Stasog

Королева Кристофер     "Каждый имеет право почувствовать себя королевой! Даже если он - пятидесятилетний мужик!" - королева Кристофер о себе.   У вас никогда не возникало чувства, что вы - не тот, кто вы есть? Что ваша душа не гармонирует с телом, а ваш разум - с поведением? Не приходила ли вам в голову мысль, что всю свою жизнь вы прожили не так, как должны были: не в то время, не в том месте... не тем человеком?    А вот таксисту Кристоферу все это знакомо. На свой пятьдесят второй день рождения он понял, что является не тем, кем жил все время до этого. Он заглянул внутрь себя и осознал, что никогда не был таксистом, что лишь носил эту ничтожную маску, дабы общество могло его принять. Но таким он не мог принять себя... Потому что Кристофер - не таксист. Кристофер - королева!   Он присоединился к цирку Барберини, так как здесь его могут понять, здесь никто не требует от него быть кем-то другим, здесь все знают его как королеву Кристофера.

Над какой-то? Я постебался над ВСЕМИ серьезно-таинственно-крутыми детективами. От любого бульварного недонуарчика до непревзойденного ведьмака Геральта. Возможно, не очень-то смешно, но эээй, право же, я старался!) А разговор крутого парня с торгашом/дилером в не очень легальной лавке с не очень легальным товаром и последствующее изымание такового путем демонстрирования своей молчаливости и таинственности - одно из самых распространенных клише вообще.   Но всем насрать((   А я ушел Х

Извините... Я просто делал кое-какие наброски, а как выпала минутка интернета - перепечатал это угарный стеб над клише и запостил. Вы не против, если я иногда буду так неожиданно делать?)

Нелегальная книжная лавка, Хамвилль   Парень за прилавком не был хамом. Это был самый обычный юноша самой обычной сатананской внешности, так что оставалось лишь диву даваться, как ему удалось устроиться на столь... необычную работу. И не смотря на всю экстравагантность своей профессии, не смотря на все ее необычные особенности, которые некто счел бы незаконными и даже опасными, молодой человек выглядел встревоженным. Его руки невольно тряслись при взгляде на покупателя, но это можно было понять: у клиента, крайне настойчивого, между прочим, было не меньше четырех рук, покрытых характерными хитиновыми шипами, а из под его огромного и чересчур таинственного капюшона выглядывала пара... клешней? Да, словно у жуков или там... паукообразных.   - Я надеюсь, что вы понимаете, где находитесь. Наш магазин... - паренек на секунду отвел глаза в сторону, а затем на свой страх и риск немного подался к таинственному покупателю и прошептал: Не очень легальный. У вас могут возникнуть некие... - еще одно нервное оглядывание по сторонам, - проблемы с законом. С законом или даже законами Хамвилля. Может, вам обратиться в библиотеку? Она у нас обширная и с крайне дружелюбным обслуживанием. Наша скромная темная лавка ей совсем не ровня!   - Скажи мне, - начал незнакомец, облокотившись на прилавок и тоже наклоняясь поближе к собеседнику, - похож ли я на человека, которому есть дело до законов хамов? Тем более, я не думаю, что в библиотеке найдется то, что мне нужно. А вот ваша лавка - совсем другое дело. Поищи-ка ты что-то о... ну, скажем, о некрофагах.   Капельки пота красивой ровной струйкой потекли по лицу юноши от правого виска до подбородка. Он несколько секунд стоял абсолютно не двигаясь, старался даже не дышать. Сделав пару осторожных шагов назад и в молящем жесте сложив руки перед собой, парень запинаясь произнес:   - Но у нас нет подобной литературы…   - Раг’хланы! – гневно, но хрипло воскликнул назойливый посетитель, ударив кулаком по прилавку и не дав бедному торгашу договорить. – Некрофаги! Могу еще громче, чтобы услышали на улице! Тогда у нас обоих буду большие проблемы с законом!   Юноша не выдержал и со сдавленным визгом свиньи, которую вот-вот заколют, скрылся за ширмой, которая надежно закрывала служебное помещение лавки и находилась прямиком за прилавком, оставляя торговцу за ним лишь метр свободного пространства.   Незнакомец не двинулся с места. Как он и ожидал, по ту сторону ширмы раздались тихие голоса, оживленно обсуждающие что-то на хамском.   - Раг’хлан!? – вырвалось у собеседника сатананского юноши. Голос явно принадлежал очень удивленному хаму.   Спустя полминуты голоса стихли, а из-за ширмы вышел уже другой торговец. Это был низкий, на полголовы ниже покупателя, хам крепкого коренастого телосложения, выбритый настолько, что голова и выдающийся подбородок лоснились в этой темной комнатушке, словно мед на солнце. Тонкий рот хама расплылся в широчайшей улыбке, которая будто никогда не сходила с его лица. Возбуждением и тревогой предыдущего продавца даже и не пахло.   - Мы мьожем предьоставить вам тьовар, но скажите, чем вы сьобираетесь плятить? – спросил торгаш с ужаснейшим акцентом, который даже на хамский не походил.   Незнакомец в наигранном раздумье побарабанил по прилавку острыми когтями. Поболтав головой туда-сюда, словно приходя к какому-то выводу, он снисходительно и как бы небрежно ответил:   - Молчанием.   Хам утвердительно кивнул головой:   - Мудряя цена, йочень мудряя, мой дорогьой гьосподин. Я сейчас вернусь.   Улыбка не слезала с лица торгаша даже во время речи, от чего его щеки двигались напряженно, а прищуренные глаза выглядели почти закрытыми. Спустя минуты две хам вернулся, обрушив на прилавок толстый том черно-зеленого цвета. Обложка, сделанная из какого-то таинственного материала, похожего на что-то среднее между кожей и хитином, была изрядно потрепана, а переплет вообще почти отсутствовал. Вместо названия, выполненного красивыми золотыми буквами, как на обычных книгах, посередине этой красовался странный засохший глаз, надежно пришитый к обложке, а под ним была выцарапана незамысловатая надпись «Раг’хланы» на сатананском.   Незнакомец кивнул, взял книгу и спрятал ее под своим безразмерным балахоном.   - А теперь, мой гьосподин, выметайтесь йостюда, - все с той же улыбкой произнес хам, почтительно поклонившись. Выйдя на улицу и обрадовавшись отсутствию людей (в темном переулке, где пряталась книжная лавка, было немноголюдно даже в самые оживленные дни Хамвилля), Архип натянул пониже свой капюшон и бесшумным шагом удалился…   "Странно, - думал он, шагая потайными переулками этого хамского города, - простая уловка с напыщенность, таинственностью и серьезностью подействовала как нельзя лучше! Быть может, те дешевые детективные романчики, которые продают в Сатанане, и правда имеют какой-то смысл?.."

Боги, благословите Канделу - эталон женской логики!   Извините, не удержался) Но с этого момента - все, меня нет! Почти...  ;)

Сам ты ливнул, у меня стата 51.5%, рачина голдовая! Не расстраивайся ты, я вернусь! (по крайней мере, должен вернуться...)   Да, пипл, удачи вам в игре, но я пока вынужден покинуть нашу ламповую игру. Ненадолго, надеюсь, но вынужден. Иерх, наш разговор тем не менее в силе? Или ты не выдержишь еще пару недель в роли одинокого волка?)

- Что у вас тут, Мальком? - хрипло и с легким жужжанием в голосе спросил Архип, переводящий дух после бега. - Не надо мне было уходить из лагеря. Помоги я вам с мантикорой, этого могло бы не случиться, - он кивнул на тело Тавы, все еще тяжело дыша и опершись на плече зеленоглазого.   Но Гримм его словно не заметил. Да и вообще все... просто проигнорировали внезапное появление Архипа. Леорин был занят феей, Кандела - паладином, гном - как всегда, собой. Мальком помогал эльфу в лечении Тавы. А некрофаг оставался... не у дел. Он вообще оставался не у дел в последнее время. С самого прибытия в пустыню он был весьма бесполезным спутником: в поисках таинственных ингредиентов он почти не понадобился, в бою с алхимиками ему тоже не нашлось достойного применения. Чего уж говорить о том, что в компанию негероев раг'хлан не влился и вливаться не собирался, а лишь молчаливо отсиживался на окраине лагеря, все время держался особняком. "Среди всех этих воинов я... как бельмо на глазу. Как муха, летящая на свет костра. Они - костер, они воодушевленные, они горячие, они могучие и величественные. Со своими, конечно, причудами, но... А что я? Муха, которую так манит этот костер... В начале, когда поленья только подожгли, пламя бросало искры, которыми я обжигался. Я не любил огонь, брезговал им. Но теперь, когда они поладили, сплотились, я вижу - огонь прекрасен. Он непредсказуем, стихиен, но сила его неизмерима. Великие воины... Мальком, Гракх, Ричард. Леорин, Кандела... козлоног в конце концов. Алина... Они горят, они источают свет, и я жажду его! Но свет жжется... Огонь жжется, огонь не для меня! Не для мухи... Я не стану огнем, как они, я испепелюсь... Нет, я их недостоин. Не смотря на все их капризы и склоки, на всех их нелогичные глупости, они лучше меня! Лучше во многом. Они держаться вместе, они - огонь! Но я так не могу... меня огонь сожжет..."   Никто не увидел, как Архип ушел из лагеря. Да и если бы увидел - что с того? Он делал это постоянно, но всегда возвращался. Всегда возвращался... но не теперь.   (Вывожу персонажа из игры на срок от недели до двух. Извините, но у меня нехватка времени ИРЛ, так что... Извините. Играть было очень классно, и я не сомневаюсь, что еще будет очень классно) Удачной игры!)

На плече Гримма, который как раз склонился над телом феи, легла хорошо знакомая рука.   - Что у вас тут, Мальком? - хрипло и с легким жужжанием в голосе спросил Архип, переводящий дух после бега. - Не надо мне было уходить из лагеря. Помоги я вам с мантикорой, этого могло бы не случиться, - он кивнул на тело Тавы, все еще тяжело дыша и опершись на плече зеленоглазого.   Да, раг'хлан в последнее время стал каким-то отстраненным. В лагере его видели редко, крайне редко, а разговор с ним не получалось завести даже у Гримма.   Рг'хлофс знал эти места. Знал слишком хорошо. Пустыня Хам... "Мы так близко к моей родине! Я чувствую в воздухе мухособак, чувствую!" Тревога, неосознанная и непонятная тревога охватывала некрофага вот уже много дней, фактически, с тех самых пор, как они вошли в пустыню. Столько всего непонятого, нелогичного, сложного! Смерть Алины... Тава... Дом... Архипа охватывали самые разные чувства и он не никак не мог усмирить их. Так продолжаться не могло...

Лагерь, сейчас.   Убедившись, что за густым кустарником его не будет видно членам группы, Архип встал в боевую стойку.   - Так, давай еще раз, - сказал он себе, доставая кинжалы и как-то уж слишком неуклюже по-человечески разминая шею. - Закрыть глаза, глубоко вдохнуть...   Тело некрофага было неподвижно, руки с кинжалами прямые и приподнятые, а другая пара немного согнута, но прижата к туловищу. Голову же он нарочно опустил, будто хотел проверить, удастся ли сделать это вслепую. Рг'хлофс начал медленно поднимать вооруженные руки, держа их выпрямленными в разные стороны. Когда они достигли горизонтального положения, он начал опускаться, немного сгибая ноги в коленях. Внезапно руки, что держали кинжалы, вспыхнули синим светом. Он, казалось, слегка пульсировал и переливался; наиболее ярким был свет на тонких участках кожи - когтях, заусенцах возле них, мочках пальцев. Светилась только кисть, державшая оружие, выше локтя сияние не шло.   - Рг'ха! - звук, который издал раг'хлан был скорее хрипом, чем рыком. Среди дуэлянтов Раг'хланата это восклицание символизировало начало схватки...   Архип сделал резкий выпад правым кинжалом, его тело вытянулось, словно струна. Затем он резко рассек воздух левым кинжалом, разворачиваясь при этом и огибая невидимую цель так, чтобы оказаться у нее за спиной.Дальше последовал удар обоими кинжалами назад, словно некрофаг атаковал врага, стоя к нему спина к спине. Окончил серию еще один двойной удар - теперь с разворотом через правое плече, рассекающий недругу спину.   Сияние погасло.   Рг'хлофс пробовал еще и еще: закрыть глаза, глубоко вдохнуть, сосредоточиться, ударить. Закрыть глаза, глубоко вдохнуть, сосредоточиться, ударить. Закрыть глаза, глубоко вдохнуть, сосредоточиться, ударить...   Получилось лишь спустя полчаса. Он уже делал это так быстро и нетерпеливо, что даже не заметил, как его руки засияли и потянули за собой все тело, делая точные и выверенные удары, точную копию первой серии, вплоть до сантиметра...   - Рг'ха! - воскликнул Архип в который уже раз...

+   Ты не мог смайлик понейтральнее выбрать!? Ей-богу, Фолс, ты плохо на меня влияешь))

Пипл, я отойду на чуть-чуть (часик-полтора), уж извините. Фолс, тебя это касается в первую очередь.

Значит так... Семью отправляешь на дачу/к теще/в Диснейленд, запираешь дом на три замка и все три ключа выбрасываешь в окно (не забудь запастись провизией). Устанавливаешь Линии Крови и... совершенствуешься)

- Что-нибудь... нашел? - Спросил он Архипа, вспомнив, что тот, вместо того, чтобы пойти со всеми в сокровищницу, побежал выискивать неизвестного стрелка. И тут, кое что вспомнив, указал на кристаллы. - И да, прикоснись к одному из них. Сам увидишь, что будет.   - Нет. Кем бы ни был стрелок, он уже скрылся. Флх'таара прочесывает замок - доступные его части - но я пока ничего не чувствую. И вряд ли это изменится.    Архип огляделся и заметил несколько удивленные взгляды некоторых членов отряда, для которых недавнее несдержанное и слегка эмоциональное поведение некрофага было... новинкой (не смотря на уже известный факт о том, что вообще раг'хланы весьма открыты и не сдерживают своих странных эмоций). В последнюю очередь он встретился с глазами капитана, но они выражали кое-что иное. Проще всего (и без ругани) это можно было описать как "Я вам что, подставка, что ли? Заканчивайте уже с этими кристаллами". По крайней мере так казалось Рг'хлофсу, поэтому он незамедлительно двинулся к ней.   - Ах да, - кинул он подходя, - это... Пожалуй, синий - это по мне. Выглядит аппетитно.   После этих слов Архип протянул указательный палец одной из своих правых рук к кристаллу и осторожно постучал по нему своим длинным когтем.   - Ничего. Так должно бы... Ааа! - какая-то синеватая энергия внезапно "потекла" из сапфира, обволакивая руку некрофага и постепенно двигаясь дальше по телу. По мере того, как она приближалось к голове, ним овладевало какое-то дрожание, словно от удара молнией, а несколько секунд спустя из-под капюшона ближайшее пространство озарил яркий синий свет. Рг'хлофс пришел в себя: - Ай! Больно ведь! Что это было?

А если я выберу синий кристалл, какой будет моя способность?

Скажу так: я был счастлив, когда наконец-то перечитал их!)

Перечитал! Кстати, я один заметил, как слово "перечитал" созвучно с итальянским "felicità" (счастье)?)   А список функций мухособаки продолжает расти... Пусть ответит Иерх) Тогда опишу "прикосновение". А эффект от кристалла можно самому описать (от красного)?

Ранее.   "Прямо в голову... - нарочито членораздельно, словно пережевывая, подумал Архип, склонившись над Гансом. - Может поискать сверху?" Идея была неплохой. В конце концов, до от замка до леса было достаточно далеко, быть может, стреляющий еще не успел убежать?   Некрофаг молнией рванулся к выходу, никого не предупредив. Да никто, собственно, и не заметил: все были в сокровищнице, которая его не интересовала, а леди Блэкхол (как отныне про себя называл Рг'хлофс капитаншу) была... занята. Выбежав из главных ворот замка и не прерывая бега, Архип достал, словно из-за пазухи, свернутую в клубок муху и, увидев ее состояние, рассерженно вскрикнул:   - Флх'таара! Нашла время поспать! Лети давай! - бесцеремонно метнув муху повыше в воздух, он лишь наблюдал, как она, уже падая, неуклюже развернула крылья и едва удержалась на лету. Насекомое удивительно быстро взмыло вверх, футов на семьдесят, и попыталось удержаться на этой высоте, разглядывая прилегавшие к замку склоны...   Сейчас.   Но Архип вернулся ни с чем. В зале, где было сражение, уже никого не осталось: все поспешили к сокровищам, даже леди Блэкхол. На удивления быстро найдя к ним путь, раг'хлан попытался как можно более незаметно слиться с "толпой", которую формировали негерои, но вот только...   - Вот же... - просипел Гримм, упав на одно колено и с силой сдирая с груди один из бинтов. И узрел, что ужасная рана, что уже многие годы открывала его ребра, начали медленно затягиваться лоскутами из отрастающих мышц и кожи. Рана, которая очень давно ослабляла его и ни чем не могла быть заживлена, вдруг... начала исчезать.   И упал Мальком прямо у Рг'хлофса перед ногами. Фактически рефлексивно, не придавая особого значения своим действиям, тот тут же присел на одно колено рядом с Гриммом, нерешительно рассматривая его лицо, искаженное болью. Не зная, что сказать (у раг'хланов лучшим жестом в подобной ситуации было яростное публичное убийство мухособаки, которое означало глубокую скорбь за раненного в бою товарища), некрофаг лишь неловко похлопал его по левому плечу, а затем встал и протянул руку.   - Вставай давай, - сказал он сухо. - Нашел время раскисать.

Хэээй, я пришел, сейчас все перечитаю и примусь постить. Забейте за мной красный кристалл, пожалуйста. 

Лучше ты: так вы продолжите соблюдать очередность.

Чуваки, извините, но я пока аут. Пусть вон Гадж заместо меня ходит.   Нужно бежать.

Ганс (приуныл я чет)  

Кто убил Р-2!? Я же... хотел... ну вот, а потом будете говорить, что я не сделал ничего хорошего! Да как же я могу, если вы все благие дела у меня из под носа уводите?!