World of Darkness: tHH «Потерянная невинность»

[Mad Ness]

 

 

 

Вступление. День Основания.

Глава I. Чужие среди своих.

Глава 2. Собирая осколки.

Глава 3. Беги или умри.

Эпилог. О том, что после.

 

 

 

 

Филипп Крамер

Мара Морель
Хауэлл Арчер

† Николас Моррисон †

Дженниффер Лем

Харальд Ларсен

Изменено 24 октября, 2016 пользователем Lawless

[Gonchar]

Толстозадому программисту достался тяжёлый взгляд сонной Паучихи. Им ещё предстоит одна милая беседа. Мара не была тем картинным гангстером-задирой из стереотипных представлений об обитателях грани с другого полюса закона. На самом деле там люди были самыми разнообразными...но вот расставить авторитеты и приоритеты в этой дружной компашке стоило. Если им предстоит работать дальше вместе. А в этом сомнений у девушки не было. Вера в благодетель других людей у неё умерла очень рано. Все, рано или поздно, требуют платы. И хорошо, если это будет быстро и понятно. А Паучиха привыкла платить по счетам. 

- Двинулись, - немного ворчливо заявила Мара, потирая веснушчатую щёку и завязывая смоляные волосы на макушке, - давайте, показывайте там свою форму. Надеюсь, вы её взяли не в первом попавшемся БДСМ-магазине. И если наш мистер-док не собрал гранат я могу дать вам одну...фосфорную, - совсем уж кисло буркнула Мара.

Изменено 23 сентября, 2016 пользователем Gonchar

[Mad Ness]

Департамент, 04:56

 

Неподалеку от департамента припарковался утративший былую чистоту автомобиль, из которого вышла девушка и двое мужчин в полицейской форме. Почему они не остановились на парковке около самого управления полиции оставалось загадкой, однако от цели их отделяли около ста метров мокрого асфальта, забрызганных капельками грязи бордюрчиков, ограждающих тротуар от взрыхленной земли, вокруг деревьев, выстроившихся небольшой аллейкой вдоль улицы. Следом за ними, на некотором расстоянии, спрыгнула еще одна служительница закона, которая, пожалуй, чувствовала себя в этой форме наиболее привычно из всех.

На площадке для курящих, возле столовой, стояли, ежась под куртками от промозглого ветра, как всегда гуляющего по городу ранним утром, двое дежурных, чья смена почти закончилась. Оставалось дождаться пяти утра, и можно будет, наконец, вернуться домой, поесть и завалиться в теплую кровать. Сигареты тлели в темноте, медленно истаивая и опадая пеплом, как и оставшееся время дежурства. Бесконечно долго, и в то же время неуловимо быстро. Все зависело только от личного восприятия.

В светлом холле, отлично видимом через стеклянные двери со стороны темной улицы, боролся со сном завязавший с курением напарник упомянутой уже парочки, глядя остекленевшими глазами в экран вещающего со стены телевизора. Женщина-администратор что-то беззвучно смеялась и несла в телефонную трубку какую-то чушь, тщетно пытаясь наладить свою личную жизнь, а этажом ниже, в довольно просторной для троих человек камере, Энди неожиданно встал, сбросив на пол постеленную на стулья куртку.

 

- Они рядом. - Сказал он, слегка растянув губы в улыбке и глядя куда-то наискосок и вверх, словно видя сквозь тощу бетона и земли тех, кто пришел сюда, чтобы подарить ему и сокамерникам долгожданную свободу.

[Фолси]

— Они рядом. — Сказал он, слегка растянув губы в улыбке и глядя куда-то наискосок и вверх, словно видя сквозь тощу бетона и земли тех, кто пришел сюда, чтобы подарить ему и сокамерникам долгожданную свободу.

 

Фил кивнул и, морщась, поднялся с пола. Тело неприятно ныло, но скоро эта боль пройдёт. Мужчина перехватил свою трость, чтобы не оставить её в камере во время побега.

— Мы должны им помочь, — тихо произнёс Крамер. — Энди, ты видишь отсюда охрану? Я мог бы попытаться их ненадолго…

Памятуя о возможных камерах, мужчина оборвал фразу и лишь красноречиво поскрёб ногтем свой висок.

[Фели]

- Они рядом.

 

— Ни секунды времени зря, а? — тихонько проворчал Харальд, подняв задумчивый взгляд на телепатов. Пожалуй, в этой ситуации он был самым бесполезным из своего окружения. Чувство довольно неприятное, можно сказать раздражающее.

Для того, чтобы захлопнуть рот ещё до того, как едкие слова вылетят из него наружу, было достаточно вспомнить избиение младенцев в гостинице.

[Mad Ness]

— Мы должны им помочь, — тихо произнёс Крамер. — Энди, ты видишь отсюда охрану? Я мог бы попытаться их ненадолго…

 

Энди обернулся к Крамеру.

- Нет, я не вижу их. Просто... знаю, что все на позициях и готовы начать. - Он вновь посмотрел куда-то в пустоту, прислушиваясь к чему-то, слышимому лишь для него и незаметному окружающим. - Прибереги силы, на тот случай, если что-то пойдет не так, как должно. Вам доводилось убивать людей? - На сей раз, мерцающие красноватым отраженным светом глаза посмотрели на Харальда. Вопрос был адресован обоим присутствующим.

[Фолси]

Вам доводилось убивать людей?

 

— Нет, — твёрдо и уверенно ответил Крамер. Мужчина никогда не наделял себя правом менять чьи-то судьбы либо забирать чьи-то жизни. Это было неправильно, это было страшно — толкать разумное существо в пучину абсолютного забвения. От мыслей, что его руки когда-нибудь окрасятся кровью, Фила начинала бить нервная дрожь. — И хотел бы этого избежать. Есть масса других способов постоять за себя.

«Именно поэтому ты в камере, а твоя подружка-ассасин гуляет на свободе», — язвительно откликнулось сознание.

[Фели]

-Вам доводилось убивать людей?

 

— Да, — глухо ответил Харальд, уставившись на свои ладони. 

Солгать было проще пареной репы, но что-то подсказывало, что для этого персонажа ложь была... чем-то вроде прозрачного стеклышка, через которое стыдливо пытаются спрятать нечто постыдное. Вроде и сокрыто, но при том совсем нет, зато выглядит низко и жалко донельзя.

[Gonchar]

Мара обвела пристальным взглядом главный вход и столовую, так ненавистную хакером за дерьмовый кофе. Шестерёнки в голове крутились лихорадочные шестерёнки в смазанных пазах, стремительно высчитывая позиции и переваривая линии и легенду зазубренной перед сном карты, соотнося безликие обозначения перекрытий, дверей и лестниц с реальной картинкой. Холодной, скрытой в полутьме и непритязательной. 

Сорить тут не хотелось. Ей хватало федералов, которые уже могут искать убийцу и по фальшивому паспорту, чёрт знает что случилось в верхах, если Крамера с Харальдом решили упечь свои же за решётку. Либо те натворили что-то глупое...либо узнали слишком много. Передёрнув плечами и поправив очки с полицейской фуражкой, девушка обернулась к своим спутникам, разминая пальцы и переводя взгляд с одного на другого. Прицепленные к паутине мушки, дёргающиеся на липких ниточках - они все. Послушные марионетки невидимых сил. Просто убийца привыкла к такому ходу вещей, а остальные, видимо, не заморачивались. Что было странным.

- План такой, - начала сухим тоном Морель, рафинируя речь от любых лишних слов, чтобы избежать кривотолков, - мы сейчас попытаемся открыть окно, забираемся туда, я вскрываю дверь во двор и иду делать диверсию. Будьте готовы к воплям и прочей чепухе, - не удержавшись, девушка немного криво ухмыльнулась, - но не отвлекайтесь от цели. 

Закончив короткую речь (мастером мотивации Паучиха всё же не была) девушка направилась к обозначенном окну столовой, стараясь издавать как можно меньше шума. Как можно меньше шума для Мары выглядело как настолько бесшумные шаги, что у посторонних наблюдателей могли появиться сомнения в материальной природе этого женского силуэта в полицейской форме. 

 

Внезапно, но не только один адвокат в их тесном и дружном коллективе обладал выходящими за рамки нормального способностями. Джен, эта детективша с отёками на лице, просто шевельнула рукой и окно само открылось, провернувшись во всех пазах. Ноздри Мары дёрнулись в изумлении, пока убийца рефлекторно втягивала воздух, как будто стараясь ощутить какой-то след. Но ничего не нашло.

- Вампиры, телепаты, бабы, двигающие предметы силой мысли, - проворчала себе под нос она, перед тем как оттолкнуться от земли и ловко запрыгнуть вовнутрь, огибая подоконник на одном заряде инерции от единственного толчка с разбегом. 

Отряхнувшись, убийца посмотрела за спину на остальных и двинулась быстрым шагом к двери во двор. Широкие железные ворота с коробкой мигающей сверху сигнализации. Краем глаза Мара усмотрела камеру под потолком и слегка неуверенно внутри помахала ей рукой. Но сомнения оказались лишними. Макс справился со своей задачей и огонёк сигнализации погас. Нащупав нужную отмычку, девушкка стала ковыряться с хитровжаренным замком. Но очень скоро раздались щелчки и скрежет, которые обозначали, что проход открыт.

- Двигайте туда, если что - не ждите, - бросила убийца и, воздержавшись от любых других проявлений эмоций и панибратства, заскользила стремительной тенью в сторону окна и вниз. Зелёный газон спружинил под ногами и, не медля ни секунды, не прекращая движени, Мара распрямилась и метнула в сторону главного хода гранату. Вынужденные жертвы - неотъемлемая часть её работы. 

Взрыв!

Уши заложило от оглушительного хлопка, но ещё больше обожгло сетчатку внезапно вспыхнувшее белое солнце там, где раньше был главный вход...

[Leo-ranger]

Николас был крайне молчалив и мрачен. Он понимал, что Мара вряд ли задумала что-то человечное и был уверен, что в плане девушки присутствовали сопутствующие человеческие эертвы. Но Фил и Харальд были их соратниками и не рах помогали в трудных ситуациях - тот же Харальд впихнул Нику в руки великолепный нож и убежал, пригрозив, что заставит Николаса заплатить. И все же, сердце Ника разрывалось от одной мысли о том, что эта девушка была готова сделать ради достижения своей цели.
Однако и в этот раз приходилось смириться и следовать плану девушки, ибо он сам ничего лучше придумать не смог. А потому Нику только и оставалось, что пролезть в столовую и встать у нужной двери, стараясб игнорировать вскоре начавший поступать из-за двери запах гари и волком воющих интуицию и совесть.

[Кайра]

 

Чтобы  снять  нервное напряжение,  Джен  прибегла  к  цветастым таблеточкам, который  раскрасили  весь мир   ярко- розовый   цвет.  Да меня сейчас  вытошнит  наверное радугой   и открыла то злополучное окно, но времени не было, чтобы  открывать его более  традиционным способом.  Плакала  моя маскировка, надеюсь  Ник   сейчас не заорет сжечь  ведьму. Девушка после Мары  залезла в окно, пока  та копалась отмычкой,  да я сделаю это быстрее подумала  Джен и откуда у нее такие криминальные наклонности, но  дверь достаточность  быстро  открылась.  Теперь нужно было спрятаться  в  столовой  и надеться, что  Ник своими  молитвами  выпросит им немного удачи, если конечно его бог   существует.

 

Только не гора трупов  подумала она когда услышала  хлопок, пусть полицейские и были продажными сволочами, но все же смерти они не заслуживали.

[Mad Ness]

— Да, — глухо ответил Харальд, уставившись на свои ладони.

 

Тишина тянулась, казалось, целую вечность. Но на деле прошло не более пятнадцати минут, за которые, однако, многое в городе успело измениться и, отнюдь, не в лучшую сторону. На банковские сети обрушился вал атак, перегружая их, ломая защиты и системы безопасности одну за другой. Один за другим в департаменте срабатывали тревожные вызовы к точкам мнимых налетов, вторжений и ограблений. Все патрульные стягивались в указанные места, чтобы увидеть отсутствие чего-бы то ни было подозрительного, но и этого было достаточно, чтобы поставить всю полицию в режим чрезвычайной ситуации. Всех свободных полицейских выдергивали из жилищ срочными вызовами, призывая срочно явиться в управление, для формирования новых и новых патрульных групп.

 

В дальней части коридора шаги послышались почти в тот же миг, когда над головами задержанных пронесся, истерично мечась под сводами коридора, сигнал тревоги. Датчики дыма замерцали красным, тут же высвобождая тугие потоки воды, в попытке предупредить распространение пламени на этот уровень здания. Пригибаясь от устроенного против воли природы дождя, четверо конвоиров подбежали к камере и отперли ее. Выводя заключенных по одному, они нацепили на каждого наручники, позволив, однако, адвокату застегнуть браслеты спереди, чтобы он мог хоть как-то опираться на подставленный локоть.

- Быстро-быстро-быстро! - Кричал один из полицейских, придерживая открытой дверь на лестницу, ведущую к верхним этажам, пока его товарищи и их подопечные, оскальзывась на мокром покрытии пола, спешили к выходу.

 

Впрочем, если внизу творился простой беспорядок, то наверху вовсю бушевал форменный хаос. Яростное пламя от разорвавшейся фосфорной гранаты стремительно пожирало само пространство, уже успев разъесть  потолок холла, опадающий вниз огненным дождем горящего пластика. Едкий дым, стелющийся поверху и падающий вниз черными хлопьями гари, разъедал глаза и легкие, а вой тревоги и гул пожара глушили все звуки, но даже через них Крамеру удалось различить женскую фигурку, сжавшуюся в окружении пламени и кричащую на одной пронзительной ноте.

[Фолси]

Едкий дым, стелющийся поверху и падающий вниз черными хлопьями гари, разъедал глаза и легкие, а вой тревоги и гул пожара глушили все звуки, но даже через них Крамеру удалось различить женскую фигурку, сжавшуюся в окружении пламени и кричащую на одной пронзительной ноте.

 

Фил дёрнулся, словно от удара. Смерть — мерзкая вещь, а уж смерти в огне не заслужил никто.

— Стойте! Помогите ей! — прокричал юрист, извиваясь в цепко сжимающих его локти объятиях полицейских. Но, похоже, тех сейчас в первую очередь интересовало спасение собственных шкур. По чистой и удачной случайности позорное бегство из участка можно было списать на «добросовестное выполнение приказа о выводе заключённых».

Крамер скрипнул зубами. Как бы не так.

«Помоги ей. Ну же, мужик ты или кто? Ты должен ей помочь!» — целый вал беспокойных мыслей обрушился на разум одного из конвоиров, закручивая внутренности спазмом жгучего стыда.

— Парни, выводите их! Я к Линде, — решительно крикнул полицейский и бесстрашно (а может и безрассудно) бросился на помощь к окружённой огненным кольцом девушке.

— Джек, погоди! Тут должен быть огнетушитель, — ещё один конвоир побежал следом за товарищем. Фил дёрнул головой, стряхивая со лба мокрые завитки волос, и случайно столкнулся взглядом с Энди. Хватило одного удара сердца, чтобы телепаты поняли друг друга без слов. Оба пытались избежать ненужных жертв, напомнив паре полицейских об их долге перед жителями города, одна из которых прямо сейчас отчаянно нуждалась в немедленном спасении.

Оставшиеся конвоиры не успели отреагировать на то, что их ряды внезапно поредели, и продолжали толкать троицу к аварийному выходу во двор.

[Лакич]

- Стоять! 

Доктор, который, ни несмотря на наркотические вещества в организме, не на запах гари, кажется, все это время держался неплохо - хоть и часто поглядывал по сторонам как-то излишне параноидально... Если "параноидально" вообще допустимо к той ситуации, в которой они оказались.

Тем временем двое вошедших полицейских, сопровождающие троих заключенных, начали что-то нести про пожал (о, как будто он этого не заметил! И оставшихся в здании сотрудников) - Арчер их не слушал, пытаясь унять их своими словами:

- КСРБ, нам приказано увести свидетелей в безопасное место, если случится нечто непредвиденное, - однако, кажется, они ему не поверили, - пожалуйста, не мешайте нам выполнять нашу работу.

Доктор как-то на автоматизме сунул руку в карман, сжимая рукоять пистолета.

 

[Фолси]

— КСРБ, нам приказано увести свидетелей в безопасное место, если случится нечто непредвиденное, — однако, кажется, они ему не поверили, — пожалуйста, не мешайте нам выполнять нашу работу.
Доктор как-то на автоматизме сунул руку в карман, сжимая рукоять пистолета.

 

— Господи, да заберите нас уже отсюда! Мы же все сгорим! — Фил было рванулся в сторону Арчера, подыгрывая доку, но стальная хватка конвоиров не ослабла. Оно и неудивительно — пылающее управление щедро питало паранойю.

— Нам приказано довести этих до грузовика. Идёмте, чем скорее их погрузим, тем скорее свалим из этого ада, — один из провожатых в форме кивнул Арчеру на дверь, которая вела на прогулочную площадку. Не требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы понять: подельники приготовили свой план отступления. И полицейский грузовик в нём явно не фигурировал.

Фил сосредоточился, пытаясь вызвать у обоих полицейских судороги ног, но реализовать свой полный псионический потенциал в таких, прямо скажем, адреналиновых условиях не смог. Зато Арчер показал, что умеет жёстко и решительно щёлкать сложные задачи.

Говорливый конвоир, который удерживал Фила под локоть, отвернулся… И в этот миг раздался выстрел. Док вытащил пистолет и выстрелил в затылок полицейскому. В упор. Фил завопил, когда его лицо и плечи обдала горячая волна парящей крови. За первым выстрелом последовал новый — и ещё одним свидетелем в форме стало меньше.

От резкой попытки отстраниться Крамер поскользнулся на мокром полу и упал на гладкий кафель, с ужасом в расширенных зрачках глядя на спокойного профессионала своего дела, сжимающего в руке чадящий дымом пистолет.

[Leo-ranger]

Ник хотел пойти на помощь тем, кто остался внутри. Правда хотел. Но сначала нужно было прикрыть своих. Сделать это было просто - несколько ударов дубинкой легко решили бы это дело относительно безопасно для полицейских. Однако прежде, чем Николас успел что-либо сделать разадлось два выстрела - и два трупа упали на землю.
Николас поднял горящий взор на Арчера, чувствуя, как в груди обжигающей волной поднимается гнев. В особняке Ленбо ннев привел к смерти человека, о грехах которого он не знал. Здесь же убийство было совершено у Николаса на глазах. Отвратительное, трусливое убийство, ха которое доктор должен был получить кару.
Отпихнув от пытающую остановить его Джен, Ник шагнул к Хауэллу, попытавшемуся ударить и легко уклонился, после чего ужарил в ответ. Попал. Док пошатнулся, но устоял на ногах, сморщившись от боли. Этого было недостаточно. Удар - ничтожное наказание за столь страшный грех. И если доктор не собирается сдаваться и не признает свою вину - что же, придется вершить правосудие своей рукой еще раз.
Очередной удар доктора пролетает мимо, Джен снова пытается остановить взявшего на себя роль карающей длани Господа, но он снова освобождается, вкалывает адреналин и бьет. Мимо. Грешник движется с почти нечеловеческой скоростью, но это его не спасят. Справедливое наказание неизбежно. Хауэлл Арчер заслужил право предстать перед Страшным Судом раньше времени и Николас собирался ему это устроить.
Грешник осыпает его ударами, но каждый из них встречает пустоту. Наказание неизбежно, как бы долго он не пытался оттянуть его, как бы ни старался обезвредить того, кто пришел наказывать за грехи. Попытка выстрела не спасла его - пуля не попала, срикошетив от пола куда-то в потолок. Джен почти что удается поставить подножку - однако Ник ловко восстанавливает баланс и продолжает методично осыпать Арчера ударами и кклоняться от ответных. Неизвестно, что больше придавало ему сил - праведный гнев, пламенем обжигающий грудь изнутри или адреналин, заставляющий кровь бежат по сосудам быстрее, а время идти медленее.
Следующая атака достигает цели. Грешник пытается отшатнуться, но не успевает. Противник оказывается повержен.
Рука невольно тянется к кинжалу, спрятанному в куртке, гнев уже полностью охватил его и желание отправить убийцу на тот свет, заставить его ответить за содеянное перед самим Господом все растет. Ладонь нащупывает холодную рукоять кинжала, сталь ловит отсветы пламени. Один шаг, одно движение - и справедливая кара будет завершена. Господь будет рад тому, что на Земле станет одним подонком меньше.
Но какая-то другая его часть мягко, но настойчиво напоминает о том, что так нельзя, что каждый заслуживает шанс прощения, что из-за потери контроля он упустил шанс сохранить кому-то жизнь, и отнимать еще одну - взять на душу страшный грех. Напоминает о том, что случилось в особняке. Эта часть Ника наполнен теплом и лаской, более сильными, чем весь его гнев вместе взятый. Проклятие нельзя побороть тем, чем оно питается - его яростью Он должен быть выше тех, с кем борется. Николас не имел права отнимать чужую жизнь, как бы обладатель этой жизни не заслуживал подобного. Лишь Господь, наградивший нас этим даром, имел право его отнять, но никак не одно из его творений. Он должен уметь быть милосердным. Уметь прощать.
Искаженное гневом лицо Николаса разгладилось, взгляж, устремленный на Арчера был наполнен не гневом, но некоей жалостью. Лишь человек, который не понимал, что делает нечто ужасное, был способен на подобные безжалостные убийства. И по какой бы причине подобное ни случилось с этим человеком - он заслужил жалость к своей пропащец душе. Жалость - и шанс на искупление.
- Давайте уходить отсюда, - несколько похожих на вечность мгновений спустя сказал Николас, не без труда поднимая пребывающего вне сознания доктора и закидывая его на плечо. - Мы и так задержались тут дольше, чем нужно.

[Фолси]

— Давайте уходить отсюда, — несколько похожих на вечность мгновений спустя сказал Николас, не без труда поднимая пребывающего вне сознания доктора и закидывая его на плечо. — Мы и так задержались тут дольше, чем нужно.

 

— Какого…. хрена… вы все творите?! — от истеричных ноток голос Фила едва не сорвался на фальцет. В какое первобытное время он попал? С каких пор все разногласия решаются выстрелом в затылок или смачным ударом биты? Не в таком мире юрист вырос и не такого общества хотел быть частью.

Больше всего сейчас Крамеру хотелось замереть на мокром холодном полу и молиться о том, чтобы события прошедших после праздника дней оказались только дурным сном.

Но даже в самой критичной ситуации Фил оставался реалистом. И сейчас перед ним лежал только один путь — к спасению. Настолько тернистый и тёмный, что потребовалась вся воля для одного единственного шага. Шага, который отделил вчера от завтра. Который пришлось сделать, перешагнув через трупы хладнокровно убитых конвоиров.

Шатаясь, Фил поднялся с пола и безвольной куклой поплёлся за «спасителями».

[Кайра]

Джен  сразу среагировала защитить  тех слабее, так всегда учили  ее поступать.  Ты не можешь быть хорошим полицейским если  не  пытаешься защитить гражданских    В  ее случае  все было просто на твоих  наставлен  пистолет, значит надо стрелять на поражение, но доктор   был быстрее, а ее пуля  не достигла  цели.

 

Дальше все уже пошло совсем не по плану.  Ник набросился на Ачера.  - Что  ты делаешь  остановись, но  сейчас Ник действовал,как автомат  подчиняясь  своей странной  логике. Джен пыталась  его задержать, но раз за разом   у нее не получалось, даже подставленная подножка  не остановила фанатика.  - Ник, я не хочу в тебя стрелять, неужели,  пистолет  дрожит  в руках., но в последний момент  фанатик  все же останавливается, а из  детектива падает  оружие.

 

Джен  с ужасом смотрит на  Ника, прежде. чем осесть на пол.

[Mad Ness]

Сеть, утро.

 

Покинуть здание и добраться до фургона удалось без особых проблем. Кингслэй уже весь издергался, дожидаясь возвращения отряда спасателей. Он хотел одним из первых увидеть новую серию Последних Времен, и , как полагается истинному фанату, считал минуты до выхода сериала в эфир. Когда потрепанная группа завалилась в фургон, он не стал интересоваться, как все прошло. Если вернулось больше, чем было - значит дело дрянь. В Сети снова станет тесно, как некогда раньше.

Почтовый фургон тронулся с места и покатил по медленно светлеющим улочкам, с каждым мгновением унося своих пассажиров все дальше от эпицентра событий, и приближая их к убежищу подполья, а также к долгожданному отдыху: еде, сну и покою. Ехали молча. Никто ни у кого ничего не спрашивал. Все было очень сложно, но при этом понятно без лишних слов.

Энди сидел, привалившись спиной к холодной вибрирующей стенке кузова, глядя на едва различимый в полумраке потолок гофрированной жести. Он в очередной раз не сдержался, вмешавшись в ход событий. Пускай его действия и не повлияли на исход ситуации, он не должен был этого совершать. Не должен был даже пытаться остановить парня по имени Ник от убийства Арчера. Странные мысли, правда? Нет... Его долг защищать людей от угроз извне, от тварей, что таятся во тьме ночной, поджидая своих слабых жертв, но защищать людей от них же самих - это не в его праве. Не в его праве лишать человека свободы воли и выбора. Каждый должен принимать свои решения и последствия их, иначе человечество обречено на застой и медленное вымирание.

За такими невеселыми мыслями, он даже не заметил, как Кингслэй остановил фургон около одного из входов в Сеть. Дверцы кузова открылись, впуская внутрь прохладный и сырой воздух раннего утра. Вот он и вернулся в свое убежище, свой единственный дом, и вернулся уже не один. Что же ждет дальше? Время покажет.

[Фели]

Довольно помятый и ошеломленный до глубины души Харальд всю дорогу провел в тяжелом, угнетающем молчании; взгляд серых глаз то и дело прыгал то на почти бездыханное тело доктора Арчера, то на угрюмо косящегося на того Николаса, то на облитого кровью с макушки до пят и всё ещё немного потрясенного Филиппа. Сказать, что произошедшее его немного ошеломило - не сказать ничего. Когда молчаливый Николас, необычно ловко взломав наручники Филиппа, без каких-либо усилий вскрыл и его кандалы, кузнец с хрипотцой произнес:

— Ну... похоже, с тобой мы сочлись, берсерк, — кривовато усмехнулся Ларсен, медленно и словно неуверенно кивая Николасу. — За кортик-то.

Странно, что в этой ситуации он вспомнил именно об этом - по крайней мере для тех, кто не был таким же кузнецом. Наверное, это был его способ принятия изменений в жизни - цепляться за привычное, как утопающий за соломинку. Оглядевшись по сторонам и увидев много знакомых лиц мужчина слегка вопросительно приподнял бровь. — А Мара?..

Изменено 24 сентября, 2016 пользователем Фели

[Фолси]

За такими невеселыми мыслями, он даже не заметил, как Кингслэй остановил фургон около одного из входов в Сеть. Дверцы кузова открылись, впуская внутрь прохладный и сырой воздух раннего утра. Вот он и вернулся в свое убежище, свой единственный дом, и вернулся уже не один. Что же ждет дальше? Время покажет.

 

Потирая освобождённые от наручников запястья (скорее для того, чтобы занять трясущиеся руки, чем по необходимости) Фил потерянно бродил по тесному комплексу, уставленному серверами и заваленному горами мусора.

Вид сейчас юрист имел не самый дружелюбный:

Спойлер

— Можно здесь отмыться? — глухо спросил Крамер у толстяка, который и привёз спасённых на базу. Тот нетерпеливо махнул рукой куда-то в сторону и шустро для своих габаритов ретировался: то ли общество залитого кровью мужика с безумным взглядом его пугало, то ли с поистине земным притяжение манил поставленный на паузу эпизод любимого сериала. Филу было всё равно, поскольку понимания или разговоров он сейчас искал меньше всего.

Лишь бы отмыть всю эту холодную, липкую пакость, что словно паутина стягивала кожу.

Долго искать душевую не пришлось — всё же убежище ребят не претендовало на роскошь и уют. С омерзением скинув в угол безвозвратно испорченные куртку и рубашку, Фил разделся и полез под душ. Зелёные глаза устало прикрылись, лоб и кулак правой руки упёрлись в стену. Давящая, тупая боль в голове — именно то, что сейчас нужно, чтобы дурные мысли не складывались в неудобные вопросы. Что с ним дальше будет? Как он оправдается теперь? Какое будущее ждёт его в этой компании головорезов?

Крамер отчаянно застонал сквозь сжатые зубы и несколько раз приложился лбом о кафель. Прочь, мысли! Прочь, вопросы! Пусть остаются только боль и блаженное тепло. Те чувства, что делают живым.

«Олли, как ты мне сейчас нужен», — пульсировало в висках лихорадочное наваждение.

 

Смыв с себя кровь и частички мозгового вещества несчастного копа, Фил натянул джинсы и футболку — к счастью, если брызги крови и попали на эти элементы одежды, то были пока не очень заметны. Взъерошив мокрые волосы, юрист по-собачьи встряхнулся и вернулся в убежище, где без сил развалился на шезлонге. Мужчина не думал о том, что занял чьё-то место. Если это так, то пусть подойдут и попросят его свалить.

[Mad Ness]

20.08.16, 20:34.

 

С памятного утра, захлестнувшего весь Сент-Джонс бурей хаоса, достигшей своего апогея в департаменте полиции и обернувшейся почти двумя десятками жертв, прошло пять дней. Каждый из этих дней был похож на предыдущий, как две капли воды - они начинались с новостей о поисках бежавших преступников, которые, согласно данным следствия, являлись и устроителями теракта в День Основания, далее сообщали о состоянии пострадавших при налете на департамент полиции, о восстановлении данных, уничтоженных сетевой атакой, в которой также обвиняли группу под руководством Филиппа Крамера. И люди верили в это, боялись, и верили во все, что вещали им с экранов.

В Сент-Джонсе ввели комендантский час, и теперь остатки ночной жизни сохранились разве что в "нижних" районах города, однако при приближении патруля все шайки тут же распадались на отдельные тени, спешащие укрыться в лабиринтах проулков, забиваясь в темные щели и укромные углы, куда ни один полицейский не свернет в здравом уме.

Впрочем, кое-кто счел такое смутное время вполне подходящим для того, чтобы нажиться на чужих невзгодах. Все чаще стали появляться на улицах мутные типы, предлагающие различный товар, от краденых вещей, до оружия и запрещенных препаратов. Каждая дрянь выползла из своего отнорка, стараясь урвать кусок побольше и проложить себе дорожку к месту под солнцем, пускай и по костям окружающих.

 

В Сети также царила довольно гнетущая атмосфера. Энди, глубоко погруженный в собственные мысли, точно человек, утопающий в болоте и не пытающийся спастись, не замечал ничего вокруг. В его пустой комнатке парили карандаши, маленькие клочки бумаги и кусочки магнитов, составляя какую-то сложную мозаику на металлической доске.

Файвайз не появлялся уже четыре дня, с момента введения комендантского часа. Он не мог оставить жену и детей одних в такое время. Не мог позволить себе находиться в своей старой компании, чтобы не подставить под удар будущее своих близких. Когда Трупер спросила у Энди, про Файва, тот ответил лишь одним словом - "выбыл".

Сама же Трупер не находила себе места, раздираемая противоречиями. Макс до сих пор не вернулся, и она металась, то пылая яростным порывом отыскать пропавшего друга, то проваливаясь в бездну апатии, с одной лишь мыслью о том, что Мэй-Би больше нет.

Единственным, кто, кажется, практически не испытывал дискомфорта, был Кингслэй. Но на деле даже его глубоко затронуло случившееся. В конце-концов, теперь, когда в Сеть набилась такая толпа народу, он утратил свою монополию на жилые помещения подземки, и оттого проводил почти все время у дальнем углу серверной, подальше от признаков присутствия иных форм жизни, кроме него самого.

 

Пару дней назад Мара пришла в себя, обнаружив что оказалась в смутно знакомой обстановке. Все те же трубки и провода, приковывающие ее тело к аппаратам контроля жизненных функций, все тот же белый кафель на полу, стерильный запах постельного белья... Разница была лишь в том, что сверху на нее уставилось черное бездонное око видеокамеры, а за окном радовал взгляд удивительный пейзаж из сваренных металлических прутьев решетки. Думать о том, что будет дальше не хотелось. Да и не получилось бы, ведь из размышлений девушку вырвал звук открывающейся двери.

- Добрый вечер, мисс Моро. - Безымянный сунул в карман платок и улыбнулся Маре, проходя внутрь палаты. - Как вы себя чувствуете?

[Gonchar]

- Довольно паршиво, - разлепила пересохшие губы девушка, ощущая железистый привкус во рту, смешанный с какой-то отвратительной горечью на фоне ужасной сухости, взгляд серых глаз, однако, всё был таким же пронзительным, даже на ставшим ещё более бледным от кровопотери лице, отчего веснушки на нём выделялись ещё сильней, - Как всё закрутилось, верно?

Мара попыталась изобразить подобие усмешки, однако лишь как-то вяло скривилась, ощущая по всему телу дурманящую слабость, а в простреленной четыреждеклятом копе ноге чувство сравнимое с изодранной мочалкой. Если у изодранных мочалок есть чувства. Убийца не пытала иллюзий касательно своего положения. Один раз её вытащили, но во второй раз везение было бы слишком большим. Она попалась, спустя столько лет она всё же попалась...она кляла себя в мыслях, со злости сжимая челюсти, однако не находя где-то в глубине себя сил на злость. Только тупая обречённость при взгляде на бледную рожу тюремщика. Но чёрта с два она сдасться просто так. Даст превратить себя в шавку на заклание во славу общественной паранойи. Лучше умереть от пули во лбу.

Изменено 24 сентября, 2016 пользователем Gonchar

[Mad Ness]

- Как всё закрутилось, верно?

 

Бледнолицый качнул головой, чуть прикрыв глаза. Весь вид его был исполнен вальяжного холеного самодовольства, по которому легко было понять, что человек вновь занят любимым делом - играет с жертвой, точно сытый кот.

- Верно, мисс Моро. - Его антрацитово-черные глаза смотрели на Мара не мигая, так, что она могла разглядеть в них свое отражение. Отражение девушки, рухнувшей в темный провал бездны и бесконечно падающей вниз, без возможности остановить этот прекрасный, но гибельный полет. - Как верно и то, что мне нужен новый агент... Видите ли, моя помощница должна была проникнуть в особняк господина Ленбо, чтобы добыть определенные сведения. Ей это не удалось, зато... - Мужчина чуть изогнул уголок губ, и на сей раз это не походило на приветливую улыбочку, - Зато удалось вам, и теперь, я надеюсь, вы готовы передать их мне. Это избавит вас от множества проблем, уверяю... Вы согласны? - Что-то всколыхнулось в бездне, поднялось вверх, накатывая из недр мощным валом и останавливая затяжное падение хрупкой фигурки, уже готовой было разбиться. Возник лишь один вопрос - какой ценой?

Изменено 24 сентября, 2016 пользователем Lawless

[Фели]

Сеть

 

Харальд сидел в темном уголке, мрачно уставившись на дрожавший в большущей ладони сотовый телефон. Старенькая моторолла, явно видавшая лучшие деньки, вибрировала не переставая, словно корчась в предсмертных судорогах - фирма, выпустившая этот аппарат, уже давно прекратила своё существование и теперь даже запчасти для старых аппаратов найти было практически невозможно - всё равно что выбросить на костях несколько шестерок подряд.

Несколько дней назад в его голове начали раздаваться тихие, но настойчивые щелчки. Словно крошечные насекомые залезли в его уши и принимались отчаянно скрестись время от времени, не в силах отыскать выход из темного и тесного места. Поначалу, на фоне всеобщего настроения и угнетающей атмосферы, на это можно было смотреть сквозь пальцы, но с каждым пройденным часом поскребывания становились всё настойчивее.

Вот уж не думал он, что когда-нибудь на него объявят охоту. Что странно, это не казалось ему таким уж страшным или непривычным делом; вместо страха было он чувствовал лишь раздражение и скрип трущихся друг об друга полушарий мозга, с настойчивостью барана используемые кузнецом в размышлениях о том, куда же подевалась Мара. Вызволившие их с Филиппом товарищи сказали, что она тоже участвовала в освободительной миссии. По новостям не рассказывали о том, что в ходе так называемого "теракта" был задержан кто-либо из нападавших; новость была неоднозначной. Девушка с равной вероятностью могла со свойственным ей изяществом ускользнуть из самого пекла, так и погибнуть в огне, загнанная в ловушку.

Яростно дрожащий телефон с монохромным экраном, на котором крошечными точками были сложены буквы "Р", "Ы", "Ж", "И" и "Й", мрачного настроения Харальда не улучшал. Если после встречи с "Андервейлом" их просто схватили за глотку, то сейчас к этой самой глотке примерялся топор палача.

Изменено 24 сентября, 2016 пользователем Фели

[Gonchar]

- Я похожа на ту, кто может отказаться? - всё же сложила Мара губы в кислую ответную ухмылку, ощущая своё падение не меньше, чем самодовольный кот перед ней с лоснящейся от сметаны бледной рожей, - История повторяется... - убийца причмокнула пересохшими губами, ощущая пустыню в собственном рту, а потом взгляд серых глаз наполнился неподходящим положению острым ехидством, - и кем был ваш агент? Блондинка? 

Однако в глубине злобствующих глаз мелькнул сковывающий душу холодок. На мгновение ей стало дурно при взгляде на бледную, закутанную в чёрное фигуру безымянного. Что там было под губами? Простые человеческие зубы или острые дюймовые клыки? Девушка подавила рефлекторное желание сглотнуть подпрыгнувший под горло комок.