Кафкa

Да вроде ничего такого?.. Хотя, признаться, после этого поста: ...я грешным делом подумала, что Джим займётся людоедством. Но пронесло. )

Покойся с ми... ой, то есть живи, я хотела сказать!

Оки. Подредактировала спойлер, который ты добавила, чтобы эстетичнее выглядело. :3 Вообще, описание там не такое подробное, но, видимо, всё-таки достаточно, чтобы поставить метку. И ваще, спасибо огромное всем, очень приятно читать такие тёплые отзывы. Я его пару часов минимум писала. Не могла оторваться хД

Скажете, если надо спрятать под спойлер. Я вроде ничего такого не описывала. *задумчиво*

Плавание во тьме города, покрытого вуалью вечной ночи, по ощущениям Терры оказалось относительно непродолжительным, а установка панели для перехода между слоями прошла совершенно безболезненно. После наблюдения за аналогичным опытом, пережитым её новыми друзьями, стоило ожидать самого неприятного, вот только нет, ни отторжения, ни тошноты или сыпи, ничего такого, о чём стоило бы волноваться. Возможно, сыграла свою роль эйфория. А может, тело девушки от природы являлось очень податливым для кибернетических усовершенствований. Терра лежала на операционном столе совершенно голая, периодически поддразнивая хакера весёлыми комментариями с весьма многозначительным подтекстом. Аугментированный здоровяк, однако, проявил стойкость, достойную особого уважения. А возможно, ему не раз приходилось иметь дело с такими клиентками? Альбин сие было неведомо. Прошло несколько минут, и вот они здесь, пересекают на гондоле водную гладь, в которой отражалась пёстрая городская жизнь. Высоко над головой сияли разноцветные голографические вывески с затейливыми иероглифами, рекламой самого совершенного оружия или самых совершенных удовольствий. Алый, голубоватый, бирюзовый неон. Так ярко, что рябило в глазах. Хотелось петь арии, вот только Терра не знала ни одной. Небоскрёбы из чёрного стекла вздымались в небеса, уносясь далеко за грязно-желтоватую линию облачного покрова. Вдоль набережной прогуливалась разношёрстная толпа. Город жил своей собственной, типичной для него жизнью. Жизнью, которой настало время сказать долгожданное «прощай». Подсуетившись, Терра умудрилась где-то разжиться настоящим электрокастетом, снабжённым горячими лазерными шипами. Ударная мощь последних многократно возрастала благодаря вмонтированной в кастет силовой схеме с микропроцессором, способной, в строгом соответствии с мгновенными расчётами нейросети, интеллектуально измерять и подстраивать энергетические затраты, учитывая как контекст, так и обстоятельства. Всё ещё не полноценный бластер, оставшийся валяться в камерах хранения, но теперь Альбин, хотя бы, не придётся сражаться проржавевшей трубой. Прогресс, не так ли? Оделась Терра достаточно открыто, чтобы никакие тряпки не стесняли её движений, если всё повернётся так, что группа вновь ввяжется в драку. Тоненькая коралловая майка с символом анархии, стилизованным под граффити, короткие джинсовые шорты с рваным дизайном, кожаный пояс с оригинальными стальными вставками, живописующими повседневный быт одного не в меру высокого персонажа из городских легенд-ужастиков. Образ дополняла чёрная армейская кепка. Кроссовки Альбин сменила на ботинки с высокой шнуровкой, устойчивые к дождливой погоде. Теперь и в саму преисподнюю можно идти на прогулочку, вообще без проблем. Миновав несколько арок, они прибыли в объятия «Лунного кролика», на поверку и впрямь оказавшегося борделем, причём весьма статусным. Однажды Линдер взял её с собой в одно подобное место. Кажется, называлось оно иначе, да и когда это случилось-то? Столько лет прошло. Там девочка, ещё совсем невинная, впервые поняла, что любовь – это не только пресловутые коктейли из одной трубочки, любовь может облекаться в самые разные формы, включая весьма... жёсткие. Именно на тот момент пришлись первые шаги по долгой дороге, ведущей вниз, во тьму. Порой хотелось повторить. «Порой»?.. Нет. Очень часто. Ведь первое впечатление, как известно, самое сильное. А сейчас такой шанс представился! Поцелуй, которым одарил её Джим, оказался несколько неожиданным. Интересно, кстати, а отчего парень увязался следом за ними? Больше скрываться, по идее, ему было незачем. Возможно, он задержался на аукционе, а потом обстоятельства сложились не самым благополучным образом, остался только единственный путь. Хотя нет, он же решил идти дальше!.. Причин Терра не знала, поэтому списала всё на любопытство. В конце концов, всем хочется посмотреть на иные миры. Она неуверенно улыбнулась бывшему рабу. Ощущения, в общем и целом, были... приятными, пусть и слегка смешались из-за внезапности. Да, это не первые губы, которых она касалась губами собственными. И далеко не последние. Терра расположилась на комфортном диване, обитом дорогой кожей, таком мягком, что проваливаешься вглубь, как только ложишься на него. Полупрозрачные шторы из алого шёлка, по замыслу, должны были надёжно скрывать происходящее, однако девушка не стала утруждать себя наведением приватной атмосферы. Наркотик всё ещё действовал, пусть и намного слабее, нежели сразу после приёма инъекции. Ей хотелось творить невероятное. Нечто, о чём она потом, даже спустя несколько лет, станет вспоминать с широкой улыбкой. Терра с интересом взглянула на несколько местных жриц (или жрецов?..) любви, реальные образы которых скрывали притягательные, безумно сексуальные голограммы. Их облик почти приближался к идеальному, и одного данного факта хватило бы, чтобы покорить обычного человека, однако девушка чувствовала, что этого ей совсем-совсем недостаточно. «Ну же. Подарите мне что-нибудь новое. Удивиться бы», — с молниеносной скоростью пронеслось в голове Терры. Реакция последовала, причём незамедлительно. Очертания персонала расплылись, сперва покрывшись лёгкой туманной дымкой и пеленой глитч-помех, а потом быстро начали терять очертания, окончательно превращаясь в нечто иное, древнее, нечеловеческое. Длинные цепкие щупальца, отдалённо напоминающие собой конечности огромной медузы. Выпученные рыбьи глаза, круглые и тёмные, как смерть, как само забвение. Бугристая кожа с бледным оттенком болезненно-зеленоватой голубизны, покрытая толстым слоем липкой слизи, источавшей терпкий, островатый запах. Существа не напоминали собой людей абсолютно ничем и выглядели крайне отталкивающе, но во взгляде Терры, тем не менее, загорелся огонь страстного предвкушения. Она слишком часто занималась сексом с подобными себе. Рано или поздно, скажем откровенно, это надоедает. Даже безвестная девчонка может обладать весьма колоритным вкусом, а служители любви оказались достаточно продвинуты в технологическом плане, чтобы воплотить в жизнь самые грязные фантазии. Может, в своём изначальном виде они и напоминали собой железные машины, оснащённые самыми дорогими имплантами, и именно так Терра предположила, когда зашла в заведение и впервые увидела голограммы, но какая разница? Сейчас ей хотелось только одного. Кто-то расшнуровал ботинки на ногах Терры, расстегнул ей пояс, стаскивая шорты. Майку с кепкой Терра сама же и отбросила в дальний уголок. Отключив кастет, она осторожно отложила его на столик, стоявший рядом: невольно испортить своё оружие, единственное, за исключением хромированной руки, Терра никакого желания, естественно, не испытывала. А минутку спустя началось что-то прекрасное. И совершенно безумное. Тройной процесс повторился ещё неоднократно, и с каждым Альбин, в те немногие моменты, когда мысль умудрялась обрести форму, минуя марево удовольствия, всё сильнее понимала, что находится, наконец, на своём месте, восседает на троне давнего желания. Возвращаться к серой реальности совершенно не хотелось. Да и зачем? Секс и наркотики всегда были лучшими друзьями. Где-то там лежит иной мир. Но сейчас это не имело никакого значения.

Они там просто все обвешаны имплантами, наверное, а голограмма скрывает служителей культа Дибелл... кхм, любви, я думаю, во-первых – для их же безопасности, чтобы никакой чокнутый сынишка миллиардера не отследил девушек, чтобы зарезать их в своё удовольствие, ну и для того, чтобы смотреть приятно было, конечно.

Увидишь. ( ͡ᵔ ͜ʖ ͡ᵔ )

@Пакость, только имей в виду, что Терра имеет собственные виды на персонал заведения. :3 Да и вряд ли её игнорили из-за безвестности, учитывая семёрку. Ладно, надо тоже написать кое-что. ^^ Ах... Летнее дитя!

Не херовый, просто новенький. Будь внимательнее и почаще читай посты мастера, я их порой перечитываю раза четыре (плюс-минус), ибо некоторые важные аспекты забываются. И в раскрытии истории собственного персонажа надо отталкиваться именно от того, что даёт мастер, от принципов сеттинга. Тем более, что этот сеттинг – авторский, собственное творение Эли, а не как WoD например, с кучей книг и парой игр по теме, одна из которых выйдет совсем скоро, кстати. Я знаю, ты раньше играл в Таверне Эвлара, но Таверна обладает некоторыми своими уникальными особенностями. В частности, там можно создавать такие миры, какие захочешь, а потом оттуда тащить к Лео (или как там его, не помню) своих персонажей. Но здесь отдельная игра со сложным, интересно проработанным миром, а значит, рамки по-любому необходимы. Рамки не ограничивают творчество, а являются столбиками, которые поддерживают полёт вдохновения, позволяя создавать не просто беспорядочную графоманию, а искусство! В общем, не расстраивайся, не всегда получается с первого раза. Просто стоит делать выводы из ошибочных моментов, чтобы они не повторялись, вот и всё :3

Собственно, отпишусь завтра днём (или вечером), скорее всего. Не страшно же? А пока кубик! Прибавляем бонус от харизмы. Семёрка. "Любые фантазии", значит? Звучит очень даже неплохо. ( ͡ᵔ ͜ʖ ͡ᵔ )

Kheruk, человек просто не дружит с философией, не дружит от слова "совсем", вон как реагирует-то. Наверное, в детстве вузовским учебником по голове били. Или не только по голове... и не только били. xD

Что-то куб озверел.

Терра не особенно удивилась откровенным признаниям Арахны о планах на убийство. В конце концов, Терра была дочерью чёрного слоя. Здесь считается совершенно нормальным, когда владельца ценного приобретения, как свинью, закалывают во сне, а его вещички забирают себе. Она и сама так делала, причём совсем ещё недавно. Просто правила выживания, и незачем читать друг другу моральные нотации. — Всегда рада помочь, — беспечно отозвалась девушка, — а насчёт убийства – боюсь, так просто я бы всё равно не далась. Так что, думаю, очень удачно сложилось, что теперь мы в одной лодке, — усмехнулась она, — и никто друг друга не ранит почём зря. Круто же! Тем временем, с Арахной хакка закончил, и очередь Терры лечь на условный операционный стол настала самым органичным образом. Наиболее логичным решением было оснастить протез от Noble Industries дополнительным усовершенствованием в виде панели, однако Терра в эти счастливые мгновения даже не собиралась мыслить рационально. Внезапно ей в голову пришла совершенно сумасбродная и адски весёлая идейка. Едва не рассмеявшись в голос, как только представила в своём воображении весь предстоящий процесс, Терра не замедлила поделиться планом с рыжим хакером, встав на ноги и резким движением срывая с себя полотенце. — Значит так, ставь эту штуку вот сюда, — указала Альбин на место, расположенное чуть пониже живота, совсем рядом с интимной зоной, — я потерплю. Чего только не сделаешь ради хорошей шутки!.. — прыснула она. Впрочем, кажется, сейчас весь мир представлялся Терре одной большой и отличной шуткой, придуманной богами для собственного развлечения и вящей радости всех, проживающих в нём. Не хотелось думать о горе, упадке и страдании, из жерла которого она вылезла совсем недавно. Негативных вещей для неё словно не существовало. Бедность? Насилие?.. Что значат эти слова? Даже заглянув в словарное определение, Терра, скорее всего, не поймёт. Есть только радуга. И пламя, оно самое.

Новые подробности от истинном устройстве универсума сыпались, будто из рога изобилия. Какие-то новые, неведомые миры. Переходы между слоями. Что ещё за слои такие? Типа как в сэндвичах делают? Терра знала, что с такой дикой кашей в голове не сможет разобраться во всех любопытных аспектах сложившейся ситуации от слова «совсем». Её трясло, как от лихорадки, по спине ручьями лился холодный пот, а перед глазами плясали мириады кислотно-оранжевых, полупрозрачных мотыльков. Отвратительное состояние. Ни с чем не сравнить. Надлежало немедленно исправить положение вещей. Она помнила, что Джим, вроде как, предложил ей воспользоваться собственными запасами наркотика, и хотела было немедленно согласиться, но мгновением спустя парень с кибернетическими крыльями выкатил аналогичный вариант. Девушка пребывала не в том состоянии, чтобы выбирать, поэтому ухватилась за последнее предложение, как за якорь, что дарит утопающим надежду. И всё-таки, набравшись терпения, воззвав к жизни остатки своих сил, она заставила себя подождать, пока группа не доберётся до безопасного места. А вот теперь... Возможность, наконец, появилась. Как давно она мечтала об этом! Всё остальное казалось неважным, незначительным. Пустым, лишённым смысла. Только счастливая игла. Только она, миленькая. Терра полностью разделась, сбросив с себя рваное тряпьё, некогда бывшее её платьем, и кроссовки, подошва которых за время нелёгкого путешествия успела отслоиться, являя миру отвратительное зрелище голубоватого производственного клея, смешанного со зловонными канализационными отбросами. Определённо, это не та обувь, в которой стоит гулять по чёртовой подземке. Терра захватила с собой шприц и заперлась в душе, включив поток горячей водички. Дрожащими руками нащупав вену, со второй попытки она всё-таки смогла сделать себе долгожданную инъекцию. И всё... Закончилось. Больше не ощущалось буйного хаоса, блуждающего в мыслях. По телу разливались волны светлого, живительного тепла. Каждое движение приносило блаженство, хотелось петь, обниматься, открыться миру, подарить ему свою радость. Терра чувствовала химический экстаз, вызванный синтетической дрянью, но для неё эти ощущения являлись, тем не менее, вполне реальными. То, чем она была, неотделимое от неё, оно вновь вернулось, чтобы подарить страстный, томительный покой в объятиях ядовитой химеры. Терра слегка прикрылась одним лишь коротеньким полотенцем, едва доходившим ей до бёдер. Строго говоря, она могла обойтись совсем без одежды, как и делала обычно после водных процедур, однако простудиться в такой божественный момент совершенно не хотелось. Напевая себе под нос какую-то жизнерадостную песенку, пританцовывая, она бесцеремонно ворвалась в рабочее пространство хакера, как огненный вихрь осенних листьев. А хакер, тем временем, целиком пребывал в недрах своей специфической деятельности, устанавливая Арахне панельку. Кажется, ей было неприятно. Очень неприятно. Личико Терры исказилось печалью. Никто не должен страдать в такой восхитительный день! Она, Терра Альбин, не даст этому случиться. Страдание? Только не при ней, о нет. — Пожалуйста, не переживай, всё будет окей, — широко улыбнулась Терра, опустившись перед Арахной на колени, — боль уйдёт, всё закончится. Хочешь, я расскажу одну историю? Может, тебе станет легче, если отвлечёшься, — предположила Альбин, — значит, был когда-то такой парень, Линдер, и был он самым классным парнем во всём чёрном городе... И Терра начала рассказывать. Её глаза горели каким-то чужеродным, страстным пламенем, а улыбка, казалось, никогда больше не сойдёт с её алых губ. Присущую девушке подозрительную настороженность сорвало, будто по запретной печати провели лазерным тесаком, и за несколько минут Терра выложила свою историю. Как ей, отрезав руку, прямо посреди ночи поставили имплант. Как они вместе с бандой выбивали долги из охамевших бизнесменов и вкладывали полученные деньги в научные исследования корпораций, пользующихся самой дурной славой. Она рассказывала о безумных оргиях, в которых принимала участие против воли, и говорила всё это таким тоном, будто речь идёт о самых счастливых воспоминаниях её детства. И, конечно, с ностальгической улыбкой она поведала, как перерезала глотку своему боссу, подорвала логово прежних союзников и свалила в закат, чтобы сполна насладиться обретённой свободой. — А потом я поняла, что в этом мире есть, за что зацепиться, кроме той, старой и родной тьмы, — увлечённо закончила Терра, — именно ради этого все мы собрались здесь, наверное? Чтобы... обрести, — на этом моменте бесконечный поток слов прервался, и Альбин мечтательно уставилась куда-то вдаль. Её мысли блуждали далеко-далеко, каждая напоминала собой восхитительный сон, что даже не думает заканчиваться. Если бы только это продолжалось вечно. Если бы.

Написала эпилог. Спасибо всем за игру, ещё раз. Вы славные! Надеюсь, ещё встретимся. Когда-нибудь! ♡

Эпилог Томаса «Все идет в одно место: всё произошло из праха и всё возвратится в прах» OST   Библейская цитата вертелась в голове сумрачного солдата, как осиновый кол в груди безвинно убиенной жертвы детей человеческих. Песчаная буря безумствовала вокруг уже несколько бесконечных часов, сильно уменьшая поле обзора. Изорванный, грязный плащ развевался за его спиной, подобно крыльям ворона, проклятого как преисподней, так и небесами. Заржавевшая пила с окровавленными зубьями свободно болталась, привязанная к поясу грубо сплетённой верёвкой. Руки унылой фигуры, с сатанинским упорством шествующей вперёд, невзирая на буйство стихии земной, по локоть были обмотаны серыми медицинскими бинтами. Последний раз их меняли явно не сегодня, и даже не вчера. В дорожной сумке лежало несколько гранат, чёрствый хлеб и фляга с водой, почти пустая. За плечами виднелась длинная снайперская винтовка. Он давно забыл своё настоящее имя, данное любящими родителями до того, как настал конец мира. Сколько прошло лет? Пять? Двадцать? Тридцать, сорок? Он не знал. Немногие жители Луизианы, встреченные им по пути, налепили на солдата обидное прозвище, однако последнее совершенно не волновало его, тем паче, что дано было с его собственной лёгкой руки. Что такое презрение, зачем нужна привязанность, какой вообще во всём этом смысл, чёрт возьми? Тварь не задавалась такими вопросами. Её существование поддерживала лишь слепая, животная, отчаянная жажда убийства. Когда-то как люди, так и ходячие превратили её жизнь в кошмар, и теперь тварь мстила им всем. Планомерно. С холодной расчётливостью. Винтовка, чтобы простреливать мертвецам головы. Гранаты, чтобы превращать их в бесформенные груды мяса. Пила, чтобы резать и кромсать их, разделывая на тысячи мелких ошмётков. Руки, чтобы выдавливать им глаза, вырывать зубы. Её не любили, более того, порой её ненавидели, но, впрочем – с изрядной такой долей типичного людского лицемерия – не отказывались от сопровождения, если иной глухой ночью видели скрюченный у дальнего костерка силуэт в допотопной маске-респираторе, полностью скрывающей черты лица. Ведь, в отличие от наёмников, тварь всегда помогала, и помогала совершенно бесплатно. И каждый раз она просто стремилась уложить обратно в могилу как можно больше грёбаных восставших. В этом была её цель, предназначение и фундаментальная задача, причина, по которой тварь все ещё существовала в обезумевшем мире, гармония и порядок в котором давным-давно накрылись большим медным тазом.   Солдат слабо помнил последние события, последовавшие за приговором, вынесенным Наташе Волковой. Кажется, что-то началось. Или должно было начаться? Это было время, когда он ещё оставался человеком, с человеческими же слабостями, комплексами и страхами. Он боялся всех и каждого, а теперь... его давняя мечта исполнилась. Томас, простой сельский паренёк, который просто хотел сбежать от людей, превратился в бездушную машину убийства. Им правила ненависть, как мрачный владыка, питающийся кровью и плотью своих подданных. Она пожирала его изнутри, не оставляя на изувеченной душе живого места. — Говорят, этот тип служит Сатане, — прошептала на ушко своей подруге испуганная женщина, когда Тварь заглянул в её поселение, чтобы пополнить необходимые припасы, — будто он продал свою душу, чтобы обрести взамен силу. Что ты об этом думаешь? Подруга рассмеялась. — Мало ли, что люди болтают, — она с лёгким сочувствием взглянула на человека в респираторе, — сейчас таких много. Потерянных душ. Лишившись всего, они находят спасение в защите таких, как мы, — на её губах промелькнула улыбка, — интересно, а что там, под маской? Подруга испуганной женщины не знала, что Твари было плевать на людей, которых она защищала. Это просто цикл взаимной выгоды. Томас им пушку, они – еду. Ведь совсем без общества существовать, к несчастью, невозможно. Люди должны держаться вместе. Должны. И если ненавидят друг друга – тоже. Трагедия, иначе не скажешь. Ничего не менялось, а цикл продолжался. Война. Кровь. Убийства. Ненависть. С каждым годом на голове Томаса появлялось всё больше седых волос, по лицу его пролегли глубокие морщины. Некогда стильные ботинки совсем износились, и солдат заменил их на грубые охотничьи сапоги. А потом... Потом он умер. Это случилось в старом заброшенном доме, почти на краю света. Томас спал, расставив вокруг себя кучу смертельных ловушек, и во сне его сердце дало сбой. Нить порвалась. Томас даже не заметил, что скончался. Несколько неопытных мародёров пришли, чтобы стащить его вещички, но нарвались на ловушки и погибли от ран. Перед смертью один из них с ужасом отметил, что мёртвые губы старика изогнулись в злорадной ухмылке. А быть может, то была просто игра света. Кто знает?

Тебе тоже спасибо, Ося. И удачи там, ладно? Пусть всё будет круто и замечательно. Всегда.

…социопат в противогазе, который взвинтился только от того, что его по имени назвали. Да, Томас? Нет. Это слишком. Проклятье, такими темпами он не выдержит. — Не. Сметь. Называть. Меня. По имени!.. — заорал Томас и затопал ногами, как капризный ребёнок. — я знаю, ты это специально делаешь. Это они тебя надоумили, да? Чёртовы эмигранты, повсюду их гнусные происки, даже в жопе мира не спастись. — Тварь пришла в неистовство, в ярости сорвала с себя респиратор и запустила им прямо в окно, разбив его на мелкие-мелкие осколочки. Но… Но внезапно что-то произошло. Лишившись маски, защищавшей его от ужасов мира и бессердечных взглядов окружающих, Томас сразу трусливо сжался, сгорбился, как столетний старец, начал затравленно озираться по сторонам. — Я… это самое… п-простите, не хотел, случайно вышло, — буркнул парень, и ещё глубже забился в самый тёмный угол зала. Он хотел исчезнуть. Испариться. Лишь бы не видеть перед собой эти взгляды. Они судили его, как апостол Пётр перед райскими вратами. Какое невыносимое чувство....

Твари было абсолютно безразлично, против кого голосовать. Он не боялся собственной смерти так сильно, как возможности причинить кому-то физический вред, однако шанс нанести вред косвенный представлялся исключительно привлекательным. Кроме того, им владел злобный дух противоречия, из вредности заставляющий выбирать самые, казалось бы, безобидные кандидатуры. А что такого страшного сделала девушка, которая просто... молчала? Неважно, в общем. Всё неважно. Жизнь – это тлен и разочарование. — Наташечке стоит помолиться в последний раз, если она ещё не сделала этого, — зло бросил Томас, — в кого там верят русские? В Дажьбога, Перуна? Вот и выяснишь, реально ли они существуют, или всё враки. Может, даже научный трактат напишешь, если тебя отпустят с той стороны, — заржал Томас, — пока-пока, вещички можешь оставить, я о них позабочусь. Или кто-то другой. Ведь так? Добро не должно пропадать-с, — деловым тоном закончил омерзительный обитатель социального дна. Казалось бы, ниже падать некуда. И конец привычного мира сделал личные качества Тома ещё более неприглядными, даже сравнительно с тем, как парень выглядел в глазах остальных раньше. Не душкой, это можно сказать определённо.

Какую мораль мы можем извлечь из этой истории здесь и сейчас? — А такую, — недружелюбно прокаркал Томас, всё ещё смертельно обиженный на медика из-за случая с настоящим именем, — что не надо по роже никого судить, так-то. Но знаете, нахрен весь этот цирк, — внезапно отрезал отшельник, — он мне надоел. В сущности, не имеет значения, кого из «слуг» закона судить первыми, если уж и хвататься за эту дурацкую зацепку. Наш мэр оправдывался яростно, а вот другая девочка, тоже полицейская, к слову, что-то за весь вечер слова не промолвила. Интересно, с чего бы это?.. — издевательским тоном поинтересовался парень, — может, уснула? Наелась чипсов и дрыхнет, наблюдая десятый сон? А может, — зловеще предположил он, — просто выжидает, когда большинство определится, чтобы потом присоединиться к толпе, готовой линчевать одиночку? А? А?! Советую подумать об этом, пока есть ещё, чем думать, — заявил Томас, и замолчал. И было его молчание красноречивее любых поэтических стихосложений.

А Т е твой пост будет первым? Там же, наверное, реакцию на отвлечение надо будет описать, установка «панели», по идее, одновременно с болтовней происходит. Но, думаю, у нас получится сделать все гармонично. Тогда сначала ты, да?

Не, десяточка. Или ты про Джима?

Оки~ Да, я только возвращаюсь домой, так что отвечу чуток позже. Тогда порядок постов такой: сначала Терра с болтовней, потом Арахна, а уже в конце, третьим постом, ставим Терре чип (е-е, больше горячих сценок).

Ой точно. Она ведь ещё и болтать умеет. Я и забыла хД

Ну Терре вон выпало Она может сплясать, эээ… восточный танец? Вот только Арахна и Кейт вроде гетеро (ведь так?..) – не знаю, отвлечёт ли их это. А больше она, Терра, ничо не умеет, только убивать