OZYNOMANDIAS

Так. Ребят, поменьше эмоций, ну :з Я рад, что тебе понравился Томбстоун, Фолс. Нет, правда, очень рад ^^ И я сочту за честь прийти в игру в качестве постоянного непися, НО: во-первых, мне нужно знать необходимость пребывания в игре, типо графика (и это важно); во-вторых, мне нужно также оттолкнуться от мнения других игроков (это тоже очень важно). Не хочу, чтобы с Грегори ассоциировались какие-то плохие ассоциации xD Следовательно, спрашиваю разрешения у игроков, и прошу подойти к вопросу с точки зрения своего мнения, а не с точки зрения учтивости и всего прочего. И я это решение учту, без обид и прочего шлака ^^   Не знаю, как это прозвучит, но мне интересно мнение других игроков-участников боя относительно вчерашнего. Шепу не понравился вчерашний деструктив, и от этого может сложится мнение, что вчерашний бой вообще всех не устроил на корню. Если другие игроки Диму в этом поддержат, то, мб, рационально предложить ему проводить бои? ^^ Не в обиду Фолсу, нисколько, а просто ради эксперимента можно отдать следующий бой в руки Шепа, если он, конечно, согласится. Если результат и Мастера, и игроков устроит, то проблемы такого плана сойдут на нет.   Верина – если бы мои "пинки", которые были просто легким указательным касанием носка туфель, отбирали бы хп, то я бы мог задуматься об их целесообразности :з Я совершенно не бастовал против нанесения урона моему персонажу, и это вроде было видно, и в моментах для продолжения скромного развлекательного литературного отыгрыша искал лазейки для продолжения игры, это верно ^^   И да – Звезд, нееееет! :с

Подземелье опустело. Шум битвы утих, позволяя выжившим зализывать свои раны и подсчитывать принесенный ущерб. Пепельно-серая пыль, перемешанная в воздухе с красной кирпичной крошкой, степенно оседала на разбитый интерьер. Тут и там валялись книги, уставшие разломанные шкафы, обгоревшие куски мебели; стены, исполосованные заклятьями и когтями сумасбродных вампиров, молча взирали на безумие войны, пока под одной из них пытался сделать вдох один из её сыновей. — Кх-х, — раздалось из-под завала, и среди кирпичей показалось очень недовольное лицо мужчины. — Кх-хакого... — попытался выговорить он и закашлялся, дрожа всей грудой поломанного стройматериала на себе. Сломана правая рука. Судя по боли в плече, в осколки превратилась левая ключица. Пара ссадин на лице. Кровь. Скрипящая на зубах пыль. Деликатес. Томстоун тяжело поднялся, пытаясь отряхнуться от грязи, и согнулся пополам от сдавленного кашля. Пальцы правой руки, похоже, разом испытали друг к другу приступ ненависти и разогнулись в разные стороны, изображая ряд нестройных веток дуба. Обтерев тыльной стороной ладони лицо, Грегори нашарил в завале выроненный "глок" и кое-как запихнул его за пояс, обнаружив, что телефон и рация распались на досборочное состояние.  — Бинго, — поморщился он, оглядываясь. Бесполезно – видел он теперь чуть дальше вытянутой руки, и не вполне понимал, кто победил в заварушке до его выхода из игры. Кажется, раненой девушки в состоянии шока не было – а это значит, что она ушла самостоятельно либо при помощи друзей. Тела парня, который в попытке массажа сломал Грегу ключицу, тоже не было, и Томбстоун облегченно выдохнул и наугад поплелся к выходу. Непослушные ноги вновь не подвели его. Вырастая из пятой точки, они прекрасно тянули его в полную задницу.

Номад, за причинённый твоему НПС несогласованный урон я разрешаю тебе произвести в отношении Дилана какое угодно действие. Успешное по факту. Внимание! Очень сопливое сообщение, пронизанное субъективизмом и вообще ^^

- Уйду я отсюда только вместе с тобой! - Прошипела Мира, крепко хватая Томбстоуна за плечо. - Советую вести себя хорошо и не дергаться. Шок. Девушка пережила психическую травму, отчего у нее помутнился рассудок. Грегори был не уверен, возможно ли расстройство подобного рода у вампиров – если не считать этих чертовых малкавиан, разумеется, – но сейчас было далеко не время для диагностирования нового рода синдромов и прочего.  — Да-да, конечно, тебя никто не тронет, — огорошенно проговорил мужчина тоном, который намекал на спокойствие и сочувствие также хорошо, как Эйфелева башня намекает на Антарктиду. — Но там... Твои друзья, и им нужна помощь, — голос его стал настойчивым – девчонка не собиралась отпускать его, вцепившись в плечо покруче ротвеллера. Правая рука посылала в мозг истошные сигналы полного отсутствия работоспособности, и Грегори с усилием обнял девушку и прижал к себе, доставая левой рукой пистолет. Высунувшись из-за стены с раненой на шее, он сделал несколько выстрелов в сущности и с ужасом наблюдал, как еще одна вампирша не поделила территорию со все тем же парнем, нашинковывая его с усердием истинной женщины. — Бедняга, — протянул Томбстоун и вновь укрылся за стеной.

Тремерка привстала на коленях, и резко выбросила руку, словно указывая ею на Томбстоуна. Ментальный удар по смертному последовал немедленно и неотвратимо.   По облаченному в пальто Грегори со всего размаха ударило невидимой битой, пик которой приложился как раз по правой руке мужчины. Перед глазами резко завертелся мир, и Томбстоун приложился головой о пол, невидящим взглядом рассматривая замечательную кирпичную кладку времен какого-нибудь Влада Пронзателя Ибн Хоттаба, еще пахнущую тем родным плесневелым сыром и не отмываемой сыростью. — О-о-о, — издал он, попытавшись вдохнуть. Рука была сломана, пальцы, скорее всего, раздробило. Такое уже бывало, когда он пытался остановить выставленной ладонью желтую машину службы обеспечения электроэнергии, несущейся на всех порах. Видимо, призраки решили избавиться от докучающего им смертного. Ничего, не впервые. Пистолет пришлось переложить в левую руку, а зажигалку положить в карман. Вставая, он заметил, что девушка, которую он оттащил, привстала на колени и протянула ему руку, прося о помощи. — Черт, — скривился он и убрал "глок" в кобуру. Левой рукой схватив её ладонь, он потянул на себя, помогая подняться. — Ты как, цела? Уйти отсюда сможешь? Снеговик продолжал изображать предмет интерьера.

- Если я расскажу, мне придется тебя убить, - у кого другого это даже могло сойти за шутку. Но только не у Дилана. - И это не мои зверюшки. Предпочитаю девушек. Томбстоун скривил физиономию, изобразив смешение недоумения и презрения по высшей оценке актерского мастерства. — Ну. Почему. Мне. Всегда. Достаются. Бесполезные. Балаболы. Мать. Их, — выдавал мужчина, снаряжая пистолет новым магазином и передернув затвор. — Из тебя получается замечательная группа поддержки, скаут-черлидер, — саркастично проговорил он и высунулся из-за угла. Сделав несколько точных выстрелов в капюшоны теней, он вновь проклял всю эту чертову потустороннюю хрень и оскалился в негодовании. — И что мы будем ждать? Если станет совсем жарко, то я даже вызвать никого не смогу, — он знал, что его старенькая рация не пробивает такой слой земли, камня и наверняка предусмотрительно наложенного колдунства от "жучков" и прочей живности. — И вообще, надо оттащить её с прохода, — Грегори вновь пнул девушку и, взяв её под руки, заковылял назад.  Еще несколько бесполезных выстрелов в легких, как словенский творожок, призраков не привели к результатам. Краем глаза Томбстоун увидел, как один из вампиров в самозабвенном безумстве бросился раздирать товарища, отправив его в кому на обдумывание своего поведения. — Черт-черт-черт-черт, — сыпал проклятия и выстрелы мужчина, пока пистолет вновь не попросил добавки.

- Пожелание определенно направлено не в ту сторону, - решил все-таки обозначить свое присутствие Дилан. Суд по всему, что там происходило дальше по коридору ни капли его не волновало. Пока что.   — М-мать! — чертыхнулся Грегори и зажал курок. Направленный в выросшего из-под земли ублюдка "глок" озвучил происходящее сухим щелканьем.  — Ты вообще кто такой, чтоб тебя? — убрал пушку и вежливо поинтересовался Томбстоун, иногда поглядывая вниз, чтобы не отдавить пальцы лежащей девушке. — Что здесь вообще происходит? Это твои зверюшки? Позади него и, точнее, впереди по коридору происходила настоящая война. Вампиры, за которыми он следил, начали стопками ложиться на холодный пол подземелья, и на целых полторы секунды Грегори "Гроб" Томбстоун пожалел, что отправил в увлекательный паралич-тур этого вентру. — Что нам, мать его, делать? — деловито осведомился он и чуть толкнул носком сапога девушку. — Она, кажется, немножко захворала. Я вас прикрою, а ты посмотри, что да как.  

Лежащая девушка определенно была ранена, и Грегори уже в уме прикидывал, что за тварь раскидала толпу вампиров, как вдруг изо рта вырвался пар, а на ресницы чуть покрылись звенящим инеем. — Какого... — вновь выдохнул он и сухо моргнул. Глаза заслезились, но от открывшегося впереди зрелища не спасли. — Срань господня, что за хрень?!  Выбора не было – по крайней мере, этот долбанный коридор его не предполагал. Можно было двигаться только вперед, к верной смерти, и назад, к еще более верной смерти. Поэтому Томбстоун решил... оставаться на месте. — Гори в аду, ты, чертова тварь! — крикнул он и высадил обойму в один из длинных силуэтов в капюшоне. Он точно не помнил, что было в магазине – свинец или серебро, – но результат не заставил себя ждать: кажется, произошло замечательное, непоколебимое ничего. Томбстоун припал к стене. Где-то там впереди были очень недовольные призраки. — И хрен бы с ними.

Чуть шаркающие шаги рикошетили от стен коридоров капеллы, неловким эхом раздаваясь по этим импровизированным катакомбам. Томбстоун шел один: надоедливый вентру отдыхает в переулке, опершись на торчащий из груди осиновый кол. Безжалостные демоны ночи, сотканные из мрака твари подземелий, существа безграничной силы... — Абонент вне зоны доступа, — гоготнул Грегори, — временно заблокирован. Путь казался неблизким. Мрак сгущался до состояния дыма, а затем – неплотной марлевой повязки на глазах. Грегори морщился, словно от роя черных африканских мух, и недовольно пощелкивал зажигалкой, на несколько секунд озаряя себе путь. И, когда в проходе впереди него возникло лежащее тело, он быстрым движением сжал зажигалку в левой руке. — Какого... — протянул Томбстоун, вытягивая автоматический "Глок" из кобуры и поднимая дулом вверх. — Я вырежу у тебя на заднице свое имя, Кирст, если уже опоздал. Фигура в пальто засеменила вперед, чуть присев и напряженно глядя вперед. От скрипа его зубов, должно быть, потрескались стекла в паре десятков метров вокруг. *его моська, если что*

Желтый свет, пойманный в стеклянную клетку, раскаленно жужжал на тонкой вольфрамовой нити. В его слабом луче тихо парили пылинки, оседая на покрытом бумагами столе и разгоняемые тихим, сопящим дыханием мужчины. Он знал, что о нем ходят слухи разной степени свежести, от легенд до проклятий. Кто-то называл его карьеристом, другие – жертвой собственных неуемных амбиций, третьи – прущим напролом танком. Может быть, все они были правы, может, ни один из них – кому какое дело до мнения этих полуживых тараканов, до скота, средь которого бродят волки? Сборище баранов, верящих в астрологические прогнозы и слова мутного телеящика. Фигура зашевелилась, потерев глаза и оглядевшись. Лампа нахально слепила, и мужчина недовольно толкнул её в сторону, чуть не сбив локтем пустую бутылку виски. Самое сложное – это, пожалуй, новый режим. Ему и раньше не хватало времени, и перед распятием он просил о тридцати шести часах в сутках вместо двадцати четырех, а теперь, когда его нанимателями стали любители ночных посиделок, а дневная рутина продолжала точить когти о кипящую голову в светлое время суток, Грегори "Гроб" Томбстоун не слезал с кофе, энергетиков, виски и сомнительных препаратов психотропного действия. К счастью, организм пока не дал сбой, и мужчина, облаченный в привычное пальто, тяжело поднялся со своего места и большим пальцем нажал на небольшую кнопку лампы, легким щелчком обесточив её.   В холле отеля было пустовато. Достав сигарету, Томбстоун начал пристально изучать бродящих вокруг шабашитов. Он уже распорядился: посыльные должны были отыскать доставленных им вчера вампиров и привести к входу, чтобы отправится в тремерскую капеллу, и теперь человеку оставалось только ждать, пока торпор кровососов наконец завершится. — Ох, — раздался голос с напускным укором. — Сигареты, табак... Разве скот не дорожит каждой живой секундой, чтобы так глупо и бездарно их сокращать?.. — Извини, Кирстен. Я подумаю над твоим важным и авторитетным мнением, когда сегодня буду встречать рассвет, — дым проник в легкие, и Грегори стало несомненно легче дышать, а значит – легче думать. — Не хочешь поделиться со мной еще парой мудростей из-за закулис вампирской сущности? — Могу, — вентру подошел ближе, оглядывая человека. — Скоту не место среди хищников. Ты думаешь, что живешь в двух мирах, но на самом деле не живешь ни в одном из них. У тебя нет дома. Нет друзей. Нет клана. Только твой авторитет и редкая улыбка фортуны. Ты всего лишь человек, Томбстоун, и ты понимаешь, что влез не в ту игру со смертью. Мужчина усмехнулся и выдохнул кольцо табачного дыма прямо в лицо блондину. — Запомни, Кирстен: все это дерьмо с обращением, вампиризмом и прочим – полная хрень. Это песочница посреди детской площадки, в которую сажают только ссыкунов, не способных скатиться с горок или влезть по канату вверх. Стало понятно, что реальную жизнь на уровне "hard" вы не тянете, и некоторым счастливым неудачникам этот уровень переключили на "easy", со сведенными до минимума потребностями и абсолютной свободой в плане ответственности – только для того, чтобы дать вам хотя бы шанс. Но даже при всем этом, — он поправил рукав, оскалившись, — вы все равно к чертям облажались. Потому что все вы хреновы неудачники, Кирстен, — пепел с конца сигареты легко падал на пол, пока Грегори тыкал ей в воздух, указывая на вентру, — и неудачниками останетесь. Просто очередной хреновый прикол Господа, веселый розыгрыш с морем конфетти и дурацкими клоунскими костюмами. Это, засранец, вся ваша игра со смертью? Парни из Косово, которые оборачивались в матрацы для избежания обнаружения на термодатчиках и последующеего обстрела, сейчас бы хохотали взахлеб. Томбстоун докуривал.

Кстати, Фолс, а я могу отдать кого-то из своих солдат для сопровождения похода в капеллу? В конце концов, Галбрайт для этого в Словению прилетела :з

— Замечательно, — протянула Галбрайт и медленно пошла к выходу. — Я предупрежу охрану о вашем статусе, но ведите себя достойно – это все-таки Шабаш, и для вас писан тот же закон, что и для остальных. Сейчас я отправляюсь в люкс на последнем этаже, и, должно быть, пробуду там. Вы же занимайте любые понравившиеся комнаты – может же Кардинал позволить себе снять отель целиком, не так ли?.. Женский силуэт исчез из зала, а вместе с ним – и две немертвых твари, Аурига и Маммон. Рубиновые лучи начали медленно угасать, и единственным источником освещения оставались прогорающий камин и пара свечей. Допрос был окончен.

Да, может быть, эта раболепность была наиграна – но что, если не страх перед силой, страх перед смертью толкает нас хотя бы на такую плохую актерскую игру? Кто-то уже бездыханно лежал на полу, кто-то сбежал, проскочив мимо охраны и оставив своих друзей даже без чарующей силы невидимости. Другие стояли пред ней, только что наглые хамы, считающие, что им дозволено все, а сейчас – вампиры, придавленные колесом древней иерархии и жестокостью грубой силы. — Нет, — вымолвила она, разглядывая янтарные песчинки в воздухе. — Мне не нужны секреты вашего клана, ибо учиться нужно только у сильных. Прося пощады, вы признаете свою слабость, а значит предлагаете свое служение, — Галбрайт встала со стула и медленно прошла вокруг стола, указательным пальцем ведя по поверхности. — Ваш невоспитанный, бесконечно грубый и уверенный в себе малкавиан не так уж заблуждается. Я не та, что была раньше, и, к сожалению, меняюсь не в лучшую сторону с каждым днем. Трудно управлять сектой, будучи больной... Особенно сектой, где не терпят слабых и хворающих. К счастью, — она обошла стол с другой стороны и остановилась, глядя на вампиров, — не всякому хватает наглости вот так прожигать взглядом своего кардинала. У всех свои секреты. Галбрайт отошла к окну и дотронулась до занавесок. Алый шелк задрожал от поглаживаний. — Сложно доверять магам – например, тремерам – после такого "подарка". Особенно, если учесть, что ты не знаешь, кто подложил его тебе под рождественскую елку... Как я уже сказала, мне не нужны ваши секреты. Мне нужна ваша служба, если мягче, то помощь. Найти того, кто наложил это, кто хочет, чтобы я дала слабину и подставила слабое место. У меня немало врагов, особенно – среди друзей, но я понятия не имею, кто обнаглел настолько, чтобы претендовать на мое место, да еще и пользуясь... такими методами. Кардинал резко обернулась и вновь оглядела Сородичей. Лицо её было абсолютно флегматично. — Сейчас вы согласитесь помочь мне, и тогда я обещаю вам безопасный ночлег здесь и свое покровительство как Кардинала Шабаша. Любая помощь будет оказана вам по мере сил как сейчас, так и в будущем. Я умею держать свое слово и помнить тех, кто помог мне хотя бы однажды. Если нет... Ну, тогда я вас всех убью. Мне не нужны те, кто может распространить эту информацию среди моих врагов, сами понимаете. Маммон и Аурига хрипели, стоя среди вампиров. Мелинда Галбрайт, скрестив руки на груди, смотрела сквозь гостей.

Неслыханная наглость. История рассказывает нам, как за неслыханную наглость приносили дань дней, отрубая несколько голов из десятка людей за каждый день, потраченный завоевателями на осаду. Водопады засохшей крови на стенах покоренных городов должны были омыть высокомерие каждого из жителей. За неслыханную наглость вкапывали по шею в землю и надпиливали шею тупой бамбуковой пилой, предлагая каждому проходимцу зубцами помочь внести виру за злодеяния закопанного.  Неслыханная наглость должна быть отомщена.  — Маммон, — одними губами произнесла Кардинал, выцепляя коготками яблоко со стола и надкусывая его.    Преданность. Смирение. Покорность. Гнев есть продолжение лезвия. Особь, что извратила сущность неединоутробного брата. Она должна заплатить, госпожа. Она уже платит: мои когти полоснули ее наотмашь, разрывая плоть и воздух, разрывая саму сущность материи. Она платит. Но мне всегда мало. Вам всегда мало, госпожа.   Надкушенное яблоко, проникая сквозь свет, легко ударилось во второго стража и покатилось по мрамору.   Я - Аурига. Я слеп, ибо ярость слепа. Я уже забыл, как выглядит мир, и не уверен, что видел его когда-нибудь вообще. Мне плевать на мир. Я окропил бы его кровью, чтобы он пах гниением. Этот зверёныш, гангрел. Думает, он глава прайда, считает себя самцом. Щенок. Моя конечность разорвет его на куски. Она всегда разрывает таких, как он.

Кардинал прищурилась, глаза её на секунду полыхнули гневом и мгновенно остекленели. Вся эта грязная свора не просто не проявляла к ней ни капли уважения – нет, они практически открыто презирали её, нахально рассматривали и даже разрешали себе смотреть ей в глаза. Это были щенки, попавшие к длинной незнакомой змее и решившие, что без клыков она безопасна. И щенков, как и других животных, можно приручить только болью. Болью и жестокостью. — Аурига, забери у нее пса, — громко сказала она, игнорируя ментальную связь. Тварь, собранная из гниения и сшитая металлом, с хрипом прошла вперед и остановилась прямо перед истинной брухой с щенком на руках. — Отдай пса, девчонка, — проскрежетало существо, расцепляя когти. Рубиновая пыль темнела и осыпалась багровым дождем.

Otel! На карте так написано! 

Кардинал неподвижно сидела на своем месте, созерцая переливающиеся оттенки алого на каждом из её новых гостей. Каждый из них говорил больше даже тогда, когда решительно отказывался говорить, и для Галбрайт это обычно было чем-то вроде судоку движений и мыслей: нужно только подставить правильные цифры, и вуаля – мотивы, причины, следствие будут как на ладони. Конечно, при упоминании этой стервы-ласомбра, коей являлась Архиепископ, у Мелинды появилось ненавящевое желание немедленно познакомить эту Мурану... Мерину... эту особь с Ауригой или Маммоном. А потом и всех остальных ночных гостей. Устроить так называемый "шведский стол" с элементами БДСМ-борделя. — Да-да-да-да, — она изящно изобразила зевок, прикрытый ладошкой. — Опять тремеры. Уже четвертую ночь в моих покоях бродят эти не прикованные разговоры о проклятых магах, выкинувших очередной фокус. Неужели они были настолько популярны? Вы – группа их искренних фанатов, верно? Думаю, в таком случае этого зайца для меня вы могли бы убить.

Каждый выходивший, заботливо сопровождаемый двумя-тремя красными метками лазерных прицелов, не менее радушно брался под руки бугаями в бронежилетах, которые провожали гостей города до задних сидений. Фигура в пальто, потирая очки и выпуская дым сигарет, следила за каждым новым вампиром, пытаясь подметить мелкие детали. Дважды хлопнули штурмовые винтовки и зазвенели стекла, отправляя любопытствующих людей в путешествие по другому берегу. — Не порок, верно, — задумчиво произнес он, надевая на нос очки. Последние из свидетелей, получив пару случайных оплеух, были брошены в авто, пока трупы укладывались в багажник каждой из машин. — Официальная версия – взрыв газа, пожар. В пожаре никто не будет искать следы от выстрелов. Распорядитесь, чтобы ближайшее пожарное отделение не получило вызов. Желательно повредить телефонную вышку в этом районе, дать огню достаточно разгореться... — раздавал указания тип в пальто, усаживаясь в головной автомобиль. — Не рыпайтесь, иначе составите компанию ребятам в багажнике. Шабашу ничего не стоит растереть вас в пыль и пустить по ветру. Теперь едем. Grand Otel Ocean. Через пару минут езды позади раздался оглушительный взрыв, изрыгнувший в ночное небо столб яркого пламени. Мужчина в очках едва слышно хмыкнул.   Их заводили через черный ход, чтобы голодные до зрелищ глаза уличных проходимцев не получили хлеб в виде десятка бойцов специального назначения, ведущих цепочку каких-то клоунов в отель. В спину каждого из них смотрело дуло, помогающее переключиться на следующую скорость в случае проявления недостаточного стремления в знакомстве со знаменитостью Шабаша, кардиналом Мелиндой Галбрайт, этой испанской тореадоршей из самых глубин Ада. Хмурый тип шагал впереди них, желая лично доставить трофеи с этой небольшой войны. — Кардинал, — открыл он одну из дверей. В приоткрывшейся щели виднелся огромный дубовый стол и красные занавески. — Свидетели случившегося, как было приказано.  — Даже не по частям? Ты меня удивляешь. Заводи.   Обеденный зал. Черный мрамор, укрытый местами в красный ворс. Демоны, пляшущие на ножках стола. Окровавленных и исцарапанных ножках стола. — Стрельба на территории Шабаша – это полбеды, — проговорила Галбрайт, пока за ее спиной хрипели изуродованные телохранители. — Если вообще беда... А вот "Валькирия" здесь, охотящаяся на каких-то новичков – это интересно. Надеюсь, трепетесь вы также хорошо, как и попадаете в дерьмовые ситуации. Иначе – ну, может быть и хуже, — она сверкнула глазами и замерла, осматривая мерцающий в свете фонаря шелк.

Воцарившуюся ненадолго тишину безжалостно разорвали визжащие снаружи тормоза, а затем – топот доброго десятка-другого ног, шипящие приказы, волны негодования и слепой ярости... Снаружи вдруг померк свет фонарей, облачив ночь в еще более темные лохмотья, среди которых, как трупы по кладбищу, бродили мрачные силуэты. — Квартал обесточен, каиниты выставлены по периметру, штурмовая группа готова, — тараторил кто-то снаружи, выдавая голосом волнение. — В-вязать всех свидетелей, сэр, или только... — От скота избавляться. Без жалости, — чеканил другой, холодный и безжизненный голос. Дважды щелкнула зажигалка. — Вампиры и гули – на допрос. Без исключений и поблажек, нам они подойдут в агрегатных состояниях любого вида. Все на секунду затихло, будто на город опустился купол из абсолютной тишины. А потом сквозь щели и стекла внутрь клиники начали проникать тонкие, хрупкие красные лучи, гуляя по пространству рубиновыми точками, пока в проходе вырастала фигура в пальто. — Все немертвые каиниты в этом помещении должны быть без исключения доставлены на допрос с участием кардинала Шабаша, — гремел он. — В случае отказа будет открыт огонь. При отсутствии ответа будет открыт огонь. При попытке побега будет открыт огонь. У вас есть единственная альтернатива, которая не ведет к Окончательной Смерти. Пока не ведет, — закончил он и отступил в туман снаружи. Там, среди замерших солдат, стояли несколько автомобилей, предназначенных стать мостом в знакомстве между кардиналом Галбрайт и группой вляпавшихся по самое небалуйся вампиров.

И не только :spiteful:

КардиналЬША xD

Я еле смирился с этой мыслью, Эээээл :с *слезы здорового сексизма* Я бы плюсанул, если бы не был кардиналом xD если бы персы были смертны, то это был бы самый короткий отыгрыш в истории xD Прямо на встрече с Кардиналом, Маммоном и Ауригой xD

Вот-вот! Я такой готовлюсь, сдаю сессичные, и ТУТ ВДРУГ ИЗ-ЗА УГЛА ВЫЛЕТАЕТ БОРОДАТЫЙ МУЖИК И КУСАЕТ МЕНЯ В ШЕЮ С КРИКОМ "ВО СЛАВУ ШАБАША!!!1!1!1" И вот я кардинал :с

Сам в шоках xD Дадада, я перезвоню xD

Доброе утро xD Фолс, мой обещанный слоупост пришел с опозданием ^^ Но лучше поздно, чем "дадада, я перезвоню" xD