Lord RZ

большую и дружную семью ролевиков раздела. Ты сделал мой вечер.

Просто это про любовь. И то - тоже. И другое. Больше ничего не надо. :wub: :d_daisy:  С наступающим, Эв. Спасибо за отзывы. 

Добро пожаловать во взрослый мир! Тут есть пиво и девочки-мальчики, кому что. :-D

Непонятно, что ты хочешь сделать. И почему у тебя объекты пересекаются местами. А местами нет.   Масштаб чего ты хочешь уменьшить? Разверни стек Unwrap

Слежу за ними ВК, пока что не пробовал.

В расстановке карт таким образом есть свой смысл для достижения нужного эффекта изображения. Для каждой карты есть свой слот. Вы ведь и в максе карты на материал линкуете через слоты. Кроме того, экспортированный шейдер скорее всего не будет поддерживаться. В итоге любую броню лучше всего снабжать дефолтными шейдерами BSLighting ShaderProperty, куда и линковать текстуры и карты в предназначенные для этого места.

*серьезно опасается за ориентацию Кайры* Почтение к сферам не зависит от ориентации :-D

Вы тему не читаете? Удаление модов без очистки сейвов может не помочь. И еще - вы точно удаляете весь контент модов, а не просто есп?

Когда я открыл дверь в Серые комнаты, они перестали быть сплошь серыми: я положил на тумбочку апельсин. Светящийся рыжим, пахнущий знойным летом далеких стран. В вечном полумраке от хмурого предвечернего неба давно было не различить цвета. На стенах спали ночные мотыльки, сливаясь с древесным узором и выцветшими обоями. В серой тонкой пыли под старинными креслами копошилась моль. Огромные букеты в вазах давно стали мумиями роз, хрупким серым ничто. На тумбочке возле узкой кровати серебрилась тревожная, покрытая шипами раковина. Сама кровать пряталась в нише за балдахином от всех, никого не приглашая. И воздух в Серых комнатах тонко светился лунным маревом, а случайные синячки на ваших тонких руках, какие приключаются от нервной жестикуляции, отливали сизым. Шипастая раковина затягивала в себя пространство и я выбросил ее. На ее месте оказался апельсин. Потом пространство расцветилось карминным и вино смочило ваши губы, пока мы слушали песню про Северный цвет. Блеклый и сухой. С глухими щелчками в Серых комнатах открывались двери. Так мы узнали, что вокруг находится Дом. И Серые комнаты стали воспоминанием. С наступлением холодов в маленьком домике на краю земли мужик с неприлично длинной шевелюрой и ангел с татуировкой алконоста заклеивали на всякий случай окно. Окно было не против: это было старое деревянное окно, и зимой ему тоже было неуютно. Однако его не спешили опрометчиво менять на модный стеклопакет: ведь на стеклопакете не бывает невероятных сияющих ледяных узоров! А на обычном окне бывает. Поэтому его законопатили ватой в четыре руки да и заклеили бумажными лентами. В ведерко у голландки высыпали пакет угля. На старых толстых изразцах распускались диковинные цветы и плыли куда-то вдаль флотилии. Печка эта видала виды, но была надежной и греющей даже душу. Ее неспешно растапливали щепками, подкладывали угля, и она мерно гудела, пока ветер пел в дымоходе. А когда в Доме на краю света заварили чай и ловкие пальцы ваши почистили апельсин - запахло праздником и чудесами. Так и подкралась ночь на мягких лапках, ночь, пахнущая корицей и апельсинами, сверкающая предчувствием сказки. А в Серых комнатах царил теплый сумрак. Там поселилась Кроватища. На ней - бездна подушек. Над ней - балдахин-океан. На резном столбе, украшенном виноградом, висит Волшебный Фонарь. Хорошо лежать на Кроватище, которая подсовывает самые уютные стеганые одеялка и подушечки под усталые бока. Слушать, как стучат ходики в серенькой полутьме позднего дня - рано еще зажигать Фонарь, но и читать уже трудно. Можно просто лежать и молчать, пока с кухни тянется восхитительный запах. Там тихо кипит на плите густой гороховый суп на копченых ребрышках, в духовке томятся плюшки, а под бабой-на-чайнике заваривается чай с шиповником, для витаминов. Давно, в котябре, сюда на неслышных мягких лапках пришла серо-рыжая гостья Осень. Одеяла в Кроватище стали теплее и расцвели заплаточным узором, печка, покрытая изразцами, с утра была первый раз затоплена и тихо тлели в ней угли, бросая мерцающие отсветы на пол. С чердака достали и вытряхнули полосатые половики-дорожки, расчертившие пол. С балок на кухне свисали гирлянды белого лука, банки с вареньем блестели боками в стенном шкафу, а под столом таился зеленый великан-арбуз. А теперь гостья так же неслышно исчезла и настала пора доставать Деда Мороза из клееной ваты. С чердака спустили коробку с елочными игрушками. До Нового года осталось всего-ничего и так важно, чтобы игрушки были под рукой. Шары, расписанные вручную, забавные фигурки людей и животных... чего там только нет. И конечно, сияющая звезда. Игрушки бережно вынимались из старых газет, в которые были завернуты поштучно, чтобы не разбились. Сухие хвоинки, выпавшие из свертков, аккуратно сметались. А игрушки посверкивали бочками, проходя инвентаризацию воспоминаний и чувств, выпавших с открытого Чердака. Чердак украшен букетами сухих цветов и трав, над ним воркуют голуби, шкаф с облезлым зеркалом хранит старинные фраки. Там стоит пианино, окруженное коробками - в них шляпки, зимние вещи и всякие безделицы, вышедшие из моды. Туда отправляются медные кастрюли, потрепанные бабы с чайника, деревянные ложки, прошлогодние сувениры, елочные игрушки на ответственное хранение. А еще там библиотека: множество полок с потрепанными, очень любимыми книгами. И парочка кресел-качалок у старенького торшера. И если покопаться на полках в глубине, можно найти чудесные штучки, шкатулки, свитки, зеркальца, наборчики для рукоделия, украшения, зелья в бутылочках, сувенирчики из далеких неизведанных земель и даже что-то волшебное: если взять с собой Фонарь. Здесь болтается моя коллекция нот и фигурок сов, стоят фарфоровые статуэтки, хрустальные дракончики, бронзовые собачки и глиняные кувшинчики. Дремлют ваши картонные ящики с книгами по научному атеизму, подшивки журналов Техника-молодежи, Юность и Сельская Новь, свисающие с потолочных балок связки чабреца и ромашки, листы фанеры с разложенным зверобоем, мутное окошко в сад, облепленное высохшими бабочками, и сиденье из люльки мотоцикла. Самое лучшее кресло. В Серых комнатах мороз расцветил серебром окна. Торжественно стынет за окном лес за замерзшим озером. Ваши руки все еще бывают украшены случайными отметинами, а губы - расцвечены винным кармином. Отблески Фонаря возвращают мир в детство, потому что только тогда придет новый год. Тонкие пальцы ангела украшают елку блестящими шарами. Я вешаю туда же стеклянное сердце. Три кошачьих морды зачарованно наблюдают за этим процессом в соображении пожевать немного серебряного дождика. И я тоже смотрю и думаю о том, что серое - только предчувствие радуги. В нашей жизни не бывает случайных дверей.

:-D нет, авторы не раскрываются!

А вот. :-D  

Чувствуется широта души. :laugh:  Принимаются поздравления и прочие няшности. Остальное сами. 

А может сначала у хозяев ДВ спросить, не?) Шен, ну это же такой тонкий изысканный сарказм был, ну что ты не оценил-то!  :laugh: 

Это не мой дом, но соседний. Чего там только нет :D

Волшебный дом начинает просыпаться в восемь утра. Он выглядит, как типовая девятиэтажка, в которой первый этаж отведен под магазины. Но вид его обманчив. За тяжелыми дверями Волшебного дома начинается параллельный мир, странным образом откликающийся на твои нужды. Если ты хочешь что-то купить и не пожалеть — отправляйся в Волшебный дом. За дверью в почтовое отделение, например, скрывается телепорт в прошлое. Правда, кое-что почтальоны туда протащили: парочку компьютеров, большой монитор, на котором высвечивается номерок выдаваемых странным аппаратом талончиков, и сам аппарат, который часто ломается. Это потому, что в прошлом еще нет нанотехнологий, и жить там современному гаджету сложно. Он тревожно помаргивает экранчиком на облупленной высокой стене, покрашенной в зеленый цвет того ужасного оттенка, который всегда предпочитали учреждения. Гранитный пол, отшлифованный сотнями ног; радиаторы в виде нанизанных на трубу сотен стальных круглых пластинок; тяжелая грубая рама для огромных толстых стекол, между рамами — витрина, засыпанная керамзитом; странные желтые столы — все напоминает о далеком Ленинграде. А еще, когда на почте не так уж много народа, а наноаппарат сломан, там живет особенного толка уют. Постукивают тетеньки по клавишам слабеньких компьютеров, громко отсчитывают время круглые белые часы, нервный гибискус в кадке тянется к соседу своему фикусу. На полочках — красивые новогодние открытки, совсем как в детстве. Скоро праздник. Я забираю посылочку, доехавшую до меня из Сибири и в последний раз взглянув на часы, шагаю в телепорт к настоящему. Волшебный дом снова трансформировался. Там, где раньше было отделение Сбербанка, а до него — частная клиника, теперь находится магазин с колбасой и мясом. Дешевая аптека, заменившая было комиссионку, тоже пропала. На ее месте пиво с рыбой. А пустующие залы бывшего спортивного магазина заняли лавочки с суши и табаком. Здесь все меняется день ото дня, и все таки я уверен, что если мне надо будет купить гантели, спортивный магазин окажется тут как тут. Я захожу в глубины волшебного дома, разделенные на секции, закоулки и лотки в недрах огромных помещений с высоченными потолками. Здесь особенный звук и запах. Там, где я в прошлый раз покупал лампочки, теперь красуются трусы. А там, где были трусы, теперь можно купить игрушки. Но лампочки тоже здесь, я знаю. Наверняка они заняли место сувенирной лавчонки. Ведь в Доме есть все. Потому-то он и волшебный. Хрусталь сменяется косметикой, канцтовары — лавочками "Все по 50", носки переезжают туда, где раньше можно было купить свитер, но и свитер, и носки и хрусталь по прежнему можно купить все там же. Просто дом любит, когда по нему гуляют. Смотрят, любуются, выбирают, вздыхают, рассчитываясь. Кое-что незыблемое в Доме тоже, впрочем, существует. Как несущие стены этого круговорота пытающих счастья мелких хозяев. Ремонт компьютеров и прочей техники, например, где можно купить запчасти или новенькую клавиатуру взамен залитой кофе. Или самое волшебное место, сердце этого невероятного Дома — садовый магазин. Запах земли, торфа, растений встречает в тускло освещенном помещении, заваленном до самого потолка всем, что может пригодиться человеку современному в жизни дачной. Шланги и тележки на колесиках нежно сплелись с рулонами пленки для парников. Горы пакетов земли и торфа угрожающе высятся у стены. С полок с укором смотрят садовые гномы — от статуи с ребенка размером до малышка с мизинец. Вокруг них целый зоопарк керамических зверей. Посуда, лейки, тяпки-цапки, инструментарий, которому я сходу и названия-то не подберу — наставлен так плотно, что кажется, достать оттуда ничего невозможно, не обрушив на себя весь магазин. Но продавцы ловко управляются в своем хозяйстве, а я иду смотреть на луковицы гладиолусов. Пакетики с луковицами украшены фотографиями цветов всех форм и расцветок. Я обожаю гладиолусы, и выбор всегда очень труден. Розовые? Фиолетовые? Багровые? Вот эти помельче, веселые, или вот те, огромные и махровые? Пачка в руках увесистая и приятно холодит. Плотные, тугие, похожие на маленькие тыковки, спят луковицы в полутьме и прохладе Волшебного дома. Когда был я маленьким, гладиолусы и нарциссы зимовали у бабушки в темноте под старинной горкой, но к весне выставлялись на свет и вскорости просыпались. Робкие первые стрелки листьев показывали любопытные клювики: как оно там, в этом мире? Ждут ли нас? Ждем.

Я знаю его персонажа, голые качки меня не вдохновляют Да нормальный персонаж. :-D  

Стиль письма можно подделать! :santa:   следы - замаскировать, Санту - подкупить!  

(хочет эффектно потерять полотенце во время съемки) :D: