Лакич

*Твое лицо, когда Гонч снова плагиатит*

Так что ты это — проверь, как будет время. Как раз ради такого случая он купил новенький анализатор наркотиков, взамен того, что разобрали за запчасти панки год назад во время его отсутствия. Люди были крайне ублюдошными существами, особенно те, кто жил на Улице: и когда дело доходило до возможности подразаботать лишние пару евробаксов, то отвертка и инструмент — это первое, что шло в ход. — Это уже интересней, — заговорил Бордо, — спасибо, — его голос становится серьезней, — имам. Если это и шутка, то она не удалась. Как обычно, впрочем. Мистер Уинстон Бордо извлек из своей сумки причудливое устройство, чем то отдаленно напоминающее кибердеку нетраннеров: только кибердеки не умеют анализировать наркотики, выявляю химическую формулу всевозможной дряни, а эта штучка — умела. Медтех достал одну из таблеток, разломал ее на две части и закинул в склянку, разбавив неизвестным остальным раствором. Спустя мгновение колба была помещен в специальное отделение сканера: техника едва слышно загудела, печатая причудливый набор символов, понятный только Бордо. Тот только присвистнул. — Эта достаточно убойная штука, ха. Выкрутит твои настройки до предела, будешь ловким, быстрым, на адреналине, на стиле, как настоящий праведник. И тебе будет хорошо, даже лучше, чем от моей дряни. Правда твой мозг такой нагрузки не выдержит. И сердце, кстати, тоже не выдержит приключений, которые ты обрушишь на него во время действия Вознесения. Воистину, эта штучка: прямой рейс к Аллаху и сорока девственницам. Тех:

Если кто и мог спросить этих конкретных медтехов о причине создания совсем уж некачественной дряни, которой нет толкового применения, то оба могли ответить, что "это была - удачная - попытка синтезировать тот наротик BioTech". Дело явно не было никак связано с многочисленным алкоголем и практическим интересом, вызванным увеличением процента спирта в крови. В конце-концов, Уинстон Бордо был хорошим человеком. Только химиком был, к сожалению, еще лучше. Но даже Уинстон Бордо не знал, как еще извратить форму синто-героина. Впрочем, получилась та еще дрянь.   - Он хотел рейпануть какую-то девушку, но его успокоили пару Соло. Так что думаю, что все прошло успешно, - усмехнувшись, проговорил Уинстон. О, как прекрасен этот дивный новый мир!  Мир, где наука позволяет безумным докторам варить всякую дрянь. - Что было пока меня не было? - уже серьезней заговорил Бордо, вдруг кивая на мертвого бустера, - у него есть неплохое железо, хм... И на что же он намекал, интересно?

- Сначала ты закидываешься "всем таким", а потом умираешь от этой дряни, - недовольно проворчал Бордо, стряхивая со своего пальто невидимые пылинки, намекая своему другу, как вот этот конкретный медтех относится к слишком уж рьяной реакции на невинную шутку. И все равно, что с равной степенью на месте Уинстона мог быть любой бродяга с улицы. Или не "любой", учитывая, что бандиту нужно было пробиться через двоих фриков внизу или пробраться с другого хода. Обычные идиоты с улицы таким не занимаются. Слишком вычеркнутые эпитеты и метафоры гостьи он оставил без комментария, лишь сразу, недовольно фыркнув и присаживаясь за стол, где сейчас целым ворохом были разбросаны всевозможные документы, рецепты и записи. Да, бумага была все еще популярна в 21 веке. Интересно, что будет, если кто-то изобретет вирус, уничтожающий ее?   Бред какой-то.   - Во всем виноваты муслимы. По крайней мере, так считает BioTech, - Уинстон протянул руку к электрическому чайнику, включая его, - мы поболтали, померились причендалами. Стали свидетелем неудачного ограбления, поубивали кучу народа. Кучу невинного народа пришлось вытаскивать с того света. Повстречал, - Бордо поморщился. Его взгляд был полностью сосредоточен на чашке, которая валялась на столе; медтех явно прикидывал, можно ли ее использовать или именно в ней он недавно синтезировал яд для одной банды, - пару знакомых. И сразу прикатили сюда. Вроде всё. Большую часть работы, - последовал многозначный кивок в сторону Рейны, - выполнили эти любители-пощеголять-в-Сети. Фрики. Он выдержал паузу, заливая кипяток в чашку. О да. Самое вкусное он оставил на последок. - Как я уже сказал: да и всё, - кинув в кипяток пакетик с чаем, который в целом был просто набором не особо качественной химии, словно невзначай, Уинстон добавил: - еще ту дрянь продал, ту самую, да-да. Стиви Стоксу.

Плоть – это просто мясо, которое не стоит даже захудалого американского доллара   Вообще-то стоит. И достаточно много, чтобы этот конкретный медтех перевозил труп из одной части Боевой Зоны в другую. Всю оставшуюся дорогу он вообще ехал спокойно, не проронив ни слова, лишь где-то на пол пути, уточнив у таксиста адрес какой-то кафешки и, услышав тот факт, что такси не поедет кругом, достал из своего кармана наушники и включил очередную дешевую попсу очередного дофига особенного рокебоя.  Ну, о чужих вкусах не спорят, да?  Когда они прибыли, странную компанию в виду мертвого бустера, медтеха и нетраннера встретили два латиноса, лениво рассказывающие бородатые анекдоты. На коленях этих двух джентельменов, впрочем, достаточно опасно расположились заряженные и готовые к бою дробовики.    Возможно, плоть - это мясо. Но до этого медтех еще, словно бы невзначай, отрезал уши бедному трупу. Сейчас же, используя скальпель, пилу и химикаты, буквально сдирал, срезал и сжигал остатки кожи на груди бустера, вырывая из его тела металл. Слишком испорченный, чтобы так просто вставить его чужое тело или продать. То есть, грубо говоря, этот труп проделал весь этот пусть впустую. Или нет? Лезвие скальпеля легло на лоб бандита, и медленно, даже монотонно, не выражая никаких эмоций, Бордо, сдирал мясо, чтобы добраться до подкожной брони. Эта часть, по крайней мере, не была испорчена излишним профессионализмом соло.   — но всё равно должна сказать одно, такое чужое и порядком отдающее фальшью в эту эпоху словцо: спасибо   Он обернулся на нее несколько удивленно, словно не думал, что девушка останется здесь.  - М, - пожал плечами "док", - оке, - дальше ее слова, про возможную оплату, он не слушал, - Джекилл ща тебе кофе заварит. Или че ты там хочешь выпить.  И после этих слов он запнулся по сторонам, выискивая нагого негра. И, признаться, Уинстону потребовалось несколько минут, чтобы найти черного медтеха, уныло сопевшего в такую рань за столом, в черной комнате. Только, судя по всему, мозгов у Бордо было не особо много: он преспокойно взял разряженный пистолет, явно сломанный, валявшийся в груде хлама, шепнул Рейне, чтобы она не двигалась, да подкрался к спящему негру. Едва прильнув к нему сзади, Бордо заговорил, уткнув ему в голову дуло пистолета, заговорческим шепотом: - Выкладывай деньги, чомбатта!    Он не оценил.  По крайней мере, так показалось Бордо, когда спящий негр просто в одно мгновение очнулся, рывком ударив ногой медтеху прямо в колено, отчего тот отмахнулся и отстал. Этого Джекиллу было мало: не различая еще, где друг и где враг, он просто рывком кинулся к Уинстону, буквально вбивая того в металлическую стену. - Отпусти, идиот! - рявкнул медтех, - или оденься хотя бы!

Жизнь плавно возвращалась в норму. А что больше всего обычно для жителей Найт-сити? Беспричинные конфликты за мертвечину, конечно же, будто стаи обезумевших от голода падальщиков. Медтех, однако, попытался изобразить улыбку - у него это получалось не особо хорошо - когда внезапно понял, что повстречал целый ворох старых знакомых; пока рукавом пальто он сбросил бутылки и стаканы на пол, не особо беспокоясь о состоянии утвари, где на ее место преспокойно нашел себе пристанище медсканер не особо новой модели. Невзначай прихватить ножик со стойки, отрубить бустеру палец, проверить кровь на наличие наркотиков. Получить положительный ответ.   Миленько.   Стоило опустить все эти смазливые эпитеты. Ник мог быть тем еще ублюдком, но всегда оставался ублюдком своим. Добрый, милый старичок, который лениво потягивает пиво у себя во дворе, отстреливая особо умных панков, посмевших попасть к нему на газон. Хитрый и изворотливый: другие не доживают в Найт-сити до срока пенсии - а у мистера Ника были все шансы на нее. И очень даже неплохую, учитывая выслугу лет. Правда парочка соло, наставивших оружие на старательного ученика этого конкретного старичка, немного подпортили впечатление о встрече. Но это же Найт-сити, как тут по другому дела-то вести?  Особенно в TraumaTeam.   У всех медтехов города есть такой "друг" как Фернандо. У всех рипердоков есть такой "друг" как Бордо. Разные стороны одной монеты. Если бы не они, то город бы сгнил под натиском горы трупов, которых сам же и производит. Возможно, если бы здесь было меньше народу, то они бы перестреляли друг-друга. Возможно, это лишь вопрос времени, прежде чем Фернандо вырвет из головы Бордо импланты и продаст их на Улице, а легкие оставит себе. Возможно, это лишь вопрос времени, прежде чем Уинстон доставит этому мексикашке полю в лоб, а его глаза и уши продаст на все той же Улице. Неважно. Ночь темна и полна дел.   Уинстон кивнул старику, давая тому знак, что он может идти. Забавно, он ничего ему не сказал.  - Как хочешь, - говорил медтех уже мексиканцу, - просто сделай свое дело и проваливай отсюда: у меня был слишком паршивый день, чтобы любоваться твоей пропитой мордой. С этими словами Уинстон скрылся под барной стойкой, чтобы через несколько минут появиться с бутылкой алкоголя в руке. - Но один из этих фриков, - он пнул лежащий рядом труп без пальца, - мой, - и едва изогнул бровь, словно спрашивая.   Виски?

Грязь, боль и вонь   Добро пожаловать в общественную медицину 21 века, умник. Это был обычный, паршивый - а в Найт-сити других, кажется, не бывало - день в клинике мистера Бордо, где любой желающий мог получить относительно качественную помощь. Чаще всего это были или забитые корпоративными законами нищие, потерявшие жилье и вот-вот готовые убраться в Дикие Земли кочевать, или помпезные, пафосные бустеры, которым надо было или что-то установить, или исправить, или подлатать их. Иногда приходили подростки, просили дозу какой-нить дряни, иногда просили провести аборт. Мистер Уинстон Бордо никому и никогда не отказывал, но их было слишком много. Иногда он звонил Джекиллу, чтобы его наглая черная рожа тащилась сюда, желательно в одежде, разгрести весь этот бардак. Иногда приходилось нанимать несколько парней с Улицы: это было сложно, потому как мало кто из действительно умелых парней захочет работать в Боевой Зоне. Но магия евробаксов обычно делает свое дело. Так и сейчас Уинстон большую часть мелких забот перебросил на пару студентов, пока все его внимание было уделено туше одного бустера, завалившегося сюда каким-то чудом: несколько переломов, ран, обильное кровотечение, в груди миленько так сияла дыра: словно кто-то взял и вырвал оттуда какую-нибудь железяку. Стильная работа, в общем. - Прости, парень, анестезии сегодня не будет. Офигенное начало, да?   Бустер, карикатурно массивный, с ирокезом, что-то пробубнел, пока медтех закреплял его на хирургическом столе, чтобы в самый важный момент этот конкретный бугай не сломал шею Бордо и остальному рабочему персоналу. - Чертова Лафка, вот фе фука! - сплевывая свои же зубы, выдал панк, пока из его дыры в груди противной желчью текла семь из крови и топли: были задеты органы, не все которые были из мяса. Бустер дернулся, резко, резво, рискуя вырвать крепления. Благо, безуспешно. - Тебя избил хорек? - усмехнулся медтех, протягивая ко рту бандита кляп, - такое бывает. Может его накачали чем-нибудь. Он что-то начал нести про провал операции, про халтурку, которая обернулась совсем не так, про какую-то девушку: Уинстону не было до этого никакого дела, медтех просто засунул ему кляп в рот, чтобы тот перестал его отвлекать и, заводя бензопилу, принялся за дело.   - Мне резать ногу или ты будешь инвалидом на всю жизнь? Пособие здесь не платят. - Так и думал. Забавно. Это было начало отличной дружбы. Справедливость доводит тебя до ручки. Она никогда не работает.   На место этих панков придут другие. На место других - еще. И каждый следующий будет больше, злее, хитрее. Зачем тогда стараться? Справедливость - это ложь. Но людям иногда надо врать. Просто надо. Все начинается с маленького вранья: будто пистолет на рождество приносит Санта, а не старик Арчи. Или что твоя девушка дождется тебя до окончания очередной центральноамериканской войны. Или что твои пенсионные сбережения никуда не уйдут и будут ждать тебя до твоего 65 летия. Люди верят в ложь поменьше, чтобы верить в большую. Типо справедливости, чести и тому прочее. Бордо потребовалось всего пару мгновений, чтобы снять автомат с предохранителя и подключить к интерфейсу, чтобы компьютер начал вычислять оптимальную траекторию для пули. Это был Найт-сити и это была типичная пятничная перестрелка. Только одно правило - единственное.   Шлемы для лохов.   А пушки решали. Соло вынесла двоих одной очередью: безумная женщина. Роковая даже. Впрочем, в эффективности ей не занимать. В эффектности, кстати, тоже. Медтех вынес двоих еще одной: пускай smartAK-47 был достаточно пафосным и надежным, но медлителным. И убойным. Как разобрались с третьим он не помнил: вместо этого Бордо мигом ринулся к пострадавшим в ходе бойни.   Пушки решали. А шлемы для лохов.   Но в баре было слишком много народу: и слишком много народу пострадало от шальной пули. Уинстон стал на автоматизме считать секунды (дурная привычка всех медиков trauma team, когда имеешь дело с мертвецами), возвращаясь к тому, что он умеет лучше всего. Вытаскивать людей с того света. Четверо умерли прямо на месте. У одного зафиксировано состояние СМЕРТИ-один, у остальных - два и три. Меньше минуты на каждого, хирургия, синтокожа и ампулы адреналина - все пошло в ход. Костлявая проиграла эту партию, старая сука. Четверых удалось стабилизировать: включая и того фрика, который был на встрече с корпоратом - ничего страшного, просто кому-то сломали ребрышко другое.   Блин. Сейчас бы жареных ребрышек.   Четверо умерло у него на руках. Состояние СМЕРТИ-один. Два. Три. Спасти удалось лишь одного. Состояние СМЕРТИ-пять, шесть, восемь - гиблое дело дальше продолжать. Любой другой излишне туповатый кретин устроил бы тут сцену с речами о смерти и долге. Но будем честны: три человека или девятнадцать? Цель оправдывает средства, и если бы не действия той соло, то у цельнометалической медиа был бы готов сюжет про бойню безумцев в местном баре.   А так?   Типичнейшая пятница в Найт-сити с пострелушками, где есть только одно правило.   Шлемы для лохов.

Это все плавно переходило из разряда «Клуба Анонимных Алкоголиков» на уровень «Клуб Анонимных Курильщиков». Впрочем, не пассивное курение сейчас злило Уинстона — это, впрочем, тоже, но не так сильно — но ответ корпората по поводу данных. Чтобы кто-то проник в BioTech или подкупил рабочих корпорации, причем явно не пешек? Не особо верилось в подобную историю. В целом, не стоит исключать возможности, что компания просто хочет сбросить всю ответственность на них. И расстрелять за измену стране и конституции. А цельнометаллическую медиа — разобрать на запчасти. И продать на рынке. Не пропадать же добру?   Бордо было покласть на деньги. Когда ты живешь на флотилии, эти жалкие бумажки особой роли не играют, и постепенно, взрослея, эта мысль лишь укореняется в голове. Разумный ли это был подход? Конечно же нет: без денег никуда. Но что есть то есть. И все-таки, миллион с лишним? Возможно. Просто возможно. Слишком малый шанс, но все же. Получится вложить эти деньги в клинику, сделав ее хоть относительно пристойным место. Этакий клочок стабильности в хаотичном море Боевой Зоны. Может быть, получится прикупить криотанк! Кто в наше время не мечтает о криотанке?   Любой нормальный человек?   Возможно.   И неоновую вывеску. Обязательно.   — Эти мудилы, кем бы они не были, прошлой ночью ворвались в мою клинику и сожгли тело, которое предназначалось для вскрытия, — пожал плечами мистер Уинстон, — все, что я смог узнать: так это то, что наркотик вызывает деградацию нервной системы. Отсюда всякая дрянь: от приступов психоза, когда твой добрый сосед вдруг пускается в кураж и режет всю свою семью после невинного косячка, чтобы ты мог посмотреть по телеку особо пикантные новости, до отказа тела: когда конечности перестанут слушаться, а нервные окончания начинают подгнивать. Бордо замолчал. Для пущей картины он мог бы закурить, но не стал. Помните, бегущие-по-лезвию, здоровье — это важно.

Если бы её лицо было более человечным, все увидели бы выражение искреннего самодовольства.   К сожалению — лицо медтеха было достаточно человечным, чтобы его эмоции можно было разузнать без каких-то махинаций. Только веко иногда подергивалось, а один глаз едва мутнел время от времени: сразу видно дешевую советскую работу. Это же насколько надо быть отчаянным парнем, чтобы пользоваться оптикой из Матушки России? Или не особо умным. Тоже вариант.   Он не проявлял особого энтузиазма в выслушивании медиа и корпората, лишь с невероятно убитым выражением лица, приложив к щеке холодную бутылку пива, медленно поднял руку, когда Майами закончила выдавать очередь своих вопросов. Почему-то этот жест казался грубым. Наверное. — И в догонку: это ваши люди убирают всех торчков, обдолбавшихся этой наркотой, с Улицы, чтобы замести следы? И даже если BioTech не причем, в лапы корпорации уже попадал хотя бы образец наркотика? Его удалось синтезировать?   «Даже если», ха?   Он отпустил руку, присосавшись к бутылке с пивом.

— Ты понял, о чём я.   Как надо реагировать, если первое, о чем вы говорите — это дурь? Звучит как начало отличной дружбы. Но хэй, мистер Уинстон Бордо был хорошим парнем. Он лечил женщин и детей, бустеров и панков и, настолько он был хорошим парнем, даже мексиканцев. Иногда. По воскресеньям. Но если он такой хороший малый, зачем толкать дурь? Ему просто нравилась химия. Так уж вышло, что в Найт-сити люди, которым просто нравилась химия, могли толкать дурь. Но он всегда толкал качественную дичь, а не эту химию, заполонившую улицы. Ему довелось один раз найти торчка — уже мертвого — который обдолбался этой дрянью. Печальное зрелище. Но, если честно, не это даже беспокоило медтеха, но сам факт, что кто-то особо наглый смог проникнуть в клинику и выкрасть тело прежде чем мужчина приступит к вскрытию.   Так что не надо.   Мистер Уинстон Бордо был хорошим парнем. Настолько хорошим, что в его ладони уже покоился гиродермик с неизвестной жидкость: он им не махался, конечно нет, но рокебой, если у него было такое желание, мог полюбоваться товаром. — 50 евро: одна ампула — и ты будешь всю ночь будешь секс-машиной. Девушки сами прыгать на тебя будут. Только не вини меня, если после бурного приключения будут проблемы с нервами или подсядешь на нее — эта дрянь нехило концентрирована.   Мистер Уинстон Бордо был хорошим парнем.   Но химиком, к сожалению, был еще лучше.   Он добавил еще кое-что, нехотя и после долгой паузы, задумываясь, стоит ли вообще говорить эту информацию. В конечном итоге, это был 21 век — в эти беспокойные времена можно было умереть и за меньшее. Но чем черт не шутит, не так ли? Это же Улица, в конечном итоге.   — У меня есть еще один. Боевой. Но он тебе, подозреваю, не по карману.

— Джекилл, я тебе яйца отстрелю когда-нибудь. Голос Уинстона раздается в клинике, сразу же заглушаемый или едва безумным смехом чернокожего, или стонами, криками или матом бустеров или других не самых богатых и успешных жителей Найт-сити. Здесь живут не сливки общества, это уж точно, но кто-то же должен заботиться об этих людях? Наверное. Джекилл весело улыбается: несмотря на то, что подобный разговор происходит каждую ночь, когда Бардо собирается уходить, он находит это смешным. Некоего рода ритуал, когда под толщиной привычного для этого англичанина оскорблений и брани кроется что-то: «Я тебе доверяю, чомбатта!», — или нечто подобное. Этот конкретный медтех, сейчас бормочущий себе под нос что-то, пока из причудливой смеси нескольких химикатов он пытался синтезировать наркотик, вообще имел необычайную способность заводить друзей в самых неподходящих для этого местах. Найт-сити, впрочем, сам по себе был местом, где друзей заводить было… дороговато.   Голос чернокожего прокатился по небольшой комнатке, а следом за ним и хлопок двери: последний из посетителей ушел заниматься своими делами. Разбоем, насилием и прослушиванием очередного «гениального» альбома от рокебоя, которого убили сегодня утром, отчего все медиа сходят с ума.   — Ты просто мне завидуешь.   Возможно.   Небольшое количество склянок начало шипеть, жидкость в некоторых из них стала приобретать неприятный кислотный цвет, но медтех не особо обращал на это внимание, спокойно и даже несколько равнодушно распределяя в наркотик в хиподермик. — Чему? Там больше пластика и железа чем в моей голове: я тебя оперировал же, — весело (или пытаясь, по крайней мере) проговорил молодой доктор, заканчивая собирать свои вещи для очередной вылазки. . Разговор с таксистом по началу не клеился: так уж вышло, что в городе сейчас активно обсуждали две вещи — лажу BioTechnica с наркотиками и мертвых рокебоев. Но давайте говорить честно. Кому нужны проблемы мегакорпорации, которая активно влияет на твою жизнь, когда есть мертвые рокебои? Впрочем, это Найт-сити и это 21 век. Если ты не знаешь, о чем говорить с девушкой: говори о пушках. Не прогадаешь. Таксиста похвасталась, что ее новенький Meta Warhammer отлично справляется со своими задачами — труп у такси был отличным тому примером. Бордо же посетовал, из-за финансовых трудностей (а у кого их сейчас нет, док?) пришлось обменять своего Ронина на старенького Калашникова, но smart версию. После недолгих споров пришли к выводу, что овчинка стоит выдержки. Потом заиграла песня и разговор прекратился. Оставалось лишь смотреть на дорогу и слушать, пытаясь не сойти с ума.     Признаемся честно. Если бы не сумка с медикаментами и оборудованием, то Бордо можно было бы спокойно перепутать с очередным позером. Eji была дорогой — относительно, конечно же — линией одежды и местные бустеры более «приземленного» характера предпочитали другой стиль, которая обеспечивала защиту гораздо более надежную.   Но мать вашу. В чем смысл, если не в стиле?   Без стиля — никуда.   По крайней мере, чуть ли не треть всех гениев, что попадает в срочном порядке в клинику, попадают туда с травмой головы. Никто не берет шлемов. Шлемы не нужны. Ты понимаешь это, когда переходишь за Грань. Уинстон расположился у барной стойки, медленно, будто у него нету денег, потягивая бутылку пива. Поддельного и разбавленного, конечно же. Откуда в Найт-сити настоящее пиво?

DOBRO POJALOVAT V 2020, UMNY MALCHIK

Киберпак 2077 - полная фигня. Просто гта5 Где ночь в найт сити, кува?

yes-yes! 

Тем более!

Не, ты же княzzz 

А ты?

Я всегда могу уступить :З

  С днем рождения, Эли. Фырк.

Как говорила моя хорошая знакомая: "За Республики!" @_@

*когда читаешь эпилоги нежити* больше мрака! Больше гримдарка!

Эпилог, написанный кровью Он стоял на кладбище, ненавидя. Ходил по земле, но не чувствовал ни вкуса ее, ни запаха. Слышал ли он? Да. Ветер свистел в отверстых ушах. Но все же он был мертв и знал, что не должен ожидать слишком многого ни от себя, ни от ненавистного живого мира. Лишь Констанция, эта странная девушка, секрет которой был раскрыт из-за ее невнимательности и голода, не появилась в Коллегии. Осталась она в Обливионе, найдя себе пристанище среди таких же монстров, как она сама, или имперка сошла с ума, скитаясь по великим пустошам других миров? Никто не знал. И никто не хотел знать. После ее исчезновения перестали поступать новости о нападениях, происходивших в Винтерхолде время от времени - не нужно было быть великим сыщиком, чтобы сложить дважды два. Как и подобает хорошему концу всякой истории: монстр был побежден и ждала его лишь забвение - ничего более. Как и всякой жалкой твари, воспоминание о ней исчезнет в потоке славы и легенд о доблестных героях. A book, bound by fate. A man, bound by love. A woman, bound by evil. A child, bound by a curse. Никогда не спорьте с судьбой - у нее скверное чувство юмора. В цирк попадали самые разные, порой даже дикие вещи, которыми мог быть полон Нирн. Аргху порой приносили восторженные зрители всевозможные подарки и угощения, как и подобает харизматичному и умелому актеру. "Художнику" даже. На этот раз все было рутинно. И все таки, среди многочисленных подарков, было нечто особенное. Он сразу это понял, только-только учуяв смутно знакомый аромат. Лаванда и мята. На столе, среди бумаг и трав, лежала книга. Та самая книга, которую когда-то давно носила с собой рыжеволосая имперка. Та самая книга, которая исчезла вместе с ней. Причудливая, с красивой отделкой из серебра; от этого гримуара исходила аура... величественности. Прямо как от Констанции. К сожалению, он не мог открыть эту книгу. Замок, скреплявший обложку, не поддавался ни магии, ни отмычкам. Лишь в письме, приложенному к подарку, аккуратным почерком значилось: "Благородство, Гордыня и Решимость. Кровь - Эхо. Эхо - Слова. Слова - Власть." Это было безумней, чем мысли самого Аргха. В тысячу раз.