Мафия Год Спустя: Игры Даэдра 2 — Кристалл Обливиона

[ProfessorSeverus]

Надо предупредить всех! Что бояться стоит совсем не двемерских пауков!

 

Она подумала, что давно не видела влюблённые пары, что их нужно найти и предупредить.. но тут голова опять заболела, и мысль не удержалась.

 

- Да, непрменно! Но надо всех собрать! - воодушевился альтмер, но потом наклонился к Эленвен и даже чуть присел, заглядывая снизу вверх в её глаза, - Что-то не так?

[Laion]

-Прости. -виновато произнес мужчина. -Я не хотел тебя смущать.

 

Луна снова взглянула в глаза Годви. Он не смеялся, и за это она была ему благодарна. 

 

-Знаешь. Уют это хорошо. Я вот о нем только слышал. Я даже не знаю где я родился и кто была моим отцом. Большую часть жизни я прожил вот так. В постоянной дороги. Спал где придется и ел что придется. -с легкой грустью произнес мужчина.

 

" Какой он.. Удивительный." - Но тут же противным голоском вякнул расовый инстинкт - Но он норд!"  Луна мысленно старательно запинала инстинкт в подполье и прихлопнула крышку.  Осторожно коснулась руки Годви: -  Когда мы выберемся отсюда, ты сможешь купить себе дом. И у тебя будет куда возвращаться.

Она улыбнулась, но тут до ее слуха донеслись слова Эленвен и она, вздрогнув, сжала руку Годви: - Неужели все-таки это ловушка?

 

- Мы должны помешать им найти этот кристалл. И для этого должны рассказать всем о том, что видели, и.. быть очень осторожными. Вы помните дневник Вайланы. Слуги Молага Бала могут начать приносить жертвы.. или избавляться от тех, кто теперь стал им не помощниками, а помехами в поисках кристалла. Надо предупредить всех! Что бояться стоит совсем не двемерских пауков!

 

 

Х    ухожу спать. 

Изменено 8 февраля, 2015 пользователем Laion

[Энди-с-Лицом]

Комната, куда подглядывать нехорошо, до итогов

Миг наслаждения разделенного двоими,  тогда пропадает все, влюбленные живут в своем особом мире. Не замечая, ничего вокруг и зачем,факел погас, комната погрузилась в темноту,лишь двое влюбленных,  казалось, что сейчас у них общая душа и им не надо было больше слов..

Такая сладкая бесконечность... Она продолжает существовать, нет, она существует всегда. В каждой момент времени эта бесконечность, созданная, изваяная неведомым скульптором из двух любящих душ, существует вечность. Ведь это две такие одинаковые категории - бесконечность пространства и нескончаемость времени... Пусть беснуются принцы даэдра на своих кровавых тронах. Пусть упиваются мнимой властью. Пусть отчаянно пытаются нанести свой удар, спасая свою жалкую власть над душами. Человеческая душа - потемки даже для древних принцев. Даже они боятся того, на что способна душа. Две же души, сошедшиеся, слившиеся, соединившиеся вместе в неразлучном союзе заставляют принцев бежать в диком ужасе...

Они лежали рядом на старой как камень, из которой была сделана, кровати. Но они бы ни за что не поменяли жесткий камень и походные одеяла на самые роскошные перины в богатейших дворцах мира. Их губы искали друг друга, руки скользили по слившимся в неразделимом объятии телам... Учащенное дыхание обдавало и без того разгоряченные тела великим жаром, который способен был растопить даже ледяные торосы побережья Моря Призраков. Сердца бились в унисон, отбивая чудесный ритм любви.

А потом они взлетели на вершину, откуда весь мир казался далеким и таким маленьким, таким несущественным, невещественным, ибо вещественного осталось - только они, и больше ничего. Только они - в этом был весь мир. Сейчас. Навечно.

- Люблю, - шепнула она, не нарушая магии тишины, но расцвечивая ее новыми красками. И только это слово что-то значило. И оно было бесконечность.

Х за сим прощаюсь!

[First Contact]

на прогулке по руинам

 

- Да, непрменно! Но надо всех собрать! - воодушевился альтмер, но потом наклонился к Эленвен и даже чуть присел, заглядывая снизу вверх в её глаза, - Что-то не так?

 

- Боюсь, Луна была права, и мне нужно какое-то другое зелье, - с досадой, как о некстати захромавшей лошади, проговорила Эленвен. - Мне.. нехорошо. 

 

Она приложила руку к виску, и поморщилась, что её лицо, и без того выглядящее не слишком цветуще, не украсило.

 

- Давайте вернёмся к месту нашего лагеря. Там я оставила зелья в одном из двемерских сундуков, не думаю, что кто-то их взял.. Мне нужно отжать один Гире и, возможно, там есть средство от болезни. Там же мы можем ждать остальных и рассказать им всё.

[Кайра]

комната  до итогов

 

 

Спойлер

Любовь  это слово есть в каждом языке. Любовь- самая великая сила во Вселенной , даже боги   не могут ей ничего противопоставить, на краткие мгновения, мы становимся едины с  не , что большим, выходим за границы  смертных тел.

 

Не подвластное разуму логике, которая, как лавина сметает все преграды на своем пути, двое становиться единым  

 

Люблю  прошептала  девушка. Люблю  прошептал он ей и прижал ее к себе, жаркий поцелуй, невозможно долгий.. и только  темнота была безмолвным свидетелем...

Спойлер

 

 

[Мистер Лис]

" Какой он.. Удивительный." - Но тут же противным голоском вякнул расовый инстинкт - Но он норд!"  Луна мысленно старательно запинала инстинкт в подполье и прихлопнула крышку.  Осторожно коснулась руки Годви: -  Когда мы выберемся отсюда, ты сможешь купить себе дом. И у тебя будет куда возвращаться.

Она улыбнулась, но тут до ее слуха донеслись слова Эленвен и она, вздрогнув, сжала руку Годви: - Неужели все-таки это ловушка?

 

!Луна  В словах девушки чувствовалась поддержка, тепло, искренность. От касания ее нежных рук по всему телу прошла едва заметная дрожь и что-то еще. какая-та искра. Годви и забыл как давно испытывал что-то подобно. Нет. Он такого еще никогда не испытывал. Он едва заметно улыбнулся. Глаза мужчины блестели добротой. Вся тревога которую он так старательно пытался спрятать сейчас улеглись. Все происходящее отошло куда-то в сторону и сейчас не имело значение. Имела значение только она. ее черты лица. Они врезались в память и оставляли след в душе. Касание девушки обжигало руку. 

-Когда все это закончится, я брошу с приключениями. -слова мужчины звучали как-то странно. Как клятва. Самому себе или быть может куму-то другому? Тому кто вдруг стал дорог его сердцу? Той единственной к которой тянулась душа? Мужчина повернулся к девушки и сжал ее ладонь в своей. 

-Все будет хорошо. Это была ловушка с самого начала. Но я рад что попался в нее. Ведь тогда бы я не встретил тебя. -мужчине было жутко неудобно говорить то что он сейчас собирался сказать. он чувствовал себя неловко. Щеки зарумянились. "Не будь мальчишкой!" -мысленно отругал себя мужчина чувствуя как начинают дрожать колени. Сейчас все его мысли заполнила она. Это казалось бы самое прекрасное во всем Тамриеле создание. Губы мужчину тронула едва заметная улыбка. Он до сих пор не знал почему, но луна что-то задела в нем.В тот самый момент когда впервые коснулась его раны кончиками своих нежных пальцев. Мужчина посмотрел девушке в глаза. В глаза в которых хотелось утонуть. Смотреть и не отрываться. 

[ProfessorSeverus]

- Давайте вернёмся к месту нашего лагеря. Там я оставила зелья в одном из двемерских сундуков, не думаю, что кто-то их взял.. Мне нужно отжать один Гире и, возможно, там есть средство от болезни. Там же мы можем ждать остальных и рассказать им всё.

 

- Зелье? К лагерю? Мы не пойдем дальше? Но как же... - Алано был несколько растерян, - Хотя, о чем это я... Да, конечно... НО уверены ли вы, что все, кто сюда пришел, решат, что надо вернуться обратно?

Он обернулся на Доби стоящего в ожидании с котелком, на Луну-Викторию, стоящую с тем раненым нордом.

- Стоит ли взять охрану? - спросил он подхватывая под руку Эленвен, - Или я попрошу Луну-Викторию, чтобы она подсказала всем, чтобы вернулись?

[Фолси]

feel the heat upon your skin

Спойлер

Тихо лязгает заточенный металл. Наёмник берёт лезвия по одному и пробует их остроту шершавым пальцем. Не ржавые, но всё равно тупые. Бард изойдёт кровью, пока его Волк исполнит задуманное. Нет, кровь им сейчас не нужна. Эшер не хотел будить в себе зверя, особенно когда любимый не сможет дать ему отпор. Мы в ответе за тех, кого приняли в свой мир. 

Норд в задумчивости положил изогнутый блестящий клюв ножа обратно. Опустил взгляд на стоящие тут же бутыли и горелку. Горелку? 

Двемеры были экономны. Они не тратили ресурсы зря. Свет для их монументальных залов добывало солнце, а тепло выделялось при сгорании различных эликсиров. Несколько похожих пузырьков витязю доводилось использовать для розжига походного костра. Мучитель осторожно взял одну бутылочку, открыл, махнул рукой над горлышком и втянул ноздрями остаточный запах, чтобы ненароком не сжечь слизистую. Вроде, оно. 

"А если нет, и тут всё рванёт - так хоть умрём вместе", - с какой-то мрачной решимость "пошутил" внутрь себя норд. Он вытащил пустой сосуд из-под горелки, наполнил его странной жидкостью, и поместил обратно. Аккуратно покрутил боковой вентиль механизма. Что-то лязгнуло, чиркнуло, и высеченная до сих пор рабочим устройством искра воспламенила топливо. Над горелкой заплясал одинокий, но достаточно большой язык синего пламени. Безумные его конвульсии отразились в ожившем взгляде Эшера. Повеяло теплом. 

Потрошитель снова взял в руки серповидный нож и стал медленно водить его лезвием сквозь пламя. Выжигая всякую заразу и накаляя до красна. 

 

С громким скрипом воин подтащил двемерский стул к распластанному барду. Наймит уже решил, где разместит клеймо. Есть только одно место на вытянутом, проявившем все свои мышцы под золотистой кожей теле, глядя на которое Лейв будет помнить и имя своего бедового любовника, и ночи, что их сближали шаг за шагом. Широкая ладонь легла на впалый живот, вжала его в ложе дыбы, пресекая судороги боли. Пышущий жаром не хуже настоящего дракона серп коснулся клювом кожи чуть ниже и левее от пупка. Резко запахло палёной кожей и волосами - почти неразличимая дорожка золотистой поросли чуть-чуть обуглилась. Лезвие медленно выписывало на трясущемся теле свои узоры, аккуратно вспарывая плоть и тут же прижигая раны. Шрам пересекался со шрамом, выкладывая древние нордические руны. 

 

Уруз - всё сущее имеет своё завершение, дарует шанс для нового начала. Ты научил меня жить, Соловей. Ты помог мне впервые за шестнадцать лет страстно возжелать чего-то нового. Изменений, перемен. 

Лагуз - суть интуиция, душа. То, чего я лишился по собственной глупости и то, что ты мне подарил в своей любви. 

Феху - обретение. Я обрёл тебя, мой Соловей, а вместе с твоим оживляющим присутствием - и первую надежду. 

Райдо - символ двойственности, воссоединения. Ты принял меня таким, каков я есть, кормил зверя в моём проклятом нутре. Не испугался шагнуть в огонь, что спаял нас воедино. Одна душа на двоих. Один берег по ту сторону забвения. 

 

Наконец, тайнопись предков искусно высечена. Только не в камне, не в сталгриме. А на живом, способном дарить и брать любовь прекрасном теле. Узорный пояс из четырёх заветных рун, что кушаком охватили низ живота висящего на дыбе барда. "Ульфр". "Волк":

 

Тяжело дыша, словно сам только что побыл обточенной заготовкой в руках жестокого мастера, Эшер выронил кинжал. Встал, отодвигая стул. И громким, ровным голосом сказал, глядя прямо в затуманенные дымкой боли глаза Лейва:

- Я люблю тебя. 

[First Contact]

где-то в руинах

 

- Зелье? К лагерю? Мы не пойдем дальше? Но как же... - Алано был несколько растерян, - Хотя, о чем это я... Да, конечно... НО уверены ли вы, что все, кто сюда пришел, решат, что надо вернуться обратно?

Он обернулся на Доби стоящего в ожидании с котелком, на Луну-Викторию, стоящую с тем раненым нордом.

- Стоит ли взять охрану? - спросил он подхватывая под руку Эленвен, - Или я попрошу Луну-Викторию, чтобы она подсказала всем, чтобы вернулись?

 

- Я не знаю, - ответила Эленвен, и в голосе её звучала усталость, - я не очень понимаю, кто, куда и зачем идёт. Может быть это всё жар, а может быть ПОРА УЖЕ ВСЕМ СОБРАТЬСЯ В КАКОМ-ТО ОДНОМ МЕСТЕ "ЛАГЕРЬ" К ЗАВТРАШНЕМУ ДНЮ!! все и правда разбрелись кто куда. Луна-Виктория сможет передать им, чтобы были осторожны этой ночью и.. что среди нас, возможно, убийцы?..

 

Тут Эленвен поняла, что Алано взял её под руку и.. очень удивилась.

 

- Алано.. я могу идти сама, благодарю вас! Если мне станет совсем плохо, я.. отдам вам понести арбалет! 

 

Несмотря на твёрдость, с которой это было сказано, выглядела Эленвен так, что стоило бы отдать кому-нибудь понести не только арбалет и колчан болтов к нему, но также и её здоровенный двуручник, и доспехи.. и возможно её саму. 

[ProfessorSeverus]

- Алано.. я могу идти сама, благодарю вас! Если мне станет совсем плохо, я.. отдам вам понести арбалет!

 

Несмотря на твёрдость, с которой это было сказано, выглядела Эленвен так, что стоило бы отдать кому-нибудь понести не только арбалет и колчан болтов к нему, но также и её здоровенный двуручник, и доспехи.. и возможно её саму.

 

Алано внимательно посмотрел на Эленвен.

- Хорошо, - он чуть отстранился и отпустил её руку, - Я пойду рядом и вы всегда сможете опереться на мою руку, если посчитаете это необходимым... Неплохо было бы найти мед, обыкновенный нордский мед... Но подойдет и любое вино или эль! Подогреть его с приправами... и выпить, но надо обязательно прилечь! Знаете ли, не столько раны валят могучих воинов, сколько банальная простуда! Да-да...

Альмер соучастливо посмотрел на Эленвен.

- ПРошу прощения... - прежде чем отправиться с Эленвен обратно к лагерю, он подошел к Луне-Виктории и дал ей необходимые распоряжения, подключив к этому и норда Годви...

Изменено 8 февраля, 2015 пользователем Alano

[Lord RZ]

Forever vicious circle

...Раскаленный хлыст боли заставляет тело мелко дрожать. Движение за движением. Еще и еще. Навсегда. Даже если я сойду с ума, я всегда смогу прочесть его. Имя. Твое имя. Я ношу его отныне и навеки.

 

Уруз. Я никогда не стану прежним. На коже цветут отметины боли и страсти. Я изменился, я стал новым. И это новое закалилось водой, кровью, сталью, огнем.

 

Лагуз. Заглянул в синие глаза и потерялся. Вложил руку в твою и пропал. Я ждал этого всю жизнь, но даже думать не мог, как это прекрасно. Я нашел тебя, мой болотный огонь. Нет, еще не сказал себе ничего, но знал, что это - оно. Вот как это бывает. Вот как. Сердце вело меня. Я пришел и остался.

 

Феху. Я отнял тебя у бездны. Я здесь, с тобой, ни у кого больше не будет власти над тем, что принадлежит только нам. Твои руки, губы, твои глаза, твоя душа, твой дух, волк. Ты - мой. Я - твой.

 

Райдо. Не станет ни меня, ни тебя. Бесплотным духом буду ли я скитаться по берегам мрачного Хеля, взойду ли я на край небес своих богов...в прах рассыплются миры, и кости земли стряхнут с себя плоть... А ты все еще будешь со мной, я все еще буду помнить тебя, мой волк, моя душа.

 

 

- Я люблю тебя.

- Jeg elsker deg også... Я тоже люблю тебя...

 

Взор туманится... как бы мне опять, как принцессе, не потерять сознание... Костром горят священные руны... огнем горит мое сердце. Я ношу твое имя, чтобы ты не забыл его.

 

Ульфр.

 

Волк.

 

Мой.

 

[First Contact]

где-то в руинах ------> лагерь

Ожидая Алано, Эленвен подумала, как он и другие участники похода отличаются от праздных и скучающих людей в тавернах, с которыми последние годы ей приходилось сталкиваться, и из-за которых она стала настолько замкнута, что иногда просто разлепить губы и что-то произнести ей приходилось понуждать себя. Здесь ни разу не поинтересовались её прошлым, ни разу не пытались поддеть или высмеять. Нет, отношения в отряде были далеко не безоблачными, но всё равно - она себя чувствовала.. практически расковано. И даже с Алано. Альтмеров она всегда избегала особенно тщательно. Боясь и расспросов, и случайно всплывших общих знакомых, и просто их надменного любопытства. Алано был другой, таких альтмеров было мало, она хорошо понимала это, потому что до этого знала лишь одного..

 

Поток мыслей, грозящий вот-вот превратиться в воспоминания светлые и тем ещё более болезненные, прервался новой вспышкой боли в голове. Да, нужно было добраться.. куда-нибудь и лечь спать.

[ProfessorSeverus]

лагерь

 

Поток мыслей, грозящий вот-вот превратиться в воспоминания светлые и тем ещё более болезненные, прервался новой вспышкой боли в голове. Да, нужно было добраться.. куда-нибудь и лечь спать.

 

Не смотря на то, что Эленвен шла медленно, дорога обратно показалась короче. "Не так далеко и отошли подумал," - Алано, когда они дошли до лагеря, в котором еще кто-то был, кто Алано не обратил внимание, потому что его больше интересовало, как помочь Эленвен.  Он проводил  её до места первоначальной ночевки и занялся приготовлением лечебного напитка. За многие годы путешествий он ему помогал часто.

Доби проворно оббежал все ящики и шкафчики и принес так необходимый нордский мед. БОльше всего Алано боялся, что извел приправы вместо с ингредиентами для своих алхимических опытов над эктоплазмой ледяных приведений. НО в отдельном кармане мешка нашлась и корица, и цедра лимона, и гвоздика.

Колдуя у костра над котелком, Алано опять стал думать о дневниках и ночном видении.

Через непродолжительный промежуток времени, альтмер уже стоял перед девушкой с кружкой горячего меда.

Изменено 8 февраля, 2015 пользователем Alano

[First Contact]

Через непродолжительный промежуток времени, альтмер уже стоял перед девушкой с кружкой горячего меда.

 

Когда он протянул ей питьё, на его лице читалась забота и.. ещё забота, и Эленвен засияла своей бледной и не слишком красивой улыбкой вновь, как тогда, в пещере, глядя, с таким энтузиазмом он рассказывает о чём-то, представляющем научный интерес.

 

- Спасибо, Алано.. - она приняла кружку, и тепло приятно согрело ладони, её всю холодил озноб. - Знаете.. - она чуть поколебалась и всё таки продолжила. - Вы мне напоминаете одного очень хорошего мера. Он тоже был учёный.. и также приносил волшебное питьё, когда мне нездоровилось.. Спасибо вам.. за то, что будите эти воспоминания. И за заботу, которую я непонятно, чем заслужила..

[ProfessorSeverus]

Вы мне напоминаете одного очень хорошего мера. Он тоже был учёный.. и также приносил волшебное питьё, когда мне нездоровилось.. Спасибо вам.. за то, что будите эти воспоминания. И за заботу, которую я непонятно, чем заслужила..

 

- Дело не в заслугах, - качнул головой Алано, - Наверное, я скорее всего, все-таки, думаю больше о себе...А вы... вы кажетесь из всех тем, у кого есть на плечах голова... Что же я говорю... Не кажитесь, а есть тот, у кого на плечах здравомыслящая голова! А нам надо тут как-то выжить. Хоть я и не знаю, кто вы и откуда, и возможно мы стоим... стояли по разные стороны в той войне, что идет для нас где-то там и кажется не реальной, но сейчас это не имеет значения... Началась другая война, и мы должны выжить. А потом уже... может вы мне как-нибудь за бокалом хорошего вина расскажете про этого очень хорошего мера... НО это как-нибудь потом, да... А сейчас, пейте и ложитесь отдыхать, желательно ближе вон к той трубе.

Алано улыбнулся и направился к тому месту, где он провел предыдущую ночь.

[Фолси]

forever yours

Спойлер

Взор туманится...

 

Череда сильных шлепков вырывает Лейва из забвения. Щёки горят, но разве это - боль для того, кто только что принял в себя последнюю живую часть потерянной души? Нет огня яростнее того, что до сих пор раздирает низ живота. Нет огня теплее того, что согревает влюблённое сердце. 

Не уходи, останься со мной, требуют синие глаза. Такие яркие, как синее небо, с которого наконец ветром сорвало покров туч. Волк решился на последний шаг. Но не в пучину. А к тебе, отважный бард. 

 

Пальцы, что до сих пор помнят дрожь твоего тела, распутывают узел на затылке и выбрасывают прочь изжёванную влажную тряпицу. Не хочу, чтобы твои губы были сокрыты от меня. Припадаю к ним, как утомлённый жаждой путник к горному ключу. Смакую каждый поцелуй, каждое мгновение, в котором не могу дышать. А руки мои уже рывком распутывают прочные ремни - чтобы никакие препятствия не помешали мне прижать к к своей груди твоё родное тело. Согреть его, вобрать толику боли - или отчаянно поверить, что в моих силах это сделать. Складываю вместе два пальца и с мечтательной улыбкой веду ими от ключицы к ключице, пересекая твою шею. Словно хочу вскрыть? Потрошитель хочет, но не я. Не преданный тебе утерянной душой и заклеймённой плотью Ульфр. 

 

Я просто хочу верить, что когда-нибудь увижу на твоей шее амулет. Мой амулет. 

- Окажись у меня в вещах символ Мары.. - шепчу и криво усмехаюсь. Шестнадцать лет думал: зачем убийце нужен амулет влюблённых? Каким был дураком, - ..я бы хотел видеть его на тебе. Вот тут. 

Опускаю ладонь тебе на грудь - туда, где уже давно в унисон волчьему бьётся соловьиное сердце. 

- Я люблю тебя. Я хочу разделить жизнь с тобой. Навсегда. Ты.. - голос срывается, словно я предлагаю не связать друг друга узами перед лицом богини, а снова, неразумный, заключаю сделку. - Согласен? 

 

Я не рассчитываю на ответ. Ты вряд ли осознаёшь происходящее. Пусть так. Рядом с тобой время обретает совершенно особенный ход: горькие мгновения пролетают незаметно, а счастливые - растягиваются на века. Я просто должен был сказать, как сильно тебя люблю. И что не мыслю жизни без тебя. 

Снимаю натяжение цепей, снимаю кандалы.. снимаю тебя с этого ужасного ложа. Я поклялся защищать тебя по мере сил своих, ты помнишь? Даже от самого себя. Особенно от самого себя. 

Донести тебя до кровати, что до сих пор заправлена парой походных одеял - дело нескольких ударов сердца. Укутать в плотную ткань, поцеловать веки перед сном - ведь так поступают во всех нормальных парах? А мы и есть нормальные. Мы просто не такие, как все вокруг. Волк и Соловей, что признаются друг другу в любви среди холодных стен пыточных застенков. Но.. окажись мы другими, и просто не обратили бы внимания друг на друга. Маре угодны любые союзы. Нашим сердцам - именно этот. 

 

Ложусь рядом как есть. Не хочется одевать пропитанные кровью доспехи - хочется почувствовать себя заново рождённым. Обновлённым. Сегодня ночью я буду слушать только ритм твоего дыхания. Следить только за дрожью твоих белёсых ресниц. Мечтать, гадая по губам. 

А завтра будь, что будет. 

 

Х до эпилога))

[First Contact]

Алано отошёл к своему спальному месту, туда же шмыгнул и Доби.  Эленвен сидела, укутанная в спальник, с кружкой в руках, маленькими глотками пила вкусное и без сомнений целебное питьё, и.. ни о чём не думала. В отличие от многих, сами руины ей не казались враждебными или пугающими. Они казались когда-то покинутым жильцами домом, в который теперь въехали новые жильцы, пусть ненадолго, но дом этого не знает и с готовностью просыпается, прогревается, наполняется домашними шорохами и запахами..  Пустая кружка беззвучно выпала из её рук на спальник, Эленвен сама не заметила, как уснула. С мягкой и спокойной улыбкой..

X 

[Nomides]

Лагерь. До итогов.
 
На Дагурово предложение полакомиться пивом никто так не откликнулся. Лишь проходивший мимо данмер покосился на орка и, сказав, что он такое пить не будет, отправился исследовать руины вслед за группой таких же искателей.
Гро-Бурзаг нисколько не обиделся на отсутствие к себе интереса, может быть из-за того, что в тот момент неподалеку от него не было ни одного праздно болтающегося путешественника, а те, что направлялись вглубь руин, сильно торопились. Так или иначе, орк собственнолично отхлебнул из бутыли небольшое количество жидкости. Потом еще один раз. Затем снова. повторил вновь. Опять. Так продолжалось ровно до того момента, как утяжеленные хмелем и усталостью веки не захлопнулись, отключив Дагура от реальности крепким сном. 
 
Лагерь. После итогов, до того, как все стали возвращаться с прогулок.
 
Проснулся он резко, будто разбуженный мощным пинком, схватился за лежащую на коленях секиру и замахнулся ей в темноту. Вокруг никого не было, лишь потрескивал в середине зала затухающий костер.
 
- Ау! Есть кто живой? - даже такому здоровому орку, как Дагур, стало не по себе от одной лишь мысли от того, что он может оказаться один в этих проклятом двемерском дворце, расположенном, к тому же, под землей.
 
Но вскоре в дальнем конце коридора послышались знакомые голоса и орк успокоился. Он подкинул в костер пару крупных углей точной ромбической формы, найденных им около одной из древних двемерских печей, отчего костер сразу запылал ярким золотым пламенем, а также подставил к костру подобранный неподалеку вполне себе прочный, не дырявый, даже нисколько не тронутый от времени прошедших веков ржавчиной, котелок. 
 
- Может пригодится кому-нибудь, - внезапно заговорила в Дагуре сроду в нем не водившаяся хозяйственность.
 
После того, как остальные члены группы вернулись обратно в лагерь, расположились у костра, а после разошлись по выбранным для ночлега местам для отдыха, молодой орк все так же продолжил сидеть у огня, предложив посторожить своим дозором спокойный сон искателей приключений.

 

X

Изменено 8 февраля, 2015 пользователем Nomides

[Седой]

Странный перекрёсток...

 

Долго стоял и слушал тишину и её слова Гаазкуул...Слова что остались как от самих Хозяев руин, так и тех кто приходил сюда, но остался в них навсегда...Так и не найдя искомое, лишь потеряв себя.

 

- Пора возвращаться в лагерь старый. Проговорил тихим и усталым голосом орк. И развернувшись, отправился в путь до места сбора.

В своих мыслях, думая о своём...он ушёл довольно далеко от лагеря. И ему предстоял путь в пару часов.

 

Спустя три часа...

 

Вернувшись в лагерь, Гаазкуул лишь мазнул взглядом по остальным. И направился к стене, ближайшей от костра и прислонившись к ней заснул тревожным сном...Сжимая в руках секиру, и уронив голову на колени...

Даже его доспех, до этого казавшийся живым...потерял часть красок. И более не отдавал краски вовне, а скорее поглощал их...Делая своего носителя пятном в пляске костра и теней...Отчего его силуэт порой сливался с окружающим пространством, и казалось будто это тень...пытающаяся выбраться из ирреальных пространств своего небытия...

 

Но орк спал и не видел на что он становиться похож...И тем более ему не важно было другое, как это воспримут другие.

Он устал и ему надо было уложить в голове голоса, что были услышаны на перекрёстке...Слишком многое он там понял,  и слишком сильно погрузился в громкую тишину...

 

х до вечера.

[Laion]

Еще до ночи

 

- прежде чем отправиться с Эленвен обратно к лагерю, он подошел к Луне-Виктории и дал ей необходимые распоряжения, подключив к этому и норда Годви...

Но задачка оказалась не из легких.  Почти час Луна и Годви потратили на поиск тех, кто ушел вперед или увлекся исследованием руин. Влюбленные парочки Луна  решила не тревожить  - скорее всего они нашли, как обезопасить себя от неожиданных гостей. Когда задание  было выполнено, Луна и годви вернулись в общую залу.

 

Годви - Сегодня тебе нужно обязательно отдохнуть.. -  негромко, стараясь не разбудить тех, кто уже устроился на отдых, сказала  Луна.  - Как твоя рана? Не болит?

 

Мимо прошел орк. "Гаазкуул.. " Луна запомнила его, это был тот самый орк, который  поссорился с Эшером и Лейвом накануне, сейчас он направлялся на отдых тоже.   Проводив орка взглядом, Луна улыбнулась Годви: - Когда все рядом, спокойнее.

Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Laion

[Юми]

 
Ночь укутывает руины, в которых скрываются путешественники, не без тревоги собираются они ко сну. От ночных кошмаров часовых не выставишь, сплети заклинание, сохрани себя от наваждений магическим щитом, - если умеешь. А если не владеешь словом, то ожесточи свою душу, закаленную в боях, и не такое ты видел за свою жизнь, как-нибудь одна ночь пройдет, а за ней другая, а там уже можно будет и выбираться отсюда. Ведь понятно, что нет здесь никакого сокровища, за которым отправил этот работодатель, который — ведь тебе тоже это приснилось? — оказался Богом Интриг. Можно заключить сделку с Даэдра... но вот выйти из нее победителем удавалось единицам. И о них сложили легенды.

Ночь укутывает руины, и Боэта в образе романтическом и нежном легкой поступью ступает по коридорам: Где ты, любовь моя? Придти в мои объятья! Но крепко спит избранный, и глаза Боэты темнеют от гнева: даэдра может простить предательство, но не пренебрежение!

Потому-то напрасно очерчивала тьму плеть Молаг Бала, ее удар, огненным зигзагом взорвавший ночные коридоры, встретил лишь пустоту и погасла огненная плеть, чтобы вновь вспыхнуть следующей ночью.

А тем временем по подземельям летел Дракон, простирая свои крылья над тем, кто, по мнению Периайта, больше всех нуждался в защите. Но плакать придется Меридии горькими слезами, Булавы Молаг Бала уже замахнулась для удара.. И ударит она вовсе не туда, распрострер свои крылья дракон.

Плачет Меридия, щит ее озаряет яркой вспышкой лицо одного из путешественников, и становится понятно: он чист, как слеза младенца... Если только не черна его душа той особенной пустотой, что даже для магии выглядит прозрачно, но этого щиту, увы, не понять.

Но что за тени сгустились под раскидистым деревом в саду? И кто привязан к каменному постаменту под ним? Уж не собираются ли они принести простого путешественника Эшера, виновного лишь в том, что он полюбил и добился взаимности, в жертву Принцу Гнева?

— Зачем? Безмолвно вопрошает Меридия, но уговор есть уговор. Ничего не может поделать она, и лишь смотрит как один из тех, кого она собиралась оберегать, готовится к смерти. Как сверкнула молния, озарив лик одного из тех, кто занес над невинным жертвенный кинжал. И от этого видения вздрогнули все спящие путешественники (иными словами подсказка)
 

 
Словно бы судьба особенно немилосердна сегодня к влюбленным, безумный смех слышится в коридоре, и возмущенные крики одной из тех, кто получил от Меридии ее волшебный щит: Воровки Эрин. 
 
 — Ваббаджек, Ваббаджек! - слышится в коридоре. - Преврати ее в мышку, племянничек! Мы будем кормить ее сыром!
 
На этот голос, знакомый всем, кто хоть однажды в жизни испытал безумие, поднимают головы и верные слуги Молаг Бала, но видят лишь, как выбранное ими черное дерево покрывается цветами, а коридор озарятся рассветными лучами.
 
 — Шеогорат, Шеогорат,  — тень, величественно ступающая по коридору, еще не видна отчетливо, но корона-полумесяц венчает ее голову, и от нее исходит сияние, окутывающее, словно драгоценной, тончайшего шелка, накидкой, женскую фигуру. Все не наиграешься? Долго же я искала вас, — продолжает женщина, в которой уже трудно не признать Королеву Зари. — Неужели во всем времени не было места поинтереснее, чем тысяча лет назад от прошлой нашей игры, чем время, где Молаг Бал нашел таких замечательных друзей и чуть было не провалил в Обливион весь Тамриэль? И смотри-ка, кто ему помешал?
 
 — Он хочет снова найти кристалл Обливиона, сестра,  — молвит Меридия. — В прошлый раз дядя Шео перебил всех: и моих защитников, и слуг Молаг Бала. Но они собрали новую экспедицию. А с кристаллом, он сможет затянуть в свой план весь Тамриэль разом... словно бы через один большой якорь. И я не смогу ему помешать, — почти шепотом заканчивает она.
 
Азура с сожалением качает головой.
 
— Слишком поздно мне вступать в игру, неотложные дела задержали меня в Лунной Тени. — Глаза Меридии вновь наполняются слезами, но Мать Роз проводит ладонью по ее лицу, осушая слезы. — Но что-то сделать я могу. По крайней мере Шеогорат, не получит никого, — при упоминании этого имени глаза даэдра сверкают гневом. — Впрочем, и Молаг Бал обойдется без новых жертв. Я видела, она разбили лагерь у входа в руины. Ты найдешь всех своих подопечных там.
 
— Да, и еще кое-что, — Азура оборачивается, уходя, в то время как два крылатых сумрака подхватывают Эшера, выхватив его прямо из-под занесенного кинжала и Эрин, чудом избежавшую участи стать мышкой. — Слуг Молаг Бала, если вы их поймаете, я оставлю в лагере. Сможешь сделать с ними, что захочешь. Ну а уж с племянником я сама разберусь.
 
 

[LonelyAngel]

До ночи

 

И вновь спешка, проснувшись с рассветом Нордовец немедленно собрал необходимые припасы и отправился в путь. Дорога была легкой и бывший охранник быстро приближался к цели. «Что же там дальше, что за невероятная авантюра раз понадобился такой серьезный отряд». Эти мысли не покидали его голову.
Как бы Дориан не торопился, но ему не удавалось спокойно преодолеть назначенный путь: дикие, местные обитатели, ужасно разозленные кем-то тролли. Еще больше обескураживало то, что намеченная цель оказалась далеко не конечной, а лишь очередной ниточкой.. Зацепкой для дальнейшего пути. Ничего не оставалось кроме как двигаться дальше. Больше всего радовало, что следы оставленные отрядом помогали не сбиться с пути и спустя какое-то время Стрейндж смог дойти до ледяной пещеры.

«Куда меня занесло на этот раз?», всё это уже откровенно настораживало, изначально легкая и привлекательная авантюра уже таковой не казалась, а ноги уносили всё дальше. Легко было заметить следы прошедшего отряда, небольшие сражения с местными хищными обитателями, но радушных мыслей это не прибавляло. «Пути назад нет, теперь найти отряд необходимо, а если нет... может, даже вообще не выберусь». 
Настроение улучшилось когда путник достиг руин. Следы отряда говорили о том, что он уже гораздо ближе к цели, а дух авантюризма снова взял верх: пробуждая невероятный интерес к находке.
Наконец-то гонка в несколько дней закончилась и Дориан смог нагнать ушедший отряд, оставалось объяснить им всё. Тяжелый разговор с часовыми, детальные выяснения и объяснения, убедили их в том, что Нордовец не враг и пришел с той же целью, решив отложить все вопросы до утра, Стрейндж лег спать.

[Osidius the Emphatic]

до итогов
 

Спойлер

Муири, последовав примеру остальных, отправилась в собственноличный небольшой пеший поход, но не вперед, а назад. Она помнила, что они проходили странное дерево: оно было рассечено надвое. И правда: поверхность ствола напоминала кожу, лопнувшую от удара плети. Вот только что за плеть рассекает деревья? 
 
Воровка передвигалась с особой осторожностью, ей было не по себе, будто виновник все еще был где-то здесь и мог вернуться, привлеченный шумом. Шум Муири пришлось издавать, поскольку к дереву она вернулась с вполне конкретной целью - набрать несколько веток - но сперва она все-таки обошла площадку, будто проверяя, не притаился ли где поблизости Молаг Бал... 
 
Впервые в жизни Муири захотелось попросить, чтобы покровительница всех воров, Императрица теней Ноктюрнал, присмотрела за ней. Но, если уж она решила довериться странному сну, у истинной хозяйки Гильдии воров были свои цели и своя игра, поэтому бретонка постаралась вытряхнуть из головы мысли, мешавшие ей сделать то, за чем она сюда пришла, быстро и поскорее вернуться в лагерь.   
 
Позже, позаимствовав у кого-то небольшой, аккуратный, оказавшийся точно по руке ножик, Муири сидела у костра и выстругивала стрелы, занятие, может, и не самое полезное, но занимающее руки и голову, а это было не лишним, раз уж их компания остановилась здесь надолго. Неподалеку молодой орк, дрыхнувший самым беззащитным образом, когда она уходила, уже нес вахту, позволив "нагулявшимся" членам отряда отдохнуть. Вскоре вернулся и Гаазкул, чтобы практически сразу же уснуть, привалившись к стене. Но к Муири так легко сон не шел. В отличие от Эленвен она не чувствовала себя спокойно даже в присутствии остальных. Город двемеров больше не казался ей покинутой обителью, которая только и ждет возвращения хозяев, теперь тишина, впитывающая все звуки, словно губка, напоминала ей кладбищенскую, а каменные барельефы были похожи на могильные камни. Бретонку все больше настораживало, что кругом никого нет, и какое бы расстояние они ни преодолели, на пути им перестали попадаться даже пауки. Будто вся фауна учуяла появление магии даэдра и благоразумно решила держаться подальше.
 
Прошлой ночью пропали два норда, а теперь и данмер с бретонкой не торопились возвращаться с "прогулки", но никому до этого как будто нет никакого дела. Муири злилась - куда как проще все было бы, будь она одна - но молчала, упрямо отсекая ножом тонкие щепки, и со стороны выглядело это, будто несчастное дерево ей чем-то досадило, раз она мучает его ветки с таким остервенением...

после итогов
 
Вспышка ослепила бретонку, и красное марево застелило взор. Мужчина с горящими глазами посмотрел прямо на нее и, словно разъярившись от нежданной свидетельницы, грозно вскинул руку: молния, направленная чтобы поразить ее, сорвалась с пальцев, и Муири вскрикнула...
 
...нож в руке воровки соскочил и ужалил пальцы. Боль привела ее в чувство, и она обнаружила, что по-прежнему сидит в лагере у костра, на месте пореза выступила кровь, запачкав древко одной из импровизированных стрел, а пальцы неприятно щиплет. Муири ошарашенно озиралась по сторонам, глядя то на руки, то остальных, пытаясь осмыслить неожиданно открывшийся в ней дар пророчицы. Изменено 9 февраля, 2015 пользователем Osidius the Emphatic

[Кайра]

Комната

Спойлер

Эльф проснулся от  пустоты, каменное ложе еще хранило тепло тела девушки, но вот  ее негде не было рядом. Ему все ночь снились кошмары, как их счастью с девушкой мешает нынче покойный Ивар.

 

Он вхватывал ее иего рук  и тащил  куда- то.  Данмер встал с кровати нашел свою одежду, у него еще была надежда, что Эйрин ушла  в лагерь и теперь с Эйлой.

Прицепив  к поясу оружия  Кайран  дошел до лагеря, который разбили  наемники

 

Лагерь

 

Дойдя  до лагеря он увидел костер и сидящих. - Доброе утро   сказал он всем ищя глазами Эйлу и Эйрин

 

Эйла,все

[Князь Вольтецкий]

Она мирно спала. Как вдруг, вспышкой появившееся видение мужчины, грозно пускающего молнии, разбудило ее. Девушка села, схватив кинжал, и посмотрела по сторонам. Никого не было. Всего лишь сон? Эйла встала и подошла к костру, где уже сидела Муири.
— Привет, — сказала северянка, посмотрев на руку бретонки, — тоже кошмар снился? — девушка села рядом. Обычно в это время уже подходила Эрин и они могли поговорить, но воровка все никак не появлялась. Зато пришел Кайран.
— Эй, Кайран, доброе утро, — улыбнулась воительница, — а где Эрин?