Gonchar

- Эххх, - тяжело выдохнула убийца, утонув в явно не рассчитанном на её комплекцию стуле, заложив одну ногу под себя, а другой свободно покачивая в воздухе, - притянись к телефону поближе и хватит играть в прятки, - излишним обаянием Мара явно не страдала, оставляя страдания тем, кто столкнётся с ней воочию, - я хотела встретиться. Обсудить кое что...ну и просто поболтать. В последние слова она всё же добавила бархатистые урчащие нотки, смягчающие привычную жестокую резкость. Паучиха всегда играла на контрастах. Ядовитое, острое и смертоносное вместе с мягким, обтягивающим, неспешным. С последним, впрочем, не всегда выходило как надо. Она была человеком довольно...деятельным. Пустословить не помогало даже женское природное начало, расцветающее в ней. В детстве не было подружек, чтобы поболтать и отработать базовый гендерный стереотип до совершенства для последующей жизни.

Мара с затаённой улыбкой проводила взглядом кузнеца и, как только хлопнула дверь, потянулась и расслабленно фыркнула, сбрасывая с себя маску холодного профессионализма. Нужно было держать марку, хотя, порой, она об этом забывала, пользуясь своим положением на всю катушку. Как кошка расслабленно играется с уже пойманной мышкой, так и Паучиха любила приголубить и подразнить тех, кто угодил в чувственные шёлковые сети.  Тряхнув головой, девушка расслабленно прошла по деревянному полу, отдающему таким пряным и уютным запахом древесины, длинные пальцы на ходу скользили по выщерблинам и буграм каменной кладки, украшавшей стены. Конечно, наверняка это было лишь облицовкой, но весьма аутентичной и приятной на вид. Всё жилище Харальда говорило о севере, хвойных лесах, холодном море и рунах на древних менгирах. Когда в лицо дует ледяной ветер, постепенно превращая кожу в задубевшее синее полотнище, колет глаза, роняя в их глубину льдинку синего цвета, путается в волосах и ерошит накинутые на плечи меха, дающие на скалистом обрыве крохи жалкого, но такого желанного тепла. И всё это пропитано чистым хрустальным звоном полотна снега, оголившегося лишь на крутых хребтах гор и прибрежных скал... Затрепетав, Мара передёрнула плечами, выходя на вплетавшийся в общую картину запах горячих оладий и божественного запаха корицы. Рот сразу же наполнился слюной и Мара судорожно сглотнула. Корица - она никогда не пробовала её в до семнадцати лет. А когда попробовала...пикантность, сладость, пряный аромат - всё это наполняло её нутро внутренней дрожью вкусового экстаза.  Ещё раз вдохнув запах, она аккуратно придвинула деревянный стул, немного неумело сжала вилку и принялась за ранний завтрак, смакуя каждый кусочек блюда, которым так метко угодил кузнец.   Утирая рот салфеткой, Паучиха довольно развилась в кресле, как паук после такой же хорошей трапезы. Немного изогнувшись в спине, она нащупала в кармане джинс свой смартфон и визитку, вручённую ей программистом. Нужно было сделать что-то полезное, хотя, откровенно говоря, убийца себя в роли детектива чувствовала откровенно неуютно. Ей никогда не давали задачи "пойди убей того, не знаю кого". В поднесённой к уху трубке раздались длинные гудки.   !

Сознание возвращалось влажными, тёплыми толчками, растекаясь по телу ожившими нервами, отдающими током и холодком в обнажённых лодыжках и пальцах. Кровь ускоряла свой ход, согревая спину, веснушчатое лицо, сведённое утренней приятной судорогой, когда не хочется никуда идти и вообще откровенно лень передвигать конечности. Однако минутная слабость не продлилась долго и Мара села, чувствуя под собой ровную и гладкую поверхность. Девушка сонно зевнула и встряхнулась, словно кошка, от чего обнажённую спину с татуировкой чёрного паука обласкали шелковистые кудри. Уже не такие шелковистые, как хотелось бы, да и принять душ не мешало бы.    Арахна осмотрелась по сторонам, наблюдая почти не изменившуюся кузню и ловко спрыгнула вниз, пачкая ноги землянистой пылью. Фыркнув, она потянулась всем телом, подняв руки вверх. Каждая мышца и связка натягивали гибкое обнажённое тело, которое без одежды представляло картину довольно подтянутую, упругую и сильную. В ней можно было бы заподозрить гимнастку и это было отчасти так. Их стиль был чем-то смежен.  Несколькими стремительными движениями она оказалась у сваленных на наковальне вещей и стала одеваться, давая одежде мягко скользить по коже, лишая восхитительного чувства целостности с окружающим миром, вновь прячась за слоями ткани и кожи. Напоследок стряхнув ноги от пыли, девушка натянула и завязала ботинки.   Тихие шаги раздались за спиной Харальда, но Мара не стала отвлекать кузнеца, внимательно смотря на повтор новостей. В груди ворочалось неприятное чувство. Они опережали врагов на шаг, но, видимо, утратили это преимущество. Либо их "коллеги", либо кто-то очень быстро подчищает хвосты. Сложив руки под грудью, девушка передёрнула плечами под курткой и опёрлась спиной о косяк. - Я пока займусь полицией, может, наши друзья что-то знают, - прорезался ровный спокойный голос.

За бухающим словно слон на пробежке кузнецом неотрывно следовала невысокая гибкая тень, огибая переулки и подворотни, неслышно скользя над асфальтом словно взаправду не обладая и граммом вещественной материи в своём составе. Серые глаза не выпускали из виду широкую спину Харальда, пока тот не скрылся за воротами своего двухэтажного дома с красночерепичной крышей. Широкие окна, деревянные рамы, сад за железным забором - кто-то явно не отказывал себе в аутентичном и очень комфортабельном проживании.  Хлопнула дверь и преследуемый исчез в доме. Мара какое-то время кружила вокруг дома, а потом развернулась и направилась в противоположную от дома сторону с замершей на пухлых губах полуулыбкой.   Лёгкие шаги тонули в тёмном асфальте, на грани восприятия рисовали свои узоры уличные фонари, иногда мимо проезжали с тихим шелестом шин и утробным ворчанием двигателей внутреннего сгорания машины, разгоняющие светом фар тихую неподвижность тьмы. Девушка опять уподобилась тихой тенью, проводя вечно подвижным взглядом по сторонам. От парящей поступи лишь едва подпрыгивали не уместившиеся в узле чёрные локоны, в темноте ночи казавшиеся сосредоточием Бездны на голове смертной. Мара чуть повела плечами, отгоняя наваждение. То, что было в канализации, вывело вечно спокойную убийцу из равновесия. Безумие, грязь, сладость смешавшаяся с невыносимой вонью гнили и разложения. Что-то сводящее с ума своей неестественностью, омерзительностью и безумием. Но это было отвратительно, не больше. Мир полон подобного дерьма и Паучиха свыклась с этой мыслью очень быстро.  На повороте в подворотню на веснушчатом бледном лице заиграли алые всполохи от неоновой небольшой вывески. Хмыкнув, Мара подошла к двери и дёрнула её на себя. Вниз вела освещённая алыми же лампами лестница, а по ушам резанула ожившая музыка. Какая-то отвратительная смесь транса и дабстепа. Поджав губы, девушка стала неспешно спускаться вниз. Там открывался небольшой зал с различными "экспонатами", способными вогнать многих нормальных граждан в глубокую краску, если не стыдливо опустить глаза и бежать подальше из этого гнезда разврата и самых потаённых желаний. Но Мара лишь мазнула по витринам и стендам незаинтересованным взглядом и подошла к сонно читающей журнал светловолосой женщине у стойки. - Чем-то могу помочь? - приосанилась она, поправляя налакированную до омерзительного блеска и вони белую прядь за ухо. Ей было в районе тридцати восьми, но косметика и вычурная одежда должны были отвлечь внимание от начинающих брать своё морщин, - Товары или более...приватные услуги? - карие глаза блондинки блеснули отработанным интригующим огоньком.  - Мне нужны верёвки, без вычурностей, чёрные, - Мара не вернула улыбку, пронзив женщину холодным взглядом, отчего та слегка попятилась, однако тут же взяла себя в руки. Ведь это всего лишь девчонка, девушка.  - Хмм, - продавщица окинула гостью оценивающим взглядом, - присматриваете для себя или для кого-то ещё? - Кого-то. Больше меня раза в два, - всё так же невозмутимо отвечала убийца. - Тогда у меня есть для вас хороший вариант, - женщина назидательно взмахнула пальцем и засеменила к одной из витрин. В руке зазвенели ключи и из нижней полки она извлекла простую картонную коробку, - джутовые, 6 диаметр, 10 метров. Подойдёт для самых разных целей. - Хмм, - Арахна присела перед коробкой и поддела её пальцами, бросая взгляд на товар, - отлично, самое то. Дайте только сумку.   Вскоре за поворотом показался уже знакомый дом кузнеца. За спиной подпрыгивал кожаный небольшой рюкзачок, весь распухший от мотков верёвки. Ничего более объёмного в магазине столь позднего часа и запретных удовольствий не нашлось. Чуткий слух улавливал долетающие из окон звуки возни и какие-то возмущённые басовитые крики. Харальд был чем-то недоволен. Усмехнувшись, Паучиха лёгкой походкой направилась в сторону присыпанной листьями прорехи в заборе, которую заприметила ещё во время первого осмотра.  Пропихнув рюкзак вперёд себя, Мара гибко изогнулась и боком пролезла сквозь прореху, словно ожившая ртуть, не замечая особых преград на своём пути. Отряхнувшись, она подхватила свой нехитрый скарб и направилась к двери кузни. Шум не затихал и не особо таясь она взяла массивный замок на дверях и критически его осмотрела. - Проще паренной репы, - фыркнула девушка, выщёлкивая отмычку с самым простым и плоским язычком. Проще только взломать наручники. Там простой шариковой ручки хватит.  Несколько секунд вращения кистью с зажатым "смычком" и амбарный замок сплюнул из себя жирную металлическую скобу. Тихо отворив дверь, Арахна скользнула вовнутрь, поднимая ботинками небольшое облачко пыли. К скромному удивлению девушки кузница представляла собой самое настоящее аутентичное средневековое ремесленное место. Земляной пол, огромный горн у самой стены, куда спокойно мог уместиться сам немаленький кузнец, две наковальни - одна больша, а другая поменьше, деревянная бадья с холодной водой, ряды подвесных инструментов в таком количестве, что любой слесарский магазин позеленел бы от завести. Однако всё это сдавало под гнётом современности. Продвинутые зажимы и кусачки, прихватки из современных материалов, пара станков.  Затянув лямки потуже, Мара разбежалась и оттолкнулась, за счёт инерции тела буквально подскакивая по поддерживающей потолок кузни балки и цепляясь руками за деревянное основание. Повозившись, девушка закинула себя на остатки спиленного перекрытия, ёрзая обтянутой чёрными джинсами филейной частью, другими словами - задницей.  Словно паук, свивший удобную паутину на том месте, где человек оставил свободные два угла. Она стала терпеливо ждать, время от времени обозревая комнату с высоты двух метров.

Так и думал :D тенедемоны как раз из ритуала "Heart that beats in Darkness"

Ааа, этабуква в начале была "И" :D :О Обтенебра! ><

На(й)ден болен ключ от кладез(я)а Бездны? о_О

А колдовства какого рода? ТТ? >>

Мара смерила снизу вверх кузнеца одним из своих самых колючих и острых взглядов, тихо выдыхая. Мышцы тянулись и горели от резкого напряжения сил. Но она давно перестала обращать на это внимания, получая от боли в теле подобие извращённого удовольствия. Однако в этот момент это было не самым главным. - Там может быть опасно. Слишком, - прошептала она, всё ещё выразительно смотря на Харальда взглядом немного миндалевидных глаз, - Это всё слишком странно. Запах, эти слова о каком-то вознесении. Мне хватило в ресторане. Идём отсюда. Нужно отмыться... - до ушей Арахны долетели новые звуки и её спина покрылась холодной испариной.  Она очень редко слышала ТАКУЮ агонию. Не от боли. не от страха, а от чистого, леденящего душу безумия. Она могла быть жестокой, но жестокой до безумия - никогда. И она не собиралась проверить на себе что может таить эта дверь. - Пошли, - уверенно заявила девушка и потянула кузнеца за собой. Обратно к выходу и прочь из этой выгребной ямы.

- Cтой! Куда? - Мара ухватила кузнеца за широкую ладонь, однако сил в невысоком, хоть и гибком теле было недостаточно, чтобы сдвинуть такую громадину, да и вообще как-то пошатнуть, только нож в горло, - Стояяять.... Прошипела убийца, словно на канате волочась за Харальдом, не в силах как-то на него повлиять.  Впервые в душе Паучихи забрезжил намёк на тревогу.

- Мир полон непуганных идиотов, - глубоко вздохнула Мара, наблюдая за полётом адвоката и кузнеца с интересом натуралиста, наблюдающего за колонией муравьёв. Довольно стремительно и с оглушительным "плюх!". Покачав головой и поджав губы, девушка ловко обогнула все кучи неизвестной консистенции и забросила ногу на холодную, изъеденную ржавчиной металлическую ступень замурованной в бетон лестницы. Быстро перебирая ногами и руками она стала погружаться вниз, постепенно исчезая в темноте.  Постепенно над головой смыкалась бетонная кишка, почти сразу ударившая по чувствительному обонянию оглушительным зловонием. Стараясь изо всех сил совладать со своими лицевыми мышцами, Арахна спрыгнула на относительно сухое место и внимательно осмотрелась. - Фонарик, конечно же, никто не взял? - задала она риторический вопрос, запуская руку в карман обтягивающих джинс и извлекая смартфон, несколькими взмахами пальцев открывая приложение фонарика. Через несколько мгновений темноту канализации прорезал довольно приличный луч белого света. С небольшим злорадством самое яркое скопление лучей прошлось по глазам валяющихся в грязи балерин-неудачниц.

Тёмные улицы и слабоосвещённые переулки дышали пороком, вопили, рвались, хрипели от грязи, вони, похоти, порока, упадка и бесконечного распада личности на самые базовые состоавляющие, отчего обитатели этих мест были лишь зверьми в человеческом обличье. Затянутые в куртки и джинсы, с гладковыбритыми лицами, воняющие кровью, потом и дешёвыми парфюмами. Жалкая имитация быть тем, чем ты на самом деле не являешься. Цепкие сети улиц ловили в свои объятья, спутывая, залепляя глаза и рот, заставляя  всё больше и больше погружаться в эту вечно агонизирующую массу с головой.  И Мара когда-то принадлежала этим улицам. Не именно этим, но таким же по духу, по своей составляющей. Билась такой же слабой мошкой лишь иногда лелея в голове мысли о чём-то большем, чём-то более достойном. И ей выпал шанс...и она им воспользовался. Жизнь перевернулась в одночасье, она не стала другой, нет. Она стала сильнее, лучше и выше этого, пусть и немалой ценой. Но кто сейчас её вспомнит? Только вот она - здесь, а остальные продолжают гнить в бесконечном цикле пародии на жизнь, которая является лишь долгой гнилостной прелюдией к смерти.   Маленькие зверьки сбивались в стаи и скалили зубы. По одиночке - визгливые сучки на острие ножа, но в банде - один кобель борзее другого. Но если у них мозги не прогнили от химии окончательно, то им будет достаточно одной внятной демонстрации.  Рука спокойно легла на рукоять заткнутого за пояс кортика, а лицо убийцы не изменилось ни капли. Если в глазах уличных червей горела лихорадочная озлобленность и жестокость, то в глазах Паучихи были лишь серые льдинки. Обладательница таких лила кровь расчётливо и выверенно. Без прелюдий и угроз. Но опасность миновала.   — Э-эй, народ! Тут люк! — полушёпотом прокричал Филипп, осматриваясь вокруг с выражением отвращения на лице. Обо что ему теперь вытереть руку?   Мара вздохнула и достала из кармана куртки резинку и несколько заколок. Длинные чёрные волосы были стянуты в узел и заколоты на самом затылке несколькими отработанным до автоматизма ловкими движениями. - Я пойду, - серые глаза вперились в адвоката, - и ты тоже. Если не хочешь остаться один на один с этой шпаной.

Мара тихой тенью наблюдала за разговором, прислонившись в тени к стене спиной и подперев её ногой и смотря в совершенно другую сторону. Длинные пальцы пробежались над прядями и оголили от смоляных волос ухо. Звуки голосов, шагов, дыхания - всё долетало до чувств девушки как шелест ветра или лай собак. Природа одарила её чрезвычайно острыми чувствами. Настоящее благословение для того, кто решил связать свою деятельность с подобной Мары. И природный дар определял будущие склонности ничуть не меньше, чем жизнь и воспитание. Хотя...она могла бы быть гимнасткой, скакать на пилоне, стать музыкантом, композитором или пойти в разведку. Защищать людей или даровать им наслаждение...по губам девушки невольно проползла кривая ухмылка, а из груди вырвался приглушённый смешок. Не то от слов Крамера и шелеста купюр, не то от мыслей будто она могла бы кого-то защищать не щадя себя.   Оторвавшись от стены и проследив центробежные траектории ночных мотыльков, она неспешно и с совершенно уверенным видом подошла к массивному BMW, доставая из кармана куртки складной набор отмычек и две чёрные коробочки с красными диодами наверху. Раздался щелчок и с упругим металлическим хрустом длинный язычок одной из отмычек вошёл в дверной замок машины. Одновременно с этим Арахна сдавила одну коробочку, заставляя диод ритмично мигать тусклым красным огоньком - сработало. Сигнализация не прорезала визгливым воплем парковку, сохраняя её влажную тишину после дождя. Опустившись на колено и не жалея чёрных джинс, девушка стала подбирать одну отмычку за другой, расставляя и раскорячивая их язычки и так, и так. Вращая против часовой стрелки, стараясь подцепить элементы замка.  Но всё было тщетно. Казалось ещё чуть-чуть и дверь откроется, но в последний момент всё срывалось с тупым металлическим "ДОНГ". Сжав зубы и выругавшись, Мара сдула со взмокшего лба непослушную прядь и поднялась, отряхивая штаны.   К Филиппу она уже подошла не таясь, застегнув куртку под самое горло и пребывая в мрачном настроении. Что выражалось в мертвенно-спокойном лице. Она лишь коротко качнула головой, не нарушая молчания, когда адвокат заметил её. Серые глаза слегка щипал ночной прохладный воздух, а в ушах играл отдалённый шум дороги. Тут же пока была мертвенная тишина, рсцвеченная светом фонарей.

- Льстец, - не менее жемчужно улыбнулась Мара, которая провела эту игру больше в качестве фурнитурного дополнения к Крамеру, скучающе подперев голову рукой и случайно задев руку какого-то человека с лицом крысы.  Невысокая лёгкая девушка не представляла собой большой обузы даже для покалеченного адвоката, а потому легко опёрлась о его руку и встала, слегка покачиваясь. - Кажется, я немного перебрала, - пропыхтела она, сдувая со лба чёрную прядь, - я пойду выйду проветрюсь. Напиши, как сделаешь перерыв. Подмигнув Крамеру, Паучиха развернулась и слегка нетвёрдой походкой направилась к выходу, со всем старанием стараясь вытравить из своих движений профессиональную хищную изящность, нацеленную только на одно - максимальную скорость, незаметность и смертоносность.

Сдержанно кивнув, Мара направилась к указанному пажем столу с самым невозмутимым видом, с таким ходили хозяева жизни своей и многих других. Как все, собравшиеся здесь. Нужно было соответствовать и это получалось естественно, без каких либо усилий. Тот факт, что власть над жизнями других у убийцы немного отличается от власти денежных воротил был ненужной подробностью. - Доброй ночи, джентльмены, - девушка улыбнулась, поймав в свою сторону несколько поверхностно-заинтересованных взглядов и села на свободное место за столом, кивнув крупье.  Начиналась новая партия и с лёгкими шлепками карты разлетались, повинуясь профессиональной руке их направляющей. Формальные фразы, обозначающие правила поведения и игры, ничего не значащие для завсегдатаев заведения. Не более чем пустой ритуал, в котором принято участвовать с тех самых пор, как покер перестал быть исключительно салунной "игрой в листы". Паучиха деловито бросила короткий взгляд по собственные карты и оставила их лежать рубашкой вверх, лишь время от времени поигрывая пальцами и бросая очередной взгляд, после того как новая карта летела к ней от крупье, пока в центре зелёного поля совершала миграцию от игрока к игроку стопка с деньгами. Кто-то выигрывал, кто-то проигрывал, с треском или без, либо урывая свою ничтожную, но долю в общем куше.  Мара чувствовала себя спокойно и расслабленно. Насколько спокойной и расслабленной может быть убийца. Возможно, роль сыграл неспешно, но убывающий коктейль родом прямиком из-под пера нетленного и многоликого Джеймса Бонда, а, быть может, тут была привычная среда игры чужими судьбами, надеждами. Вероятности на кончиках пальцах, в оценивающих глазах и руках крупье, вершащего эти судьбы словно маленькое божество, посылающее людям передряги, чтобы те либо справились с ними и стали сильнее, либо бездарно погибли.  Время за игрой всегда пролетало незаметно, а потом Арахна и вовсе не заметила, как оказалась за одним столом с Филиппом и тем угрюмым доктором...кажется, Арчер. У Мары была хорошая память на имена - профессия обязывала. Однако соперники оказались лучше её...ну и к чёрту!  Деланно сердито Мара сбросила карты и потянула за локоть Филиппа, чьи глаза так и сверкали азартом.  - Нашёл что-то интересное? - спросила девушка, делая вид, что внимательно осматривает бар с выпивкой.

В серых глазах Мары сочилась лёгкая скука, повсюду слишком мало возможностей для её навыков. Да и внешне она не слишком походила на обеспеченную даму или одну из богемных femme fatale. Скорее уж femme morti. Но местные толстосумы тоже не изголялись в этом подпольном казино, так что у неё был шанс выдать себя за свою и немного отвести внимание на себя. В первую очередь слащавого пажа.  Мазнув деланно равнодушным взглядом по Филиппу, девушка кивнула и приняла карточку. Подойдя к пареньку Арахна коснулась его локтя невесомой щекоткой ловких пальцев. - Я хочу сыграть в покер, - пухлые губы тронуло подобие тёплой улыбки, - пойдём, я не хочу, чтобы мой бокал сегодня пустовал. С кого посоветуешь размяться? Оценивающий взгляд достался игрокам. Можно было освежить навыки игры. Хоть и обычно она играла в местах куда более непристойных. С забрызганными чем-то бурым стенами, столбами сигаретного дыма и вонью дешёвой выпивки. 

Мара хотела спросить об очень многом. Пожалуй, Филипп был единственным, в ком у Паучихи горел самый настоящий интерес. Коснуться к силе неведомой, необъяснимой, дразнящей своей непознанностью и намёками. В этом был и эгоистичный огонёк...научиться, узнать больше. Конечно, не каждый может быть невероятно гибок. Генетика, природа закладывала способности и таланты - всё это было пустым звуком для девчонки с улицы, но Мара не была простой девчонкой с улицы. Но ещё она доподлинно знала, что даже самые дубовые связки и мышцы можно приучить к гибкости и достигнуть потолка. На это она рассчитывала и с загадочным талантом адвоката. Самая малость уже подарит ей превосходство. Превосходство и совершенствование, погоня за истинно сильной добычей. Вот что лежало в самом её сердце, наполняло её движения смыслом и жизнью. И она прекрасно осознавала эту часть себя.   Но вместо этого она молча следовала следом за Крамером, бросая пристальные взгляды по сторонам, стараясь держать руку на пульсе всех движений и происходящих событий вокруг. Из убийцы был плохой охранник - она ценила собственную жизнь выше чужой. Но из убийцы выйдет лучший охранник, чем из дрожащего хрупкого гражданского. Стук костей, шелест карт, приглушённые голоса, холодные выдержанные фразы крупье, постукивание стопок фишек - всё это сплеталось хороводом звуков, характерных для казино.    Арахна сложила руки на груди, с независимым и гордым видом сохраняя молчание. Сейчас лучше было просто помолчать, предоставив возможность говорить тем, кто в этом понимает. Опыт знакомства с высшим светом сводился к действиям и действия крайне отточенным и смертоносным. Паучиха не считала нужным болтать со своими жертвами.

Кстати 2 и 3 точки бюропатии просто имба для вычисления вампиров и феек  :crazy:

Кто владеет бумажками - владеет миром! хД

Фил хочет этот путь? х))

А я тут упоролся и придумал новый путь для Нумины  :crazy:   Бюропатия (Bureaupacy)    Каждому образованному гражданину страны первого мира известно, что различные паранормальные способности вроде экстрасенсорики, телекинеза, колдовства и прочие виды лженаучных способностей человека есть ничто иное, как выдумки и шарлатанство, в лучшем случае - суеверия мракобесных жителей стран, застрявших в прошлом, если не каменном, веке. Однако доподлинно известно, что за каждым человеком с самого рождения тянется целый след из бумаг, свидетельств, лицензий и удостоверений - от роддома до кладбища. Особо одарённые люди обладают поистине феноменальной памятью и способностью работать с базами данных, тем самым запоминая огромные массивы информации, зачастую даже не обрабатывая это когнитивно и удаляя в самые глубины подсознания. Ещё более редкие индивиды способны работать с этими подсознательными массивами используя современные техники гипноза и прочие инструменты психиатрии.  Бросок: Восприятие+Право   * Глаз закона (Eye of the Law) При помощи быстрой концентрации на своих подсознательных массивах информации бюропат способен установить правовой статус человека. Находиться ли тот в розыске или нет, однако без подробностей дела.   ** Прочитать паспорт (Read passport)  Бюропат используя простые медитативные методики при взгляде на человека способен воскресить в памяти базовую информацию, указанную в паспортных данных индивида как то - дата рождения, место прописки и прочее.   *** Отследить путь (Track) Концентрируясь на экране с включённой поисковой системой или базой данных бюропат начинает анализировать "бумажный след", который остаётся за каждым человеком в течении жизни. Свидетельства о рождении, изменения прописки, покупка новых автомобилей и продажа старых, штампы при пересечении границы и тому подобное.   **** Отправить запрос (Send request) Погружаясь в транс в течении часа бюропат способен войти в контакт с коллективным бессознательным работников бюрократического аппарата местности, в которой он сейчас находится (город, федеральный округ) и направить запрос в интересующие его ведомства, тем самым извлекая более полную информацию об индивиде, данные которого есть в ведомостях. Степени успеха можно разделять между подробностью информации (от поверхностной до всецелой) и степенью доступности (от документации ЖЭКа до секретных отчётов ФСБ). Бросок можно проводить каждый час бюропатического транса.   ***** Издать указ (Issue a decree) Власть бюропата над бюрократической системой и собственной памятью подходит к порогу паранормальной. Делая длительный бросок на бюропатию он способен влиять непосредственно на работу министерств и даже целых государственных институтов. Эта задача поистине титаническая из-за неповоротливости бюрократического аппарата, однако результаты не менее впечатляющи. Разрушить чью-то жизнь или наоборот избавить ото всех забот, даровать особый статус, выделять финансирование из государственной казны, делать человека "невидимым" для закона и многие другие возможности. Результат зависит лишь от упорства и силы бюропата.   *прим. при попытке воздействовать бюропатией на откровенно девиантных, неподконтрольных государству или просто асоциальных личностей сложность броска возрастает на 2; 

Проследив за направлением взгляда Филиппа, Мара сделала полушаг в сторону, уходя в его слепое пятно без шума и лишней пыли, одним плавным скользящим движением заходя дальше ему за спину, где лежала чёрная тень, однако именно тень стала источником необоримого коварства. В ней скрылся порожек, обозначавший и отделявший внутренний дворик клуба с укромными уголками и декоративными растениями от остального мира. И именно об него имела неудачливость споткнуться Паучиха, словно запутавшись в собственных ловко расставленных сетях, девушка полетела вперёд... Однако тут же восстановила равновесие, перенося вес на другую ногу и изгибаясь в спине, однако всё же немного не рассчитав и налетев на Фила, упруго ткнувшись ему в спину грудью и слегка дёрнув головой, рефлекторно расширяя ноздри и глубоко втягивая воздух вместе с плавающими нотками чужого запаха. Пробуя, запоминая. - Агрх... - глухо выругавшись, Арахна выпрямилась, всё ещё опираясь на вновь обретшего твёрдость и уверенность адвоката, - да, отличная идея... - немного приглушённо ответила она из-за спины Филиппа, когда на мгновение к веснушчатым щекам подступил яростный румянец. Единственная слабая точка наёмной убийцы - профессионализм. Она любила его показывать и доказывать в самых разных формах. Что-то, в чём она была действительно хороша. И конфузы...выбивали из колеи.

- О ком ты говоришь? - невозмутимо улыбнулась Мара, обращая взгляд на Филиппа, но за улыбкой прятался многозначительный оскал. Нужно было дать знать адвокату, что Мара Морель в данный момент, по крайней мере в публичных местах, мертва и гниёт на дне Атлантического океана.  Однако убийца всё же последовала за адвокатом, слегка склоняя голову и пряча за копной чёрных волос чувствительные глаза от режущих вспышек. Хотелось побыстрее убраться из этого места прочь - в спасительную прохладу и тишину ночного города. По крайней мере в такую его часть. Мир вокруг города отнюдь не собирался утихать как минимум до самого утра.  Уже на улице Арахна достала смартфон и довольно ловко отбила сообщения по бумажке, зажатой в другой руке. Дэнди явно не очень любил литературу...ну или какой-то её определённый сегмент. Кнопка отправила всем остальным участникам команды нужные инструкции для того, чтобы попасть в казино. - Что дальше? - вопросительно воззрилась она на Филиппа, стоя на грани с тенью, отбрасываемой во внутренний двор зданием клуба, словно готовый вот-вот раствориться в бархате ночи смертельный морок.

- Конечно, - невесомо кивнула Мара, не переставая улыбаться, бросила короткий взгляд в сторону отошедшего денди, любящего доминировать в постели и не только в ней. Однако он сильно ошибался полагая, что может пробить броню, как ему казалось, мушки летящей в очередные сети. Нет, в этот раз по его паутине к нему в гнездо приполз другой паук и это чётко читалось в бритвенно-острых льдинках в глубине серых глаз, которые в бликах сходящего с ума танцпола отливали кровавыми осколками даже в мгновения, когда пухлые губы расходились в лёгкой улыбке, а мышцы лица сокращались в той манере, что бывала у искренне счастливых людей.  - Я умею хранить тайны, - девушка подмигнула адвокату и выжидательно сложила руки на груди, вновь поворачиваясь к контакту Филиппа.

Клуб Posession   Мара с лёгкой улыбкой наблюдала за тем, как превращается в мягкую глину такой бойкий и деловитый адвокат, попав в укрытые тенями руки разврата и порока. У каждого была слабая точка, порочная гнилая сердцевинка в которую нажми - даже самый крепкий податливо прогнётся и застонет от наслаждения. Это было естественным, на улице это вбивалось быстрее всего - пушерами, сутенёрами - торговцами пороком. Высший мир, как узнала маленькая девочка позже, был более изощрён, более хитёр, он всё прятал за масками силы, цивилизованности и благопристойности. Но на самом деле даже за самыми мужественными и стойкими масками царил разврат, масштабы которого никогда не выливались в районы бедноты, где обратилсь малолетние беспризорники и сбивались в первобытные стаи зверьков на побегушках львов побольше. Филипп тоже угодил в лапы льва, стоило только тому выпустить когти, как адвокат замирал послушной ланью...улыбка стала кривой, а ночному гостю достался острый, чуть насмешливый взгляд. - Именно. И меня не интересуют обычные казино.