Галло Неро. Хозяин таверны.
- Не знаю, стал бы я есть летучую мышь, но морскую тварь всякую едал. А когда мы с пиратами сохли на острове, там и не такое случалось. Но я в тех пирах не участвовал. Лучше издохнуть, чем сожрать себе подобного. И видишь, иногда публику можно шокировать даже рассказом.
Щёголь Чур
У тебя сложная история, у нас вряд ли кто - то стал ей заниматься.
- И то верно, и у нас не стали, - Щур был уже изрядно пьян и даже не обратил внимания на рассказ пирата, но комментарий Роудса уловил.
- Но видишь ли, моим родителям следовало не учить меня терпению, а самим вступиться. Глядишь, я бы сейчас изучил право и стал адвокатом. Но нет, я решил добиваться справедливости по-своему. Сначала выследил охранника-лжеца и мы схватились в своих звериных обликах и, в конце боя, он лежал соеди двора, как тряпка, и хрипя, умолял о пощаде. А я был полон сил и бодр, как никогда, меня подогревала праведная злость, как я тогда считал, что праведная. А когда весь их двор дрожал от страха, я просто шёл по дому и опрокидывал светильники и свечи, и шипел, как змея, от пара, распирающего мою душу. Я заставил хозяйку выгрести угли из камина и раскидать их по гостиной, и посоветовал ей затушить пожар собственными слезами. Затем ушёл. И знаешь, пару дней я был просто безмерно счастлив от совершённой мести. Ну, а потом... за всё ответил.
Галло Неро. Хозяин таверны.
- А ты всё же разбойник, - сказал Неро, подливая вновь. Но Щёголь Чур лишь протянул руку к стакану и свалился. Галло Неро подмигнул Роудсу.
- Видать, во всех мирах такие дураки славу себе ищут. И потом находят. И не поймёшь, чего больше, позора или славы. Наверное, денег. А тебе теперь деньги не нужны. И так справишься.
