Daylight Dancer

Люциус Арба     Порох используют кунари они устанавливают на своих дреноутах пушки с порохом.и конечно используют его в качестве взрывчатки.   - У пороха множество применений. Скорее всего, куна... кунари? пока что используют дульнозарядные пушки с прочными ядрами и фитильным поджигом взрывного заряда. Нет, все может быть сложнее, мне своими глазами необходимо увидеть устройство, чтобы понять. На многих планетах и закрытых системах в полном ходу более сложное пороховое оружие, а то и нечто посложнее. Любители убивать друг друга выкручиваются даже в отсутствии доступной магии, ведь она существует далеко не везде...    Подземье ты имеешь в виду глубинные тропы населены нагами это такая помесь свиней и кроликов, а так глубинных охотников, пауков и порождениями тьмы.   Я не единожды встречал аналоги Подземья: Костяные Дворцы, скважины к центрам круглых планет, огромные сети подземелий...  У Вас оно большое? Знать бы его протяженность вглубь и вширь... Да, а те наги, которых я встречал, обычно представали людо-змеями, но в разных местах и наименования среди народов, и эволюция идут по разному.

Люциус Арба   - Он огромен. Но помню о нем мало, все больше по детским воспоминаниям, пока не покинул его и по разным сказкам и легендам. На Абейн-Ториле живут люди, различные расы эльфов, дварфов, халфлинги, великаны, демоны и полудемоны, тролли, драконы, похожие на осьминогов телепаты! Конечно, многие из них населяют и другие миры, встретившиеся на пути. Многие опасности таит в себе Подземье, где и живут дроу, вместе со множеством других мерзких существ. На родине сражаются мечами и магией, мало известен порох, - машинально Люциус скользнул тонкими пальцами по тубе корпуса гранатомета. - Мир пронизан магией, таит на своих просторах множество сильных артефактов, там живут могучие волшебники и храбрые воины. И куда бы ты не пошел, везде встретишь настоящие чудеса или смертельную опасность.   Нет, я не жалею, что покинул его. Среди тысяч и десятков тысяч времен и мест, я посетил едва ли десятки. И, если эта таверна является Чистилищем, за которым последует новая жизнь... В которой для меня не будет Дара путешествовать... Будет очень жаль, если я не смогу туда вернуться.

Люциус Арба       Но плод союза эльфа и человека всегда  имеет человеческую природу. Да у них не много более изящное строение, но все же они люди. -А править женщине позволять, что за бред.... Еще скажите что женщинам можно служить в армии   - Во многих мирах генетическое наследование черт при межрасовом союзе обстоит по разному. Где-то, дети будут наследовать большинство признаков от отца, где-то от матери. Иной раз, биология эльфийских и человеческих рас не позволяет появление общего потомства. По разному...  Ну, это если выражаться научным языком.   Да, общество дроу ужасно. Даже в их религии ключевую позицию занимает демоническое существо женского пола. И нравы там царят жестокие... Женщины не просто воюют, они занимают руководящие должности, возглавляют дома и командуют армиями. Задолго до моего рождения был один отступник, покинувший подземное царство кошмаров темных городов. Мне же очень повезло, что я родился на поверхности.

Люциус Арба   - Господин Неро, великая благодарность за гостеприимство! Честно сказать, я избрал стезю скитальца по мирам, ведь возвращение в пенаты родного Дома... Смерти подобно, ведь моя матриархальная раса печется о чистоте крови. Аврелий, могу сказать, я же немного человек, на сие намекают темные, а не молочно белые волосы. Для рода Бэнр и всех прочих подземных эльфов нормой держать в рабах не только людей, но и себе подобных. А мужчины моей расы считаются низшим сортом, по отношению к женщинам.  И Вы, добрая леди, получите сатисфакцию своему любопытству. Это оружие много более совершенно чем простая пушка. И огонь отнюдь не единственное ее поражающее свойство.   Эльф отогрелся, повеселел и стал с охотой поддерживать разговор. Мешки из-под глаз чудодейственным образом сгинули и бродяга с удовольствием уплетал кушанья, не забывая подкармливать Владика мелкими кусочками фруктов и молоком.

Люциус Арба    - Скорее, эльфы моей расы держали рабов. Многих: гоблинов, серых дворфов, людей, светлых собратьев. Но за прошедшие сто лет вне его пределов я как-то подзабыл название места рождения. Так, в одном месте я видел, что эльфы и гномы находились в резервациях, а балом начали править людские расы. Или нет? В круговерти мест и времен все сходится воедино.

Путешественник.     - Я - Люциус Арба. Можно просто: Люцик, правда, ненавистники звали меня "Шайтан-Арба"... Долгая история. А! Вот ты где! - эльф отцепил от головы счастливо попискивающую мышку, позволив ей ползать по всему телу. - Господин... Неро? Да, спасибо, кажется, в очередном мире снов я могу чувствовать голод. Что за место - Тедас? В этом мире я определенно еще не побывал.   Люциус говорил быстро, слегка сипящим громким голосом, дружелюбным, но немного желчным. Похоже было, что он привык говорить не смотря на собеседников, не обращая на их действия внимания, но чутко слушая чужие слова.   - Кажется, Лестница в небо, прорезающая облака, что столь была близка, являлась выходом не лучшим. Я толком не могу понять, что там произошло и мир, из которого я старался выбраться по Лестнице, явился странным местом. Пустым, разноцветным и мало схожим с привычными посещенными мною. Да, колдовать из азеротского посоха Скверну на сигильский камень было той еще глупостью!  Так это нематериальный план? Точно не уверен, что было в конце восхождения. Не помню... Как проверить, могу ли я проснуться? 

Путешественник. Приподняв голову, эльф осоловело осмотрел помещение. - Так... Это Вселенная закрытого типа? Где я нахожусь? Ох-х... Где Владик?! Такой, маленький, с крылышками? Незнакомец забрасывал пустоту кучей вопросов, совсем не различая любимца, примостившегося в шевелюре. Заозиравшись, он позволил гостям таверны в подробности рассмотреть свое лицо.

 Путешественник.   Приоткрыв дверь, долговязая, увешанная поклажей темная фигура заглянула в помещение. Тут же проскочив в проем, он отряхнул с плаща дождевые капли, вылив из газоотводного раструба оружия немалое количество воды (хотя бы в стороне от прохода и не на коврик!). Стянув рюкзак, поправил узкий меч на поясе и занял ближайший пустой столик.  Посетитель - был это некий темнокожий эльф, с сухим скуластым лицом, которое сложно было назвать красивым, благодаря давным-давно сломанному носу, неаккуратной щетине и растрепанным пепельным волосам. Казалось, в мешки под лихорадочными красными глазами, можно было поместить многое и многое, столь обширны были они. Скрыв одежду грязным плащом цвета "хаки", по нему нельзя было с ходу сказать насколько тепло одет, раз мокрый дрожит от холода. Разместив в ногах объемистый рюкзак и трубу гранатомета, тот выложил золотую монету на столешницу и... уткнулся носом в скатерть, издавая сонное сопение.   Присутствующим в таверне даже показалось, что перед уходом в царство снов, странный посетитель что-то хрипло пробормотал, наподобие: "Солнышка нет... Все мокрое и холодное. Где Солнце?"  Серенькая летучая мышка выползла из складок плаща. Цепко устроившись на голове спящего, блестящими глазенками озирая новое для нее место.

Интересен факт исчезновения левитации с точки зрения сеттинга и ЛОРа. Т.е. был Морровинд, куча зелий и свитков полета, а потом, в Обле где-то проскальзывали слухи о "запрещенной левитации" (увы, пруфов не дам, сие просто наводка искателям приключений и Истины. Дерзайте!) А потом, в Скае дошли слухи о заново изобретенной левитации. Что же? Все носители заклинания погибли в Красный год?

С некоторых пор интересует такой вопрос: каким бы образом сварганить музыкальный мод, чтобы в городах днем играла оригинальная для игры музыка из папки Public (она ведь так называлась?), а ночью пускалась своя из папки пользовательской? Пилить скрипт (но КАК В НЕМ ДЕЛАТЬ ССЫЛКУ НА ЦЕЛУЮ ПАПКУ ТРЕКОВ???) развешивать его в 100500 локациях?! Еще и Облы с КС перед глазами нет... Помогите советом, люди добрые!

Оно самое! От части к части, режут и режут! Упразднили Мистицизм, исчезло много заклинаний. Роспуск Гильдии Магов в 2 году 4 эры. А чем там этот Синод с Шепчущими занимаются - большой и большой вопрос (особенно Синод).

Глава 1 - Меч без имени Глава 3 - Предвестник Рассвета

"Любая страсть толкает на ошибки, но на самые глупые толкает любовь." Франсуa де Ларошфуко Что было мне в радость той ночью: глотками пить свежий воздух гор, обступающих земли крепости, или же украдкой урывать чужие цветы и пепел? В ответ, Роза бросала мне фиолетовые искорки огненного взгляда, сидела на краю, совсем рядом - рукой достать - болтая сапожками над этой умопомрачающей пропастью. Мостовая улицы виднелась далеко внизу, выхватываемая с высоты нескольких этажей, лишь белыми пятнами ночных фонарей. Будучи уже слегка пьяной, эльфийка шаловливо сбросила вниз одну из опорожненных бутылок эля, в ответ на что мне лишь оставалось едва слышно вздохнуть. Это была одна из ночей первой декады Месяца Руки дождя, когда весна только начинала входить в свои полные права, пророча скорое лето, но еще не скинув с себя промозглый зимний холод настырного ветра. Мириады звезд и две полные луны освещали небо, изредка прикрытое пятнами темных облаков, спадая белесым светом на крыши домов да гигантскими миражами выделяя крепостные стены. Поплотнее закутавшись в плащ, я приложился к чарке, согревая нутро теплым хмельным медом. Мой с Каси разговор уже в который раз зашел в тупик и нам приходилось замолкать, соблюдая договоренность, что в хоть один-единственный день мы не сведем наше общение к грандиозному скандалу. Не сказать, что это прямо-таки остановило бы извечную обманщицу, но на кону спора была сотня септимов, выплачиваемая со стороны первого нарушившего уговор. Море звездной тьмы возводило Мессера и Секунду в полуночное положение, но мы в основном молча пили, редко-редко перекидываясь мнениями или шутками. Порой, мне начинало казаться, что у Ворона было нездоровое чувство юмора, раз он отправил в крепость "Темного Клыка" именно нас двоих, давно прославившихся на всю банду своими взаимоотношениями, подобными, как у кошки с собакой. Уже зная, что нужный заказчику артефакт находится в подвалах местного игорного дома, так и без "разведки боем" со стороны Кассигнии я бы и один с легкостью выкрал его из-под носа незадачливых бретонских воров-лудоманов. Но, даже раздобыв искомый предмет, я слегка уступил девушке, знатно обогатившейся за карточным столом. Второй такой наглой, глупой и жадной особы, с просто даэдрическим умением к мошенничеству, азартным играм и шулерству, вы не сыщете во всем Тамриэле! А еще она красивая; безумно красивая, пусть хотя бы божественный ранг ее изящества бытует только в моих глазах. С первой встречи и по ту холодную ночь, она почти не изменилась внешне, нет. Но, словно что-то окутывало мой разум, даже при мимолетном взгляде на этот щуплый, невысокий силуэт девушки-мера. Целая кавалькада ощущений проносилась по телу, неся ноющий страх, неуверенность, притупляя все окружающее и в итоге я вел себя, как последний идиот, по большей части сдерживаясь, но давая выход накопившемуся в постоянных ссорах с ней. Предпочитая в одежде темно-фиолетовый и серо-черный цвета, она подчеркивала корсетами свою и без того тонкую талию, скорее, стараясь визуально выделить стеснительно-небольшую грудь. Ее обычный гардероб: высокие сапожки с ременной застежкой, теплые облегающие брюки и рубашка, тонкие кожаные наручи, обычного кроя плащ с капюшоном, полностью скрывающий под собой низкорослую владелицу. Кассигния не любила носить украшения, впрочем, сделав постоянное исключение для подарка от Рыжей - своей лучшей подруги - амулета, формой даэдрического символа "Quam". Также, данмерка очень интересовалась айлейдским наследием: их руинами, оружием и всем, с ними связанным, символично вытатуировав вокруг левого глаза крупный символ "Seht". Касающийся зигзагообразным изгибом края ее века, этот тонко исполненный рисунок частенько был прикрыт челкой пепельно-черных недлинных волос, освобождавшейся из косичек спереди, дабы тенью лечь на левую сторону изящного треугольного лица, с ровным тоном синевато-серой кожи. Привлекательная сыпь черных веснушек пролегала под большими миндалевидными глазами, чьи уголки были немного приподняты, как это заведено природой темных эльфов. Кончики острых ушей проглядывали над встрепанной шевелюрой, едва касающейся узких плеч. Тонкие стрельчатые бровки изгибом взлетали к высокому лбу, мило склоняясь к прямому, недлинному и слегка курносому носу, когда она хмурилась. Завершали картину ее правильного лица, пухлые черные губки, тихо прошептавшие в тот момент мне на ухо: - Ах, как же скучно сидеть просто так и пить. И это наш законный выходной? Которому, я обязана именно тебе. Так ловко выкрасть статуэтку... Расскажешь, что было в тех подвалах? - Простой и банальный лабиринт из нескольких ветвистых тоннелей. Подвал дома, через который я попал в сеть старых катакомб, пара заброшенных сап, от былых осад замка. Помнится, одна даже сообщалась с потайным ходом к крепости... В конце, нужные подвалы казино - темные, пыльные, но богатые на добычу. - И ты не заблудился? - она задумчиво намотала на палец прядь непослушных волос. Откуда такая заинтересованность? Кассигния точно не сможет преодолеть барьер моей холодной собранности, если возжелает заполучить призовые деньги, тогда как сама очень легко могла быть спровоцированна на конфликт. Но я не хотел выводить эльфийку из себя. Просто наслаждался этой прохладной тишиной и спокойствием подле нее. - Ну, я же не зря все это время искал старые карты "Темного Клыка". Начертить на основе нескольких добытых внятный план, тоже не составило труда. Как-то так... - Да... Давно хотела спросить: Сарис раз обмолвился, что ты выпускник Университета Таинств. Но ты растрачиваешь магический талант по пустякам! Вот, как сейчас, греешь себе кружку медовухи, не выпуская из рук. Ты совсем не пользуешься "Невидимостью", "Хамелеоном", "Тихим шагом" - это бы здорово помогло в воровстве. - Хм, ты заметила сей фокус с напитком? Хотя ты и не дока в магическом искусстве, но почуяла волшбу рядом, а представь, что было бы, если я начал колдовать рядом с опытным выученным магом, с пояса которого я намерен сорвать кошель? Да и от творимого заклинания всегда остается "след", что, как подпись на бумаге, позволит определить просмотревшему его, что за человек или существо здесь недавно отметилось. Это тесно связано с личной магической аурой, к тому же, я способен на один только Мистицизм, помогающий, разве-что в обнаружении предметов. А фаерболы, тонкий телекинез и работа с гравитацией Изменения жрут слишком много маны. Проще выпить зелье "Невидимости". - Ты серьезно учился на мага целых десять лет?! - Двенадцать, потом сбежал. Не особо то хотелось остаток жизни быть под колпаком у Гильдии Магов, как они пророчили мне преподавательскую должность. Годам к пятидесяти, при постоянной практике... Тихо и звонко Роза рассмеялась. На миг, показалось, что даже приблизилась поближе и теперь я могу в полной мере наслаждаться ее чудесными духами. - Мой черед. Ты не против? - я стрельнул глазами в ее сторону, через край надвинутого капюшона. - Почему Роза? "Пепельная Роза"... Это звучит красиво. - Мне говорят, что я красива, как и этот цветок. При этом, столь же колюча, ведь у каждой розы есть свои шипы. - Я видел их. Однажды. Грация розоватых лепестков с долей непередаваемого цвета... Какой он? Не могу описать. - Неужели, наш Терральт-тень еще и поэт? Хи-хи, романтичному вору, подобное донельзя к лицу. Наверное, в университетские годы у тебя было множество подружек! - Увы, нет. Всецело, я привык быть один, - не покривя душой, в тот момент отринул мысли об покинутой Рианне, ведь наши отношения колебались от теплых дружеских, до почти что родственных. подобающих брату и сестре. Разговор переводился на все более личные темы, но удивляться этому не следовало, ведь мы оба были пьяны в эту светлую ночь полных лун. Только так, страх и беспокойство отступали, предоставив место необычной смелости, лишь усугубляющей теплоту в сердце. С осторожностью подбирая слова, двигался все дальше, не веря ощущениям, будто бы я встречаю со стороны Кассигнии не вечное отторгающее презрение, но нечто сходное с флиртом. - Ох, как же я устала просто так сидеть на одном месте. Хорошее вино должно давать порыв к движению, - слегка зевнув, девушка соскользнула на ровную поверхность крыши, грациозно по-кошачьи потянувшись. - Я желаю танцевать! Плащ сполз с ее плеч, как свадебное платье в первую брачную ночь. Легко пройдясь под светом звезд, она сцепила вверху руки, ловко переставляя стройные ноги, движениями, более мягкими, чем привычное от увиденного во время фехтовальных спаррингов. - Танцевать с тобой... Пожав плечами, я отставил кружку в сторону, поближе, к почти пустой бутыли хмельного меда. Последовав за темной эльфийкой, расцепил застежку плаща, оставив там же сумку и прочее снаряжение. Взял ее руку и обомлел, когда Касси прильнула ко мне, обхватив холодными тонкими руками шею партнера. Шаг назад с ее стороны, мое наступление. Рука уже лежит на ее бедре, вторая, сжимает тонкую девичью ладонь. До этого я почти никогда не танцевал, но впредь был осторожен, смягчив жесткий фехтовальный шаг и тихо возблагодарив личную природную ловкость, и привитый полуторным мечом контроль над телом. Она изгибается назад, в тот самый момент, когда я делаю шаг, оставляя правую ногу далеко позади, как в долгом и опасном выпаде. Я напряжен, выдерживая вес слегка обмякшего тела, но не сбавляя напора, покидаю ее талию, продолжая шаг и смертельным финтом закручивая этот меч назад так, что нас отделяет пара вытянутых рук. Девушка продолжает отступление, стараясь утянуть за собой, но осторожный рывок с моей стороны, притягивает ее ближе. Быстрый, сумбурный танец для нас двоих, для этих звезд и пары неразлучных небесных светил. Спящий мир ушел на второй план, на прощание оставив слабый свет низвергнутых улиц. Но мы были выше всего, вальсируя на крышах черного города, словно бы за этим обязан последовать умопомрачительный полет ввысь. Что это? Зачем... Нет, в Обливион такие сомнения! Куда уж лучше подчиниться течению странных обстоятельств, приведших самую красивую, самую странную женщину этого мира в мои объятия. Я склонялся к ее шее, скрестя выпады ног, удерживаясь одними носками тихих, мягких сапог и крепко сжатых рук. Она скользила вокруг, подозрительно норовя обнять партнера не только сцепленными руками, но и ногами. Тело Касси казалось удивительно легким, сходным с незначительным весом оружия в привычных руках. Мы даже не смотрели друг на друга, телами чувствуя сей порыв и необычайную разгульную легкость. - Довольно притворяться, Терральт, - еще никогда я не был столь близок к ней, сжимая жаркое трепещущее тело в руках. Тихий и мелодичный, молодой голос вновь нашептывал в чуткое ухо. - Довольно, ведь уже давно пора понять, почему ты столь необычен со мной, куда пропадает лед странного характера одного одинокого вора, стоит мне оказаться рядом. Идиот, глупец... Пускай эти слова будут стоить мне целой сотни золотых, но иначе не назвать того, кто осмелится прикоснуться к хрупкой розе. Не зная, что разбив мое сердце, он увидит отравленный шип-кинжал уже в своем. Или же лишится его вовсе, утонув в вечной боли страданий. - Но боль всегда идет рука об руку с наслаждением. Не правда ли? - мы уже шептали друг-другу, отбросив танцевальные стойки, впились руками, обвивая тела. Роза ответила, воспрянув из объятий, резко оттолкнув меня к печной трубе. Словно бы поддавшись ее расчету, не удержался на ногах и сполз, держась за сколотые каменные края. - Люди не могут всегда жить сами по себе. К мерам, такое правило относится с зеркальной точностью. Действительно, я слишком долго была одна... Как и ты, - подходя ближе, она ловко расшнуровывала верх завязок корсета, порхая по ним тонкими темными пальцами. Пока аромат горького пепла и заморских цветов не поглотил все вокруг... Что же это было? Очередной сон? Видение? В точности я не уверен о правдивости происходящего в ту ночь на пустой крыше, под ярким светом звезд. Мир открылся с новой стороны, где приходилось метаться меж двух огней, отвечая холодным отношением на теплоту юной девочки с жемчужным цветом волос, но осторожно держать в руках дикую розу, норовящую ужалить душу черным шипом. Все рвалось и рушилось прямо на глазах: впервые я боялся все потерять, нарушить завоеванный ход вещей. Сжирал сам-себя, проклиная за великую оплошность - первую приобретенную слабость, грозившую, рано или поздно, обернуться страшными потерями. Ведь я привык быть один, хотя в своем мировоззрении, где даже приятели из банды занимали не столь великое, эпизодическое место. Да уж... Донельзя странная жизнь, безмерно глупая любовь. Сказка с плохим финалом... Чаровница вконец вымотала меня. Ее стон перетек в вопль, когда девушка откинулась на спину, головой к дальней спинке кровати, раскинув длинные волосы темно-каштанового цвета по скомканному одеялу. Очертания стройного женского тела дрожали, и легкая прохлада помещения не была тому виной. Отодвинувшись назад, я приподнялся, облокотившись затылком о высокую подушку. Бессмысленная пустота заполнила гудящую голову, а спутанные воспоминания более чем полугодовой давности сгинули без следа. Чувствуя, что алкоголь уходит из крови, грозясь уступить место колющей боли и жажде, подхватил с прикроватного столика почти полный кубок вина. Оставалось только гадать, каким образом, сосуд на тонкой ножке выжил в предшествующей грандиозной тряске, не почив грудой осколков на полу, под веселый заливистый смех и стоны моей партнерши. Пока внутренний огонь разгоряченного тела гас, заливаясь кисловатым северным напитком, Фаустина без малейшего стеснения обтерла бедра мокрой от пота простыней. - Ф-фух! Это было... Что-то! - полная высокая грудь девушки тяжело вздымалась, но обладательница больших карих глаз лишила меня этого захватывающего зрелища, перевернувшись на живот и уже так сев ко мне спиной. Подтянул к себе ноги, кутаясь во вторую простынь, дабы дать ей простор. Но, даже так, вид сзади был определенно неплох. - Не хочешь повторить? - Не думаю - этого будет достаточно. На какой сумме мы условились? - настроение стремительно ухудшалось, оставалось разве-что утопить нахлынувшую горечь в вине. Имперка поднялась. Ловко, с хохотом, перепрыгнула на пол, потревожив занавесь балдахина. Вовсе отодвинув ткань занавески, наклонилась, уперев локти в спинку: - Сто двадцать пять золотых, Ваше Великолепие. Очень, очень жаль, что продолжения так и не предвидится, - протянув ответ своим томным голосом, Фаустина отошла, покачивая упругими бедрами. И, пока я натягивал штаны, сиротливой тряпкой выуженные из-под прочей одежды - моей и чужой - она остановилась у письменного стола в дальнем конце комнаты. Среди рыжевато-оранжевых теней, отбрасываемых свечами, повернулась лицом, положив тонкие руки на края столешницы. - Можешь не торопиться с оплатой, мне просто нравится смотреть на тебя. Ты искатель приключений? Наверное, промышляешь подобным уже очень давно; а расскажешь откуда эти старые шрамы? Мало обращая внимание на болтовню, я натянул рубашку, напоследок, оценив состояние рубцов. Выглядело странно: мелкие шрамы на лбу, от порезов рук и заметное пятно на левом плече, возрастом в пару-тройку лет, оставшееся от удачливой стрелы меткого стражника - бесследно исчезли. Остались отметины когтей птицеподобного чудовища - три еле заметные бурые полосы на ноге. Выглядели они постаревшими, будто-бы с момента ранения прошли годы и годы, но не считанные дни. Колодец Синих Вод? Философский камень? Что же спасло меня в той ситуации? Даже если аэдра остался в замешательстве от подобного трюка, не наблюдалось особого желания проверять: воистину ли я буду бессмертен и впредь. Особенно, в тот момент, когда правая рука Фаустины Картии незаметно сползла в тень отбрасываемую столом, аккуратно взяв что-то с нижней полки для черновых бумаг. С внутренним интересом, самым краем глаза я наблюдал за действиями имперки. Улыбался, выискивая кошелек среди карманов новой куртки, удачно спрятав раскладную бритву в длинном рукаве рубахи. Девушка и догадаться не могла, что даже в полутемном помещении я видел движения ее руки. Стараясь не акцентировать взгляд на таинственном предмете, заложил его образ себе в память. Продолговатый, очень тонкий, похоже, что острый... Стилет? Или длинная шпилька, но, заплетая волосы, проститутка бы не стала столь долго таить ее... сжав для нанесения удара! Отлично. Меч, пояс, лук с колчаном и сумку, наполненную новыми "игрушками", я оставил во входном тамбуре комнаты. Кинжал она стянула с ремня еще в начале веселья, отбросив беднягу подальше. Сейчас, до него не добраться. А ситуация все усугублялась: за стеной, справа от громадной кровати, смятой и стынущей, подобно вулкану, отчетливо донесся шорох, казалось от неосторожного шага, исходивший из межстенной перегородки. Или у них водятся мыши, способные производить столь громкий шум, или... Итак, в моем распоряжении оставался развязанный мешочек монет, спрятанная бритва, кольцо "Мгновенного щита", маленький амулет, магия и подвешенный язык. План наступления занял еще пару секунд и вот, я продолжаю разговор, улыбаясь много сильнее прежнего. - Ты так загадочно улыбаешься. Я тебе нравлюсь, да? Я же красивая? - Фаустина играла бедрами, изгибалась резными мышцами стройного живота, возбуждающе водя грудью. Следовало вспомнить, чему учил Сар в обращении с девушками: - Да, девица ты хоть куда, Фаустина Картия! Ох, всю бы с охотой съел, а особенно твои сиськи, - как можно понять, ничему путному Сарис научить не может. Все разрешилось интонацией и донельзя честным выражением лица, не без доли наигранной похоти. Подозрительная маркитантка поверила и я потихоньку начал сокращать дистанцию, босыми ступнями зарываясь в мягкий ковер. - А, скамп со всем этим! Ладно, денег у меня хватит, времени тоже. Давай еще раз? Мой друг вполне подождет, хотя, интересно бы знать, где он? - На втором этаже, комната с синей дверью и рукоятью в форме головы льва. Поверь мне, Сигни Разлучницу не так-то просто удовлетворить и данмер явится не скоро. Деньги можешь положить в нижний ящик тумбочки. Да, вон той. Надеюсь, Сарис как-нибудь выкрутится, если наш расклад и впрямь паршив. Гетера пытается меня задержать до прихода подмоги, а то и вовсе - убить. А чтобы достать до нижнего выдвижного ящика упомянутой тумбы, мне следовало повернуться спиной к девушке и наклониться. Выглядит опасно, не находите? То-то же. Пора валить! - Я бы хотел сделать это по особенному. Можешь полностью сесть на стол и раздвинуть ноги? Я осыплю тебя золотом. - расчет верен, тогда ей придется или опустить скрытый клинок, или опрометчиво промелькнуть оружием возле подсвечника, где такой "обычный" человек, как я, мог бы его заметить. - Но, как же я буду собирать монеты, если они рассыпятся по всей комнате? - игриво пропела имперка. - Ты будешь стоять на четвереньках, подбирая септимы, а я буду помогать сзади, - уже шепча ей лицо, впился поцелуем, когда Фаустина обхватила меня ногами, как с опоры, взгромождаясь на стол. Руки девушки пусты и... тянутся к моему поясу. Едва ли не удержался, поддавшись ее нежным прикосновениям к коже, но никто не даст гарантий, что заветную спицу в ухо я не получу уже во время процесса, или сзади нанесет удар таинственный друг Картии. В замкнутом помещении, пропахшем нашими телами, пошло легкое движение воздуха. Началось... Падаю. Спиной вперед, вырываясь из зажима ее ног и от шаловливых рук, почти добравшихся до самого сокровенного. С ковра, лежа метнул маленький амулет в сторону предполагаемой тайной двери, пока-что едва приоткрытой. Украшение испарилось, соскользнув вниз по гобелену, но заблокировав перемещение и работу любых механизмов на битые полчаса. Дверные петли и замки также входили в затрагиваемую категорию. Рев и шипение дикой кошки донеслись оттуда, а очаровательная Фаустина таки извлекла на суд злосчастную шпильку... Довольно длинную "шпильку" с четырехгранным колющим лезвием, круглой гардой, ограничивающей соскальзывание руки при нанесении удара и "шляпкой" противовеса, как у гвоздя. Однако, рондель. "Гвоздь милосердия", коим удобно пробивать щели доспехов и добивать раненых. И ныне, инструмент смерти падал сверху, получив ускорение от рук вопящей голой девки. Встретив на своем пути пинок обеими ногами, она поумерила боевой раж, напрочь потеряв кинжал, равновесие и воздух из легких. Секунда - я на ногах, противница силится подняться, перекосив лицо от боли и держась за живот. Ладонь, вцепившуюся в край столешницы пробил насквозь ее же ронделем, пригвоздив с силой через обработанное дерево. - Хорошо, очень хорошо, - переждав вопль боли и животного ужаса, я подошел поближе с бритвой наготове. - Как это понимать? Ограбление? - Д-да... - девушка силилась вытащить оружие из руки, пока не получила еще один пинок в живот. - Иногда мы.... грабим невыгодных клиентов! А-а-а-а!!! - взвыла она в очередной раз. - Невыгодных кому? Борделю? Отвечай, пока я не начал резать. И есть. - даже облизнулся для пущего эффекта, приставив лезвие к ее соску. Хм, да во мне пропадает великий актер... - Люди! Я их не знаю! Вро-оде, один из...стражи... И кто-то еще! Ум-г! Сказали следить за тем данмером. Который с тобо-о-о...Ак! Завлечь в заведение, схватить... расспросить. - Фаустина переходила со скороговорок на стоны боли и тяжелое дыхание. Кровь, капающая, льющаяся со стола, окропила ее ноги, попала на грудь и живот. Я удерживал свободную руку, продолжая допрос: - Что еще? Говори! - Узнать о... Торрбольте? Херральте? как-то так, я имя не запомнила-а-а-а! Потом, передать серого идиота тем людям. Девочки уже послали им весточку, скоро они будут тут, тебе 3.14$ъ@4 пиши... Что я там должен был писать (завещание?) осталось покрыто мраком тайны, ибо высокий покатый лоб красавицы встретился с плоской поверхностью столешницы. Какую роль в этом сыграла моя рука и длинные волосы шлюхи, предпочту объяснить полунамеком. Неплохо. Кратковременная потеря сознания Фаустины, как и стихший мяв за стеной, позволили мне подобрать куртку, быстро одеть ее, лишь немного повозясь с застежками высокого пояса, сжимавшего тело прямо под ребрами, застегнул стяжки наручей, забрал кинжал и оставленный кошелек. Затем, коридор: сапоги, меч и дополнительный обвес на пояс, плащ в сумку, лук и стрелы за спину. Второй этаж, дверь синего цвета и узорная рукоять? Сарис, держись! В коридоре, сразу ломанулся в комнату напротив, благо та была на заперта. Прикрыв дверь, встал в темноте, у стены и прислушался к поднявшемуся шуму: проститутки идут на помощь коллеге? Нет. Скамп бы их побрал, но я отчетливо слышал отзвуки приближающейся драки. Женские вопли, лязг металла о металл, крики и возня. Внутренние ощущения затрагивал шум рвущихся заклинаний, именно такой - порывистый хаос, свойственный магии Разрушения. Из слегка приоткрытой двери давался обзор на близкую часть коридора с поворотом, что сыграло свою службу, ибо я увидел одну из противоборствующих сторон. - Обыскать! Объект должен быть здесь, - к двери напротив, той-самой, за которой я был последний час-полтора, приблизились несколько лиц. Два стражника, в коттах с гербом анвильского графства, поверх кольчуг и некий господин в даэдрической броне. Судя по легкой дымке вокруг экзотического доспеха - даэдрик был призван магией Школы Колдовства. И дизайн элементов защиты казался донельзя знакомым. Разумно отступил вглубь комнаты. "Объект" - шутники, блин. Судя по посторонним звукам и тихой болтовне, кроме троих вошедших в комнату, в коридоре было еще несколько противников. За ту пару минут, что потребовалась мне для установки неприятного сюрприза, специально для рискнувших зайти в комнату, удалось подслушать любопытный разговор: - Ничего нет! - глухо и страшно вскричал некто, по всей видимости, одоспешенный даэдриком маг. - Тут это, одна из %(@ъ`i раненая. Сопротивления не оказывает. Красивая, кур-рва, может ее того, ребятам?.. - Отставить! С нас господин Марик шкуру спустит, ежели ублюдка не найдем! Все обыскать! - Так точно! Как прикажете поступить с пленными и хозяином заведения? - Всех в расход! Нам не нужны свидетели. Марик-Марик-Марик... Что-то знакомое крутится на задворках памяти. Вспоминать буду потом, ныне самая пора отступать на второй этаж. Искать возможный потайной ход занятие долгое, вышел через окно, ведущее на заднюю сторону дома, где территория борделя была огорожена высоким забором от городских улиц. Меткий выстрел - стрела с магической лианой хорошо закрепилась на балке карниза и я полез наверх, уже с подоконника услышав гром сработавшей мины. Пожелав, чтобы неудачником, лишившимся ноги, а то и обеих, оказался крикливый командир стражников, выбежал в пока еще пустой коридор. Синя дверь с узорной ручкой, синяя дверь... В левом или правом крыле? Все же, я издали рассмотрел искомое, не теряя времени, вломился в комнату с кинжалом наготове. - Терр?! Дуй сюда, будешь помогать в лечении! А... Ахалай-махалай! - моим глазам предстала интересная картина: изрядно потрепанный, но живой и невредимый, Сарис склонился над распростертым женским телом, делая загадочные пассы обеими руками. Затылок несчастной превратился в неприятное месиво крови, засыхающей на белокурых волосах, а из-под головы лежащей ничком полуголой нордки успело расплескаться внушительное кровавое пятно. Орудие преступления нашлось тут-же: массивная золотая статуэтка Талоса была щедро залита красным. - Сарис, здесь "ахалай-махалай" не поможет, ты человеку череп пробил, лекарей вызывай. О-о-о, как все запущенно. Забудь о целителях, нам нужен могильщик. - едко приговаривал я, обтирая статую подолом найденного в комоде платья. Спрятав добычу в сумку, быстро обыскал шикарно обставленные апартаменты, прихватывая все самое ценное. С диким взглядом, данмер забился в дальний угол, обхватив голову руками. К чести его сказать, новоиспеченный убийца трезвел буквально на глазах. - Поднимайся, стража уже здесь. Понятия не имею, как ты отбился от этой "сирены" и сколько ты выпил, возомнившись адептом Восстановления, но... Стражи непорядка пришли не по поводу рядового убийства. Скажи, как давно ты ходишь в этот бордель? - А-а-а! Да я тут первый раз! Пересекся как-то раз с девочками из заведения Гведена, они пригласили к себе, сказали жеж, будто с другом приду, так и скидку дадут. А тут ты подвернулся, - за считанную минуту, Сарис успел полностью одеться и собрать вещи, одновременно с тем не затыкая рта. - Мы сваливаем отсюда? - И еще как. Быстро и незаметно. Тут какая-то даэдровщина, Сар: стража взяла здание штурмом, убивают всех встречных. Они ищут нас. Быть точнее - меня, а приглашение приятно провести время, всего-лишь сыр в мышеловке. Идем... Окно в соседней комнате, выходящее на фасад дома, оказалось не лучшим вариантом для бегства. Высмотрев нескольких стражников на входе, едва не попался им на глаза, в последний момент втянув голову в пределы освещенного помещения. Сильно поджимало время - как только мы пересекли коридор левого крыла, вскочив на лестницу к третьему этажу, погоня шумела выбитыми дверьми уже из правого крыла. Нас пытались окружить. Снизу, кто-то бодро лязгал металлом доспехов, грозясь вот-вот преодолеть последнюю лестничную клетку. Пропустив Сариса вперед, не глядя скинул новенький пузырек "гремучей" световой пыльцы. И, судя по грохоту падающего тела и мужским матерным возгласам, я ненадолго заблокировал им подъем. Третий этаж - при нашем появлении, слегка прикрытые щели дверей шустро захлопывались, пряча испуганные глаза. Закуток с приставной лестницей, пыльный захламленный чердак. Ногами выбив доски чердачного заколоченного оконца, выбрались на покатую скользкую крышу. - Будем прыгать, - вздохнул я, протягивая Сарису флакончик снадобья "Замедления падения". Скоро объяснив эффект от выпитого, осушили склянки. - Эх, как в старые-добрые времена! - воскликнул друг, прыгая следом. Ночной ветер развевал плащи двух черных теней, сорвав с моей головы капюшон. Ловко планируя в воздухе, собрав тела в комки, мы очутились на мокрой мостовой по ту сторону от изгороди. Не теряя времени по пустякам, рванули в переулки. Негромко продолжая разговор, рассказав вызнанное от Фаустины, я вел данмера через тьму ночи. - Странно, но эти шлюхи не узнали меня. А ведь по Анвилу развешана куча детальных портретов... - С такой-то бородой, тебя и мать родная не узнает, - хмыкнув, Сар сослался на выбритую из густой щетины эспаньолку, возможно, сильно меняющую мой внешний вид. - Что там еще? - Так-вот, определенно, недоброжелатели рассчитывали развязать тебе язык и узнать где я могу находиться. Если подонкам известно столь многое о банде Ворона... - Да, точно! - шипел Сар в спину. - Сначала твои позывные, теперь, вычислив меня, они попытались бы вызнать все известное о твоем местонахождении. Или рассчитывали, что я явлюсь в бордель именно с тобой! - Расчет верен. Или же, ты стал бы заложником, за освобождением которого, "объект" пришел бы в очередную ловушку. Я начинаю волноваться за Рыжую... - %l@@@@ъ:, намекаешь, что ее уже того?.. - Не исключено, - сбавив шаг, я придержал налетевшего Сариса. Впереди, в свете блеклого фонаря остановились несколько всадников с знакомыми гербовыми накидками. Подворотня была, хоть глаз выколи, как темна, поэтому, не издавая заметных звуков мы были в безопасности от обнаружения. "- Уходим к востоку. Храм останется слева. Лошади, украдем, бежать из города", - перейдя на условленный язык жестов, некогда бывший в ходу среди нашей банды, в ответ я получил лишь недоуменный шепот. - Не, я жеж вижу, таки ты машешь руками на фоне светлой улочки. Но, Бог-весть понять не могу, нафига ты это делаешь? - совсем забыл, что Сарис не видит в темноте, столь хорошо, как и я. - Валим к конюшням. Они прочесывают город. Ориентируясь по шпилю часовни, мы углубились в царство городских теней, шарахаясь каждого подозрительного силуэта.

Ты еще наших орденских бронебаб не видел. И люлей от них не получал...

Бью людей железками. Это считается? А еще крестиком вышиваю пишу понемножку :computer: Хунсгугель! Родненький наш!

Подрубил The Birthday Massacre под олдовый F.E.A.R. и лечу вперед с дробовиком. Рекомендую (и то, и другое, ибо VERY GOOD) ФУ, АЛЬМА, УЙДИ! Не ешь ногу!!! Я невкусный!!! https://www.youtube.com/watch?v=a41S3dp_U_s

"...И сказала гадалка ведьмаку: "Вот тебе мой ответ - обуй ботинки с подошвами железными, возьми в руку посох железный. Иди в тех железных ботинках на край света, а дорогу перед собой посохом ощупывай, слезой окропляй. Иди сквозь огонь и воду, не останавливайся, не оглядывайся. А когда сотрутся подошвы железные, изотрется посох железный, когда от ветра и жары иссохнут очи твои так, что боле ни одна слеза из них истечь не сможет, тогда на краю света найдешь ты то, что ищешь и что любишь. Может быть". И пошел ведьмак сквозь огонь и воду и не оглядывался. Но не взял ни башмаков железных, ни посоха. А взял только свой меч ведьмачий. Не послушался он слов гадалки. И хорошо сделал, ибо была это плохая гадалка." Анджей Сапковский - "Ведьмак" Донельзя пасмурным выдался этот день. Серый и холодный, последний из множества осенних, за которым лежала долгая и холодная зима. Тридцатое число Месяца Заката солнца. Мой день... Разминувшись на досчатом узком трапе, пропустил вперед нескольких груженых ящиками матросов. Порт бытовал своей жизнью, шумной, людной и суетливой, донельзя скучной на фоне пасмурного ветреного неба. Положенные за мой провоз монеты уже давно звенели в кармане корабельного капитана, так что я поспешил покинуть судно, ведь в избытке хватало и многих других дел. Анвил. Предвечерний, красивый посеревшими старыми зданиями, он встречал старого знакомого своей самой нелицеприятной стороной - вонючими портовыми хибарками, подвыпившей матросней, откровенно скучающими шлюхами, обособленно кучковавшимися в ожидании возможных клиентов. Рановато для представительниц "древнейшей профессии", не находите? Хотя, подобное рвение вполне обосновывается близящейся зимой, когда портовый район города много опустеет от поиссякнувшего потока прибывающих кораблей с потенциальными клиентами. О, это незабываемое помойное амбрэ. Замусоренные переулки, тухлый запах грязного прибрежного моря, рыбья вонь, пот, перегар дешевого пойла и вездесущие крысы: волей-неволей пришлось натянуть перебивающую запахи тканевую полумаску, второпях отправившись по набережной в сторону городских ворот. Можно ли сказать, что после всего перенесенного на дальних берегах я все-таки вернулся домой? Не знаю... Нет. Такому как я перечит сама суть оставаться подолгу на одном месте, где под расстоянием кочевья, можно принять как соседний район крупного города, так и путешествия между целыми графствами. Дом - это то, что можно потерять. Это опасная привязанность, мешающая моей работе. Кто я такой? Применительно к имени - есть множество псевдонимов, используемых для работы с заказчиками и связными. Только последний дурак или потенциальный самоубийца, избравшей жизненной стезей воровское ремесло, будет направо и налево представляться по имени. Ныне я называю себя "Форад": еще не запятнанное официальным Заказом имя, пока не имеющее риска быть вписанным в отчет городской стражи "По свершенным хищениям". Я - особо не примечательный внешне молодой имперец - бледноватая кожа, симпатичное, по сторонним утверждениям, правильное лицо, четко очерченный волевой подбородок, ровный нос, недобрый взгляд темно-зеленых глаз из-под края капюшона. Хмурый и неприятный тип, точь в точь, как тот, что смотрел со стены дома справа... - Да ладно? - небрежно сорвав объявление о розыске, всмотрелся в неплохо знакомые очертания нарисованного. - С каких пор у них появились нормальные художники? Не припомню, чтобы в свой последний визит на улочки Анвила я мог чем-либо привлечь внимание городской стражи. Да и было это более полугода назад. Отчего тогда под моими былыми прозвищами написана круглая сумма в тысячу золотых? Немалые деньги, между прочим! Поглубже скрыв лицо и волосы капюшоном новенького темно-серого плаща, я свернул в первый же переулочек, не преминув споткнуться о всяческий подножный хлам. И это через считанные шаги? В портовых районах, подобный дефицит дворников издревле в порядке вещей... Нечто металлическое блеснуло в сером свете, едва рассеянном среди темных стен. Наклонившись, я поднял длинный, неосторожно поваленный сверток из пыльной мешковины. Так и есть, металлическая начищенная деталь противовеса, в форме октаэдра, перетекающего нижней частью в множество трапецевидных граней. Обтянутая черной кожей узкая рукоять с расширением к клинку, сечение посередине, для устойчивости главенствующей для хвата руки и у самой гарды, для пущего удобства. Размотав тряпку с крестовины оружия, я вытянул его из свертка, шелестнув пока невидимыми под тряпкой ножнами. Тут же позабыл про все на свете, даже про возможность появления хозяина этого потерявшегося чуда. Рукоять свободно вмещала обе моих руки, оставляя немного места под удобный промежуток хвата. Следом, мое внимание перетекло на прямую, каленую крестовину с каплевидными расширениями на длинных концах. Около метровой длинны лезвие, широкое поначалу, оно сильно сужалось в конце, намекая на хорошую приспособленность к уколу. Три дола: основной сужался к середине длинны всего меча, два параллельных широких, чуть-чуть не доходили до второй трети клинка, где бралось начало слабой заточки. Опробовав острый кончик на ногте, едва ли не присвистнул над глубиной царапины. Упрятав полуторный меч обратно в мешковину, подхватил его под мышку и продолжил размышления по пути на соседнюю улочку. Меч был хорош, даже очень. Кто мог позабыть этого красавца в грязном переулке, укрытом тенью крепостной стены города - непонятно. Но этот раззява уже получил свое. Опомнившись, он наверняка кинется искать сверток, а того уже и след простыл. Ну, может быть и не кинется: новенький, казалось, только из заботливых рук кузнеца, меч может оказаться сокрытым орудием кровавого преступления. Но, зачем тогда прятать его от ищеек стражи в груде мусора, если рядом есть глубокое темное море? Осталось придумать, как поступить со столь странной находкой. Однозначно, я собирался приобрести новый меч, но оставить без раздумий найденный клинок себе в пользование, могло стать опрометчивой идеей. Человек малосведущий, может удивиться подобным сомнениям: "Нашел красивый меч - так ходи с ним" - скажет он. Не все так просто, ведь прежде всего следовало проверить клинок по нескольким параметрам. Да, он хорош, благодаря долам легок, но какова его прочность? Что это за сталь? Он новенький, блестит, благодаря хорошей полировке, значит придется потратиться, чтобы хороший кузнец сделал металл матовым, не столь демаскирующим меня в темноте. Еще хорошо бы, посмотреть на его боевые свойства. Хотя тут все гораздо сложнее и требуется нечто экстраординарное - хотя бы подвешенная свиная туша, чтобы оценить глубину проникновения ударов, а отсюда можно плясать в сторону важнейшего баланса и удобства меча в руке. Только тогда, я признаю, что меч сей не только красивый, но и годный в практическом применении. Ах, о чем я, ведь все равно в моих руках оружие надолго не задерживается, ломаясь с завидной частотой и упорством. Давящая своей узостью, улочка оказалась пуста. Была она столь же унылой, как и этот день истекающей осени; малолюдна, а край досчатых мостков противно скрипел под ногами. Вонь от грязных волн уходила на второй план, большее беспокойство доставляли редкие крысы, да все тот же запашок плесневелого дерева и протухшей рыбы. Решив, что бескрайний горизонт серых волн более мил глазам, чем изгаженное пространство меж старыми домишками, я завернул в очередной проулок, по левую руку, намереваясь вернуться к пристани не доходя до настоящего широкого поворота. И вовремя, ведь стоило сойти с улочки, как мимо проема уже минувшего пути вальяжно прошла пара патрулирующих стражников. Чистой воды везение выручило меня в очередной раз, не подставив под проницательные взгляды возможных ищеек. Кто бы ни искал меня, поймать вора даже посреди бела дня, задача не из легких. Поглубже скрыв лицо полой капюшона, я вышел с другой стороны, заплетаясь о выщербленные доски доков. Довольно опасно надолго задерживаться в этом городе. Качественно сделанные портреты с зарученной за мою поимку наградой попадались все чаще - я видел их расклеенными по стенам, на досках объявлений у обычно многолюдных мест. Кто-то всерьез взъелся на мою незаметную персону. Интересно знать, за что? В таком случае, уже завтра, в первый день Месяца Вечерней звезды, жизненно необходимо покинуть Анвил. Только и оставалось - найти подходящего торговца, независимого от гильдий и стражи, чтобы пополнить припасы и запас инструментов. Особенно важной была новая одежда, ведь грядут холода, а потрепанная сотонорианская куртка, после купания в синих водах алхимического колодца, стала облезать прямо на глазах, расползаясь на швах от сгнивающих ниток. И добыча нового оснащения была самой сложной задачей, ведь в портовом городе у меня не было связных, друзей и знакомых. Или были? Я шел словно на иголках. Шутка ли - шататься средь бела дня на людной улице, сдерживаться, проходя в стороне от редких стражников, дабы не ускорять шаг. Негде было спрятаться, некуда было шмыгнуть не привлекая всеобщего внимания. Когда далекий мутный силуэт маяка увеличился до подобающей ему громады, смог вздохнуть посвободнее. Именно в этом месте портовые трущобы казались наиболее заброшенными, отвратно давящими; пустовала большая часть хибар, а дома, казалось, вот-вот рассыпались бы грудой гнилых досок и битой черепицы. Ветер волновал свинцово-серое море, да ныл из оконных глазниц пустой черноты... Мрачное местечко. Пустое. А еще я так и чувствовал чужой взгляд, незримо режущий спину. Место было достаточно безлюдным и сквозь шум прибоя, позади слышались осторожные шаги. Неизвестный шел легко, не позвякивал шелестящей кольчугой, коя примета вполне бы вязалась с обликом увязавшегося следом стражника. - Эй! Я, конечно, дико извиняюсь, но ми нигде раньше не пересекались? Походка у вас, мил человек, больно жеж знакомая... Окликнул меня голос громкий, несомненно мужской. Был он наполнен притворными дребезжащими нотками, обладал некой натянустью, в довесок, неизвестный говорил быстро и со странно знакомым акцентом. Этим была занята голова, тогда как ноги пришли в движение, поворачивая тело с полуоси, а левая рука сама легла на выступающий противовес несомого меча. Стоило правой отпустить безобидный, казалось бы, сверток и клинок выскочит на серый пасмурный свет. Но этого не произошло, ведь я рассмотрел данного нахала в подробности. - Що ви! Що ви! И вовсе незачем мне ваша поклажа, не хватайтесь. Я таки похож на разбойника?! Не думаю. И хоть ви прячете несомненно бородатое лицо под шапкой, кого-то мне напоминаете. Оть мамой клянусь, а, знаете, она женщина несомненно порядочная, ходите ви бесподобно. Как по льду бесшумно скользите. И... Изливающийся потоком словесных наблюдений, передо мной стоял данмер. Точно не уверен, но в переводе со срока жизни меров, да на людские года, я был с ним почти что ровесником. А, нет, поправочка - уже ровесником. Черно-алые широко посаженные глаза, острый орлиный нос, треугольное скуластое лицо, перетекающее в небольшой, но квадратный подбородок. Залихватская золотая серьга в правом ухе. Изогнутые стрельчатые брови, темный каштан волос, заплетенный на затылке толстым коротким хвостом. "Как я видел затылок эльфа, когда он стоял ко мне лицом?" - спросите вы. О-о-о... Я прекрасно знаю этот затылок и частенько его лицезрел, а именно в тот момент хотел еще и врезать по нему дубинкой и пойти дальше, делая вид, что ничего особенного не произошло. - Сарис, ты перед каждым встречным порешь всякую чушь? Или именно я удостоен этой чести? - длинные волосы свободно растрепались из-под откинутого капюшона, побежали вбок под порывистым ветром, так и норовя залезть в глаза. - Пресвятой Азуры сиськ... ой, тела небесные! Кто-нибудь, ущипните меня. Дурик, ты зачем бороду отрастил?! - эту отпавшую челюсть стоило видеть. Данмер словно увидел призрака давно умершего человека, впрочем, с его точки зрения, дела именно так и обстояли. - Неделя на корабле. Без бритья. С тупыми кухонными ножами, но без единого точильного камня на весь двухпарусник! А бриться магией - себе дороже. И моя небольшая щетина это все, что беспокоит твою остроухую голову в данный момент? - Нет, - с донельзя серьезным лицом, избавившись от глумливого акцента, Сарис покачал головой. - Конечно, плохо приветствовать друг друга в столь невеселой форме, поэтому, не воспринимай дальнейшее всерьез, но меня заботит присутствие именно твоей головы на твоих плечах. Я узнал о твоей казни... - Наверное, ты хочешь многое сказать? Хм, мне тоже не помешает сейчас добрая беседа. Пойдем вперед? Прочь от людей, от шумного вечернего порта. К морю... - Да, пожалуй, - темный эльф тер глаза, неверяще оглядывался, всматривался в мое лицо, слегка забегая вперед. Сарис Тадрейн... Что сходу можно сказать об этой многогранной личности, не вводя слушателей в заблуждение? Он - острый на язык гулена, любитель кутежа, морских баек ( и всяческих "восхитительных" историй в целом), матерного народного творчества, крепкого алкоголя и, как сам любит утверждать, пользуется оглушительным успехом у женщин. Последнее - в крайней мере сомнительно. А еще этот остроухий расхлебай обязан мне по гроб жизни, ну, или он в очередной раз вбил это себе в голову. Настырный эльф начал доставать меня еще с первых дней совместного членства в банде Ворона, к которой он примкнул задолго до меня, выполняя роль разведчика или связного. А полезных знакомств у остроухого было более чем много, особенно в портовых городах и среди пиратской вольницы, к которой Сарис ранее и принадлежал. Магией он не владеет, драться толком не умеет. Про навыки скрытного передвижения и воровства скромно умолчу, иначе бы Командир, да принесет ему покой Этериус, не стал бы вербовать кое-кого в банду, где из всей кодлы-братии, даже с отмычками была поверхностно знакома только Ксения. Рыжий Гурд поступал проще - рыча сносил с петель запертую дверь. Топором... Все же, в определенных ситуациях от Сариса был прок: например, он мог словесно облапошить кого угодно. А еще виртуозно умел пить, петь и материться, что, кстати, никак не помогло ему в одном скользком дельце, когда раздобывший уйму полезной для Ворона информации, наш растяпа угодил к страже за решетку. А угадайте ка - кого послали освобождать эту тощую серую задницу, влипшую за "крупное хулиганство"? Ворон в тот день особо не мудрствовал с планом спасательной операции, рассудив, что воровать людей, лично для меня, столь же плевое занятие, как и стянуть бриллиантовое колье из будуара спящей леди. Зря он так. Одно дело, когда ты изящно перемещаешься от тени к тени под носом тюремщиков, быстрый и бесшумный, благодаря грамотно размещенной воровской поклаже, но совсем другое, когда за тобой плетется жалобно канючащий раздолбай, даром, что сам он данмер и вполне сливается кожей на фоне темной комнаты. Лично мне, Сарис был полезен, как телеге пятое колесо. Болтливый, настырный, с характером вечного ребенка и тупыми шуточками... Но жизнь без него действительно скучна. Остроухий сплетник был действительно хорошим слушателем, заводилой и душой компании. Могу ли я назвать этого эльфа другом? Не знаю. Но, я всерьез привязался к нему, как бы сильно я не клял этот свой недостаток по отношению к чужим людям - одну из главных опасностей для настоящего вора. И не на эту ли встречу намекал Хрономаг, когда сказал о "втором шансе на искупление грехов"? - Сар, - я нарушил долгое молчание, оглянувшись на спутника. - Пока мы не слишком удалились от города, можешь ответить на пару вопросов? Давно ты в Анвиле? - Дня четыре где-то. До этого, месяц на Стирке, периодически мотался туда-сюда между портами, матросом команды грузового судна. Прикинь, они там какие-то айлейдские руины раскапывают, ученых понаехало - тьма! - Тогда ты точно видел в портовом городе эти объявления о розыске. А в кварталах за крепостной стеной? - Точно! - выкрикнул он, хватив ладонью по лбу. - 1.3,14ъ@Rё№№ы~ мой котелок! с этого и надо было начинать! Сам я, в этих "портретах" ваше светлое личико спервоначалу не признал, да и откуда? Художник-k*@`№!c, ясен-пень, скотина без таланта; таки здесь, в Анвиле, ты особо не отличился перед стражей. Но дело выходит-то гнилое и еще как! Там жеж в краткой характеристике указаны все твои позывные. Ну, клички то-есть. - Да, выглядит странно, но вполне обоснованно: они могли поднять связь с Имперским Городом, а там, уже и Гильдия Воров подложит свинью по старой памяти, передав собранное на меня досье. Но Анвил... Слишком далеко; или старые знакомые стали искать меня по всем городам? - из тихого монолога мурчащего голоса вырвала резкая рука Сариса, оказавшаяся на моем плече. - Да п0Y@~ на твоих "знакомых"! - остановив меня, эльф заговорщически приблизился. - Псевдонимы, вот где никс-гончая зарыта! Все указанные, они все использовались тобой для работы на Ворона. Уж что-что, а память у меня хорошая: Командир, да и все прочие, никогда не распространялись о твоих операциях, представляя посредникам, картографам и заказчикам сведения, что у нас есть, внимание: несколько! крутых воров, ё6ж@Ъ} их к Ноктюрнал под одеяние. И утечек не было от слова совсем, даже по таким пустякам, как псевдонимы, чья "легенда" закреплена якобы за абсолютно разными людьми. Ты жеж у нас работал на комнатных условиях! Тут он был прав. Некогда, у нас была хорошая агентурная сеть, слаженная работа по созданию "легенд" для сокрытия личностей товарищей и множество других приемов, позволяющих действовать из тени. Мы не были простой бандой, грабящей на глухих дорогах - мы играли по крупному, ставя груды золота и весомую власть в преступном мире, против великих рисков. Пока кинжал в дрожащей руке не оборвал триумф прошлых дел. В моей ли руке? - Одно из двух: могли встрепенуться Клинки, которым я немного насолил в свое время, или это кто-то из своих. Понимаю, насчет столь больной темы... Сарис, кроме нас двоих и Рыжей еще кто-нибудь жив? После того дня... - слова с трудом подбирались на отяжелевший язык, а поджилки прошибло леденящим страхом. Нет, Сар не знает, не мог знать, ведь в тот холодный день никого не осталось. Только дрожащий от ужаса свершенного предатель и воистину везучий данмер, прибывший немногим после расправы. - После второй вылазки в Башню Белого Золота, когда ты попался страже, Рыжик уехала из столицы. Куда-то на север, может быть, в Бруму? Не злись на нее, тогда жеж было не до твоего вызволения, тут бы в суматохе самим ноги унести. Я сам забашлял Гильдии Магов за телепорт в Анвил. Остальные... Ты же сам видел, как там поработали кинжалы Темного Братства. Мы с Соней отлучались в город, Кассия пропала за пару недель до этого. Нет, нас трое, но за Рыжика я готов ручаться - она не предаст и не попадется. Уныло и протяжно ветер гнал песнь через прорехи домов, клубился в канавах и водосточных трубах. Это не было предвестием шторма, просто мглистый пасмурный день силился разогнать облака. Мы остановились в полусотне ярдов от береговой линии, отделенные от волн обрывистым спуском. Глубоко вдохнув мокрый воздух, я прикрыл темнеющие глаза, когда быстрый рассказ Сариса отодвинулся на второй план. - ... Кассигния? Сдается мне, через нее на нас и вышли. Ворон был в хороших отношениях со спикером Братства, но даже так, сдается мне и Лашанс не всесилен. Я немного слышал о вышестоящей над спикерами Черной Руке, именно эти ребята и разруливают все дела Братства; вроде их верхушки? Конченные психи. Я наводил справки о пропаже, но девушка впрямь-таки провалилась сквозь землю. Скорее-всего, в буквальном смысле догнивает парой метров ниже земной тверди. Да-а, серджо, больная тема. Ты и без того разрывался между ней и Лили, но потерять обеих... Эй! Не падай, ты чего?! Неужели, опять? Беспамятство обрушило на меня кашу рваных обрывков прошлого, воспоминаний, снов. Вынырнув оттуда я уцепил лишь бесполезные фрагменты поблекших картин, прежде чем опознал в двух пульсирующих алых точках проступающие глаза Тадрейна. Судя по возвращающимся ощущениям, он придерживал оседающего меня, вместе с тем, яростно ругаясь сквозь зубы: - Нет, ну не ъ0^%0@% ли я? Довести друга до ручки в самый его день рождения?! Видит Азура, я... Терр! Терральт, не пугай меня так! Скамп, да у тебя жеж жар поднялся. Срочно лечиться! Сейчас, достанем эликсир целебный, для хвори всяко губительный, жизненных сил придающий! - Зелий исцеления нет, пес, - хрипел я, на локте приподнимаясь с отсыревшей земли. - Ты откуда про мой день рождения узнал? - Да пY(0` на эти зелья! Ты жеж сюда поглядь! - в голове совсем прояснилось, а перед носом плескалась мутно-коричневая, с оттенками бордового металла жидкость, заключенная в прозрачную стеклянную бутыль. - Настоящий. Пиратский. Ром! Полгаллона и мы с тобой на небесах! - Дрянные у тебя шуточки, Сар. Ты часом не тайный самоубийца? - Нет, ведь жизнь хороша! Хотя и дерьмо редкостное. Это про жизнь. А напиток отличен тем, что усосав по литру на брата, ты очутишься в Этериусе, средь ярого вдохновения поэтических образов и любвеобильных аэдрических дев. Ведь в Этериусе только и разговоров, что о море и о закатах! Там говорят о том, как чудесно и здорово наблюдать за огненным Магнусом, как он тает в волнах... и еле видимый свет, словно от свечи, горит где-то в глубине... Кстати, ужель не запамятовал ли сам юбиляр, сколько стукнуло ему? - Двадцать пять, - сопя я вконец поднялся, уцепившись за протянутую руку. - Даэдров ты болтун: устроить пирушку, когда за мою голову такая награда... - Нет, ну таки если ви предлагаете провернуть аферу с подставной сдачей, да обрадовать доблестную стражу, шоб они были здоровы, я таки "за", двумя руками! Или що, надо ли такое делать? Що, совсем с мозгами поругались: Тера, пока ви будете выбираться из тюрьмы, весь праздник - тю-тю. Но на такой барыш, да и не стыдно будет заглянуть на чашечку чая, таки со сладким рулетом и таки к нашей доброй графине! - А-а-а... Прекрати! Просто пойдем, сядем на берегу и упьемся в ржавый металлолом. Но сумку мою понесешь ты. - А таки що там лежит? - Деньги. На новую куртку, кинжал, стрелы и прочие мелочи. Знаешь, где в порту мне можно достать все нужное? - сдав данмеру увесистую суму, я был спокоен за нее на все сто процентов. У своих Сарис не ворует, если, конечно, сможет решиться и стянуть понравившуюся вещь. Для таких случаев у него есть я. - Таки в чем цена вопроса? Есть один надежный чел неподалеку, но я имею Вам кое-что сказать... - Да, Сарис, да - за опохмел я тоже заплачу. Остроухий ты вымогатель... Казалось, что с каждой секундой окружающее погружается в странный сумрак тумана, пришедший со стороны волнующегося моря. Нет, попросту уходил свет последнего осеннего дня, приоткрыв горизонт облаков, чтобы вот-вот дать волю свету солнца, нисходящего в водную пучину. Свинец волн забрезжит желтоватыми искрами, а лучи Магнуса мягко пощекочут уставшие глаза. Приникшая к земле, мертвая трава бушевала не хуже морских бурунов, метающих пенные барашки о камни береговой линии. А через ее сухой шелест отяжелевших и ломких стеблей, мы шли рука об руку, снова замкнувшись личным молчанием. Оглянулся на друга: Сарис свел взгляд к едва протоптанной тропе, размышляя о чем-то своем, честно и исправно нес чужую поклажу через плечо. С развевающейся полой прижатого плаща, крест-накрест перепоясавшись ремнями сумки и колчана, он позвякивал при пружинящих шагах своей шаркающей походки. Ветер трепал шевелюру, душил застежкой плаща-паруса, даже сорвал мешковину с меча, впрочем, уже бесполезную. С бутылью рома в левой и держа ножны у самой крестовины рукой правой, я смотрел не под ноги, нет... Более всего, ждал момента солнечного явления, быть может, его последний визит до самого праздника Новой Жизни, спустя темный Месяц Вечерней звезды. Только у самой воды, данмер взглянул вверх и улыбнулся. Не ехидной усмешкой редкостного прощелыги, что была ему так свойственна, но чем-то неуловимо детским тянуло от этого выражения приподнятых уголков рта, ведь только дети в этом мире могут искренне и по-настоящему улыбаться... Переглянувшись, сели, как по команде. Он скрестил ноги, уже из такого положения избавившись от ноши моих вещей, а я силился сдернуть пробку с узкого горлышка пузатой бутыли. - Хех, смотри, как надо, - Тадрейн изъял непокорный сосуд, сбив половину горлышка одним резким ударом ладони. Предупредив мои возражения о питье с края острого стекла, вальяжно вытащил пару кубков из карманов теплого кафтана. Следом же, появились кисет и курительная трубка. - Заметь у такого удара ребром ладони, корни аж от настоящих акавирских мастеров! - Правда? А я что-то не заметил, будто бы в Акавире открывают бутылки сакэ таким способом, - насмешливо пробормотал я в ответ. - Шутишь?! Да таким ударом можно человека обезглавить! Ну, так тренер сказал. Это жеж акавирский рукопашный бой, владея им можно побить целую толпу пьяных нордов! Ох, Терр, сидишь и ворчишь, словно бы сам на Акавире побывал... Выпьем? - Давай, - пространно хмыкнув, стукнул деревом чарок. Сладковатая жидкость обожгла глотку, осев в желудке теплым согревающим комом, перед этим, здорово вышибив слезу из глаз. Шумно втянув воздух через рукав, Сарис принялся сноровисто набивать трубку. Отдышавшись, взглянул на небо. Странное-странное небо от чьего созерцания меня оторвал все тот же Сарис. - Ты, помнится, что-то говорил о "старых знакомых". И Клинках, которым перешел дорогу? Ска-а-а-амп... Я и без того смотрю на тебя, как на ожившего мертвеца, призрак бурного прошлого, но такими темпами ты можешь и впрямь дать дуба, с чужой-то помощью. Так-что, давай, выкладывай. Вот, выпьем еще по одной и можешь говорить. - Тебе сначала и нудно, или все самое интересное? - опрокинув кубок с ромом, я поперхнулся и надрывно закашлялся от излишней крепости напитка. Ох-х... Как он может спокойно пить такую дрянь? - Информативно, - скрипнул Сар, прикуривая трубку от горящего пальца. Пожалуй, это был единственный магический трюк, которому он обучился в свои пятьдесят, после двухчасовой возни с учебниками, свитками зельями и прочим необходимым для выявления магического дара. А теперь, угадайте: кто был его "учитель", сам еле-еле разбирающийся в прикладной магии? Естественно, что способ добычи волшебных диковин был не совсем законным, зато потраченные на лоботряса нервы я компенсировал звонкой монетой с продажи оборудования. Тадрейн внимательно выслушал первую часть быстрого рассказа, охватившую все: от холодных казематов столичной тюрьмы, до ночных улиц неприветливого Скинграда, от смерти Императора и до вылазки в Калдью. Он и впрямь умел быть хорошим слушателем, вовремя предлагая промочить пересохшее горло добрым ромом. - Так... Ты убил Императора? - в конце-концов задался он вопросом. - Нет, там поработал один из психов в алых мантиях. Или багровых? Не различил, ведь ночное зрение получил много позже. Мог бы и сам составить компанию дедушке Септиму, но вовремя подоспел один из Клинков. - Тогда все сходится. Этот... Джоффри? отпустил тебя, располагающего важной информацией, касательно наследника Киродиильской Империи! А вдруг, "красные фанатики" тебя поймают или жеж к себе завербуют? Выходит, вся секретность каджиту под хвост. - Тут тоже без мыслей. Доберусь до Кватча, а там посмотрим, будет ли в соседнем графстве известно мое темное имя и какая награда назначена там... - Куда путь держишь, кстати? - Имперский Город. Скорее всего, мимоходом. Право слово, если на хвосте и впрямь сидят Клинки, лучше всего будет осесть в Чейдинхоле. Там легко затеряться, среди всякой швали, но еще больше богатеньких людишек. - Коррупция? Хе-хе, тамошние "сливки общества" будут ворами похлеще тебя! Ладно, давай, что ли по одной за встречу? - данер щедро плеснул крепленого по кубкам. Я же почувствовал, что с трудом могу сфокусировать глаза на одной точке. Весело пыхтя трубочкой, Сар потянулся кверху, щурясь на появившийся свет закатного солнца. Неровное желтое пятно в облачной прорехе знатно окрасило берег в грязно-песчаный свет, метая от нас бледные тени. - Не против, если следующий эпизод твоей увлекательной жизненной истории услышим чуть-чуть позже? Но таки понятия не имею, как ты за месяц доехал от столицы до Анвила, хотя... Телепорт? А, скамп с этим, лучше поведай мне сказ о мече! - Каком? - недоуменно вскинулся я, последующим жестом Тадрейна осознав его интерес к портовой находке. - Честно сказать, я не спец, - кусая мундштук трубки, эльф вертел в руках полуторник, отложив в сторону ножны, - хорош ножик. Новенький, зазубрин и сколов нет, знач в бою не был. Сталь бы проверить... Да, кстати, он жеж военный! Заточку видел? Явно не "гражданский". Таким только латы прошибать, конец острый, как нож в масло войдет! Хотя, все фигня, показуха чистой воды, как вы этими штуками в воздухе крутите-вертите. Нет бы взять и @%#YЪ\, просто и по мужски. - в подтверждение, Сарис показно поправил заткнутый за пояс корабельный топор. - Допстим, пластины доспеха мечом не пробить, с-собенно, ударом колющим. Надо целиться в забрало, под тассет, кроющий подмышку, в пах или внутреннюю сторону коленной чашечки, ежли там броня не "створчатая". Кас-саемо же описываемого тобой приема - удар с использованием рычага - основопол.. основополагающия святыня рубки на бастардах. Он незаметнее, быстрый, экономит силу, время, дыхание... Да много чего! Вы, пираты, в фехте смыслите, как я в написании картин! - Эй! Эй! Не кипешуй! - данмер мягко похлопал по левому моему плечу. - Ну ты прямо рыцарь, может еще имя мечу дашь? - Было бы неплохо, - мир резко размывался при быстрых движениях глаз, но мне не нужно было ничего более существенное, чем баюканный на коленях, пока безымянный меч, да стекающее с небосвода солнечное пятно. Небесный скиталец, король воздуха все не желал утихать, завывая в самые уши, прогоняя над горизонтом плотную пелену, любезно оставившую полоску почти чистого неба, столь удачную для прощания с солнцем. Чего я хотел, к чему стремился? Куда я собираюсь идти, когда весь мир встал против меня? Зачем все это... Зачем придумывать глупое имя для глупого меча, в мире, где уже не вернуть мертвых, не вернуть истекшее время, отведенное для псевдо подобия счастья, некогда казавшееся временем пустым и суетным. Чтобы спустя жалкий год напомнить о себе мрачной тоской о фрагментах прошлого, рвущего сердце? Зачем я не умер еще тогда, в Синих Водах, едва-едва не подобравшись к истине? Нет, совсем неважно кто я - ведь мы же живем только для того, чтобы удовлетворять свои желания. И главное из них... Умереть. Вновь увидеть то, сокрытое за изнанкой жизни, не чувствовать себя опустевшим в мире живых. Но прежде, я воспользуюсь шансом Хрономага, хотя бы из любопытства о возможностях уготованного "будущего". Использовать этот меч, в качестве инструмента, гаранта того, что я не буду убит раньше срока - это кажется дельной мыслью. И имя... Мертвое и живое. Любимое и ненавистное. Несущее наслаждение и боль от одного произнесения. Неизвестное, страшное, предательское... Ее имя. - Кассигния, - тихо вымолвил я, едва не скатываясь в шепот. - Пусть будет так - "Огонь хранящая", что со староимперского. - Ну ты даешь! - ошалело крикнул друг. - Просто верх куртуазности - назвать оружие именем мертвой бабы. Только не обижайся и на дуэль не вызывай, но подобное твое поведение, кроме как жестким недотрахом, оправдаться не сможет. Ой-й-й, о чем я? Терр, пошли ка мы дальше, все одно, скоро стемнеет; там и холодно станет, глазом моргнуть не успеешь. На, допивай, тут на донышке. - Куда мы? - приникнув к сколотому горлышку я почти осушил огненную жидкость, чувствуя приближение неприятных последствий от выпитого без закуски. - Погреться. В бордель. С последовавшим душераздирающим кашлем я конкретно так поперхнулся ромом. Древний алкоголик опять взялся за свое? Определенно. И, знай я в тот момент, чем эта история закончится, тотчас же быть драке. Причем, оторванные в склоке уши будут серыми и заостренными, с золотой серьгой в одной из них... Том 1. Первая глава Том 1. Эпилог Том 2. Глава 2 - Танец яростных порывов