-
Постов
8 501 -
Зарегистрирован
-
Посещение
-
Победитель дней
3
Тип контента
Профили
Новости
Статьи
Мемы
Видео
Форумы
Блоги
Загрузки
Галерея
Весь контент Фели
-
— И что с тобой не так? — Прости? — непонимающе изогнул бровь птенец, вмиг почувствовав себя неуютно и одной лишь силой воли подавив невыносимое желание попятиться и согнуть ноги в коленях. — Не… совсем понимаю, о чём ты. Если судить по бегающему взгляду — он скорее не совсем понимал, о чём именно говорил Гамбит. Очевидно, с рыжепёрым птенцом много чего было «не так». — И почему я должен был тебя того? — окрепшим голосом поинтересовался он, нахмурившись и скрестив когтистые руки на груди. — Я не нападаю первым!.. Обычно. И вот опять. Недомолвки, настороженность... параноик чистой воды, разве что за спину постоянно не оглядывается.
-
Иона не совсем понимал, что Гамбит имел в виду под «не выдающимися рогами». Они должны были быть больше? Наверное, у таких как он — фавнов — рога должны были быть больше. Что в свою очередь значило, что Гамбит не был типичным представителем своего народа. Он говорил об этом прямым текстом, честно говоря, но рассказывал он скорее о социальной инности. Физическая инность от остальных Ионе показалась… ну, более понятной со своей колокольни. — Так значит, другие сатиры смеялись над твоими рогами? — невинно выкрикнул птенец, с выражением абсолютной концентрации схватившись за другую лиану и подергав ее, как бы проверяя на прочность. С чувством такта у него определенно были небольшие затруднения. — Ну, ты говорил, что ушел именно из-за этого. Это было не слишком-то… добро. Похоже, другие сатиры… ну, ничем не отличаются от остального мира? Он хотел сказать «не самые добрые существа», но потом со вздохом признал: они не были ничем хуже людей, эльфов и остальных. Может, даже лучше: в конце концов, Гамбит был вполне славным. Попятившись назад и с прищуром запрокинув голову, Иона попытался вспомнить траекторию полета сатира и сдвинулся чуть в сторону, с разбегу отталкиваясь от укрытой зеленым покровом земли. Но его старания не угодить в кусты оказались бесплодны, и причина была самой прозаичной: Слишком легкие и, что немаловажно, полые кости. — Мне кажется, я где-то ошибся, — с неуверенным смешком пробормотал птенец, без страха уставившись на пролегающую на дне узкой долины реку и забавно дрыгнув ногами. Лиана, не получив инерции от веса, вяло побарахталась и осталась где-то посередине, слишком далеко от берега с Гамбитом, но и недостаточно близко для другого берега. Вздохнув (черта, которую он подцепил от Баро — в любой затруднительной ситуации нужно вздыхать) и запрокинув голову, птенец… шустро пополз вверх по лиане, до тех пор, пока его рыжие перья окончательно не скрылись в кронах деревьев, оставляя фавна сидеть в кустах, не в самом гордом одиночестве. Ну, хоть относительно недолгом; спустя буквально пару секунд за его спиной раздалось поскребывание и шорох крошащейся под чем-то острым коры. Иона, будто какой-то пернатый кот цепляясь за ствол острыми когтями на руках и ногах, невозмутимо соскользнул на прохладную лиственную подстилку, слегка приминая небольшой островок свежего клевера. — Ты упомянул обязанности, в которые входит... ум, посещение городов. Ты странствующий целитель, или что-то в этом духе? — беззаботно поинтересовался Иона, пытаясь отряхнуть когти от оставшихся на них чешуек коры. — Баро рассказывал, что он сам таким был. А птенец любит слушать и делать выводы, похоже.
-
Со всеми вашими тиранистическими беседами за кружкой слез врагов у меня самой появилось желание поиграть. :О Тем хуже для меня, наверное. Но теперь - о плохом. На этой неделе у Фели из-за форс-мажора не получится сесть за клавиатуру от слова "совсем". Я постараюсь как-нибудь вырваться ближе к выходным и пятнице, но это далеко не факт, к сожалению - я сейчас в другом городе, а у родни нет из "компьютеров" только первая PS с тремя дисками, два из которых - Спайро. Ага, фортуна ко мне не благосклонна. Фолси, я постараюсь сейчас как-нибудь нацарапать на телефоне ответ, дабы ты не был замурован в текстурах целую неделю, хорошо? Все - оставайтесь прекрасными и оставайтесь на связи! PS: забавный факт: это сообщение пришлось писать аж три раза.
-
— У тебя цвет, как у заката. Красиво. Ты летать умеешь? Представляю, как эти крылья выглядят на фоне неба. Эти слова, абсолютно лишенные всякого насмешливого или угрожающего подтекста, возымели… довольно странную реакцию: Иона вздрогнул, как от удара, и как-то зябко съежился. Руку с плеча он, однако, не убрал; черт возьми, эти перья были такими мягкими, что из них письменная принадлежность - как из козла барабан. Зато, наверное, спать на таких удобно до ужаса... Что? Говорят, некоторые богачи для своих перин покупали перья гарпий, а уж они-то были жесткими! — Когда я летаю, это совершенно не красиво, — промямлил птенец, с тоской уставившись в глаза Гамбита большущими, печальными глазищами. У сатира внезапно возникло стойкое ощущение, словно он пнул щеночка — даже не взирая на то, что он совершенно не имел понятия о каких-то там проклятиях и о том, что вообще есть вендиго. — Но… спасибо. Ты тоже красивый! — со слабой улыбкой возвестил птенец.
-
— Отвести? По дороге как раз о себе расскажешь. Вон какой ты яркий и пушистый! Наверняка тебя все очень любят. Иона, во время рассказа аж приоткрыв в восхищении рот и слушая, затаив дыхание, после этого предложения нахмурился и резко заерзал, пригладив гладкими обсидиановыми когтями рыжие волосы и тыльную часть шеи, покрытую такого же цвета мягкими перышками. Чудно, как ловко он обращался с такими кинжалами вместо пальцев, без каких-либо дополнительных усилий умея как распарывать ткани и вырывать перстни из хвата змеевидных лиан, так и аккуратно раздвигать вьющиеся локоны на голове, дабы рассмотреть небольшие рожки фавна. Интересно, мог ли он с такой же лёгкостью как вспороть чье-нибудь горло, так и погладить по щеке? "Любят". Иона, честно говоря, не был так уверен в уместности этого слова. Баро, конечно, о нем заботится в той чудесной пропорции, когда забота не перерастает в одержимость и наседничество, а Албадин ставит его безопасность едва ли не выше всего прочего, но птенец не знал, можно ли это считать любовью в обычном понимании. В смысле... любовь - это что-то градусом повыше простой заботы? Как... как Эсми. Она заботилась о нем, но при этом очень хотела проводить с ним время, учила его говорить, расстраивалась, когда он уходил с рассветом... Но Эсми больше нет. Баро, узнав полную историю у одного из своих друзей по группе, поговорил с печальным юношей об Эсмеральде и, словно пытаясь утешить, упомянул странный огонек в окружении свиты красных виспов; Иона не знал, что это значило, но всё равно надеялся на лучшее! Однако полно, у него теперь был собеседник. Причем тот, что не шарахался от него, не считал неразумным дитем, и при этом искренне думал, что Иона... ну, ничем не хуже остальных? Но это всё равно не продлится так уж долго. — Когда меня видели при свете дня - либо пытались закидать камнями, либо отловить, — тихо пробормотал пернатый юноша, рассеянно взглянув на расстилающийся пред ними вид цепей. — Похоже, ты много на свете повидал, раз столь многое помнишь. Я даже не знаю, как моя мама выглядела. - Причем тут консервы? — А что такое консервы? — на полном серьёзе поинтересовался Иона, рассеянно моргая на странную парочку "герцогинь". О'Чар, может, и знал паренька ещё со своей миссии в чащу Цветущих, но вот кто при этом говорил, что паренек мог знать О'Чара?
-
— Не хочешь прогуляться? Расскажешь, откуда такой взялся. Не припомню воплощенцев в наших краях. А уж я расскажу и о пророчествах, и об этой… штуке. Иона слегка нахмурился и задумчиво покосился в сторону Баро. Тот лишь успел со слабым смешком пожать плечами, прежде чем его новый сожитель радостно и со всей души хлестнул его кончиком лианы по лбу и сжал горло, принимаясь душить. — Хм. Хорошо! — легко согласился птенец, поднимаясь на ноги и бодро зашагав к двери, позволяя своей няньке лично сражаться за главенство над телом. Ему ведь все равно следовало побольше узнать о мире, верно? Верно! — И когда королевство чуть не провалилось в ад? — требовательно поинтересовался птенец, спускаясь вслед за фавном по резной винтовой лестнице. Размеренное цоканье копыт теперь сопровождалось едва слышным стуком соприкосновения когтей на человеческих ногах с древесиной — Иона категорически не хотел носить обувь.
-
— Ну вы, блин, даёте. Это что же… два в одном? — Мне иногда кажется, что в одном из раскладов колоды я могу стать именно что "два-в-одном", — невесело пошутил(а?) человек, со злым на всё мироздание вздохом извлекая на свет ещё одну карту. Эта, впрочем, немного отличалась от тех, что ещё минуту назад кружили хороводы: рисунок был немного бледен, но исходящая от него магическая аура была в разы мощнее. Пару нелепых взмахов картой спустя перед птенцом и фавном стоял уже знакомый лохматый дриад, отряхивающий нагревшуюся карту в воздухе на манер своеобразного веера. Иона же, подозрительно покосившись на прикрывшего его сатира (он вполне мог защитить себя сам, и от чего угодно!) в ответ на манипуляции опекуна лишь широко зевнул - вот уж кого не удивишь всякими перевоплощениями, а ведь казалось, что побыл вместе с Баро всего ничего! - и бесцеремонно впихнул в руку сатира украденную лозой печатку. Паразит на поясе победоносно усмехающегося Баро издал негодующий стрекот. — Всё равно не понимаю, зачем эта штука тебе нужна, — честно признался он, сощурив на Гамбита неестественно голубые глаза и склонив голову набок. — И о каких пророчествах ты говорил?
-
Когда торнадо улеглось, сатир и птенец смогли увидеть на месте лохматого дриада в чёрном халате очень, очень сердитую и растрепанную дриаду в таком же чёрном халате. Открыв было рот, чтобы исторгнуть на свет Всесоздателя поток отборных ругательств, девушка приметила разинувшего рот Иону и тут же его захлопнула. Вместо этого она лишь с раздражением потерла переносицу и покосилась в сторону сумки, в которой скрылся злорадно посмеивающийся хоровод карт.
-
— Со мной… всё… в порядке! Иона присел на корточки рядом со сраженным — не абы чем, а самой полкой с большущей вазой фруктов! — Гамбитом, вокруг головы которого с чириканьем кружились красные призрачные колибри. С физиономией великого мыслителя приподняв резную дощечку из красного дерева с рогатой головы неожиданного гостя, птенец нахмурился и беспардонно царапнул когтем небольшой рог в курчавых волосах. — Баро говорил так же, перед тем как рисунки дали по нему залп золотых кружек из ниоткуда, — поделился птенец, прикрыв один глаз и растерянно почесав голову. Таких людей — с нижней половиной от животного — ему уже доводилось увидеть. Правда, в прошлый раз это была наполовину женщина, наполовину — змея, которая попыталась его съесть. Но почему-то складывалось ощущение, что этот полузверь с большей вероятностью навредит самому себе, ежели птенцу. Не значит, впрочем, что не стоит быть настороже. — А меня Ионой зовут, — поделился парень, когда сатир не без его помощи извлек осколки из своей шевелюры. Повернувшись к своему опекуну, который со стоном приподнимался на локтях, он кивнул в его сторону. — А это - Баро. Баро с натянутой улыбкой кивнул, прижимая ладонь к разбитому носу. Но произнести хоть что-то дриад, к сожалению, не сумел: шкатулка с уже знакомым треском распахнулась, и из сумки тихонько ругнувшегося мужчины вылетело целое торнадо шуршащих разноцветных карт, закруживших вокруг него настоящий хоровод.