Swapner

Начало здесь - ТЫК Глава 4 Резкий, тошнотворный запах вынудил Габриэля вернуться в реальность. С трудом открыв глаза, он хотел оглянуться, но не смог. Тело ныло от тупой боли и отказывалось слушаться его. Собрав остаток сил, он все-таки сумел оглядеться, и увиденное его не очень-то обрадовало. Габриэль лежал в куче трупов, которую, по всей видимости, куда-то везли. «Пополнение нежити, — смекнул Габриэль. — Неужели меня посчитали мертвецом? А может, я умер? — Парню стало жутко от одной мысли об этом. — Не страшно, что-нибудь придумаем…» Габриэль с трудом приподнял голову и посмотрел по сторонам. По правую руку от него протекала небольшая речушка, крутой берег которой не позволял разглядеть её целиком. Рядом с ней стояла одинокая сосна, верхушка которой был обожжена. Что-то пробежало мимо неё и тут же исчезло. С левой стороны было выжженное поле. Габриэль вспомнил, что об этом поле ходило много слухов. Кто-то утверждал, что каждую ночь пролетает дракон и выжигает это поле вновь и вновь. Кто-то говорил, что оно проклято, и именно поэтому оно выглядит именно так. Иные утверждали, что лично видели, как пламя вспыхивало и нечто появлялось прямо из огня. Габриэль, конечно же, не верил слухам. Он считал, что поле было выжжено во время бунта нежити в данной части региона. Сам же парень находился в повозке, в которой лежало как минимум шесть, а то и больше, мертвых тел. Понять, что они мертвы, было не трудно: пустые глаза, характерные трупные пятна и запах…запах был ужасен, он терзал Габриэля словно говоря: «Ты тоже скоро станешь таким, смирись». Но парень не хотел мириться с таким исходом. Нет, он не цеплялся за жизнь, он просто не хотел умирать. Тем более здесь, в куче мертвецов, которые скоро станут послушной нежитью и будут служить своему хозяину, пока однажды не умрут окончательно. Габриэль попытался пошевелить рукой. Вспышка боли прошлась по всему телу, и парень застонал. — Ты слышал? — послышался голос где-то впереди. — Нет. — Ответ на вопрос пришел незамедлительно. — Я слышал стоны! — возбужденно сказал молодой, почти детский голосок. — А-а-а, ты об этом? Ну так знай: мертвецы скоро очухаются и убьют тебя! — сказал кто-то хриплым басом и засмеялся. — Да пошел ты! Габриэль сначала хотел подать голос, сказать, что вот он, здесь, живой, но передумал. Ему казалось, что, если он сейчас что-нибудь произнесет, его просто убьют. Силы таяли, сознание вновь начало проваливаться в пустоту. Но парень пытался не допустить этого. «Не сопротивляйся, — послышался знакомый голос. — Иди ко мне, я ведь так долго тебя ждала… — сладкий, приятный на слух девичий голосок доносился откуда-то извне. — Идём. Здесь хорошо, здесь ты обретешь покой, который ты так жаждал». Голос манил его, и Габриэль начинал поддаваться ему. Сознание вновь померкло… *** — Братик, вставай. Братик… — жалобно взмолилась Фрида, рыдая над бесчувственным телом Габриэля. — Очнись. Я боюсь находиться здесь одна… — Ты не одна, — неожиданно подал голос кто-то из темноты. — И, пожалуйста, заткнись уже. С твоим братом ничего не случилось, он просто спит. — Кто вы? Что это за место? — настороженно спросила девочка, но от незнакомца не ускользнули нотки радости в её голосе. — Я – никто. И вы теперь тоже. Мы лишь товар, который скоро продадут. — Незнакомец вышел из темноты. — Нас купит какой-нибудь человек, даст нам новые имена, но это если повезет. А если нет, – даст номер. И будем мы «номер двадцать семь» или «номер триста сорок восемь», — усмехнувшись, произнес незнакомец, окончательно выйдя из темноты. Девочка, наконец, смогла его разглядеть — это был мужчина средних лет. Он был среднего телосложения, его лицо было покрыто густой щетиной, на правой щеке красовался еле заметный шрам. Он доброжелательно улыбался, но его алые, словно кровь, глаза пугали девочку. Мужчина подошел к Габриэлю, склонился над ним, слабенько ударил несколько раз по груди, и мальчик очнулся. Открыв глаза и увидев незнакомца, Габриэль испугался. На глазах проступили слезы, и его кинуло в дрожь. Он хотел вскочить, убежать, спрятаться куда-нибудь. — Братик! — радостно вскрикнула Фрида и кинулась обнимать Габриэля. — Я рада, что ты проснулся! — заплакав, произнесла девочка. — Ну-ну, не плачьте, — улыбнулся им мужчина. — Все ведь хорошо, вы живы. Есть хотите? У меня припрятано немного. — Мужчина ушел в темноту, чтобы затем вернуться с куском хлеба в руках. Дети покосились на хлеб, но брать не решались. — Ну же, не бойтесь, берите. — Незнакомец все так же улыбался и протягивал хлеб дрожащими, ослабшими руками. — А как же вы, дяденька? — спросила Фрида. — Я не голоден, — беззаботно произнес незнакомец. — И да, прошу вас, называйте меня Картер. — Меня зовут Фрида, а моего брата – Габриэль. — произнесла девочка, неуверенно беря хлеб из рук Картера. — Рад с вами познакомиться. — Мы тоже, — смущенно произнесла Фрида. Она вернулась к Габриэлю, разломала хлеб надвое и протянула часть брату. — Спасибо вам, дядя Картер, — поблагодарила она мужчину, после того как съела предложенную им еду. — С-спасибо. — Не за что! — как обычно улыбнулся Картер и, встав, ушел обратно в темноту. Наступила тишина, прерываемая лишь глухим звуком капель, доносящимся откуда-то сверху. Но долго насладиться тишиной обитатели темницы — а именно так считала девочка — не смогли. Звук открывающихся дверей прервал тишину. Послышались чьи-то тяжелые шаги и дыхание. К месту, где находились дети, подошел огромный человек и произнес: — Ты! — Он указал на Фриду. — Пойдешь со мной. — Что? Куда? А как же мой братик? — испуганно и растерянно спросила девочка. — Его очередь тоже настанет, не беспокойся. — Мужчина расхохотался и, просмеявшись, добавил: — Вы скоро встретитесь, наверное… — Он неопределенно пожал плечами, подошел и схватил девочку за руку. Фрида пыталась сопротивляться, пыталась вырваться, но это оказалось слишком сложно для нее. Она сдалась, послушно следуя за мужчиной, который сжал её руку настолько сильно, что казалось, будто она вот-вот сломается. — Отпусти её, — сквозь слезы и страх произнес Габриэль и ухватился за ногу гиганта, но мужчина отшвырнул его, и мальчик, пролетев полкомнаты, столкнулся с чем-то мягким и теплым. Испуганно он оглянулся назад и увидел Картера, который, все так же улыбаясь, смотрел, как уводят Фриду. — Почему вы не помогли ей? — спросил мальчик и тут же отпрыгнул от Картера. — Оглянись, что ты видишь? — вопросом на вопрос ответил мужчина. — Почему вы не помогли ей? — Габриэль уже не плакал. Он крепко сжал кулаки, словно хотел напасть на Картера. — Успокойся, осмотрись и скажи, что ты видишь? Габриэль, недоумевая, осмотрелся. В большой клетке, которая была обильно увешена какими-то табличками с непонятными ему символами, находилось восемь человек, которых он раньше не заметил. Все они были непохожи друг на друга, но у всех была общая черта — они были мертвы. Его лицо побледнело, по телу побежала крупная дрожь, но он стоял и смотрел. Смотрел, не прерываясь, вглядывался в лица мертвецов. Габриэль, по неизвестной ему причине, знал, что найдет то, что ищет. И он не ошибся. Ближе к стене лежало тело крупного мужчины с перекошенным от страха лицом — это был тот самый человек, который буквально минуту назад увел его сестру. — А теперь скажи мне, что ты видишь? — произнес Картер, встав и подойдя прямо к мальчику. — Я вижу мертвых людей, их много. Вижу клетку и какие-то таблички. — Габриэль обернулся. Его взгляд изменился, он был равнодушным и спокойным. Лицо вновь налилось румянцем, а дрожь прошла. — Хорошо, но все не то. Ты не видишь главного… — Картер стоял рядом, с довольным видом глядя на преобразившегося мальчика. — Я вижу страх на лицах этих людей, — добавил Габриэль. — Правильно, — улыбнулся Картер, но в этот раз его улыбка походила скорее на хищный оскал. Габриэль пригляделся, и все его спокойствие словно рукой сняло. Перед ним стоял совершенно другой человек — молодой, красивый, с ухоженными волосами и в хорошей одежде. Всё, что осталось от него прежнего — глаза. Они всё также были алыми, как кровь, но при этом такими холодными. Габриэль съежился от страха. Ему хотелось убежать, спрятаться, но ноги его не слушались, да и прятаться было негде. — Давай заключим сделку, — произнёс преобразившийся Картер. — Я спасаю твою сестру, а взамен ты идешь со мной, не задавая вопросов, и слушаешься меня, беспрекословно выполняя все, что я тебе прикажу. Мальчик выпрямился. Предложение ему не нравилось, но и Фриду терять он не хотел. — Хорошо, — невнятно прошептал мальчик. Картер подошел к мальчику и приказал: — Стой смирно, будет немного больно. — Взяв Габриэля обеими руками за голову, он что-то сказал на непонятном языке. Спустя секунду мальчик почувствовал тупой удар сзади и боль. Он упал, сознание померкло, но спустя минуту его разбудил голос Картера. — Кто такая Фрида? — спросил он жестко. — Не знаю, — холодно ответил мальчик. — Идем. Я обещал старому знакомому помочь его сестре. — Картер повернулся лицом к металлической двери клетки и та услужливо открылась. Габриэль молча последовал за Картером, внутренне напрягшись. «Кто эта Фрида? Что за старый знакомый?» Выйдя из помещения, которое оказалось обычным, но просторным подвалом, они оказались на улице. У двери лежал мертвый мужчина в полумаске, рядом стоял Картер и оттирал руки от крови белым шёлковым платком. Габриэль оглянулся. Его холодный взгляд встретил красиво подстриженные деревья и кусты. Фонарные столбы в виде драконов и большой особняк, колонны которого подпирали балкон второго этажа. Он посмотрел на Картера, который кивнул головой, указывая на особняк. Они двинулись, мальчик кинул последний взгляд на труп, горло которого было разорванно, а вокруг растекалась лужица крови. Дойдя до особняка, он услышал радостные возгласы мужчин и женщин и играющую там музыку. Войдя внутрь, он быстро огляделся. На стенах висели картины, на них, наверное, были изображены предыдущие владельцы фамильного особняка. Там же, у стен стояла скульптура мужчины. Пол застилал красивый синий ковер с незамысловатыми рисунками. На потолке висела огромная золотая люстра, а у стены в центре большой комнаты была лестница, ведущая на второй этаж. Два человека, мужчина и ребенок, отдаленно напоминавшие отца и сына, молча начали подниматься на второй этаж. Поднявшись наверх, Габриэль увидел множество дверей, но все они были закрыты. Кроме двух. Одна дверь вела в спальную комнату, а вторая — в огромный зал, в котором сидело и стояло множество людей. В центре всей этой толпы стоял мужчина, рядом с которым был небольшой столик, в руках мужчины был молоток. — Мы вовремя, — сказал Картер и хищно улыбнулся. Однако Габриэль промолчал. Он лишь стоял и наблюдал, как к мужчине подносят разные картины, вазы и прочие предметы декора. — Начальная ставка пятьсот золотых, — крикнул мужчина, когда в комнату в очередной раз вынесли какую-то вазу. Он говорил что-то о том, кому принадлежал данный лот, но мальчик не услышал, да и ему было все равно. — Долго нам ждать? — тихо спросил Габриэль, вопреки приказу Картера молчать. — Нет, сейчас уже начнётся главная часть аукциона, — сказал Картер, не оборачиваясь. Несмотря на заверения Картера, они прождали ещё примерно час, а может, больше. — Дамы и господа, мы подходим к концу нашего аукциона, и сейчас будут выставлены последние и самые ценные лоты. Начальная цена каждого – десять тысяч, — прокричал ведущий аукциона, после чего повернулся, сказал что-то своим подчиненным, те кивнули и вышли. — Итак, первый финальный лот — двенадцатилетняя девочка, — указал он рукой на девочку, которую медленно выводили из дверей. Резкий шум поднялся в зале, люди кричали, свистели и хлопали. Каждый хотел купить такой диковинный товар. — Двадцать тысяч! — крикнул кто-то из зала. — Тридцать! — тут же послышалось с другой стороны. — Три миллиона! — выкрикнул Картер. Все оглянулись на него и его молчаливого маленького спутника. — Точнее... Сколько здесь вас? Человек триста? Значит по десять тысяч на человека. — Картер улыбался. — Что вы несете? Какие люди и деньги? Да вы рехнулись, — крикнул кто-то из зала. — Это я рехнулся? Забавно. Какие же вы, людишки, глупые. Вы говорите о равенстве и свободе для каждого и подчиняете нежить, но при этом не забываете и о рабстве. Вы говорите, что жизнь – главное, но нещадно забираете её у людей за какие-то мелкие ценности. Вы говорите, что война – это плохо, но тут же разжигаете её. И после этого ты смеешь называть меня психом? — Глаза Картера пылали. Где-то в толпе закричала женщина. Люди оглянулись и увидели труп человека, на его лице была гримаса ужаса, а его внутренности лежали рядом с ним. В душной и прокуренной комнате началась паника, которая стихла буквально через минуту. Фрида, которую все это время держали за руки, почувствовала свободу. Она боялась снять повязку, которую на нее одели перед тем, как вывести сюда. Она слышала истошные крики людей, которые стихли так же резко, как и начались. Девочка осмелилась снять повязку. На ее глазах проступили слезы, она сжалась в клубок и заплакала. Лицо её побледнело, а саму ее трясло. Увиденное её поразило. Вся комната была в трупах, крови и человеческих внутренностях. На лицах всех людей был запечатлён ужас, которые они испытали за мгновение до смерти. Но она все же выпрямилась и ещё раз огляделась, надеясь не увидеть труп брата. Осмотрев все внимательно, превозмогая ужасный страх и тошноту, она вглядывалась в лица погибших, которые были не только на полу, но на стенах и потолке. Нужного лица она не нашла. К ней подошли двое. Взрослый человек и ребенок. Она посмотрела по очереди на обоих и облегченно выдохнула. — Братик… — вымолвила она, еле сдерживая хлеб, который съела накануне, он пытался вырваться наружу. — Знакомы? — сухо спросил Габриэль. — Это же я… Фрида, твоя сестра, — глухо сказала девочка, а на её красных заплаканных глазах вновь начали проступать слезы. — Прости, но я не знаю тебя, — все так же спокойно произнес Габриэль. — Картер, пойдем отсюда, пожалуйста, ты же выполнил обещание? — Почти, — улыбнулся Картер. Он подошел к Фриде и, легонько ударив девочку по шее, усыпил её. — Теперь пойдем, — сказал мужчина, бережно взвалив Фриду на плечо. — Оставим её где-нибудь на дороге, что бы бедняжку хоть кто-нибудь подобрал. Когда они вышли на улицу, особняк вспыхнул. Резко появившееся пламя разыгралось не на шутку. В воздухе витал запах жареного мяса, отчего у Габриэля разыгрался аппетит. — Итак... в путь! — бодро сказал Картер и двинулся к стальным воротам. Габриэль же бросил последний взгляд на особняк, пылавший голубым пламенем. — Мир вашему праху, — произнес Габриэль и двинулся вслед за Картером.

Пролог «Убей их всех. Они предали тебя. Они должны умереть». — Прекратите, — выкрикнул Габриэль, которого уже несколько дней мучили голоса. Они были везде и нигде, они сводили его с ума, не давали уснуть. «Ты должен это сделать. Из-за них ты здесь. Убей». — Нет. Я не верю, они не могли этого сделать! — Заключённый номер «двадцать три семнадцать», с кем вы разговариваете? — спросил стражник, подошедший к камере, в которой сидел Габриэль. — Голоса. Голоса в моей голове. Они сводят меня с ума, не дают мне покоя, — скорчив непонятную гримасу, прошипел Габриэль. — Дураком решил прикинуться? Ну, так вот знай: тебе это не поможет. Ты все равно умрёшь, а после твоей казни мы закатим знатную пирушку. Габриэль молчал, доказывать что-либо было уже бесполезно. Сначала он пытался возразить, объяснить, что не он убил главу Гарделлы — портового города, самого крупного во всем Энерисе, но ему не поверили, ведь именно он стоял на месте преступления с окровавленным клинком, а рядом лежал сэр Кристофер, он же мэр города, он же вампир-аристократ, коих в стране было немало. Энерис — первая страна, практически отказавшаяся от людской рабочей силы, предпочтя ей нежить: скелетов, зомби и прочих неприятных существ. Их мог купить каждый, у кого хватало денег. Некроманты со всех уголков страны были готовы помочь вам, если у вас было разрешение и золото. Они, скелеты и зомби, должны выполнять всё, что прикажет владелец. Если нежить вдруг отказывалась работать, вызывался Орден. Орден — огромная организация, которая убивала всякую нечисть. Разумеется, за определённое вознаграждение. В ней как раз и состоял Габриэль. «Они могли помочь, но отвернулись от тебя, вышвырнули, словно сломанную и ненужную игрушку». — Прекратите! — Габриэль схватился за голову. — Это не правда! Они не могли так поступить. «Но поступили. Твоя слепая вера в Орден не даёт тебе увидеть истину». — Какую, к черту, истину? — прохрипел Габриэль, который после многочисленных бессонных ночей, отсутствия еды и воды ослаб настолько, что даже обычные выкрики давались ему с трудом. Прошло три недели спустя поимки Габриэля. Он сдался без боя, веря, что его невиновность докажут, но случилось обратное — его сразу бросили в темницу, а через несколько часов он узнал, что его хотят казнить. Габриэль не мог поверить в это, ведь он был невиновен, да и в Энерисе была неплохая система правосудия, никого ранее не подводившая. Всегда проводилось расследование: искались улики, свидетели, мотивы и подозреваемые. Но раз подозреваемый оказался на месте преступления — зачем что-то делать, искать кого-то? «Тебя ведь тоже насторожило, что не было ни следствия, ни суда, ни приговора? Точнее, приговор был, но уж какой-то странный, не находишь? Ведь за убийство даже такой шишки как Кристофер, обычно дают просто большой срок, а тут казнь». Действительно, Габриэль был удивлён и поражён всем, что произошло. Также его насторожило то, что вампир был убит обычным клинком, который в иных случаях даже не причинил бы ему особого вреда. Он знал, что город и не подозревает, кем являлся Кристофер, но всё же? Почему стража прибыла так быстро? Почему всё выглядело так, словно Габриэль убил его? Он думал над этим несколько бессонных ночей, но так и не пришёл к определённому выводу. Хотя одно было ему ясно — его подставили. Кто и зачем, он так и не решил. Голоса же появились сразу, как он пришел к данному выводу. Они начали ему нашёптывать: «Ты прав, тебя подставили, это сделали они. Те, кому ты доверял». Но Габриэль не мог в это поверить, он провёл в Ордене почти всю свою жизнь. Там его вырастили, обучили. Поверить, что именно Орден подставил его, парень не мог. «Посмотри, во что ты превратился. Ты отрицаешь очевидные факты, эмоции не дают тебе мыслить здраво. Но если всё же захочешь узнать, что случилось, просто скажи «Inferus salvare», и мы придём. Запомни эти слова, а затем приляг, отдохни». Впервые за несколько дней Габриэль забылся глубоким сном. Во сне он вновь переживал события того дня, только на этот раз являясь наблюдателем, поэтому смотрел на разворачивающиеся события со стороны. Вот он идёт прямиком в резиденцию, там очень людно. Кто-то ютится на скамейке в ожидании своей очереди на приём к мэру, кто-то просто слоняется, не зная чем себя занять. Вот неуклюжий помощник проливает кофе прямо на Габриэля и начинает извиняться. В этот момент из кабинета выходит мужчина в таком же чёрном плаще с капюшоном, что и у самого Габриэля. На поясе у незнакомца пустые ножны, а на белом воротнике рубахи, выступающем из-за плаща, капли крови. Мужчина проходит мимо Габриэля и направляется к выходу, помощник в тот же момент перестаёт извиняться и уходит. Габриэль входит в кабинет, везде разбросаны вещи, на портрете сэра Кристофера кровь, сам же Кристофер лежит за столом с перерезанным горлом. Рядом орудие преступления: сабля с золотой гардой — именной клинок, который дают всем членам Ордена за хорошую работу и заслуги перед обществом. У Габриэля тоже такой есть, но он его не носит, в его деле подобное оружие — бесполезная побрякушка. Габриэль берет клинок, чтобы лучше разглядеть его. В этот момент врывается стража. Он бросает саблю и сдаётся. Странно было одно — обстановка кабинета. Точнее, практически полное его отсутствие. Парень видел лишь голые стены и заляпанный кровью портрет. Окна были завешены черными шторами, посередине стоял стол, рядом с которым лежал окровавленный труп. Сон прервал уже знакомый голос: «Ну что? Ничего не насторожило?» — Вы. Это вы мне показали? — уже спокойно и уверенно спросил Габриэль голоса, которые ранее не замолкали в его голове, но в этот раз, ни один из них, тех, что звучали раньше, не ответил. Наступила тишина, но только в его сознании, на улице же был слышен шум. Через несколько минут послышался звук открывающихся дверей. Кто-то подошёл к решётке. Лишь через несколько секунд Габриэль распознал одного из стражников. Это был тот самый, накануне говоривший с ним. — Вставай, время пришло, — радостно, не скрывая улыбки, сказал тот. — А не рано ли? — возразил Габриэль. — Вы же говорили, что казнь будет через месяц, а прошло не больше трёх недель. — Наверху решили, что с тебя и этого хватит, — произнёс человек, стоявший впереди всех. Габриэль узнал его — это был командир стражи. — Ну что ж, пошли, — произнёс Габриэль. Ему с трудом удалось встать, он тут же упал. Парень слишком ослаб, несколько дней без пищи давали о себе знать. Его тёмные волосы спустились ниже плеч, на лице проступила борода. Лохмотья, которые были на нем, окончательно износились, а на руках багровели кровавые мозоли от кандалов. Выйдя из темницы, Габриэль поморщился, свет резал ему глаза. На улице была толпа народа, все кричали что-то, но ему было решительно все равно. Вот кто-то кинул камень. Промахнулся. А Габриэль все думал о сне, приснившемся ему накануне. Вспомнил он и слова, которые прошептал ему голос. Габриэль не хотел умирать. Только не так. Как угодно, но не так. Пусть на него лучше упадёт кирпич с крыши, или ударит молния. Дойдя до места и увидев палача, перед ним явилось чёткое видение того, что он умрёт в позоре, наравне с такими преступниками, как Дэвид и Майкл Кровец, Ричард Эстеморде — все они были отпетыми негодяями, которые убивали всех, кто встретится на их пути. И вот он, Габриэль, встанет в один с ними ряд. — Inferus salvare, — изо всех сил прокричал Габриэль. И… ничего... «Ха, глупо было полагать, что это сработает», — подумал он, опускаясь на колени и готовясь к смерти, но в следующую секунду произошло то, чего никто не мог ожидать. Солнце закрыли тучи, начался ливень. Но главное — Габриэль исчез. Он просто испарился… Глава 1 — Ах, моя голова, — еле шевеля губами, прохрипел Габриэль. — Ты очнулся, мой юный друг, — прошептал голос из темноты. — Мы думали, ты придешь в себя ещё не скоро, ведь длительное заточение в темнице всегда даёт о себе знать. — Все в порядке, — лаконично ответил Габриэль. — Меня больше интересует другое… Кто вы? — настороженно спросил парень. — Мы твои друзья. Это все, что тебе стоит знать, — из темноты вышел человек в балахоне. Его лицо скрывала белая маска, на которой то и дело вспыхивали различные руны и пентаграммы, значение которых Габриэлю было не известно. — Если ты «друг», то почему бы тебе не снять маску и не показать себя? — Габриэль нахмурился, после чего продолжил: — Всё же мне хотелось бы посмотреть на лицо того, кто меня спас. — Увы, мой друг, но твою просьбу я исполнить не могу. Не потому, что не доверяю, а по более веским причинам, которые я также не могу разгласить, — человек в маске глубоко вздохнул и, немного помолчав, вдруг воскликнул: — Где ж мои манеры? Меня зовут Арчибальд. — Приятно познакомиться, Арчибальд, — равнодушно ответил Габриэль. — Думаю, мне представляться не надо. — Ну что, пойдём? Проведу тебе небольшую экскурсию по этому прекрасному месту, — проигнорировав последнюю реплику парня, Арчибальд щёлкнул пальцами, и комнату заполнил мягкий свет десятка свечей. Помещение было относительно небольшим, примерно как комната, в которой жил сам Габриэль. Обстановка, правда, здесь была более скудная. Деревянный потёртый стол, такой же стул, железная кровать. Красные, потускневшие от времени обои и небольшое окошко под потолком, за которым можно было разглядеть тучи. Превозмогая боль в теле, Габриэль встал. В глазах все плыло, голова кружилась, тело ныло. Ощущения такие, словно он стал одним из тех зомби, что работали на богатых людей, выполняя всю чёрную работу. Но он всё-таки смог подняться на ноги и пойти за странным человеком в балахоне. Они шли по слабоосвещённым коридорам, как две капли воды похожим друг на друга. Коричневые стены, будто глиняные, такой же пол и потолок. Единственное, пожалуй, что отличало каждый из них — это рисунки. Самые обычные, на первый взгляд, настенные рисунки. Но Габриэль подозревал, что это не просто орнамент, а нечто большее, оттого и непостижимое для него. — Вот и пришли, — Арчибальд остановился возле одной из немногих дверей. – Ну что, готов? — Готов к чему?.. — холодно уточнил Габриэль. — Увидишь, — ответил Арчибальд и улыбнулся. Хоть парень и не видел лица мужчины, он был уверен, что тот улыбнулся. Человек в маске открыл дверь. Первое, что бросилось в глаза — это круглый стол, за которым сидело с десяток человек. Все они были в таких же балахонах и масках. Из-за всё ещё замутнённого зрения Габриэль не мог определить, отличаются ли их маски. Но скорее всего это было так. Помещение было достаточно просторным и великолепно обставленным (в сравнении с теми помещениями, в которых ему довелось побывать за последний месяц). На темно-красных обоях висели портреты незнакомых Габриэлю людей. Хотя нет, одного Габриэль все же узнал. Это был основатель Ордена — человек высоких моральных принципов. Про его подвиги было сложено немало легенд… «Странно», — подумал Габриэль, когда заметил его портрет, но раздумывать на эту тему не стал. Для зала без окон там было довольно светло. Парень рефлекторно посмотрел вверх, ища взглядом источник света. С потолка свисала величественная золотая люстра, инкрустированная драгоценными камнями. Ноги Габриэля же утопали в меху шкур, расстеленных на полу, в основном это были медвежьи, довольно грубые на ощупь шкуры. Никто из сидящих за столом людей не обращал на Габриэля внимания, они просто молчали, давая ему возможность тщательно осмотреть помещение и сделать некоторые выводы. — Хорошо живете, — с долей сарказма произнёс Габриель. — Не жалуемся, — ответил ему Арчибальд и после небольшой паузы добавил: — Итак, насколько я понимаю, ты все же решился узнать правду? — Да, — кивнул парень. — Давайте сразу к делу. — Успеется. Сначала поешь и восстанови силы. — Хорошо, но как только мне станет легче, вы расскажете мне всё, и потом мы разойдёмся, — настоял на своем Габриэль. — Эх, — вздохнул Арчибальд, не став спорить. — Ладно, будь по-твоему. Двумя сутками позже — Вы нашли хоть что-нибудь? Хоть какую-нибудь зацепку? — спросил человек, сидя в удобном кресле и сложив руки на своём большом животе, в ожидании отчета. — Нет. Всё, что удалось выяснить, я написал в докладе, — ответил один из следователей по делу исчезновения Габриэля. — Какой ещё, к чёрту, доклад?! — вскрикнул Фридрих — толстый и неуклюжий аристократ, заменивший сэра Кристофера, прошлого мэра Гарделлы. — Вы лучше словами скажите, меньше читать придётся! — Нам известно немногое: во-первых, накануне своего исчезновения он говорил с кем-то, но ни заключённые, ни стража не могут дать внятного ответа. Во-вторых, перед самой пропажей он что-то крикнул, но никто из присутствующих на казни не смог разобрать слов. Скорее всего, он произнес что-то на одном из древних языков. — Возможно, я смогу вам помочь, — вмешался в диалог парень, который до этого молча наблюдал за происходящим. — А это ещё кто? — Фридрих в презрении скривил губы, уперев в сторону парня толстый палец с изумрудным кольцом. — Я сын Кристофера, Картер, — отозвался парень. — И чем ты можешь нам помочь? — раздражённо спросил новый мэр Гарделлы. — Я расскажу, но попрошу не перебивать меня, — категорично вымолвил Картер. — Итак, до того, как мой отец стал мэром, он был капитаном королевской стражи, — не дождавшись ответа, начал говорить парень. — В те времена он пытался раскрыть достаточно запутанное дело. А точнее, череду убийств, которые на первый взгляд выглядели как несчастные случаи. Все те люди были так или иначе связаны с нагремевшим тогда делом о наёмном убийце, который сумел убить дочь короля. Картер на секунду замолчал, бегло осматривая лица находящихся в помещении людей. Фридрих явно что-то напряженно вспоминал, об этом говорила морщинка прорезавшая его переносицу, а другие, кажется, и не слушали. Но Картер всё равно продолжал: — И вот за несколько дней до казни, убийца начал разговаривать с кем-то. Так продолжалось пару дней. А перед самой казнью он произнёс всего два слова и исчез. Отец, который шёл рядом с преступником, смог разобрать слова. «Inferus salvare», — вот что он сказал перед пропажей. Конечно же, ни мой отец, ни король не могли оставить это просто так. Расследование началось, но тут же зашло в тупик — не было улик. И всё, что известно — лишь слова, которые смертник произнёс перед исчезновением. Однако мой отец не сдавался. На протяжении нескольких лет он упорно искал ответ, перечитал сотни книг и древних свитков и наконец фортуна улыбнулась ему. В его руки попали отчёты, в которых говорилось о некой организации, чьё название и предназначение неизвестно. Всё, что ему удалось узнать из того отчета — это что некая организация собирает убийц и воров по всему свету. Все они исчезали, но перед этим говорили те самые слова, которые произнёс ваш пленник перед казнью. Так получилось, что дальше расследование продолжать не было смысла, поскольку всего через несколько недель после того, как отец узнал эти сведения, лесники нашли труп, походивший на того самого убийцу. — И чем нам это поможет? — скептично поинтересовался Фридрих. — Ну как — чем? Это более, чем зацепка. Вам осталось лишь отыскать ту самую организацию, которую невозможно найти, если не знаешь где искать, — с улыбкой произнёс Картер. — А ты знаешь где она? — подал голос следователь. — Конечно же нет, но я знаю того, кто знает, — загадочно сказал парень и двинулся в сторону окна. — И кто же это? — нетерпеливо спросил мэр. — Правда, сегодня красивый закат?.. — сказал Картер, растягивая слова, дразня Фридриха и следователей. — Какой ещё закат? — раздражённо произнёс мэр. — Быстро говори — кто этот человек? — Основатель Ордена, — ответил парень, найдя скучным продолжать изводить их. — Ты смеёшься надо мной? Он уже двести лет как мёртв! — Всё слишком относительно, чтобы утверждать столь однозначно… — произнёс парень и направился к выходу. — Стой! Мы ещё недоговорили! — прокричал Фридрих. — Что ты стоишь, остолоп?! Останови его! — вскочив с кресла, он раздраженно махнул рукой следователю. — Найдёте основателя Ордена, найдёте и ответы, — обернувшись, сказал Картер и вышел за дверь. Подчинённый Фридриха последовал за парнем, но, открыв дверь, замер с выражением ужаса на лице. — Эрик, какого черта ты не выполняешь приказ?! — Т-там… — парень дрожащей рукой указал куда-то за дверь. — Ну и что там? Говори быстро! Не заставляй меня вставать! Но Эрик не ответил, а лишь остался стоять у двери как громом поражённый. Он был слишком поражён и напуган увиденным. Весь коридор был усеян трупами стражи. Но не это было самым ужасным. Под потолком висело тело уже знакомого всем следователям (и не только следователям) паренька, а если быть точнее, — тело Габриэля. Он был подвешен на крюк за шею таким образом, что его острие торчало изо рта, живот были вспорот и из него свисали внутренности, что добавляло ужаса. Рядом с трупами стоял Картер и держал окровавленный меч. Эрик не смог выдержать такого зрелища и крепко зажмурился… Темнота успокаивала… Глава 2 — Ты издеваешься надо мной? — прокричал Фридрих. Эрик открыл глаза и посмотрел на коридор. Он, коридор, был абсолютно чист. Ни крови, ни трупов, ни Картера… — Но… я видел… — робко прошептал Эрик. — Заткнись! Не хочу ничего слышать, — прошипел Фридрих. — Быстро взял себя в руки и пошёл искать того парня. А иначе на одного следователя станет меньше, все понятно? — мэр толкнул Эрика в спину. Парень, не ожидавший удара, хоть и слабого, не удержался и упал, но тут же встал и пошёл, ничего не сказав мэру в ответ. Убежище людей в масках — Я здесь уже двое суток, но так и не узнал о вас ничего, — выказал своё недовольство Габриэль. — Вы же, как я заметил, знаете обо мне все. Они находились в небольшой комнате, полностью заставленной различными предметами интерьера. Тут были и алхимический стол, и полка с разными ингредиентами, и обычный письменный стол, рядом с которым стул. На стенах висели картины с разными пейзажами, а в дальнем углу находилась кровать. — Знать всё и обо всех — это наша работа, — сказал один из людей в масках. «Кажется, его зовут Виктор», — подумал Габриэль. — И все же… — сухо произнёс парень. — Я уже восстановил силы и готов узнать то, что вы хотите мне поведать. — Подожди ещё немного, ещё пару дней. — сказал Виктор спокойным, умиротворённым голосом. — Нет, — Габриэль был непреклонен. — Не тебе это решать, — голос Виктора изменился. Вокруг человека в маске начала сгущаться некая аура... она становилась всё плотнее, приобретая тёмно-фиолетовый оттенок... и чем темнее она становилась, тем тяжелее Габриэлю становилось дышать. Казалось, будто воздух сжимался и становился плотнее, мгновение за мгновением и сердце его дрогнуло от мысли, что он задохнётся... — Виктор! Хватит! — крикнул Арчибальд, сидевший неподалёку на одном из стульев, что стояли вдоль стен. И вдруг удушающий гнёт спал, позволив Габриэлю вдохнуть полной грудью. — Пойдём, Габриэль, я расскажу и покажу все, что тебе требуется знать, — произнёс мужчина и направился к выходу. Габриэль молча последовал за Арчибальдом. Путь до заветной комнаты они преодолели в абсолютной тишине, лишь шорох мышей отзвуком проносился по коридорам. Фигура, шедшая впереди Габриэля, остановилась у небольшой металлической двери. — Пришли? — поинтересовался парень, первым не выдержав гнетущего молчания. — Да, пришли, — произнёс Арчибальд и с силой толкнул дверь. Металлическая дверь неохотно поддавалась усилиям старика. Но Арчибальд все же смог ее открыть. За дверью оказалась просторная комната без окон, впрочем комнат с окнами здесь, увы, почти не было. Гигантские люстры со свечами, которые светили неправдоподобно ярко, освещали стеллажи и полки, высившиеся до потолка, заполненные различными книгами, свитками и летописями. Подсчитать количество стеллажей было довольно непростым делом, а тем более невозможно было объять их взглядом… — Прежде чем перейти к сути дела, хотелось бы предупредить: все, что ты здесь услышишь — истинная правда, — Арчибальд глубоко вздохнул. — Я лишь прошу выслушать меня до конца. Габриэль сохранял молчание. — Тогда я, пожалуй, начну, — произнёс Арчибальд и присел на стул, стоявший рядом со столом. Габриэль же присел на угол стола так, чтобы видеть собеседника. — Все началось несколько сотен лет назад. Шестнадцать никак не связанных друг с другом людей пришли к общему выводу — этот мир прогнил. Но что они, обычные люди, могли сделать? И вот тогда к ним обратился голос, на подобие того, что ты, Габриэль, слышал сам. — Разве со мной тогда не вы говорили? — Мы, — ответил Арчибальд и продолжил: — Тот голос шептал нам, говорил, что делать. Он привёл всех нас ко входу в подземелье, в это подземелье, — уточнил Арчибальд. — Здесь мы обрели знания, которые дали нам нечеловеческие силы. Кто-то из нас стал сильнее и быстрее. Некоторые же обрели магические способности. В ту же пору на севере стали появляться ужасные существа. Скелеты, ожившие мертвецы, существа, которые могли жить вечно, питаясь кровью людей. Нежить — так вы их называете… — вздохнув, произнёс Арчибальд. — Мы считали их высшим злом, забыв о том, что хотели исправить этот прогнивший мир, мы стали уничтожать тех существ, люди восхваляли нас, говорили, что мы их спасители. Это изменило нас. Мы стали упиваться славой, начали считать, что мы лучше всех людей, что мы совершенны. Но за все надо платить. — И что с вами произошло? — поинтересовался Габриэль. — Однажды, когда мы очищали одну из деревень, произошло непоправимое. Картер — так звали одного из пятнадцати — обезумел и начал убивать в той деревне всё, что движется. — Постойте, вас же было шестнадцать? — нахмурившись, перебил Арчибальда Габриэль. — Шестнадцатый отделился от нас сразу после первого боя с нежитью, сказав: «Хм, а на этом можно заработать», — это был основатель Ордена. — Быть не может… — глухо прошептал Габриель. — Об этом мы поговорим чуть позже, а теперь позволь мне продолжить, – Арчибальд возобновил рассказ: — Мы попытались остановить Картера и, заплатив большую цену, смогли сделать это. — Какую цену? — попросил уточнить парень. — Двое из нас лишились жизней, остальные же, те, кто смог выжить, потеряли лица и возможность взглянуть на солнце. Мы стали тенями, которых все боялись. Но позже мы канули в небытие истории. О нас забыли. Всё, что было связано с нами уничтожил Рейн. — Рейн… — Да, он желал стереть о нас все упоминания, чтобы его никак не могли связать с нами и с теми событиями. — Ну и как всё это связано со мной? — Это связано с тобой куда больше, чем ты можешь себе представить… Тебя, как и многих других подставили. Ты инструмент в руках Ордена, который уже достаточно давно хочет захватить власть в стране. Точнее не сама организация, а Рейн… — Ты столько поведал мне, чтобы сказать, что я простая пешка и меня использовали? — хмуро произнёс Габриэль и продолжил: — Это я и без тебя понял. — Нет. Ты не понимаешь. Ты — ключевая пешка во всем этом. Если бы тебя не нашли на месте убийства Кристофера, их план сорвался бы. — И что вы хотите от меня? Хотите, чтобы я пошёл спасать этот неблагодарный мир? — Нет. Решать только тебе, но знай: если власть достанется Рейну, то случится непоправимое… Арчибальд встал и направился к выходу. Габриэль же остался сидеть за столом, думая о всем сказанном. Во многое он не мог поверить, ведь он был приверженцем Ордена, он верил, что его организация — это свет, который освещает простым людям путь. — Стойте… — произнёс Габриэль, ударив рукой по столу. — Что такое? — Как я могу вам верить? — Никак. Ведь когда-нибудь ты и сам всё узнаешь… А теперь, думаю, ты бы хотел уйти от сюда? — Да. — Твои вещи ждут тебя на выходе, его найти будет не сложно. Просто выйди отсюда, поверни направо и иди все время прямо, — выходя из комнаты, сказал Арчибальд. — Всего доброго и прощайте… — выкрикнул Габриэль выходящему человеку, а потом сам встал и направился к выходу. Он шёл по уже знакомому коридору, который потихоньку поворачивал налево и был под наклоном. Габриэль понимал, что он поднимается наверх. К чистому воздуху и свободе, уходя из этой гнетущей обстановки… Он, Габриэль, твёрдо намеревался узнать правду. Забрав свои вещи, парень вышел наружу. Поднимаясь, парень почувствовал дрожь, пробежавшую по спине. А на душе так и скреблись кошки. Нехорошее предчувствие заполняло всю его сущность. Выйдя наружу, Габриэль споткнулся о камень, который он почему-то не заметил, хотя был предельно собран и сосредоточен. Вставая с земли и отряхиваясь, юноша заметил фигуру неизвестного человека, позади которого возвышались кроны больших вековых деревьев. Подняв свой взор, он увидел глаза цвета крови и улыбку, которая походила на хищный оскал. Человек вышел из тени деревьев и промолвил: — Здравствуй, Габриэль. Меня зовут Картер, — снял шляпу человек и поклонился своему новому собеседнику. — Вероятно, мои друзья говорили обо мне. — Что тебе надо? «Вот неудача, только вышел, а уже споткнулся. Да ещё и этот Картер. Ну что я делаю не так?» — обречённо вздохнув, подумал Габриэль. — Ничего особенного, просто хочу, чтобы ты умер, — Картер весело улыбнулся. Глава 3 — Не думаю, что у тебя получится. — Габриэль приготовился и, вытащив свой меч из ножен, встал в боевую стойку. — Но ты, конечно же, можешь попробовать… — Ты слишком смел для обычной букашки, — не убирая улыбки с лица, произнёс мужчина. Габриэль ринулся на Картера, готовый уничтожить его, как он делал это всегда, когда сталкивался с врагом, которого ему поручал Орден. В голове не было ни единой мысли, только цель и способ её устранения. Оставались лишь мгновения до того, как меч поразит свою цель, но вдруг... Картер остановил удар. Он схватил клинок, не моргнув даже глазом… Не успел Габриэль осознать произошедшее, как мужчина пнул его, причём с такой силой, что меч вылетел из рук парня, и он, пролетев несколько метров, упал на пыльную землю с тупой болью в груди. Картер с насмешкой бросил меч обратно его владельцу, словно палку собаке. «Черт! Черт! Черт! Какого хрена?!» — с досадой подумал Габриэль и ударил кулаком по земле. Схватив меч, парень вновь ринулся в атаку, но и в этот раз клинок не достиг своей цели. Картер попросту увернулся и ударил Габриэля кулаком по спине с такой силой, что последний услышал, как хрустят его кости. — Глупый мальчишка, когда ты уже поймёшь, что все твои попытки тщетны. — Картер по-прежнему улыбался. — Ты всего лишь щенок, который пытается огрызаться на более крупную особь. Ты — ничтожество. — Человек с красными глазами подошёл к Габриэлю, который до сих пор не оправился от удара. — Я слышал, что в Ордене есть негласное правило: если ты проиграл бой и выжил — это позор. — Картер схватил парня за волосы и приподнял его. — Ну, так вот, может забавы ради оставить тебя в живых? Будешь ли ты мучаться от позора, мучаться от того, что все твои жалкие потуги были бессмысленны? — Заткнись… Я… ещё не проиграл… — тяжело дыша прохрипел Габриэль. — Знаешь, я считал тебя умнее. — Картер отшвырнул парня. — А я ведь хотел оставить тебя в живых, думал, что ты умный мальчишка. — Мужчина подобрал меч, который недавно выронил Габриэль. — Ну что ж… прощай, — произнёс Картер и проткнул лежавшему на спине, еле дышавшему Габриэлю грудь. Резкая боль в теле парализовала парня. Он не мог не то что пошевелиться, даже вздохнуть не мог. Сознание начало меркнуть, но мужчина не останавливался. Он продолжал полосовать парня, пока на Габриэле не осталось ни одного живого места. Окровавленный, скорее уже мёртвый, нежели живой Габриэль все ещё сохранял сознание, но это отнимало у него слишком много сил, которых и так осталось немного. — Ну что ж… вот я и позабавился, а теперь я, пожалуй, пойду, — процедил сквозь улыбку Картер и, развернувшись, ушёл. Габриэль пытался что–то сказать, но губы его не слушались. Силы тоже иссякли. Сознание померкло… Тринадцать лет назад — Пап, может быть, мы всё-таки не пойдём? — тревожно спросил мальчик, которому не было ещё и десяти лет. — Ну что ты, Габриэль, не бойся, они хорошие люди! — улыбнувшись, промолвил мужчина лет тридцати, одетый в вычурный чёрный костюм. — Мы заглянем к ним буквально на несколько минут и вернёмся домой. — Обещаешь? — Лицо мальчика мгновенно повеселело. — Обещаю. К тому же, посмотри на свою старшую сестру, — отец Габриэля указал на стоявшую рядом девочку, чуть постарше, — она же не боится. Так ведь, Фрида? — А чего мне страшиться, батенька? — ответила маленькая, но довольно смышлёная девочка. – Раз вы говорите, что всё будет хорошо, значит, так оно и сделается! — Всё будет хорошо. Бал — не такое уж и страшное мероприятие, — продолжал успокаивать Габриэля отец. — Я понял, папа, — робко прошептал мальчик. — Вот и славно! Тогда давайте пойдём, а то ваша мама, наверно, уже заждалась нас там. — Мужчина взял маленькую куртку и подал её своему сыну, после чего троица вышла из дома, у которого их ждала карета. Они двинулись вперед по улице. Вечерняя Гарделла была красива. Она была очень живой, шумной. Вдалеке виднелось скопление людей, которые танцевали, веселись и пили. Выпивка в городе, как правило, текла рекой всегда. Проезжая мимо подворотни, Габриэль заметил двух странных мужчин в темной одежде, которые пристально следили за каретой. — Пап, пап. Там какие-то дяденьки следят за нами, — встревоженно сказал мальчик, схватившись за рукав отца. — Сынок, тебе показалось. Никто за нами не следит, — успокаивающе произнёс мужчина и продолжил: — Но, если за нами все же следят, не волнуйся. Я тебя защищу. — Мистер Роуз, мы подъезжаем к магазину, у которого вы просили остановиться, — оповестил мужчину кучер. — Будьте добры остановиться где-нибудь поблизости, — произнёс Роуз старший и добавил: — Хочу купить своей жене подарок. — Пап, а можно мне с тобой? — спросил Габриэль. — Не волнуйся. Посиди лучше с сестрой, ведь если мы оба уйдём, она заскучает, — ласково улыбнувшись, произнёс мужчина и, открыв дверь кареты, вышел. Габриэль не отрываясь смотрел вслед заходящему в магазин отцу. Мальчик боялся, что в его возрасте было вполне нормально. Он не мог объяснить причину испуга, но страх поглощал его. Зато как только его отец вышел из магазина, страх как рукой сняло, он снова заулыбался, ожидая, когда его родитель вернётся в карету. Роуз старший не заставил себя долго ждать. — Ну что? Ничего страшного не произошло? — спросил вошедший в карету мужчина. — Нет, — ответила вместо Габриэля Фрида. — Вот и хорошо. Тогда выдвигаемся. Оставшуюся часть пути они проехали молча. Габриэль смотрел в окно, о чем-то задумавшись. Фрида читала книгу, которую накануне подарил ей отец. Начался дождь, люди, которые только недавно веселились, уже спешили домой. Улицы начали пустеть, нагоняя на Габриэля ещё больше тревоги и тоски. Вдали уже виднелся большой красивый дом, являвшийся местом, куда они направлялись. Но это не вселяло в мальчика ни капли уверенности, а наоборот усиливало его чувство тревоги. Когда же они подъехали к месту назначения, Габриэль был так удивлён и заворожён красотой дома, что весь страх как рукой сняло. Дом был по-настоящему красив. Белые колонны, поддерживающие огромный балкон. На нем стояли мужчины и женщины в роскошных костюмах и платьях, многие из них держали в руках бокалы с напитками. На первом этаже, за окном, также было людно. Кто-то стоял, общаясь с другими, кто-то танцевал в ритм прекрасной, живой музыки. Но всё это меркло по сравнению с красотой сада, усеянного разными цветами. С обеих сторон дороги, по которой они приехали, росли красивые черные орхидеи. Чуть поодаль от них были вырезанные из растений красивые фигуры разных людей и животных. Весь сад был освещён дивными фонарными столбами: они представляли из себя обелиски, поддерживающие драконов, изрыгающих пламя. Как только Габриэль и его семья вышли из кареты, к ним подошёл человек приятной наружности, хорошо одетый и приятно пахнущий. Его короткие светлые волосы были уложены, лицо было немного грубоватым на вид, но идеально выбритым. А его глаза… они показались мальчику очень страшными. Ему казалось, что этот мужчина хочет сделать им больно. — А вот и мистер Роуз со своими детьми. Идите за мной. — Парень указал рукой на небольшой, по сравнению с особняком, дом. — Ваша жена ждёт вас в гостевом домике. — Она снова плохо себя чувствует? — поинтересовался старший из Роузов. — Увы, но такой информацией я не располагаю. Меня попросили проводить вас, только и всего, — сказал парень, как будто извиняясь. Затем он продолжил: — Пройдёмте за мной. Я провожу вас. — Да, действительно, надо идти, — охотно согласился отец Габриэля. Путь до гостевого дома не занял и двух минут. Все это время они шли молча. Чувство тревоги у мальчика вспыхнуло с новой силой. Схватившись за полу плаща, он продолжал идти. Домик встретил их полной тишиной. Звук музыки здесь практически не был слышен. Ровно так же, как и свет фонарей слабо освещал это место. — Ну вот мы и пришли, — сказал парень и, развернувшись, ушёл восвояси. — Ну что, пойдём? Ваша мама небось уже заждалась нас. — Папа, мне страшно. — Габриэль еще крепче схватился за плащ. — Не волнуйся. Всё будет хорошо, — успокоил отец сына. Их диалог прервал звук открывающейся дверь. Тусклый свет осветил фигуру мужчины, вышедшего из дома. Он был невысок, худощав. Его лицо скрывала полумаска, на голове был капюшон. — Здравствуй, Кристофер, — поздоровался мужчина. — Здравствуй. Я привёл их, как и обещал, – холодно и отчуждённо произнёс Роуз-старший. — Ясно. А они ничего, думаю им понравится, — сказал человек в полумаске. Габриэль и Фрида переглянулись. Хоть они и были малы, но понимали, что речь идёт именно о них. — Отец, что всё это значит? — поинтересовалась Фрида. — Помолчи. Папа разговаривает с дядей, не мешай! — грубо ответил он дочери. — Папочка… — только и успел произнести Габриэль, перед тем как свалиться без сознания на землю. Продолжение здесь - ТЫК

Хоть с грамматикой у меня не большая беда, участие я приму. Но вот вопрос: во всех издательских компаниях ( куда авторы отправляют свои работы на публикацию), есть люди которые исправляют их ошибки, назовем их корректоры. У вас такие будут? То бишь, не возможно написать 100% правильно с точки зрения орфографии и пунктуации. Вот и стало интересно.

А я? :)