ЛИЛИТ
- Хорошая, - кивнул Адам. - Очень. Она замечательная хозяйка и мать, она никогда мне не перечит и знает свое место, она всегда уступает мне первенство. Я чувствую себя с ней сильным и мужественным. Но каждый раз, когда близится полнолуние, я начинаю тосковать. Мне не хватает твоего бушующего пламени, и шторма, и схватки, и соленых брызг в лицо, и звезд, которые вспыхивают и гаснут. Тебя, Лилит. В Еве этого нет. Она другая - тихая, нежная и спокойная.
- Она такая, какую ты попросил у Творца, - заметила Лилит. - Видимо, это все, на что ты способен. Легко казаться сильным рядом со слабой женщиной, и напрягаться не надо. Да, Адам?
- Хочешь сказать, что я оказался слабаком?
- Есть другое мнение? - широко усмехнулась она.
- Ты порождение Тьмы! - взревел Адам, вскакивая с места. - Ненавижу тебя, рыжая дьяволица! Я уничтожу тебя!
- Погибнем вместе, - медленно сказала Лилит, и глаза ее вспыхнули серебряным лунным светом. - Если не испугаешься Тьмы…
И случилось то, чего Адам боялся и ждал каждый раз, приходя на этот берег. Огонь костра, нестерпимый лунный свет, сияющие глаза Лилит, разметавшиеся языками пламени рыжие волосы - все это смешалось, взорвалось и затопило его мозг сладостным безумием.
Он никогда не мог внятно вспомнить, что бывало потом. Только мечущиеся тени, блики и звезды и лунный свет. Только ощущение ее тела, горячих губ и разметавшихся рыжих волос. Только прилив невероятной, запредельной, нездешней силы. Они умирали и возрождались всю ночь, много раз, и каждый раз ему казалось, что они уже не вернутся оттуда, где летают их тела - среди света и звезд, в неведомых мирах.
Но рано или поздно наступал миг, когда неукротимое пламя переставало бушевать, успокаивалось, входило в берега. Демон отпускал его, и Адам постепенно возвращался в привычный мир.
Они лежали, рука в руке, и смотрели в небо.
- Ты уйдешь? - безнадежно спросил Адам, глядя, как тает и бледнеет предрассветная тьма.
- Конечно, - отозвалась Лилит. - До следующего полнолуния.
- Почему ты все же приходишь ко мне? - спросил Адам.
- Потому что я люблю тебя, глупый, - нежно улыбнулась Лилит. - Я всегда буду любить тебя, ведь ты же первый мужчина на земле.
- Почему, ну почему нельзя, чтобы в одной женщине были и лед, и пламя? Чтобы она была независимой и покладистой одновременно? Чтобы была и сильной, и слабой? Чтобы в ней были и нежность Евы, и твоя страсть, Лилит?
- Ну почему же нельзя? - удивилась Лилит. - Все можно. Наши дети… Они будут взрослеть, населять Землю и создавать пары. У них тоже будут рождаться девочки, и в каждой из них проявится частичка Евы, созданной из твоего ребра, и Лилит, порождения вольных стихий. Это будет Истинная Женщина, в которой сольются внутренняя свобода и способность подчиняться. Так будет, я знаю.
- Счастлив будет тот мужчина, кому доведется испить из этой чаши, - тихо сказал Адам. - Жаль, что это предстоит уже не мне.
- Жаль…
- Я скучаю по тебе, - мучительно выговорил Адам. - Мне хочется, чтобы ты была моей всегда, каждую секунду. Когда ты рядом, я наполняюсь силой. Я не хочу тебя отпускать.
- Вот поэтому мы и не можем быть вместе. Если не давать свободы моему пламени, оно начинает буйствовать и становится опасным, ты же знаешь.
- Я знаю. Я ненавижу тебя за то, что ты свободна. За то, что так красива. Ненавижу себя за то, что каждый раз так жду полнолуния. Зато, что жажду тебя, демон. И за то, что не могу тебя подчинить.
- Слишком много ненависти, Адам. Зря ты тогда съел тот плод… Там, где нет Добра и Зла, нет и ненависти. Только чистая энергия Любви.
Адам смотрел, как, не оглядываясь, уходит по бледной лунной дорожке золотая Лилит - его первая женщина, строптивая подруга, так и не ставшая женой. Только рыжие волосы мечутся на ветру, напоминая о погасшем ночном костре.
***
Адам вернулся рано утром, неся сетку с рыбой. Ева из-под руки смотрела, как он подходит к их жилищу, и ей казалось, что он стал выше ростом и шире в плечах, и был спокоен и умиротворен. Как всегда после полнолуния.
Она ни о чем его не спросила, забрала рыбу, потом накормила мужа, и день покатился как обычно - в делах и хлопотах. Адам был сегодня мягок и ласков с женой, возился с детьми и учил их работать с глиной, и это было хорошо, уютно, по-семейному.
И только поздно вечером, когда Адам уже уснул, Ева вышла из дома и подняла лицо к полной луне. От луны струился неверный серебряный свет, и Еве казалось, что в нем угадываются очертания женской фигуры.
- Лилит, демон Тьмы, прошу тебя, дай мне твоего огня, научи меня, как быть желанной и страстной, как сделать так, чтобы Адаму было хорошо со мной, пожалуйста, подскажи, ведь он тебе не нужен, а я его люблю, и он мой муж, отец моих детей, ну пожалуйста, Лилит, - едва слышно шептала Ева, обращаясь к луне.
В это же время другая женщина, завернувшись в длинные рыжие волосы, как в плащ, сидела на берегу моря и шептала:
- Ева, дай мне хоть чуточку твоего терпения, твоего равновесия и умения понимать и прощать. Я хочу научиться уступать - ну хотя бы немного, чтобы Адам перестал меня бояться и наконец-то понял, что я не демон Тьмы, а живая женщина, ты слышишь, Ева?
- И да хранит его Создатель, - завершили свою молитву обе женщины, и спящий Адам улыбнулся во сне, словно услышал их слова, двух своих любимых женщины - Евы и Лилит.
Мутировавший легендарный солнечный зайчик?
Алые паруса! Ассоль дождалась своего капитана! :)
Симпатяжка!
Алися! Нельзя столько винта сразу! Голова с утра болеть будет!
Собачка. Даже если она зайдёт мёртвой, то уйдёт живой
Капусты много ест
Слово о туфлях - На Лабутенах, ах! И в офигительных штанах!
Чулки с мышкой хотеть
Вот и чудненько. Это будет сумасшедший мир...
Фуриоза, если много думать то будут морщинки, а это не комильфо. И тыкать пальцем в подбородок недостойно настоящей леди. :girl_crazy:
