Новый Ангмар
Где-то в Ласгалене...
Она скользила среди крон деревьев, бесшумная, словно тень, ловкая, как лань, перепрыгивала с веток одного на другое. В детстве она любила, сбежав от отца и учителей, лазить по стенам его разрушенного замка, забираться даже на самые высокие башни, какими хрупкими бы не казались камни, которые она избирала себе в опору. Она никогда не падала. Не падала она и сейчас, прыгая по деревьям Ласгалена. Она не знала, что случилось с остальными, с которыми она разделилась, но чувствовала, что все они живы, и сегодня их жизням и свободе ничего не угрожает. Их преследовали лучшие следопыты эльфов, знающие лес, как свои пять пальцев, но они оказались быстрее их. Их преследовали звери, для которых лес был родным домом, но они оказались хитрее их. Иначе и быть не могло — ведь сегодня с ними была сама Тьма.
Добить эльфийского князя не удалось, стража оказалась слишком близко, но удалось другое дело, не менее важное.
" Но самое главное, дети мои… вернитесь ко мне живыми ", — вспомнила она последние слова наставника, перед тем как отправиться на задание.
А лес, ослеплённый, принимал её за свою дочь, и услужливо подставлял крепкие сучья ей под ноги, не ведающие усталости, одновременно нежно отодвигая с её пути мелкие листья и ветки, за которые могли зацепиться её длинные волосы, слегка выбившиеся из-под капюшона. Ласгален нехотя выпускал её из своих объятий, отпуская обратно, в суетный мир людей и прочих рас.
Она — истинная дочь своего королевства, карающая длань Нового Ангмара. Рано или поздно — возмездие будет совершено, ответ последует на любое посягательство против её народа, тайное, или явное.
И когда враги будут меньше всего этого ожидать, когда им будет казаться, что торжество и счастье — это всё, что их ждёт, они почувствуют привкус пепла во рту.
Она уже знала, где будет нужна, и даже догадывалась о том, кто станет следующей целью.
Море Рун, на берегах которого стоят два могучих государства. Рунское королевство и княжество Дорвинион. Оба государства когда-то можно было бы назвать союзниками Ангмара, но сейчас… Сейчас всё изменилось.
И, возможно, хотя время уже, скорее всего, упущено, ещё не совсем поздно отрубить голову гидре?
Драугост
Драугост, столица Нового Ангмара. Находящаяся на самой границе между Западом и Востоком, втиснутая туда, как могли бы сказать некоторые, свеча в задницу. За последние несколько месяцев город возрос просто до неприличных размеров, во многом благодаря трудам орков, но всё равно сумел сохранить большинство своих уникальных, пожалуй, даже экзотических черт.
Подавляющее большинство подданных Картмира были жителями восточных степей, вастаками, и это не могло не отразиться на облике Драугоста. Со своими большими куполами, общей симметрией, арабесками, машрабиями он куда более напоминал Друарган или Андиз, нежели последнее прибежище изгнанников Ангмара. Впрочем, взглянув более пытливо, здесь можно было заметить и дорвинионские, и даже кое-где гномские мотивы.
Королевский дворец, занимающий один из самых высоких холмов, стоял особняком среди всего города. Хищные шпили, резкость ангмарских форм… Всё напоминало о том, кто на самом деле был главным здесь, кто на несколько голов возвышался над всеми остальными.
По длинным ступенькам, спускающимся в самый город, шёл эмиссар Ангхир, в сопровождении трёх своих гвардейцев. В связи с недавними событиями все сколько-нибудь важные персоны королевства ни днём и ночью не оставались без присмотра тайных служб, а уж если и выходили куда-нибудь, то всегда с охраной. Все они старались как можно быстрее закончить свои дела и вернуться в свои дома или покои, но оба посланника Тёмного Лорда всегда шли медленно, уверенно подняв головы, сверля окружающее пространство взглядами жёлтых глаз, как будто им было известно куда больше, чем простым смертным.
Никто не осмеливался мешать продвижению чёрных нуменорцев, и стоило им появиться, как обычно заполненные до отказа улицы, где иногда дело даже доходило до давки, почти по волшебству становились свободными настолько, что по ним могла спокойно проехать конная упряжка.
На полпути к большому подземному комплексу, куда недавно переселились все так называемые «истинные ангмарцы», к Ангхиру в условленном месте присоединился Нарэдайн, и свой путь они продолжили уже вместе. Обычно их путь лежал в Базилику Страданий — место, где содержались все захваченные пленники в недавних сражениях. Крики боли, мольбы пощады не стихали там ни на минуту — людей, гномов и эльфов раз за разом методично пытали, доводя до грани между жизнью и смертью, затем вылечивая, только лишь для того, что бы повторить этот процесс. Само наблюдение за этим словно придавало новых сил слугам Тёмного Лорда, вновь открывая самые тёмные, казалось бы, уже позабытые стороны души… одновременно открывая путь к новым силам и неведомому могуществу. Давно забытые практики были возрождены, хотя и не все пока что решились вновь следовать им. Но с каждым днём их становилось всё меньше и меньше…
Сегодня же эмиссары направлялись на этаж ниже, в специально созданные для одного-единственного пленника казематы. Совсем недавно Ангхир и Нарэдайн при помощи Доргоста, крупица за крупицей, практически клещами вытаскивали сведения из пойманного шпиона. Он рассказал многое, очень многое… Но недостаточно. Оба морэдайн были уверены, что ещё есть способы заставить его рассказать абсолютно всё, способы, с которыми не сравнится даже драконий гипноз.
С момента появления в столице королевства изгнанников орки развили бурную деятельность по организации быта на свой лад. Они не толклись на узких улочках, площадях и базарах, пугая простых мирных жителей, хоть и верных Картмиру, но побаивающихся и сторонящихся созданий Тьмы; земледелие тоже было не для них, да и охрану дворца, города, трактов и рубежей командиры решили перепоручить целиком людям, зная об орочьих недисциплинированности и тяге к склокам и кровопусканию.
Однако никто бы не осмелился сказать, что пришлые чудовища жевали свой хлеб — или вернее вяленое мясо, более распространённое в их рационе — напрасно. Стук молотов из многочисленных кузниц и мастерских, возникших в пределах города и вне стен, скрип воротов и колёс различных механизмов, надстроек, удары бича, хриплая ругань и командный рёв — эти немелодичные звуки как нельзя лучше говорили о том, что чёрный народ занят делом.
Столичную темницу — Базилику Страданий — не миновала участь прочих заведений, подмятых под себя пришлыми «мастерами». Конечно, вастаки, и уж тем более немногочисленные ангмарцы знают толк в выуживании сведений и причинении невероятных страданий и боли, но орки, одним своим видом способные вызвать ужас, отчаяние, страх смерти и желание поскорее расстаться с жизнью, чтобы не очень мучиться, разом, в этом превзошли остальные расы, и по праву могут считаться заслуженными специалистами «заплечных дел».
Тем временем в королевских покоях...
— И как им это удается? — задавался вопросом Картмир, слушая очередное сообщение о смерти одного из своих приближенных.
За каких-то полгода треклятые шпионы проникали одинаково успешно и безнаказанно как в ангмарские лагеря далеко от дома так и на саму территорию королевства. В итоге это вынудило учредить особую организация телохранителей, что денно и нощно защищают покой всей верхушки королевства. И это уже приносит свои плоды. Хоть Шагут и был убит исподтишка, но зато гвардейцы смогли обнаружить и захватить его убийцу, а кастеляна Драугоста и вовсе уберегли от смерти, что уже являлось достижением.
— Повелитель, вас ждут…там, — прибыл с известиями стражник, доложив о текущей ситуации с пойманным шпионом.
Король кивнул и молча последовал с гвардейцами в казематы. Все-таки в таких местах было жутко даже для такого человека как Картмир, такой неестественный холодок пробегал будто бы души павших все еще бродят по этим землям и жаждут выхода.
Наконец спустившись вниз, Картмир обнаружил стоящих рядом двух эмиссаров и пару орков с ними.
Кивнув им, он спросил у них:
— Вы уже здесь? Хорошо. Все ли готово?
Базилика Страданий
…Базилика встретила визитёров затхлым, проникшим в каждую щель запахом пота, жжённой плоти, сырого дерева и немытых тел. Потолка, как такового не было — темница была сквозной, как печная труба — и с решёток, служащих разделительным площадками ярусов, различных канатов, цепей и подвешенных на них решёток с пленными, постоянно капали холодны маслянисты капли осевшей влаги. Пара орков, копавшихся в ящике с лязгающими приспособлениями неподалёку от входа, мельком оглядев вошедших, принялась вполголоса обмениваться какими то репликами, после чего один из них хрипло расхохотался и, вытерев руки о грязный серый фартук, захромал к эмиссарам.
— Хагаш, смотритель тюрьмы. — Орк подозрительно оглядел вошедших с ног до головы, и скривившись, пролаял: — Чем могу помочь? А впрочем, я догадывась… решили навестить нашего голубка? — По изжелта-серому лицу низкорослого орка расплылась хищная улыбка, обнажившая длинные кривые жёлтые клыки.
— Агрр, король. — В устах орка этот титул прозвучал с долей насмешки, а может, просто показалось. Смотритель низко и неуклюже поклонился, когда Картмир подошёл — Идёмте… по правде сказать, я ждал вас раньше. Не терпится продолжить вчерашний «разговор»! — Хагаш разразился клекочущим, как стая дерущихся ворон, хохотом.
— Ваше Величество, — коротко поприветствовали Картмира Ангхир и Нарэдайн, склонив головы, и последовали вслед за Хагашем и королём.
Методы орков были грубыми, варварскими, но… более чем действенными. Определённо, свои места здесь они получили по праву, вытеснив даже истинных ангмарцев. Неслыханно!
Состояние пленника по сравнению с последним разом, когда его видели нуменорцы(не далее, как позавчера), весьма сильно изменилось, и явно не в лучшую сторону, хотя, казалось бы, куда ещё больше. Ангхир и Нарэдайн не преминули случаем весьма тщательно осмотреться вокруг и изучить арсенал, пока они подходили к пленнику и пока смотритель будил его в самой что ни есть милой манере.
Определённо, ничего хорошего ему ждать не приходилось.
Помещение, где содержался «ценный пленник» — а вернее то, что от него осталось — находился двумя ярусами ниже. Осторожно спустившись по скользкой винтовой лестнице, люди дождались, пока орк, выплёвывая самые грязные проклятия по адресу заклинившего замка, ключа, двери, и того «криворукого эльфийского калеки, который ковал всё это на пне головой своей мамаши», не пригласил их в комнату.
— Вот он, живёхонек… мы его, ар-р, кормим. Но вот задача… — Орк изобразил на своей морде выражение искреннего удивления. — Пленник отказывается кушать мясо? Интересно, почему? Чувствует родство? — Довольный своей шуткой, орк захохотал, и похлопал рукой по связке тюремных ключей с причудливыми бороздками.
Комната была обставлена на славу, как и полагается пыточной — а точнее, орочьей пыточной. Склизкие холодные каменные стены украшали крюки, полки и скобы, на которых располагались все известные и неизвестные морэданй устройства по превращению жизни заключённого в непереносимый, дикий бесчеловечный ад. Плети скорпионы, крючья, скребки-«лапы» для сдирания кожи, здоровенные иглы, клещи, железные кочерги для клеймления и «пытки огнём». Ну и конечно, сдавливающие маски, тиски, растягивающее ложе с большой железной лебёдкой. Как раз на нём и располагался сейчас пленник — прикрытый лишь парой тряпок, покрытый кровоподтёками, огромными чёрными синяками и множеством колотых и резанных ран. Он то ли был без сознания, то ли спал, а может и притворялся спящим, в безумной и тщетной попытке избежать истязаний хотя бы теперь — голова с длинными чёрными волосами, свалявшимися в колтуны, безвольно лежала на краю ложа. Может, он хотел притвориться мёртвым? Но едва заметно вздымающаяся грудь выдавала в нём живого, со всеми вытекающими неприятными последствиями…
— Эй, проснись, моя радость! — Хагаш ухватил мужчину за большой палец правой ноги и резко дёрнул. Раздался хруст раздираемого хряща. Мужчина вздрогнул и застонал, непроизвольно попытавшись подтянуть ногу к себе, но кандалы, распинающие его на ложе этого, конечно, не позволили. — Невежливо спасть, когда к тебе пришли!
— Так вот как выглядит тот самый «убийца», — усмехнувшись сказал Картмир, разглядывая пленника, — и как такие как он умудрились убивать таких как Ашерон или Шагут? Хотя наверное именно поэтому и подался в мастера плаща и кинжала, такого ведь и в его лучшие дни при свете дня изобьет до полусмерти даже девчонка.
Пленник и вправду был в не лучшей кондиции, весь в синяках, ранах. Но для Картмира казалось, что это лишь самое легкое, что ждало пойманного.
— Эх, переловить бы еще с десяток таких как он и поджарить в общем котле в центре города, — говорил король, расхаживая по небольшой, но конечно же «уютной» комнате где располагался бывший убийца, — а остатки отправить их хозяевам за обеденный стол.
Тут Картмир остановился и стал пристально смотреть в глаза пленного.
— Ты ведь подозреваешь, что тебя ждет? — спросил он у бедолаги.
Мужчина дёрнулся в своих путах, пытаясь отдалиться от нависшего над ним Картмира, сдвинуться на ложе, словно его взгляд и скрытая в нём судьба узника сами по себе причиняли нестерпимую боль. Однако кандалы не пустили его…
Ответить, подать голос, спровоцировать какую то реакцию — гнев, издевательский хохот, презрительную ухмылку — мужчина не осмелился. А смелость, которая потребовалось бы ему, чтобы плюнуть в лицо мучителю, из него вырвали вместе с ногтями и некоторыми зубами ещё несколько дней назад…
— Поджарить, да… — Вполголоса обронил орк, стоявший в стороне, с готовностью потирая когтистые лапы. — Кожа сворачивается как пергамент и улетает вместе с дымом вверх, а мясо постепенно отходит от костей, как в похлёбке… но человек ещё жи-ив! — Хагаш улыбнулся чему то — вероятно, каким-то своим мерзким воспоминаниям.
— О, разумеется, человек будет ещё жив, — кивнул Ангхир, останавливаясь рядом с Картмиром над пленником, взглянув на него глазами, в которых плясали весёлые искорки, — Ведь мы знаем толк в таких процедурах. Таково ремесло. Рано или поздно, — вкрадчиво зашептал нуменорец, — каждый ломается. Нужно лишь найти подход. Поджарить?, — эмиссар поглядел на орка, — Мне нравится эта идея. Я думаю, что пятки ему уже прижигали, верно? Значит, потребуется что-нибудь более действенное, более… экзотическое. Обычный огонь он, может, и сможет выдержать. Но что насчёт магического?, — по рукам Ангхира забегали крошечные искры. Он сжёг разом вражеские баллисты в том сражении… Что сможет сделать какой-то там пленник?
— Молчишь, да? — сказал Картмир и тут же треснул пленнику по лицу кулаком, а потом схватив его за подбородок, не переставая смотреть прямо ему в глаза, — лучше кричи. Кричи так, чтобы твои вопли услышали все, начиная отсюда и до самой чертовой Мории.
Король отпустил лицо заключенного и посмотрел на Хагаша. Этого орка он вроде не видел, хотя и не мог знать наверняка, для него многие темные создания на одно лицо.
— Вы ведь заставите его кричать, да? — переспросил у тюремщика мужчина, — а то мне кажется, что у нашего дорогого «друга» есть еще силенки для горловой работы.
— О да-а, он будет вопить так, что все крысы Севера передохнут! — Глаза орка, получившего отмашку, дозволяющую приступить к работе уже теперь, и с особым жаром, запылали огнём. — Агх! Я давно хотел попробовать одну штуку…
Из груды железа, где лишь глаз искушённого палача может угадать очертания того или иного устройства, Хагаш выдернул и поволок по полу, скребя железом о камень, здоровенную шутку, напоминающую рыцарские поножи, но с несколькими винтами по боками.
— Магия… это всё фокусы остроухих! Ха, вы, тарки, хорошие воины — но в том, как вывернуть тело на изнанку или содрать лицо с живого человека, не дав ему сдохнуть, вы ничего не смыслите! Вот где настоящая магия! — Орк с заметным трудом приподнял тяжёлую конструкцию и потряс ею над головой, а затем начал аккуратно — не сказать «бережно» — прилаживать её к ноге пленника, прямиком ниже колена. — Ни один тарк не смог бы придумать такое — и ни у одного бы не хватило духу слушать, как кость с коленным суставом смещают и вынимают из голени, как клинок из ножен! Впрочем, поглядим…
Разобравшись наконец с пыточным орудием и обойдя ложе, орк оказался рядом с головой пленника. Осклабившись и обдав его зловонным дыханием, Хагаш прохрипел:
— Сейчас я познакомлю тебя со своей любимой игрушкой. Тут толстые стены, а у этих господ железные нер-рвы, так что… кричи, не стесняйся!
— Ничего не смыслим?, — скорее удивлённо, нежели раздражённо, бросил Ангхир, просверлив орка взглядом жёлтых глаз, — Как только мы захватим ещё парочку вражеских шпионов, можем заключить пари, чей будет кричать дольше, громче и жалостливее. Твои инструменты хороши, но моя сила исходит от самого Тёмного Лорда напрямую, — морэдайн слегка размял пальцы, наблюдая за весьма основательными приготовлениями Хагаша. Что же, своё дело он знал отлично. И, тем не менее, нуменорец собирался, когда настанет время и если представится случай, всё же ещё сильнее подбавить огоньку по-свойски.
Теперь осталось лишь наблюдать за предстоящим процессом. И убедиться, что вести о том, что случилось с неудачливым шпионом, и так весьма нелицеприятные, станут известны во всех углах королевства, и за его пределами. Особенно за его пределами…
