Dragon Age: Тень Госпожи

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

Этот клинок уже определенно изжил свое.
Силуэт в обугленных стальных доспехах отложил в сторону двуручный меч, испещренный зазубринами и пятнами ржавчины. Витавший в воздухе аромат крови сгущался — смесь из запаха крови человека, запаха крови дракона. Кровь первого отдавала кислым, едким привкусом — кровь второго же заставляла воздух вибрировать от силы.
Пальцы еще тряслись. Он отказался тащить с собой баллисту — и сражение вышло сложнее, чем силуэт в доспехах на это рассчитывал.
— Ты еще долго? — хрипло спросил мечник, устремив взор на пришедший в негодность меч. Крылатый шлем странной конструкции обгорел, тканевый элемент был практически испепелен — не похоже, что он предоставлял хорошую защиту. Прядь светлых волос выбилась из под сохранившейся части шлема. Сталью была защищена лишь макушка головы — а на пластине, меж крыльев шлема, располагалась забавная кисточка из темных нитей. Алый платок, которым была подвязана шея мечника, тоже обгорел — возможно, дракон, чье тело лежало на посыпанной пеплом земле, именно из-за цвета платка избрал Фелкин главной целью.
Ошибка.
Высокий мужчина с пепельными волосами склонился над телом дракона. Медленно повернувшись, он уставился на мечника взглядом холодных, серо-голубых глаз. Его лицо было испачкано кровью, стекавшей с челюсти и подбородка.
— Уже... почти закончил, — прохрипел человек, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. Половина или даже больше волос сгорели в пламени дракона, правая сторона лица была покрыта черной сажей, сквозь которую проступали уродливые шрамы, словно от когтей дикого животного. Отвернувшись, он опустился на колени и, издав едва слышный звук, похожий то ли на урчание, то ли на рычание, продолжил пить кровь.
Крови ему всегда было мало. В нем словно было нечто вроде неутолимой жажды, которая вечно гнала его вперед, вечно бросала в драку, даже в самую безнадежную. Стирала страх из разума одним размашистым движением. Фелкин уже достаточно давно знала его, и знала, что он не боялся ничего. Разве что...
— Пошли.
Он поднялся на ноги и встряхнулся, как собака, выходящая из воды. Быстрый взгляд искоса — стального цвета глаза резким светлым пятном выделялись на грязном лице, покрытом сажей и запекшейся кровью, словно маской. Обуглившиеся волосы падали на глаза, и он раздраженно смахнул их с лица. Вытащил из-за голенища большой нож с изогнутым лезвием и отрезал когда-то длинные и светлые волосы под корень. Все равно большая их часть сгинула в огне.
Девушка в доспехах кивнула, поднимаясь на ноги. Левое бедро кровоточило — броня в этом месте была попросту пробита насквозь. Опасный момент, без всякого сомнения — и, опять же без всякого сомнения, он еще аукнется.
— Ты забыл?
Вольфер нахмурился, когда Шалд, приблизившись к телу дракона, опустилась на одно колено. Латная перчатка, со звоном брошенная на землю, напоминала скрюченную когтистую лапу.
Женщина прикоснулась ладонью к лапе павшего зверя — словно этим неуклюжим жестом пытаясь как-то почтить его память. Девушка странным образом относилась к этим красивым, могучим зверям — вернее, к их крови. В их первую встречу она говорила о силе крови, о том, что эта кровь — есть... какая-то "память". Но Хекс не до конца понимал, что она имела в виду.
Зверь — нечто совсем другое.
Изогнутый кинжал из веридия с силой вонзился в бедро высшего дракона — и, извернувшись в руке женщины, начал медленно снимать чешую с его тела.
— Нам нужна кость, — словно в трансе говорила Фелкин, безжалостно кромсая плоть драконицы.
— Как скажешь.
Хекс покачнулся, едва устояв на ногах, и нахмурился. В голове плыл багровый туман, но это не было похоже на последствия его обычной ярости и не было похоже на влияние зверя. Кровь в его венах медленно закипала — чужая кровь, кровь дракона, только что убитого ими. Она словно поглощала его, заставляя сердце гулко и быстро биться, а перед глазами мелькали неясные картины. Поднеся ладонь к глазам, мужчина словно в трансе провел ею по лицу, стирая красные дорожки. Крови было так много, что она текла из глаз, будто слезы. Упав на колени, он поднял лицо к ночному небу. Звезды заплясали в бешеном танце, сливаясь в единый сияющий вихрь. Он чувствовал — буквально чувствовал — ветер под своими крыльями, почти как тогда, в Тени, только на этот раз все было по-настоящему. Свобода и полет.
— Прекрасно... — он прошептал почти неслышно, улыбаясь своей жуткой улыбкой-оскалом, и облизнулся. А сила внутри бурлила, грозясь выплеснуться нескончаемым потоком и разорвать его сердце на тысячи осколков. Хекс закрыл глаза, дрожа всем телом, картины проносились во тьме, вся память дракона и тысяч драконов до него, тех, кто стал драконом, отобрав их силу и впитав ее в себя... Он закричал. Сжал зубы так, что они хрустнули. Все, что было раньше, оказалось лишь подготовкой к этому моменту. Согнувшись напополам, он сплюнул кровью на обугленную землю.
— Фелкин, — произнес он, глядя расширенными глазами на валяющиеся на земле зубы. Его зубы.
Он услышал гулкий звук шагов — и почувствовал, как силуэт Фелкин что-то впихнул в его руки. Пошатываясь, он мутным взглядом окинул флягу с изображением скорпиона, покоящуюся в его ладонях.
Не сказав ни слова, силуэт отошел вновь — вернувшись к своему занятию. Хекс слышал звук кромсаемой плоти, слышал биение собственного сердца — и совсем так же слышал биение сердца Шалд. Это было странным, пьянящим чувством — но что-то было не так. Тот, отдаленный стук утихал — словно с каждой секундой отдаляясь все сильнее и сильнее.
Его сердце билось быстро — словно было готово вот-вот разорваться. Кровь пульсировала, меняя его тело — ребра трещали, оставшиеся зубы крошились под напором других. Судорожно сглотнув, он недоверчиво провел языком по своим зубам — убеждаясь в своих подозрениях... и надеждах.
Вопль ярости и торжества взорвался в его голове, заволакивая глаза алым маревом. Пальцы не слушались, когда он отвинчивал крышку фляги — а запах самогона был почти незаметен на фоне тяжелого, густого аромата крови. Медленно спустившись с камня на землю, мужчина запрокинул голову и невидящим взором окинул звезды. В Андерфелсе ночи неописуемо красивы — странно, что раньше он этого не замечал. Или замечал? Открытая фляга с самогоном все так же лежала в его ладонях. Повернувшись в сторону драконьего тела, Хекс взглядом наткнулся на глаза Шалд.
Она уже извлекла крупную, тяжелую бедренную кость зверя — и сейчас смотрела прямо на него, сложив руки на коленях. Зверь грузно зашевелился, задев боком клетку из его ребер. Взгляд Фелкин был... странным. Таким чужим, таким безумным. Женщина всегда действовала разумом, а не чувствами — но сейчас в ее глазах не было разума. Была лишь пустота.
Мгновение — и наваждение прошло. Грязно-голубые глаза потрошительницы были прежними... наверное.
— Сможешь идти? — просто спросила она, поднимая с земли окровавленную, липкую кость.
— Да, — ответил он не своим голосом, проводя языком по ровному ряду крепких, новых, острых как бритвы зубов. В темноте ночи его глаза поблескивали нездоровым блеском, как будто он был пьян. В общем-то, почти так оно и было. Кровь и самогон. Что может быть лучше. — Зачем тебе это? — он кивнул на кость в руках Фелкин, понимая, что им придется найти разбежавшихся лошадей. Они тут в долине здорово пошумели. Разбросанные обломки скал и камней и огромный кусок выжженной до угля земли — кто бы ни пришел сюда после, будет сильно удивлен. Хотя Хекс сомневался, что кому-то может понадобиться забраться так далеко в горы, здесь не было ничего и никого, кроме драконов и двух людей… почти людей. Они провели здесь почти две недели, в полном одиночестве, посреди снежно-каменной пустоты. Но пора было возвращаться в мир, для которого они были чужими. Снова надевать маску человека.
Фелкин, в своем обугленном доспехе, с костью в руках, при свете звезд, казалась ему прекрасной. С того самого момента, как он почувствовал запах крови, исходящий от нее тогда, в Неварре, когда не знал еще ни ее лица, ни имени, ничего. Она сразу показалась ему совсем другой, не похожей на заносчивых идиотов, сновавших вокруг в поисках легкой наживы и власти. А сам Хекс тогда не знал, кем был и кем мог стать.
Что ж, теперь все встало на свои места.
Она не ответила — лишь молча кивнула. Для общения с тем, кто подобен тебе, слова не нужны. Кровь все еще пульсировала в венах Хекса, когда они поймали лошадей, собрали пожитки, и направились вниз, в долину. Снежный горный буран, немедленно укусивший их в спину, придал ускорения — двое потрошителей вернулись в Нордботтен на рассвете, принеся бурю с собой.
Скрип лестничных ступенек в таверне, в которой они остановились, подействовал на разгоряченный разум Хексариона почти умиротворяюще. Едва не выломав дверь, бастард баронессы со вздохом облегчения плюхнулся в кресло. Фелкин пришла позже на пару минут, застав Вольфера за попытками снять обуглившуюся, и местами оплавленную броню.
— Договорилась о ванной, — усталым голосом сообщила девушка, закинув драконью кость в дальний угол комнаты, — Ты пойдешь первым. Собираешься отоспаться, или сразу пойдешь к своей?
Хекс не удержался от смешка. Шалд в своей манере разговаривать о знати вела себя по-забавному презрительно. Он знал, что она из простолюдинов — и неприязнь к высшему сословию впитала с молоком. Впрочем — он сам не мог называть себя таким уж знатным.
Комната, в которой они остановились, была образцом хорошего обслуживания — без роскоши, но со всем необходимым. Пыли, паутины, грязных следов (за исключением оставленных ими же) не наблюдалось, по крайней мере в этом был плюс.
Фелкин подошла к заваленному свитками столу. Они с ней некоторое время пытались извлечь как можно больше информации о драконьей крови. Хекс — о силе, даруемой ею, Фелкин — о ее свойствах в принципе. Однако убийство высшего дракона определенно было ценнее этой информации — эти чувства, когда кровь крылатого зверя потекла по его глотке...
Женщина сняла с головы крылатый шлем, и со вздохом выпрямилась.
«Что-то не так», — подумал потрошитель, но пока что не сказал этого вслух. Раздался тихий щелчок, когда ему наконец удалось снять наплечник, оставшийся еще со времен экспедиции в Браннворт. Усмехнувшись, он провел рукой по лицу. Пальцы наткнулись на старые шрамы — еще одно напоминание о Глубинных Тропах. Но эти шрамы он любил гораздо сильнее. В тот день, когда Хекс получил их, он изменился почти так же, как сегодня — он наконец смог взять зверя под контроль. Перестать соперничать с ним и вместо этого стать по-настоящему братьями, одним целым. За это тоже нужно было благодарить Фелкин, как и за многое другое. Но она не смотрела на него. Отвернулась и перебирала бумаги, словно сейчас это имело какое-то значение. Поднявшись, Хекс подошел к ней и ткнулся в ее шею, обдав его горячим дыханием. Постоял так несколько минут почти без движения, как будто о чем-то задумавшись, а потом развернулся и вышел из комнаты, оставив нагрудник с наплечниками валяться на полу. Их уже давно пора было выбросить. Взял с собой он только нож, и в комнате, отведенной под ванную, глядя в покрытое сетью трещин зеркало, сбрил волосы с висков и затылка. В воде расплывались темные, кровавые пятна — и казалось, что в неровном свете свечей на ее маслянисто-блестящей поверхности отражается что-то темное и зловещее. Вздрогнув, Хекс вытер лезвие ножа и сунул его за сапог. Переодевшись в льняную рубашку и штаны из оленьей кожи, он отряхнулся и пошел в комнату. С Фелкин надо было поговорить еще кое о чем. Толкнув дверь, он сразу почувствовал, как сквозь открытое окно в лицо ему ветер бросил горсть колючих снежинок.
Пока он мылся, потрошительница успела снять с себя доспехи и перевязать рану на бедре — и сейчас сидела за столом, сосредоточившись на пыльных манускриптах. Взглядом поприветствовав вошедшего мужчину, она кивком указала на крупный граненый сосуд с алой жидкостью. Если судить по консистенции — определенно не кровь. Скорее всего — лечебная жидкость. Рядом лежали чистые бинты — хватит на припарку.
Крылатый шлем Шалд неловко завалился набок. Она не меняла его с самой их встречи — только тканевый элемент стал красным, а не синим — как когда-то. Хексарион тихонько усмехнулся — это он сказал, что красный идет ей больше.
— Не заметил необычных изменений? — тихо поинтересовалась Фелкин, не открываясь от свитков. Словно почувствовав, как бастард приподнял бровь, потрошительница со вздохом повернулась к нему, — Я о трансформации. Как я уже говорила — процесс практически не изучен. Если судить по записям из Неварры, то он абсолютно непредсказуем. У тебя может даже хвост вырасти... кхм. В общем, не заметил ничего странного?
Испытующий и чуть раздраженный взгляд сестры удивил Хекса. Она вела себя довольно... чудно. Уже как месяц. Он-то привык, но все же — это странно.
— Можешь посмотреть сама, — сказал он немного насмешливо, почесав шрамы на щеке и стянув рубашку через голову. Сам потрошитель лишь чувствовал, как что-то цепляется за ткань на спине, но рассмотреть как следует не мог. Подойдя к сестре, он отвернулся и добавил: — Хвоста, к сожалению, нет. Хотя я знаю, что это тебе понравилось бы, но носить доспехи будет неудобно.
Она подняла глаза и увидела необычную картину — от самой шеи, вдоль позвоночника спускалась узкая полоска проступившей сквозь кожу темно-серой чешуи. Чешуйки размером с ноготь, плотно прилегающие друг к другу, слегка шевелились при дыхании. Сами позвонки стали острыми, выпирающими, похожими на шипастый гребень дракона, а чешуя на них была крупной и плотной.
— Ну что? — голос Хекса вырвал ее из размышлений.
Поначалу она никак не отреагировала. Лишь удивленно моргнула, разглядывая ряд заостренных, пронзивших кожу позвонков. Угольно черные, они напоминали полированный обсидиан. "Драконово стекло" — так вроде называли этот минерал где-то на юге Неварры.
Худые, тонкие пальцы Шалд прикоснулись к позвонкам — словно проверяя подушечкой пальца, насколько они острые. Медленно рука скользнула на твердую, местами шелушащуюся чешую. Ногтем ковырнув одну из чешуек, женщина провела рукой по темной полосе вдоль спины мужчины — до шейного позвонка, где гребень заканчивался.
— Такого в свитках точно не упоминалось, — почти с ледяным спокойствием произнесла девушка, с легким вызовом глядя в серо-голубые глаза Хекса.
— Что ж, тогда, думаю, им стоит дополнить свои исследования, — прохрипел он, улыбаясь. Острые зубы сделали его улыбку еще более пугающей, но Фелкин давно к ней привыкла. Когда она прикасалась к чешуе, он слегка вздрагивал. В ушах стоял нарастающий гул, слышалось отдаленное хлопанье крыльев и низкое, бархатное рычание. В покрасневших, пронизанных багровыми нитями глазах, вспыхнул свет. Притянув девушку к себе, он выдохнул резко, почти до боли сжав ее запястья. Поехать в замок за наградой, обещанной за голову убитого высшего дракона, можно было и позже.
Шалд прищурилась, покосившись на свои запястья.
— Тебе стоит постараться сильнее.
Вспышку ауры боли Хекс предугадал почти с идеальной точностью. Злобно рассмеявшись, улыбка Потрошителя стала еще шире... когда темные, полупрозрачные нити вонзились в его плечо. Он не видел, из какой точки аура высвободилась в этот раз — но он знал, что каждый раз это была какая-либо крупная рана или шрам. Его собственная аура частенько "высвобождалась" в его лице — из того самого шрама на щеке.
Это длилось недолго. Заметив, что аура боли заставила бастарда лишь усилить хватку, мечник с тихим урчащим звуком высвободился из захвата, одновременно потушив ауру.
— Не время, — слегка охрипшим голосом произнесла потрошительница, резко встав со стула. — Тебе пора.
Хексарион лишь удивленно моргнул, когда Фелкин, стараясь не смотреть ему в глаза, быстрым шагом вышла из комнаты. Звук шагов вниз по коридору дал знать, что она направлялась в купальню — но сама вспышка его удивила.
Пожав плечами и постаравшись вернуть мысли в прежнее русло (что после трансформации оказалось сделать труднее, чем обычно), Хекс направился к выходу. Письмо с заказом на дракона лежало в седельной сумке, и на нем была печать правящего дома Нордоботтена. Забавно было осознавать, что собственная семья пользуется его услугами как наемника. Запрыгнув в седло и натянув кожаную куртку, отороченную мехом, он направился по узким улочкам города к поместью. Вспомнив бал, на котором Фелкин произвела настоящий фурор, он усмехнулся — тогда они смеялись как полоумные, глядя на все эти перекошенные от отвращения лица, заявившись на званый ужин в доспехах и с мечами, перепачканные кровью и довольные, как коты, нализавшиеся сметаны. Но не пустить их не могли. Все-таки баронесса была его матерью, и кажется, общение с ней начинало постепенно налаживаться. Нельзя было сказать, что Вольфер не рассчитывал на это, выполняя ее неожиданный приказ. Да и деньги, обещанные за голову дракона, были совсем немалыми. Впрочем, оставаться в городе дольше нужного он не собирался. Сидеть на одном месте никогда не было его любимым времяпрепровождением. Проехав мимо низких, покрытых черепицей домов, он выбрался на широкую проселочную дорогу, ведущую к дому баронессы — огромному зданию в три этажа, окруженному зимним садом. Людей на улицах не было, поэтому он без всяких задержек добрался до ворот.
Мать ждала его наверху, как всегда, собираясь ко сну и глядя на себя в большое трюмо.
— Баронесса, — сказал он, захлопнув за собой дверь и приблизившись на расстояние трех шагов. Женщина вздрогнула и обернулась. На ней была длинная ночная сорочка, расшитая серебряными нитками, а волосы пепельного цвета рассыпались небрежно по плечам. Несмотря на свой возраст, она все еще была почти по-неземному красива.
— Это ты… — прошептала она, и в ее глазах Хекс на какой-то миг увидел искреннее удивление. Она была удивлена его возвращением в такой поздний час?.. Или же тут было что-то иное? — Не думала, что вы вернетесь так скоро, — добавила она, отвернувшись. Потрошитель фыркнул, и его взгляд скользнул по плечам баронессы.
— Ты никогда не рассказывала, как получила этот шрам, — он кивнул на ее левое плечо. Большой, старый крестообразный шрам, похожий на удар оружием.
— Я многого тебе не рассказывала, — отрывисто сообщила Аннабет, поднимаясь и открывая шкафчик. Извлекла на свет толстый, набитый золотом кошель, она бросила его Хексу. — Вот твои деньги. А теперь оставь меня, уже поздно.
— Это сделал отец, да? — он не сводил глаз, не обратив внимания на ее просьбу.
— Я сказала, уходи. Не хочу больше разговаривать с тобой.
— А я думал, мы подружились, — ухмыльнулся он, и баронесса заметила острые зубы. Ее прелестное лицо скривилось в отвращении, но она никак не прокомментировала изменения в облике своего сына. Возможно, ей просто было все равно. Демонстративно не ответив на реплику потрошителя, женщина подошла к двери и распахнула ее.
— Уходи. Если что-то понадобится, обратись к прислуге, — сухо произнесла она, и Хекс, с минуту смеривая ее взглядом, кивнул и вышел. Сейчас действительно не хотелось опять вступать в споры. Да и Фелкин наверняка ждала его в таверне с наградой, поэтому он не стал задерживаться. Сунув кошель в мешок, он поехал обратно.
Ночь тем временем медленно перетекала в серый, рваный рассвет. На горизонте у горной цепи разливался холодный желтоватый свет солнца, а тьма превращалась в сумерки, которые Хекс никогда не любил. Покрытые тонким налетом снега крыши отражали этот неясный свет, переливающийся всеми оттенками желтого, красного и розового, и на мгновение он погрузился в размышления о том, что делать дальше. Сестра была Серым Стражем, и этот факт был так же неумолим и ясен, как и то, что он пойдет с ней до конца. Каким бы он ни был. Когда Скверна позовет ее, он сойдет под землю и погибнет в бою. Славная смерть. Славная и правильная. Он не боялся этого.
Тихий свист вырвал его из размышлений, и острая, кусачая боль пронзила плечо, разорвав тонкую кожу куртки. Резко потянув за поводья, он остановил коня и спрыгнул, вытаскивая мечи. Темные фигуры вышли из-за высокого здания часовни, трое с арбалетами в руках. Молчаливые и одинаковые, будто близнецы.
«Ассассины», — пронеслось в голове Хекса, когда они вновь подняли арбалеты. Он едва успел откатиться в сторону, уходя с линии огня. Пока они перезаряжали болты, потрошитель прыгнул вперед, подняв клинки для удара. Несколько привычных движений, громкий хруст перерубленных костей — один готов. Валяется на земле, выронив свое оружие, с рассеченной ключицей и с дырой в животе. Осталось еще двое. Не обращая внимания на боль от пронзивших тело стальных болтов, Вольфер пригнулся, чувствуя, как в груди нарастает привычный жар битвы. Новая кровь требовала удовлетворения, и эти убийцы так кстати попались на пути. Второго он убил одним сильным ударом наискось в спину, и тот рухнул лицом вперед на песок, нелепо взмахнув руками. Последний тем временем обошел его сзади и прицелился.
Болт с хлюпаньем вонзился в плечо, и Хекс зарычал. Ярость вспыхнула огнем, заволакивая взор туманом и пульсируя в горле. По губам стекла темная капля крови.
— Кто вас послал? — голос стал ниже, в нем явственно звучало звериное рычание. Убийца не ответил, выронив арбалет, когда потрошитель врезался в него что было силы и повалил на землю. — Кто?
— Ты не должен был возвращаться, — прошипел ассассин, с ненавистью глядя на Хекса. Тот придавил его коленом, прижав лезвие клинка к шее человека. Но ему нужны были ответы. — Лучше тебе было сдохнуть там.
— Матушка… — пробормотал потрошитель, и вдруг рассмеялся. — Матушка. Эрих. Йохан.
— Проклятый баста…
Убийца закончить не успел. Хекс резко наклонился вперед, вцепившись зубами в его горло. Острые клыки с легкостью вонзились в плоть, и рот его наполнился кровью. Рванув вверх, он смотрел, как человек, чьи глаза вдруг расширились, дергается, задыхается и захлебывается на земле. Чудесное зрелище. Облизнувшись и проглотив кусок человеческой плоти, Вольфер прикрыл глаза. Ждать долго не пришлось. С вырванным горлом люди вообще долго не живут.
Что ж, похоже, ситуация начинает быть все веселее. Фелкин должна была узнать об этом. Только когда ярость драки прошла, Хекс начал чувствовал боль там, где в него вонзились болты. Вытащив один из плеча, он отбросил его в сторону и решил, что займется ранами позже. Забравшись на лошадь, он ударил ее в бока и послал в быстрый галоп к таверне.
В заведении было довольно людно. Некоторые собирались на работу, некоторые обедали за столиками, переговариваясь на своем хриплом, гаркающем наречии. Трактирщик, наливавший в кружку очередного постояльца эль из бочонка, хмуро кивнул Вольферу. Похоже, простой народ принял бастарда куда лучше, чем знать... не сказать, что удивительно.
Привычный скрип ступенек — интересно, трактирщик вообще собирается их когда-нибудь смазать? Хрустнув затекшей шеей, Вольфер уверенно направился в их комнату. Спина неприятно зудела, но чувство в то же время было... волнующим.
Поначалу, он не заметил ничего странного. Даже приоткрытая дверь не смутила человека — может, из-за полученных ран, не очень опасных, но все же притупляющих чувства. Может — просто даже не мог подумать о таком исходе.
Фелкин в комнате не было. Завывающий ледяной ветер, выпущенный из открытого окна, хозяйничал в комнате. Большая часть свитков оказалась на полу — рядом с пришедшей в негодность броней Хексариона. Обуглившиеся стальные пластины уже покрылись тонким слоем инея, когда он, ведомый странным чувством, пнул их в сторонку и подошел к столу.
Крылатый шлем с кисточкой все так же стоял на своем месте — придавив собой согнутый пополам листок пергамента. Переборов дурное предчувствие, говорящее ему не трогать этот лист, Хекс взял его в руки. Что-то выкатилось из листка, с тихим звоном покатившись по полу. Моргнув, бастард огляделся в поисках источника звука — и увидел небольшое колечко с крошечными драконьими крыльями и красным камнем, одиноко лежащее на деревянном полу. Тряхнув головой, потрошитель раскрыл пергамент, начав читать — и с каждой строчкой кровь все сильнее и сильнее приливала к голове.
«Я долго пыталась оттянуть этот момент, но больше я делать это не могу. Некоторые обязательства невозможно забросить в долгий ящик. Теперь, когда сила твоей крови заглушила грязь, которой я из-за своей безнадежной глупости напоила тебя: в этом больше нет необходимости. Ты прекрасно справишься и без меня — а я, в свою очередь, должна прекратить тянуть тебя на дно.
Теперь ты сильнее, чем я сама хоть когда-нибудь сумею стать. Ты нуждаешься в равном — не в бесполезном балласте, скованном старыми клятвами и Скверной. Это целиком и полностью моя вина, в конце концов, из-за моего тщеславия ты был связан моей кровью. Теперь это не важно, ты наверняка уже почувствовал, что связь уже угасла. По факту, когда ты будешь это читать, она уже погибнет окончательно.
Крики и зуд в моей голове мешают писать, но я попытаюсь объяснить. Ты наверняка помнишь наш разговор в замке Пентагастов — тот, в котором я сказала, скольких я убила. То, что я тогда говорила, не было ложью, лишь полуправдой. Не думай, что я каким-либо образом этого стыжусь, но некоторые обязательства приходится выполнять. В том числе тому, кому я обязана теми убийствами.
Я услышала зов, Хекс. И теперь, когда времени осталось так мало — я должна провести его, выплачивая долги.
Я тебе не нужна, Вольфер. А ты ныне не нужен мне. Пожалуй... единственное, что я теперь могу сказать: "Драконы умирают в одиночестве". Ты поймешь. Не сейчас, так потом.»
Медленно его рука смяла исписанный пергамент.
— Сука, — тихо выдохнул он, улыбаясь чему-то, чего сам не понимал. — Трусливая сука.
Швырнув письмо в окно, он проследил за тем, как ветер подхватил его и унес в начинающийся рассвет. Затем, поколебавшись, вытащил из ящика стола чистую бумагу и перо. Быстрые несколько фраз, чиркнул пером, ставя подпись, и поставил печать дома Вольфер. Перечитал объявление несколько раз, а затем добавил к указанной сумме еще один ноль. Нужно было разобраться с этим делом как можно скорее, а хлестнувшая по его душе злость — всепоглощающая, жалящая, как рой ос, — только подталкивала Хекса. Ему хотелось убивать. Без разбору, как прежде, до того момента, как он поехал в Неварру. И если ради этого нужно будет вырезать собственную семью — пусть так и будет. А потом он возьмет то, что всегда принадлежало ему по праву.
«Драконы умирают в одиночестве, сестренка? Только не я. Я возьму с собой весь этот гребаный мир».
Он вдруг почувствовал, как по его лицу что-то течет. Опять кровь из глаз? Проведя ладонью в раздражении по щеке, он посмотрел на свои пальцы. Сжал руку в кулак. Не кровь…
С хрустом ударив кулаком по столу так, что он жалобно хрустнул и треснул пополам, Хекс развернулся и, подхватив сумку с вещами, пошел к порогу. Остановился, поколебавшись, и вернулся назад, к столу. Шлем Фелкин он забрал с собой. Остальное уже было не нужно.
Трактирщик проводил его взглядом, когда мужчина спустился по лестнице, и инстинктивно вжался спиной в стену. Кажется, даже те, кто не мог чувствовать его крови, поняли, что лучше убраться с пути. Прислонив листок с объявлением к стене таверны, он прибил его ржавым гвоздем. Кто-то должен будет откликнуться на объявление. А потом… потом…
Дверь хлопнула. Послышалось ржание лошади, испуганное, почти истерическое, а затем — цокот копыт. В Нордботтене медленно, осторожно загорался новый день.

 

 

Изменено 13 мая, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Фели]

Глубинные тропы

 

Охотники молча переглянулись. Вольфер, бросивший на них подозрительный взгляд, отвернулся и зашагал в сторону тропы у обрыва. Его не интересовали текущие цели охотников - он просто знал, что если они встанут у него на пути, то кровопролития не избежать. И охотники, и северные волки, были истощены этим проклятым местом - сражение будет не то чтобы зрелищным.

Тропинка у обрыва была до страшного узкой. Пары горячего воздуха, магматический пепел и сера, поднимавшиеся вверх от лавы, ничуть не облегчали дорогу вниз. Лиин, рассеянно стоявшая у края, повернула голову в сторону Фалькорры. Внезапно цепкие коготки драконицы отпустили ее многострадальную шею. Удивленно моргнув и прикоснувшись к покрасневшей коже, лучница обернулась. Почему драконица спрыгнула с ее спины?..

Когда мимо потрошителя с ликующим визгом пролетела темная тень - он даже не особо удивился. Аларион в ужасе прижала ладонь ко рту - а что если хрупкие крылья карликового дракона не справятся с горячим воздухом?

Оказалось, что они справились отменно. Когда процессия дошла до конца обрыва, вплотную подобравшись к мосту, дракон, сидящий на мосту, блаженно прикрыл глаза и грелся, подставив головку под горячий воздух.

Врата на другой стороне моста выглядели достаточно внушительно. Тяжелые железные створки были покрыты слоем сажи, но от одной проблемы они были избавлены - эти створки были раскрыты. Все что оставалось - перейти мост и войти внутрь.

Изменено 3 мая, 2015 пользователем Felecia

[Perfect Stranger]

Глубинные тропы

 

"Похоже, с драконом все-таки придется разобраться", - мрачно подумал Хекс, сделав шаг на мост и изнывая от жары. Наверху, в Неварре, тоже было жарко - но там хотя бы были горы Виммарк и свежий ветер, а тут он чувствовал себя, как медленно развариваемый до состояния желе кусок мяса. Поправив перевязь с мечом, он медленно брел по мосту к воротам, уже не гадая, что увидит по ту сторону. Надежда найти Фелкин таяла с каждой секундой, и какое-то шестое чувство подсказывало ему, что освободить ее не выйдет. Химера говорила о том, что ни одна из них не может покинуть комплекс.

О том, что делать в этом случае, потрошитель старался не думать. Гораздо уютнее и привычнее было представлять предстоящую битву. Хоть что-то в этом месте, что могло ему понравиться - драться он любил. Хоть и было немного жаль дракона, который был заточен здесь и обречен быть лишь новой оболочкой для проклятого мага, к которому у бастарда уже выработалась обжигающая ненависть.

[Ettra]

Глубинные тропы

 

Мэйрис шла не думаю практически ни о чем больше. Силы остались только на то, что бы переставлять ноги. Что она будет делать, если придется сражаться? В такой удушающей жаре, уставшая, слабая, она с трудом сможет поднять меч и, вероятно, погибнет сразу. Дракон - слишком грозный соперник, они едва победили тех трех, с которыми уже встречались. Да и битвы происходили тогда, когда все были собраны и готовы. В этот раз они просто не справятся. Но, Мэйрис как и раньше думала, что лучше погибнуть в битве.

[Leo-ranger]

Глубинные тропы

Лиин с улыбкой поглядела на явно получающую удовольствие Фалькорру и тоже отправилась проходить через мост. То, что драконица вернется на свой "насест" она не сомневалась - вряд ли драконша решит так просто оставить своего нового "питомца" без присмотра. Похоже, фразу "если долго смотреть в бездну - бездна начнет смотреть в тебя" применительна и к приручению редких зверей.
И все же, как бы эльфийка ни старалась бы отвлечься, ее это место тревожило и пугало все больше. Если же им еще и предстоит сражаться с драконом… в общем, дело скверное.
Однако Фалькорра так и не двинулась с места. Долийка вздохнула, вернулась назад и молча предложила занять драконше её прежнее место. Та, негромко зашипев, прыгнула назад, заставив эльфийку сморщится. Вот теперь можно было идти дальше. Изменено 3 мая, 2015 пользователем Leo-ranger

[Junay]

Глубинные тропы

 

Было жарковато. Не так, что бы очень - антиванцы вообще привычны к жаре, но достаточно для того, что бы Рико расстегнул ворот куртки.  О том, что им предстоит сражаться с драконом, он не думал, он вообще не собирался ни с кем драться, а хотел просто убраться отсюда. И забыть эту чертову клоаку, как страшный сон. В конце концов, он не нанимался избавлять мир от чокнутых магов, это была задача таких двинутых орденов, как драконоборцы. 

[Фели]

Глубинные тропы -> Гномья твердыня 

 

С решительным вздохом мужчина вошел внутрь.

Голоса, эхом раздающиеся в огромном помещении гномьей крепости, он услышал почти сразу. Оглядевшись по сторонам, потрошитель не смог сдержать усмешки - гномья архитектура удивительнейшим образом совмещала в себе чрезмерную помпезность и простоту. Но это был не Орзаммар, и даже не один из заброшенных тейгов. Коли на то пошло, бастард даже не видел нигде следов скверны.

Эхо голосов зазвучало вновь, вырвав потрошителя из задумчивости. Шокированный тем, как он умудрился "уйти в себя" в подобной ситуации, воин облизнул пересохшие губы и пошел на звуки голосов.

-... Открывай дверь, Фири.

- Отвечай на вопрос, маг.

От ярости у Вольфера глаза налились кровью. Первый голос ему был знаком - даже слишком хорошо.

- Я уже отвечал. После того, как все закончится, я выберусь на поверхность. Вы останетесь здесь - и будете делать с этим комплексом все что душе угодно.

- Тебя не должно удивлять то, что мы не верим твоим словам.

- Я всегда держу свое слово. Фелкин может подтвердить.

Мэйрис едва слышно ахнула, подняв глаза на Хекса. Потрошитель медленно приближался к повороту, за которым и раздавались голоса.

- О, но разве она может подтвердить твои слова? По мне так нет.

- Не испытывай моего терпения, Фири. Открой дверь.

- Да пошел...

- Хозяйка, за нашими спинами - чужаки.

Керр ахнул. Эррант выругался сквозь зубы - это был голос Мелиссы.

- О? - произнес голос мага.

Прятаться смысла не было. Нужно выйти на свет.

Изменено 3 мая, 2015 пользователем Felecia

[Perfect Stranger]

Глубинные тропы

 

- Ты, - хрипло выдохнул Хекс, выходя из-за поворота и остановившись. Меч каким-то образом снова оказался в руке - он даже не помнил, когда достал его. Видимо, в ту самую секунду, как услышал ненавистный голос. - Где она? - спросил он холодно. Это было единственное, что волновало потрошителя последние несколько часов. Не вопрос выживания, не то, чтобы выбраться на поверхность, и даже не судьба заточенного дракона.

[Ettra]

Глубинные тропы

 

Реакция потрошителя показалась Мэйрис странной, но одно было ясно точно - он знал тех, кто говорит. И едва ли с приятной стороны. Тем более мужчина упоминал Фелкин, а значит наконец можно получить ответы на вопросы.
Девушка достала меч, как и Хекс, и вышла из-за поворота. Хоть бы не пришлось сражаться...

[Leo-ranger]

Глубинные тропы

Лиин не знала, кто и с кем говорит, но все же вышла вместе с остальными, стараясь, разумеется, держаться позади. Это Хекс потрошитель и может без раздумий бросаться в бой. Не она.

[Junay]

Глубинные тропы

 

"Надеюсь, они на нас не нападут." - Рико вышел вслед за остальными, но оружия не вытаскивал. Меньше всего ему хотелось спровоцировать незнакомцев на драку, как и тратить силы на бой. Сейчас они должны сосредоточиться на возвращении, а не заедаться с кем бы то ни было.  Тем более, если кто-то уверен, что может выбраться на поверхность, лучше туда отправиться вместе с ним. 

[Фели]

Гномья твердыня

 

Бастард остановился на верхней ступеньке ведущей вниз лестницы. Помещение, в котором он оказался, когда-то наверняка было тронным залом, или чем-то в этом духе. На высоком потолке были изображены необычные, одним лишь чудом сохранившиеся фрески. Ряды столов и скамеек стояли нетронутыми - один лишь каменный трон был отброшен в сторону, как сломанная игрушка. Ближе к лестнице пол был усыпан костями и ржавым оружием, но дальше была подозрительная чистота - словно кто-то взял и сгреб весь мусор ближе к лестнице. В самом конце помещения находилась огромная дверь, чем-то смутно напоминавшая ту, что служила входом в комплекс... ту, открытие которой потребовало кровавой жертвы.

А перед этими вратами стояли четыре существа. Первое создание, стоявшее спиной к лестнице, бастард узнал сразу - Мелисса. Узнал хотя-бы по длинному композитному луку из темной древесины.

Второе создание, как и оставшиеся два, было химерой - причем довольно уродливой. Похожее на закутанного в кокон человек с ногами насекомого, оно "стояло" на тонких лапках, обратив в сторону двери взгляд пустых глазниц. Третье создание напоминало смесь женщины со змеей. Зеленая чешуя переливалась в слабом свете, исходящем от призванных магами шариков света, лицо полностью скрывала потускневшая маска из золотистого металла. Опиралось создание на длинный посох, изображавший фигуральное солнце. Сильнее всего удивили... змеи вместо волос, глазевшие на стоящих в проходе людей и тихонько шипевшие. Четвертое же создание стояло ближе к закрытой двери... Если можно было сказать "стояло", разумеется. Федерико почувствовал, как его желудок сжался в упругий комок - лицо существа было плотно забинтовано, само оно - облачено в плащ из желтой ткани, но то, что выглядывало из под плаща... Не выглядывало - в полную силу шевелилось, обхватив довольно большую площадь пола.

Монах точно не хотел знать, что было под этим плащом.

Насекомоподобная химера, быстро перебирая ножками, подползла к лестнице.

- Ты, потрошитель? - раздался голос...  не из глотки, но из груди химеры, - Неожиданно увидеть тебя здесь. Я не говорю про твоих попутчиков...

Эдарис обнажила белые клыки. Энигмо прищурился и перехватил посох в другую руку. Керр и Эррант предпочли промолчать.

-...и, раз уж на то пошло - о ком именно ты говоришь?

Бархатный, вкрадчивый голос сильно контрастировал с обликом этой химеры. Создание плавно покачивалось в воздухе, ожидая ответа.

Изменено 3 мая, 2015 пользователем Felecia

[Perfect Stranger]

Гномья твердыня

 

-...и, раз уж на то пошло - о ком именно ты говоришь?

 

- Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю, - рыкнул Хекс, едва удостоив взглядом причудливых созданий, столпившихся у двери. Мелисса была здесь, и это хорошо - значит, она еще не успела натворить необратимых дел. По крайней мере, он на это надеялся. - Где Фелкин? Где моя сестра, ты, ублюдок... - его голос вдруг надломился, и он перешел на андерский. Мэйрис бы покраснела от услышанных выражений, если б была сейчас не здесь. Она слишком устала, чтобы смущаться.

Рука бастарда задрожала и сжалась на рукояти меча. Он готов был убить любого, кто встанет у него на пути - и любого, кто начнет увиливать, не отвечая на прямо поставленные вопросы. Ему казалось, все, произошедшее раньше - лишь зря потраченное время. Или кто-то намеренно его тянул, чтобы успеть сделать то, что хотел. Маг. Он заслуживал смерти, а не переселения в драконье тело. Он заслуживал того же, что делал со своими жертвами в лаборатории. Он заслуживал страданий.

[Ettra]

Гномья твердыня

 

- Все... хорошо, - пробормотала Мэйрис, положив руку на плечо Хекса, желая хоть как-то его успокоить. Хотя смысла в этом мало, девушка понимала, какая ярость сейчас может его наполнять. Только эти создания отдляют его от сестры и он точно готов убить их всех.
На химеру девушка не смотрела, она была самым неприятным из всего, что довелось видеть в этом комплексе. Такое может сниться только в кошмарах. Наверняка они будут преследовать ее еще много месяцев, а может и лет. Подобные путешествия не забываются.

[Junay]

Гномья твердыня

 

"Андрасте милосердная, ну и мерзость! Если так  выглядит и Фелкин, то... Хексу можно посочувствовать". - Рико с трудом подавил рвотный рефлекс. 

"А третья, с посохом, ничего так, правда?" - спросил Тот, который.. "Вполне удавшийся проект, как по мне. По крайней мере, от нее не хочется блевать, в отличие от... Хотя - они ведь не виноваты, что безумный маг сотворил с ними подобное."

[Фели]

Гномья твердыня

 

Существо, державшее в себе... душу? Разум? Память Алфавита?.. молча выслушало гневную тираду Вольфера, а затем медленно повернулся к химере в желтом одеянии.

- Твой брат крайне невоспитанный человек, не считаешь? К тому же, безалаберный - даже тебя не узнал!

Тварь в желтом, повернувшая перебинтованное лицо навстречу стоявшему на лестнице бастарду, опустила голову и отвернулась. Черные отростки на мгновение прекратили шевелиться. Насекомоподобная химера, склонив голову набок, издала резкий стрекочущий смех.

- Одного поля ягоды, - закончив смеяться, вздохнуло создание, - Тем не менее, эмоциональная встреча брата и сестры... пока не состоится. До тех пор, пока я не завершу свои... дела.

Изменено 3 мая, 2015 пользователем Felecia

[Leo-ranger]

Гномья твердыня

 

- Во имя...- впрочем, во имя кого и что именно во имя не узнает никто и никогда - Лиин была слишком шокирована тем, что, а точнее кого... или все же что... в общем, долийка была шокирована увиденным. Эти существа были мерзкими, отвратительными и нужно было быть самым настоящим безумцем, чтобы породить такое. Нет, даже хуже - он ведь брал людей и превращал их в таких монстров. Она едва сдержалась от того, чтобы не выпустить содержимое желудка наружу - и то лишь потому, что она ничего не ела уже много часов.

- Что будем делать?

[Perfect Stranger]

Гномья твердыня

 

- Тем не менее, эмоциональная встреча брата и сестры... пока не состоится. До тех пор, пока я не завершу свои... дела.

 

- Я так не думаю, - потрошитель сделал несколько шагов вперед и поднял меч. - Потому что я убью тебя. Прямо сейчас.

Существо, перебинтованное, словно мумия в некрополе Неварры, молчало - и Хекс не хотел думать о том, что это и есть его сестра. Он ожидал чего угодно, был готов ко всему, к любому ее облику, но... это? Это даже не было похоже на человека. И все же отвращения он не ощущал. Потрошителя вообще очень трудно было заставить испытывать отвращение. Если это и впрямь сестра, то ему было плевать, как она выглядит. Он был намерен вытащить ее отсюда любой ценой, любым способом - даже если ради этого придется пожертвовать всем, что у него было.

[Junay]

Гномья твердыня

 

"Итак, кто из них Фелкин? Вот это забинтованное существо со склизкими щупальцами? Или девица со змеями на голове? А в самом мерзком сидит Алфавит? О, я-то понимаю, как он себя чувствует в таком теле, да. И сочувствую, со своей стороны. Это все равно, что сидеть в теле тупого монаха..." - заявил Тот, который. 

- А не заткнулся бы ты, чертов мерзавец! - рявкнул внезапно Рико. Обращался, он правда, не к Алфавиту... 

[Ettra]

Гномья твердыня

 

- Это... Это... - пролепетала Мэйрис, со страхом глядя на существо с щупальцами. Да и с отвращением тоже, чего таить. Не к самой сущности, но к ее виду. Она ожидала чего угодно, но думала, что хотя бы часть человеческого облика у Фелкин останется. Такое просто не умещалось в голове, девушка не могла осознать и поверить в то, что существо было разумным, могло вести себя как человек, хоть и знала, что оно использовало тело Насти. Как и то, что когда-то было человеком.
Мэйрис отвернулась и хотела было уйти, но сдержалась. Только крепче сжала плечо Хекса, то ли пытаясь оказать ему поддержку, то ли пытаясь устоять на ногах. 

[Фели]

Гномья твердыня

 

- Я так не думаю. Потому что я убью тебя. Прямо сейчас.

 

Насекомоподобная химера сощурила пустые глазницы. Из складок плоти потекла темная жидкость.

- А вот это уже не думаю я.

Все произошло слишком быстро. Химера-змея, напружинившись, выскочила вперед, ее маска с грохотом упала на пол...

- НАЗАД! - выкрикнул Керр. Слишком поздно.

Хекс увидел серебристые волосы, серую ткань мантии Энигмо. Кунари маг остановился прямо перед потрошителем, его руки были распростерты в сторону...

Огненный шар с силой взорвался прямо под ногами опешившего потрошителя. Мэйрис вскрикнула, в ушах заревел звук взрыва - и его вместе с девушкой грубо отбросило назад, в коридор из которого они вышли. Ошеломленная кунари сдавленно ахнула, когда арбалетчица со всхлипом приземлилась на нее; Керру повезло меньше, ибо ему достался потрошитель.

Когда дым улегся, рычащий от боли Хекс попытался подняться - но светловолосый маг, схватив его за ворот, с силой ударил мужчину по затылку набалдашником посоха.

- Не дай ему вылезти наружу, - прохрипел он перепуганной Мэйрис, укладывая голову потрошителя на ее колени, - Иначе он труп.

- Неужели в вспомнили малышку Фири, охотнички? - эхом раздался издевательский голос мага, - И то, что она сумела сделать в той деревне? Жаль - мне так хотелось, чтобы "брат" Фелкин взглянув ее прекрасные глаза. Возможно, он бы нарек ее своей новой сестрой.

- Проклятая мразь, - зарычал Эррант, побелевшими пальцами вцепившись в рукоять меча, - Эта тварь на его поводке...

- Ну, одно из вас забрать получилось... а потом и с оставшимися "поиграем". Фири, дверь.

На лице Эдарис медленно проявлялось осознание. Кунари довольно грубо толкнула всхлипывающую от боли Мэйрис, и, пошатываясь, поднялась на ноги.

- Певичка, не смей! - с ужасом прохрипел Керр, кончиками пальцев залечивающий ожоги бастарда. Потрошительница окинула его мутным, полным презрения взглядом, вытащила клинок... и вышла в коридор. Фалькорра, с визгом спрыгнувшая со спины Лиин в момент взрыва, медленно попятилась назад и вжалась в угол, спрятавшись за спиной оглушенного Федерико. Желтые глаза драконицы наполнил первородный ужас.

Полный боли и ярости вопль раздался в тронном зале, эхом отскакивая от темных каменных стен - а за ним последовал тихий звенящий звук.

- Двоих из вас, - вкрадчиво произнес голос мага. Послышался скрип сдвигаемых дверных колец. Покрытое ожогами лицо Керра обрело насыщенный пурпурный оттенок.

- Я убью его, - необычно ровно произнес маг, - Убью. Убью.

На него было страшно смотреть. Увидев, что Хекс потихоньку приходил в сознание, мужчина молча подвинулся к Мэйрис, чьи ожоги были гораздо менее серьезны - основной удар на себя принял многострадальный Вольфер. Со стороны зала послышался тихий шорох, повторился скрип движимых колец... и все затихло.

Эррант со стоном поднялся на ноги, и, не дожидаясь Керра, побрел в сторону тронного зала, оставив Северных волков приходить в чувство.

Изменено 3 мая, 2015 пользователем Felecia

[Ettra]

Гномья твердыня

 

Мэйрис с трудом поднялась на ноги, придерживаясь за стену и помотала головой, пытаясь прийти в себя. Она совершенно не понимала, что происходит. От неожиданности и сумбурности всего происходящего, от дикой боли в руках и лице, от того, что последние часы ходила словно затуманенная. 
- Хекс, Рико, Лиин? - просипела девушка, оборачиваясь на потрошителя. Почему Керр говорил не пускать? Кто кричал, почему Энигмо использовал магию? Слишком тяжело думать над случившимся, когда чувствуешь себя едва живым.

[Perfect Stranger]

Гномья твердыня

 

- Убирайся! - рявкнул Хекс, как только пришел в себя. Все тело горело от ожогов, голова гудела, как колокол, после удара Керра. Отпихнув мага, потрошитель медленно поднялся, пошатываясь, и подобрал меч, направив его острием на мага. Его глаза горели красным. - Это все из-за вас, - проговорил он, не обращая внимания на текущую изо рта кровь. Выглядел он пугающе. Почти так же, как чудовища в этом комплексе. - Все из-за вас. Я должен был убить вас всех еще тогда в лесу. Но могу исправить. - Лезвие огромного двуручного меча задрожало. Держать его одной рукой было даже Хексариону трудно, но он не отпускал. - Назови хоть одну причину, почему я не должен убить всех вас прямо сейчас, твари.

Послышался громкий, резкий срежет его зубов. Кровь побежала быстрее, а глаза стали безумными.

[Фели]

Гномья твердыня

 

Керр опустил глаза на трясущийся у его горла меч бастарда. Зеленые глаза мага полыхнули злобой.

- Потому что два наших товарища отдали свои жизни, дабы твоя жена не стала вдовой, - ровно отозвался он, с ненавистью разглядывая взбешенного потрошителя. Медленно подняв руку, маг собственной ладонью отвел меч от шеи. По клинку стекла горячая кровь - почти по ладони потрошителя.

- Но лучше бы в камень обратился ты, - полной яда интонацией произнес мужчина. С трудом поднявшись на ноги, он поднял с пола посох, не обращая внимания на готового на него наброситься Вольфера. И, проведя ладонью по своему лицу (ожоги в буквальном смысле слова сползли с кожи, стертые рукой), прихрамывая вошел в зал.

[Junay]

Гномья твердыня

 

Рико застонал, ощупывая затылок - кажется, при полете он здорово врезался головой о стену. 

- Какого хрена? Что это вообще было? - спросил он. Вопрос, скорее всего, был чисто риторическим, ибо Рико вообще не понимал, что здесь происходит.

Все отчетливей он осознавал, что вляпался во что-то, что его не касается, и вообще, ни в его понимании. 

[Ettra]

Гномья твердыня

 

- Все из-за вас. Я должен был убить вас всех еще тогда в лесу. Но могу исправить.

 

- Хекс, пожалуйста, - тихо сказала Мэйрис, чуть приобняв его. Пусть случилось что-то непонятное, маг почему-то атаковал их, но кровавая расправа точно не решит дело. Тем более когда решение принято под воздействием эмоций и ярости. Хекс не жалел бы потом, это точно, но для начала нужно было разобраться.
- Что вообще произошло? Я не понимаю...