Dragon Age: Ночь Золотого Дракона

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

…Ворота поместья впечатляли своей вычурностью, впрочем, как и все в Антиве. Хотя если сравнить богатство дома правящего барона Пуэрто-Карино с остальным городком — оставался горький привкус несправедливости, что тоже было типично для подобных поселений. Небольшая рыболовецкая деревушка, называвшая себя портовым городком, создавала впечатление бедности и запустения, зато дом, стоявший чуть в отдалении на небольшом холме, к которому вела извилистая подъездная дорожка, выглядел так, словно здесь жил сам король. По посыпанному гравием пути катилась темно-золотистая карета, запряженная тройкой лошадей, и было совершенно невозможно разглядеть, кто сидел внутри. По обочинам дороги тянулись высаженные в небольшую рощу миндальные деревья и акации, которые в это время года как раз начинали зацветать и наполняли воздух душным сладковатым ароматом. Лишь приблизившись к поместью, можно было избежать вездесущего запаха рыбы — основного товара, за счет которого и жили местные, уплачивая огромный подоходный налог своему владельцу. Казалось, что здесь можно было жить спокойно. Ничто не нарушало идиллию маленького городка числом в несколько сотен жителей, большая часть которых занималась промысловой ловлей морской и речной рыбы. Корабли заходили в порт один раз в день, на закате, но это были не те крупные торговые суда, что можно было увидеть, например, в Риалто или Тревизо — здесь останавливались лишь мелкие баркасы да рыболовные суденышки, сгружавшие и разгружавшие товар и везущие его дальше, к столице. Небольшая верфь позволяла в случае чего отремонтировать пробоины и поменять мачты, но большего Пуэрто-Карино себе позволить не мог.

Зато на холме гордо возвышалось поместье барона де Кабарро, человека, благодаря которому в этом месте вообще появились первые поселения. Он был известен в узких кругах тем, что балансировал на грани открытого мошенничества и честной торговли, но судя по тому, что городок выжил, можно было сказать, что Кабарро знал свое дело. Как и подобные ему богачи Антивы, он пробился из низов — его отец и дед работали в поте лица, чтобы сколотить состояние и открыть свое дело, сам же барон последние двадцать лет прожил в роскоши, с презрением глядя на чернь, из которой сам же не так давно и выбрался. Жена его скончалась от чахотки несколькими годами раньше, но барон так и не женился во второй раз, видимо, посчитав, что делиться деньгами с кем-то еще будет слишком затратно.
Когда карета наконец достигла вершины холма и подъехала к воротам, видимым издалека и обитым медью и латунью, из нее вышел человек в наброшенном на плечи плаще с капюшоном без всяких опознавательных знаков. Он нечасто бывал здесь, но когда приезжал — обычно его ждали. И ждали с нетерпением. Рука в перчатке потянулась к кольцу с головой льва и несколько раз постучала. Кучер, не говоря ни слова, принялся распрягать лошадей, стараясь не смотреть на человека слишком пристально. Здесь знали, что лишние вопросы могут порой привести к неприятным последствиям, а особенно хорошо это правило работало там, где слышалось хлопанье крыльев. В Антиве всякий излишне любопытный не живет слишком долго, а жить хотелось, поэтому приходилось выкручиваться. Иногда это означало — закрывать глаза на то, что тебя напрямую не касается.
Из-за дверей послышался неистовый лай, и когда ворота приоткрылись ровно настолько, чтобы впустить одного человека, можно было рассмотреть двух породистых гончих собак, которых за ошейники держал местный престарелый дворецкий. Смерив взглядом гостя, он молча кивнул и пропустил его в холл, сразу же закрыв за ним двери за толстый засов. Кабарро не отличался доверчивостью и понимал, что в случае бунта только мощные стены и спасут его от праведного гнева народа, но пока что все шло тихо и мирно. До этого дня.
— Добрый день, — раздался тяжелый, скрипучий голос, и подняв глаза, человек в плаще учтиво кивнул стоящему на ступеньках барону.  — Чем обязан в этот раз? Наша предыдущая сделка, насколько я понимаю, прошла без особенных затруднений.
— А вы всегда обсуждаете рабочие вопросы в прихожей? — тихий и спокойный голос человека в плаще, впрочем, вызывал холодок. Так привыкли говорить те, кто уверен в своей власти, кто всегда знает, зачем и куда он пришел.
— Прощения прошу, — Кабарро махнул рукой, указывая в сторону небольшой гостиной, находящейся на первом этаже. — Если желаете, я прикажу подать вина и сыра, и мы поговорим в спокойной обстановке.
— Благодарю.
Шелестя плащом, человек молча проследовал за Кабарро в комнату, увешанную охотничьими и рыболовными трофеями, где потрескивал уютный камин и пахло пряностями и пылью. Он знал, что гостей у барона немного, особенно сейчас, в такое время, когда деловые проблемы стали не единственной его заботой. У столика стояли два кресла с чуть продавленными спинками, но человек в плаще не возражал. Он не был тем, кто слишком трепетно относится к роскоши, можно даже сказать, он презирал ее. Под тонкой темной тканью угадывалась высокая и мощная фигура человека, привыкшего к тяжелой физической работе и не почивавшего на лаврах. Барон же, в отличие от своего собеседника, был грузным мужчиной лет пятидесяти с пробивавшейся в волосах сединой и тщательно замаскированной залысиной. Даже одежда из самых дорогих тканей не спасала его от образа наполовину спившегося бродяги, впрочем, стоило лишь как следует всмотреться в глаза Кабарро — и сразу же приходило понимание, что перед вами настоящий делец, такой же хитрый и целеустремленный, как любой торговец на рынке столицы. Только притворяющийся аристократом, похожий на петуха, нацепившего павлиний хвост. Человек в плаще дождался, пока слуга принесет поднос с открытой бутылкой вина и тарелкой сыра, сделал символический глоток и пристально взглянул на барона.
— Полагаю, вы осведомлены о цели моего приезда, ваше сиятельство.
Последние слова он процедил сквозь зубы так, что этого почти невозможно было заметить. Но такой дотошный человек, как Кабарро, заметно напрягся и сразу же понял, чего следует ожидать от беседы.
— Боюсь, я и представить себе не могу, что могло привести вас сюда в такое время, — ответил он, улыбаясь той улыбкой, которая ничего и никогда не выражает. Дежурной улыбкой, похожей на натянутую на лицо маску. — Я думал, наши дела давно завершены и вы остались довольны тем, какую услугу я оказал вашей организации. Но если вы прибыли для простого дружеского визита, то, думаю…
— Я не наношу дружеские визиты.
Человек в плаще слегка наклонился вперед, уперевшись локтями в столешницу так, что бокалы чуть покачнулись и издали тонкий хрустальный перезвон. Кабарро достал шелковый платок и вытер им лицо — неудивительно, что он вспотел от той жары, что стояла в это время года в прибрежном городке. А может, дело было вовсе не в жаре. Взгляд барона бегал по комнате, пока он тщетно пытался отыскать вежливые слова в ответ на столь неучтивую попытку его перебить.
— Дело не в вас, ваше сиятельство, не стоит так волноваться, — чуть смягчив тон, продолжил гость, откинувшись на спинку кресла и сделав еще один крошечный глоток изысканнейшего из вин. Кабарро постарался угодить и поставил сегодня на стол одно из лучших творений антиванских виноградников, заказанное из самой столицы, но даже это не спасло бы его от неудобной ситуации, в которой он оказался. — Дело в вашей дочери.
— Жаная? С ней что-то произошло? — Кабарро вцепился вспотевшими руками в резные подлокотники кресла, мгновенно потеряв всю свою выдержку.
— Скажем так, она пропала. И я могу с уверенностью сказать, что знаю, где ее искать. Если вы согласны сотрудничать, я гарантирую ее безопасное возвращение.
— Что требуется от меня? — судя по тону, с которым был задан этот вопрос, барон смирился с тем, что снова попадет в должники к человеку в плаще. В последнее время это случалось все чаще, и нельзя было сказать, что Кабарро был этому рад. Но если и существовал на свете человек, ради которого он был готов практически на все, так это его единственная наследница, прекрасная молодая леди по имени Жаная. Ее мало кто видел воочию, но старшие жители городка помнили тот день, когда она родилась и росла в поместье. Совсем крошечная, но уже с замашками аристократки, Жаная де Кабарро тем не менее покорила сердца всех с нею знакомых в одночасье, обладая не только красотой, грацией и гордостью, но и добрым сердцем — в отличие от своего отца, так и не выбравшегося из образа столичного торговца.
Барон скучал по ней с самого дня ее отъезда из Пуэрто-Карино, и не было ни дня, когда он не отсылал бы ей письма в надежде, что рано или поздно она ответит. Впрочем, ответы порой приходили — сухие, безэмоциональные, перечислявшие лишь факты о ее жизни и ни словом не обмолвившиеся о том, простила ли она отца. В конюшне все еще жил старый пони, которого она так любила в детстве, дожидаясь своей хозяйки…
— Немногое, — после почти минутной паузы ответил человек в плаще, подмечая, как смягчилось выражение лица барона при упоминании о дочери. — Завтра в порт прибывает рыболовецкий баркас “Тибурон”. По данным, которые нам удалось раздобыть, они подобрали нескольких выживших чужестранцев, пассажирское судно которых было уничтожено пиратами “Фелисима Армада”. Их высадят завтра на закате, и вы наймете их для выполнения задания по спасению вашей дочери, похищенной разбойниками.
— Но… разве она не… — начал было Кабарро, но человек в плаще прервал его резким взмахом руки, и тот замолчал.
— Если все пройдет так, как нужно, я лично гарантирую безопасное возвращение Жанаи домой. Если же нет… — он не закончил и покачал головой. — Тогда наша организация сама возьмется за это дело, и я не смогу обещать вам, что все обойдется без крови. Если нам будут чинить препятствия, мы разберемся с этим так, как положено по закону. И тогда никто не сможет сделать так, чтобы девушка не попала под горячую руку.
— Я понял, понял, — кивнул барон и поднялся, тяжело подходя к окну и становясь возле резных распахнутых ставней. Окно было открыто, но в комнате словно вдруг стало невыносимо душно. Вытерев лицо платком, он сложил руки за спиной и невидящим взглядом окинул простирающуюся за окном живописную красоту. Сад, раскинувшийся возле поместья, поражал воображение многообразием цветов, запахов и форм, но сейчас для барона де Кабарро он был не более захватывающ, чем кирпичная стена.
— Только один вопрос, если позволите. Почему именно эти путешественники? Разве невозможно нанять наемников из числа местных, или хотя бы обратиться к…
— Нет. Это важно, Альфонсо, — впервые человек в плаще обратился к мужчине по имени, и тот заметно вздрогнул. — Мы не можем брать людей из организованных наемничьих банд. Они распускают слишком много сплетен. К тому же, их руководству совершенно не нужно знать о том, что произойдет в местной глуши. Я хочу, чтобы это дело оставалось между нами. Скажите, что вы меня поняли.
— Конечно, — вежливо, но тусклым, ничего не выражающим голосом ответил барон, не глядя на своего гостя. — Все будет сделано так, как вы просите. В ответ я ожидаю вашей помощи в решении вопроса с Жанаей. Сделайте так, чтобы она вернулась живой.
— Естественно. Благодарю за оказанное доверие и поддерживаемое сотрудничество, — ответил таким же ничего не выражающим голосом человек в плаще и, поднявшись с кресла, чеканящим шагом направился к холлу. — Всего хорошего, ваше сиятельство.
— Доброго пути.
Когда человек в плаще выходил, на него снова с лаем бросились гончие псы, но стоило ему лишь обернуться и прожечь их взглядом, как они, скуля и пряча глаза, бухнулись брюхом на пол и стыдливо завиляли хвостами. Человек хмыкнул, кивком головы попрощавшись с дворецким, и вышел на крыльцо. Карета была подана, но он пока не планировал уезжать из городка… по крайней мере, слишком далеко. Иногда дела требуют личного контроля, и в этом случае было как раз такое дело. Нельзя допустить, чтобы все пошло не по плану — тогда придется начинать всю операцию с начала, операцию, которая имела тем большее значение, чем дальше заходила ситуация в Тедасе. Если сейчас не действовать жестко и без сомнений, то в будущем достичь поставленных целей будет крайне проблематично. Антива переживала не лучшие времена…
Но для некоторых — таких, как человек в плаще, — именно подобные времена как нельзя более подходили для осуществления собственных амбиций. Сев в карету, он задернул шторки и указал кучеру вниз, к деревне. Нужно было все подготовить и удостовериться, что после того, как корабль пришвартуется, ни одна даже самая облезлая и захудалая крыса не посмела помешать планам организации. Ибо то, что благо для организации — благо для Тедаса. В это, по крайней мере, можно было верить без малейших сомнений.

 

***

 

— Земля!
Крик достиг ушей старпома пассажирского судна “Санта-Ламарро” как раз в тот момент, когда он поднимался на палубу. Прибрежные воды Антивы славились своими коварными рифами и неприятностями, что могут настигнуть любой беззащитный корабль, плывущий в Риалто, но сейчас, слава Создателю, все шло как по маслу. Путь был нелегким, и каюты были набиты до отказа всеми, кто согласился заплатить кругленькую сумму, чтобы попасть в страну садов, вина и куртизанок. Впрочем, это было обычным делом для Марко, старшего помощника капитана, молодого мужчины с загорелой обветреной кожей и яркими, выделяющимися на худом лице светло-серыми глазами. Когда солнце ударило в глаза, он привычно прищурился и приложил ладонь ко лбу, всматриваясь в далекий, покрытый жаркой дымкой горизонт. И правда, до порта Риалто оставалось день-два пути, если ветер будет попутным.
По палубе уже вовсю сновали матросы и даже несколько из странных пассажиров явно не из этих мест. Имен их Марко не знал, да и не особо интересовался, поэтому быстро отвел глаза, не желая слишком досаждать тем, кто платил за удобство и комфорт. Одну из них, привлекательную девушку с длинными волосами и со смуглой кожей, он приметил еще несколько дней назад, но она почти не заговаривала ни с кем, поэтому вскоре старпом сдался и выбросил непристойные мысли из головы. Взобравшись по канату повыше, он откорректировал курс и всмотрелся в море. Лазурные волны нежно качали корабль, как мать качает колыбель своего дитя, и казалось, что уже ничего не может нарушить идиллию залива Риалто…
Внезапно раздавшаяся совсем рядом канонада была почти ожидаемой. Марко знал, что настолько спокойных рейсов не бывает, обязательно случится стычка, или они сядут на рифы, или кто-то вывалится за борт. Но когда вражеский корабль подплыл на расстояние видимости, сердце мужчины пропустило один удар. На флагах развевались гербы “Фелисима Армада”, одной из самых грозных флотилий контрабандной группировки Лломерина.
— Разворачивай! — гаркнул Марко рулевому, зная, что навесные орудия не спасут их от оснащенной последними разработками в оружейной технологии контрабандистов. Но попытаться стоило. Впрочем, когда ядро пробило левый борт почти насквозь, он уже знал, чем все это кончится. Половина матросов бросились в трюмы заделывать пробоину и откачивать воду, вторая половина — к орудиям, заряжая их наспех порохом и тем, что осталось от боеприпасов после предыдущего плавания. Когда фрегат “Армады” подобрался ближе, Марко дал команду на залп из всех орудий по противнику, но враг был намного маневреннее и лучше в оснащении, чем старый пассажирский корабль. Ядра упали в воду, едва-едва не достав до бортов фрегата.
Но одно оставалось неясным, когда Марко бежал к шлюпкам, наспех спуская их на воду и прыгая в последнюю. Зачем “Армаде” атаковать пассажирское судно? У них не было столько ценностей и товаров, чтобы вызывать интерес контрабандистов и пиратов. Эти торговые пути были известны всем, поэтому странно полагать, что такая уважаемая и нагонявшая ужас по всей Антиве группировка, как “Армада”, будет тратить время и силы на бесполезный бой.
Закончить мысль он не успел, шлюпка упала на воду, и Марко принялся грести изо всех сил. Плеск воды там, куда падали обломки тонущего корабля, ядра и остальные шлюпки, заглушал крики людей. Кто-то, кому не хватило места в шлюпках, пытался самостоятельно доплыть до берега, но это было так же бесполезно, как пытаться поймать ветер. Марко слышал умоляющие крики о помощи матросов, которых знал больше десяти лет, но сделать ничего не мог… Такова была жестокая истина морских бедствий. Невозможно спасти всех, кто того заслуживает. Краем глаза мужчина заметил, как несколько из странных пассажиров сумели уместиться в шлюпках и на плотах из обломков обшивки. Может быть, у них даже есть шанс добраться живыми до ближайшего патрулирующего корабля, который их подберет. Шлюпки относило в разные стороны, и вскоре старпом потерял из виду тех, кто уплатил солидную сумму за то, чтобы утонуть в заливе Риалто.
Он не знал, что через несколько часов их подобрали в водах крошечного портового городка Пуэрто-Карино — рыболовецкий баркас “Тибурон” заметил дрейфующие шлюпки вперемешку с обломками и согласился взять на борт выживших. Конечно же, история их никого не удивила, и ни один из рыбаков не задался вопросом о цели нападения на пассажирское судно. Они знали, что лезть в политику и закулисные игры Антивы — это быть врагом самому себе, а потому не совали нос в чужие дела. Особенно когда речь шла о делах “Армады”.

А когда Марко добрался до Риалто, он уже и забыл о пропавших пассажирах, потому что проблемы его оказались гораздо серьезнее, чем он думал поначалу…

 

 

 

Спойлер

Гейджин: 21 золотых 45 серебряных монет
Алейра Флавий: 7 золотых
Освальд: 4 золотых

Дэрин Аэрни: 9 золотых и 50 серебряных монет

Габриэль: 2 золотых

 

Гейджин: плащ черный из шкур нагов, сумка дорожная со сменной  богатой  одеждой и  предметами гигиены,  странный куб неизвестного предназначения, скунс, 4 аптечки, походная палатка, набор для изготовления ядов, удочка, соломенная шляпа, льняная рубашка и штаны, фляга, костяной ножик, 1 Яд из беладонны (+1 к урону на 1 бой), Амулет "Покой Аркенаса" (выносливость +1, хитрость +1), броня Тихой Заводи (+3 к ловкости, +2 к хитрости, руна: +1 к выносливости), 3 больших пайка (4), 2 больших аптечки (3) Зачарованный клинок из драконьей кости (+3 ловкость, +3 хитрость, руна: +3 к хитрости), 1 паек, Серебряные панталоны (+5 к ловкости, -5 к урону под землей или ночью), карта руин, Фелкрау, Адский крик (руна: +5 урона, +10 к ловкости, +5 к хитрости, Иммунитет к способностям, ослабляющим атаку или защиту владельца (уменьшение атаки/увеличение получаемого урона). Примечание: На способности, делающие все входящие по цели атаки критическими - не распространяется. В мирное время: +1 к удаче. В бою: +2 к попаданию. Бешеный крик - Владелец может ненадолго спустить узду, удерживающую Фелкрау. Кинжал тут же вырвется на свободу, оглушив владельца на три хода и каждый раз нанося ему урон, в зависимости от выпавшего на кубике числа. По истечении трех ходов владелец кинжала обретает попросту ужасающую силу на короткий промежуток времени.), 6 лечебных зелий (+20), 2 слабых лечебных зелья (+10)

 

Алейра Флавий: чернильница с пером, дневник, кожаный плащ, походная палатка, 2 больших пайка (2) Венец Гордыни(*) (+2 к магии, +4 к магии крови), посох Гнева(*) (+7 к магии, +3 к магии руна, -2 к выносливости, критический урон увеличен на 50%), комната в "Черном волке", Поясная пряжка из сельверита (+4 к силе, +1 к выносливости), Алмазная подкова (+1 к удаче), Создание Трэллов, породистый конь Счастливчик, корм для лошади (3), кожаные перчатки, хирургический набор и набор для игры в покер, 2 больших аптечки (1), Новый глаз Эшбери (+2 к магии, +1 ход "Хозяин крови", способность "Нечестивая аура" - иммунитет к заклинаниям на 3 хода), Броня Праздности(*) (+4 к магии +20 к здоровью, -1 к хитрости), Амулет Круга Магов (+2 к магии), Аишандра, Последнее дитя (+10 к магии, иммунитет к ДоТам, в мирное время: +1 к удаче, в бою: +2 к попаданию). Одиночество: на 3 хода иммунитет ко всем видам урона, отражение урона в размере значения магии (50% от значения магии при отражении урона от АОЕ), Сердце голема (+3 к ловкости, +1 к хитрости), Каталист "Сердце вартеррала", 1 слабое лечебное зелье (+10)

 

Трэлл Алейры:

Спойлер

Характеристики:
Здоровье: 145
Сила: 15
Способности:
Память
Созданное существо может равномерно распределить контролирующие тело магические потоки, придав себе улучшенную реакцию. В течении трех ходов атаки трэлла поражают цель тайной магией, и осуществляются с модификатором 1,5. Откат - 3 хода.

Клинок крохотного существа (+2 к силе, можно вынуть камень на +1 к силе)

 

Спойлер

Создание трэллов: заклинатель выучился создавать собственных прислужников, в буквальном смысле слова созданных из мертвых тел. Уникальность данной способности заключается в том, что прислужник не является временным призывом - он будет подчиняться заклинателю либо до конца боя (в случае использования способности в бою) либо до своей смерти (в случае создания собственного трэлла). Маги крови могут вытягивать из поднятого трэлла кровь, не бросая кубик на успех - тело слуги не будет сопротивляться попытке хозяина вытянуть из него кровь.

Использование способности в бою имеет следующую механику:
Заклинатель прикасается к мертвому телу, вливая в него часть своей жизненной силы. Тело трэлла возобновляет жизнедеятельность, и будет защищать своего владельца/делать все, что он прикажет.
После успешного чтения заклинания маг теряет 50% от максимального запаса здоровья (*). Трэлл переходит под контроль заклинателя - обладая теми же характеристиками, что имел при жизни. Однако, такой скоротечный процесс нестабилен - и поднятый трэлл не имеет никаких способностей.
Используется раз за бой. Не действует на элитных противников, или противников, не обладающих необходимыми для трэлла атрибутами (кровь, плоть, кости). После завершения боя поднятый таким образом трэлл рассыпается в прах - лишая заклинателя возможности использовать способность на этом противнике в мирное время.
Использование способности в мирное время имеет следующую механику:
Заклинатель может создать из разных частей тела уникального трэлла, обладающего определенными способностями. От того, какая и чья часть тела была использована, зависит набор характеристик созданного трэлла. Характеристики той или иной части тела обозначаются мастером или куратором. От одного тела можно взять лишь один элемент для создания трэлла. Трэлл не нуждается в питании, однако созданный из кусков плоти монстр определенно привлекает чужое внимание...
Если уникальный трэлл погибнет в бою - заклинатель теряет его навсегда. Части тела не могут быть использованы повторно. Создать уникального трэлла можно единожды за игровой день. Единовременно заклинатель может иметь лишь один тип каждой части тела:
Туловище
Конечности
Голова
Катализатор (**)
(*) - если здоровье заклинателя в текущий момент располагается ниже отметки 50%, то заклинатель теряет сознание (умирает).

(**) - базовый катализатор - костную муку - можно получить из любого тела. Уникальные катализаторы могут найтись абсолютно где угодно... главное - смотреть по сторонам.

 

Освальд: новый черный плащ, медальон с символом Создателя, походная палатка, набор отмычек (10 штук), Пояс Имперского Легиона (поглощает 3 магического урона, +1 к силе), Кольцо текущей крови (+1 к попаданию в бою), Шадрил, Смертная тень (+10 к силе, руна: +5 урона, +5 к поглощаемому урону,Иммунитет к заклинаниям, наносящим урон по площади, В мирное время: +1 к удаче, В бою: +2 к попаданию; Мучительное видение),2 больших аптечки (2),, 2 больших пайка (5), Средняя броня из красной стали с руной (+35 ХП), Кольцо Смертной Тени (+2 к выносливости, +3 к силе. Один раз за бой можно использовать способность "Всепоглощающая тьма" - этот эффект снимает с противников все благоприятные эффекты и усиления, а также ослепляет их на один ход. Они не могут атаковать, но могут выполнять другие действия (например, лечение)), породистый конь Айвен, корм для лошади (6), 2 больших пайка (5), игральный набор для покера с костями и наспинные ножны для Шадрила, Щит Сектанта (+2 выносливости, +3 силы)

 

Спойлер

Правила Мучительного видения
Обычная цель:
1-5 - Парализующий страх: оглушение на три хода, невозможно рассеять никакими методами.
5-10 - мгновенная смерть.

Редкая цель:
1-5 - Ошеломляющий удар: цель получает запрет на использование любых своих способностей в течении 5 ходов.
6-10 - Парализующий страх: оглушение на два хода, невозможно рассеять никакими методами.

Элитная цель
1-5 - Печать боли: цель получает гарантированный урон в размере показателя силы владельца.
6-10 - Скорбный стон: цель оглушается на 1 ход.

 

Дэрин Аэрни: мантия (руна: +1 выносливости), набор трав, нож, медальон, кольцо, кошка, посох (руна: +5 урона), набор для изготовления зелий, лютня, плащ, походная палатка, пустой дневник, 8 пайков, 1 зелье прибавки к магии (+5 на один бой), книга, Кольцо зыбучих песков (+5 к магии, Песнь песков - Выбрав цель, владелец снимает с руки кольцо, и швыряет его в противника. Украшение, соприкоснувшись с телом противника, превращается в песчанную ленту, и устремляется к глотке противника - лишив его возможности использовать способности в течении 3 ходов из-за дискомфорта, связанного с закупорившим горло песком. Не действует на врагов, не имеющих рта/органов дыхания, или не нуждающихся в дыхании), 8 аптечек, 2 целебных зелия (+20), 4 слабых зелья здоровья (+10)

 

Габриэль: Зачарованный кинжал из драконьей кости (+3 к ловкости, +3 к хитрости, руна: +3 к ловкости), Зачарованная кожаная куртка (+20 к здоровью, +1 к ловкости, руна: +1 к выносливости), плащ с капюшоном, вещмешок, свернутое письмо, карта, перстень-печатка с неизвестным символом, яд на +5 к урону (1 заряд), 3 больших аптечки (7), 6 пайков, корм для лошади (3), Оберег Охотника (+5 ловкости. Энергетическая сеть: Воспользовавшись зачарованием предмета, разбойник может выпустить из него сотканную из духовной магии сеть, опутывая выбранного противника. Сеть не материальна, и не затрудняет передвижения противника - однако нити буквально прожигают насквозь броню и доспехи, тем самым ослабив его защиту на 5 пунктов на 3 хода. Однако в случае использования этой способности, бонус от характеристик предмета испаряется - до конца сражения.), 5 лечебных зелий (+20), 2 слабых лечебных зелья (+10)

 

Нераспределенные артефакты: 0

 

Известные рецепты:

Гейджин:
Рецепт яда из белладонны (красавка-беладонна х 3). Действие: отравляет оружие на 1 бой, добавляя +1 к физическому урону.

Рецепт ослабляющего яда из болиголова (болиголов х 3). Отравляет оружие на 1 бой, отнимая у отравленного противника -1 наносимого урона.

Найденные ингредиенты: лист дикого табака, кустик конопли х6, беладонна х3, могильник х2

Дэрин Аэрни:
Рецепт слабого лечебного зелья (Белокопытник х 2, Донник х 1). Восстанавливает однократно 10 пунктов здоровья. Можно использовать в бою.
Рецепт усиливающего зелья (Грушанка круглолистная х 2, Донник х 1). Добавляет принявшему зелье +5 пунктов здоровья на 1 бой.

Найденные ингредиенты: 2 страстоцвет, 12 белокопытник, 10 грушанка круглолистная, 12 донник, кустик дикой конопли

Габриэль:

Найденные ингредиенты: кустик дикой конопли, 1 красавка-беладонна, 3 дурман, 1 живокость, могильник х1

 

Задания:

Гайджин: выполнено задание в Центре города, Дворце и Церкви.

Габриэль: выполнено задание во Дворце и Церкви.

Алейра: выполнено задание в Центре города и Королевском дворце.

Освальд: выполнено задание в Церкви.

Дэрин: нет заданий

 

 

Гайджин: здоров

Алейра Флавий: здоров
Освальд: здоров

Дэрин Аэрни: здоров

Габриэль: здоров

 

Гейджин: 11 уровень

Алейра Флавий: 9 уровень + 4 очка опыта
Освальд: 10 уровень
Дэрин Аэрни: 7 уровень

Габриэль: 10 уровень

 

 

Антива - столица и крупнейший город одноименной страны, в которой торговые принцы, ордены ассассинов, светская власть и власть Церкви причудливо переплетены. Здесь, в этой жемчужине посреди жарких степей, можно найти как великую славу и богатство, так и собственную смерть. Из-за того, что элювиан был разбит, защита от Воронов, ищущих мести, так и не была предоставлена - а это значит, что за всеми выжившими наемниками будут охотиться элитные подразделения организации. Не дайте залитым светом улочкам и ярким цветам этого города обмануть вас. На каждом углу вас может подстерегать опасность, а ведь еще над Антивой черной тучей нависла еще одна угроза... Заговор. Именно его и предстоит распутать, чтобы раз и навсегда положить конец преследованиям и получить долгожданную свободу.

 

Спойлер

Королевский дворец Антивы находится в центре города, на возвышении, и чтобы добраться к нему - необходимо преодолеть огромную лестницу с пятью сотнями ступеней. Из-за такого расположения подобраться к воротам незамеченными абсолютно невозможно даже самым великим из убийц. С другой стороны дворца находится черный ход, которы ведет прямо в порт Антивы, к пристани, у которой стоит боевой фрегат с развевающимся на вершине флагом. Множество гвардейцев охраняют покой дворца и обитающей в нем королевской семьи, однако, в последнее время от них ничего не было слышно. Уж не слишком ли это подозрительно?..

 

Спойлер

Количество магазинчиков, лавочек, торговых площадей и прочих мест, где можно было бы купить абсолютно все, что угодно, здесь превышает мыслимые пределы. Однако на узких улочках среди домов из желтого кирпича крутится и множество карманников, воров, шарлатанов и, что хуже всего, наемных убийц. Если вам нечего опасаться, то смело отправляйтесь туда за покупками. Если же за вами открыта охота - то лучше бойтесь собственной тени, ибо это может стать последним, что вы увидите.

 

Ассортимент доступных товаров:

 

Спойлер

Любые отыгрышные товары - 50 серебряных монет
Аптечка - 3 золотых монеты
Любые травы на выбор - 10 серебряных монет
Зелья восстановления здоровья (+10, +20, +30) - 5, 10, 15 золотых монет
Зелья увеличения характеристики (ловкость, магия, сила; +1, +2, +3, +4, +5) - 5, 10, 15, 20, 25 золотых монет
Руны на оружие и доспехи (+5 к урону, +1 к выносливости) - 20, 30 золотых монет
Обычное оружие и доспехи можно заказать у кузнеца. Стоимость заказа - 5 золотых монет.

 

Спойлер

Церковь стоит на краю города, огромная и мрачная, как крепость. Тут же неподалеку находится и башня Круга Магов, которая в последнее время опустела почти полностью, а оставшиеся храмовники перешли к другим заботам. На улицах их стало гораздо больше, и среди стражи уже ходят слухи, что церковники стремятся подмять под себя остальные военизированные силы Антивы. Впрочем, служители Создателя пока соблюдают нейтралитет. О том, что происходит на закрытых встречах Преподобной Матери с храмовниками, ходят странные и пугающие слухи, а кое-кто даже упоминал о государственном перевороте, вот только кто верит таким слухам, особенно когда город контролируют Вороны...

 

Спойлер

Этот небогатый трактир находится на окраине города неподалеку от порта. Заправляет здесь всем высоченный мужчина лет сорока пяти на вид, имени которого никто не знает, но называют его просто - Каринос. Сей колоритный управляющий не терпит заносчивости и самое главное, ненавидит Воронов. Поскольку платит он исправно, ассассины к нему не суются. Зато частенько возникают трактирные драки, потому что суются все остальные - пираты, контрабандисты, работорговцы и просто темные личности. При должном умении здесь можно отыскать тех, кто готов продать кое-какой "не полностью законный" товар из-под полы.

 

Ассортимент услуг:

Спойлер

Снять комнату на 1 сутки - 3 золотых
Стойла и корм для лошади на 1 сутки - 1 золотой
Обед из жаркого с рисом и соусом - 1 золотой
Выпивка на выбор (все виды вин, ликеров, самогона, водки, эля) - 1 золотой за кувшин

Сырое мясо для питомца - 1 золотой

 

! В трактире время от времени можно бросить кубик на наличие контрабандистов, которые могут продать вам что-нибудь ценное и не совсем законное, например, артефакт, яд или руну. То, какой товар сейчас в наличии, определяется мастер-постом. Правила бросков см. в теме о Правилах Игры.

 

ЗАДАНИЕ "ЗАГОВОР" ЗАВЕРШЕНО.

 

 

 

ИГРА НАЧАЛАСЬ!

Изменено 9 ноября, 2014 пользователем Шен Мак-Тир

[Mad Ness]

???

 

...проснулся он от того, что его окатили ведром холодной воды. Горло раздирала жажда, и Якоб невольно облизнул влагу с губ, но тут же пожалел об этом. Вода оказалась соленой, судя по всему морской, и отдавала гнилой древесиной. - Подъем, сученок, - Раздался над головой низкий утробный голос, и в лицо парню пахнуло сивухой. - Харе дрыхнуть, Орм велит тебя вынуть отсюда. Видать хочет заценить на что ты способен, чтобы не продешевить. - На все сказанное юноша никак не отреагировал, он даже не открыл глаз, опасаясь возвращения сводящей с ума боли, хотя тупая пульсация в голове исчезла, и он уже чувствовал себя несколько лучше. - Вставай! - Рявкнул голос, и из Якоба вышибло дыхание тяжелым ударом в бок. Говоривший рывком поднял его за воротник рубахи и толкнул вперед, к лестнице. Не успевший толком встать на ноги, юноша рухнул на дощатый пол лицом вниз, связанные за спиной руки не позволяли хоть как-то сгруппироваться. Во рту тут же возник металлический привкус крови, что потекла из разбитой губы по подбородку и шее. Кое-как встав на ноги, чему отнюдь не способствовал очередной удар по ребрам, парень стал подниматься вверх, жмурясь от света, что падал из проема над лестницей.
Помещение, в котором он прежде находился, было подвалом, что расположился под каким-то наспех сколоченным сараем, заваленным тюками с сеном. Судя по всему, это был один из тайных складов подполья Риалто. То, что в подвале так сильно пахло пряностями, целиком укладывалось в открывшуюся сознанию Якоба картину: нового раба просто бросили с прочим готовым к продаже товаром, что уже дожидался нечистого на руку покупателя. От мысли о том, что теперь он просто вещь, которую кто-то скоро приобретет, челюсти сжались, до хруста в зубах, а руки напряглись. Якоб застыл как вкопанный, силясь хоть немного ослабить веревки, но тут же чуть не упал вновь, получив ощутимый тычок между лопаток. - Шагай, давай, неча мне тут пыжиться. Орм ждет. - Взяв короткую палку, громила зашагал вперед, направляя мальчишку перед собой и подгоняя его слабыми ударами.

"Точно скотину..." - думал парень, переставляя босые ноги и сжимая кулаки, чтобы хоть как-то разогнать кровь по затекшим, от стягивающих запястья веревок, пальцам. - "Тебя ведут на продажу, а ты даже ничего не можешь сделать. Они решают твою судьбу, и ты покорно принимаешь ее. Безволен, беспомощен, послушен. И все только ради продления своей никчемной жизни на еще один бессмысленный день. Жалкое же ты влачишь существование... Как грязное безродное животное, каковым и являешься, ублюдок". - От чего-то на ум пришли слова Дитмора - "ты сдохнешь в канаве, бастард, и никто не вспомнит о тебе". В сложившейся ситуации, подобное развитие событий уже не казалось таким уж невероятным.

 

...

 

Спустя несколько минут пути через заросли, громила и его спутник вышли к небольшой деревушке, если так можно было назвать тройку покосившихся домишек. Это место явно было не на побережье, поскольку шум моря хоть и был слышен, но на солидном отдалении, по крайней мере, так казалось.

Очевидно, что эту перевалочную базу организовали, как место для содержания товаров, которые нельзя было ввезти в город обычными путями. Например: больших партий пряностей и курительных трав из Ривейна, столь редкого и ценного лириума, добываемого в бездонных гномьих шахтах... "И рабов!" - услужливо подсказал разум, лишний раз напоминая Якобу о его новом месте в жизни.
У одного из домов находился небольшой загон, отгороженный высоким забором со смотровыми оконцами, вокруг которых сгрудились с дюжину человек. Из-за дощатого ограждения доносилось злобное рычание и лай. В какой-то момент, рычание пропало, а лай перерос в пронзительный визг и, забулькав, утих.
- Черти тебя задери, Гвардел! Что ты делаешь с этим псом?! Он, точно одерджимый, раздирает в клочья уже третьего из своры! - Возмущенно заорал один из мужчин, на лысого, покрытого татуировками карлика.
- Ничего такого, чего не мог бы сделать с тобой, Пахлоу, - Растянув губы в щербатой улыбке, ответил карлик. - И "этот пес" не просто какая-то дворовая шавка, пусть и откормленная до размеров борова. Это ферелденский боевой мабари, гордость моей родины, так сказать... С тебя двадцатка, кстати, - Низкорослый человек протянул руку и поймал мешочек, что со звоном упал ему в ладонь. - Ну что, парни, есть еще желающие подарить Большому Гва пару десятков звонких, м?
Никто из зрителей боя ответить не успел. Громила, что вел Якоба, толкнул его вперед и произнес, - Где Орм? Велено было притащить этого, - тычок палкой. - Видно смотреть собралися.
Карлик вновь расплылся в улыбке, - Ах, здравствуй-здравствуй, старина Руперт! Ты все так же "молод и хорош", как в тот день, когда я отодрал твою матушку, да примет ее Создатель. - Все вокруг громко заржали.
Ответом Гварелу стало тяжелое сопение громилы. - Где Орм? - повторил он вопрос.
- С клиентом. - Владелец мабари кивнул в сторону самого большого дома. - Не советую туда сейчас лезть, от твоей вони даже самогон прокисает. - Вновь хохот мужиков, что окружали карлика. - А это что у нас такое? - Уродец приблизился к Якобу и окинул его оценивающим взглядом. - На колени. Хочу поближе рассмотреть. Зрение уже не то что прежде, иначе бы я умер еще тогда, когда увидел рожу матушки Руперта. - Очередная грязная ухмылка.
Парень не отреагировал, продолжая зло смотреть на окруживший новую потеху сброд.
- На колени! - Пронзительно взвизгнул карлик, ударяя юношу в живот и резко дергая за рубаху. Он приподнял голову упавшего за подбородок и повернул то в одну, то в другую сторону. - Смазливая сучка. Чуть покоцан, - он провел большим пальцем по шраму, что пересекал угол губ, - но сойдет. Думаю за него дадут не меньше трехсот.
- А ежля ишо и оружьём махать приучен, то, сталбыть, все пятьсот отсыплють! - Подал голос кто-то из окружающих.
- Тебе он не по карману, Гва, можешь даже не присматриваться. - Заметил еще один.
Гварел злобно скривился и уже хотел было что-то ответить, но, внезапно, вновь нацепил свою самодовольную ухмылку и пристально посмотрел на Руперта. - Скажи-ка, Руперт, ты ведь непрочь заработать полторы сотни золотых? - Для придания веса своим словам, ферелденец достал из переброшенной через плечо сумки пузатую мошну, что была даже больше его головы. - Они твои, если мальчишка справится с псом.
В глазах Руперта вспыхнул алчный блеск, но он был тут же затенен страхом. - Если этот сдохнет, меня Орм лично скормит псам. - Голос громилы выражал явное сожаление, однако, было не совсем понятно жалеет он о своей судьбе, в случае гибели раба, или же об упущенной выгоде.

- Ну же, Руперт, - продолжал масляным голосом Большой Гва, - двести. Двести золотых. Ты только взгляни на этого парня! Он справится! Он же силен, ловок и быстр, точно...

- Пантера! - Подсказал кто-то.
- ... во! Точно пантера! - Тут же подхватил карлик. - Двести золотых, красавчик Рупи... Только подумай...
Громила не смог устоять. Издав странный звук, похожий на всхрап коня-тяжеловоза, он ткнул стоявшего на коленях Якоба палкой. - По рукам! Где тут твоя псина?
- Думаю, уже догладывает косточки предыдущего соперника... - Карлик кивнул двум мужчинам. Они подхватили парня под руки и подвели к загону. Меж запястий скользнул холодный металл, перерезав путы, а последовавший следом пинок втолкнул Якоба в ворота, что тут же закрылись у него за спиной.

Взгляд заметался, пытаясь отыскать хоть что-то похожее на оружие, но на импровизированной арене не было даже самой обыкновенной палки. Только грязь, да высокие прочно скрепленные доски забора с оконцами, за которыми уже блестели, предвкушая кровавое зрелище, глаза зрителей. Теперь весь мир юноши сузился до одного небольшого пятачка земли, на которой еще влажно блестели останки разорванного пса.

- Отпускай. - Раздалась команда с той стороны барьера. Решетка, что закрывала единственную дыру в ограждении, приподнялась и выпустила в загон чудовище...

 

...

 

Тварь, ворвавшуюся внутрь, никак нельзя было назвать собакой: груда перекрученных мышц, обтянутых лысой кожей, короткая, мощная и увитая жилами шея, сужающаяся кпереди и плавно переходя в небольшую, относительно тела, голову. Большую часть головы занимала огромная, будто бы оставленная ударом топора, щель, усеянная неровными желтыми клыками, столь длинными, что существо даже не могло закрыть пасть, истекая вязкой слюной, сползающей по морде и падающей клочьями на землю.
Исчадие зарычало, так, что казалось клокочет сама земля, и стало принюхиваться. Глаз не было, два затянутых ввалившейся кожей углубления на иссеченной сотнями шрамов морде слепо вперивались в окружающее пространство. Пара отверстий на конце морды сужались и расширялись, со свистом втягивая воздух. Удача, что уже давно отвернулась от Якоба, вновь поспешила показать свое пренебрежение. Легкий ветрок, налетевший в спину парню, проведя по волосам невесомой рукой, донес до пса запах новой добычи. Рык перешел в сиплый вой, и тварь толкнула тело вперед, в коротком рывке.
Якоб похолодел, чувствуя, как мышцы становятся ватными, словно его вновь отравили. В этом жутком создании он видел свой конец. С уродливой морды на него взирал, со своей неизменной приветливой улыбкой, Старый Друг...

 

Комната.

 

- ...я просто в восторге от твоей новой идеи! Ха! Нужно же было додуматься до такого! Прятать контрабанду в контрабанде! Да они даже ничего не заподозрили! - Восторгалась худощавая гномка, сидя в кресле. - Просто заплатила им стандартную ставку за зерна хекка и свободно прошла с товаром! Каюсь, не сдержалась и осталась посмотреть, как твои умельцы разделяют зерна и лириумный песок. Я ожидала какого-то сложного алхимического процесса, а вы просто ссыпаете все в чаны с водой и лириум оседает на дно, в то время как хекка всплывает!
Закутанный во множество тканевых отрезов по самую макушку, так, что видны были только глаза, собеседник гномки кивнул. Она была готова поклясться, что под скрывающим лицо полотном мелькнула улыбка, довольного высокой оценкой своих идей человека. - Я рад. - Только и ответил он.
Завершив традиционный обмен новостями, Орм кивула. - Что ж, тогда к делу. Новая порция хекка прибудет завтра, после полудня. Пусть твои люди встречают ее у северных ворот. Все уже оплачено... - Гномка заполчала, пристально посмотрев на мужчину. - Позволь один вопрос. Зачем тебе столько лириума?
Мужчина слегка склонил голову набок и вздохнул, - У нее довольно большие запросы, ты же знаешь. Едва ли не треть прибыли на это уходит... Хотя ее работа всегда окупается с лихвой. - Устало ответил собеседник, но по его голосу невозможно было понять, говорит он правду или лжет. Это все равно, что пытаться уличить во лжи сухие страницы пергамента, описывающие факты с которыми ты в жизни и близко не сталкивался. Как бы там ни было, Орм не сильно переживала по этому поводу. Даже если старик и лгал, у него было на то полное право, ведь они давно работали вместе, и контрабандистка знала, что он надежный клиент. В конце-концов, каждый должен беречь свои маленькие секреты, ведь если этого не делать, они могут вылиться в большие неприятности.
- Отлично. - Хлопнула в ладоши женщина. - Теперь по поводу раба. Ты его брать не будешь, и я могу свободно сдавать его любым другим людям, так?
- Именно, Орм. Он мне не подходит. - Кивнул старик, поднимаясь с кресла.
- Жаль, отдала бы тебе за триста пятьдесят, хотя Ирдис требовал не меньше четырех сотен. - Гномка ничуть не расстроилась, но долго держать живой товар она не намеревалась. Это было невыгодно и опасно. - Тогда идем. Пересчитаем ящики, и сверим цифры.

 

 

Загон.

 

Когда собака была буквально в десятке дюймов от него, Якоб резко отклонился в сторону, и зубы чудовища клацнули в воздухе. Грузно обрушившись на землю, тварь глухо рыкнула и тут же подскочила, развернувшись к столь желанной добыче. Еще один рывок. Сердце колотится где-то в горле. Не успев даже осознать своих действий, парень вновь уклоняется от гибельной хватки кривых клыков. Тело действует само, подчиняясь древним, как сама жизнь, инстинктам, а разум, тем временем, забился куда-то на задворки сознания, и лишь испуганно наблюдает за бешеной пляской, наказанием за ошибку в которой станет смерть.

Шаг, прыжок, разворот. Все совсем не так, как учил Арчибальд. Никакой системы. Первобытный хаос и безумное желание выжить - больше ничего. Все тот же беспомощный разум непрестанно твердит одно - "ты долго не выдержишь, оно сильнее и выносливее, каждая секунда это еще один шаг Старого Друга навстречу тебе..."

Бессилие. Отвратительное чувство. Продолжая уворачиваться от наскоков разъяренного зверя, парень искал взглядом хоть что-то, способное его спасти. Перед глазами вставали отдельные моменты, точно запечатленные кистью искуснейшего из художников. Вот в окошке видны искаженные азартом лица. Их влажные рты раскрыты в беззвучном вопле. Вот широко распахнутые глаза громилы, понявшего, что парню никак не выбраться из загона живым, и уже почуявшего холодные тиски ужаса, сжавшие сердце. Вот карлик-ферелденец, что наблюдает за всем с садистским удовольствием, через специальное низкое окно. Его болезненно блестящий взгляд кажется даже более отвратительным, нежели кожистые провалы на морде пса. А вот и сам пес. Чудовищное порождение человеческой жестокости, одержимое лишь жаждой убийства. Все что способно его сдержать, это воля хозяина и длинный поводок из неведомого материала, что до сих пор волочится рядом, закрепленный на ошейнике твари.
"Ошейник" - все внимание юноши тут же сконцентрировалось на этом, ранее упущенном, моменте. Плана не было. Движимый бессознательным порывом, Ребель ринулся навстречу готовому наброситься на него псу.

Прыжок. Краткий миг полета. Два тела сшиблись в воздухе, заставив зрителей взреветь от напряжения.

Рывок. И вот он уже падает вниз, обхватив пса за загривок. Правая рука наматывает ошейник, левая же зажата в пасти зверя, позади зубов.

Удар о землю. Дыхание перехватывает. Тварь снизу беснуется, силясь скинуть врага, мотает головой, пытаясь перехватить попавшийся-таки кусок добычи клыками. Парень набрасывает петлю поводка на шею зверя и стягивает ее, но сил не хватает. Пес напрягает все мускулы, не давая петле затянуться и сдавить горло, только толстые жилы вздуваются, змеясь и пульсируя под кожей.

Отчаяние. Пространство наполняется хрустом костей, который исходит слово отовсюду. Боли нет. Только мимолетное осознание того, что левая рука попала на клыки. Не имея более иного выхода, Ребель, утробно рыча и теряя остатки разума, впивается зубами в бугрящиеся на загривке зверя мышцы, разрывая их. Зверь не реагирует, продолжая терзать безвольную руку. Ребель вновь и вновь вырывает клочья плоти, разрывая сухожилия и сосуды. Рот наполнен кровью, уже не его собственной, но кровью врага. До чего же сладкое чувство.

Вопль. Душераздирающий вопль существа, что впервые в жизни познало страх. Вой обреченного зверя пронесся над загоном, заставляя сердца людей сжаться от ужаса.  Выпустив руку того, кого уже не считал жертвой, пес на подгибающихся лапах рванулся к клетке и врезался в нее, вновь наполняя воздух оглушительным визгом. Пока Ребель вставал на ноги, придерживая висящую на лохмотьях плоти руку, мабари продолжал биться о решетку, ведущую в спасительный тоннель, но та была закрыта наглухо. Животое истекало кровью и уже почти лишилось сил, лишь вяло подергиваясь и тихо скуля, когда приблизившийся Ребель поставил ногу на разодранный загривок и одним коротким движением ноги переломил его позвоночник, прервав лишенное смысла существование.

 

...

 

- Мне ни к чему рабы для утех. - Продолжал укутанный мужчина, выходя из дома. - Они нежат тело, но отравляют разум. Медленный яд, ис-сподволь лишающий тебя воли...

- И ты даже не взглянешь? - С улыбкой спросила Орм, закрывая за собой дверь. - Ты ведь ник... - Ее прервал громкий вопль.
- Он убил мою собаку! - Истошно орал карлик, размахивая кинжалом и расталкивая своих приятелей, в попытке добраться до распахнутых ворот загона, в проеме которых кто-то стоял.

- Что здесь происходит. - Голос гномки точно впитал в себя всю тьму глубинных троп и в сию секунду выпустил ее на волю, накрыв всех присутствующих неестественной тишиной. Никто не смел произнести ни единого слова, и не решался пошевелиться. Только склонивший голову набок, с замершей на губах кривой усмешкой, парень стоял чуть пошатываясь и продолжая сжимать в воздетой к небу руке голову зверя.
- Что за... - Только и смогла произнести она, когда ее взгляд отыскал предполагаемую причину всего происходящего. От рубахи раба остались лишь клочья, что ныне были разбросаны позади, а весь его торс покрывали многочисленные царапины и кровоподтеки, но хуже всего выглядела рука. Она свисала на порванных мышцах и сухожилиях, мерно покачиваясь от каждого движения.

- Так с-сколько он с-стоит говоришь? - Прошипел старик, указывая пальцем на внезапно ставший столь желанным товар.
Гномка, не промедлив ни секунды, ответила, разом взвинтив цену, - Пятьсот. И ни монетой меньше.
Выпученные глаза покупателя довольно сверкнули. - Я беру его!

Изменено 8 сентября, 2014 пользователем Asmyrail

[SPIRT_VD]

Кузница

 

- Мастер. Я понимаю, вы так видите... Но это не похоже на метательный нож. - целитель вертел в руках посох, исписанный рунами. С одной стороны на нем была небольшая нашлепка, а с другой небольшие кольца. На прилавок шлепнулась и связка ножей с небольшими крюками.

- Я, господин, заказы всегда выполняю. И уж поверьте моему опыту, знаю в этом поболее вашего. Вам, для нормальной работы усиливающих субстанций, необходим посох. Но так как вы заказывали не его, я решил превратить его в более веселое орудие убийства. Вы можете прикрепить ножи вот так, - гном забрал посох и быстренько нацепил ножи на кольца. Слегка встряхнув оружием, он вдруг резко крутанул его и стремительно сорвал одно из лезвий. Авиценниус одобрительно поднял брови. Кузнец был прав, работа, похоже, себя стоила.

- Ну что же... Ваша правда, мастер Тодор. Благодарю вас за отличную работу. С этими словами целитель забрал посох и направился вон из кузницы. Снаружи он прицепил к расплющенному концу свою котомку, и перебросил оружие через плечо. Ножи весело блестели на солнце, вызванивая какую-то мелодию. Тихонько усмехнувшись, целитель побрел дальше.

 

Авиценниус: получен посох +3 к магии и +3 к выносливости. И ножи, но уже просто ножи.

[Perfect Stranger]

Бордель "Бархатная маска"

 

...- Гэб? Он в порядке? Проклятье, он хорошо головой приложился.

- Да не мешай ты, дай посмотрю. У тебя клиент, чего ты крутишься вокруг?

- Ну знаешь ли... Это все-таки мой сын.

Эльф приоткрыл глаза, в которых все еще плавали красные пятна. Он полулежал на полу, кто-то держал его - аккуратно, стараясь не слишком трясти, а чьи-то руки умело перебинтовывали разбитую голову. Хозяйка борделя, осторожно приподняв Алькараса за подбородок, вгляделась в его лицо.

- Вроде бы сотрясения нет, скоро все должно быть в порядке. Габриэль, ты меня слышишь?

- Что... что случилось? - прохрипел он, пытаясь подняться, и наконец ему это удалось. Опершись рукой о стену, он осмотрелся и понял, что все это ему не приснилось. Обеспокоенный взгляд Гэйдена (или как он теперь сам себя называл) скользнул по растрепанному эльфу, но тот лишь молча покачал головой, мол, не переживай.

- А ты, извини, кто такой? - резко спросила длинноволосая эльфийка, которая наконец заметила Чужеземца. - А, это ты тот самый новенький, который пришел сегодня? Не знала, что у моего сына подобные пристрастия.

- Заткнись.

- Что?.. - эльфийка нахмурилась, уперев руки в бока. - Хочешь сказать, что ты не заплатил за него десять золотых только что?..

Звук звонкой пощечины прозвучал, словно удар колокола, и в общем зале вдруг наступила давящая тишина. Эльфийка пошатнулась, держась за покрасневшую щеку, и воззрилась на Алькараса, которы тяжело дышал. Бинты разошлись, и по его лбу быстро стекала тонкая струйка крови, капая с подбородка и заставляя его прищуривать левый глаз. Но даже так, окровавленный, растрепанный и грязный, с огромным расплывающимся на виске синяком, он все равно был до боли похож на свою мать. Клиент эльфийки куда-то испарился, словно нюхом почуяв назревающие проблемы, а огласка ему точно была не нужна.

- Убирайтесь отсюда, - вдруг холодно произнесла мадам. - Вы оба. И не смейте больше приходить.

[Фели]

Улицы Риалто, сточная канава

 

Элдрион лежал в стоках, закрыв глаза и стиснув зубы от боли. Волосы мерно колыхались в мутной зеленоватой воде, а гнилостный запах разложения он даже не чувствовал. Побелевшие пальцы судорожно сжимали свою находку - вырезанное из груди мясного монстра железное сердце. Кожа эльфа была пепельного оттенка, доспех был залит кровью - а сами заклепки были вскрыты, обнажая кожу на животе, и длинный, рваный шрам, которого раньше не было. Горячка не заставила себя ждать, и в таком состоянии... без помощи долиец долго не протянет. В ухал эхом билось карканье воронов, почуявших легкую добычу,

Волк-альбинос Элгар же носился по городу, в панике ища своего хозяина... или же кого-либо, кто сможет ему помочь.

 

Элдрион: без сознания. Лихорадка, лишился одной почки.

[Kykuy]

Улицы Риалто->Сточная Канава

 

Освальд устало опирался на небольшой столбик возле входа в "Чёрный Волк". Буквально час-два назад он чуть не убил ни в чём не повинного Элдриона... Ну, разве кроме того, что тот дал ему между ног и завершил всё это красочной пощёчиной. Но что больше всего удивило храмовника, так это то что меч почти самостоятельно ударил эльфа несколько раз - такого мужчина явно не ожидал. А Освальд вновь не смог сопротивляться воле Шадрила.

Из раздумий его вывел шумный лай неподалёку - Элгар отчаянно пытался привлечь внимание. Похоже, с неугомонным эльфом что-то опять случилось. Уже в третий раз. 

" С кем я связался? Да этот эльф просто сумасшедший... Что же, Создатель любит троицу. Может, это судьба? " , - думал храмовник, трусцой направляясь за Духом. 

 

... И Освальд ни капельки не удивился, когда через несколько минут увидел Элдриона (да неужели?) в канаве, заваленного помоями и (что-то новое) обляпанного кровью. Волк заскулил и умоляющим взглядом посмотрел на храмовника. Если бы он только знал, что совсем недавно случилось.

" Я должен ему помочь. Создатель велит не оставлять других людей, а уж тем более друзей  в беде ", - подумал Освальд, надеясь, что Шадрил его не услышит, и в очередной раз достав сумку с лекарствами, попытался помочь эльфу, надеясь, что меч заснул достаточно крепко... Наивный.

 

Освальд - минус аптечка. Шадрил Фели, ты же не против? * Здесь должен быть умоляющий взгляд *.

Изменено 9 сентября, 2014 пользователем Kykuy

[Junay]

Бордель "Бархатная маска"

 

- А ты, извини, кто такой? - резко спросила длинноволосая эльфийка, которая наконец заметила Чужеземца. - А, это ты тот самый новенький, который пришел сегодня? Не знала, что у моего сына подобные пристрастия.

- Заткнись.

- Что?.. - эльфийка нахмурилась, уперев руки в бока. - Хочешь сказать, что ты не заплатил за него десять золотых только что?..

 

- Сомневаюсь, что вы вообще хоть что-то знаете о своем сыне, сеньора! - Гайджин выплюнул слово "сеньора", как какую-то гадость. Он хотел сказать еще что-то, но тут звук звонкой оплеухи взорвался в тишине помещения и "сеньора" едва не упала.

 

- Убирайтесь отсюда, - вдруг холодно произнесла мадам. - Вы оба. И не смейте больше приходить.

 

- Вот уж я о чем жалеть не буду! - пробормотал мужчина себе под нос, и поддерживая Габриэля, вышел с ним из "Бархатной маски". Теперь-то все встало на свои места - и ненависть, и отвращение Ворона к этому месту и его ... кхм...  работникам. 

"Теперь он и меня призерает, так же, как свою мать." - с горечью подумал мужчина. "Эх, дернул меня демон, наниматься в бордель! Покрыл позором  свое имя, упал  в его глазах ниже канализации... Теперь во век не отмоюсь от такого! Мне нужно будет пройти Покаяние и  очистить свое имя."

[Perfect Stranger]

Бордель "Бархатная маска" ->> Таверна "Русалочья чешуя"

 

- Вот уж я о чем жалеть не буду! - пробормотал мужчина себе под нос, и поддерживая Габриэля, вышел с ним из "Бархатной маски". Теперь-то все встало на свои места - и ненависть, и отвращение Ворона к этому месту и его ... кхм...  работникам.

 

- Не стоит. Я могу и сам идти, - коротко отрезал эльф, когда они вышли из полутемного прокуренного и пропахшего чем-то приторно-сладким помещения. От этого запаха его мутило, а может быть, от удара головой - этого Габриэль точно сказать не мог, но во рту был привкус пепла. До таверны он добрел молча, ничего не говоря и даже не глядя на Гэйдена, а зайдя внутрь, только купил бутылку самогона и швырнул деньги на прилавок.

- Итак... - наконец произнес эльф хрипло, усаживаясь за дальний стол, который они с Гайджином уже давно приметили, и открывая бутылку. - Как мне теперь тебя называть? Чужеземец? Гэйден? Тэнгу? Или как-то еще?.. - казалось, в его голосе что-то изменилось, появилась незнакомая прежде усталость. Наверное, впервые в жизни ему было абсолютно плевать на все. Какая разница, какое новое имя выберет для себя этот человек, если Габриэль все равно не смог повернуться и уйти, бросить его так же, как бросил всю свою прежнюю жизнь? Он был сам за себя так долго, что уже забыл, каково это - переступать через себя ради тех, кого хочешь защитить. И пускай Вороны приходят за ним хоть сейчас, он не стал бы прятаться и сбегать. Просто надоело.

 

-50 серебряных монет

Изменено 9 сентября, 2014 пользователем Шен Мак-Тир

[Junay]

Таверна "Русалочья чешуя"

 

- Итак... - наконец произнес эльф хрипло, усаживаясь за дальний стол, который они с Гайджином уже давно приметили, и открывая бутылку. - Как мне теперь тебя называть? Чужеземец? Гэйден? Тэнгу? Или как-то еще?.. - казалось, в его голосе что-то изменилось, появилась незнакомая прежде усталость.

 

- Мое имя - это моя сущность. Что я сейчас такое? Вот так и называй. - ответил Гайджин. Впрочем, он и сам не знал, что он сейчас такое, возможно, потому, что уже запутался во всех своих ипостатях и обличьях. В последний раз самим собой он был тогда, когда покидал на корабле свою родину.

А когда ступил на землю материка, потерялся под чужими именами и сущностями. 

- Я уже сам не знаю, кто я. - покачал головой  мужчина. - Так что - называй меня, как хочешь.

Пить ему не хотелось. Дурман в голове не спасет от самого себя.

- И - да, спасибо, что протянул мне руку, когда я упал. Я этого не забуду.

[Perfect Stranger]

Таверна "Русалочья чешуя"

 

"Интересно, что бы он сказал, если бы узнал обо мне правду. Всю правду... протянул бы он руку мне в этом случае? Или сделал бы так, как любой нормальный человек?" - подумал эльф, делая большой глоток из бутылки. Иногда он сам удивлялся себе. Ведь мог бы спокойно быть Вороном, купаться в роскоши и славе, делать то, что умел лучше всего... а вместо этого бросился в авантюру, затянувшуюся на несколько лет, которая вполне могла привести к мучительной смерти. Горький привкус самогона из Андерфелса, огнем обжигающий горло, заставил звезды вспыхнуть перед глазами. Эту бурду могли спокойно пить разве что гномы и сами андерцы. Закашлявшись, Алькарас вытер губы рукавом и, упершись локтями в столешницу, устало потер глаза.

- Странные у вас... имена. Все время меняются. Вот я, к примеру, как родился Габриэлем, так им и умру, и неважно, что я делал или не делал. Я буду звать тебя Гэйден... просто потому, что так привык. Если ты не против.

Он поднял глаза, которые уже не были полны едкой тоски, похожей на ядовитую кислоту, и неуверенно улыбнулся Чужеземцу. Улыбка вышла вымученной и кривоватой. Эльф и сам не знал, зачем делает все это. Он должен был относиться к прибывшим в порт Пуэрто-Карино наемникам, как к разменным фигурам, пешкам в одной большой игре, но сам не заметил, как привязался к ним. А особенно почему-то к странному шрамированному чужеземцу, болтающему с черепахами и меняющему имена, как благородная сеньора - перчатки. И осознание того, что всех их ждет в конце пути, давило на грудь и мешало нормально дышать. Неужели он пал так низко...

 

Порт Риалто

 

Раэна, прищурившись, смотрела на солнце и молчала. Конюшня и магазины уже открылись, но она почему-то медлила. Может, потому, что шум волн звучал хоть немного успокаивающе, но терять времени больше было нельзя. Если и ехать в Антиву, то сейчас. Поднявшись и отряхнувшись, она посмотрела на Тиберия.

- Пора.

[Junay]

Таверна "Русалочья чешуя"

 

- Странные у вас... имена. Все время меняются. Вот я, к примеру, как родился Габриэлем, так им и умру, и неважно, что я делал или не делал. Я буду звать тебя Гэйден... просто потому, что так привык. Если ты не против.

 

- Не против. Мне нравится это имя, хотя сейчас я и не являюсь "сумеречным воином". Разве что в душе. - усмехнулся мужчина. -  Да, такой подход к именам и названиям не понятен чужеземцам. Видимо, эта традиция прижилась у нас после  оккупации кунари. 

 

Он поднял глаза, которые уже не были полны едкой тоски, похожей на ядовитую кислоту, и неуверенно улыбнулся Чужеземцу. Улыбка вышла вымученной и кривоватой. Эльф и сам не знал, зачем делает все это.

 

- Все будет хорошо. - ободряюще сказал Гайджин. Он и сам не знал, почему сказал эту фразу. Может, потому, что и сам ее услышал, метаясь в агонии после пыток, от  неизвестной женщины, которая обрабатывала ему раны. Тогда его поглотила тьма. Сейчас он тоже чувствовал ее приближение. Тьма надвигалась неумолимо, как грозовая буря, намереваясь смести все - и этого эльфа с вымученной улыбкой, и его самого. 

- Ничего, прорвемся. - ответил Гэйден своим безрадостным  мыслям.

[Shunt]

Порт Риалто

 

- Пора.

 

Маг встрепенулся и посмотрел на девушку. Вздохнул, подозвал Сифа.

- Пора. Я за вещами схожу и можно выступать. Займись покупками, если не сложно. - Он протянул ей кошелек с остатками денег. - У меня больше нет. Пойду, продам одну вещицу, на лошадь точно хватит... - Тиберий встал, размял затекшие плечи и, подхватив волчонка на руки, пошел в сторону таверны. Сам он очень сомневался, что их выпустят из города: седой мужчина с молодым лицом и девушка-хасиндка слишком приметные сами по себе. Но... попытка не пытка, может и получится. Даже если они и не найдут Якоба, то, во всяком случае, смогут хотя бы покинуть проклятый Риалто. А там... Там будет видно.

[SPIRT_VD]

Церковь

 

 Те, кто тебе воспротивятся,
 Познают небесный гнев.
 Поля и леса возгорятся.
 Моря, выходя из брегов,
 Поглотят их. Ветры сотрут
 Их страны с лица земли.
 Молнии будут хлестать с небес,
 И будут они взывать к своим лжебогам
 И слышать в ответ тишину.

 

Целитель сверлил взглядом молящуюся сестру. Женщина, стоя на одном колене и сложив руки лодочкой, не обращала внимания на Авиценниуса. Дождавшись конца куплета, целитель подал голос:

- Строки эти полны упрека и строгости, сестра. Была ли Андрасте такой?

Женщина немного вздрогнула, посмотрев на мужчину через плечо. Встав и оправив одежды, она с улыбкой ответила:

- Андрасте никогда не была жестокой. Строки песни исказились, пройдя через толщу времен.

- Да? - удивленно поднял бровь целитель, подходя к сестре ближе. - Впервые вижу служительницу Создателя, позволяющую себе усомнится в подлинности "Песни". Ваши взгляды тут явно не приветствуют? - Авиценниус обвел рукой пустую церковь. Женщина открыто рассмеялась, забавляясь чужестранцем.

- Здесь, в Риалто, мы имеем гораздо более широкие взгляды, чем может показаться. Вам стоило бы прийти вечером, послушать преподобную мать - она бы рассказала и показала вам неоспоримые доказательства того, что "Песнь..." переписали столь кардинально, что никто не верит в это сразу. Но, даже самые упертые убеждаются в нашей правоте, возвращаясь сюда снова и снова.

- Вы так утверждаете? - взял женщину за руку целитель. - Я с удовольствием бы послушал вас прямо сейчас. Естественно, убедившись в вашей правоте я буду рад поддержать старания донести правду не только словом, но и делом, - Авиценниус невзначай хлопнул по боку, где обычно висит кошель с деньгами. Кроткий кивок сестры был красноречивым ответом.

- Прошу за мной, сын мой. Я покажу тебе истину.

"Что за город... Что не дом, то бордель" плюнул дух, разочарованный окончательно. "Я не буду заставлять тебя есть ее, мне слишком противно". Мужчина лишь усмехнулся. Он пришел сюда не за этим. Зайдя в боковой флигель, огороженный от остальной церкви книжными шкафами, целитель обнаружил небольшую комнатушку, заставленную церковной утварью и небольшим креслицем в углу. Сестра отпустила целителя, мягко подтолкнув его в сторону сидения, и неторопливо забралась на стремянку, стоящую под полкой. Немного поправив одеяние, женщина как бы невзначай оголила крепкие щиколотки.

- Вот-вот, почти нашла эти записи, - пропела сестра, не спеша опустится. Целитель презрительно поднял угол рта, доставая из-за пояса кинжал. Эти игры ему надоели. Подойдя к женщине, он легко коснулся ее ноги. - Кажется, я увидел ее, милосердная сестра.

Женщина с улыбкой обернулась и опустила голову к целителю. Не теряя времени, Авиценниус завел руки ей за спину, имитируя страстное объятье и втыкая кинжал под основание черепа. Не произнеся не звука, женщина с грохотом упала на пол. Не дожидаясь, пока служка окончательно умрет, целитель вытащил оружие и отрезал жертве оба уха. Протерев кинжал одеждой сестры, мужчина, зажимая в кулаке свою добычу, направился к выходу из церкви.

 

(нужен бросок на наказание, думаю)

[Shunt]

Церковь

 

Далеко, впрочем, целитель уйти не успел. Едва он вышел из церкви, как вслед ему донесся громкий крик:

- Убили-и-и-и! Убили! - визжала одна из сестер.

Услышав эти крики, Авиценниус прибавил ход. Это было его ошибкой. Один из стражников заметил его, убегающего, и рванул за ним. Долгой погони не вышло, уже через минуту целителя повалили на землю. 

- Вор? - С подозрением посмотрел на него стражник. Но тут из кулака целителя выпали отрезанные уши. - Убийца! Вот дела...

Эти слова были последними, что услышал тевинтерец, прежде чем на него обрушился удар кулака. Как его тащили в темницу он уже не запомнил. Однако, ему повезло в одном - бросили его в одиночную камеру. 

 

Техническое объявление: Авиценниус сидит в тюрьме. Выкуп: 20 золотых. 

Изменено 9 сентября, 2014 пользователем Shunt

[SPIRT_VD]

Тюрьма

 

Hи секyнды без дpаки, веpим в жизнь и смеpть.
В глаза твоей собаки, нам не стpашно смотpеть.
Сегодня победа, пойми и пpости.
Hам ничего не осталось, но есть что донести.

 

- Заткнись уже, драть тебя в селезенку! - взвыл охранник, кидая в целителя щепкой. Авиценниус, хохотнув, поставил себе очередной плюс. Хоть он и не мог выбраться из острога сам, довести охрану до белого каления и попытаться свернуть кому-либо шею - вполне неплохой вариант. "Хотя, они тут наверняка наученные" оскалился мужчина, снова затягивая:

 

Что веpнет нам надежда? Что спасет кpасота?
Ты вчеpа был хозяин импеpии, а тепеpь - сиpота.

 

В целителя полетела очередная щепка. Все шло своим чередом.

[Perfect Stranger]

Порт Риалто

 

Взяв деньги, Раэна проводила взглядом удаляющегося мага и вздохнула.

- Что ж, похоже, здесь мы тоже надолго не задержимся, - сказала она Сигурду и медленно побрела в противоположную сторону, через весь город, к конюшням "Небесный предел". Странно - даже название этого заведения как будто бы насмехалось над ней, ведь Якоб постоянно твердил о каком-то "Небесном страже", доспехи которого он нашел. И в тот день, в пещере дракона, когда он показал ей меч... что-то в нем изменилось тогда. Словно он поверил в то, что обыкновенный кусок стали сможет заставить его стать лучше.

Почему-то от этого стало еще больнее. Девушка пересчитала наличные. Должно было хватить на двух коней и немного еды в дорогу, а большего ей было и не нужно.

Таверна "Русалочья чешуя"

 

- Ничего, прорвемся. - ответил Гэйден своим безрадостным  мыслям.

 

- Прорвемся, тут ты прав, - кивнул эльф и протянул своему другу бутылку. - Глотни, эта гадость продирает до самой души. Но хотя бы уже не так мерзко, как после... - он вдруг замолчал и мотнул головой. - Неважно. У меня есть несколько дел, которые нужно доделать в городе, но надеюсь, что ближе к вечеру встретимся на этом же месте. И, Гэйден... - он снова сделал длительную паузу, которая затягивалась уже до той степени, когда от молчания начинает становиться неловко. - Впрочем, забудь.

Поднявшись, он направился к выходу, на ходу размышляя о том, что очень скоро ему придется бросить группу. Просто потому, что иначе он не выдержит и расскажет кому-нибудь, а то и предаст своего работодателя и человека, который мог бы изменить его жизнь к лучшему. А что мог сделать Чужеземец? Кроме красивой сказки о том, как они вдвоем уедут на далекие острова? Габриэлю нравилось иногда думать, что так может быть на самом деле, но... он давно перестал верить в сказки.

[Фели]

Улицы Риалто, сточная канава

 

"Я должен ему помочь. Создатель велит не оставлять других людей, а уж тем более друзей в беде..."

 

Освальд не знал, что после того спектакля, что они с эльфом устроили в прошлый раз, меч проснулся. Было бы удивительно, если бы он не проснулся. Он проснулся, и молчал... однако когда храмовник начал снимать с эльфа доспех, с невинным намерением обработать раны, меч не выдержал. Просто не выдержал.

"Нет."

Сдавленный, яростный шепот, в котором прослеживались нотки отчаяния, раздался в ушах мужчины. Его руки безжизненно опустились, не желая слушаться - меч вновь перенял над ним контроль. И что-то тут было... не так. Неправильное. Словно клинок был подавлен.

Изменено 9 сентября, 2014 пользователем Felecia

[Junay]

Таверна "Русалочья чешуя"

 

- Прорвемся, тут ты прав, - кивнул эльф и протянул своему другу бутылку. - Глотни, эта гадость продирает до самой души. Но хотя бы уже не так мерзко, как после... - он вдруг замолчал и мотнул головой. - Неважно. У меня есть несколько дел, которые нужно доделать в городе, но надеюсь, что ближе к вечеру встретимся на этом же месте. И, Гэйден... - он снова сделал длительную паузу, которая затягивалась уже до той степени, когда от молчания начинает становиться неловко. - Впрочем, забудь.

 

Гайджин глотнул из горла обжигающий самогон и поперхнулся. На глазах выступили слезы от обжигающей горло дряни, а в голове тут же зашумело.

- Будь осторожен в городе... Вороны могут напасть. откуда не ждешь. Хотя у тебя по сравнению с нами преимущество - ты знаешь все приемчики Воронов и не попадешься просто так. Но все равно - не рискуй зря. - добавил он уже тише. 

Гэйден умолчал о том, что тоже собирается в город - за товарами для ритуала покаяния. Врядли Габриэль поймет такой странный обычай.

[Shunt]

Таверна "Черный Волк"

 

Добравшись до таверны, Тиберий решил сначала зайти к Авиценниусу. Попрощаться. Но того в номере не было, так что поболтавшись у закрытой двери с минуту, маг пошел в свой номер. Закинув все вещи в сумку, он спустился вниз, сказать пару слов Мелиссан.

- Так, ну... мне пора в общем. Сама знаешь - меня не видела, не слышала и все такое.

- Не учи, знаю. - Хозяйка улыбнулась. - Девушку с собой забираешь?

- Что-то типа того. - Маг задумался. - Слушай, ты старика-лекаря не видела? Я к нему хотел зайти, а его нет.

- Не видела, но слышала. - Улыбка стала еще шире. - Он убил в церкви служительницу, отрезал ей оба уха и теперь сидит в тюрьме. 

- Что?! - Тиберий опешил. - Вот старый... - Он выругался на дикой смеси антиванского и арканума. В длинном предложении упоминались различные типы соития с матерью и отцом Авиценниуса. - Сколько выкуп?

- Двадцать золотых и да, ты уверен, что он такой тебе нужен? - Мелиссан уже хохотала во весь голос.

- Да пошел он... за такую цену, - Тиберий покачал головой. - В общем, до встречи. Может, я сюда как-нибудь еще и зайду. Через годик. 

- Удачи. - Мелиссан отвернулась. Ей отчаянно хотелось сказать, что выбраться из города ни он, ни его подруга не смогут, но некоторые тайны стоили очень и очень дорого.

Тевинтерец же не обратил на это внимания и покинул здание. 

[Kykuy]

Сточная Канава

 

"Нет."

" Нет? ", - про себя подумал Освальд, поскольку он не мог даже выговорить слова. Если бы он сказал вслух, то это прозвучало бы с таким отчаянием, что сам Хатико, будь он жив, пустил бы скупую слезу...

 

" Почему? То, что он сделал со мной недавно, была чистая случайность. Я бы и сам в подобной ситуации вряд ли полез обниматься... Он же умрёт, если ему никто не поможет! А кто ему поможет, кроме меня? Неужели нельзя просто простить его... проступок? Что мне нужно сделать, чтобы ты простил его?", - храмовник предпринимал отчаянные попытки превозмочь контроль меча, но он был гораздо сильнее, чем контроль любого мага крови. Мужчина до сих пор не понял, что пока меч сам того не захочет, Освальда он не отпустит. Но как его уговорить? Риторический вопрос без ответа.

[Фели]

Улицы Риалто, сточная канава

 

"Что мне нужно сделать, чтобы ты простил его?"

 

"Я никогда не прощу ни таких как он, ни его в частности!" - с ненавистью прорычал голос в голове, с упрямством бронто удерживая над Освальдом контроль. Если кто-нибудь спросил бы храмовника, каково это - он бы ответил: "как если твою голову сдавили в тисках, привязали ниточки к конечностям, и дергают за эти ниточки, как деревянную куклу".

"Мы уходим."

Освальд послушно встал, возвышаясь над вытащенным из канавы телом.

Изменено 9 сентября, 2014 пользователем Felecia

[Mad Ness]

Порт.

 

В этот день, точнее за совсем небольшую его часть, которую люди именуют утром, случилось сразу два знаменательных события. Первое - какому-то счастливчику удалось сорвать поистине огромный куш в "Шестерке", несмотря на все старание крупье и игру кубиками со смещенной тяжестью. Мало того, незнакомец сумел скрыться от внезапно захотевшей подышать воздухом половины народу со всего заведения, точно растаяв в утреннем тумане с едва ли не тремя тысячами золотых. Каким образом он смог унести такую тяжесть - неясно, но некоторые деятели мысли предположили, что гном нырнул в лабиринт канализации и уже успел добраться тайными тропами до самого Орзаммара. Что  ж, если им от этого легче принять свое поражение, то пусть оно так и будет. Несмотря на то, что приключения Гримнира Дросса в этот день только начинались, мы, пожалуй, опустим их и перейдем ко второму событию.

Второе - в порт Риалто, незадолго до рассвета, вошел легкий бриг "Четыре галки". И, вопреки всем заведенным правилам и традициям, капитан сего корабля в первый же день отпустил матросов в четырехдневный отпуск, оставив лишь несколько человек, необходимых для охраны корабля. На то, что капитан уже вторую неделю пьет только из своей собственной фляжки и лично следит за приготовлением пищи, все старательно не обращали внимания.
"Внезапно" свалившимся счастьем поспешил воспользоваться и один из матросов, раздолбай по прозвищу "Тим", подарив начало дня трем благородным и, всенепременно, прекраснейшим леди из "Бархатной Маски". Откуда у него взялись деньги на такие развлечения оставалось только гадать, как и о причинах заставивших капитана, в дополнение ко всем его странностям, отказать себе во встрече с друзьями в "Шестерке".

Ну, как говорится, делу время - потехе час. Когда особый "дамский" кошелек Тима показал дно, он раздал оставшиеся там кругляши трем чаровницам и покинул стены сего угодного Создателю заведения.

Теперь нужно было озаботиться поисками жилья. Возвращаться к красавице Зои он не собирался. Их отношения дали трещину еще тогда, когда он бывал в Риалто около года назад, и предложил подруге девушки присоединиться к их ежевечернему "игрищу дельфинов". Зои не оценила подобной затеи, хотя Тим подозревал, что она просто стыдилась признать свое влечение к бледной, точно лепесток кувшинки, Валери.

Решив, таким образом, что придется остановиться в таверне, матрос отправился к  гостинице "Черный Волк", хозяйка которой, добрейшая Мелиссан, не раз обещала Тиму прислать Воронов по его душу и... впрочем, неважно. Ведь с тех пор минуло немало времени, и теперь хозяйка таверны и моряк сумели наладить дружеские отношения, что приносили им обоим немалую выгоду.

 

"Черный Волк"

 

Пока же Тим, вполне себе довольный жизнью, направлялся к таверне, внутри заведения какой-то босоногий парнишка передал Мелиссан запечатанное послание. От кого оно мальчуган не знал, ему было велено только передать конверт хозяйке и сказать, что письмо предназначено тому, кто "что-то потерял и хотел бы вернуть". Без малейшей запинки протараторив нужные слова - у него уже явно был опыт передачи всевозможных устных и письменных посланий - маленький курьер схватил положенную ему монетку и исчез в мгновение ока, оставив женщину гадать кому же отдать письмо.

Изменено 9 сентября, 2014 пользователем Asmyrail

[Perfect Stranger]

Конюшня "Небесный предел"

 

Здание располагалось у самого выхода из Риалто - небольшое, приземистое, с просторным загоном, в котором мирно паслись несколько лошадей и мулов. Но одна из них сразу приглянулась хасиндке. Вообще-то она не слишком хорошо ездила верхом, в болотах лошади были без надобности, но во время скитаний по Ферелдену пришлось с горем пополам научиться. Высокий игреневый жеребец, словно почувствовав взгляд девушки, поднял голову и посмотрел прямо на нее.

- Что, понравился? - вдруг сказал подошедший откуда-то со стороны хозяин конюшни, вытирая руки от чего-то черного и липкого грязной тряпицей. - Самый быстрый конь в моей коллекции, родословная - аж двадцать поколений, родителей привезли из Орлея. Хотите посмотреть поближе?

- Я его беру.

- Девушка, вы меня не поняли. Самый резвый...

- Сколько? - холодный взгляд заставил мужчину нервно сглотнуть и отступить. Обычно с ним пытались торговаться, смотрели копыта, зубы скакуна, но эта странная смуглая женщина была готова купить одного из самых дорогих коней вот так сразу. Видимо, сильно спешила покинуть город, но на попутных обозах ехать боялась.

- Шестьдесят золотых, но только потому, что вы мне нравитесь, милая сеньорита, - улыбнулся хозяин, но Раэна только пожала плечами, вытаскивая из кармана нужное количество монет. - Его зовут Виенто. Сейчас я его для вас поседлаю.

Когда игреневого жеребца вывели уже со сбруей, седлом и попоной, хасиндка задним числом отметила, что животное было по-настоящему прекрасным, а в темных глазах блестел недюжинный ум. Сигурд вел себя спокойно, он понимал, что лошадь им нужна, хотя уже порядочно проголодался. Отсчитав еще сорок монет, девушка приобрела белую в яблоках лошадь для Тиберия - увы, денег у нее оставалось совсем мало. Запрыгнув в седло Виенто и взяв второго коня под уздцы, она направилась обратно в город, искать мага. Пора было отправляться в путь.

 

-60 золотых, +породистый жеребец

-40 золотых, +обычная лошадь

Изменено 9 сентября, 2014 пользователем Шен Мак-Тир

[Kykuy]

Сточная Канава

 

"Я никогда не прощу ни таких как он, ни его в частности!"

" Что? Что тебе сделали эльфы? И что значит "его в частности" ?, - в отчаянии спросил Освальд, поднимаясь с места(не по своей воле). Он уже не пытался сопротивляться, не пытался сбросить оковы меча. Это было просто неразумно. - " Может, ты расскажешь мне, что же он такого сделал, и мы будем ненавидеть его вместе? Имеет ли твоя... твоя неприязнь к Элдриону какой-то смысл? Чего ты добьёшься, если он умрёт? " 

 

"Мы уходим."

" Ку... стой! Это всё... просто-напросто противоречит всем моим принципам и всем принципам Создателя! ", - в отчаянии мысленно воскликнул храмовник.

[Фели]

Сточная канава

 

" Ку... стой! Это всё... просто-напросто противоречит всем моим принципам и всем принципам Создателя! "

 

"Что еще за создатель?" - гневно фыркнул Шадрил. Лезвие клинка вновь объял черный клубящийся туман - совсем как тогда, в заброшенном театре. Вопрос про эльфов был благополучно проигнорирован.

Изменено 9 сентября, 2014 пользователем Felecia

[Shunt]

Ворота города.

 

Тевинтерец быстрым шагом шел к воротам. Оставаться здесь дольше положенного он не желал. Со смешком он подумал, что они забыли обговорить место встречи. Впрочем, для таких дел ворота в город вполне себе годились. Дождь, вроде как, не собирался идти по новой, но небо оставалось серым, так что снимать плащ с себя он не стал. Да и какая-никакая маскировка была нужна. Вряд ли это поможет от Воронов, но от всяких бродяг, которые за неплохую цену могут за ним следить - наверняка. Конечно, он не недооценивал наблюдательность нищих и бездомных, но отчаянно надеялся, что им дали неверное описание. Впрочем... если он был прав, то выбраться им не удастся. Их уже всех давно сдали с потрохами.

Подойдя к воротам, Тиберий встал у стены, высматривая в потоке людей Раэну.