Thinvesil

Да, но альтусами их потомки уже не считались.   Не говоря уже о том, что у внука лаэтанина и лаэтанки - ни капли крови альтусов, и сделать его наследником рода - значит, поставить на альтусиной фамилии точку. Не брак и наследование делают альтуса альтусом. 

Рейлиану в течение последних трех месяцев скучать было некогда. Стоило однако признать, что благодаря Димитраксию, у лекарей появилось немного больше свободного времени, которое они могли посвятить иным делам, кроме работы в лечебнице.   Юноша активно готовился к вступительным экзаменам, и даже смог наладить связи с некоторыми студентами, выспрашивая, чему их учат, и что вообще надо знать, чтобы хорошо успевать на первом курсе. Практические навыки Рэя превосходили таковые у школяров, но практику следовало подкрепить теорией и систематизировать знания. Договорившись всеми правдами и неправдами, он смог выкупить у одного парня со старших курсов старые конспекты и теперь штудировал их, сверяя со своим экземпляром анатомического атласа, на страницах которого красовались подробные изображения различных частей и внутренностей тел с пояснениями принципа их работы и взаимодействия.   Помимо подготовки к Университету много времени занимала работа по заданиям Сопротивления. За время совместно проведенных акций Рейлиан показал себя смелым, находчивым малым, который хоть и имел собственное мнение и не пытался ни под кого прогнуться, все же выполнял то, что могло пойти на благо Сопротивлению. Винциниус понимал, что находится в одной лодке с новыми товарищами по ячейке, и по возможности помогал даже в личных делах соратников - неприятности одного из них грозили сказаться на всех остальных, и проследить, чтобы никто в них не вляпался, было в интересах всей их разношерстной команды.   Эликсир, который он получил от Элеры, был тщательно исследован (со всеми предосторожностями), и выводы оказались весьма интригующими. С самой же эльфийкой у них получалось что-то вроде зарождающейся дружбы. Совместные вылазки и случайные встречи, общение между миссиями в таверне - все это позволило юноше побольше узнать о других и рассказать о себе. Теперь все в отряде знали его краткую биографию: тевинтерец, родился и вырос в Соласе, мать - преуспевающая владелица лучшей пекарни в городе, учился у мастера Гвидо алхимии и знахарству, приехал покорять столицу, не желая довольствоваться всем готовым в небольшом городке. Те, с кем Винциниус сошелся ближе, чем с остальными, также знали о его мнении о женском коварстве и печальную историю дружбы.   Что же касается таинственного носового платка с инициалами "ЛМ", тот был тщательно спрятан в маленьком мешочке на крепкой цепочке, и Рейлиан никому не обмолвился о своей тайне.

Ну вообще-то за этим тщательно следят. И полукровки никому не нужны, да. 

А нафига Виго шкварить свой род и фактически ставить точку на нем как на альтусах?

Да не поможет, Драж. Альтус - это ребенок Альтуса+Альтуса. Без примесей. Полукровки никому не нужны.

С домом Виго потом нормальные альтусы не захотят родниться. Нефиг кровь разбодяживать всякими зашкварными лаэтанами.

Но она не альтус. И ее дети не альтусы. Полукровки не считаются альтусами и не могут продолжить род. Нет, он альтус по крови.

Она же орлесианка.

Это персонаж из будущей игры, да. 

Отеллыча забыл.

Трущобы   Спирт, — смущённо посмотрела она на практика, — следовало сказать это раньше. Мне очень жаль, что ты понял неверно, но рассказывая тебе свои подозрения, я пыталась намекнуть, что... что дело очень опасное. И надеялась, поймёшь, когда замечала про возможный исход. В прошлый раз мы связались с исследованиями леди, и еле-еле смогли выжить. Причём ценой самопожертвования товарища, — в голосе Эл послышалась холодная отчуждённость, — следовало высказать свой… страх… иначе. Прости, что вызвала недопонимание. И может, тебя заинтересует вот это?.. — она поставила на стол баночку с алым эликсиром. Его было совсем немного, однако сие не мешало творению изломанного разума источать ауру чего-то отвратительного, зловещего. Вдвойне необычно, ведь жидкость, как известно, не обладает собственной душой. Тем не менее, создавалось впечатление, будто эликсир живой. Или когда-то обладал собственной жизнью.   Рейлиан закончил возиться с ранами и, убедившись, что лечебное зелье действует, взял у Элеры баночку с эликсиром.   - Бывает, - дернул плечом юноша, показывая, что недоразумение улажено. - А за эту штуку спасибо, интересный образец. Надо будет изучить на досуге. - Он присоединился к трапезе, взяв и себе оладушек. - И это.. называй меня Рэй, если речь не идет о тайной переписке. Позывные нужны, чтобы посторонний не связал обычного человека с членом Сопротивления, но раз мы тут все свои, то можно по имени. И на будущее - если что надо, зови, не стесняйся. Вместе больше шансов преуспеть, чем если ты гордо пойдешь одна навстречу опасности.

Жилой квартал   — Эл приблизилась к Спирту на близкое расстояние, которое в иной ситуации могло быть достаточно опасным... или соблазнительным, — возможно, там замешаны не только большие деньги, но запрещённые исследования в области медицинской магии, что велись ещё в эпоху нестабильности Империи. Я не уверена, но уровень секретности слишком уж высокий для поимки обыкновенного вора. А значит, можно ожидать чего угодно, — Эл отстранилась.   Рэй подумал, что эльфийка могла пытаться им манипулировать, используя его интерес к медицине. Плохо. Вдвойне плохо, что это была товарищ по Сопротивлению, которого нельзя просто так взять и отшить. Косситы сушеные! Он же обещал, что поможет, зачем эти грязные трюки?!   - Вон тумбочка, - указал он пальцем, направляясь куда-то из кухни. - В верхнем ящике вощеная бумага, набери в нее готовых оладий на всякий случай. Я пока оденусь, я быстро, - Винициниус развернулся, посмотрев в глаза Эл. - Не пытайся мною манипулировать, я этого не потерплю, - мирно закончил он и ринулся одеваться.

Жилой квартал   — тогда всё, что удерживает меня в этом мире, навсегда рухнет. Вероятно, потребуется убить пару человек. Я готова на всё, однако моих сил не всегда хватает. Ты... поможешь? Я собрала ещё несколько наших человек, а Виолетт... не в курсе нашего с ними знакомства. И лучше будет, если мы с остальными сделаем вид, будто не знаем друг друга, — Шиповник посмотрела куда-то в сторону, — и... если согласишься, я отплачу тебе. Обязательно.   Рэй резко обернулся и вгляделся в лицо эльфийки. Нет, вопреки его опасениям, это не было похоже на кокетство и просьбы проводить, потому что "ах, на меня вчера напали бандиты!".    - Не надо никакой платы, я же сказал, что помогу, - серьезно ответил юноша, снимая сковороду с очага и заливая его водой. - Просто расскажи вкратце, в чем дело. У меня пока есть время до дневной смены, так что не вопрос. Я же сказал, что помогу, - он на миг остановился, снимая фартук, посмотрел на Элеру.

Жилой квартал   Элера беззаботно подскочила к запертой двери, аккуратно постучав в неё сжатым кулачком. — Есть кто?.. — неуверенно вопросила она чистые доски, совершенно не походившие на гнилое дерево отвратительного вида, повсеместно "украшающее" трущобные жилища.   Через несколько долгих мгновений дверь отворилась, и перед Элерой предстал Рейлиан. Он был одет почти так же, как и вчера в лечебнице, только на сей раз без шейного платка и жилета. Поверх белой рубашки с закатанными рукавами и темных бриджей, заправленных в сапоги, виднелся самый обычный фартук. Свои руки алхимик вытирал о чистое кухонное полотенце.   - По вторникам не подаю! - отрезал он и захлопнул дверь. Но не успела эльфийка отреагировать, как наглая деревяшка снова открылась и Рэй, опешив, смотрел на девушку. - Это ты! Проходи скорее. Что-то случилось?   Не дожидаясь ответа, юноша прошел немного по коридору на маленькую кухоньку, откуда тянулся запах домашних оладий. Взяв в руки миску, он принялся мешать жидкое тесто и разливать его на раскаленную сковороду. Рядом на тумбе высилась горка уже приготовленных порций.

Ну это понятно, что нижестоящих. С этим никто не спорит. Просто блин, не надо опускать их ниже, чем они есть. =(( 

Рейлиан - средний класс, тащемта. Только не маг, вот и все.

Дык. Таких нет. Даже Вир не бедный. Рэй и Реджи не в трущобах живут, и бабло у них водится. И Рэй тевинтерец в хренакаком поколении, всю жизнь там жил, и предки жили в Тевинтере. 

Тано. Мне больше интересно, кто у нас варвары и провинциалы.

Особняк Максианов пару дней спустя... (Кристоф и Амата)   День выдался весьма насыщенным и щедрым на пациентов именно к ней - очередь к Скульптору Плоти была забита под завязку, словно все сговорились. Хорошо, что система донорства позволяла не тратить свою кровь и не искать, кого бы тайком прирезать - у каждого человека, готового поделиться кровью ради друга и близкого, или просто за мелкую мзду или тарелку сытного супа, Амата брала ровно столько, чтобы это не сказывалось на здоровье. После работы леди Максиан проверила счета и отчеты и, согласовав график будущих мероприятий, отправилась в особняк.   Возвращаясь к себе, Амата заметила, что дверь комнаты секретаря приоткрыта. Волшебница переоделась в домашнее платье и переплела волосы. Когда она покинула свои апартаменты, соседняя дверь все еще была приоткрыта. Странно, обычно Кристоф не оставлял ее в таком положении, а плотно закрывал, даже когда был у себя. Целительница подошла к двери, и, убедившись, что в коридоре нет лишних ушей и глаз, робко постучала:   - Кристоф, ты у себя? Можно войти? - тихонько спросила альтус, переступая через порог.   - У себя. Можно, - пробурчал Кристоф откуда-то сверху. - А зачем ты спрашиваешь, можно ли войти, если уже вошла? - Попытался лучше узнать людей любопытный дух. Отелло зацепился ногами за канат, закрепленный под потолком, и сейчас медленно раскачивался, повиснув вниз головой.   - Да так, просто. Не думала, что откажешь. А что, разве ты мне не рад? - спросила волшебница, медленно обводя взглядом помещение. Забавно, но за все эти годы, что дух жил с ней под одной крышей, она ни разу здесь не была. Обычно сама вызывала его к себе, а личные покои секретаря были чем-то вроде ненавязчивой декорации. Теперь же она с любопытством обозревала пространство.   - Я рад. А если ты не думала, что тебе откажут, зачем спрашивала? - Дух расслабил руки, и они вытянулись вниз, болтаясь немного выше головы Аматы. Кристоф был одет в свою излюбленную белую рубашку с широким воротом и бордовые атласные штаны. Часть комнаты занимали перекладины и канаты - цепляясь за них, можно было взбираться под потолок и пересекать комнату в разных направлениях. В углу стояла двуспальная кровать, заправленная шелковым покрывалом. Письменный стол, пара кресел, табуретка и конечно же книжные шкафы забитые книгами и свитками. Когда дух не писал сам - он читал произведения собратьев по ремеслу.   - Из вежливости, - пояснила женщина и, невольно полюбовавшись сильным хорошо сложенным телом, закрыла дверь и прошла вглубь комнаты. - Вообще-то полагается сначала услышать ответ, а затем входить, если можно. Чтобы избежать неловких ситуаций или ненароком не обидеть кого-то. Но бывает так, что люди, хорошо знающие друг друга, понимают, что с тем же успехом можно просто войти, и никто не обидится. И тогда вопрос уже вроде как и не нужен, но все равно прозвучит - потому что человек так привык.    Разговаривая, Амата медленно обошла комнату и остановилась напротив доспехов, надетых на манекен. Темный плащ, гранитный колпак, увенчанный черепом - то самое облачение, в котором Кристоф прибыл к ней в дом. Рядом виднелся массивный двуручный меч.   - Или это просто таким образом проявилась моя нерешительность - вроде и знаю, что не прогонишь, но не спросить не получается. Не знала, что ты все еще хранишь это барахло, - удивилась она доспехам.   - У меня не так много вещей, которые мне подарили. Это первые и потому любимые... игрушки? - Нерешительно произнес Отелло, подбирая термины. Дух ловко перевернулся в воздухе и, зацепившись руками за канат, приземлился в кресло.   - Но ты же дух, вам нельзя привязываться. Ни к вещам, ни к людям, - серьезно сказала волшебница. - Если привязаться, а потом это потерять - можно испортиться. Я не хочу, чтобы ты испортился. - Бросив на него укоризненный взгляд, Максиан принялась рассматривать турники и перекладины. - Ты это за свои деньги сделал? Сказал бы мне, включили бы в семейный бюджет расходы.   Кристоф не был безвольным рабом, как духи и демоны, прислуживающие другим магам. Целительница предпочитала дружить, а не повелевать, и взяв его на пост своего бессменного секретаря, исправно платила жалованье. Кроме того, как писатель он получал достойные роялти за свои романы и пьесы.   - Если ни к кому не привязываться, то испортишься еще быстрее. Уж я то знаю, - серьезно ответил дух исправления. - И я тоже не хочу, чтобы ты испортилась. - В последнее время Амата часто бывала чем-то угнетена, и все реже и реже напоминала ту отчаянную манипуляторшу, которую пришлось отшлепать в неварранской таверне. - А что до расходов  - мне не нужна еда и денег на обустройство и книги хватает, - равнодушно произнес Отелло. - Если будет не хватать, я попрошу у тебя.   - Если будет не хватать, значит я плохая хозяйка, - улыбнулась магесса и с азартным блеском в глазах принялась ловко взбираться по перекладинам и канатам под потолок.   Легкая и выносливая, Амата старалась поддерживать себя в форме и не забывала о регулярных тренировках с посохом-копьем. Ей вспомнилось, как Могильщики пробирались в башню Терона, и как она залезла в окно, взобравшись по растрескавшейся стене, несмотря на посох в руках и кольчугу. Часть товарищей не стала рисковать с альпинизмом и попробовала пробраться через канализацию. Помнится, Валья тогда застряла в узкой трубе, и парням пришлось вытаскивать ее общими силами. Целительница порой скучала по тем временам.   Оказавшись под потолком, женщина на руках перепрыгивала с перекладины на перекладину, раскачиваясь и точно выверяя движения. Достигнув того самого каната, где только что был Отелло, она уцепилась ногами и повисла вниз головой. Отсюда, с высоты почти два с половиной ее роста, все казалось таким далеким и маленьким.   Раскачиваясь, Амата вцепилась руками в соседнюю перекладину и, высвободив ноги, уперлась ступнями в туго натянутую веревку. Лукаво взглянув на духа, альтус разжала пальцы и стала падать, прижав руки и ноги к себе.   Отелло выпрыгнул из кресла и, вытянув руки, поймал свернувшуюся калачиком магичку.   - Эй, ты же можешь испортить пол и пробить в нем дырку! - Притворно возмутился дух. Сграбастав свою добычу, он вернулся обратно в кресло и звонко припечатал большой ладонью по круглой попке. - Так мы наказываем пробивателей полов и днищ!   - Неправда! Я знала, что ты поймаешь! - радостно засмеялась альтус, ерзая у него на коленях, чтобы устроиться поудобнее. - Не надо тут меня обвинять почем зря. Или у тебя есть основания считать, что я могла подумать о тебе иначе? - Амата устремила на Кристофа невинный взгляд широко распахнутых счастливых глаз.   - У меня есть основания считать, что ты манипулировала моими чувствами к целостности пола, коварная девица! - Отелло потянулся к Амате и легонько укусил ее за розовое ушко. - Твое счастье, что у тебя есть лучший в Тедасе дух исправления. Я научился исправлять ситуации до того, как они случаются.   Волшебница зажмурилась от удовольствия, наслаждаясь приятными мурашками, пробежавшими от нежного прикосновения к уху. В эти редкие минуты, когда ей не нужно было думать о делах или держать лицо при посторонних людях, она могла оставаться сама собой.   - Самый лучший, - подтвердила Амата, усаживаясь на коленях лицом к лицу. Обвив шею Кристофа руками, она зарылась пальчиками в темную шевелюру секретаря. - Так что ты там говорил насчет подарков? Думаешь, сможешь остаться собой, если что-то дорогое потеряешь или отнимут? - альтус легонько взъерошила духу волосы, прислушиваясь к ощущениям.   Отелло обнял девушку и погладил ее по спинке.   - Этого дорогого должно быть много. И разного. Если отнимут тебя - останутся дети. Отнимут вас всех - останутся книги. Отнимут книги - напишу новые. Запретят писать - останется меч и латы, - серьезно ответил он магичке. - Ты не замечала, что у людей встречается то же самое? Если человек зацикливается на чем-то одном, а потом теряет это, он часто ломается. Но ведь мир огромный и красивый. Здесь столько всего интересного. Зачем запирать самого себя в клетке и страдать?   - Ты же знаешь, что дело не в этом, - с грустной улыбкой ответила альтус. - Просто я не хочу никого тащить за собой. Не хочу, чтобы кому-то причинили вред только для того, чтобы причинить боль мне. Чем меньше будет у меня дорогого - тем целее оно останется. - Волшебница прислонилась лбом ко лбу духа и легонько вздохнула. - Это был мой собственный выбор, Кристоф. И никто не обязан расплачиваться за него вместо меня. Не надо меня жалеть. Я справлюсь.   - Вот сама и прекращай себя жалеть. Думаешь, я не вижу с каким лицом ты отходишь от кристалла? Не подумав - не делай, сделав - не жалей, - ввернул Отелло древнюю мудрость. - Ты не хочешь взять выходной и запереться со мной в комнате на сутки или двое? Заодно проверим насколько хорошо идут дела. - Он помассировал плечи девушки и, обхватив ладонью сзади тонкую шейку, слегка её помял и погладил.   - Ммм.. - со слабым протестом замычала Амата. Прикосновения духа действовали на нее расслабляюще, хотелось просто забыть о всем и растечься лужицей в его сильных руках. Но все же какие-то силы сопротивляться остались. - Я ни о чем не жалею, - упрямо сказала она. - Я знаю, что все сделала правильно. Я просто не хочу создавать себе новых проблем. И привязанностей. Вот и все.    - Ну тогда ты допрыгалась! - Распалился дух, услышав, что вместо исправления Манипуляторша опять ни о чем не жалеет. - Я похищаю тебя, ты нуждаешься в наказании! - Отелло вскочил и, забросив свою добычу на шею так, что ухо девушки оказалось около его рта, многообещающе прошептал. - Начну прямо сейчас, а когда все уснут, отнесу тебя в подвал. Таких как ты без инструментов наказывать - только руки отбивать.   Густо покраснев, Амата почти панически вцепилась в его плечо - не потому что опасалась, что дух уронит ее, она ему полностью доверяла - от накатившей волны предвкушения и вожделения.    - Но.. два дня это долго, - слабо возразила альтус, проигрывая в безнадежной войне. Слишком редко она отдыхала. Слишком мало времени посвящала себе, отдавая все силы другим. Его предложение.. было заманчивым. - Я хотела еще зайти завтра в кузницу. И практиканты..    - Мрррф! - Отелло скинул жертву на кровать и легко укусил за шею. - Я подарю тебе вдохновение для работы в кузне, а практиканты потом сдадут тебе зачет. - Пока дух говорил все это, его сильные руки крутили и вертели Амату, заворачивая ее в шелковое покрывало. Убедившись, что магесса не выпутается из этого кокона, дух многообещающе шлепнул ее по ягодицам и отправился в свой кабинет.    - Леди Максиан не сможет завтра провести занятия. Передайте главному врачу, чтобы заменил госпожу, - отдал он распоряжение лакею, прибежавшему на звон колокольчика. Покончив на сегодня с работой, секретарь вернулся в свою комнату и, заперев ее на засов, приступил к долгому и сложному процессу исправления Манипуляторши.

Дом Рейлиана   Закончив смену и сдав свой пост Реджинальду с Димитрием, Рейлиан вернулся домой к вечеру. Весь день платок, спрятанный в нагрудном кармане, жег его любопытство, но парень выстоял перед искушением, и только сейчас позволил себе как следует его рассмотреть.   В этом кусочке слегка серебристого шелка не было ни единого изъяна. Окаймленный тоненькой узкой полоской кружев, он приятно холодил руку. Вышитая синей шелковой нитью монограмма складывалась в буквы "Л.М.", приукрашенные затейливыми завитушками.   Л. М. Может быть, какой-нибудь Лариан Марсий? Лукреций Мариниан? Люциус Малфой? Рассуждая гипотетически, Винциниус мог бы покопаться в списках фамилий знатных родов и попробовать выяснить настоящее имя Вальса. Но, во-первых, Рэй уважал чужое право на личные тайны. А во-вторых, это было бы подло и по-крысиному по отношению к человеку, от которого он пока видел только хорошее. Нет уж, захочет - сам скажет, если сочтет нужным.   Отдавать платок лично или попытаться подсунуть тайком - было бы неосмотрительно. Чтобы не заложить бедного эльфа, пришлось бы соврать, откуда он у него, к чему тоже не хотелось бы прибегать. Не стоило отравлять зарождающееся товарищество ложью, пусть даже и во спасение.   Сжечь опасный предмет? Сделать вид, будто его никогда и не было или был обронен где-то на улице? Очень недальновидно - если вдруг история все-таки выйдет на свет, будет невозможно доказать, что платок был сожжен, а не использован в интриге или передан во враждебные руки.   Поразмыслив как следует, юноша остановился на единственном варианте - лично проследить за тем, чтобы платок не попал в чужие руки. Он выдвинул ящик стола, где хранил всякую мелочевку, и, немного порывшись, выудил прочную сильверитовую цепочку, которую хранил на случай, если что-нибудь будет нужно надежно подвесить или закрепить. В небольшом кожаном мешочке проделал аккуратные дырки и закрепил его на цепочке, соединив крайние звенья. Бережно упрятав платок внутрь мешочка, парень тщательно зашнуровал его и повесил цепочку себе на шею, скрыв сей импровизированный артефакт под рубашкой. Больше он с ним не расстанется. Во всяком случае, до тех пор, пока не отдаст его лично Вальсу.   "Хранитель платка", хмыкнул он, "Как звучит-то, а?"

Лечебница Реджинальда   - А, как еще скромному эльфу  обратить на себя внимание. -  А платок, это вчерашний  господин потерял, вот я думаю, что такому красивому платку делать на нашем  грязном полу. Пол, конечно  часто мылся, но пациенты часто заляпывали его кровью. Не стоило их за это винить, Хват тщательно пытался перевести тему с платка на то, что он старается тут поддерживать чистоту. Ну, а если тут роняет свои вещи, тот сам  растяпа и ротозей.   - Ага, - скептически хмыкнул Рейлиан. - Сам видел, кто потерял? Почему не сказал тогда сразу хозяину вещи?    Он отставил в сторонку пакет с сухостеблем и подошел к эльфу. Мягко положив ему руку на плечо, Рейлиан улыбнулся.   - Да ты не бойся, я никому не скажу. Я понимаю, как оно иногда бывает. У самого порой руки чешутся попробовать одолеть какой-нибудь хитрый замок - не чтобы украсть что-то, а просто посмотреть, получится ли. - Он опустил взгляд на платок. Чистый и гладкий шелк был украшен вышитой синими нитками монограммой. - Платок лучше мне отдай, я подумаю, как лучше вернуть его владельцу. Такие вещи, - юноша указал на инициалы, - слишком опасно брать. Попав не те руки, платок может скомпрометировать своего хозяина, а если виновником этого окажется эльф.. - Рейлиан посмотрел Хвату в глаза. - Ну, я не думаю, что Вальс такой уж злодей, на расиста он не похож, но что если вопросы чести и долга заставят его совершить то, что не понравится ни ему, ни тебе? Если так уж захочется что-то стянуть, лучше таскай барахло у кого попроще. Да хоть даже и у меня, я не обижусь, - улыбнулся алхимик и ободряюще похлопал рыжего по плечу.

Лечебница Реджинальда   Хват же  пришел в  лечебницу и отдал  покупки Рею, а злосчастный  платок решил  спрятать за стулом, чтобы потом при уборке его найти. Он все думал, как бы по ловчее это провернуть ему  не хотелось, что мессир Реджинальд  считал его вором. Ведь он  пообещал, что больше не будет красть.  Платок был дорогим и шелковым и если у него его увидят.  Ох, Создатель могут еще выпрут его на улицу…   Рейлиан рассовывал разные травы и ингредиенты по специальным ячейкам в своем многоярусном сундучке. Прежде чем приступать к приготовлению зелий и снадобий, следовало все разложить по порядку, чтобы в процессе не путаться. Повернувшись к пакету за очередной порцией сырья, юноша заметил странные манипуляции Хвата.   - Решил подпилить ножки стула, чтобы потом поймать эльфийку в падении? - пошутил он. Рыжий эльф вздрогнул от неожиданности, и Рэй заметил в его руке клочок шелковой ткани. - Что это там у тебя? - Видеть дорогой шелк в руках бывшего беспризорника было странно. И подозрительно.

В роли посетительницы. И там не только девочки работают, я думаю. На всех найдется.

Уж скорее, будет долго смеяться. Но на чай таки пригласит. ))

Во, круто. Пусть Лавик там соображает, как лучше сделать. )