Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Shunt]

"Молчащий"

 

- а то был тут один типчик, предложил остаться в Тевинтере и я согласилась, в итоге все закончилось тем, что я лежала отравленная чем-то в его логове.

 

- Взрослая девочка, а в сказки веришь... - покачал головой Нокс. - Дай угадаю, больше этот типчик землю не топчет?

 

- Глупо звучит, но когда я только-только увидела, как ты сходишь с корабля, то подумала, что... ну, что ты нам больше не друг и сейчас повесишь на рее вместе с пиратами. Или, как минимум, заточишь в трюме, как рабов. Хорошо, что это было всего лишь наваждение, просто свет так падал, что твое лицо...

 

- Мы слишком много провели вместе времени, чтоб я вас мог убить без веской на той причины. Так что пока спи спокойно, никто никого без моего разрешения не запрет в трюме. Во всяком случае до нашего прибытия в Ставку Командования. Вот там уже у меня власти поменьше... Но ничего, я своих защищу, можете не волноваться. 

[Junay]

"Молчащий"

 

Знаешь, мне не до бывших рабов, да и про Квинта я вспомнил так, к слову.

 

Дэйган криво усмехнулся. Вся суть Тевинтера в одной фразе. Плевать на всех, кроме себя.  В Тевинтере думают только о себе, да о тех, кто плывет на гребне волны, а не о тех, кто упал. И плевать, что тот же Квинт и Алые Драконы спасли город от  от "Летучего Тевинтерца". Если не пресмыкаешься перед  архонтом или другими власть имущими, ты обречен. Страна рабов, а не людей.

"Черта с два буду я служить этим тевинтерским рылам! Наслужился уже! И благодарности от них нажрался больше, чем влезет!" - мысленно отрезал мужчина и снова уставился на морскую гладь.

[Spectre]

"Молчащий"

- Дай угадаю, больше этот типчик землю не топчет?

- Да, жалко что меня не было там, чтобы видеть это, - кивнула головой Лилиан и посмотрела на Шен, - да, выспалась я хорошо, сама то как, Шен? Удалось вырвать пару часов из другой реальности?

[Perfect Stranger]

"Молчащий"

 

Вот там уже у меня власти поменьше... Но ничего, я своих защищу, можете не волноваться.

 

- Спасибо. Я знаю, все будет в порядке. Думаю, этот Тиберий - достойный человек, если он против Архонта. - Шен кивнула и успокоилась окончательно. Лорус их в обиду не даст, а если они поговорят с Тиберием, то сразу найдут с ним общий язык. Судя по всему, он был довольно щедрым и прощающим человеком, раз простил Нокса и пожаловал ему звание генерала.

 

Удалось вырвать пару часов из другой реальности?

 

- Ага. И мне снилось, что я плаваю в море с дельфинами, - усмехнулась косситка, приглаживая ладонью волосы. - Кстати, не хочешь присоединиться? Вода, ручаюсь, тепла как молоко. А корабль может подождать полчаса, пока мы искупаемся? - вопрос этот уже был адресован Лорусу.

[Shunt]

"Молчащий"

 

А корабль может подождать полчаса, пока мы искупаемся? - вопрос этот уже был адресован Лорусу.

 

- Корабль не лошадь... - Нокс почесал подбородок. - И у нас много дел. К тому же, в воде акулы, которые сейчас будут обедать. - он прозрачно намекнул на недавнюю расправу с пиратами. И верно, если приглядеться, то можно было заметить несколько плавников, мелькающих среди волн. - Я могу пообещать вам баню, как только мы прибудем на место.

[Элесар]

"Молчащий"

 

- Доплыть главное. А то чот у нас с кораблями ни-хре-на не складывается, - покачал головой Аракан, который присел на палубу и курил свою неизменную трубку. Сколько он вот так, молча, сидел сразу и не скажешь. Гном, пока не открывал рта, вообще выглядел очень и очень неприметной фигурой. 

 

Думаю, этот Тиберий - достойный человек, если он против Архонта. - Шен кивнула и успокоилась окончательно.

 

- На самом деле, если есть сомнения, мы можем к этому Тиберию послать Лил. Она всё о нём выведает. Прощупает, так сказать. Чего уж там, мож даже общий язык найдут.

[Spectre]

"Молчащий"

- На самом деле, если есть сомнения, мы можем к этому Тиберию послать Лил. Она всё о нём выведает. Прощупает, так сказать. Чего уж там, мож даже общий язык найдут

- Да, давай отправим орлесианку тевинтерскому главнокомандующему, отличная идея, - покачав головой ответила Лилиан, - даже если не получится наладить контакт, сойду за трофей от нашей группы, да?

[Junay]

"Молчащий"

 

- Да, давай отправим орлесианку тевинтерскому главнокомандующему, отличная идея, - покачав головой ответила Лилиан

 

- Пока что ни один тевинтерец не жаловался на твое общество. - усмехнулся Дэйган, но улыбка вышла какая-то кривая. Быть может, потому , что ему было не весело. Хрен редьки судя по всему, слаще не оказался. Они приняли сторону Павлоса, что бы избежать рабства у Калтуса, вот только на Сегероне их, похоже,  ждало  такое же  рабство, только теперь "на благо Империи". Разве что деньги с них не слупят. Хотя - кто знает? Может, еще и слупят. Оружие же забрали. 

Изменено 12 августа, 2015 пользователем Junay

[Perfect Stranger]

"Молчащий"

 

К тому же, в воде акулы, которые сейчас будут обедать.

 

- Да? Жаль, - расстроилась Шен, наблюдая за плавниками, которые она поначалу приняла за дельфинов. Теперь несколько дней придется обходится без купаний, хотя море - вот же оно, рукой подать. Она даже чувствовала соленые брызги, долетавшие до нее во времена сильного ветра. На борт возле компании села чайка и с интересом принялась изучать людей, явно рассчитывая что-нибудь украсть из съестного. Косситка вспомнила, что давно не видела Рима и Тави, но те сидели в кубрике и редко показывались на глаза. Еще реже - общались с ней. И практически никак не отреагировали на внезапное возвращение Лоруса, теперь в новом звании. Странно...

[Ettra]

"Молчащий"

 

- Здрасте, - поприветствовала Тавила наемников, собравшихся на палубе. Все время плавания она почти ни с кем не общалась, предпочитая уединение. Нужно было собрать мысли в кучу, хоть как-то обрисовать собственное будущее на Сегероне. Хотелось верить, что отряд ждет обычная наемничья работа, как и планировал Квинт. Но сейчас слишком многое изменилось.

[Элесар]

"Молчащий"

 

- Да, давай отправим орлесианку тевинтерскому главнокомандующему, отличная идея, - покачав головой ответила Лилиан, - даже если не получится наладить контакт, сойду за трофей от нашей группы, да?

 

- Ну, общество тевинтерского мага тебе пришлось по душе. Тевинтерского подпольщика - тоже. Почему бы не пойти на повышение? Пробьёшься в верха, так сказать, - с совершенно невозмутимым видом пожал плечами Эдерн. - Но нет так нет. На трофеи мы точно никого отдавать не будем

 

- Здрасте, - поприветствовала Тавила наемников, собравшихся на палубе. Все время плавания она почти ни с кем не общалась, предпочитая уединение. Нужно было собрать мысли в кучу, хоть как-то обрисовать собственное будущее на Сегероне. Хотелось верить, что отряд ждет обычная наемничья работа, как и планировал Квинт. Но сейчас слишком многое изменилось.

 

"Ща скажет, что мы сидим не в рядок, а чайка, падла такая, слишком громко крыльями машет и без команды," - покачал головой при виде гномки Аракан, но ничего говорить не стал. Здоровался он вообще исключительно по праздником, а сегодня, судя по всему, день был будний.

[Shunt]

"Молчащий", Нокенское море - Сегерон, Ставка

 

Ветер был попутный. Эскадра из трех бригов миновала расстояние до Острова за считанные дни. Нокс оказался прав - спустя два дня впередсмотрящий заметил маяк на берегу - свежая постройка, возведенная по приказу Тиберия. Вскоре их встретил патрульный фрегат и, возглавив колонну, повел домой. В той бухте, куда их провели, стояло несколько кораблей. Могучий трехмачтовый флагман раскачивался на небольшой волне, надежно прикрывая уязвимую пристань своим высоким бортом. Проходя мимо, можно было заметить, как по его палубе снуют туда-сюда матросы и солдаты - на таком корабле всегда есть работа для любого члена команды. 

- "Дракон Ночи", - произнес Лорус, указывая на флагман. - Личный корабль Тиберия. Рядом с ним "Арайя". - скромных размеров фрегат был пришвартован к пристани. Видимо, что-то с него сгружали. Или наоборот.

Пришлось дожидаться разгрузки, потом получать разрешение на швартовку... Времени это заняло прилично, учитывая то, что моряки очень любят все делать пафосно и медленно, когда позволяет время. Наконец, спустя почти две недели морского перехода, "Драконы" ступили на твердую землю. Оружие им не вернули, но обращались более-менее вежливо, на женщин нескромных взглядов не бросали и не задирались. Когда Лорус уже было решил расквартировать старых знакомых где-нибудь поближе к себе и подальше от Самого Главного Начальника, к нему подбежал посыльный:

- Гранд-адмирал требует Вас и "Алых Драконов" к себе. - произнес натужным голосом парнишка, которому пришлось бегом проделать немалый путь от крепости, где расположилась Ставка, до порта.

- Зачем не сказал? - хмуро спросил Нокс, оглянувшись на наемников.

- Никак нет, господин генерал. 

- Тьфу ты... Ладно, передай гранд-адмиралу, что мы скоро прибудем. - Нокс повернулся к своим товарищам, - Вот такая хрень. Пошли что ли...

Вместе с десятком солдат, "Драконы", ведомые Лорусом, пошли по свежерасширенной дороге к крепости, стоящей на высоком холме. Даже издалека было заметно, что это был не простой форт: высокие круглые башни, с которых наверняка можно глядеть на многие мили вокруг, могучие стены и, в добавок, под стенами расположился военный лагерь. Целый палаточный город обнесенный тремя рядами частокола в три человеческих роста со сторожевыми вышками каждые полсотни метров. Ну и, как обязательный элемент походной фортификации, ров, заполненный морской водой. 

Саму крепость тоже окружал ров, но гораздо более широкий и, по виду, глубокий. Словно бы считая, что и этого мало, она была дополнительно обнесена частоколом.

- Параноидальная картина, правда? - с усмешкой произнес Нокс, когда наемники подошли к мосту, ведущему в крепость. Проверяли их вежливо, но тщательно. Нокса знали в лицо, но заставили временно сдать оружие, а наемников обыскали так, словно бы подозревали в каком-то темном деле. После утомительной процедуры обыска, их наконец-то пропустили во внутренний двор. Солдат там, по сравнению с лагерем за стенами, почти и не было, но никто не строил иллюзий - в случае чего наемников прикончат быстро и без вопросов. Очередная процедура обыска перед входом в цитадель заняла более короткое время, и была менее тщательной. Солдат, которые пришли с Лорусом, оставили во дворе, пропустив внутрь только наемников и Лоруса. Рабочий кабинет Тиберий находился на третьем этаже, но идти по крутой и узкой лестнице было страсть как неудобно. Впустили их сразу, но гранд-адмирал был занят.

- Почему мы опять теряем людей, Люций? - тихий голом Тиберия пробирал до костей, пускай он и не обращался к наемникам. Перед высоким седоволосым мужчиной стоял другой, в броне, похожей на ту, которую носил Лорус. Вид у отчитываемого был самый унылый. - Ты гарантировал, что диверсий больше не будет, но за последние два погибло более сорока солдат. Если ты не можешь обеспечить охрану, я найду тебе более спокойную работу, где не нужен ни ум, ни смекалка. Чтоб больше про эти нападения я не слышал.

- Разрешите идти? - глухо спросил генерал.

- Идите. - Тиберий взмахнул рукой и опустился на высокое кресло. 

- А вот и наши наемники, - в углу комнаты стояла довольно молодая и красивая девушка. Высокая, в тяжелой броне и двумя двуручными мечами за спиной. Миловидное лицо портили только алые глаза, смотревшие на вошедших со смесью интереса и презрения. 

- "Драконы", - представил их Нокс. - По вашему приказанию...

- Оставь реверансы. - гранд-адмирал посмотрел на вошедших. - Вот значит какие они, победители "Черной Смерти". Слыхал, слыхал. А ты не верила, Церес! - рассмеялся Тиберий.

- И до сих пор не верю. - хмыкнула девушка, поднимая стакан с чем-то красным на уровень глаз. Все присутствующие могли поклясться, что в нем было точно не вино. 

- Ладно, наемники. - Тиберий перестал улыбаться. - Нокс рекомендовал вас как хороших бойцов, умелых тактиков и просто неглупых людей. Такие мне тут нужны. Готовы поработать?

[Junay]

Сегерон,  ставка

 

"Раздери меня явный гнарф - это же Тиба! Тот самый, что путешествовал с нами в Антиве и женился на хасиндке! А я-то думал, их Вороны прирезали! " - едва не крикнул Дэйган, но вовремя прикусил язык. Рико Сова, (которым он сейчас выглядел) само собой никакого "Тибу" знать не знает, и не видел никогда, ведь в Антива-сити нынешний гран-адмирал не попал.

"Интересно, как Империя ему простила женитьбу на хасиндке, с тевинтерскими задвигами насчет строгой селекции?" - раздумывал Дэйган, рассматривая сам кабинет и Тиберия в нем.

 

- Нокс рекомендовал вас как хороших бойцов, умелых тактиков и просто неглупых людей. Такие мне тут нужны. Готовы поработать?

 

- Смотря что вы готовы нам предложить в оплату.  -  сказал мужчина. - Уж простите за прямоту, гранд-адмирал, но в последнее время все наши тевинтерские  заказчики... Скажем так... Разочаровывали нас.  Так что, теперь мы очень, очень, очень ... осторожны в выборе работы. 

[Perfect Stranger]

Сегерон. Ставка.

 

Готовы поработать?

 

Шен скромно встала в самом дальнем из дальних углов кабинета, стараясь, чтобы ее не заметили. Но увы, косситка на Сегероне - событие, привлекающее слишком много внимания. Она решила дать возможность поговорить Тавиле (хотя в этом уже начинала сомневаться), Лорусу и остальным, понимая, что очередной фарфоровый слоник в ее коллекции слоников может привести к неизбежным неприятностям. Этот Тиберий не казался тем, кто будет смотреть на кражу фарфоровых слоников сквозь пальцы.

Последние дни она устала от морского путешествия и уже начала мечтать о суше так же, как когда-то мечтала о воде. И ее чуть пошатывало после долгой качки, так что девушка прислонилась спиной к стене, с любопытством оглядывая помещение.

[Shunt]

Сегерон. Ставка.

 

- Смотря что вы готовы нам предложить в оплату.  -  сказал мужчина. - Уж простите за прямоту, гранд-адмирал, но в последнее время все наши тевинтерские  заказчики... Скажем так... Разочаровывали нас.  Так что, теперь мы очень, очень, очень ... осторожны в выборе работы.

 

- Деньги, почет, славу, свободу. - улыбнулся Тиберий. - Наемникам всегда нужно одно и то же. - маг поднялся из-за стола и подошел к Дэйгану. - А ты изменился. - он помолчал немного и вернулся за стол. Церес, с недоумением смотревшая на эту картину, словно бы что-то вспомнила и улыбнулась. 

- Так что я дам вам работу. Пока простую, дальше - больше. Если все будет хорошо, я обещаю - в накладе вы не останетесь. - он выдвинул ящик стола и достал небольшой металлический тубус. - Это нужно будет передать генералу Танатосу, Нокс знает. Пока же у вас есть время отдохнуть, пополнить запасы и прочее.

[Лакич]

Ставка

 

Нависло неловкое молчание, потому как, наверное, никто кроме Тиберия радости не испытывал, совсем. Филипп, например, делал вид, что ему было попросту все равно, Регина... бедняжка сразу не полюбила это место, слишком уж здесь, по ее скромному мнению, было влажно.

Старик еле сдержался, чтобы не зевнуть, как, после слов Шен и ответа адмирала, по кабинету прокатился, словно канонада орудий, чих целительницы.

- Апчи! - Регина удивленно посмотрела на остальных и, не сдержавшись, еще раз чихнула... и еще, и еще, и еще...

[Junay]

Сегерон. Ставка

 

- А ты изменился. - он помолчал немного и вернулся за стол.

 

Дэйган изумленно взглянул на Тиберия: он что же, его узнал? Невозможно! Что бы его узнать, нужно видеть его душу, но никак не тело. 

- Деньги, слава, почет - это хорошо. Но я бы променял славу и почет на информацию о некоем лице, прибывшем на Сегерон. - сказал мужчина. - Я ищу  Габриэля Алькараса, бывшего Ворона из Антивы. Если на счет его имеются какие-то сведения, я был бы им бесконечно рад. - вкрадчиво сказал Дэйган.

"Надеюсь, ты не забыл Габи?" - усмехнулся он мысленно. 

[Spectre]

Сегерон. Ставка

Как ни странно, но во всем этом лагере, Лилиан особо удивила лишь девушка с тяжелыми мечами за спиной и с кровавыми глазами.

"Вот черт, она сражается двумя двуручниками? Какие же физические упражнения она выполняет чтобы подымать такие махины?" - задумалась орлесианка, оглядывая очень странную девушку с мечами.

- Очень интересное место все-таки, такой остров кажется мирный, а в сердце его война, - все также задумчиво говорила Лилиан, смотря на окружение.

Изменено 12 августа, 2015 пользователем Spectre

[Shunt]

Сегерон. Ставка

 

- Я ищу  Габриэля Алькараса, бывшего Ворона из Антивы. Если на счет его имеются какие-то сведения, я был бы им бесконечно рад. - вкрадчиво сказал Дэйган.

 

- О, разумеется... - Тиберий покачал головой. - Оставьте нас. - Церес первая вышла из комнаты, за ней вышел Нокс и остальные наемники.

- Да уж, как нас разбросало. - маг подошел к небольшому серванту и достал пузатую бутыль и два стакана. Плеснув себе и Дэйгану на два пальца рома, он поставил перед ним один стакан, второй взял сам. - Мятущаяся душа застрявшая между мирами. Так и знал, что ты не забудешь того славного эльфа. Как же давно это было... - гранд-адмирал поднял стакан. - Как там звалась та деревушка? Пуэрто... Карино, верно?

[Kykuy]

Ставка

 

Морская болезнь уже давно оставила Баратаса, но он по-прежнему ходил по земле, словно пьяный, а на коже все ещё оставался едва заметный зеленоватый оттенок. Нет, коссит зарёкся, что больше чем на пару дней не ступит на борт корабля, если на то не будет крайней необходимости.

Пока остальные разговаривали или удивлённо молчали, Баратас присмотрелся к кабинету адмирала и его обитателям. Коссита удивляло, что операцией на земле по-прежнему командует адмирал, но у тевинтерцев всё было через задницу, он уже это давно понял. Сюрпризом для него было лишь то, что кунари пока почему-то проигрывали, хотя раньше при любой возможности хорошенько давали просраться и тевинтерцам, да и вообще кому угодно. В конце концов, чтобы отбросить их, понадобились объединённые усилия всего Тедаса и эти... Священные Походы, если он правильно помнил, как это называется.

Маг перевёл взгляд на девушку(хотя, учитывая два двуручных меча за спиной, сюда бы больше подошло слово "детина"), которая явно была настроена к ним с меньшим дружелюбием, чем сам Тиберий. Слегка приглядевшись к обоим, Баратас осознал, что она, скорее всего, его дочь.

Он хотел спросить, когда им вернут оружие, а то ведь тут и недолго сдохнуть от шпионов кунари, но слишком поздно встрепенулся - адмирал уже выгонял всех из своего кабинета для личного разговора с Дэйганом. Едва слышно ругнувшись, коссит кривым шагом последовал за остальными на выход. Так хорошо стоял.

[Perfect Stranger]

Сегерон. Ставка

 

Выйдя из кабинета, Шен немедленно приобрела унылое выражение лица. Ей хотелось искупаться, но пока что купаться можно было разве что во рву. Быть может, их пустят на пляж? Было бы прелестно. Особенно после долгого, очень долгого путешествия.

- Кажется, кто-то обещал баню, - улыбнулась она краем губ, метнув взгляд на Лоруса. Тот не соврал, и наемников действительно хорошо приняли в лагере военных из Империи, а Тиберий казался нормальным, в отличие от остальных работодателей. Интересно, о чем он говорил с Дэйганом и как узнал его? Настоящая личность Ашкаари проявилась только в Тени. Но Тиберий - маг, судя по всему, и маг сильный, так что мог разглядеть теневую сторону антиванца.

[Junay]

Сегерон. Ставка

 

- Мятущаяся душа застрявшая между мирами. Так и знал, что ты не забудешь того славного эльфа. Как же давно это было... - гранд-адмирал поднял стакан. - Как там звалась та деревушка? Пуэрто... Карино, верно?

 

- Пуэрто-Карино, да... Где все и началось. - тихо сказал мужчина, беря бокал. - Надеюсь все же  отыскать Габриэля, для этого к Квинту и подрядился, пока все не пошло на перекосяк... Кажется, на Сегероне мы едва ли не все соберемся... Алейры только не хватает для полноты картины. Кстати, как там Раэна? Она с тобой на Сегерон приехала, или в Тевинтере осталась? Ну, за внезапную встречу и плодотворное сотрудничество. - усмехнулся Ашкаари, поднимая бокал.

[Shunt]

Сегерон. Ставка

 

- Кажется, кто-то обещал баню, - улыбнулась она краем губ, метнув взгляд на Лоруса.

 

- Обещанного три года ждут. - хмыкнул потрошитель. - Хрень какая, откуда Тиберий знает Дэйгана? - раздумывать над этим Нокс не стал и махнул рукой в сторону лестницы. - Ладно, баня не баня, но есть тут славный пляж, более-менее скрытый от чужих глаз. 

- Лорус, ты в своем репертуаре... - вздохнула Церес, прислонившись к стене. - Пройди чуть дальше от этого пляжа, там есть очень славная бухточка. И без посторонних. 

- Так и сделаю, сестрица. - мрачно ответил Нокс и повернулся к наемникам. - Кто хочет искупаться?

 

 

- Пуэрто-Карино, да... Где все и началось. - тихо сказал мужчина, беря бокал. - Надеюсь все же  отыскать Габриэля, для этого к Квинту и подрядился, пока все не пошло на перекосяк... Кажется, на Сегероне мы едва ли не все соберемся... Алейры только не хватает для полноты картины. Кстати, как там Раэна? Она с тобой на Сегерон приехала, или в Тевинтере осталась? Ну, за внезапную встречу и плодотворное сотрудничество. - усмехнулся Ашкаари, поднимая бокал.

 

- Чудеса. - сказал Тиберий, отпивая немного рома. - Раэна пришла сюда со мной и... пропала, Гайджин. И я не могу ее найти, не сейчас.  - маг провел рукой по волосам и вздохнул. - Габриэля в последний раз видели на восточной стороне острова. Но с кунари или с Воинами Тумана - не знаю. На всякий случай я приказал не трогать особо симпатичных эльфов, так что найти его будет полегче. Ты даже не представляешь себе, сколько тут страшных остроухих... Когда его найдешь - обратись ко мне, думаю, я смогу тебе помочь.

[Лакич]

Ставка

 

- О, сестрица? - удивленно спросила целительница Лоруса, смотря на Церес и чихнув, - а ты не рассказывал! Я Регина, целительница, привет! - она помахала ей рукой, уже, кажется, готовясь рассказать тысячу и одно историю о Лорусе, в особенности как он был без сознания или как его избивали, но вместо этого чихнула, опять.

- У тебя аллергия? - удивленно спросил Филипп, которого, пожалуй, волновало только это. Ситуацию с двумя мечами он решил просто, посчитав, что они лишь декоративные.

[Junay]

Сегерон. Ставка

 

- Раэна пришла сюда со мной и... пропала, Гайджин. И я не могу ее найти, не сейчас.

 

- Пропала? Надеюсь, она не отправилась одна в джунгли? Леса Сегерона смертельно опасны. Если бы ее захватили кунари или воины Тумана, то потребовали бы выкуп, или обмен пленными. - задумался Дэйган. - Если хочешь, мы займемся ее поисками. Сейчас у Драконов Нокс вроде как командир, так что дай ему распоряжение на этот счет. Думаю, найти ее - первоочередная задача. 

А Габриэль... Какого черта он вообще здесь забыл? Неужели он принял Кун? - покачал головой мужчина. - Поймать бывшего Ворона - та еще задача. Но надеюсь, я смогу его убедить хотя бы на переговоры.