Плюшевая Борода

а ты с какой целью интересуешься?

арален опечален   ах арален арален гуар опечален не жарит никто пустое ничто   ах арален арален прислуга в печали некого жарить гуар недоступен   ах арален арален редоран опечален старый лорд неприступен гуар недоступен   ах арален арален мускус опечален пахнет печалью и пепельной далью

Ристалище   - На ком это ты жениться собрался?   На ком, на ком. На каджите, конечно. Дшиассиииррр волнуесса, Дшиассирр не хошет замуш.   Он засмеялся, от души и искренне, без желчи или обиды - стылое сердце, которое почти разучилось любить, сейчас пело, и ему хотелось и смеяться и плакать и чтобы горло сжимали тиски. Ему хотелось жить.    - Осторожнее, пожалуйста.   - Я бы не стал этого делать, миледи. Уверенность должна быть основана на опыте, навыках или продуманности плана. А не на том,- он постучал указательным пальцем себя по лбу,- Что кто-то влез в вашу нервную систему наглейшим образом. Смотрите не погубите вашего... друга. Хоть турнирные копья и тупые, как подошва сапога, но раз в год и палка стреляет, как говорится.   Когда секунду спустя данмер все понял, то не моргнул даже бровью.   - Пожелай мне удачи,  - Увендрис прикоснулся губами к прохладному кончику чуть вздернутого носа и, развернувшись на пятках самых тяжелых сапог, что когда-либо носил, медленно зашагал к ристалищу.    - Я ценю ваше предупреждение и ваш совет...   Он обернулся, чтобы посмотреть на нее и улыбка на его лице стала еще шире.    Шаги путались с мыслями, мысли путались с шагами, но положа одну руку на сердце, а другую - на древко турнирного копья, Увендрис мог бы сказать, что ждал этого и даже жаждал - "преломить копье" о соперника или даже сверзиться с лошади, распластавшись на грязном песке под жидковато-сдержанный гомон толпы, - а потому все, что ему оставалось, было выбрать себе скакуна и Увендрис, не мешкая более ни секунды, направился к стойлам. Долго-ли, коротко-ли, но спустя некоторое время данмер, ведя в поводу крупного гнедого йокуданской масти, вернулся к  ограждению джостера. Жеребец в красной попоне свирепо раздувал ноздри и нетерпеливо переступал мощными копытами, видимо, имея свои собственные виды и намерения, с предстоящей сшибкой никак не связанные.   - Тпппрррр... - норов у лошадки был похлеще каджитского, но если от рыжего участь Увендриса в турнире никоим образом не зависела, то от гнедого - очень даже, поэтому Увендрис сжал поводья в руке и потянул их на себя, - ТПППРРР! Ну или как там...   Жеребец, огласив ристалище громким протяжным ржанием, взвился на дыбы, чуть было не сбросив попону и Увендрис сделал единственное, чему был обучен  - вскочил в седло и натянул поводья потуже, но это, кажется, еще больше раззадорило животное. Данмер подался вперед и почти лег на шею коня, обхватив ее обеими руками.   - Тссс! Тихо, хороший, тихо... - Фуссозай... - Чтооо??! - Лошадке нушно имя. Лошадка бес имени - плохой снак. Фуссозай... - "Без тревог"? Скверное у тебя чувство юмора, каджит. Даже не знаю, что удручает меня больше - оно или прискорбный факт того, что я, кажется, научился понимать несвязный бред, который ты несешь. Но правда твоя, жеребцу... - Пссс... каджиту кажесся, што Фусссосай - девашка... - Кххм. И правда, да. Точно. - Мммрррр... - Вот, хороший ма...девочка. Хорошая... На-ка, вот, скушай морковочку.   К ристалищу Увендриса четырехтактным аллюром донесла почти уже спокойная Фусозай. Увендрис потрепал лошадь по шее.   Какая хорошая девочка. Просто загляденье. 

ах арален арален твой дискурс орален твой бросок провален орвен дрес опечален

ах арален арален твой фейл гениален твой кристалл погас давай еще рас

техан на not so very светлое будущее

Плаза Редоран   - Ты уверен, что хочешь участвовать в состязании? - в голосе отчетливо слышалось плохо скрываемое беспокойство.   Прерванный нехваткой воздуха поцелуй поселил внутри, помимо волнительных трепетаний сердца и легкого, едва ощутимого зуда на кончиках пальцев, ощущение безграничного сродства, парящее чувство близости, которое данмер, сколько бы ни пытался, не мог описать ни на одном из известных ему языков - даже на Та'агра, которым теперь владел вполне сносно. Отчего всякий раз, когда она к нему прикасалась, ему хотелось воздвигать в ее честь гарнизоны, захватывать крепости, повергать в прах легионы врагов, слагать стихи, в конце концов?    - Нет, - совершенно честно, как на духу признался девушке данмер, - Cказать по правде, о луна моих небес, единственное, в чем я уверен - так это в том, что не хочу вообразить себе даже мысли о том, что больше не увижу тебя и твоих глаз, но...раз уж ты повязала мне этот платок... - данмер тепло улыбнулся, разглядывая белую тряпицу, - … то боюсь, выбора у меня не осталось, - он вдруг жадно схватил ее губы губами, срывая краткий, но оттого еще более желанный и лакомый поцелуй, после чего замолчал и несколько секунд неотрывно смотрел ей в глаза, - И не смей волноваться, о услада моих очей, в тех доспехах, что сейчас на мне, самое большее, что мне грозит - ушибить колено. До свадьбы заживет.   Памятуя о просьбе Доротеи не называть ее госпожой, Увендрис изворачивался как мог, придумывая всяческие заковыристые, но несомненнно искренние фразологические обороты довольно интимного свойства и, кажется, весьма в этом преуспел.

каджичий хвост не принимает участия в махаче! только данмир только коренное народонаселение морроувинда!1 потому что каджичий хвост хочет споймать лулзов а не копье в рыжее гузно

Кантон Редоран, верхний ярус   Плаза Редоран утопала во всех оттенках красного, что вряд ли можно было счесть удивительным или хотя бы необычным - ведь какой еще другой цвет могли бы избрать для себя Воины, как не цвет крови? Крови, что сегодня, возможно, прольется на песок ристалища - при этой мысли Увендрис почему-то ощутил прилив сил, а вес брони будто бы уменьшился раза в два, не меньше. Сдержанно хмыкнув и стараясь ничем не выдать удивления, он покосился на спутницу и увидел на прекрасном лице следы то ли грусти, то ли беспокойства - или ему снова казалось?   Лучше перейти реку полностью, чем вообще в нее не входить.   - Ты чудо, - в самое ухо девушке с придыханием шепнул данмер, обдав своим горячим дыханием тонкую бархатную кожe, и в двух этих хриплых словах запоздалой благодарности был заключен самый настоящий огонь - огонь, что горел сейчас внутри него. Огонь терзаний, тревог и...счастья. Чуть отстранившись, Увендрис бережно - словно бокал тончайшего горного хрусталя - приподнял девичью ладонь и одними губами отпечатал на тыльной стороне маленькой ладошки благопристойный поцелуй, а потом, улыбнувшись, добавил чуть громче, - Смею ли я дерзновенно просить леди благословить скромного мера на ристалищные свершения? Всего лишь одним поцелуем.   Нет, ну почему сразу одним.... почему не двумя? Или... нет, почему не тремя? Трое, почему не тремя?   Данмер, конечно же, сей ритуал изобрел только что и исключительно в надежде на то, что регламенты различных турниров - это последнее, о чем может быть осведомлена уважающая себя леди, но уже успел пожалеть, что так продешевил с рецептом. 

и меня и меня запишите! в комсомол на турнир, пожалуйста

Резиденция   - Выглядит просто потрясающе! - восхищенно улыбнулась девушка. - Только... - она прикрыла рот ладонью, сдержав усмешку, и весело сверкнула глазами. - Только я просила слуг, - магесса хитро посмотрела на аргонианина, сопровождавшего данмера, на что ящер лишь развел руками, мол, я ни при чем, - помочь облачиться тебе в броню после завтрака, а не до. Впрочем, неважно. А где Джи'азирр?   - Ааа? Каджит? Каджит только что был... - рассеянно отозвался данмер, к этому моменту отринувший попытки усесться на стул и оставшийся стоять - в полном боевом облачении стоимостью c cолнечный Солтсхейм и со шлемом под мышкой стоимостью с Плазу Редоран.   Тут.   - Завтрак? Завтрак... - Увендрис с трудом переборол желание нацепить шлем на голову прямо сейчас, дабы скрыть тем самым густой румянец на щеках и озадаченную замдумчивость на лице, но при здравом осмыслении не стал этого делать - вид у него и так был достаточно устрашающий, да и крутить головой в шлеме стало бы не "почти невозможно", а "совсем невозможно", - Эммм... я, пожалуй, не голоден.    Страница двести двадцать третья. Прежде, чем сопроводить даму в места приятственного светского досуга и утонченной высокой кухни, убедитесь в том, что вы облачены сообразно ее туалету. Не стоит надевать прогулочную тунику легкомысленного кроя, пусть даже и сшитую из тончайшей шерсти имперской крысы, или охотничий костюм эшлендеров в аккомпанемент к изысканному вечернему платью леди. Отдайте предпочтение утонченности и строгости - и леди будет вам безмерно признательна. Помните - женская благодарность может быть безгранично сладка, в отличие от женской мести.   Согнув руку и уперев кулак в бок (и лязгнув при этом доспехами так, что отвернувшийся к данмеру спиной аргонианин все же чуть подскочил), Увендрис предложил этот самый локоть даме, а потом данмера вдруг осенило, что с губ его не сорвалось ни единого словечка благодарности и он, выверяя малейшую толику движения, склонился к ее уху, чтобы, вложив в голос всю свою нежность и прошептать...   - Пссс... каджит хошшет погласеть на туррнирр! Ходу, ссэррры, ходу,..   Милосердие, ниспошли мне сил не угробить каджита, Мастерство, ниспошли мне выносливости выдержать вес этой треклятой кирасы, Таинство, ниспошли мне удачи не ударить в грязь даэдрическим шлемом.

Преддверие уборной->Cтул из массива зеленого морнхольдского амаранта с резной спинкой->Столовая   - Не разбирается в доспехах? НЕ РАЗБИРАЕТСЯ В ДОСПЕХАХ? ХАХ! ХАХ! ХАХАХ! - кажется, еще секунда и данмер грохнулся бы на пол в истерическом припадке, но вовремя подоспевший на выручку товарищу каджит предвосхитил данный непристойный конфуз, в самый решающий момент прицельно подпихнув лапой стул аккурат в то самое место, куда должен был приземлиться обескураженный данмерский зад. Увендрис грохнулся на сиденье, устланное тончайшей золотканной парчой, и затих. - Кышш... - Джи'азирр беззлобно отпихнул аргонианского служку в сторону двери, очевидно намекая на то, что неплохо бы оставить сиятельнейшую персону мусеры Увендриса наедине со своими мыслями и каджитом. - Сэрра? - Ыммм? - промычал данмер, слегка побледневшие губы которого при этом почти не шелохнулись - сейчас Увендрис больше напоминал изваяние из застывшей плоти, нежели живого мера. - Каджиту и данмерру поррра.... - Я не могу. Не могу принять подобного. Не могу и все тут. Понимаешь? - Каджит не понимает... Увендрриссс хошет обидесь ссамочку? - Нет, но... - Увендррисс хошет ссаму самочку? - Да, но... - Увендррисс облашается в этот стрррашный черрный доспех и идет в сстолофую. - Помоги мне встать. Трое, у меня колени подгибаются... - Кримирр, Увендрриссс.   Кххм. Кххм-кхххм. Кхмммм-кххмммммммм. А недурственно смотрится. Совсем даже недурственно. И сидит как влитая, словно по мне ковали. Кхмм. Кхмм-кхмм.   Четверть часа и дюжину дюжин в высшей степени непристойнейших выражений спустя данмер, облаченный (не без помощи каджита) в то, что по мнению его отца, отличало мальчика от мужа, т.е. в "cынок, можешь хоть вьючных гуаров охранять вместе с торгашами, но доспехи себе, уж будь любезен, выбирай попрочней и посолидней, подостойней, ты ж не какой-нибудь там н'вах..."   Куда уж достойней, папуля. Куда уж достойней. Ну, с Трибуналом...   ....явился в столовую пред волнующие родники кровавых глаз, то первым делом поспешил присесть, но на поверку задачей это оказалось в высшей степени нетривиальной, поскольку даэдрическая броня явно не предназначалась для того, чтоб в ней трапезничать.   Убивать можно, завтракать нельзя. Такие дела.

Преддверие уборной или somewhere around there   - Вам нужно что-нибудь ещщще, сссэра? - спросил ящер и добавил: - Госсспожа Доротея велела сссказать, что ваши доссспехи доссставлены, - в его голосе что, промелькнула зависть? - Желаете надеть их сссразу посссле завтрака?   Мысль о том, что надевать доспехи будет не он, а на него, несколько претила данмеру - несмотря даже на то, что он прекрасно знал, как тяжело (а порой и невозможно вовсе) нацепить на себя доспехи так, чтобы не лишиться их чуть позже в самый ответственный и неподходящий момент. Но нет, сегодня он должен был быть на высоте, причем высота эта должна была оставаться неизменной на всем протяжении сшибок и составлять примерно шестнадцать ладоней - от чистопородных копыт до чистопородной холки плюс минус три пальца до передней луки пенчика - поэтому решил поступиться принципами.   Страница двести шестнадцать. Мер, человек али зверь, денно и нощно следующий регламенту своих принципов без того, чтобы проявлять гибкость (коя не только в любовных утехах полезна), рискует снискать славу не вполне пристойную и знаменательную, а говоря словами того самого мыслителя, имя которого вылетело у меня из головы, заслужить звание мудака. Владейте догматами, но не позволяйте им владеть вами, сержос.   - Истинно так, милейший, мне требуется кое-что еще. Необходимо разыскать некоего Джи'азирра, коий является каджитом, плутом, лгуном, мелким воришкой, а также рыжим прохиндеем, весьма охочим до прелестей всякого рода падших девиц... "В принципе, можно было ограничиться каджитом." ... и уведомить этого поганца о том, что известный ему Увендрис желает лицезреть его на празднестве в Плазе Редоран сегодня после обеда. Устроишь мне такую любезность? - не дожидаясь даже малейшего кивка (данмер вовсе не старался сохранить внешний лоск нобилитетного превосходства, на который плевать хотел с высокого Аркнтанда по причине необычайной широты взглядов на вопросы классовой и расовой сегрегации в морровиндском обществе, данмер просто витал мыслями в совершенно другом месте, а именно, пребывал ими уже всецело на ристалищном круге), - Что же до доспехов, то желаю. Изволь сопроводить, будь любе...   - Пссс... каджит тебя нашел.   Увендрис едва сдержался от того, чтоб не подскочить на месте прямо в исподнем, да и аргонианин, наверное, тоже - каджит, по обыкновению, появился из ниоткуда, - Ходу, ссеры, ходу... - кошак чуть прикрыл веки и повел чувствительным носом - пахло молочком и чем-то еще... вкусненьким.    Каджит хошет кушать, но еше больше каджит хошет видесь морду Увендррриса, когда тот обнаррушит вместо орошей брррони бошой-бошой сюрррприс...   - ОХУ...БАЛДЕТЬ! КТО-НИБУДЬ! МОИ ГЛАЗА! КАДЖИТ! КАДЖИИИИТ! ТЫ ВИДИШЬ ТО ЖЕ, ЧТО И Я?! ТО ЖЕ ЧТООО И ЯЯЯ?!   Мммрррр...    Азирр, прикрывая морду лапами, из последних каджитских сил сдерживал смех, пока ошарашенный созерцанием полного даэдрического доспеха Увендрис безуспешно пытался вернуть нижнюю челюсть на свое законное место. 

доротея в надежнейших руках, ведь данмир приличный от слова алистер и по вивику на набигает в поисках данмирок коих можно было бы дерзновенно и алчно дергать за цыц...цыц гусары молчать, а блюдет всяческий целибат, гигиену (стр.214) и вообще планомерно готовит 27 дюймов себя ко встрече со прекрасным кстати, вопрос к дому редоран - будут ли выдадены страждущим конвенционные дрыны для учинивания мордобитиев промежду скамповыми нвахами и другими представителями социального днища аль лучше приходить со своими нваховилами?

Уборная   Немного сожалея о том, что в его распоряжении не оказалось излюбленного им благовонного телванийского мускуса, Увендрис выбрался из бадьи и встряхнул головой, веером брызг возвещая миру об окончании банных процедур. Кожа быстро остывала и капли воды, секунду назад еще теплой, теперь прохладно бежали по спине, но облачаться данмер не спешил - во-первых, он не знал, во что ему следует облачаться, ведь его рубахи поблизости видно не было (да и какой уважающий себя данмер мог позволить себе таскать на себе одну лишь рубаху без портов??? стыд и срам), а во-вторых, ему просто нравилось стоять голышом у зеркала, а мысль о том, что где-то там, возможно, у зеркала стоит не менее обнаженная Доротея, разгоняла по венам кровь почище любого афродизия и будоражила воображение. Данмер присмотрелся к отражению и отметил, что, пожалуй, наиболее выигрышной частью его фигуры по-прежнему является...   Всё еще двадцать семь дюймов.   … талия. Еще немного покрасовавшись у зеркала (временами даже воображая, будто бы рядом стоит Доротея и ее ниспадающие на лоб влажные волосы щекочут ему лицо, когда он пытается ее поцеловать, а она смеется и шутливо отпихивает его и... прочее-прочее), Увендрис принял решение вообще не касаться кожи полотенцем - мысль о том, чтоб высохнуть самостоятельно, была чем-то новым, а потому приятным.   Страница двести четырнадцать. Гигиена для данмера - залог успеха на любовном поприще, ибо, как метко подметил один из величайших мыслителей современности, имя которого я, к сожалению, запамятовал - "запах может убивать, а может влюблять."  Ешьте побольше твердых овощей, перед сном старайтесь избегать употребления в пищу пахучих сортов сыра, а также умеренно употребляйте спиртное, коего мерзкое послевкусие ни одной уважающей себя леди не несет ничего, кроме беспокойства и брезгливых чувств, но коли уж употребили - не повторяйте ошибок непросвещенных скаалов и пользуйтесь пастою зубной невозбраннейше.   Кххм. Ну, меня, наверное, должны позвать? Или постучать в дверь? А если служанка зайдет, а я без всего? 

q: why do tribunal girls love redoran boys so much? a: because with house redoran, the temple always comes first. думаю, индорил и редоран найдут общие кхмм точки соприкосновения  :sweat:

Резиденция   - Похоже, нам следует начать собираться, если мы не хотим опоздать или ударить в грязь лицом, - она усмехнулась. - Я прикажу слугам все подготовить.   - Не следует ли нам в таком случае кликнуть мера в ливрее, дабы он помог нам должным образом подготовиться к сему важному и, вне всяких сомнений, пышному мероприятию? - Увендрис глумливо ухмыльнулся и приблизился к Доротее на опасно близкое расстояние - опасность заключалась в первую и главную очередь в том, что оказавшись почти впритирку, данмеры рисковали сильно опоздать на устраиваемый Домом Воинов прием, и, не будь Увендрис таким остолопом, пожалуй, и опоздали бы, - Что же до грязи и её соприкосновения с лицом, а также всеми прочими частями тела, то боюсь, грозит это только мне, да и то по взаимному сговору и с использованием конвенционного оружия - Редоран славен своими воинскими традициями. Впрочем, Воинам не откажешь в лисьей прозорливости, ведь старая добрая битва способна сблизить даже вчерашних врагов.    Уж я-то знаю.   Но Доротея витала где-то в своих мыслях - причем судя по беспокойному и немного отстраненному выражению её лица, терзающие леди Хлаалу мысли были отнюдь не самого радостного свойства.   - Что-то случилось? На тебе лица нет, - кто-бы знал, чего ему стоило взять ее за подбородок и уверенным движением пальцев чуть приподнять лицо вверх, до пересечения взглядов, - Скажи.   Вся эта любовная наука была, по мнению Увендриса, чертовски сложной штукой, но Доротее, кажется, его уверенность сейчас нужна была гораздо больше, чем даже ему самому.

нваховил это нвах с вилами или глагол?

Набережная->Резиденция    - Прекрати звать меня госпожой, пожалуйста. Это звучит, - она поморщилась, - ужасно. Словно мы не равны.   Одни равнее прочих, другие - нерАвнее. Ни люди, ни меры, ни даже звери никогда не будут равны - ни среди отличных от них, ни среди подобных себе. Всегда будет тот, кто захочет урвать ломоть побольше, как будет и тот, кто этим ломтем подавится. Будут также и другие, те, что столпятся рядом и, жадно галдя, примутся склевывать сыплющиеся на пол крохи или безразлично взирать на пир скальных стервятников. Будут предатели и будут герои, будут тираны и будут мессии, но ты... ты всегда останешься властительницей моего сердца и моей души... моя несравненная госпожа.   - Как вам будет угодно, мутсера, - в противоположность предыдущей оказии, когда Увендрису довелось произнести эту фразу горестно и в сердцах, сейчас она звучала в шутку и сопровождалась улыбкой. Нагнувшись, данмер поднял дублет и встряхнул его пару раз, но надевать не стал, а просто перекинул через плечо.   - Идем отсюда? До резиденции рукой подать.   Данмер согласно кивнул. Он собирался уже было подать девушке руку, но в последний момент вдруг передумал и, притянув ее к себе, приобнял за талию - так было куда лучше. Куда лучше.

Набережная одного из многочисленных каналов Вивека   Страница двести два. Данмерская техника любовной безопасности. Прежде, чем уединиться с дамой вашего сердца в укромном уголке, следует удостовериться, что ни вам, ни ей ничего не грозит. Тщательно осмотрите близлежащие окрестности любовного гнездышка на предмет наличия прямой либо косвенной опасности, а также убедитесь в том, что ваша избранница укрыта от ветра, солей пепла, корпрусных тварей, пепельный вампиров и прямых солнечных лучей, равно как и любых других факторов, могущих повлечь за собой ухудшение состояния её здоровья. Помните - любая угроза вам или вашей возлюбленной, непосредственная аль растянутая во времени должна быть устранена. Не делайте исключений из этого правила и дотянете от первого поцелуя до первого красноглазого статного крепыша.   - Погоди-ка секунду... - Увендрис пристально изучал "близлежащие окрестности", но никакой опасности ниоткуда не исходило, а значит, настал черед факторов. Солнце - в порядке. Ветра - нет. Каджита - тоже. Камень... камень - холодный. Ага, вот оно, искомое неизвестное! Распоясавшись, Увендрис стянул с себя дублет (и вот теперь-то данмер остался в рубахе, как изначально и предполагала Доротея) и выстелил им холодные камни, - Прошу, моя несравненная госпожа.   Теперь можно было облегченно вздохнуть, широко улыбнуться, и, дождавшись, пока девушка примет его приглашение присесть, устроиться рядом с ней - что данмер и сделал.   - Я должен кое в чем тебе сознаться... - опершись на локоть и чуть откинув голову назад, данмер принял полулежачее положение, из которого так сподручно было любоваться играющими в растрепанных волосах солнечными лучиками,  чудным точеным профилем, нежными изгибами плеч и спины и.... прочим-прочим, - Ты прекрасна.   Он сказал вовсе не то, что собирался сказать еще несколько секунд назад ("Я никогда не плавал в лодке под водой") - но сказанного не вырубишь двуручной секирой, да он и не стремился.

кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро а кто не ходит по утрам, тот уви с доротеей

пока мастера этой интересной игры вперед ногами не вынесут в другой интересной игре, игра не начнется  :sweat: +РП в прологе ожидается неспешное и можно будет набигать и грабить омереканскея корованы и после начала игры

подкатить к дражу мохнатые шарики это как пройти дс2 на нг7 и остаться психически полноценным, т. е. невозможно, потому что нужно же больше женщин а гифана я тоже не вижу, кстати

Vivec by Dawn   Мир, живущий собственной жизнью, отличной от наземной. Морские желуди, рыбы, устрицы и прочее-прочее. Весьма и весьма занятное зрелище.   Стоило Доротее, словно игривой кошечке, пылко прижаться к нему в ответ, как данмер (которому, окажись даже они сейчас и в более людном месте, до правил приличия дела было бы еще меньше, чем до вытянутой мины гондольера с широко раскрытым ртом, капитулировавшего и сдавшего судно без единого возражения) почувствовал легкое покалывание на коже, а секунду спустя вокруг них свился купол из... нет, пожалуй он ни за что не поручился сказать, ЧТО это было....   Говорил мне отец - "Cынок, магия - это новая сексуальность. Учи магию, сынок."  А я не слушал. Дурак же я был. Дурак.   ...но смотрелось здорово и сильно смахивало на тончайшее дымное стекло - конечно, если бы существовало хоть где-то такое зыбкое, подернутое изумрудной пеной стекло. Завороженно глазея на чудо магической мысли, сдерживающее толщу воды от проникновения внутрь сводов защитной сферы, на саму эту воду, серо-лазурную, изукрашенную, словно незаконченное полотно безумного художника, мазками первых рассветных лучей в легкий багрянец, на поросшую черным илом каменную кладку и... на прочее-прочее, Увендрис, тем не менее, ни на мгновение не ослаблял хватки - несмотря на безотказную магическую защиту где-то под гулко бьющимся сердцем жила тревога. Жила и никак не желала покинуть пределов грудной клетки, свернувшись внутри беспокойной шипящей змейкой и медленно отравляя его уверенность. Да, ему было страшно, потому что ему - в кои-то веки - было, что терять. Было, кого терять. Данмер склонился к вожделенной шее и, легко коснувшись губами бархатной кожи, оторвал губы лишь на секунду, чтобы поцеловать девушку снова - чуть выше, под мочку уха, следом наступил черед щеки и.... за несколько переходов губ данмер, наконец-то, добрался до губ, которых так желал, чтобы жадно и порывисто впиться в них поцелуем.

лец ми спик фром май харт ин мунспик Драже впустую спустил на невообразимо прекрасный мужеский волосяной покров тыщи жучиного уксуса муксуса Муми любит поней, this is known, а раз пони мы, значит, она любит нас Терри Пратчетт (точно любит)