Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Perfect Stranger]

Пристань

 

Шен тоже ничего не говорила. Она лишь подошла и села рядом, молчавшая все время, пока Тавила пыталась вылечить руку мага, и смотрела - но в ее глазах был туман. Демон вытащил из глубин ее души только жалкие обрывки, те обрывки, которые она и сама не могла понять. Только чувства. Чувство обреченности. Чувство скорой смерти. Чувство... что ее предали. Занесенный над нею меч, кровь и взгляд, пустой и отрешенный, и слова, которые произнес ее - чужой - голос:

"Не позволю!"

Вздрогнув, косситка сжалась, впервые жалея, что у нее нет трубки Бодарта, чтобы закурить. Гном ей всегда нравился, он был простым, добрым и веселым, а что с ним теперь стало? Она даже не знала, сумели ли Стражи и Бодарт выбраться с Глубинных Троп, куда они отправились и зачем. Люди, дорогие ей, все время уходили и не возвращались из-за туманов. Когда-нибудь и Римат, и Тавила, и Дэйган тоже уйдут, и магесса вернется в ту пещеру, чтобы уже никогда не проснуться.

- Понятно, - протянул Архонт, разглядывая громадину корабля, ставшего вдруг вовсе не таким уж пугающим. Просто старое судно. Потемневшие доски его бортов, усеянные водорослями и ракушками, натужно скрипели, когда ветер раскачивал его на волнах. - Что ж. В таком случае, я выражаю вам благодарность от имени Империи. Вы сняли проклятие с наших вод, и теперь корабли Тевинтера смогут снова выйти в море.

- А как же мой корабль, Ваше Превосходительство? - подал голос Квинт, который поднялся с колен лишь после благосклонного кивка Радониса. Кай пытался не отсвечивать и уже успел отойти на пару шагов назад, держась поближе к "Драконам".

- Твой корабль? - Архонт приподнял бровь, а затем перевел глаза на мачту, торчащую из воды. Все, что осталось от "Победы". - Хм... Увы, вряд ли он сможет быть отремонтирован снова. Погасить ваш долг в Банке Тевинтера не в моих силах, но у меня есть предложение, которое поможет вам с этой проблемой. Сегерон.

- Мы не сможем отправиться на Сегерон без корабля, вы же понимаете...

- Не держите меня за дурака, - внезапно резко ответил Радонис, и Марк тут же замолчал, сморгнув натекшую на глаза дождевую воду. - У вас есть корабль.

На мгновение повисла тишина. Шен, которая в этот момент выплыла из своего забытья, удивленно подняла голову. Молчал, потрясенный, и Квинт.

- Но... но это же...

- Именно так. Впрочем, если вы считаете, что этот корабль вам не подходит, я могу дать вам... скажем, "Гнев Империи"? - он задумчиво провел пальцами по подбородку. Квинт снова открыл рот в изумлении.

- Тот самый?

- Тот самый. Капитан Нордиус, так уж вышло, ушел в отставку сегодня вечером, - холодно ответил Архонт и улыбнулся. От этой улыбки Шен почему-то разом подумала о гремучей змее. - Его команда переходит под ваше начало, Марк Квинт. Берите своих людей и отправляйтесь на острова. Там кредиторы вас не достанут. А когда вернетесь... если вернетесь... у вас будет достаточно золота, чтобы откупиться от любых банков Тедаса, и достаточно славы, чтобы вас не посмели тронуть. Это мое единственное предложение, и я советую вам его принять.

 

Варианты действий:

- взять "Летучий Тевинтерец"

- взять "Гнев Империи"

[Junay]

Пристань

 

- У вас есть корабль.

 

- Вы имеете в виду эту гнилую развалюху? - Дэйган указал на "Летучего Тевинтерца", который, может и был крепким, но внешний его вид оставлял желать лучшего. Много лучшего. - Так его на плаву только проклятие и держало. Я бы не рискнул на нем в море выйти - вдруг рассыпется? Лучше уж "Гнев империи", по крайней мере, на нем нас не примут за мертвецов. Но решать капитану, конечно же. - он покосился в сторону Квинта.

Изменено 2 августа, 2015 пользователем Junay

[Spectre]

Пристань

"Он что? Серьезно?" - Лилиан подумала и повертела головой, стоя чуть вдалеке и слушая разговор.

- Взять..."Тевинтерец" или другой, который и по названию, и наверняка по обустройству и внешнему виду получше, - заключила логический вывод орлесианка, - хотя...кто знает на что способна эта штука, раз топила корабли на раз и два, может даже без армии мертвецов и демона внутри сможет за себя постоять?

"Хотя такой вид, что он скоро развалится вдребезги" - добавила Лилиан, чуть попристальнее разглядывая корабль.

[Kykuy]

Пристань

 

" О да. Крайне великодушно нам с барского плеча отдать корабль, который мы сами же чуть и не утопили к хренам в бою, ага ", - подумал про себя Баратас, спускаясь по ледяному мостику.

- Знаете... я бы всё-таки взял "Тевинтерца". Махина, скажу вам, огромная, и орудия нормальные, - коссит оглянулся на морскую громадину, бывшую бичом Тевинтера многие столетия, - Хотя, я ещё не видел этот ваш "Гнев Империи". Может, он ещё круче? Оставим это дело корабелам, - маг красноречиво поглядел на Квинта, и повернулся к Архонту, - Ваше что-то там... - начал Баратас, вздохнув. Он смертельно устал, и любезничать, вспоминая титул Архонта не хотел и не мог, - Вы знаете, что сейчас с магистром Селестием? И каковы были результаты его эксперимента, в котором мы приняли участие?

[Ettra]

Пристань

 

Тавила, краем уха услышавшая слова Архонта, глянула на корабль-призрак и вздрогнула. При мысли о том, что возможно придется плавать на нем замутило. Больше ничего общего с порождением темной магии, каким является этот корабль, Тавила иметь не хотела. И вспоминать о прошедшей битве - тоже. Тем более надо думать и о престиже. О "Тевинтерце" ходят самые жуткие легенды люди воспринимают его как несущего смерть и от этого не отделаешься. Плавая на таком корабле "Драконы" получат дурную славу.
- Возьмем "Империю".

Изменено 2 августа, 2015 пользователем Aloija

[Perfect Stranger]

Пристань

 

- Возьмем "Империю".

 

- Я не сделаю и шага больше на палубу этого чудовища, - Шен подала голос, наконец поднявшись со своего места и убедившись в том, что с Риматом все будет в порядке. Его рука поправится, думала она. Хотела так думать и верила в это. Кивнув на "Летучий тевинтерец", она тихо добавила: - Его нужно уничтожить. Потопить навсегда. Слишком много... слишком много боли. И безумия.

- Значит, решено? - Архонт посмотрел на Квинта, и тот оглянулся на наемников, задумчиво пожевав нижнюю губу.

- Вам решать. Вы сделали это, вы спасли Минратос от напасти, и хоть я ваш капитан, я хочу, чтобы вы сами приняли такое решение. Мне без разницы, если "Тевинтерец" на ходу - то я могу управлять и им. Пушки у него мощные, это правда, да и большинство кораблей трижды подумают, прежде чем нападать на нас. А "Гнев Империи" - один из лучших фрегатов Минратоса. Он уже пять лет не бывал в ремонте. Просто потому, что ни разу не проигрывал. Решайте.

[Junay]

Пристань

 

- Ну, большинство голосов за новый корабль, как я понял. - пожал плечами Дэйган. - А Тевинтерца нужно отправить вслед за командой. Проклятие может и рассеялось, но корабль, на котором команда сожрала саму себя, удачи нам не принесет. Ну и народ туда идти не хочет, как видите. 

[Kykuy]

Пристань

 

Баратас тихо усмехнулся, когда Архонт усердно сделал вид, что не услышал его вопроса. Ему это показалось забавным - он думал, что Радонис ответит хоть что-то, но тот вместо этого отмалчивался. Что это значило? Да что угодно, только вряд ли хорошее. Что же, сейчас он сделать больше ничего не мог, и лучше было сосредоточитсья на более важном - выборе корабля.

 

- А Тевинтерца нужно отправить вслед за командой. Проклятие может и рассеялось, но корабль, на котором команда сожрала саму себя, удачи нам не принесет. Ну и народ туда идти не хочет, как видите.

- Это просто суеверные страхи, - коссит вздохнул, покачав головой, - Ты говоришь как деревенщины, которые считают, что кроличья лапка может действительно принести удачу, - он фыркнул, - Заменить паруса и такелаж на нормальные, просмолить и вычистить борта, уложить балласт - и эта штука, - Баратас поглядел на "Тевинтерца" - Затопит хоть два "Гнева Империи", не поперхнувшись, если фрегат это то, о чём я думаю. К тому же, "Гнев" тоже не стоял в ремонте пять лет, и доверяться такому судну я бы тоже не стал.

[Ettra]

Пристань

 

- Заменить паруса и такелаж на нормальные, просмолить и вычистить борта, уложить балласт - и эта штука, - Баратас поглядел на "Тевинтерца" - Затопит хоть два "Гнева Империи", не поперхнувшись, если фрегат это то, о чём я думаю.

 

- Этот корабль боятся. Мы-то наемники, но бояться нас должны враги, а не наниматели. Ни кто не захочет иметь с нами дела, если мы возьмем этот корабль, - сказала Тавила, даже не смотря в сторону "Тевинтерца". И почему все так долго решают? Ей казалось, что выбор очевиден. Хотелось поскорее разобраться и пойти спать. Кажется она не ложилась уже несколько дней, даже не вспомнишь.

[Элесар]

Пристань

 

- А яб Тевинтерца взял. Прикиньте, как рогатые обосруться, когда его на горизонте увидят? - подал голос Эдерн, ни мало не волнуясь по поводу того, что двое из рогатых сейчас голосуют по поводу корабля. - К тому же, какая заказчикам нахрен разница? Мы что их, будем водить в гости? Что-то я не припомню массовые экскурсии на этот ваш краснопарусный кораблик

[Лакич]

Пристань

 

- Я бы взял все что угодно, если после этого мне выдадут денек отпуска и главное - покоя, - пробормотал Филипп, до которого начало доходить, что он, кажется, или что-то сломал или, в лучшем случае - вывихнул. Признаться, ощущения были просто кошмарными. Словно тебя положили в мешок и избили в несколько человек до полу смерти...

Впрочем, все так и было, только без мешка.

 

- Я туда, -  Регина указала в сторону Тевинтерца, не замечая трясущихся рук, - не пойду, никогда. Лучше убейте, пожалуйста! - целительница вдруг замотала головой и, кажется, готова была расплакаться на глазах у архонта, впрочем... Вряд ли даже сам архонт, после случившегося, не страдал бы адреналиновым шоком.

Кажется, она явно была не против "Гнева Империи"

[Kykuy]

Пристань

 

- Этот корабль боятся. Мы-то наемники, но бояться нас должны враги, а не наниматели. Ни кто не захочет иметь с нами дела, если мы возьмем этот корабль

- Когда мы сделаем то, о чём я сказал, то это будет уже другой корабль. Мать честная, можно ему даже имя сменить, если вы так трясётесь, - Баратас хмыкнул. - А если какой-то работодатель испугается несуществующих призраков - то он - беспросветный тупица, и выполнять задание этого тупицы нам нахрен не нужно. Мы убили демона, который подчинил себе "Тевинтерца" и теперь это самый обычный корабль на свете. - коссит с одобрением поглядел на Эдерна. Что же, хоть кто-то понял самое важное.

[Junay]

Пристань

 

- Когда мы сделаем то, о чём я сказал, то это будет уже другой корабль. Мать честная, можно ему даже имя сменить, если вы так трясётесь, - Баратас хмыкнул.

 

- Нам потребуются месяцы и огромные деньги, что бы привести его в божеский вид. - покачал головой Дэйган. - У нас их нет. Возможно, "Гнев Империи" и уступает этому монстру в боевых характеристиках, но сейчас выбора особого  нет. На этом плавучем гробу отправляться в плаванье - самоубийство. И ко всему, нам нужно расположение местных властей, а не их страх. Да нас даже в порт на этой посудине не пустят. 

[Perfect Stranger]

Пристань

 

- Кажется, мы теряем время, - вздохнул Квинт и вытер лоб. Из рассеченной брови все еще текла кровь. - Ладно. Похоже, большинство не желают ступать на борт проклятого корабля... даже с учетом того, что он больше не проклят. Благодарим за ваш щедрый дар, Ваше Превосходительство, уверен, команда "Гнева Империи" будет рада служить делу государства и отправиться на Сегерон в ближайшее время.

- Отлично, - кивнул Архонт, которого явно забавляли эти переговоры. А еще его плащ каким-то образом не промокал под дождем. Магия, что ли? - Я отправлю приказы сегодня же. Корабль будет ждать вас утром у третьей пристани. Это, - он дернул подбородком в сторону старого судна, - мы отведем подальше к рифам и... пусть покоятся с миром души тех, кто на нем служил и умер во имя родины. У вас есть немного времени, и я советовал бы вам воспользоваться им, чтобы передохнуть и привести в порядок свои дела. Утром вы отплываете на острова. И, капитан...

Марк устало поднял глаза. Он держался удивительно крепко после такого боя, и даже отсутствие сапога, порванная в нескольких местах куртка и потрепанный вид не лишали его определенного шарма. Старый вояка, подумала Шен. Человек, который хоть и не был самым приятным из всех, кого они встречали, но готовый отдать жизнь за свою команду и корабль. Он сражался с мертвецами этой ночью наравне со всеми и не сбежал, даже когда ситуация ухудшилась настолько, что и сама магесса не знала, выберутся ли они живыми из этой передряги. Даже Кая и того умудрились спасти. К слову, паренек не делал попытки сбежать - хотя такая возможность у него была. То ли стремление к свободе было окончательно отбито Маркусом, то ли он чувствовал свою вину за случившееся.

- Да?

- Удачи вам. Как только прибудете, вас встретит адмирал Тиберий, - закончил Радонис и вдруг нахмурился. Едва заметно, но магесса это уловила. Похоже, его отношения с адмиралом в последнее время не складывались. - Он даст вам сводку по положению наших войск на острове. Вы не служите Империи официально, но если хотите заработать себе положение и деньги, лучшего человека не найти. А теперь простите, но я должен распорядиться насчет того, чтобы здесь провели уборку. Утро на носу. А когда солнце снова начнет жарить, здесь будет чертовски вонять.

Развернувшись и снова перешагивая через разбросанные трупы, он направился к карете.

 

+ корабль "Гнев Империи"

Здоровье: 1500
Скорость: 12 узлов
10 тяжелых баллист
Команда (100 человек)

Дополнительных умений нет

 

+ 20 репутации

[Лакич]

Пристань

 

- Просто очередной тупоголовый ублюдок, решивший, что он лучше всех по праву рождения, - если не выкрикнул, то сказал достаточно громко, чтобы архонт его услышал, начал Филипп и, нацепив на побитое лицо невеселую улыбку. О да, вряд ли в его дворце кто-либо решался ему такое говорить, а вот когда ты полу-мертвый храмовник, со стальными, мать его, яйцами, раз выдержал такое, то можно себе пару острых замечаний - видимо это безразличие и наплевательское отношение к своим поданным сильно ударило по рыцарю, раз он осмелился на подобное. Храмовник вдруг фыркнув, посмотрев на Квинта, явно язвительно, и, прежде чем кто-либо что-то сказал, отключился.

И еще - Филипп ненавидел кошек.

- Филипп, - пробормотала ривейни, поддерживая старика, - нам нужно, там... перевязать раны, да... 

[Junay]

Пристань

 

- Удачи вам. Как только прибудете, вас встретит адмирал Тиберий, - закончил Радонис и вдруг нахмурился.

 

"Тиберий? Знакомое имя... Кажется, так звали того мага, что путешествовал с нами в Антиве? Он еще на хасиндке женился. Наверное, их Вороны прирезали..." - промелькнуло в голове у Дэйгана.

Мужчина посмотрел на занимающуюся зарю  и понял, что устал просто смертельно. Хотелось отправиться в таверну, вымыться, и просто отдохнуть. Эта ночь казалось, длилась бесконечно. Как та, другая, в Антиве...

[Spectre]

Пристань

Хорошо, что пока все злоключения поутихли. Можно и отдохнуть наконец-то, а то эта ночь для всех оказалась очень муторной и почти безнадежной. Лилиан не терпелось присесть наконец-то у огня, подумать о происходящем, ну и поесть горячего не помешало бы.

"Надо бы себя привести в порядок, а то выгляжу хуже хасинда..." - сказала себе Лилиан, глядя на порванную местами одежду, грязь на теле, а также взъерошенные волосы.

[Perfect Stranger]

Пристань - Трактир "Хвост акулы"

 

- Просто очередной тупоголовый ублюдок, решивший, что он лучше всех по праву рождения, - если не выкрикнул, то сказал достаточно громко, чтобы архонт его услышал, начал Филипп и, нацепив на побитое лицо невеселую улыбку.

 

Слова, похоже, достигли цели - Архонт на некоторое мгновение остановился, обернулся наполовину, так, что Шен видела лишь его профиль, да и то только нижнюю его часть. Снова та улыбка. Что-то в ней было такое, от чего косситке хотелось спрятаться. Такая улыбка появляется на лице безумного короля, когда перед ним расстилается море крови его подданных. От такой улыбки начинаются войны на истребление. Кем бы ни был этот человек, он знал свое дело и не просто так попал на место верховного правителя Тевинтера, страны, которая на весь Тедас славилась своей жестокостью.

"Зря он это сделал, - отстраненно подумала магесса, подходя к Римату и помогая ему встать. - Зря..."

До таверны они доплелись, когда заря уже начала разгораться. До утра оставалось часа три, не меньше, и вскоре в портовый район прибыли "чистильщики". Шен так их назвала. Люди в одинаковой темной одежде, в натянутых до колен сапог, они грузили трупы в телеги и сбрасывали в море чуть дальше от пристани, там, где о скалы бились волны, возвещая начало отлива. "Летучий тевинтерец" отбуксировали далеко, к рифам, и его дальнейшая судьба была наемникам неизвестна. Возможно, его действительно потопили там же, на кладбище кораблей, где на дне покоились десятки обломков и остовов, храня в себе молчаливые тайны прошлого. А может, кто-то забрал его. Но больше проклятого корабля не видели ли они, ни Квинт, ни его команда. Как и магистра Маркуса Селестия, исчезнувшего несколькими днями ранее. Кто-то поговаривал, что он умер, даже клялся, будто видел его мертвое тело. Кто-то пожимал плечами и высказывал мнение, что магистр сбежал, когда почти весь Магистериум принял решение о заключении его в тюрьму за "еретические и опасные для государства магические эксперименты". Но Шен чувствовала, что все это ложь. Обыденная и привычная, успокаивающая ложь.

[Элесар]

Пристань - > Минратос

 

- Тьфу, бабы... Всё вам лишь бы красиво и с рюшечками. За то, чтобы раз в жизни покататься на таком кораблике, половина Тедаса готова была бы отвалить целое состояние, а ещё половина из оставшейся половины - и душу бы заложила не задумываясь. Но нееет, у нас же будут кошмарчики из-за того, что раньше этой посудиной рулил демон и команда призраков, - вспылил гном, сплёвывая на землю. Мабари, увидевший своего хозяина в таком состоянии, предпочёл не гавкать и вообще прикинуться шерстистым камешком. - А, как угодно. Можете на новом корабле даже не алые, сразу розовые паруса ставить, чтобы все на Сегероне поняли, кто к ним плывёт. Драконы, млин. Наги облезные, а не драконы.

Вообще, большая часть тех, кому адресовалось "послание" Аракана, уже ушли, но это не мешало ему бушевать и идти... куда-то в город. Чёрт его знает, куда он намылился.

[Junay]

Трактир "Хвост акулы"

 

"Хорошо, что пацан спасся. В отличие от остальных... Судьба спасает Кая второй раз. Значит, ему не время отправляться в Тень". - подумал Дэйган, входя в таверну. После  тяжелой ночной битвы им завладело какое-то безразличное отупение и усталость. Он ничего не чувствовал: ни радость от победы, ни боль от потери "Победы" и команды, ни счастье от того, что они скоро отплывают на Сегерон.  А ведь должен был. Ведь он так мечтал о том дне, когда, наконец, покинет Тевинтер и отправится к любимому... Но теперь  он чувствовал одно - пустоту и усталость. 

 

Мужчина сразу же направился в купальню, где долго отмывался от крови и грязи. Переодевшись  в чистую одежду, он спустился вниз и сел за столик. 

Все как-то было не так. Не так, как он представлял, не так, как он планировал. Все его планы рассыпались пеплом. Рассыпется ли пеплом и его встреча с Габриэлем? Жив ли он? Или уже погиб в чужой войне?

[Ettra]

Пристань - Таверна

 

- Ну вот и разобрались, пошли спать, пока есть время, - сказала Тавила, поднимаясь с ящика. Она перевела взгляд на Римата легко хлопнула его по спине. - Идти сможешь?
Бледный, как мертвец парень кивнул и здоровой рукой вцепился в подошедшую Шен, помогая себе встать на ноги. Судя по его выражению лица, каждое движение причиняло ему боль, но он старался молчать. Только едва слышный хрип донесся до ушей Тавилы. 
Таверна встретила Тавилу по обыкновению уютной теплотой и атмосферой расслабленности. Оказавшись внутри, она наконец действительно поняла, как сильно устала, больше, чем за все годы службы в легионе. 
- Не будите меня, если случится что-то меньшее, чем новый Мор, - подавляя зевоту попросила Тавила у остальных наемников и медленно поднялась наверх, стараясь не упасть прямо на ступени.
 

- Посидим еще? - спросила Римат, почти падая на стул. Он зачесал назад прилипшие ко лбу волосы и попытался улыбнуться. Вышло болезненно. 

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Посидим еще? - спросила Римат, почти падая на стул. Он зачесал назад прилипшие ко лбу волосы и попытался улыбнуться. Вышло болезненно.

 

- Тебе бы отдохнуть надо. И показать Регине свою руку, - встревоженно произнесла Шен, оторвавшись от окна, откуда наблюдала за работой "чистильщиков". Что-то было не так, это она тоже чувствовала, как и Дэйган. Какое-то ощущение нарастающей тревоги, словно ночь еще не закончила свои сюрпризы. Что именно должно произойти, косситка не знала, но предпочитала держаться друзей, если это что-то все-таки нагрянет. - Тебе очень больно? - тихо спросила она, выдержав паузу в несколько минут и придвинувшись поближе. Ей тоже хотелось пойти наверх, отмыться от этой грязи, налипшей на одежду, кожу и душу. Смыть с себя чужую кровь. Но она останется, сколько бы воды и мыла Шен ни извела. Кровь на ее руках останется с ней до конца.

Это и есть судьба? Наверное. Но сейчас ей хотелось побыть с Римом. Они в последнее время почти совсем не проводили время друг с другом, и косситка чувствовала, что парень отдаляется от нее. С того самого вечера, когда он привел ее на свой пляж, все пошло кувырком.

[Spectre]

Таверна

Придя в таверну, Лилиан сразу же засела на место, где было ярче всего, чтобы наконец-то заняться своей одеждой, которая имела плачевный вид, а также слегка отдохнуть. Сев на место и облив себя остатками водой из кружки, которую кто-то из посетителей оставил когда убегал видимо.

"Проклятье...ах, чтоб вас, чертовы мертвецы, больно черт..." - говорила про себя Лилиан, возвращая своей куртке былой вид, штопая ее, иногда удачно, но по большей части она больше себе вреда нанесла, чем зашила порванные места на одежде.

- Слушайте, а эти "добровольцы по убиранию мусора на улицах" не зайдут случайно к нам? А то после того, что сэр Филипп сказал, я вначале подумала, что они и за ним придут, - сказала орлесианка, все еще пришивая вместе дырки на своей куртке и иногда вертя рукой, которая в очередной раз укололась об иголку.

[Junay]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Слушайте, а эти "добровольцы по убиранию мусора на улицах" не зайдут случайно к нам? А то после того, что сэр Филипп сказал, я вначале подумала, что они и за ним придут, - сказала орлесианка, все еще пришивая вместе дырки на своей куртке и иногда вертя рукой, которая в очередной раз укололась об иголку.

 

- Архонт видел, как мы под орех разделали команду "Тевинтерца" и здоровенного демона, способного сожрать город. Думаешь, он пошлет против нас своих жалких смертных ... кто они там? Чистильщиков? Это было бы крайне глупо. Но задерживаться здесь не стоит. Ты заметила, что он не ответил на вопрос Баратаса  о Селестии? Он знает, что мы знаем. А те, кто сунул нос в его с Селестием дела, не должны остаться в живых. Подлянку с его стороны, я бы не исключал. Но не такую грубую. Быть может, убийц?.. Или несчастный случай на Сегероне? Война все спишет, даже смерть героев Тевинтера... - не дождавшись перепуганного трактирщика, Дэйган сам налил себе кваса и взял холодную курицу. 

[Spectre]

Таверна

Подлянку с его стороны, я бы не исключал. Но не такую грубую. Быть может, убийц?.. Или несчастный случай на Сегероне? Война все спишет, даже смерть героев Тевинтера... - не дождавшись перепуганного трактирщика, Дэйган сам налил себе кваса и взял холодную курицу

- Проклятье, а помните как он улыбнулся, когда упомянул, что бывший капитан нашего нового корабля "покинул" свой пост? - наконец закончив штопать куртку, Лилиан начала перевязывать свою руку, - странно, он покинул только свой пост или вообще все? И вообще, надо бы исследовать тот корабль на предмет всяких штучек, так, на всякий случай.