-
Постов
33 335 -
Зарегистрирован
-
Посещение
-
Победитель дней
235
Тип контента
Профили
Новости
Статьи
Мемы
Видео
Форумы
Блоги
Загрузки
Галерея
Весь контент Фолси
-
Вот честно, отстреливал бы я таких игроков из соляного ружья)) Роман - это весьма тонкий и личный отыгрышь, на который чувства особенно впечатлительных игроков (вроде меня, к примеру) завязываются тройным морским узлом. Его либо вообще не стоит начинать, либо стоит заканчивать по обоюдному согласию. Но вовлекать кого-то в роман (или в мысли о том, что он возможен) для того, чтобы обломать - это плохо и некрасиво. Если вы такие альфа-динамо-самцы, то просто паситесь в сторонке и не забредайте на полянку нежных фиалок :angel: Вот Бобрик молодец - красиво так отшила Штормвинда. Ни обид, ни разочарований. Так что низачот, Номад. :pardon:
-
— Право, миледи, вы мне льстите. В сравнении с вашей красотой я — бабочка-капустница на фоне прекрасного павлиньего глаза, — низко поклонился мужчина, мягко улыбнувшись последней из Блэкхоллов. — Бабочка, что вознеслась над остальными ленивыми гусеницами. Уже немало значит, правда? — смущение княжны длилось совсем недолго. Всё же она выходила на тренировочное ристалище с собственным братом, где получала ощутимые тычки тренировочным мечом и часто падала, глотая пыль. Что же до румянца… самой природой в сердца девушек заложено смущение перед красивыми мужчинами. Насколько бы эти девушки не были самостоятельны. — Позволите вашу руку? Хочу ощутить ваше тепло и вдохнуть аромат этих цветов, пока ещё… пока ещё могу, — на белоснежное лицо княжны упала тень. Но девушка несильно тряхнула головой (чтобы избавиться от навязчивых мыслей, но не сбить причёску) и сделала несколько уверенных шагов к Баро, протягивая друиду руку. Свет блеснул на золотых изогнутых когтях, одетых на пальцы. На миг дриаду показалось, что он слышит удалённый клёкот.
-
Однако ты должна любить себя такой, какая ты есть. — Я и есть такая! — счастливо и дерзко воскликнула княжна Анастейша (да, такое обращение подходило к ней сейчас лучше всего), подхватив чёрные шёлковые юбки и закружившись в танце увядания. Было так приятно снова ощущать твёрдую опору под ногами, тяжесть убранных в причёску густых волос, прохладу хрустальных туфелек и лёгкое дуновение встречного танцу ветерка. Наконец княжна остановилась и лихо прищёлкнула пальцами — золотые украшения на них отозвались гулким перезвоном. — Хех… действительно. Замечательная задумка, миледи! — с заинтересованной улыбкой отметил Гринмур, слегка поклонившись. — Сеньор, у меня просто… нет слов, — глаза девушки (обычные, не залитые кровью) удивлённо распахнулись, а губы чуть изогнулись в улыбке. Так мог выглядеть человек, который узрел нечто невообразимо прекрасное. — Я всегда считала, что окружающий нас мир — самое чудесное творение Праматери. Но вы совершеннее, — девушка смущённо опустила взгляд. На её бледных щеках пылал румянец.
-
Просто…воображайте! — А если я хочу… — не успела княжна закончить предложение, как её быстро, но ненавязчиво потянуло к облицованной дорогим мрамором сцене. Белые ступни коснулись пола театральной ниши, и Настя вдруг ощутила холод. Ощутила! С момента своего воскрешения она ничего не ощущала, ничего не могла по-настоящему коснуться. Не веря собственным чувствам, аристократка посмотрела себе под ноги… и ахнула. Две человеческих ступни. Бледные, маленькие, но настоящие! Укрытые полупрозрачной сорочкой ножки тоже принадлежали человеку, а не духу. Как и всё остальное. Настя судорожно ощупала лицо руками — так и есть: скулы, нос, губы и тонкие брови тоже проявились. Белые тонкие пальцы коснулись затылка и обнаружили там тугой пучок волос. Единственное отличие. При жизни взбалмошная княжна никогда не носила сложных причёсок, предпочитая обрезать волосы, едва те доходили до плеч. Зелёные светлячки закружились вокруг девушки, и от их пыльцы, струйками стекающей по худощавому телу, белая сорочка видоизменялась, превращаясь в строгое шикарное платье, цветом и украшениями больше подходящее Чёрной Вдове из мрачных сказок: Однако недавней банши (а в особенности — её роли в спектакле) этот наряд подходил идеально. Кандалы на запястьях рассыпались золотыми искрами, чтобы оплести пальцы и превратиться в загадочные хамские украшения в форме птичьих когтей. Настя неуверенно переступила с ноги на ногу — и хрустальные туфельки на её ногах отозвались печальным перезвоном. — Это… это прекрасно! Спасибо, леди Альгисиль, — вновь живая княжна благодарно приложила одну руку к груди, пальцами второй быстро вытирая слёзы счастья, что прозрачными трещинками чуть испортили идеальный алебастр такого юного лица.