот момент раздался крик, который на миг завладел вниманием корпората. Он посмотрел на стену, откуда донёсся звук, и вздохнул. В этом мире всё никогда не проходит спокойно.

- Мне хотелось бы уточнить информацию о награде. Прошу прощения, но такие слова можно интерпретировать по-разному. При всём моём уважении к BioTech, нетраннеры с дыркой во лбу тоже не нуждаются в деньгах, знаете ли, а мне бы не хотелось разделить их судьбу. Фрэнсис повернулся к единственному, кто спросил хоть что-то про деньги. Неужели всех остальных заработок не волновал? Если он ещё мог представить себе, что Майами всё делает на одном энтузиазме, питаясь доктринами чести журналиста, и с трудом мог поверить в то, что у Бордо есть принципы, то в бескорыстность остальных наёмников не верилось от слова совсем. — Миллион с четвертью на группу по завершении задания, — ответил Фрэнсис, доставая сигарету и зажигая её.

— Майами Мэй, — представилась она так, чтобы все слышали. — Насколько информация, что наркотик не связан с корпорацией BioTech, является достоверной? Почему главы корпораций не примут сотрудничество с правоохранительными органами, вместо которых предпочитают обращаться к группе наемного персонала? Им есть, что скрывать от полиции, или это мера предосторожности? Какие улики есть по этому делу? Указывают ли они на какую-либо более могущественную силу, чем банда радикально настроенных мусульман? Какого рода поддержка будет оказываться эйдж-раннерам, принявшим ваше предложение? Будет ли заключен контракт? Будут ли действия наемников перешагивать черту закона? В этом случае, подтвердит ли и прокомментирует связь с этой группой пресс-центр корпорации BioTech? И, наконец, — произнесла она, отстреляв пулеметную ленту заготовленных вопросов, — какой ряд услуг должны предоставлять вам отобранные для этой операции наемники? Спасибо. — И в догонку: это ваши люди убирают всех торчков, обдолбавшихся этой наркотой, с Улицы, чтобы замести следы? И даже если BioTech не причем, в лапы корпорации уже попадал хотя бы образец наркотика? Его удалось синтезировать? Как только голос девушки заскрежетал, Фрэнсис сразу же ощутил себя на пресс-конференции, когда перед твоими глазами поднимается целый лес рук, а вместе с ним по помещению разносится множество разных голосов, сливающихся в труднораспознаваемый шум. Именно такой эффект создавала Майами и ситуация усугублялась тем, что, если на официальной пресс-конференции отделаться от вопросов получается банальным уходом через открытую пинком ноги дверь, то здесь такая тактика не принесёт результата. Если ты хочешь, чтобы они тебе помогли, придётся ответить на все вопросы. Фрэнсис отодвинул один из стульев и сел на него, наклонившись вперёд. Он посмотрел на журналистку и подумал о вероятности того, что у неё был включен диктофон. Посчитав шансы на это достаточно высокими, он перевёл взгляд на медтеха с бутылкой пива в руке. Очень серьёзный подход. — Я начну с конца, — произнёс Фрэнсис, положив пальцы на запястье, чтобы отключить звук у таймера, который был готов вот-вот сработать. — Добыть образец наркотика нам не удалось, но в распоряжение корпорации попало несколько трупов людей, которые умерли после употребления данного наркотика. Но один труп был сожжён, другой облит кислотой, а результаты вскрытия были удалены. Поэтому, что касается вашего вопроса о могущественной силе, мисс Мэй, то я считаю, что такое вполне возможно. О данном расследовании знают только люди в этой комнате и высшее руководство BioTech. Вполне вероятно, что мы все стоим на пороге грандиозного скандала, который прогремит на всю страну. Но всё, что у нас пока что есть — это наводка на Ложе Пророка. Я не могу предложить вам в поддержку все ресурсы корпорации, но кое-какие связи и возможности у меня есть. Что же касается нарушения закона, то BioTech будет отрицать любую причастность к вашей деятельности, но я нанимаю вас не для того, чтобы совершить преступление, а чтобы прекратить их. В борьбе за правое дело все средства хороши. Андервуд откинулся на спинку, давая остальным время переварить сказанное. Он очень сильно рисковал и был таким же бегущим по краю, как и они. Достаточно было любой оплошности, чтобы карточный домик рухнул, но в данной ситуации любое дуновение ветра могло обернуться ураганом. — Ладно, Фрэнки, — голос чуть с хрипотцой, как у торча, который задаёт дурацкий вопрос, но ему плевать на ответ — ему нужны только деньги. Стиви правда плевать, но ему нужны не деньги, кое-что получше: внимание. — один вопрос: почему я? — BioTech по достоинству оценила не только твои способности сочинять песенки, Стиви, — дружелюбно ответил Фрэнсис, холодными глазами осматривая парня.

Нет зрелища более прекрасного, чем ночной город. Совершенно иная культура жизни, когда из своих укрытий выходят все те, у кого есть причины прятаться днём. Когда невезучего бедолагу забивают тяжёлыми ботинками до смерти ради нескольких бумажек, оставляя на асфальте красные отпечатки сорок второго размера, в то время, как прохожие стараются обходить стороной те места, из которых доносятся жалобные крики помощи, приглушаемые подступающей к горлу кровавой мокротой. Разумеется, всё зависит от района. Иногда натыкаешься на разбитые витрины магазинов, потому что уровень отмороженной смелости здесь не сравнится ни с чем, а иногда случайно находишь брошенную на дороге неприметную сумку, в которой находятся профессиональные инструменты для взлома автомобилей, хозяин которой, не желая поднимать лишнего шума, видимо, был вынужден бросить её и, как можно скорее, покинуть место преступления. Нет зрелища более прекрасного, чем Найт Сити. Фрэнсис вышел из седана и ненадолго задержался, осматривая бар. Опыт многих лет работы в корпорации научил его, что если приходится прибегать к услугам наёмников, то встречаться стоит в самых невзрачных местах, которые не всегда могут предложить качественное обслуживание клиентов, но всегда могут гарантировать мешок для трупа и братскую могилу на заднем дворике. При бронировании двух мест — бутылка пива в подарок. Мужчина провёл рукой по кобуре с пистолетом и прошёл внутрь. Столкнувшись с мужчиной в плаще, корпорат покосился на его кибернетическую руку, после чего перевёл взгляд на барную стойку. Он знал их лица и несколько мгновений ему удавалось за ними наблюдать до того, как они его заметили. Некоторые висели на крючке у BioTech, а кто-то просто устраивал его наличием необходимых компетенций. Когда его заметили, он прошёл в боковую дверь. Помещение представляло из себя небольшую комнатку без окон, в углу которой располагался столик с несколькими графинами воды и десятком стаканов, а в центре были размещены стулья, выставленные круг, как на собрании анонимных алкоголиков. Фрэнсис осмотрел помещение и прошёл к столику, чтобы налить себе воды, пока все остальные будут собираться в комнате. К тому моменту, когда он наполнил стакан, все остальные уже зашли внутрь. Андервуд не стал предлагать им присесть и сразу начал разговор. — Фрэнсис Андервуд, — представился он для тех, кто не был с ним знаком, — работаю в BioTech. — Он сделал глоток воды и удивился тому, насколько отвратительной может быть вода. Поставив стакан обратно на столик, он продолжил. — Как вы знаете, в последнее время участились случаи смерти от неизвестного препарата. В этом обвиняют BioTech и моей задачей является очистить её репутацию от подобных ложных заявлений. Я связался с вами, потому что без вашей помощи мне не обойтись, — он обвёл взглядом слушающие его лица сделал паузу и продолжил. — Если вы поможете остановить наркотик, то я обещаю вам, что вы больше никогда не будете нуждаться в деньгах. — Пару дней назад мне поступило анонимное письмо, в котором указывалось место "Ложе Пророка" и просьба встретиться там завтра вечером. Поиск этого места привёл к заброшенному химическому заводу, который использовали в своих целях радикальная секта муслимов. Есть все основания полагать, что клубок ниток начнёт распутываться именно оттуда. Вопросы? — мужчина закончил говорить и первым делом посмотрел на Майами. Кто, если не она, ведомая призванием журналиста, задаст первый вопрос?

Таймер подкожных часов запищал, давая знать, что очередные пятнадцать минут прошли. Мужчина отодвинул рукав пиджака и посмотрел на время, параллельно вслушиваясь в слова собеседника. Он был категорически не согласен с заявлениями прочих корпоратов, которые только и делали, что обменивались друг с другом примитивным набором цитат, взятых из постоянно меняющихся книг по управлению компанией. Горстка никчёмных идиотов, заинтересованные только в деньгах и тех благах, которые они приносят. Будто деньги способны увековечить хрупкую человеческую жизнь. Время — это не ресурс, который нужно эффективно тратить. Время — это персональная бомба замедленного действия, которая не упустит ни одного момента, чтобы не отыметь тебя в задницу, пока ты будешь барахтаться на поверхности в жалких попытках выцепить хотя бы крупицу смысла из того дерьма, что зовётся жизнью. Единственный способ успеть прославиться деяниями — это осознать, сколько времени уже прошло и как ничтожно ты его потратил. Таймер перестал пищать и на коже засветились цифры, отмеряющие следующие пятнадцать минут. Приём, которому он научился у своей матери. Его руки инстинктивно сжались, когда он представил, как будет сдавливать горло этой стервозной безынициативной суки. — Я адвокат, Фрэнсис, я ничего не допускаю. Но у общественного мнения нет диплома юриста, — его собеседник оттянул сдавливающий горло воротник рубашки. По каким-то причинам он не расстёгивал верхнюю пуговицу, несмотря на то, что за окном уже был поздний вечер и большая часть сотрудников BioTech уже трахала дома напичканную наркотиками девку, готовую позволить засунуть в себя всё, что угодно за двадцатку. — Люди начинают бунтовать и обвинять нас в сокрытии информации. — Адвокат обернулся через плечо, словно кто-то мог подслушивать их разговор. Хотя за его спиной никого не было, он всё равно наклонился вперёд и заговорил шёпотом. — Я понимаю, что эти дела никак не связаны, но мы врали, Фрэнк. Он паникует и дрожит от страха, словно загнанная в угол дичь, которая понимает, что её дни сочтены и острые клыки кровожадных хищников вот-вот безжалостно вонзятся в уже испорченное от страха мясо. Предложи человеку нарушить закон и пообещай ему огромную кучу бабла, затем наблюдай за тем, как зрачки его жадных глаз расширяются по мере того, как он воображает себе всю ту роскошь, с которой он заживёт. Он ещё ничего не получил, а уже находится в твоей мёртвой хватке и только ты решаешь, ослабить её или же сдавить чуточку сильнее до тех пор, пока не услышишь лёгкий хруст переломанных костей, а в переполненных неопознанными трупами трущобах не станет на одно убитое амбициями тело больше. Сейчас у адвоката были такие же испуганные глаза и он искал поддержки в единственном человеке, у которого он надеялся её получить. И именно этого корпорат делать не собирался. Он не станет вытирать чьи-то сопли и говорить, что всё будет хорошо. Ты либо берёшь себя в руки, либо кормишь червей. — Конечно, мы врали, — Фрэнк усмехнулся и встал из-за стола, подходя к окну, чтобы окинуть взглядом ночной город. — Корпорации всегда врут. Представь, что было бы, если бы они говорили правду. — Корпорат глубоко втянул лёгкими сдавленный воздух помещения, насквозь провонявшего совещаниями и многочисленными частными беседами. — Акции компании упали в цене на три процента, в сравнении с предыдущим месяцем. И когда совет правления решит утихомирить ложными обещаниями толпу линчевателей, я не хочу быть в числе тех, чья голова ляжет под гильотину. — Фрэнсис повернулся к собеседнику, который всё это время не сводил с него взгляд. Лицо корпората наполовину было освещено неоновыми вывесками. — Никому нет дела до дохнущих торчков. Никому, кроме меня. И я должен полностью сфокусировать своё внимание на этой проблеме, а не отвлекаться на посторонние дела. — Мужчина перестал говорить и немигающими глазами сфокусировался на лице адвоката, для которого теперь дорогой пол кабинета представлял больший интерес, чем собеседник. — Я прослежу, чтобы ничего не указывало на нас, — неуверенно пробормотал адвокат, после чего встал и протянул руку. Фрэнсис притворно улыбнулся и, подойдя к нему, пожал протянутую ладонь, которая оказалась влажной. — У меня нет ни малейшего сомнения в успехе твоих начинаний, — сказал на прощание корпорат и проводил адвоката до двери. Оставшись наедине с самим собой, мужчина провёл рукой по волосам и прошёл обратно к окну. У него оставалось ещё немного времени, чтобы можно было упорядочить свои мысли и подготовиться к предстоящей встрече. Внезапное вечернее совещание и следующая сразу за ним встрча с адвокатом хорошенько измотали его. Фрэнсис слегка надавил двумя пальцами на стекло, активируя сенсорные датчики, которые запустили механизм открытия окна, параллельно включая интеллектуальную систему вытяжки. Он достал из внутреннего кармана пачку сигарет и закурил. Первая за весь тяжёлый рабочий день доза никотина слегка ударила в голову и корпорат опёрся руками на край окна, зажав сигарету в зубах. Сделав следуюущую затяжку, он начал рассматривать в подробностях хорошо известный вид из окна. Его кабинет не находился на самом последнем этаже, поэтому некоторые здания не позволяли оценить весь простор ночного города. Когда-нибудь он таким же образом будет стоять у окна с сигаретой в руках, но под его ногами будет весь мир. Таймер подкожных часов запищал, давая знать, что пора выдвигаться. Прежде, чем он заберётся наверх, ему придётся опуститься на самое дно.

Может быть и есть какой-нибудь другой принц, но ведь мы говорим о Принце.

Принц не любит возвращаться к тем девушкам, которые у него уже были.

Ну и козёл этот ваш Гензель!

Добби теперь свободен.

Как говорится, диплом дипломом, а ЗОЛОТЫЕ МОМЕНТЫ заполнить надо. ЗОЛОТЫЕ МОМЕНТЫ Отдельные благодарности стремительной стрелой пущены в сторону Мастера. Всё было настолько по-Булгаковски, что временами забывался тот факт, что мы играем в мафию, а не книгу читаем. Мастерские персонажи и декорации были на высоте! Как отметил Дарк, Мастера, и правда, можно было бы указать в каждой номинации, причём, на позиции Гран-при. Спасибо за шикарную игру!

Игра по Fables является моей одной из самых любимых мафий, в которые я играл, и по логической части, и по степени моей эмоциональной вовлечённости в отыгрыш. И я очень рад, что до моего катарсиса осталось всего три дня и я смогу поиграть в продолжение!

Мне бы настоящий обряд шаманства не помешал)

У меня была такая же идея, только я хотел взять в качестве основы Махабхарату) 

Мафия по индийскому пантеону богов!    Должно быть весело

5-го числа)

У куратора тикают часы Судного Дня до защиты диплома  :sweat:

Летом в июле сезон уже будет закрыт.

А ты хочешь провести?)