Карта с помятыми краями, на изображении которой до сих пор чинно восседала дама в окружении алых сердец, неуверенно вылезла из-под стола. С лёгким чпоком из маленькой картонки, словно растянутый мощным выдохом мыльный пузырь, выстрелил вперёд язык белого тумана, который начал надуваться и приобретать хорошо знакомые формы.
— Я со страху чуть не ожила, — призналась банши, устало выгнувшись на трапецевидном столе и приложив ладонь ко лбу. Хоть это сражение и не походило на жуткую бойню в замке Блекхолл, но по уровню безумия происходящего могло на три лиги переплюнуть все несуразицы, которые случались за короткий смертный век княжны.
— Я вдвовец с печальной историей, вечно молод и красив и учавствовал в спасении мира. Кто из нас тут идеальный кандидат? — с дружелюбным оскалом поинтересовался Влад, которому досталось в этом бою побольше остальных — он дважды терял сознание и дважды приходил в себя.
Услышав эти слова, Настя приняла ещё более несчастный и беззащитный вид, присущий той самой, единственной девушке в беде.
— Сударь, право, вы меня смущаете, — проворковала банши. — У меня сейчас щёки инеем покроются!