Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Junay]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Я не... зачем? Что вы все..? - лепетала Тавила, не находя слов.

 

- Подлая месть архонта! - бросил сквозь зубы Дэйган. - Филиппа лживо обвинили в убийстве магистра,  и хотели  арестовать. Ни имени магистра, ни когда было совершено преступление, нам не сообщили. Думаю, нужно покинуть таверну, пока архонт не прислал сюда больше людей. И еще нужно захватить корабль, для того, что бы убраться отсюда. Хватит с нас тевинтерского гостеприимства! Вот вся их плата за спасение города! - он презрительно сплюнул на труп стражника.

[Spectre]

Таверна

- Имперские ублюдки, - шепотом сказала Лилиан, глядя на трупы, а потом уже громче сказала, - они заслужили это, заслужили до последней капли крови, мерзавцы припадочные. Но нам нужно уходить, но почему мне кажется, что корабль, подаренный Архонтом будет тоже с сюрпризом?

[Junay]

Таверна "Хвост акулы"

 

Но нам нужно уходить, но почему мне кажется, что корабль, подаренный Архонтом будет тоже с сюрпризом?

 

- Боюсь, этот корабль нам уже не достанется. Да и никакой не достанется, ибо мы только что влепили смачную оплеуху самовлюбленному архонту. Разве что... Мы сумеем выкрасть "Летучего Тевинтерца"? - Дэйган быстро собрал свои вещи (благо, он все носил с собой) и кивнул остальным: - Уходим!  Нельзя терять ни минуты!

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

- они заслужили это, заслужили до последней капли крови, мерзавцы припадочные.

 

Шен медленно встала, пошатываясь, словно в полусне, и подошла к Лилиан. То, что она сделала в следующую секунду, не ожидал никто - в том числе и она сама. Но не сделать этого не могла. Звонкий звук пощечины прервал беседы, которые наемники вели над телами убитых гвардейцев. Тишина, наступившая после этого, казалась оглушающей.

- Вы, - произнесла хриплым шепотом косситка, подняв мокрые от слез глаза и переводя из с Лилиан на Дэйгана, с Дэйгана на Эдерна и обратно. - Вы хоть понимаете, что натворили? Вы нас всех подставили под петлю. А эти люди? Они что, виноваты в том, что Филипп публично оскорблял Архонта, который подарил нам новый корабль? Они виноваты в том, что им отдали приказ, возможно, даже не сообщив деталей? Они виноваты в том, что вы - эгоистичные ублюдки, думающие только о себе?! - последние ее слова сорвались на крик, но она попыталась взять себя в руки. - Я ухожу. Советую вам всем поступить так же. Капитан Квинт... спасибо, за все, что вы для нас сделали. И простите.

Развернувшись, она вышла на крыльцо.

[Лакич]

Таверна

 

Мужчина осел на пол, не в силах смотреть в глаза остальным наемникам, рука, словно на автомате, нашла бутылку вина, валяющуюся на полу.

- Зачем, - тихо начал он, - вы это сделали? - он, все еще в кандалах, отпил из бутылки, притупляя из без того паршивое самочувствие, затем устало посмотрел на гнома, - мы знаем друг-друга меньше двух дней, а теперь... Создатель, почему вы просто не дали меня увести? Я же... просил, - храмовник снова поник, не находя слов - он явно считал себя виновным за случившееся.

Впрочем, он и был виновным.

Изменено 2 августа, 2015 пользователем Лакич

[Junay]

Таверна "Хвост акулы"

 

Они виноваты в том, что им отдали приказ, возможно, даже не сообщив деталей? Они виноваты в том, что вы - эгоистичные ублюдки, думающие только о себе?! - последние ее слова сорвались на крик, но она попыталась взять себя в руки.

 

- Они -неблагодарные твари, которые собирались убить одного их тех, кто спас им жизни! Самодур-архонт решил, что имеет право казнить тех, кто спас его город от участи, худшей за смерть?! Видят боги, я бы и ему глотку перерезал! - свирепо прорычал Дэйган. - Тевинтерские магистры, и архонт- выродки, без чести и совести! Я счастлив, что больше не буду иметь с этими уродами дело!

 

Создатель, почему вы просто не дали меня увести? Я же... просил, - храмовник снова поник, не находя слов - он явно считал себя виновным за случившееся.

 

- Потому что ты не заслужил смерти из-за раздутого самолюбия архонта. Ты сражался с нами плечом к плечу. Честь и гордость не позволила бы мне отдать тебя на смерть из-за лживых обвинений. Прости. 

Изменено 2 августа, 2015 пользователем Junay

[Spectre]

Таверна

Лилиан конечно не ожидала такого от Шен, хотя должна была. Особенно учитывая, что Лилиан уже давненько злила Шен, начиная с момента в башне.

- Ахх-х, - крикнула на весь зал Лилиан, зажимая место пощечины рукой, - что за...да как ты? Проклятье Андрасте, черт!

"Черт, хрупкая с виду, а бьет как заправский шевалье..." - сказала про сбея Лилиан, опустившись на колено от неожиданной боли.

Изменено 2 августа, 2015 пользователем Spectre

[Junay]

Таверна "Хвост акулы"

 

"Да, черт возьми! А вот это мне уже нравится!"

Давно забытый азарт хищника, давно забытый риск, идущего ва-банк, снова пробудился в его душе. Став в один миг парией в Тевинтере, Дэйган внезапно понял, что именно это был его настоящий путь. И этот путь ему нравится куда больше, прозябание на службе магистров и архонту. 

Ему даже дышать стало легче. 

- Ну, чего встали? Уходим! Прощайте, капитан! - он слегка поклонился Квинту, и покинул таверну. Дэйган впервые за много лет почувствовал себя снова молодым.

[Ettra]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Идиоты! - рявкнула Тавила, наконец отрезвев и сообразив, в чем дело. Ей хотелось собственноручно раздать каждому по оплеухе, как это сделала Шен, но это делу не поможет, потому Тавила только скрипела зубами от злости и сжимала кулаки. 
Все казалось какой-то злой шуткой. Или сном. Говорят, что подобные вещи люди видят в кошмарах - абсолютно глупые и нелепые, но вместе с тем пугающие на столько, что не получается усомниться. Так и сейчас: Тавила хотела бы думать, что все случившееся просто плод воображения, но не могла. И понять, что делать дальше - тоже. Она не была готова к тому, что придется бежать из страны, которая пусть и не стала привычной, но давала работу и кров. Из-за горстки отморозков, которые подставили не только себя, но и остальных "Драконов". Хотя... нет больше "Драконов", как бы не хотелось верить в обратное. Квинт не станет сотрудничать с преступниками и убийцами. 
- Вы хоть понимаете, что натворили? Если вам свою голову на плаху положить не жалко, то о других подумайте! - Тавила провела рукой по лицу и выдохнула, пытаясь собрать мысли и решить, как быть дальше. Побег - других вариантов нет.

Произошедшее перечеркнуло все желание находиться в одной компании с этими людьми и ждать, пока бомба рванет еще раз причинив еще большие разрушения. Сейчас Тавила поняла, что в глубине души всегда знала о подобном исходе, просто до последнего хотела верить, что они все станут настоящей командой, пыталась примерить на "Драконов" личину Легионеров. Не вышло и никогда не выйдет. У этих людей просто нет чувства ответственности за кого-то, кроме себя. 
- Найдите Регину, скажите ей, - бросила Тавила, спешно поднимаясь наверх, чтобы собрать свои вещи и уйти. 

Римат проводил Тавилу взглядом и вышел на улицу, следом за Шен. Ушибы не позволяли идти ему быстро и он надеялся, что все же успеет догнать косстку. Если она вот так уйдет, ни сказав ни слова... Болезненное воспоминание кольнуло в груди и Римат мотнул головой. Нет, Шен не такая, не как он сам. Она не бросит остальных. 
- Шен? - позвал Римат, разглядев рогатый силуэт.

 

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

Прощайте, капитан! - он слегка поклонился Квинту, и покинул таверну. Дэйган впервые за много лет почувствовал себя снова молодым.

 

- Поторопитесь, - сухо ответил Марк, провожая взглядом вылетевшую из таверны косситку и медленно выходящих остальных наймитов, которые когда-то были в его ведомстве. Теперь... ему придется искать новую команду. - Надеюсь, вы не умрете.

Похоже, это был максимум, на что оказался способен капитан. Он никогда не любил долгих и пафосных прощаний. Развернувшись, Марк отправился в свою комнату, чтобы быть готовым, когда придут остальные гвардейцы, и его поведут предстать с отчетом перед Радонисом. Это будет долгий день.

 

Портовый район

 

- Шен? - позвал Римат, разглядев рогатый силуэт.

 

Она стояла у дерева чуть в стороне от трактира, глядя на море с такой тоской, что у парня сжималось сердце. Глядела так, словно прощалась со всем этим - морем, чайками, кораблями, матросами, контрабандистами. Городом и страной. Как бы трудно ни приходилось, но Минратос стал ей почти домом, учитывая, что дома у нее не было с того самого момента, как Шен пришла в себя в пещере. А теперь все исчезало. Растворялось в тумане, как души утопленников, освобожденные ночью от власти демона.

- Все кончено, Римат, - тихо прошептала она, не опуская глаз, но уже не плакала. И не дрожала. - Все, что мы строили... так долго, с таким трудом... все рассыпалось в одночасье. Что... что нам теперь делать? А как же Круг? Мы ведь хотели... - ее плечи снова начали дрожать, когда она с пугающей ясностью поняла, что не будет никакого Круга, никакого обучения у старого, но дружелюбного Первого чародея Минратоса, не будет ничего, кроме долгой дороги в никуда, которую опять кто-то выбрал за нее. Теперь она - изгой, вместе со всеми в одной лодке, и ничего тут не поделать.

[Leo-ranger]

Таверна

Паззо, тем временем, тыорил что-то странное. Он аккуратно разрезал грудную клетку одного из стражников, засунул туда руку и очень долго и усердно там копался, пока не вытащил сердце. Поднял внутренний орган над головой, позволяя кровавым ручейкам залить его лицо, слизал несколько капель и запихнул сердце в сумку, а потом беззаботно покинул таверну. То ли боги, тол и просто подфартило, но его в бою почти не задели.

[Junay]

Таверна - Минратос

 

- Итак, господа бывшие Алые Драконы, что дальше? Разбегаемся, или организуем свою банду и начнем кошмарить местное население? Как по мне - оба варианта в равной степени хороши: разбежавшись, мы сможем раствориться в толпе и достичь своих целей. Но и организовав банду, мы своих целей тоже достигнем: у нас будет не хилый шанс захватить... э-э-... Экспроприировать корабль и двинуть на Сегерон. Хотя... Стоп. Вам же уже не нужно на Сегерон! Туда нужно только мне.  - разглагольствовал Дэйган по пути. - И над этим нужно подумать.

Кажется, у него было чудейное настроение, и то, что они рухнули с небес в канаву, его абсолютно не волновало.

[Spectre]

Минратос

- Итак, господа бывшие Алые Драконы, что дальше? Разбегаемся, или организуем свою банду и начнем кошмарить местное население?

- Да, неплохой план, уверена, здесь есть люди, которым мерзка власть Архонта и услышав о нашей проделке, они наверняка нам что-нибудь подкинут, - сказала Лилиан и начала озираться по сторонам, чтобы не получить очередную порцию кунарийских пощечин.

"Нужно найти хорошую накидку...и маску возможно" - начала обдумывать решения Лилиан в своей голове.

[Junay]

Минратос

 

- Да, неплохой план, уверена, здесь есть люди, которым мерзка власть Архонта и услышав о нашей проделке, они наверняка нам что-нибудь подкинут, - сказала Лилиан и начала озираться по сторонам, чтобы не получить очередную порцию кунарийских пощечин.

 

- Отличный план! Нужно поискать борцов с системой, которым бы пригодились наши услуги. - кивнул Дэйган, прикидывая, что к сворванному кораблю, еще нужно набрать и команду.

 

"Как? Как тебе это удается?" - завороженно спросил знакомый голос, и рядом засеменила желтая собака. "Как тебе удается в мгновении ока становиться смертельным врагом власть имущих? Араши, Золотой Дракон, архонт Тевинтера... Я никого не забыл?"

"Ты мне льстишь! Они сами на меня набрасывались, я вообще не при делах!"- мысленно фыркнул мужчина. 

[Ettra]

Портовый район

 

- Что... что нам теперь делать? А как же Круг? Мы ведь хотели... 

 

- Я не знаю, - с нотками ужаса сказал Римат, глядя на успокоившееся после шторма море. Тихо, ветер не дует, даже не скажешь, что в сотне шагов назад, в таверне, только что словно буря прошла. Но эта тишина не могла успокоить ураган в голове у Римата. Его всегда куда-то вели. Сначала в круге - учили, показывали, давали кров. После раскола он тоже нашел человека, которому можно доверять, за которым пошел бы куда угодно. Ионир - еще один учитель. Все это он потерял, по своей или чужой вине. А теперь потерял и "Драконов". Квинт ясно дал понять, что больше не будет иметь с ними дел, отправил в вольную жизнь, которая пугала Римата. Больше не на кого было положиться, Шен тоже не знала, как быть.
- Хватит стоять, как истуканы. Нужно выбираться из города. - Тавила, держащая в руках извивающегося и мяукающего Румпеля подошла к ним. Из ее взгляда пропала вся мягкость, с которой она обычно смотрела на Шен или Римата. - Иначе вас казнят. 
- Но Шен ничего не сделала! А я... я защищался, меня схватили... - попытался оправдаться Римат. Он сжал руку Шен и загородил собой. Казалось, что еще немного и Тавила сорвется. 
- Знаю. Их это не волнует. 
 

[Junay]

Портовый район

 

- Эй, а вы чего застряли? Ждете приглашения? Уходим! - окликнул Дэйган Шен и Римата. Вот только, честно говоря, он не очень представлял, куда им идти. За город, и остановиться лагерем? Велик риск, что туда нагрянет личная гвардия архонта. Уж если он за одно корявое слово способен уничтожить человека, который спасал город, то он не остановится ни перед чем ради своего уязвленного самолюбия.

"Поразительно. Неужели все тевинтерцы такие самовлюбленные сволочи? Два  эльфика, с непроизносимыми именами,которые были у нас в команде, Селестий, теперь - архонт? Климат на тевинтерцев так действует, что ли?" - раздумывал мужчина.

- И да, нам нужно сменить название, раз уж с Квинтом мы распрощались. Предлагаю "Кровавые драконы". Достаточно грозно звучит, между прочим!

[Spectre]

Портовый район

- И да, нам нужно сменить название, раз уж с Квинтом мы распрощались. Предлагаю "Кровавые драконы". Достаточно грозно звучит, между прочим!

- О, можно много всяких названий придумать: "Непрощающие", "Забытые", "Тедаские изгнанники", -  Лилиан начала придумывать различные названия для группы, - пафосные конечно, но все же.

"Интересно, удивился ли Архонт такой выходке? Небось думал, что мы смиренно положим головы" - сказала про себя орлесианка.

[Perfect Stranger]

Портовый район

 

- Эй, а вы чего застряли? Ждете приглашения? Уходим!

 

"Заткнись. Заткнись, заткнись!" - проносилось в голове Шен. Ей хотелось кинуться на Дэйгана, бить его кулаками в грудь, пока у нее не иссякнут силы. Но Шен этого не сделала. Вместо этого, косситка только крепче обхватила себя руками на плечи, сдавив так сильно, что проступили синяки. Время шло, а они все стояли, и обсуждали новое название, словно это не их собирались объявить в общетевинтерский розыск. Словно это не ее, Шен, все мечты и планы одним ударом разрушили те, кого она считала друзьями.

- Лучше бы вам уйти с улиц, - внезапно раздался чей-то мягкий голос со стороны переулков. Дернувшись и обернувшись, магесса увидела темную фигуру, которая выступила из теней, затянутая в черное. Где-то подобный стиль в одежде она уже видела, вот только не могла вспомнить - где. Толстая черненая кожа, кинжалы на поясе вместе с какими-то колбами, явно с взрывоопасными смесями. Человек с бледным лицом, лет сорока, ухмылялся так, будто следил за ними с самого начала потасовки в таверне. - Следуйте за мной.

Развернувшись, он снова исчез в переулках. Похоже, кто-то давно уже приглядывался к "Алым Драконам". Но если они останутся на улицах, уже через полчаса или даже раньше по ним откроют огонь на поражение - в этом у Шен сомнений не было.

 

Получено задание: "Змеиное гнездо".

[Junay]

Портовый район

 

- Лучше бы вам уйти с улиц, - внезапно раздался чей-то мягкий голос со стороны переулков.

 

Дэйган  обернулся к говорившему и с интересом минуту  разглядывал его. В профессии этого человека он не сомневался. Может ли это буть ловушкой? Несомненно. Но, с другой стороны, такой отряд, как Драконы, на дороге не валяется. Они уже показали Тевинтеру чего стоят, и если  архонт в своей самоуверенности разорвал с ними негласный договор, то его "доброжелатели" вполне могут воспользоваться моментом, что бы прибрать их к рукам.

Убедившись, что клинки легко вынимаются из ножен, Дэйган сделал знак остальным идти на расстоянии  и осторожно направился за таинственной личностью. Уж если впереди засада, то остальные успеют убежать. 

[Spectre]

Портовый район

- Лучше бы вам уйти с улиц, - внезапно раздался чей-то мягкий голос со стороны переулков.

- Что за? - Лилиан невольно удивилась, когда некто в переулке сказал это, - то есть, да, хорошая идея, а не то через некоторое время нас всех загребут гвардейцы.

"Хм, и кто же этот загадочный спаситель? - подумала девушка, идя в переулок вслед за остальными.

[Kykuy]

Портовый район

 

- Лучше бы вам уйти с улиц, - внезапно раздался чей-то мягкий голос со стороны переулков.

Баратас с едва заметным удивлением поглядел на таинственного незнакомца. Что же, с него станется, если вдруг там будет поджидать засада. "Тевинтерца" коссит спалить не смог, но вот сжечь одного человека дотла - вполне.

" Из огня, да в полымя. Дёргали же Филиппа за язык... Вот получили бы корабль с командой, так пусть хоть про маму и бабушку с прабабушкой Архонта говорил бы, что угодно ", - подумал он, усмехаясь, наблюдая за тем, как Дэйган уходит в переулок и, подождав несколько секунд, последовал за ним.

[Perfect Stranger]

Портовый район - Переулки

 

Спина загадочного человека то и дело мелькала где-то впереди, но ровно на несколько секунд, словно он специально выныривал из темноты, чтобы дать наемникам увидеть направление, в котором он двигался. На первый взгляд оно казалось абсолютно хаотичным. По крайней мере, Шен так думала. На самом же деле Дэйган, который почему-то вспомнил о "Воронах" и времени службы там Рико, почувствовал некое сходство. Совсем незначительное, легкое, как дымка над водой перед рассветом, но почувствовал. Человек вел их пустыми закоулками специально. Во-первых, для того, чтобы избежать встреч со случайными прохожими, стражниками и гвардейцами, которые наверняка уже рыскали по всему портовому району и окрестностям. Во-вторых, что более важно, такой маршрут был избран ради того, чтобы наемники не запомнили пути. И это действовало. После получаса беготни туда и обратно по непонятным тупикам, заваленным мусором и ящиками тесным улочкам, пробирания через полуразрушенные перегородки и строящиеся, но заброшенные заборы абсолютно все "Драконы" окончательно и бесповоротно потерялись.

- Сюда, - снова позвал человек откуда-то слева, и косситка, уже не думая о том, куда и зачем идет, свернула в указанный проем. Пройдя через заброшенный дом с провалившейся крышей, который раньше служил чем-то вроде литейной, судя по пустым котлам и чанам, они попали на небольшой внутренний дворик, превращенный в пустырь. Человек в черном стоял рядом с деревянным люком у старой бетонной стены, ведущим в подвальные помещения. - Заходите. Там вас не найдут, - снова ухмыльнулся он. А через секунду добавил: - Не бойтесь, мы не работаем на Архонта. Мой босс хочет переговорить с вами.

[Junay]

Переулки

 

- Заходите. Там вас не найдут, - снова ухмыльнулся он. А через секунду добавил: - Не бойтесь, мы не работаем на Архонта. Мой босс хочет переговорить с вами.

 

- Искренне на это надеемся. - вздохнул Дэйган. - Все таки, за эти сутки мы уже перевыполнили лимит по сражениям и убийствам. 

"Интересно, кто они такие? Я не слыхал о гильдии убийц в Тевинтере, хотя они, без сомнения, здесь имеются. Ну поговорим, чего уж... Возможно, этт босс сможет нам помочь отчалить на Сегерон. Не бесплатно, конечно же. А зря Квинт с нами не пошел. Стал бы вольным пиратом, и не выплачивал бы долг банку..."

Раздумывая так, Дэйган шагнул вперед, готовый к любой неожиданности, вплоть до нападения ассассинов.

[Ettra]

Переулки

 

Даже способность Тавилы ориентироваться в лабиринтах стен ни как не помогла запомнить путь. Человек отлично знал свое дело, это напрягало. Но другого способа выбраться из города без лишнего риска попросту небыло. 
- Ты умрешь первым, если это подстава, - буркнула Тавила и зашла в помещение. Румпель, видно учуяв какой-то запах, попытался вырваться из рук, но Тавила держала кота крепко. Если начнется драка, она потеряет драгоценные секунды, отпуская кота, но не оставлять же его в таверне?

[Perfect Stranger]

Переулки - Логово "Кобр"

 

Спустившись вниз через ветхие деревянные двери подвала, наемники очутились в той части здания, которая выглядела крайне заброшенной - подвал был пуст, если не считать огромного слоя пыли, бегающих по полу напуганных крыс да строительного мусора, валяющегося по углам. Человек в черном вел их дальше. Пришлось спуститься еще ниже - на уровни катакомб, которые паутиной раскинулись под городом, и части которых использовались уже знакомым "Драконам" Культом, Амбассадорией, и еще Создатель знает кем. Это, по сути, был еще один город - только подземный и более старый. Город, в котором обосновались те, кому наверху делать было нечего. Изгои. Отщепенцы. Бунтовщики и бандиты. Контрабандисты.

Такие, какими теперь стали и "Драконы".

Шен поежилась, продолжая молчаливо следовать за черным человеком, и гадая, насколько глубоко они уже забрались. Пока что все выглядело совершенно необжитым, но скорее всего, это было просто прикрытие, чтобы логово не смогли так легко отыскать. И все равно человек предпринимал все возможные предосторожности, например, запретил пользоваться светом, заставляя их идти в темноте практически наощупь, поворачивая то вправо, то влево в бесконечных лабиринтах древних тоннелей. Наконец их вывели в длинный коридор, освещенный вставленными в стены магическими светильниками, дающими ровный, фальшивый голубоватый свет, в котором все казалось ирреальным и тонким, будто дымка.

- Вот мы и пришли. Добро пожаловать в общество ублюдков, - усмехнулся человек. Остановился перед большой каменной дверью, запертой на магический замок, и прикоснулся чем-то вроде перстня. - Входите.

Наемники послушно выполнили указание, хоть и были готовы к битве. За дверью оказалась небольшая комнатка, которая совершенно не вписывалась в мрачную атмосферу подземелий. Она больше напоминала кабинет какого-нибудь заправского банковского клерка: повсюду валялись вещи, ящики, бумаги, в общем, царил легкий творческий беспорядок.

Черный человек, подождав, пока все войдут и набьются в комнатку, как сельди в бочку, закрыл дверь и встал рядом, сложив руки на груди.

- Меня зовут Кас. Больше вам знать необязательно, - наконец произнес он, проводя рукой по черным вьющимся волосам и все так же усмехаясь. - Так уж вышло, что этой кодлой неудачников руковожу я. Ну и дел вы натворили там наверху, скажу я вам - весь город на уши подняли. После бойни в Портовом районе я бы не удивился, если бы и это навесили на вас. Чем вы так разозлили власти, если позволите спросить? Не то, чтобы я не догадывался, но знать интересно.