Дурная кровь - игра

[SnowK]

- Хватит таращиться, красавчик, лучше налей даме вина, получше, да подороже, раз уж земляк угощает.

Лоренцо кивнул и извлёк из-под барной стойки "тяжёлую артиллерию" - лучшее вино, какое только вообще можно было сыскать в Сиродиле. И, быть может, во всём Тамриэле.

- Ах, наконец-то, все в сборе! - обрадовался Драм появлению девушки - и непонятно, чему именно - тому, что девушка появилась, или тому, что появившаяся оказалась девушкой. - А то я уж начал волноваться, что Вы... Можно же сразу на ты, да? - данмер поднял конверт. - Что ты проигнорировала моё приглашение и нам предстоит упрашивать тебя идти с нами всей компанией... Да, определённо, "Четыре поклонника Бениты" с нами и рядом не стояли - даже при том, что поклонник был всего один.

- Думаю, господин Энке прав. - сообщил Лоренцо. - Предлагаю вам ещё раз выпить - за знакомство и за успех, а затем отойти ко сну, иначе завтра успех вы будете иметь разве что среди тех, кто попал в Совнгард.

Последнее явно было камнем в огород Борка, который, не в пример своему сородичу, продолжал уничтожать стратегический запас алкоголя, даже не думая останавливаться.

[Selena]

— Добро пожаловать в наше только-что-организованное-сообщество, — дружелюбно улыбнулся полуэльф, протянув девушке руку – ибо независимо от того, к какому социальному слою принадлежит леди, джентльменский этикет никто ещё не отменял, — мне жаль, что вас встречают здесь... таким образом, — уныло покачал головой Энке, — но иногда во имя веселья приходится идти на компромисс с обстоятельствами.

 

Однако, поди ж ты, и в столь диком обществе тоже слышали о хороших манерах. Инэра чуть слышно хмыкнула, приподняв изящную бровь, но ладонь все же протянула. Правда, в последний момент меж пальцев бегло скользнула синеватая молния, несильно тряхнув мужскую ладонь при касании. Этакое приветствие и предостережение одновременно. Пересечение границ чревато, о да.

 

- Ах, наконец-то, все в сборе! - обрадовался Драм появлению девушки - и непонятно, чему именно - тому, что девушка появилась, или тому, что появившаяся оказалась девушкой. - А то я уж начал волноваться, что Вы... Можно же сразу на ты, да? - данмер поднял конверт. - Что ты проигнорировала моё приглашение и нам предстоит упрашивать тебя идти с нами всей компанией... Да, определённо, "Четыре поклонника Бениты" с нами и рядом не стояли - даже при том, что поклонник был всего один.

 

Значит, адресом они не ошиблись, приглашение действительно было для нее. Или же Драм умел быстро ориентироваться в ситуации.

Приняв бокал, девушка звонко рассмеялась, лишь представив сию пеструю компанию под окнами ее прежней гостиницы.

- О нет, пожалуй, это было бы немного черезчур. - мило улыбнувшись Драму, Инэра пригубила бокал. - Ваше приглашение показалось мне довольно интересным, чтобы оставить его совсем без внимания. - добавила она, вновь делая глоток багряного напитка. Еще одна улыбка и благодарный наклон головы достались Лоренцо - вино было оценено по достоинству. А данмери умела быть душкой.

- За знакомство. И да, можно сразу на "ты", конечно же. - легко отсалютовав бокалом Драму, Лоренцо и даже Энке, Инэра неторопливо опустошила бокал, опуская его на стойку. - Приятной ночи, господа. - небрежно взмахнув в воздухе ладонью, девушка отправилась по лестнице наверх, выбирать комнату. Весь выбор заключался в том, что она прошла первые две двери и толкнула третью. Бегло скользнула по комнате взглядом, убедилась в надежности внутреннего засова и, не раздеваясь, плюхнулась на кровать, сняв лишь плащ, брошенный рядом на тумбочку.

По крайней мере, скучно ей точно не будет. Не в этой компании.

[Фолси]

За окном темнело, а значит близилось время заветной встречи. Габриэль распахнул створки - комнату сразу наполнила блаженная прохлада. Не хотелось лишний раз светиться перед подельниками, поэтому пусть они считают, что изнеженный аристократ уже крепко спит мертвецким сном. 

 

Габриэль закрыл глаза и, сложив ладони лодочкой, сделал перед собой жест омовения - словно плеснул в лицо и на грудь незримой влагой. Туман сиреневого (больше ядовито-пёстрого, нежели цветочного) оттенка сгустился вокруг бретона и начал обтекать вниз с его плеч и головы. Там, где струилась дымка, остался тяжёлый чёрный плащ с угловатыми металлическими наплечниками из серебристого металла. Лицо закрыла сплошная маска из того же материала, водопад золотых волос исчез под капюшоном. 

Спойлер

 

 

 

Оглядев своё бесстрастное костистое "лицо" в зеркале, Габриэль вышел на внешний балкон и протянул руку над землёй. Бесшумно разворачивая кольца, вниз упала призрачная цепь, которая крепилась зазубренным якорем к гостиничной крыше. Ловко отталкиваясь ногами от стены, бретон спустился по цепи на мостовую и скрылся во тьме улиц, отправив своё грозное цепное оружие обратно в план Обливиона. 

 

Вот только, собираясь, дверь в свою комнату Габриэль не запер. Забыл или же считал подельников слишком глупыми, способными лишь на распитие алкоголя и распетие сомнительных шедевров? Как знать. 

 

Вокруг открытого саквояжа по изящному туалетному столику медленно плёл свой узор стылый иней. А внутри покоились два камня душ вместо трёх. 

 

***

 

Они уединились в неприметном закутке, и Габриэль смотрел в её глаза. Широко открытые, голубые и ясные что бескрайнее небо. И такие же пустые, мёртвые. 

Бретон сидел на лавочке, закутанный в чёрный плащ, но уже без маски. Ленивый ветерок развивал золотистые локоны, закручиваясь между узких стен в тихо скулящую спираль. Тело Лавинии лежало на земле, медленно и неотвратимо теряло свой вкус, пока тепло уходило из него. Над грудью девушки едва заметно курился сиреневый дымок. 

 

Габриэль протянул руку с зажатым в ней продолговатым камнем душ и аккуратно подцепил заострённым концом мерцающую дымку. Немного покрутил камень в пальцах, чтобы вырванная душа Лавинии полностью накрыла чёрную псевдостеклянную поверхность. И наконец потянул зловещий артефакт на себя, обрывая связи души с умирающим телом. 

 

Какое-то время душа ещё клубилась вокруг чёрного стержня, но в итоге была затянута в его мрачную глубину. Чёрное стекло осветилось изнутри сиреневыми огоньками, что навек застыли словно светлячки в янтаре. 

Ремесло зачарователя требовало ресурсов, а наловить несколько душ у копошащихся словно паразиты смертных было не в пример проще, чем вырвать сущность у тех же атронахов. Или дремор. 

 

Спрятав камень во внутренний карман жилетки, Габриэль с коротким вздохом повёл перед собой ладонью. В воздухе над телом мёртвой девушки возникла небольшая призрачная секира. Окинув идеальную внешность своей мимолётной знакомой запоминающим взглядом (и облизнув губы при фантомном ощущении вкуса Лавинии на них), бретон коротко кивнул. Небольшой топорик, получив мысленный приказ, обрушился скруглённым лезвием на шею девушки. Зловещее оружие било часто, с разной силой и под разными углами, пока от нежной шеи не осталось месиво, а голова не откатилась в сторону. Габриэль кивнул себе: так лучше. 

 

Топор исчез во вспышке синего огня, а сам колдун поднялся, вновь скрывая лицо за магической маской. Знал ли Имперский Город, какое одолжение его жителям сделал Габриэль? Оглядываясь на свои прожитые столетия, бессмертный пижон мог уверенно сказать: весть о бесчинствующем на улицах безумном потрошителе и вполовину не напугает так, как две аккуратные дырочки на шее прелестной Лавинии. 

 

Безликая фигура в чёрном плаще скрылась меж густых теней, рассчитывая на здоровый крепкий сон в тёплой кровати. 

[Daylight Dancer]

Ругаясь жутким шепотом, пьяный Борк покинул новоприобретенную компанию, разумно прихватив с собой бутылку пива на тяжелое похмельное утро. Отдав несчастному Лоренцо строгий и донельзя странный наказ - предоставить ко времени завтрака кадку с теплой водой и немного мелкого речного песка, норд поднялся на второй этаж, запершись в первой попавшейся, свободной комнате.

 

Как заперся... Кроме щелчка щеколды, с кряхтением и матерком он задвинул массивный шкаф, наглухо заблокировав им любую возможность открытия двери, снул вожделенную бутылку живительного нектара под подушку, да так и чутко уснул, при полном параде, даже не сняв привычного доспеха и не выпуская меч -"кошкодер" из рук. Он был чересчур осторожным, дабы не принять подобные меры безопасности, подобные коим, много-много раз спасавшие его шкуру.

 

Наверняка, припозднившиеся в трапезном зале были заинтересованы поднявшимся грохотом, издаваемым движением большого шкафа, но не особо обратили внимания на сию шумовую помеху - мало ли, с какой лестницы мог сверзнуться опостылевший алкоголик-неряха, гремя ломающими кости элементами доспеха? Быть может, некто даже надеялся на подобный исход, открыто желая расквитаться с бесящей многопудовой проблемой, вряд-ли предвещающей что-либо хорошее будущему мероприятию. 

 

Тихо сопя, Борк отправился в Царство Вермины, где с усмешкой отмахивался от призраков былых злодеяний. Это было нормой его недожизни, это же и сподвигло разбойника к нервному, опустошающему силы сну, когда приходится быть вечно начеку, даже во сне держа один мутный глаз широко отрытым.

[Alice von Bertruher]

  Остальные начали расходится по комнатам, а Авит Брут, редкостный мерзавец и грязный наемник, остался наедине с бутылкой, к которой раз за разом прикладывался. Нет, одной бутылки ему мало, чтобы как следует напиться, но охотнику за головами сегодня и не хотелось ужраться в усмерть. Посидев еще немного, он, закряхтев (в последнее время поясница все часто стала ныть неприятной болью), встал и поднялся наверх, где в одной из свободных комнат завалился на кровать прямо как и был - в одежде, при оружии, в сапогах и бутылкой в руке. От мягкой подушки шел приятный запах свежести. Но сон все равно не шел.

  Где-то по полуосвещенной комнате летала, судя по звуку, жирная муха, сводя с ума своим назойливым жужжанием. Отругав ее последними словами, наемник запустил в насекомое опустевшей бутылкой, но не попал. Та разлетелась на множество осколков. Отвернувшись на бок, он пролежал так минуты три, затем повернулся на другой, но уснуть так и не смог, а между тем из соседней комнаты до его слуха доносился громкий храп пьяного норда. Вдоволь наворочавшись, Авит поднялся и подошел к окну, а затем, распахнув ставни настежь, забрался на подоконник, свесив вниз ноги. В этот момент некая тень промчалась откуда-то сверху и растворилась в ночной темноте города. Ага, видимо, один из этих болванов любитель ночных прогулок. Авит подумал было проследить за ним, но в последний момент передумал. Однако сидеть и дальше в душной комнате он не собирался. А потому, уцепившись за ставни, забрался на карниз и приставными шагами проследовал до выступающих из стены плиток, по которым спустился вниз. Затем сплюнул и пошел по своим делам.

 

  Ни чем не приметный дом в Храмовом районе Импергорода был частым местом посещения различного контингента лиц мужского, а порой даже женского, пола, чаще всего из солидного общества и даже лиц высшего света, но подобное всегда происходило под покровом ночи и в строжайшей тайне. И дом этот принадлежал элитной и очаровательной куртизанке и фаворитке некоторых членов Совета Марселин Жюстинни. И сейчас под окнами этого дома топтался Авит Брут, гадая одна ли сейчас милая Марси или ублажает очередного клиента. В окнах горит свет, но ничего не слышно. Не долго думая, наемник полез на балкон, цепляясь за выступы кирпичей и перила. Уронив при этом горшок с цветами, она наконец оказался на месте, а затем как можно тише полез внутрь. И тут же получил довольно болезненный удар по голове чем-то тяжелым, аж искры из глаз посыпались, а ноги подкосились.

 

- Ох, Авит! Это ты? Пьяный дурак, я тебя чуть не убила! Нельзя же так врываться ко мне в дом! А если бы здесь был клиент?! О боги, ты как? Я думала, что это вор, - голос Марси звенел колокольчиком, не умолкая.

 Она помогла наемнику подняться и усадила его в кресло, виновато пряча за спиной увесистый котелок, которым и приласкала его голову.

- Здравствуй, Марси. Извини, что так вышло. Просто хотел тебя увидеть...

- Я же тебя предупреждала, что ко мне нельзя. Или ты забыл, кто бывает в этом доме? Хочешь, чтобы тебя схватили и упрятали за решетку?

- О, я там бывал и не раз. Особенно после пьяных драк. Для меня даже отдельную камеру снарядили - "Авитова конура", называется.

- Мы, кажется, уже все обсудили в прошлый раз. Между нами все кончено. Я не могу быть с тобой. Все изменилось...теперь другое время, понимаешь? Я уже не та бедная дурочка из деревни, которой ты меня помнишь.

- Марси, я...

- Я все тебе объясняла. Все теперь иначе. Я изменилась, и к тому же у меня появился шанс удачно выйти замуж за человека, который меня любит, и ради которого я брошу эту грязную работу, эти ухаживания и богатые подарки. А вот ты совершенно не меняешься. И вообще...пожалуйста, уходи. Я хочу побыть одна.

- Марси...

- Убирайся. А не то снова получишь!

 

  Не получив желаемого, Авит Брут, страшно недовольный и злой, вернулся в гостиницу, схватил пару бутылок всякого пойла и поднялся к себе в комнату, где решил пить пока не уснет.

[Selena]

Инэра уже почти задремала, глядя в темное мутное окно, когда в глубине коридора что-то глухо загрохотало. Кто-то уронил шкаф? Или пьяный норд-жестянка навернулся с лестницы? Уголок губ дрогнул кривой усмешкой, эльфийка повернулась на бок, удобнее устраиваясь на кровати, позволяя сознанию соскользнуть в чуткий сон... и даже не гоня прочь разбуженные грохотом воспоминания.

 

Наверху что-то разлетелось с треском - подпирающий дверь табурет продержался меньше минуты - и по лестнице над головой прогрохотали тяжелые подкованные сапоги. Действо сие сопровождалось отборной площадной бранью, гулким эхом разносившейся по пустому дому.

- Во имя Девяти, Талан! Ты сейчас разнесешь весь дом! - второй насмешливый голос донесся со стороны кухни, - Что случилось?

- Мелкая эльфийская дрянь! У нее мой амулет! - в поле зрения багровых глаз показался высокий имперец в кожаных черных штанах и расстегнутой коричневой рубашке. 

- А я говорил тебе, что не стоит тащить в дом эту бродяжку только потому, что у нее есть за что подержаться, - обладатель второго голоса по прежнему оставался невидим, но Инэра легко могла его описать - прошлым вечером она видела их обоих. 

- Руфус, скамп тебя задери, ты невыносим! - подхваченный со стола деревянный кубок глухо врезался в стену, - Она где-то здесь, в доме. Дверь заперта, окна тоже... - тихий шум выдвигаемого и вновь задвигаемого ящика стола нельзя было спутать с чем-то иным, - И ключ на месте. 

Ключ. Багровые глаза на миг вспыхнули ярким алым огнем. Она бы давно уже была далеко отсюда, но замок на двери оказался слишком сложным для ее заклинаний. Времени проверять окна уже не оставалось и данмери быстро юркнула в спасительную тень под лестницей, прячась за ящиком с каким-то старым тряпьем. Глупые имперцы даже и не подумают искать ее здесь.

- Купи себе новую безделушку и ус... - Руфус вдруг осекся, замолкая, - Подожди, тот самый амулет?

- Да, - мрачно отозвался Талан, - Без него мы не попадем в пещеру. - он бессильно грохнул по столу кулаком, -  Девчонку надо найти! 

Пещеру? Алые глаза с интересом взглянули на намотанную на ладонь золотую цепь со свисающим с нее золотым же овальным кулоном. Ромбовидный сапфир в центре в полумраке казался почти черным. Занятная, однако, вещица. 

Руфус длинно, витиевато выругался, Инэра даже заслушалась.

- А как кулон вообще попал к ней? - спросил он минутой спустя и багровые угольки глаз блеснули неприкрытым весельем.

- Ну... Она расстегнула на мне рубашку, попросила закрыть глаза и... - взрыв хохота прервал его на середине. - Идиот. - мрачно резюмировал Талан, застегивая рубашку. - Оставайся здесь, смотри за дверью. Я проверю комнаты.

Хмыкнув, Руфус прошел к письменному столу, облокотился на него бедром, провожая мужчину взглядом:

- Он ставит под угрозу срыва все дело, а я - идиот, - буркнул он себе под нос. Алые глаза изучали крепкую фигуру задумчивым взглядом. Оглушить? На звук придет второй. Надо его как-то отвлечь... Осторожно, стараясь не шуметь, данмери порылась рукой в ящике с тряпьем. Обнаруженная в самом низу пустая чернильница вполне годилась для задуманного. Имперец все еще стоял к ней спиной, убедившись в отсутствии второго, Инэра бесшумно выскользнула из своего укрытия, метко бросив чернильницу в сторону кухни. И снова ныряя в спасительный полумрак. Обернувшись на грохот, Руфус в раздумии взглянул в сторону комнат и, качнув головой, почти бегом рванул на кухню.

Ящиков в столе было всего два и поиски заняли лишь пару секунд. Они заметили ее у двери, сразу оба, но было уже поздно - ключ провернулся в замке дважды, а потом еще дважды, но уже снаружи. Когда выбитая дверь распахнулась несколькими минутами спустя, серая фигурка уже растворилась в серых осенних сумерках.

 

Вряд ли когда-нибудь данмери расскажет об этом кому-либо. История та имела далеко идущее продолжение - не зная, где находится та самая пещера, найти ее было нереально, а просто продать вещицу показалось Инэре слишком скучным. Она нарисовала свою карту, подержала ее несколько дней под палящим солнцем, чтобы чернила немного выцвели - а потом под большим секретом поделилась "семейной тайной" с полупьяным бретоном в таверне Чейдинхолла, всего за каких-то 700 золотых сделав его обладателем карты, амулета и трагической истории о пещере, сокрытой в снегах гор Джерал под расколотой сосной. Пещере, полной несметных сокровищ.

Сколько уж лет прошло, а ту пещеру все еще искали, каждый раз вызывая на девичьем лице веселую, широкую усмешку.

Возможно, когда-нибудь она все же узнает, где находится та самая пещера. 

Будет забавно, если Драм приведет их именно к ней.

[Prisoner-Boratino]

Айренил не желал надираться. Ровно как и спать. А потому вышел на прогулку по столице, в которой не был достаточно давно. Впрочем, не особо и хотелось. Этот каменный город давил со всех сторон, гнул спину, лишал покоя. В нем не было ни капли свободы, которую наемник ценил больше всего остального. Вот и старался подолгу не задерживаться в замкнутых помещениях. К тому же, его ожидали кое-какие маленькие дела, а именно - скупщик краденного Фатис Улес. Они не были знакомы лично, но некоторые товарищи настоятельно рекомендовали бойцу зайти к темному эльфу, если понадобится добыть что-нибудь редкое или не совсем законное. И по другим делишкам. 

Стучаться пришлось долго, а уговаривать старого данмера - и того дольше, пришлось даже пустить в ход горсть золотых, хотя карманы и без того были близки к истощению. Однако сейчас Айренилу казалось, что вложение себя оправдает. Во-первых, намечавшийся поход сулил серьезную прибыль, которая могла состоять не только из золота. А каменья, артефакты и прочую дребедень необходимо было выгодно продать. Фатис Улес же, по слухам, едва ли не распоряжался казной Гильдии Воров и покупал нажитое нечестным трудом за неплохую цену. Вступи данмер в гильдию раньше, и взятка бы не пригодилась, но... грустить по этому поводу не стоило. Скупщик покряхтел, посетовал на слишком поздний час, но глаза его едва заметно вспыхнули красным пламенем, стоило сородичу посулить серьезную сделку в обозримом будущем. В общем, на исходе проведенного в доме столичного торговца часа наемник успел договориться и приобрести несколько инструментов для взлома замков, два пузырька с ядом безмолвия и одно занятное колечко. Все это встало ему в кругленькую сумму и еще один малюсенький мешочек септимов. Получив его, скряга согласился оставить в "Пенной кружке" послание "моей гибкой и смуглой певчей подруге".

[Кафкa]

Ночь надвигалась на город – а вместе с ней открывался простор для сомнительных, тёмных дел. Улицы заполняли подозрительные тени, а добропорядочные граждане засыпали в своих тускло освещённых комнатах, в которых не было окон – лишь толстые каменные стены, способные выдержать даже яростное пламя лорда Дагона и его гнусных прихвостней. Марсель посидел ещё немного в полутьме, пока остальные разбредались по своим номерам. Оставшись один, полуальтмер сладко потянулся и подошёл ко входной двери. Убедившись, что никого нет – как снаружи, так и внутри – Энке распахнул дверь «Тайбер Септима», окованную железными вставками.

Всё правильно.
Недалеко, прямо рядом с той самой лестничной колоннадой в центре площади, стоял человек крепкого телосложения, в капюшоне, надвинутом прямо на глаза. Рядом с ним лежал тяжело набитый всевозможным снаряжением рюкзак, будто терпеливо поджидавший своего часа все эти опустошённые годы, полные светского веселья. Энке тихо свистнул. Фигура, до этого момента отчётливо делавшая вид, что ведёт свой род от статуи дракона, гордо смотревшей за её спиной в небеса, наконец-то пошевелилась, взвалила на плечи рюкзак и направилась прямо к отелю.

Вы и представить себе не можете, что мрачный норд с каменным выражением и шрамом, пересекающим всё лицо – от высоко посаженого лба, и прямо до волосатой груди, предусмотрительно скрытой изящной робой, сшитой из самых лучших материалов «Божественной элегантности» – на самом деле был секретарём Марселя, выполнявшим многочисленные бюрократические процедуры, связанные с торговлей и покупкой всего необходимого для жизни. А ещё он был ценителем «Похотливой аргонианской девы», частенько читая её ночами, похожими на нынешнюю, кислых сыров ранним утром… и даже сочинял стихи – никогда, впрочем, не демонстрируя их широкой публике.

Секретарь явно не шибко был доволен положением вещей.
Ведь хозяин отвлёк его от еженощного чтения, которое приносило столько удовольствия. Благо фантазия богата.

— Ну, Кипарис, на этот раз мы с тобой прощаемся надолго. Даже не улыбнёшься на прощание? — весело раскрыл руки Марс для последнего дружеского объятия.
— Да ты же всегда возвращаешься, — проворчал секретарь, — и сколько раз, даэдра тебя возьми, я просил не называть меня «Кипарис»? Карл меня зовут, Карл.
— Ты знаешь, что я не люблю скучные формальности, — пожал плечами полуальтмер, — и ты, как кипарис, всегда стремишься вверх, даже если не хочешь этого признавать. И да, в этот раз приключение вполне может затянуться. Засели кого-нибудь надёжного в мои покои, пусть платит по пятьсот золотых в месяц – думаю, этого хватит, — Энке криво улыбнулся, — что, даже руки не подашь?
— Сам говоришь, нахрен формальности, — прокаркал Карл, занося рюкзак в отель, — без тебя тут станет совсем уныло.
— Ну, уж ты-то сможешь найти приключений на свою голову, не сомневаюсь, — подмигнул Марс, — и да, Леонэлла… Позаботься, чтобы она не влипла в какие-нибудь неприятности с культистами, хорошо? Интерес к учению Сангвина не должен выходить за рамки поэзии и энциклопедического любопытства.
— А что, есть опасения? — задумчиво протянул Карл, прикусив губу.

Марс промолчал, внимательно рассматривая ковёр, украшавший стену.
Даже в темноте он умудрился найти в его узоре что-то интересное.

— Ладно, как скажешь, моё дело – исполнить поручение, — пожал плечами секретарь, — значит?..
— Значит, всё. Если я не вернусь через пять лет, запиши имущество на имя одного каджита из Анвила – все нужные данные в письменном столе. Ты знаешь, где ключ, — Марс кивнул, — до скорого, Кипарис.
— И тебе благословения богов, — слегка поморщившись, печально вздохнул норд, выходя за дверь.

Марс взвалил рюкзак на плечи и поднялся наверх.
С трудом отыскав там комнату, оставшуюся незапертой и свободной, он чуть было не влип по уши в неприятности, ибо на полу одного из номеров были разложены камни душ, что явственно давало понять – владения чужие, принадлежащие кому-то из его спутников, и Марс подозревал, кому именно. Собственно, угадать было не так сложно. Когда пустая комната наконец-то была найдена, парень покопался в рюкзаке, где всё было разложено по своим местам. Аккуратно, с любовью к порядку. Почерк Кипариса, не иначе. В одном из отделений лежала закрытая бутылка восхитительного розового вина, которое Марс смаковал последние недели. И два хрустальных бокала с прелестной аристократической гравировкой. Полуэльф достал бутылку и вышел в тихий коридор жилого этажа в отеле, осматриваясь. Внезапно нахлынувшее стремление сделать нечто эксцентричное требовало высвобождения, и он знал, как именно его осуществить – Инэра появилась весьма кстати. Однако дверей здесь было несколько. И все заперты. Стучать в каждую? Нет, на буйного Борка Марсель определённо не хотел наткнуться.

Лучше прибегнуть к магии.
Школа иллюзий способна не только вводить в заблуждение. Иногда заклинания помогают найти что-то нужное. Марс сконцентрировался, собирая потоки маны. И… нечто изменилось. Он не понимал, что именно, однако смутное чувство подсказывало – вон та дверь… та самая, которая ему нужна. За ней почти наверняка спит Инэра. Полуэльф, крадучись, подошёл ко входу – и уже занёс руку для стука, однако в самый последний момент нечто его остановило. Хм.

Так не интересно.
Марс чуть-чуть подумал, а затем спустился в холл, окидывая глазами помещение. Ага – вот оно! Около окна стояла ваза, а в ней – несколько свежих роз. Полуэльф позаимствовал одну, со скоростью скального наездника взлетел по лестнице, снова подошёл к комнате, в которой предположительно отдыхала данмерка, поставил на пол перед входом бутылку старого вина – вместе с розой, прикреплённой к бутылке шёлковой ленточкой… И несколько раз постучал. Достаточно громко, чтобы разбудить даже Борка, окажись он там. А потом с хитрой усмешкой спрятался в своей комнате, плотно закрыв за собой дверь, и бросился прямо на мягкую кровать, закинув руки за голову. Как же приятно снова почувствовать себя мальчишкой.

Кровать была почти столь же мягкой и уютной, как его собственная.
Завтрашний день обещает быть захватывающим. Наконец, спустя столько лет...

[SnowK]

***

 

 

Утро следующего дня выдалось пасмурным – но на настрой “Наследников” это не могло повлиять никоим образом, потому как перспектива провести несколько часов, меся нечистоты в городских коллекторах, вгоняла в уныние ничуть не хуже свинцовых облаков.
Тем не менее, здесь, в отеле Тайбер Септим было тепло, уютно и, главное, вкусно пахло – Лоренцо, по прежнему одетый как заправский денди, но уже в фартуке возился на кухне, временами заглядывая в парадный зал, дабы выставить на стол очередное блюдо – а выставлять было что. Угощения на любой вкус, напитки и “лекарства от похмелья” – как приготовленные алхимиками, так и куда более традиционные – кажется, здесь было всё… Не считая угощений для вампиров, потому как в Сердце Империи, как известно, вампиров нет и быть не может.
Драм, так и не сумевший сомкнуть глаз, спустился вниз – выглядел он при этом, мягко говоря, ужасно. Спешно запихнув в рот первую же попавшуюся булку, данмер достал зеркальце, распустил волосы и принялся старательно их вычёсывать, однако, толку от этого было мало – непослушные волосы вновь и вновь спутывались во вездесущие колтуны и походили на торчащие во все стороны коренья трамы. Приметив потуги своего господина, Лоренцо отнял у того гребень, и, покачав головой, принялся приводить причёску эльфа в порядок. Драм же при этом выглядел так, будто готов сгореть со стыда – но, казалось бы, его смущает вовсе не наличие зрителей, а сам факт того, что его волосами занимается… Камердинер.
Так или иначе, спустя каких-то пять минут волосы данмера, казавшиеся вчера чуть ли не кудрявыми, стали идеально прямыми, гладкими и ровными, вновь были собраны в конский хвост и до кучи перевязаны синей лентой – под стать одеяниям самого Драма.
- Смею заметить, не у вас одного выдалась бессонная ночка. – сообщил Лоренцо, закончив своё “чёрное дело”. – А ещё, многие из наших гостей, кажется, не умеют пользоваться дверью – а то и вовсе пользуются ею через раз.
- Это их право. – зевнул Драм, потянувшись за очередной булкой – однако, был остановлен молниеносным ударом по собственной руке. Атаковавшим был, разумеется, вездесущий камердинер. - Да-да, “манеры – лицо мужчины”, или как там… - пробубнил эльф, поглаживая ушибленную ладонь и томно глядя на скрупулёзно разложенные по обе стороны от тарелки столовые приборы. - Но я даже за сто лет не выучу, какая из этих вилок для птицы, а какая – для супа.
- Суп едят ложкой, господин Рейвел. – вздохнул Лоренцо. – Вы уверены, что вообще хотите приобщиться к высшему обществу? Как по мне, так вам неплохо и в компании таких же...
- Нерях? Бедняков? Бродяжек?
- Авантюристов. Простите, но мне кажется, представители вашей породы никогда не смогут остепениться – вне зависимости от того, сколько денег у них в карманах. Потому-то ваши предки так и не растратили своё состояние – и вы так же обречены шляться по пещерам до самой своей смерти… Впрочем, это исключительно моё мнение – а кому интересно мнение простого камердинера?
Данмер проводил “камердинера” взглядом – нет, определённо, что слуга, что господин – оба были не на своих местах.

Изменено 13 октября, 2018 пользователем SnowK

[Selena]

Ночь, переходящая в утро.

 

Из полутьмы сладких грез ее вырвал громкий стук. Кто-то стучал в дверь. Может, желает разделить с ней ложе? Ехидная усмешка скользнула по губам, Инэра приподнялась на локте, подпирая щеку ладонью: открыть - не открыть? Все же соскользнув с кровати, данмери подошла к двери, одной рукой отодвигая засов, в другой сжимая кинжал. 

За дверью никого не было. 

Пожав плечами, эльфийка уже собиралась закрыть дверь, как заметила стоящую на полу бутылку. Кажется, у нее очередной тайный поклонник. Усмехнувшись, она качнула головой, легким движением подхватывая презент за горлышко и вновь запираясь в своей комнате.

 

Когда утром Инэра спустилась к завтраку, в белоснежные волосы была аккуратно вплетена роза.

[Daylight Dancer]

"Утро добрым не бывает... Бредни энто, причем сивые!" - голова несчастного раскалывалась топотом тысяч копыт конного Легиона, готового таранами пик снести разномастных дэйдр на обороне Врат. Припасенное пиво здорово помогло, уйдя буквально в один большой глоток, увлажнив высушенное горло, да намало поумерив ход головной скачки. 

 

Усилием воли он остановил себя, прогнав мысли о второй бутылочке чего-нибудь покрепче. Хватит уже, ведь с последнего дня, когда Борк помнил себя трезвым, прошло не много ни мало, но целая неделя. Смутно, всплывали фрагменты, гласящие, что началось все с празднования дня рождения одного из старых Борковых товарищей, с которым он немало делил походного хлеба, заранее отнятого у слабых крестьян и беспечных путников, вместе с прочими ценностями, почти всегда, к которым прибавлялись жизнь и здоровье жертв. За прошедшие семь (восемь? Десять?) дней, Борк просадил около полутора сотен золотых, на которые знатно поправил свою негласную статистику, способную утверждать, что не осталось на свете той марки алкоголя, что не была испита сим опытным ценителем.

Сколько он потратил на женщин - покрыто завесой тайны, унесенной в могилу "именинником", рано или поздно споткнувшегося о собственные кишки, метко выпущенные не то "кошкодером" Борка, не то кривым засапожным ножом, в одной из множества случившихся драк, быть может, что и мечом заботливого стражника. Неизвестной сторонним осталась сумма неожиданного наследства - доли умершего, от награбленного бандой во время Кризиса - пожалуй, норд и сам с трудом припоминал сколько там было золота, но мешок казался вполне увесистым.                   Естественно, что когда именины перетекли в поминки, деньги и испробованные женщины подходили к концу, таинственное письмо нашло Борка, заставив мутным вчерашним днем явиться на встречу. Он пил, пел, ругался, видел каких-то людей. Некоторые казались ему неприятны, другие - опасны, с первого взгляда и в дальнейшем, определенно, не стоило спускать с них глаз. 

 

Пришла пора покинуть комнату, привести в окончательный порядок себя и оставшееся снаряжение. С трудом припомнив маршрут к банному помещению таверны, Что указал вчера Лоренцо, Борк оглядел покои и в ступоре замер на месте. Он увидел, что комната не имеет выхода...

 

Вообще. 

 

Кровать возле окна, письменный стол, гобелены на стенах и здоровенный шкаф в дальнем конце комнаты. Выглянув в окно, едва не сверзился в него, с немаленькой высоты второго этажа, ведь немилосердно закружилась голова. Отправив на мостовую пустую бутылку, Борк разом перехотел следовать за ней, оценив разлет стеклянных осколков. Нет уж, акробатика и высота, явно не были его прямыми и лучшими друзьями. Но, что дальше?

 

- Замуровали, даэдроты! - зло рявкнул он, стальным сапогом пиная стену. Во все-еще помутненный мозг пришла неплохая идея: пройтись у стен, выстукивая скрытую дверь - ведь, как то же он попал сюда? 

 Не будь разбойник столь истощен похмельным синдромом, от могучих ударов латной перчатки, новая дверь нашлась бы достаточно быстро... Вместе с выбитым куском каменной стены. 

- Да ладно! - всплеснул норд руками, опознав  в тени за шкафом очертания искомого выхода. Массивный комод в данный момент был слишком тяжел, для перемещения, посему, герой пошел напролом.

Выкинув сменную одежду, постельное белье и занавески с полок, Борк забрался в большое отделение для верхней одежды, вооруженный гвоздодером, облаченными в сталь руками и ногами. Грохоча ударами, с шутками-прибаутками он снес кусок задней стенки, равный почти половине ей самой, чтобы дотянуться до щеколды и дверных петель, на долю которых и пришлась кара сурового плотницкого инструмента. 

 

Подняв на уши всех присутствующих, за считанные две-три минуты, в финале комедии, похмельный норд поставил дверь в проходе диагонально, ребром, лишив ее поддержки запора и петлей. Сильный толчок ногой убрал преграду на середину коридора.

 

- Курва мать! Дитка блудоум, чтоб меня, елдыгу-алкаша в дурку пикой закололи! - шипел наемник, выбираясь из пролома и волоча верную алебарду следом. Не дожидаясь, пока остальные постояльцы сбегутся посмотреть на случившееся он вовремя покинул второй этаж, прошествовав к подвальным помещениям с долгожданной ванной и песком для чистки доспехов, где и затерялся на ближайший час.

[Sancsaron]

Глубокая ночь. Полная луна освещала маленькую поляну посреди дремучего леса. На ней стоял окровавленный норд, сильно сжимающий рукоятку своего двуручного меча. Сбившееся дыхание, звон в ушах. Вернер чувствовал, как его тело пульсировало в такт бешено стучащему сердцу.  Руки тряслись, а правый глаз заливало кровью со лба. «Неужели это конец?!» - подумал норд и взглянул обезумевшими от страха глазами на чьи-то лежащие неподалеку ноги, кровавый след от которых вёл в сторону леса. Вдруг, Вернер ощутил на себе взгляд зверя. Накатила волна страха и жути. Послышался ужасающий вой, а затем стремительно приближающийся шорох. 

 

Серая Грива проснулся в холодном поту. Выспаться, как всегда не удалось, несмотря на принятое снотворное. Голод, казалось разъедал изнутри. Поэтому норд, умывшись водой из ковша, спустился вниз за плотным завтраком. 

[Alice von Bertruher]

  Обычно хороший сон приносит бодрость и прилив новых сил, готовность к свершениям и преодолению трудностей, но утро охотника за головами началось с неприятного давления в переполненном от выпитого мочевом пузыре и пульсирующей болью в висках, а помимо всего прочего, ноющей в пояснице и легким покалыванием в груди - в том месте, откуда некогда торчало лезвие бандитского ножа, что приносил при каждом движении невыносимую боль и страдания. Ему что-то снилось, но что именно Авит не запомнил. Опять какая-нибудь бессмысленная ерунда. Протянув руку за бутылкой, он с сожалением отбросил ее прочь, ибо на дне не осталось ни капли. Крякнув, он кое-как поднялся, потянулся, громко зевнув, и потащился вниз, надеясь чем-нибудь промочить горло. По пути не поделил дорогу со стулом, неудачно запнувшись об него и осыпав его отборнейшими ругательствами, отчего несчастному стулу в пору было бы развалиться на части от стыда.

  Спускаясь по лестнице, он несколько раз применил весьма любопытные слова с откровенной непристойностью, делая акцент как на женских гениталиях, так и половом акте как таковом. Первым делом он справил нужду, не отходя далеко от гостиницы, а именно за ее углом, полив обильно и без того серую стену. Затем умылся в железном умывальнике, благо ведро с приготовленной для этого дела водой имелось в наличие. А потом налил себе кружку пива и, выцедив все до капли, смачно рыгнул.

[Shandir]

Тален, решив не мудрствовать, так и остался ночевать на двух стульях в зале, где намедни обсуждали грядущее дело. Затекшая спина неприятно ныла, когда данмер разомкнул один глаз, чтобы поглядеть на возню Лоренцо. Подельники потихоньку спускались к завтраку, а Тален лежа размял плечи, весь позвоночник удовлетворительно хрустнул.

 

- Денег у нас нет, а стол прямо-таки совсем не походный, - данмер подошел к столу и схватил кусок хлеба, упершись руками в стол, Тален внимательно изучал ассортимент. - Доброго утра.

Изменено 13 октября, 2018 пользователем Shandir

[SnowK]

- Доброе, Тален, доброе! - поприветствовал данмера сородич, хоть и слукавил - не будь его глаза красными от природы, непременно стали бы таковыми от нервов и хронического недосыпа. - А ты, как погляжу, совсем не прихотлив... И да, вряд ли в ближайшее время нам предоставится возможность посидеть за подобным столом, так что советую насытиться - как едой, так и атмосферой - впрок.

Драм вздохнул. Он не мог припомнить, когда сам в последний раз бывал на банкете, но объедаться и уж тем более наслаждаться яствами ему совсем не хотелось - то ли не желал обременять свой пищеварительный тракт перед грядущей вылазкой, то ли понимал, что ещё не заслужил - но, скорее всего, лишний кусок просто не лез в горло по причине крайней щепетильности сложившейся ситуации - а для утоления естественной потребности в пищи хватило и булки.

Изменено 13 октября, 2018 пользователем SnowK

[Shandir]

- О, - оживился Тален, - ничё, есть я тоже умею впрок, просто предпочитаю сначала подумать, а потом набить желудок. Кстати, называй меня лучше Зирая. У Талена - долгов как шелков по всем частям Империи, исключительный плут, слушай. Мне перед вами очень неудобно, если с нас начнут их трясти... Зато Зирая - данмер чистейшей репутации, еще и книжки пишет. Ты бы это, хоть маслом закусил, а то поперек горла встанет.

[Фолси]

Ночь

 

Вернувшись в свою комнату (всё тем же экзотичным способом по цепи через балкон), Габриэль повёл назад плечами. Чёрная мантия - небольшой "подарок" из прошлой жизни, связанной с Червями, от которого бретон не спешил отказываться - стекла вниз струями дыма, словно и не было её. Оставшись в белоснежной рубашке, Габриэль стянул высокие кожаные сапоги и аккуратно (даже педантично) выставил их возле двери. 

 

Что-то учуяв, колдун застыл. Этот запах. Тёплый и лёгкий аромат, не осквернённый ни кислым потом грязной кожи, ни ржавой болезнью металла. Кто-то побывал в комнате в его отсутствие, но такая жалость, что случайно забытые камни душ остались на своих местах. Особенно тот, по чёрной поверхности которого змеились синие прожилки. 

 

Улыбнувшись кончиками губ, бретон подошёл к саквояжу и любовно положил туда последний камень, наполненный душой. Едва касаясь пальцами, огладил чёрные грани. В своём новом облике Лавиния была ещё прекраснее, чем раньше. Долговечней, крепче, совершеннее. Взглядом Габриэль скользнул по большому зеркалу, в котором отражалась комната. Занятия мистицизмом позволяли магу окунуться в предсказания и прозреть, кто же такой отважный (или просто заплутавший) вторгся в его комнату. Но, честно говоря, до уровня верховной чародейки Дагайл, лидера гильдии магов Лейавина, Габриэлю было далеко. Да он и не жаловался, отлично зная о том, как видения прошлого и будущего терзали разум старой эльфийки. Нет уж, его разум должен оставаться чистым и огранённым, как возлюбленные камни душ. Одновременно и сосуды и врата... во многие интересные планы мироздания. 

 

Решив, что тайна имеет право оставаться тайной, тем более что пташка улетела из ловушки, Габриэль отвернулся от зеркала и с наслаждением лёг на роскошную кровать. Когда живёшь слишком долго, то начинаешь раскладывать ощущения по полочкам и чутко смаковать их. 

 

Утро

 

Потратив целый час на приведение себя в идеальный порядок, бретон перетянул волосы тёмно-зелёной лентой (под стать костюму в гамме зелени и золотых узоров) и вышел из комнаты. Не успел он ступить и шага, как прямо перед его лицом через коридорное пространство пролетела дверь. Дверь. Так вот что за грохот сотрясал соседние апартаменты (Габриэля мало интересовали чужие горести и радости, поэтому он и уделил шуму лишь минимальную долю внимания... поскольку был поглощён самолюбованием перед туалетным зеркалом). Терпеливо дождавшись, когда дверь придёт в устойчивое положение, бретон с вежливой улыбкой кивнул вылетевшему следом норду. 

 

- Смотрю, ночка у вас была очень активной! 

 

И всё. Ни ругани, ни возмущений не последовало. И с чего бы? Грош цена колдуну, которого можно испугать летающими дверьми. 

 

Спустившись вниз, Габриэль радушно пожелал всем чудесного начала нового дня. Помятые лица некоторых подельников, которым начало дня принесло лишь головную боль или резь в глазах, пижон демонстративно не замечал. С ноткой превосходства взглянув на столовый набор, которым он-то умел пользоваться, мужчина принялся за завтрак. Он ел только закуски и блюда из разных сортов мяса, отвергая и выпечку, и овощи. Не для того аэдра создали людей хищниками, чтобы те заталкивали себе в глотки траву или её производные. 

 

У Габриэля явно был хороший сон, поскольку на щеках его проступил румянец (скорее всего настоящий), а морщинки сгладились. Бретон прямо дышал жизнью. 

[SnowK]

Дверь отеля внезапно распахнулась и на пороге показалась пожилая дамочка с кавалером, чуть ли не вдесятеро младше неё - очевидно, потому, что дамочка эта была высшей эльфийкой с выцветшими волосами и глазами, а кавалер её - щеголеватым бретонцем слегка за двадцать.
- Так я не поняла, здесь карантин или вы таки работаете? - спросила старушка.
- Обслуживаем лишь тех, кому и так нечего терять - зато, с большой скидкой. - сообщил Лоренцо. - Если не боитесь умереть мучительной смертью или стать похожей на одного из этих - прошу к столу.
"Стать похожей на одного из этих" дамочке - а тем более, её кавалеру, не хотелось от слова совсем - а посему парочка удалилась даже раньше, чем камердинер успел договорить.
- Что ж, думаю, можно перейти и к вопросам куда более насущим. - произнёс Драм, когда все собрались. - Вчера я уже имел неосторожность взболтнуть лишнего, впрочем, так даже лучше - теперь мне остаётся лишь посвятить вас в детали своего плана, а детали следующие...
Эльф достал из кармана книжечку - не ту, старую и потрёпанную, которая являлась дневником его деда, а... Впрочем, нет, была она не менее старой и не менее потрёпанной - просто другого цвета.
- Итак, пункт первый - притвориться бродягой и проклясть дом. Проклясть в кавычках - я же не ведьма какая-нибудь. - Драм макнул перо в предоставленную камердинером чернильницу и поставил галочку. - Есть. Пункт второй - добыть сыр олрой... Подбросить сыр в дымоход... Договориться с нищими... Тоже есть... Нанять мага, чтобы заставил окна заледенеть - ну, с этим и Лоренцо неплохо справился... Так, вот! Пункт шестой - спуститься в канализацию и заблокировать сток. Этим мы сегодня и займёмся. Зачем? Чтобы окончательно доканать одного нерадивого жреца и получить доступ в его владения. Но это уже завтра, а сегодня - канализация. Знаю, у вас нет ни малейшего желания туда тащиться - я бы и сам всё сделал, да только вот в нужной нам части коллектора обосновалась стая одичавших кровососов - за их головы, кстати, назначена награда, что тоже несомненный плюс - так что не забудьте собрать с них прах и... Лоренцо, что там с зельями?
- Зелья лечения обычных недугов, как вы и просили. - Лоренцо вынес поднос с девятью склянками. - Средство простое, но надёжное - если только всё не запустить.
- Это уж точно - с вампиризмом шутки плохи. - кивнул Драм. - С вампирами, впрочем, тоже, так что умоляю - будьте предельно осторожны. Вы все нужны мне живыми, и, желательно, невредимыми. Да, раньше все мы - ну, или почти все, были одиночками, но с этого момента нет больше никакого "каждый сам за себя". Отныне мы - вместе, а вместе мы - сила! Ну, или что-то в этом роде.
- Очень мотивирующе. - отметил Лоренцо. - Но не потрудитесь ли объяснить нашим новым друзьям, господин Рейвел, к чему вообще всё это?
- Верно! - указал на камердинера пером эльф, едва не опрыскав того чернилами. - Как ни парадоксально, но для того, чтобы разбогатеть, нам нужны деньги - хоть какие-то, и раздобыть их мы сможем прямо здесь - и прямо сейчас. Наша текущая цель - имение Иллектуса, Верховного Жреца Аркея. Он заправляет всем, что творится на Зелёной Императорской Тропе - но не в этом суть. Суть в том, что за компромат на него мой заказчик готов отвалить кругленькую сумму - кругленькую настолько, что её можно было бы выставлять в имперской палате мер и весов - если бы таковая имелась. Ну и нагадить ему заодно он тоже будет рад, так что мы в любом случае в выигрыше...
- И поуши в дерьме. - по обыкновению добавил Лоренцо. - Буквально.
- Да, увы. - вздохнул Драм. - Надеюсь, ничем не объяснимый выброс нечистот возымеет должный эффект, и суеверному жрецу потребуются помощь медиумов, а не уборщиков - но лучше готовиться к худшему заранее. Главное, помните - деньги есть деньги, а деньги не пахнут - тем более деньги ОГРОМНЫЕ.

Изменено 14 октября, 2018 пользователем SnowK

[Shandir]

- Стоит только подурнеть, никто с тобой не хочет петь, - вяло проговорил Тален, провожая взглядом случайных посетителей и без особого энтузиазма поглощая завтрак. Глядя на ухоженного бретона, поглощавшего только мясо, притом очевидно лучшие его куски, Тален предпочел не отставать: капусту он и бесплатно пожует, че то, козел что ли? Благодаря сочному мясу, данмер безропотно выслушал детали плана. Он не боялся вони и канализации, но вампиры вносили в это задание свою изюминку.

 

"Всегда избегал таких контрактов, но..."

 

- Если бы вампиризм мог решить хотя бы парочку моих проблем, то мне даже зелья не понадобились и я был бы первым в очереди на смачные лобызания с ними... У кого-нибудь есть лишние деньги на масло?

Изменено 14 октября, 2018 пользователем Shandir

[Фолси]

- Вампиры? Какая мерзость, - Габриэль поморщился и передёрнул плечами, словно увидел перед собой кучу насекомых. - С удовольствием избавлю столицу от этих больных тварей. 

Голос бретона сочился презрением. Впрочем, пижон довольно быстро овладел собой и уже через пять ударов сердца нанизывал на вилку новый ломтик мяса. 

- А вот с дерьмом, будьте добры, разбирайтесь сами. Огромные деньги - это, конечно, хорошо, да только нет у меня желания спускать хотя бы часть этой суммы на новую одежду. 

Звякнув прибором о тарелку и тем самым завершая трапезу, Габриэль допил вино и аккуратно протёр губы столовым платком. 

[Daylight Dancer]

Пропустив до половины всего брифинга, вкупе с явлением непрошенных гостей, Борк удосужился явиться в зал, уже без привычного доспеха, но в простецкой меховой одежде.

 Бледноватое лицо странного цвета, с вздувшимися поджилками, предстало в более удобном для окружающих ракурсе, для обозрения, ведь весь предыдущий вечер оно лишь мелькало в нешироком проеме меж нижней полы шлема и выреза кольчужного капюшона. Тряхнув влажными волосами, жесткой гривой серо-пшеничного цвета, и пригладив бороду, он молча сел за отдаленный стол, оттуда слушая рассказ Драма, похрустывая колбаской и предпочтя всем изысканиям столовых приборов свой личный нож.

Услышав о возможной встрече с вампирами, что-то недовольно прошептал, машинально поправив "кошкодер", в ножнах, горизонтально расположенных к полу, обтянутых пятнистым кошачьим мехом. А когда данмер закончил инструктаж, выговорились Габриэль и Тален, тогда то Борк и встрял в разговор:

 

- Шеф, зелья, эт понятно, мало кому хоцца до Конца Мира дня белого не видывать, да кровушку попивать, а вот чем упырям в обратку то прописать? По харям их бобынным, а? У меня от, клинок сребреный, но как с остальными "братишками", сталбыть... - говорил он, кстати, много тише и спокойнее вчерашнего, серьезно и без ставшего обыденным для прочих, пьяного бахвальства. - Эх, запамятовал! Боркой меня кличут, коль че. Борк "Забралко". 

 

 

 

- А вот с дерьмом, будьте добры, разбирайтесь сами. Огромные деньги - это, конечно, хорошо, да только нет у меня желания спускать хотя бы часть этой суммы на новую одежду.

 

- Гы-гы! А мы вас, милсдарь, поверху пустим. Будете стукать тростью да нам по звуку дорожку до цели помечать, шоб в закопушках вонючих не заблукали. Шуткую, шуткую! Самому мыться по второму разу за неделю, а ить влом то великий! Купальни дорого стоють, або исче мне рассказывали, че от этнтого дела ради... ридик... радикулит вскакивает, во!

[Фолси]

А вот чем упырям в обратку то прописать? По харям их бобынным, а? У меня от, клинок сребреный, но как с остальными "братишками", сталбыть

 

- Вампиры - насмешка над Аркеем, а вовсе не венец творения. Не нужно разводить панику вокруг существ, само существование которых - плохая шутка даэдрического князя, - Габриэль покачал головой, не преминув щегольнуть своими не совсем обыденными знаниями. Глядя на Борка, пижон поставил локти на стол и сложил пальцы в замок, задумчиво постукивая согнутой костяшкой о подбородок. - Мрут как и все больные твари. 

 

- Гы-гы! А мы вас, милсдарь, поверху пустим. Будете стукать тростью да нам по звуку дорожку до цели помечать, шоб в закопушках вонючих не заблукали. Шуткую, шуткую!

 

- Но я действительно не против остаться на поверхности, - Габриэль и не думал обижаться на шутку, в которой было больше правды, чем самой шутки. - Если кому-то понадобится особое оружие, я его охотно предоставлю. Меня довеском за собой тащить совсем необязательно. 

 

Бретон свободно откинулся на спинку стула и улыбнулся собравшимся, предлагая им продолжить обсуждение. 

[Alice von Bertruher]

- Вампиры - насмешка над Аркеем, а вовсе не венец творения. Не нужно разводить панику вокруг существ, само существование которых - плохая шутка даэдрического князя

 

- Вампиры...Ха! - усмехнулся Авит, с большим аппетитом, уничтожая мясо с капустой и жареным луком. - Да всего лишь кучка долбанных...- а следующее слово вы не услышите в приличном месте, ибо более нецензурного ругательства нельзя было бы и придумать, ведь охотник за головами несколько переиначил слово "кровососы", и в результате в новой интерпретации сея нежить стала большим любителем сосать далеко не кровь, но нечто совершенно иное. - Раньше имел с ними дело. Довольно верткие сукины сыны, но дохнут как и все. Достаточно лишь башку отсечь или как следует подпалить.

[Daylight Dancer]

- С олебурдой в тоннеле не развернешься. А коли вомперам зубов поубавить? Шеф, - для привлечения внимания Драма, норд призывно махнул, - а у нас магики в отряде, кто есть? Да и вчерась народу было больше. Ежели выйдет человек десять, али дюжина, проще послать вниз где-то половину. Там тесно, плюсом, коли народу мало, прошче сапой проскользнуть, пару волшебников с огнем по краям, а там, авось, буни-упыри и не заметють!

[Selena]

Вопреки "самцам" Инэра не отдавала предпочтение только мясу, с удовольствием дополняя его сыром, овощами и фруктами. Этим утром ее устраивало почти все - и плотный завтрак и то, что никто не домогался до нее и не пялился на грудь, поэтому настроение данмери можно было назвать вполне прекрасным. Прогулка по канализации ее не смущала, хотя желанной совсем не являлась, и да, она тоже могла так аристократично морщить носик, как и сидящий напротив щеголь-бретон.

Появившаяся на пороге и тут же исчезнувшая парочка была оставлена без внимания. Авот упоминание о вампирах заставило слегка поморщиться - она терпеть не могла этих мерзких тварей. Бутылочка с лечебным зельем ловко перекочевала с подноса в поясной кошель.

 

а у нас магики в отряде, кто есть?

 

- Вот он, - Инэра небрежно ткнула вилкой в сторону Габриэля, - точно маг. Как у тебя с огнем, красавчик? - и, не дожидаясь ответа, обернулась к Драму, - Варвар в чем-то прав, всей толпой в узких коридорах мы будем лишь мешать друг другу. Сколько там этой мерзости, что нужно обязательно идти всем?