Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Элесар]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Войдите! - рявкнул голос за дверью. То ли капитан страдал от похмелья, то ли был чем-то невероятно раздражен (возможно, отсутствием работы и предостережением насчет выхода в море), но голос этот гному не понравился. Войдя в комнату, он увидел то, что и ожидал увидеть - немолодого уже морского волка, вынужденного прозябать на суше и считать часы до того дня, когда сможет наконец спустить свое судно на воду. Хмуро поглядев на новоприбывшего, Квинт сунул трубку в рот и смял какой-то пергамент, кинув его в мусорное ведро. Промахнулся.

 

"А вот и расплата за бурные вечера, проведённые в компании бутылке. Так тебе и надо," - злобно подумал гном, но своего отношения к предположительному похмелью Квинта никак не высказал. Разве что отметил про себя, что оценка людей у него и у Мерилина разительно отличалась. Проводив ничего не выражающим взглядом брошенный в мусорку пергамент, Аракан снова посмотрел на Марка и заговорил:

- Следопыт нужен? Готов наняться на корабль.

 

- Нет у меня еды, зверь. Кыш к хозяину, - сказала Тавила, но все таки погладила мабари по голове. Румпель наблюдал за всем этим из под соседнего стола. Он вздыбился так, что стал похож на рыжий комок шерсти на маленьких лапках с испуганно горящими зелеными глазами. Вот-вот или бросится на пса, или даст деру.

 

- Вуф, - совершенно неопределённо гавкунл мабари, чуть прикрыв глаза, когда гномка потрепала его по голове. Хотел ли он есть или просто подошёл к ней от нечего делать, оставалось загадкой. Нел посмотрел на сидящего на рыжего кота, высунул язык и ещё раз добродушно "вуфкнул", не предпринимая никаких попыток погнаться за котом. Пёс вообще предпочитал нападать исключительно на тех, кто ему угрожал или тех, на кого указал ему хозяин. Во всё остальное время мабари был настроен абсолютно пофигистично и даже дружелюбно.

[Spectre]

Таверна

Поняв, что старый рыцарь снова запил (еще бы, после того, что он пережил) она решила оставить его, чтобы он смог насладится тишиной и выпивкой. Тут же она заметила недалеко пса - мабари и в ее голове сразу же появилась мысль: "Ферелденцы объявились..."

- Какого черта, откуда здесь взялся мабари?! - вскрикнула Лилиан, глядя на слюнявчика, - неужто ферелденцы - собачники решили зайти сюда? Вот уж радостная новость, ее не хватало для полного счастья только.

[Supreme Overlord Malekith]

Минратос-тюрьма

Асмодеус ругнулся про себя и попробовал еще раз взломать замок другой отмычкой

Взлом

 

Успех!

-1 отмычка

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Ох, это... а вы куда-то идете? - спросил Римат, немного придя в себя.

 

Шен поморщилась, когда почувствовала запах виски. Да, немудрено перепутать с чаем, но ведь оно жутко воняет!

- Да вот, собираюсь вывести Мериокра подальше в горы, и выпустить на свободу, - пожала плечами Шен. Словно в подтверждение ее слов, дракончик голодно облизнулся и посмотрел на мабари. Очень голодно. - Нужно поискать где-нибудь следы других драконов, и постараться, чтобы они его приняли. В одиночку он вряд ли сможет выжить... Он же еще такой маленький, - почти ласково сказала девушка. "Маленький" уже был размером с небольшого пони и вполне сносно умел изрыгать огонь. - Я боюсь за него. И перед Лиин стыдно. Я ведь обещала присматривать за ним.

 

- Следопыт нужен? Готов наняться на корабль.

 

- Гном?.. Был у нас уже один гном. С Глубинных Троп не вернулся, - философски заметил Квинт, немного смягчившись. Ну, хоть не сборщики податей из Амбассадории пожаловали, и то хорошо. Он все еще боялся, что рано или поздно банк затребует возвращения долга, а нужной суммы на руках все еще не было. Если он не вернет долг, банк может реквизировать его корабль, а этого Марк допустить совершенно не мог. Поэтому и брал любого, кто попросится, в надежде, что чем больше у него будет людей - тем выше шансы заработать побольше денег, чтобы погасить задолженность, утихомирить сборщиков и немного подновить "Победу". После последнего выхода в море она пообтрепалась.

[Элесар]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Гном?.. Был у нас уже один гном. С Глубинных Троп не вернулся, -

 

"Нет, что ты. Я кунари. Маленький безрогий кунари," - раздражённо подумал мужчина, которого столь очевидная констатация фактов напрягала. Самую малость. Эдерн, почти не моргая, уставился на Квинта и заговорил только когда понял, что тот больше ничего отвечать не собирается.

- Если я окажусь таким бесполезным куском дерьма, что не смогу вернуться с задания, можешь оставить мою долю за это задание себе. Ну так что?

 

Мабари предостерегающе рыкнул на дракона, который на него пялился, но быстро забыл о нём и затрусил к следующей цели своего визита - Лилиан. Кажется пёс догадался, что говорят о нём, а вот интонацию угадал не совсем... или же проигнорировал. Нел радостно "вуфкнул" и попытался потереться о ногу дуэлянтки.

[Ettra]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Нужно поискать где-нибудь следы других драконов, и постараться, чтобы они его приняли. В одиночку он вряд ли сможет выжить... Он же еще такой маленький

 

- Верное решение, - согласилась Тавила. Она думала, что Шен будет тянуть с этим как можно дольше, боясь отпускать от себя дракончика. Хорошо, что разум взял верх над привязанностью. 

- Жалко его отпускать, да? Но в стае ему точно лучше будет, среди своих, таких же драконов. Только вот... он ведь людьми пахнет, его могут не принять. Хотя я не знаю, как там все у драконов устроено. Идем?

Тавила кивнула и вышла из трактира. Прохладный ветерок встретил ее, принеся с моря запахи соли, рыбы и водорослей, показавшиеся на удивление приятными, настоящими. После Тени все казалось особенно реальным.

[Spectre]

Таверна

Нел радостно "вуфкнул" и попытался потереться о ногу дуэлянтки.

- Ах ты ж гаденыш мелкий, фу-фу, кыш отсюда, - этими словами Лилиан попыталась заставить собаку отстать от нее, - давай, давай, чеши отсюда туда откуда пришел, беги к своему хозяину живо-живо.

"Ухх, покажу я хозяину этой псины еще" - пробормотала про себя Лилиан, глядя на приставучую собаку.

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Если я окажусь таким бесполезным куском дерьма, что не смогу вернуться с задания, можешь оставить мою долю за это задание себе. Ну так что?

 

- Ха, - кисло промолвил Квинт, приподняв бровь и поглядывая на нагловатого гнома. - Во-первых, к капитану следует обращаться "Капитан Квинт" и на вы. Во-вторых... правила поведения в наемничьем отряде знаешь? Если нет, я поясню. Мои заместители - Лорус Нокс и Тавила Дувир, потрошитель и гнома со щитом. Все вопросы по конкретным деталям задания обращать именно к ним. Задания получать лично от меня либо через заместителей. Деньги... четверть от награды за задание уплачивается в казну отряда, эти средства пойдут на модернизацию корабля и уплату долгов. - При произнесении последнего слова капитан скривился. - Своих не грабить, у своих не воровать, своим тяжких телесных повреждений не наносить. Законы Империи, по возможности, соблюдать. Могущественные враги нам не нужны. За нарушение этих правил и за попытку присвоить себе не полагающуюся награду нарушитель очень быстро вылетит из отряда. Вроде все. Если согласен на эти правила, добро пожаловать в... боги, как они назвали себя? "Алые Драконы", во.

 

- Жалко его отпускать, да? Но в стае ему точно лучше будет, среди своих, таких же драконов. Только вот... он ведь людьми пахнет, его могут не принять. Хотя я не знаю, как там все у драконов устроено. Идем?

 

- Немного. Но ему слишком опасно оставаться с нами, - вздохнула Шен, выходя на крыльцо и все еще чувствуя запах виски. Почему-то на алкоголь у нее теперь было стойкое отвращение. Странно. - И что будет, если он случайно подожжет корабль? Квинт его выгонит, а мы... даже не знаю.

Она ненадолго остановилась у таверны, вслушиваясь в разговоры через приоткрытое окно, а затем решительно направилась к дороге, ведущей за город, где они уже бывали. Им нужно было пройти мост, фермы и лес, и где-то на юге или юго-западе отыскать подходящий горный кряж. Оставалось надеяться, что за это время Квинт не погонит отряд на очередное задание, но пока никаких посылов к этому не предвиделось. А значит, у них есть как минимум полдня и ночь, чтобы совершить задуманное.

[Ettra]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Квинт его выгонит, а мы... даже не знаю.

 

- Найдем ему семью, не переживай, - постаралась приободрить Тавила. Она с трудом поспевала за широко шагающими Шен и Риматом, но пока не запыхалась. 

Возвращающиеся с полей крестьяне с интересом смотрели на необычную компанию и ахали, когда замечали дракончика. Один мальчишка так вообще подскочил на месте так, будто увидел самого Древнего Бога, и дал деру, остановившись только возле дома. Мер и правда заметно вырос и уже не походил на маленькую ящерку, с которой возилась Лиин. Еще годик и он совсем вырастет, став опасным даже для Шен.

[Элесар]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Ха, - кисло промолвил Квинт, приподняв бровь и поглядывая на нагловатого гнома. - Во-первых, к капитану следует обращаться "Капитан Квинт" и на вы. Во-вторых... правила поведения в наемничьем отряде знаешь? Если нет, я поясню. Мои заместители - Лорус Нокс и Тавила Дувир, потрошитель и гнома со щитом. Все вопросы по конкретным деталям задания обращать именно к ним. Задания получать лично от меня либо через заместителей. Деньги... четверть от награды за задание уплачивается в казну отряда, эти средства пойдут на модернизацию корабля и уплату долгов. - При произнесении последнего слова капитан скривился. - Своих не грабить, у своих не воровать, своим тяжких телесных повреждений не наносить. Законы Империи, по возможности, соблюдать. Могущественные враги нам не нужны. За нарушение этих правил и за попытку присвоить себе не полагающуюся награду нарушитель очень быстро вылетит из отряда. Вроде все. Если согласен на эти правила, добро пожаловать в... боги, как они назвали себя? "Алые Драконы", во.

 

- Как скажете, капитан, - пожал плечами гном, которого ничуть не расстроило то, что тевинтерец требует от него уважительного обращения. Про себя он Квинта может называть так, как ему заблагорассудится, а другое следопыта волновало не слишком-то. "Алые драконы", да, так Фео и говорил. Громко, пафосно и чтоб девчонкам нравилось, всё верно. - Со всем согласен. Дайте знать, как появится работа.

Долгих прощаний от Эдерна не последовало, мужчина просто развернулся и пошёл на выход из комнаты Марка. Если моряку что-то ещё понадобится, не обломится и сам найдёт новоявленного наймита.

 

- Ах ты ж гаденыш мелкий, фу-фу, кыш отсюда, - этими словами Лилиан попыталась заставить собаку отстать от нее, - давай, давай, чеши отсюда туда откуда пришел, беги к своему хозяину живо-живо.
"Ухх, покажу я хозяину этой псины еще" - пробормотала про себя Лилиан, глядя на приставучую собаку.

 

Мабари заскулил и укоризненно уставился на девушку, которая, похоже не собиралась его гладить. Как это кто-то и не хочет его гладить? Немыслимо. В это же время по лестнице спускался его хозяин. Гном быстро нашёл своего подопечного взглядом, с неудовольствием отметив, что тот в очередной раз ищет приключения на свою блохастую задницу.

- Ко мне, Нел, - позвал пса разбойник, поправляя за плечом арбалет. Может, прогуляться по Минратосу, авось ещё какая подработка обломится? Хотя, это вряд ли. Придётся ждать новостей от Квинта.

[Spectre]

Таверна

- Ко мне, Нел, - позвал пса разбойник, поправляя за плечом арбалет. Может, прогуляться по Минратосу, авось ещё какая подработка обломится? Хотя, это вряд ли. Придётся ждать новостей от Квинта.

- Эй ты, так это ты хозяин этого поганого пса? - крикнула Лилиан, когда гном наконец-то вышел из кабинета, - держи свою собаку на поводке, а то больно приставучая она у тебя слишком.

Изменено 19 июля, 2015 пользователем Spectre

[Junay]

Пристань

 

Дэйган проводил взглядом вышедших из таверны девушек, которые отправились по своим делам, и снова уставился на море, раздумывая, чем бы заняться. Квинт никаких заданий не дал, а в городе делать особо было нечего, но с другой стороны, и в таверну возвращаться не хотелось.

- Пойти, что ли, еще раз рискнуть в казино? Интересно, на Сегероне есть казино? Хотя, о чем я вообще говорю. - вздохнул Дэйган.

"Далось тебе это казино... Последние копейки просадишь. А за что меч будешь выкупать, а?" - недовольно хрюкнул Тэнгу, которому видимо, лень было подниматься на ноги.

Ветер с моря принес соленые брызги и мужчина с наслаждением вдохнул прохладный воздух. Да ему и самому шевелиться не хотелось. Даже в казино идти. 

[Supreme Overlord Malekith]

Тюрьма

Взломав замок Асмодеус с бадуна стараясь скрытно пробирался подальше из тюрьмы

 

Скрытность

 

Успех!

[Элесар]

Таверна

 

- Эй ты, так это ты хозяин этого поганого пса? - крикнула Лилиан, когда гном наконец-то вышел из кабинета, - держи свою собаку на поводке, а то больно приставучая она у тебя слишком.

 

- Тебе мешает, ты и попробуй на поводок посадить. А мне и так нормально, - пожав плечами ответил Лилиан мужчина, который советы от всяких там выскочек принимать не собирался. Мабари какое-то время сидел между двумя препирающимися наймитами, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, грустно заскулил и двинулся в сторону гнома. Тот тоже его почти никогда не гладил. Что за жизнь такая у него, пёсья?

- Нашёл из-за кого расстраиваться. Пошли, - махнул рукой питомцу Эдерн, которого ничуть не напрягало то, что его может услышать орлесианка.

[Spectre]

Таверна

- Нашёл из-за кого расстраиваться. Пошли, - махнул рукой питомцу Эдерн, которого ничуть не напрягало то, что его может услышать орлесианка.

- Проклятый коротышка, ну давай, можешь уходить, только смотри, чтобы твой пес никого там никого не разорвал, - сказала Лилиан, глядя на гнома и его собаку, которые куда-то собрались.

"Уфф...мабари...не люблю собак..." - подумала орлесианка и чуть задрожала от этой мысли.

[Элесар]

Таверна

 

- Проклятый коротышка, ну давай, можешь уходить, только смотри, чтобы твой пес никого там никого не разорвал, - сказала Лилиан, глядя на гнома и его собаку, которые куда-то собрались.

 

Мабари заскулил ещё сильнее, кажется слова Лилиан его задели... ну или просто тон девушки, вряд ли собаки настолько уж умные. Гном, у самого порога, повернулся и лишь пожал плечами.

- Если он прокусит парочку заносчивых орлесианских задниц, я его даже похвалю, - и именно на этой позитивной ноте Эдерн вышел из таверны.

 

х

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы" - Горы близ Минратоса

 

Шен, Тавила и Римат шли так долго, что косситке уже начало казаться, будто они не собираются возвращаться. По крайней мере, один из них - дракончик топал рядом, любопытно вертя головой на длинной шее и пытаясь заметить все, что происходило вокруг него. Поначалу это и вправду было интересно. Фермы и поля, которые возделывали во благо Империи крестьяне, раскинулись по обеим сторонам широкого торгового тракта, насколько хватало глаз. Вечерний ветерок трепал волосы путешественников и качал колосья яровой пшеницы. Очень скоро ее соберут, повяжут в снопы и отправят на мельницы, чтобы превратить в теплый и мягкий хлеб, который в конце концов окажется на прилавках городских и деревенских лавок или на столах богатейших из богатых города Минратоса. Где-то паслись коровы и козы, вдалеке магесса увидела целый табун лошадей - молодой воронок носился от дерева к своим собратьям и обратно, наслаждаясь свободой и свежим воздухом, а еще, конечно же, вкусным сеном. Отара овец, за которой приглядывал сонный мальчишка-пастушок и огромная, лохматая собака, флегматично блеяла на разные лады и как стая саранчи очищала землю от травы. Иногда Шен думала, что жить за пределами городских стен не так уж и плохо.

Но все это закончилось, когда они приблизились к горной цепи. Никто не знал, как она называется, но возле нее не располагалось никаких деревень и выпасов, а это могло означать, что поблизости завелись драконы. Шен на это надеялась, хоть и побаивалась немного. Скалистое кольцо окружило подход к перевалу. Взбираться на отвесные склоны было бы самоубийством, но и отпускать Мериокра прямо у подножия казалось глупым и опасным делом, он ведь мог и вернуться в город, следуя инстинктам. Дракончик тоже притих, даже как-то пригнулся к земле, выпрямив хвост и внимательными глазами наблюдая за движением птиц над головой.

Птицы вели себя беспокойно. Кричали ласточки, строившие здесь гнезда, и черные вороны с ястребами соревновались в том, кто быстрее ухватит неосторожную мышь или тушканчина, выглянувших из своих норок. Мериокр низко зарычал. Из его ноздрей повалил черный дым, и косситка на всякий случай отошла подальше, поднимаясь по пологой тропе, ведущей к перевалу. Острые камни то и дело подворачивались под ноги, поэтому приходилось быть осторожной. Тавила и Римат следовали за ней по пятам, но магессе казалось, что это путешествие куда более опасно, чем даже Тень - ведь здесь не было мудрого сновидца, готового дать совет и защитить от демонов.

Шен часто после возвращения от Маркуса думала о том, не стоит ли ей попробовать наняться в ученицы к какому-нибудь магу в Минратосе, но она каждый раз ловила себя на мысли, что забывает, как выглядит. Ни один уважающий себя магистр не возьмет в ученицы косситку, особенно сейчас, когда война с кунари разгорелась с новой силой. Не потому, что этот магистр лично ненавидел рогатых, а потому, что репутация в Тевинтере была не менее важна, чем в Орлее. И даже если она кому-то понравится, ее выгонят взашей от греха подальше. Порой она проклинала себя за то, что родилась именно такой. Ей было бы куда легче, будь она человеком... и, возможно, Римат отнесся бы к ней по-другому, не как к странной диковинке, а как к простой девушке, которой нравится такой же простой парень.

"Ничего не может быть простым", - напомнила себе Шен, споткнувшись и прошипев что-то от боли, потирая лодыжку. - "Мы, в первую очередь, маги - а это уже делает все слишком сложным..."

[Ettra]

Горы близ Минратоса

 

- Осторожнее, - предупредила Тавила, заметив как ударилась Шен.

Впереди было еще больше камней и любое неосторожное движение, неаккуратно поставленная нога - и камни посыпятся вниз, увлекая за собой. Обвалы в горах не редкость, но не смотря на опасность Тавила продолжала лезть дальше. Приходилось помогать руками и подтягиваться, чтобы подняться еще чуть выше, на каменные уступы, которые высокие Римат и Шен даже не замечали. Но еще теплый, нагретый солнцем камень внушал уверенность и спокойствие. Надо почаще выбираться в горы, даже просто так, чтобы подышать свежим воздухом и посмотреть на закат.

- Интересно, долго еще идти? Я не вижу тут драконов, даже следов нет никаких, - сказал Римат, задрав голову к небу, будто силясь разглядеть темный силуэт дракона на сумрачно-фиолетовом небе. 

[Junay]

Пристань

 

"И гном с мабари." - Дэйган проводил взглядом незнакомца, который спрашивал Квинта. "Он бы этого пса мог использовать, как ездовое животное.  Гном на мабари, а что? Не плохо бы смотрелись."

"Мелешь чушь." - недовольно фыркнул Тэнгу.

Мужчина отвернулся к морю. Далекие воспоминания, которые когда-то  были для него так дороги, теперь казались  пустой шелухой, и он отряхивал от них память. И в то же время, чувствовал внутри себя пустоту. Которую ничто не могло заполнить.

- Пошли, прогуляемся. - сказал он псу, и двинулся вдоль пристани, рассматривая корабли.

[Лакич]

Таверна

 

- Не переживай, Лилиан, у тебя не заносчивая задница, вовсе нет, - заговорила Регина, появившись каким-то чудом за столиком храмовника и дуэлянтки. И естественно, целительница была в компании своего нового, любящего поспать друга - собака у нее на руках продолжала лениво сопеть, изредка посматривая на окружающих, - о, Филипп, здравствуй.

- Да? - мужчина устало оторвался от своих мыслей, - Регина, к делу.

- Какому? 

- Я серьезно.

- Ну, - она посмотрела по сторонам, даже поежилась на месте, немного не понимая, что надо сказать, - я думала, что "Алым Драконам" пригодится храмовник, особенно такой как ты - опытный и мудрый, - ривейни улыбнулась мужчине, продолжавшего смотреть на нее не самым благосклонным взглядом, - у меня... предчувствие, вот! 

- Девочка... - начал он.

- Я не девочка!

-... ты знаешь, что я не могу тебе отказать, однако ты в этом уверена? Чем эти "Алые Драконы" занимаются? - Филиппу совсем не нравилось возможное пребывание в наемниках - продавать свой меч? Это ладно, но на какие действия пойдут остальные в сборище наймитов? Это может привести к конфликтам.

- Многим, многим хорошим! Ты о нас никогда не слышал?

- Никогда. А что скажите вы, Лилиан? - спросил ее храмовник, не обращая на удивление целительницы никакого внимания.

[Perfect Stranger]

Горы близ Минратоса

 

- Интересно, долго еще идти? Я не вижу тут драконов, даже следов нет никаких,

 

- О... спасибо, а то я что-то задумалась, - слабо улыбнулась Шен, но теперь, когда они выбрались за город, в горы и на природу, она, казалось, немного посвежела. Минратос давил на магессу, как давил на каждого, что проводил в нем слишком много времени. Да и наемники уже пребывали в нетерпении - всем хотелось отправиться в новое путешествие. И сейчас, когда косситка в полной мере осознала, что в Империи уже не найдет того, что искала, город стал ее тяготить. - Давайте попробуем поискать хоть какие-нибудь следы. Мер, а ты что думаешь?

Дракончик глухо заворчал. Он то ли боялся, то ли почуял что-то опасное, но Шен подумала, что Мериокр странно себя ведет. Это хорошо или плохо?.. Пока она не могла решить.

Решительно отправившись дальше, она поднялась на небольшой уступ и осмотрелась. Троица зашла уже достаточно далеко и забралась достаточно высоко, чтобы в просвете перевала видеть внизу те самые фермы и угодья, через которые они недавно проходили. А еще отсюда можно было наблюдать чудесный закат. Закат в горах - это вообще невероятно прекрасное зрелище, а когда на горизонте виден остров Минратоса и сияющее далекое море, от этого просто дух захватывает. Но Шен пришла сюда не любоваться видами, а сделать совершенно определенное действие. Поэтому она отвернулась и принялась осматривать местность в поисках каких-нибудь знаков, что тут могут быть драконы.

 

(можно кинуть кубик на осмотр)

 

Неудача!

[Spectre]

Таверна

- Никогда. А что скажите вы, Лилиан? - спросил ее храмовник, не обращая на удивление целительницы никакого внимания.

- Ну если бы вы спросили меня до знакомства с "Алыми Драконами", то я бы ответила отрицательно, но когда я с ними провела так много времени... - сказала тихо Лилиан и тут же перевела дыхание, - "Алые драконы" показали себя с намного лучшей стороны чем я ожидала, ваши навыки очень сильно пригодятся наемникам, но есть один минус...все задания здесь на пользу Империи. Но и это можно перебороть, хоть и временно.

[Ettra]

Горы близ Минратоса

 

- Должны быть кости - остатки добычи. Или гнезда, я так думаю, - предположила Тавила. Следопытом она никогда не была и не стремилась в их ряды. Все эти утомительные блуждания по местности и высматривание малейших деталей, выбивающихся из привычной картины мира - не для нее. Нет внимательности, усидчивости и терпения. А в Легионе следопыты еще должны были обладать легким шагом и проворностью, какая Тавиле и не снилась. 

Спотыкаясь о камни, Тавила бродила по горному склону, стараясь не заходить далеко. Шен и Римат всегда были в поле зрения и в случае опасности можно было отвлечь угрозу на себя. Если драконов не видно, не значит, что их нет. 

- Драконы могут еще выше селиться, где прохладнее и тише. Так у Серо написано, - вспомнил Римат. Кажется, парень углядел нечто интересное возле низкорослых зарослей колючего кустарника. 

 

Тави и Рим (+1)

 

Успех!

[Лакич]

Таверна

 

- Если эти навыки будут служить благим намерениям, а не убийству невинных, то мне все равно во чье имя они будут свершаться, - пробормотал мужчина, смотря на девушек. Ответ его, конечно, был предрешен, но нельзя же упустить момент для дешевого спектакля? Каким же орлесианцем он будет? - Хорошо, к кому мне... - он посмотрел на Регину, которая больше была занята Совенком, а не храмовником, и перевел взгляд на Лилиан, - обратиться?

- Кстати, Лилиан, смотри! Я собаку купила, его Совенком зовут, мило, да? - Совенок открыл один глаз, посмотрев на дуэлянтку, зевнул и продолжил спать - видимо, он так приветствовал людей.

[Perfect Stranger]

Горы близ Минратоса

 

- Драконы могут еще выше селиться, где прохладнее и тише. Так у Серо написано

 

- Да, похоже, что ты пр... - начало было Шен и тут же осеклась. - Мер... что с тобой?

Дракончик крался к одному из провалов в горе, похожей на нору. Похолодев, косситка наблюдала за ним, готовая в любой момент броситься наперерез и спасти своего "детеныша" от враждебного дракона, затаившегося в пещере, но через секунду из провала высунулась морда серой горной лисы. Дракончик бросился вперед, выдохнул длинную струю обжигающего пламени. Животное завизжало, завертелось волчком, пытаясь сбить пламя, но когти и зубы завершили дело. Вскоре Мериокр с аппетитом вгрызся в поджаренное мясо, лишенное меха, и захрустел костями. Шен вздрогнула. Методы охоты огнедышащих драконов казались варварскими, но девушка напомнила себе, что она не имеет права судить их. Каждый выживает как может. Лисенка было немного жаль, но дракону ведь нужно чем-то питаться, тем более такому быстрорастущему, как Мер.

Тавила тем временем блуждала туда-сюда не особо надеясь найти что-то полезное, а Римат разглядывал куст - зачем, Шен не знала, но вдруг он нашел там что-то интересное? Впрочем, интересное, как выяснилось, углядела именно низкорослая гномка. И как ей это только удалось? Она обнаружила несколько обугленных косточек, ведущих в правую расщелину чуть дальше от перевала. Последовав за ними, она через пару минут едва не споткнулась о целый объеденный и такой же обугленный скелет, принадлежавший, судя по всему, крупной корове. Поблизости не было пастбищ, а значит, кто-то утащил корову сюда, обжарил и съел. Это могло означать только одно: драконы где-то рядом. Скорее всего, за расщелиной могло быть их гнездо.