Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Тень
 
- еретик проклятый, магистр кровавый, что же ты замыслил? Раз ваши твари-магистры создали Мор, то ты решил их обставить и создать нечто еще ужаснее?
 
- Исправить их ошибку, орлесианка, - спокойно ответил и печально улыбнулся Маркус, отвернувшись и с какой-то тоской глядя на Город. Он не испытывал по отношению к нему ни восторга, ни страха. Это было мертвое место. Но... быть может, там еще осталось что-то. Или кто-то, способный помочь. - Я не безумец, чтобы сознательно стремится к уничтожению мира, и не ослеплен гордыней, чтобы считать, будто я могу стать богом. Да мне и не нужно этого. Все, чего я хочу... это знать. Знание дает силу, а сила позволяет исправлять то, что должно быть исправлено. Тедас болен, и мы - тевинтерцы - совершили несколько ужасных ошибок в прошлом, что привело к этой болезни. Вы ведь понимаете, что мы не можем просто закрыть глаза и уйти, позволив болезни распространяться и в конце концов уничтожить тот мир, который является нашим домом? - внимательный взгляд остановился на Римате и Шен. Косситка поколебалась.
- Я... я думаю, это разумно, - наконец признала она. - Если вы знаете, что делаете...

- Я знаю Тень, я бывал здесь едва ли не больше, чем в реальности, - тихо ответил сновидец. - Но в Черном городе - никогда. Без вашей помощи... придется отложить исследования на неопределенный срок. Чтобы добыть копию Источника, мне пришлось нажить себе могущественных врагов. Не хочу бросать все на полпути. И если мне суждено быть убитым ими, пусть это будет после того, как я найду лекарство от Скверны. У меня есть пара теорий... одна из них должна, обязана оказаться верной.

 

- Проблема в том, что ему наш мир может быть и вовсе... не нужен.

 

- Не драматизируйте. У меня нет намерений уничтожать мир, - устало покачал головой Маркус, услышав слова Дэйгана. - А что касается Наблюдателей... их намерения мне неизвестны. Но они не опасны, так что можете не боятся, он не нападет на нас.

[Supreme Overlord Malekith]

Тень

 

- Не драматизируйте. У меня нет намерений уничтожать мир, - устало покачал головой Маркус, услышав слова Дэйгана. - А что касается Наблюдателей... их намерения мне неизвестны. Но они не опасны, так что можете не боятся, он не нападет на нас.

 

Асмодеус выслушал все а затем сказал

 

-Предлагаю избавится от демона дабы он не ударил в спину, особенно когда мы будем творить ритуал -сказал Асмодеус смотря на темное существо и навострив сжатый в руках посох.

Изменено 15 июля, 2015 пользователем Drazhar

[Junay]

Тень

 

- Не драматизируйте. У меня нет намерений уничтожать мир, - устало покачал головой Маркус, услышав слова Дэйгана.

 

- Намерений нет, верю. Но кривизну рук и неудачный (в итоге) эксперимент еще никто не отменял. Уж простите за прямоту, но прежние посетители этого города сильно облажались. Уверены, что вас ждет успех? А когда на кону стоит само существование мира, даже малейший шанс провала может быть губительным.  - сказал мужчина. 

 

Затем задумчиво почесал нос и добавил:

- А здесь можно изменить детали нашего мира? Например, если в прошлом - абсолютно случайно - сгорела какая-то деревня, ее можно восстановить? Или изменить события, которые привели к трагедии в одном антиванском приморском поселке? Интерес, конечно же, чисто теоретический. 

Изменено 16 июля, 2015 пользователем Junay

[Элесар]

Парк

 

- Я же сказала, - надув щеки, забормотала ривейни, - я случайно, честно, и я уже извинилась, несколько раз! - Регина улыбнулась бездомному и, кивнув, вдруг протянула ему сверток с едой, оставленной после экспедиции на Глубинные Тропы, - это... ну, пригодиться, да?

 

- Да хренли толку мне с твоих извинений. Здоровый сон это мне не вернёт, - бездомный с готовностью выхватил из рук Регины свёрток, который явственно пах едой и зарылся обратно в листья. - Ага-ага, я уж какое-нибудь...ик...применение этому найду. Валите, ищите своего лучника.

- Какой милый человек. Как и половина населения Тевинтера... - вздохнул Мерилин и поплёлся вслед за остальными. Скорее из-за того, что больше делать было нечего, а не от большой любви к расследованиям.

 

Переулок

 

Улочка, на которую вывела всех остальных ривейни была извилистой и не самой чистой, для столь близкого соседства с парком для благородных, стоит признать. Какое-то время наймиты брели вперёд, оглядываясь по сторонам, но кроме однообразных запертых задних дверей и гор мусора то тут, то там, найти им ничего не удавалось. Казалось, они могли выйти по этой дороге к другому концу города, когда им преградила путь фигура в доспехах городской стражи.

- Доброго... эээ... утра, добрые горожане. Что вы здесь... эм... забыли? Тут очень опасно, - несмотря на внушительный внешний вид бойца, голос выдавал явную неуверенность и молодость. Похоже, стражник был совсем не в восторге от того, какое место ему доверили патрулировать и об опасности заговорил не зря - само он боялся не меньше "добрых горожан".

- А здесь запрещено ходить? - на всякий случай поинтересовался Феанор.

- Ну... эм... нет, - честно признался парень в доспехах и, посмотрев аж на двух эльфов, как бы невзначай поправил меч на поясе. Похоже, представитель власти, в полной мере этим самым представителем здесь себя не чувствовал.

[Лакич]

Переулок

 

- Ну... эм... нет, - честно признался парень в доспехах и, посмотрев аж на двух эльфов, как бы невзначай поправил меч на поясе. Похоже, представитель власти, в полной мере этим самым представителем здесь себя не чувствовал.

 

- Добрый день, - ответила на немного невнятное приветствие целительница, забыв о том, что уже начинало вечереть, - а что-то не так с этим проходом? Что-то случилось? Мы... я могла бы помочь, честно, расскажите, пожалуйста! - Регина захлопала ресницами, с интересом рассматривая стражника, словно он был не кем иным как самым настоящим паладином в сияющих доспехах.

Мысли о принцах в голову Регины почему-то не лезли.

[Элесар]

Переулок

 

- Помочь? Хах... - издал смешок вьюнош, явно несерьёзно относясь к предложению Регины, находящуюся в компании довольно тёмных личностей. Но почти тут же стражник спохватился и исправился. - То есть, у нас всё под контролем...эээ...гражданка. Этот переулок - кратчайший пут от парка к портовому кварталу, так что тут иногда ходят всякие, - стражник перехватил красноречивый взгляд Феанора и помотал головой. - Нет, нет, не вы, конечно. Просто, бывают и разбойники и бандиты. А я тут с самого утра и до следующего утра здесь, проиграл в кар...эээ...то есть получил задание от старших товарищей, - похоже, идея оставаться тут на ночь, вызывала у стражника приступ паники, хоть он и пытался это скрыть. Он вздохнул, взял себя в руки и посмотрел на ривейни. - Так вы это... пойдёте может быть уже, куда шли?  То есть я хотел сказать, что поговорить с вами очень интересно, но мне патрулировать надо.

[Лакич]

Переулок

 

- Весь день, да? А утром вы были здесь? - целительница с интересом наблюдала за стражником, склонив голову на бок. Она так и стояла пару минут, тупо всматриваясь в собеседника, пока внутренний голос не прокряхтел что-то на вроде "Конечно он был здесь, где же еще?".

- А... вы может видели человека, проходившего здесь утром? С луком? Ну... если да, расскажите, пожалуйста! 

[Элесар]

Переулок

 

- Весь день, да? А утром вы были здесь? - целительница с интересом наблюдала за стражником, склонив голову на бок. Она так и стояла пару минут, тупо всматриваясь в собеседника, пока внутренний голос не прокряхтел что-то на вроде "Конечно он был здесь, где же еще?".
- А... вы может видели человека, проходившего здесь утром? С луком? Ну... если да, расскажите, пожалуйста!

 

- Я здесь был, да. Утром, - стражник поднял голову, чтобы посмотреть на небо и, кажется, только сейчас осознал, что его бесконечный дозор в этом переулке продлился уже несколько часов. Парень озадаченно хмыкнул и удивлённо воззрился на целительницу. Вон у неё и посох за спиной, может ученица магистра какого-нибудь? Они тоже изъясняются так, что не очень понятно. Лучше ответить, на всякий случай, лишних проблем стражнику не хотелось. - Ну... я тут много людей видел. Может скажете, как он выглядит? Луки-то они, довольно распространены, знаете ли.

[Лакич]

Переулок

 

- Ну... я тут много людей видел. Может скажете, как он выглядит? Луки-то они, довольно распространены, знаете ли.

 

- Ну...

И что ей надо было сказать? "Что она не знает как он выглядит, но у этого человека должны быть отравленные стрелы грубой работы, он должен был бежать, словно от погони, потому что напал на благородных господ посреди бело дня в парке?" - это было бы очень в духе Регины, наверное поэтому она произнесла следующие слова:

- Ну, он был с луком... я уже говорила? У него там... стрелы такие... грубые, а еще - он бежал, да... И... ну там, выглядел, - целительница замолчала на пару мгновений и, вздохнув, неуверенно добавила, - внешность... северянина.

Внешность северянина? В Тевинтере? Серьезно?

[Элесар]

Переулок

 

- Эээ... грубые стрелы? Это... как-то... расплывчато, - медленно проговаривая каждое слово констатировал парень и виновато улыбнулся Регине, не слишком обрадованный тем, что помочь не удалось. Девушка была, конечно, как пыльным мешком из-за угла, но очень милая. Феанор, в это время стоявший молча, фыркнул и добавил:

- Ну, ещё у этого человека рыжие волосы и татуировка на лице.

- А! Этот, с разноцветными перьями у которого стрелы? Он в порту возле заброшенного дома, что возле склада номер 7 трётся постоянно и сегодня с утра здесь проходил, да. А что? Только не говорите, что он вам деньги должен и вы хотите его избить. Избивать людей нехорошо.

[Лакич]

Переулок 

 

- А! Этот, с разноцветными перьями у которого стрелы? Он в порту возле заброшенного дома, что возле склада номер 7 трётся постоянно и сегодня с утра здесь проходил, да. А что? Только не говорите, что он вам деньги должен и вы хотите его избить. Избивать людей нехорошо.

 

- Нет, конечно нет, - Регина кивнула стражнику и, не сумев сдержаться от последних слов, улыбнулась, - да, вы правы, избивать людей - это нехорошо, а теперь, ну, до свидания, да? Еще как-нибудь увидимся, вы же здесь часто патрулируете? Да... до свидания.

Регина устало вздохнула, отходя от стражника и обращаясь к остальным.

- И теперь? Ну, к этому заброшенному дому? 

[Элесар]

Переулок

 

- Не-не-не-не, - поспешно ответил парень, когда услышал предположение Регины. Похоже местечко ему явно действовало на нервы. Может, старшие товарищи не просто обыграли его в карты но и порассказывали страшилок об этом переулке? - Я обычно в портовом квартале дежурю, а сюда пришлось прийти. В общем да, до свидания. Может как-нибудь и увидимся. Меня Лейв зовут.

На этой оптимистичной ноте, стражник, ещё раз окинув взглядом девушку и её спутников, заторопился в сторону парка, оставляя их в одиночестве. Феанор только хмыкнул, глядя на нервного паренька и ответил ривейни:

- Если хотите узнать, что это за татуированый идиот, то нам туда и надо. Интересно, зачем он в том парке охотился на магистрессу или ученицу магистрессы?

[Лакич]

Переулок -> Портовый район

 

- Если хотите узнать, что это за татуированый идиот, то нам туда и надо. Интересно, зачем он в том парке охотился на магистрессу или ученицу магистрессы?

 

- Да, конечно, сейчас пойдем, только... - ривейни устало потерла переносицу, - только дайте минуту передохнуть, хорошо? Это долгий день, - она вздохнула, посмотрев на остальных - двое бардов продолжали на нее почему-то злиться, отчего ривейни становилось плохо буквально на глазах, а Феанор сегодня был почему-то в плохом настроении, нехорошо это.

- Зачем? Ну... а зачем еще люди стреляют в кого-то в парках? Там... в стрельбе тренируются? Это логично - да? - Регина дернула плечом и покачала головой, намекая, что этот вопрос не требует ответа. Она всего лишь еще раз обвела спутников взглядом и, слегка пошатываясь, молча направилась в портовый район.

[Perfect Stranger]

Тень

 

- А здесь можно изменить детали нашего мира? Например, если в прошлом - абсолютно случайно - сгорела какая-то деревня, ее можно восстановить? Или изменить события, которые привели к трагедии в одном антиванском приморском поселке? Интерес, конечно же, чисто теоретический.

 

- Это Тень, мальчик мой, - устало, но с небольшой долей одобрения ответил ему магистр. Ему не слишком нравились попытки обвинить его в желании уничтожить мир, а вот проявленный интерес к магии и к Тени его немного успокоил. - Вернуть прошлое нельзя. Можно лишь отыскать отпечаток тех событий, хранящийся внутри Тени, но на реальный мир это не повлияет. Я, как сновидец, могу убить человека во сне, но вернуть к жизни... увы, это мне не под силу. Не говоря уже о целой деревне. То, что произошло, невозможно обернуть вспять.

- А вы можете... - подала голос Шен, которая чувствовала, как к этому месту постепенно начинают стекаться демоны. У них было не так много времени, чтобы принять решение - иначе придется драться с ордами тварей, и не факт, что они потом не пробьются через пентаграмму в поместье Селестия. - Можете помочь мне найти... стертые воспоминания? - наконец закончила она едва слышно, опуская глаза и все еще мелко подрагивая после того, что увидела.

Маркус внимательно посмотрел на косситку и покачал головой.

- Увы, твои воспоминания были уничтожены. Но я могу сказать тебе совершенно точно одно. Ты прошла через самые отдаленные уголки Тени и вернулась, с помощью кого-то или без, но я не видел прежде мага, способного на такое. Скорее всего, тебе помогли.

- Помогли? Кто?

- Духи. Обитатели Тени. Если они чувствуют потребность кого-либо в помощи, то оказывают ее. И то, что они стерли твою память - часть их помощи. Скорее всего, они не хотели, чтобы ты помнила то, что они заставили тебя забыть.

- И никак нельзя это исправить? - печально спросила магесса.

- Сожалею. Это под силу лишь тому духу, который это сделал, но найти его теперь... - Маркус снова покачал головой и повернулся к камню, с едва слышным, низким гудением начавшему вращаться чуть быстрее. - У нас почти не осталось времени. Помогите мне открыть тоннель между этим местом и реальностью, и мы, маги, сможем по-настоящему исследовать Черный город. Найти источник Скверны. Исправить то, что натворили. Это нужно сделать, иначе... - маг не закончил, но по голосу было понятно, что ничего хорошего Тедас не ждет. Рано или поздно Скверна пожрет все, как пожрала Империю гномов.

[Элесар]

Портовый район - > Заброшенный дом

 

- Зачем? Ну... а зачем еще люди стреляют в кого-то в парках? Там... в стрельбе тренируются? Это логично - да? - Регина дернула плечом и покачала головой, намекая, что этот вопрос не требует ответа. Она всего лишь еще раз обвела спутников взглядом и, слегка пошатываясь, молча направилась в портовый район.

 

- В таком случае, мне даже интересно, насколько он хорош в стрельбе. Попал он в того, в кого целился или нет? - усмехнулся мужчина и вслед за Региной и бардами направился в портовый район. Делиться с Региной причинами своего плохого настроения эльф не стал, да и стоит ли девушке знать о том, что остроухий серьёзно обдумывает своё будущее в рядах "Драконов"?

После получасовых блужданий по портовому району, где на наймитов смотрели куда менее подозрительно, чем в других местах, чудо-сыщики добрались до нужного жилища. Окна дома заколочены, а дверь заперта, во всяком случае на первый взгляд. Интересно, насколько это впечатление верно?

 

Можно попробовать тихо открыть входную дверь (бросок)

Можно выбить дверь (бросок, бонус от магии)

Можно подкрасться (или попросить Фео подкрасться) к одному из окон и попытаться подслушать (бросок, бонус от ловкости)

[Junay]

Тень

 

- Вернуть прошлое нельзя. Можно лишь отыскать отпечаток тех событий, хранящийся внутри Тени, но на реальный мир это не повлияет. Я, как сновидец, могу убить человека во сне, но вернуть к жизни... увы, это мне не под силу. Не говоря уже о целой деревне. То, что произошло, невозможно обернуть вспять.

 

- Жаль. Очень жаль, хотя этого я и ожидал. - печально сказал мужчина.  - Что ж, если вы уверены в своих силах... То это нужно закончить.

По крайней мере, одну роковую ошибку (в виде Мора) вы исправить попытаетесь... Можно как-то минимизировать риски этого... эксперимента?

 

После слов Селестия Дэйган несколько изумленно посмотрел на Шен. Она прошла через самые дальние уголки Тени? Но... Это же под силу только самым могучим магам, а девушка таким магом ни разу не является. А может, она забыла все свои способности, а на деле - какой-то сновидец, вроде Селестия? 

[Ettra]

Тень

 

 - маг не закончил, но по голосу было понятно, что ничего хорошего Тедас не ждет. Рано или поздно Скверна пожрет все, как пожрала Империю гномов.

 

Тавила замешкалась. Маг говорил уверенно, со знанием дела, говорил о благих вещах, таких которые бы и правда смогли сделать мир чуточку лучше. Но это всего лишь слова, а пустым словам нет веры. И все же Тавила не могла принять решение с лету. Она точно знала, что не будет жалеть и корить себя за последствия, какое бы решение не приняла, даже если мир начнет рушиться вновь. Но если есть хоть малейший шанс покончить с порождениями, которые убивают ее братьев и сестер на Тропах, то почему бы не попытаться?

- Ладно, - согласилась Тавила. 

- Я тоже за. Думаю, что если где-то и искать разгадки, то именно тут. Тут все началось, значит тут все можно и исправить. 

[Spectre]

Тень

- У нас почти не осталось времени. Помогите мне открыть тоннель между этим местом и реальностью, и мы, маги, сможем по-настоящему исследовать Черный город. Найти источник Скверны. Исправить то, что натворили. Это нужно сделать, иначе... - маг не закончил, но по голосу было понятно, что ничего хорошего Тедас не ждет. Рано или поздно Скверна пожрет все, как пожрала Империю гномов.

- Выйдет нам это боком, чую я нутром, что неправильно все это но если остальные согласны, то выбора нет, - удрученно ответила Лилиан, глядя на магистра и предчувствуя какую-либо беду, - хорошо, что же вы собрались там сделать? Уничтожить первоисточник? А вдруг не совладаете с ним и падете и нас всех с собой, да и весь Свет прихватите?

[Лакич]

Заброшенный дом

 

- Давайте, я... ох, - Регина покачнулась на месте, чуть не упав - ей опять стало хуже - как в таком состоянии идти на штурм чего-то? Правильно, никак - и целительница, прижавшись к стене, - давайте... передохнем, ладно? Всего минуту, пожалуйста, а в это время... можно подслушать там... или сходить мне за чаем, - Регина криво улыбнулась, - шутка, мне ничего не надо, но вы поняли, да? Ведь поняли же?

 

Феня - я выбираю тебя!

[Элесар]

Заброшенный дом

 

- Хмм... Мы вообще можем вернуться в таверну и забить на это задание, - фыркнул Феанор, глядя на целительницу, которая выглядела с каждой минутой всё хуже и хуже. Мужчина покачал головой и вздохнул. - Ты бы сама о себе позаботилась, а? Ладно, сейчас послушаем, чего там у нас в доме...

Мерилин осторожно подкрался к одному из окон - на этом одна из досок была расшатана и можно было аккуратно её отогнуть, чтобы было получше слышно приглушённый разговор.

- ... и в этот раз у неё не будет выбора, кроме как встретится со мной. Она ещё пожалеет, что в первый раз отказалась. Хотя... она в любом случае пожалеет, - послышался один из голосов, чрезвычайно довольный собой. Тот, что отвечал ему, говорил более спокойно, почти бесстрастно и безэмоционально.

- Главное, чтобы предательница умерла.

- Да, да, конечно, эти ваши Сегеронские дела меня очень волнуют, - заверил его первый. - Главное не забывай подчиняться мне, и всё будет как надо. А теперь, мне пора.

Эльф с подозрением покосился на запертую дверь и всё-таки решил свалить от окна подобру-поздорову. Вернувшись к Регине он быстро пересказал ей подслушанный диалог и задумчиво поскрёб затылок. Тем более, что выходить из дома почему-то никто не думал.

- И... что делать-то теперь будем?

[Perfect Stranger]

Тень

 

Можно как-то минимизировать риски этого... эксперимента?

 

- Естественно. Для этого вы и здесь, - улыбнулся Маркус, вытянул руку и ухватил драконье яйцо, плавающее в воздухе рядом с собой. Подплыв к Источнику поближе, он протянул яйцо вперед, и оно медленно поплыло само по себе, погружаясь внутрь камня, как будто он был соткан из воздуха. Или из Тьмы. Хотя на вид был крепче стали. - Если бы я пошел сюда один, мне пришлось бы отбиваться от демонов, а во время поединка воли довольно трудно сосредоточиться на поисках. Или на ритуале. Впрочем, я должен вас предупредить - если что-то пойдет не так... если демоны все же прорвут защитный барьер... вы должны будете сдерживать их, пока я не закрою тоннель. Наука наукой, но я не хочу, чтобы из-за меня пострадал мой город. Итак, начинаем.

Когда яйцо исчезло, маг вернулся и взял ритуальный кинжал, опустив его в чашу с кровью. Из черного лезвие стало кроваво-красным, и Шен видела, как от него в стороны расходятся еле заметные в воздухе извивающиеся красные лучи, похожие на длинных пиявок. Зрелище было неприятным, но она заставила себя не отвернуться, а продолжать смотреть.

- Сосредоточьтесь на Источнике, - монотонный голос Селестия с трудом пробивался через толщу ввинчивающейся в мозг тишины, ставшей плотной, как вата, и сквозь низкий гул, издаваемый вращающимся еще быстрее камнем. - Мы должны открыть тоннель с этой стороны и стабилизировать его!

Шен кивнула и направила поток энергии на камень. То же сделали и Римат, и Баратас, и Асмодеус, а остальные были вынуждены лишь смотреть, но Маркус рассчитывал, что в случае появления демонов они не будут медлить. Впрочем, демоны пока не являлись, хотя косситка и чувствовала их незримое присутствие - чувствовала, как они мечутся вокруг капсулы, в которой хранился Источник, норовя пробить его защиту и осквернить, но этот сон - сон того, что жил задолго до появления мира - был надежно защищен от постороннего влияния. И все же... что-то тут было не так. Шен это ощущала самой своей душой. Она знала, что Маркус что-то недоговаривает, и знала, что гадальный шар не зря показал Римату и Дэйгану то видение с огромным черным существом. Но вот знал ли Селестий?.. Или он действовал вслепую?

Кинжал со свистом погрузился в Источник, и в ту же самую секунду Шен поняла, что сделала нечто ужасное. Потому что все вокруг - звезды, камень, фигуры друзей, сама сущность Тени - начало содрогаться, как содрогается от невыносимой боли животное, получившее удар прямо в сердце. Или как женщина, силящаяся вытолкнуть ребенка, превозмогая боль и страх. Такой сейчас была Тень. Краем глаза все они видели, как вокруг мечутся, дрожа и расплываясь, наблюдатели - их было не меньше сотни, и все они оказались здесь, как будто это место притягивало их против воли подобно огромному магниту. В конце концов тени впитались в Источник, продолжая беззвучно и отчаянно кричать, а потом...

- Боги! - вскрикнула Шен, продолжая сквозь силу направлять магию на камень и кляня себя за то, что посмела поднять глаза. - Что...

- Продолжайте! Ни в коем случае не обрывайте связь, иначе мы все погибнем! - прервал ее Селестий, который тоже принялся читать заклинание и направлять энергию на Источник. С его помощью, кажется, им постепенно удавалось пробудить таящуюся внутри этого странного предмета силу. Косситка понимала лишь очень смутно, что это за сила, но чувствовала, что она создает нечто вроде невидимой воронки, затягивающей все, до чего может дотянуться. Еще немного, и воронка затянет и их. Но то, что она на мгновение разглядела наверху, куда чуть раньше указывал Маркус, заставило ее едва не потерять сознание.

Черный город приближался.

Он словно плыл в воздухе, как будто и его притягивало этим Теневым магнитом - а может быть, наоборот, это Источник тянуло в Черный город, но так или иначе, они сближались. Все быстрее и быстрее. Воздух (или вакуум) вокруг наемником потрескивал, как наэлектризованный мех, и стал таким густым, что Шен начала задыхаться. И как раз в ту секунду, когда она уже готова была сдаться, оборвать связь, раствориться и полететь прямиком в эпицентр воронки... все закончилось. Наступила всепоглощающая тьма. Исчезли звезды. Исчез Черный город, Источник, наемники вокруг нее, все растворилось в этой тьме. Она сжималась и сжималась, пока не превратилась в крошечную точку, переполненную силой древней воли, а затем - ослепительной вспышкой взорвалась, разметав душу Шен на крохотные частицы. Последним, что помнила косситка, было ощущение облегчения... и того, будто она находится рядом с чем-то огромным, покрытом чернотой, и медленно открывающим глаза.

Существо пробудилось, и Шен услышала биение его сердца.

 

***

 

Поместье Селестия было погружено в тишину. Спящий Кай, и не подозревающий о творящемся прямо под его носом, все еще был погружен в летаргию. Неподвижные тела наемником и самого магистра Селестия лежали вповалку на полу возле черного камня, который теперь казался дышащим и живым - его поверхность была покрыта красноватыми сполохами, которые ползли по ровному обсидиановому предмету совершенно независимо от источников света. И еще он двигался. Если долго всматриваться в камень, казалось, что он становится то чуть больше, то чуть меньше, как будто и вправду дышит. Или бьется. Словно огромное черное сердце.

Открыв глаза, Шен со стоном поднялась, ощущая, будто все ее тело утыкано мелкими иголками. Они отсутствовали довольно долго, но сумели избежать...

- Магистр!

Вскочив на ноги и мгновенно забыв о боли во всем теле, косситка схватилась за посох. Пентаграмма мерцала, то появляясь, то совсем исчезая, и магесса сейчас, как никогда, чувствовала, как с той стороны демоны пытаются пробиться в мир смертным. Маркус уже стоял рядом с ней, и лицо его было бледнее, чем сама смерть.

- УДЕРЖИВАЙТЕ ИХ! НЕ ДАЙТЕ ИМ ПРОБИТЬСЯ! - взревел он, подняв над головой руки и запустив гигантской вспышкой энергии прямо в высунувшуюся из Разрыва морду демона гордыни. Разрыв был огромен. Он был настолько велик, что Шен подумала, что если дать ему разрастись - он может поглотить весь город. Демоны валили из Разрыва целыми стаями, пусть ослабленные пентаграммой, но еще немного - и она не выдержит давления. Просто лопнет, как мыльный пузырь.

- Помогите! - взвизгнула Шен, когда один из демонов подобрался к ней совсем близко, и она уже было почувствовала его зловонное дыхание на собственном лице. - Барьер! Скорее!

 

Саундтрек

 

Задача: удержать барьер!

Маги должны бросить кубик 1d10 с бонусом от магии на удерживание.

[Junay]

Поместье Селестиев

 

Дэйгана привел в себя вопль Шен. Боги, что там произошло? Кажется, эксперимент Селестия все таки провалился, и они стали причиной гибели мира... А может и нет, пока что. Мужчина с трудом поднялся на ноги - они уже были в поместье, и судя по наличие Разрыва, сейчас сюда хлынут орды демонов.

"Молодцы. Нет, серьезно. Не успела Инквизиция позатыкать все дырки в Тень, а мы открыли новую. Все как всегда". - с некоторым отчаянием подумал мужчина и на всякий случай, вытащил клинки из ножен. Увы, это все, что он мог сделать. 

[Supreme Overlord Malekith]

Тень

- Магистр!
Вскочив на ноги и мгновенно забыв о боли во всем теле, косситка схватилась за посох. Пентаграмма мерцала, то появляясь, то совсем исчезая, и магесса сейчас, как никогда, чувствовала, как с той стороны демоны пытаются пробиться в мир смертным. Маркус уже стоял рядом с ней, и лицо его было бледнее, чем сама смерть.
- УДЕРЖИВАЙТЕ ИХ! НЕ ДАЙТЕ ИМ ПРОБИТЬСЯ! - взревел он, подняв над головой руки и запустив гигантской вспышкой энергии прямо в высунувшуюся из Разрыва морду демона гордыни. Разрыв был огромен. Он был настолько велик, что Шен подумала, что если дать ему разрастись - он может поглотить весь город. Демоны валили из Разрыва целыми стаями, пусть ослабленные пентаграммой, но еще немного - и она не выдержит давления. Просто лопнет, как мыльный пузырь.
- Помогите! - взвизгнула Шен, когда один из демонов подобрался к ней совсем близко, и она уже было почувствовала его зловонное дыхание на собственном лице. - Барьер! Скорее

 

Проклятье, держись-сказал Асмодеус и попытался поддерживать барьер магией

 

+2 к магии

 

Неудача!

[Лакич]

Заброшенный дом

 

И... что делать-то теперь будем?

 

- Я... я не знаю, мы же... мы же должны остановить их, да? Они ведь... они ведь хотят кого-то убить - это плохо, очень, - Регина обняла себя за плечи, пытаясь сосредоточиться, - нам нужно их остановить, да? Или... или пойти предупредить магистрессу? А... Я думаю, что мы ведь можем схватить того мужчину, что там остался, да? Там... не убивать, а схватить... нас же больше

[Spectre]

Поместье Селестиев

Все произошло так быстро, что наверное мало кто понял, что это было, пока не прозвучал вопль Шен. Впереди виднелся разрыв, откуда в любой момент хлынут демоны, которые поглотят не только это чертово поместье, но и весь мир в придачу и не подавятся даже.

- Проклятый магистр! Что же ты натворил, тварь ты еретичная, - очень громко крикнула Лилиан, еле как вставая на ноги и приходя в себя, - нельзя было этого делать, нельзя, а сейчас мы можем стать причиной конца света!