Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Элесар]

Поместье Селестия

 

- Вот вроде всегда можно решить всё миром, а если и нет - ответить менее грубо, но всё равно найдётся любитель похамить в лицо, - фыркнул Феанор, качая головой и отворачиваясь от своего сородича. Лоран и Лиин ему больше нравились, чем уже второй подряд заносчивый маг. Хоть с Шен и Региной с Баратасом он общался неплохо... загадка.

 

- Только когда они приходили в Круг, мельком. Они умеют, ну, оживлять трупы, что ли. Если по простому. Используют тела, как сосуды для духов, - стал объяснять Римат, но отвлекся на пассажи эльфа. Он ему не очень нравился. Слишком высокомерный и слишком похож на прошлого эльфа, который остался на Тропах.

 

- Хмм... А зачем? Кукольные спектакли для малышни с помощью трупов устраивают? - усмехнулся Мерилин, решив отвлечься от выходок остроухого болтовнёй с Риматом.

[Ettra]

Поместье Селестиев

 

- Хмм... А зачем? Кукольные спектакли для малышни с помощью трупов устраивают? - усмехнулся Мерилин, решив отвлечься от выходок остроухого болтовнёй с Риматом.

 

- Неа. Такие вещи используют в качестве боевой силы. И еще считается, что даже после смерти тела должны приносить пользу и служить вместилищем для духов. Как-то так.

 

Пока Баратас обдумывал сказанное, Римат с улыбкой, как всегда, подошел к Шен. Она все еще была мрачная и молчаливая, чего парень ни как не мог понять. Вроде бы она радовалась, что попала в "Драконы" и общалась с остальными даже на мрачных тропах.

- Ты заразилась от Тавилы? Тогда надо вернуться в таверну, я могу проводить. Или тебе просто жарко? Тогда тоже лучше вернуться. - Римат встал возле дерева и внимательно посмотрел на Шен. И вот как понять такое состояние? В голову стали закрадываться мысли, что вчера он сказал или сделал что-то не так, но как теперь узнать? 

Изменено 27 июня, 2015 пользователем Aloija

[Junay]

Поместье Селестиев

 

"Рожденный ползать"... - подумал Дэйган, смотря, как парень отчаянно пытается повторить приемы. На их шлифовку потребуется года два, а не два часа. Все таки, наверное, ему больше подходит тяжелый воинский стиль, чем быстрые удары ассассина... 

- Уже не плохо, молодец! - прокомментировал Дэйган. - Для первого раза - очень хорошо. 

Вот только через пару часов ему выходить на арену...

Мужчина мысленно вздохнул.

[Perfect Stranger]

Поместье Селестия

 

- Я... нет, все норма... - начала было Шен, когда к ней подошел человек, из-за которого она теперь чувствовала жгучий стыд, и хотела провалиться сквозь землю. Глупая, глупая магесса. Зачем она вообще начала этот дурацкий разговор вчера на пляже? Лучше бы молчала. Теперь ей было невыносимо даже в глаза посмотреть Римату. - Просто очень жарко, и похоже, я так и не смогла нормально выспаться, - наконец объяснила она, упорно отводя глаза. Тень, которая падала на нее от кроны разросшегося и давно не плодоносящего апельсинового дерева, делала ее полосатой, словно экзотическая лошадь, привозимая с островов для развлечения покупателей.

Шен подумала, что лучше было бы просто забыть вчерашний день, но вряд ли хоть кто-то из "Драконов" позволит это сделать. Они точно не забудут. Да и косситка, хоть и хотела этого, ничего не могла с собой поделать. Придется жить с этим все оставшееся ей время. Оставалось только надеяться, что недолго.

Кай же, тем временем, очень старался ухватить все на лету, и похоже, что он научился выполнять как минимум два приема из показанных Дэйганом, хоть и с горем пополам. Отдышавшись и вытирая пот с лица, парень привалился к забору и с надеждой спросил:

- Ну как? Возьмете меня в гладиаторы? Я обещаю, я буду стараться! Даже если на арене против нас выставят десять противников, я не отступлю! - впрочем, его слова были куда увереннее, чем способности. Хоть он и понял смысл движений и выпадов, времени его обучать дальше просто не было - нужно было уже возвращаться и идти на Землю Испытаний. Если взять его вместо одного из "Драконов", из-за этого они могут проиграть.

[Элесар]

Поместье Селестиев

 

- Неа. Такие вещи используют в качестве боевой силы. И еще считается, что даже после смерти тела должны приносить пользу и служить вместилищем для духов. Как-то так.

 

- Охренеть. Они с кунари случайно не родственники? Те тоже любят всё на свою пользу обращать, благо что духов боятся, - поморщился Феанор, представляя идущую в бой, например, Сейтесс. Нафиг-нафиг, он, конечно, не слишком впечатлительный, но всё же. Мужчина посмотрел на остальных Драконов и на Дэйгана в первую очередь. Ну и что им делать? Паренёк явно мог только подражать Ашу, но никак не сражаться на его уровне. Даже не понял, как кинжалами пользоваться в полной мере... Кабы этого мальчугана не пришили там, на Арене.

[Spectre]

Поместье Селестия

- Ну так что, парень готов к бою? - спросила у Дейгана Лилиан, - конечно воина тяжело будет обучать трюкам ловкача, но все же. Или придется только нашим выступать?

[Ettra]

Поместье Селестия

 

 - Просто очень жарко, и похоже, я так и не смогла нормально выспаться.

 

- А, понятно, - обрадовался Римат тому, что почти угадал причину подавленности Шен. - Тогда точно надо в таверну, поспать, поесть. Вон, даже Тавила осталась, а она упрямая как дракон. И тебе нужно назад. Идем.

Римат взял Шен за руку и потянул вверх, поднимая на ноги. В такую жару немудрено потерять голову и раскиснуть, кажется, что кожа плавится. За год он почти привык, но в особенно жаркие дни все равно старался не выходить на улицу. Сегодня - исключение, уж слишком интересна битва на арене. 

[Junay]

Поместье Селестия

 

- Ну так что, парень готов к бою? - спросила у Дейгана Лилиан, - конечно воина тяжело будет обучать трюкам ловкача, но все же. Или придется только нашим выступать?

 

- Готов он будет года через два упорных тренировок. - вздохнул Дэйган. - Минимум. А лучше - через лет 10. Но у нас есть только два часа. И он рвется на Арену. Если примете решение его взять, то я пойду с ним. Одного его не брошу. 

[Supreme Overlord Malekith]

Поместье Селестия

- Ну как? Возьмете меня в гладиаторы? Я обещаю, я буду стараться! Даже если на арене против нас выставят десять противников, я не отступлю! - впрочем, его слова были куда увереннее, чем способности. Хоть он и понял смысл движений и выпадов, времени его обучать дальше просто не было - нужно было уже возвращаться и идти на Землю Испытаний. Если взять его вместо одного из "Драконов", из-за этого они могут проиграть.

 

Посмотрев на бездарность Асмодеус закрыл лоб рукой и покачав головой расмеялся

 

-Ты раб инвалидом а не гладиатором станешь, может через пару лет обучения у опытного солдата и когда ты мышц с реакцией наберешь из тебя чтото выйдет путное но сейчас ...пффф ты обуза

Изменено 27 июня, 2015 пользователем Drazhar

[Элесар]

Поместье Селестия

 

- Если хотите играть в благородство, выкупайте Кая и тренируйте его до седьмого пота. На Арене ему пока не место, - выдал своё мнение Феанор, после того, как высказался Дэйган. Они, в конце-концов, отряд наёмников, а не феи-крёстные, чтобы всем помогать, тем более в такой ситуации.

[Supreme Overlord Malekith]

Поместье Селестия

 

-Мы только время потеряли вместо того чтоб приготовить наших наемников а  скоро уже будут бои-сказал Асмодеус

[Perfect Stranger]

Поместье Селестия

 

И тебе нужно назад. Идем.

 

"Прости меня... прости меня..." - мысленно повторяла Шен, но не стала сопротивляться, и, ссутулившись, направилась прочь. Возможно, ей действительно не место сейчас здесь, и нужно было остаться с Тавилой, но тогда остальные могли бы просто отказаться от задания и тем самым уничтожить последнюю надежду косситки на помощь Маркуса. Но в таком состоянии она все равно ничего путного сделать не сможет. Голова просто раскалывалась. Да еще и Римат... вел себя так, словно ничего не произошло.

"А ничего и не произошло", - сказал внутренний голос магессы. Мотнув головой, она вздохнула и, прищурившись, посмотрела на солнце. Скоро полдень. Игры начнутся буквально через час-другой.

 

- Нет, я справлюсь! - взмолился Кай, понимая, что сейчас они откажутся брать его с собой. - Не оставляйте меня здесь, пожалуйста. Если я не стану гладиатором, то я... - он запнулся и уже тише добавил: - То я вообще никем не буду. Кому я тогда буду нужен? Госпожа Анна точно меня убьет. Я знаю, она хочет меня убить... А господин Маркус слишком занят своей работой, чтобы уследить за всем в поместье. Я устал прятаться!

[Spectre]

Поместье Селестия

- Госпожа Анна точно меня убьет. Я знаю, она хочет меня убить... А господин Маркус слишком занят своей работой, чтобы уследить за всем в поместье. Я устал прятаться!

Услышав мольбы юноши, Лилиан сразу вспомнила свое детство в Орлее, то как им приходится все время прятаться, что нож в сердце может нанести даже самый близкий человек и вымолвила:

- Рози...мы должны взять его на арену, должны дать ему шанс, - сказала кому-то Лилиан, - нельзя его здесь оставлять на милость Создателя!

[Supreme Overlord Malekith]

Поместье Селестия

- Нет, я справлюсь! - взмолился Кай, понимая, что сейчас они откажутся брать его с собой. - Не оставляйте меня здесь, пожалуйста. Если я не стану гладиатором, то я... - он запнулся и уже тише добавил: - То я вообще никем не буду. Кому я тогда буду нужен? Госпожа Анна точно меня убьет. Я знаю, она хочет меня убить... А господин Маркус слишком занят своей работой, чтобы уследить за всем в поместье. Я устал прятаться!

 

-Иди и моли своего хозяина освободить тебя аль отправить на арену раб где ты сам станешь инвалидом и подведешь жизни остальных, включая твоего хозяина кои не получит желаемого, смирись, большего у тебя нет а мы тут не по тебя пришли-сказал ему Асмодеус

Изменено 27 июня, 2015 пользователем Drazhar

[Junay]

Поместье Селестия

 

-Ты раб инвалидом а не гладиатором станешь, может через пару лет обучения у опытного солдата и когда ты мышц с реакцией наберешь из тебя чтото выйдет путное но сейчас ...пффф ты обуза

 

- Сдуйся, ты, пустое место! - бросил сквозь зубы мужчина, не смотря на влезающего в разговор эльфика и обратился к Каю:

- Прости, парень, но я ничего не решаю... Я - не командир. Я могу лишь сказать, что встану с тобой на арене плечом к плечу и буду сражаться.

Я считаю. что мы должны дать парню шанс. 

[Ettra]

Поместье Селестия - Трактир "Хвост Акулы"

 

Римат потянул не сопротивляющуюся Шен прочь из поместья. Слишком жарко и душно, ему и самому захотелось попить и забиться в прохладный угол с книжкой в руке или отдохнуть за разговором. Хотя пропустить арену было бы жалко. 

До таверны Римат старался дойти как можно быстрее, чтобы не спечься окончательно. Впрочем, внутри тоже было не слишком прохладно. Окна пропускали солнечный свет, нагревая воздух, с кухни шел густой жар, который не находил выхода. Но лучше, чем на улице. И подают холодные напитки. Римат, заказав два сока, повернулся к Шен.

- Тут посидим или пойдешь спать? Я могу поискать Регину, чтобы она дала лекарство для сна, она ведь разные травы собирает. 

Изменено 27 июня, 2015 пользователем Aloija

[Элесар]

Поместье Селестия

 

- Один такой крутой маг уже бежал обратно к нам, на тропах, так что я бы на твоём месте, Асмодеус, придержал язык и не выёживался, - без всякого энтузиазма осадил эльфа Мерилин. - Тем не менее, Каю ещё рано драться. Я против таких экспериментов. Последствия могут быть куда хуже, в том числе и для него.

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Тут посидим или пойдешь спать? Я могу поискать Регину, чтобы она дала лекарство для сна, она ведь разные травы собирает.

 

- Мороженое... пожалуйста, - смущенно проговорила вдруг Шен, накручивая прядь волос на палец и глядя куда-то за плечо мага. - Шоколадное.

Она думала о том, что сказать. Или просто уйти? Сбежать, как она всегда сбегала, пока наконец не решилась на отчаянный шаг... который все равно привел ее к тому же результату. Даже худшему. Может, побег не так уж и постыден. Но сейчас у нее, возможно, был единственный шанс все исправить, пока вокруг нет ни Тавилы, ни кого-то еще, кто может помешать.

[Kykuy]

Поместье Селестия

 

-Иди и моли своего хозяина освободить тебя аль отправить на арену раб где ты сам станешь инвалидом и подведешь жизни остальных, включая твоего хозяина кои не получит желаемого, смирись, большего у тебя нет а мы тут не по тебя пришли-сказал ему Асмодеус

- Послушай... Если Квинт тебя взял в отряд, это не значит, что ты можешь нам, прости, гадить когда и где захочешь, - поморщился коссит, - Сейчас ты ничего не решаешь, поэтому пока захлопни пасть и не понижай себя в наших глазах ещё больше.

 

- Прости, парень, но я ничего не решаю... Я - не командир. Я могу лишь сказать, что встану с тобой на арене плечом к плечу и буду сражаться.

- Командиров сейчас с нами нет, поэтому и решать мы должны сами, - ответил Баратас, - А я тоже за то, чтобы дать парню шанс. Хотя и крайне паскудно это - идти на Арену с недоученным третьим членом команды, но что поделаешь. Получается, что против только Феанор? А большинство - за.

[Junay]

Поместье Селестия

 

- Тем не менее, Каю ещё рано драться. Я против таких экспериментов. Последствия могут быть куда хуже, в том числе и для него.

 

- Знаю. - тихо проговорил Дэйган, опустив голову. Хотя ему сейчас больше всего хотелось свирепо  орать, как Хекс или Лорус в припадке гнева, хотелось наброситься на  дуб и кромсать его клинками, пока не упадет без сил... Он просто не знал, что делать, и с сожалением смотрел на Кая. - давайте голосовать тогда. Я - за, и пусть все горит огнем. 

[Ettra]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Мороженое... пожалуйста, - смущенно проговорила вдруг Шен, накручивая прядь волос на палец и глядя куда-то за плечо мага. - Шоколадное.

 

- Точно, мороженое! А я про него и забыл, у Ионира редко покупал, денег почти не было, - сказал Римат и направился прямиком к стойке, куда служанка уже приносила бокалы с апельсиновым соком.

Запыхавшейся девушке пришлось еще раз бежать на кухню за двумя порциями мороженого. Наверное сложно работать в такую жару. Туда-сюда, туда-сюда... Пока служанка оборачивалась, Римат нетерпеливо постукивал по столешнице и потягивал свой сок через соломинку. Наконец, девушка поставила перед парнем поднос и он с радостной улыбкой обернулся к Шен:

- Вот, шоколадное. А себе я фруктовое взял. 

Изменено 27 июня, 2015 пользователем Aloija

[Supreme Overlord Malekith]

Поместье Селестия

- Один такой крутой маг уже бежал обратно к нам, на тропах, так что я бы на твоём месте, Асмодеус, придержал язык и не выёживался, - без всякого энтузиазма осадил эльфа Мерилин.

 

-Извини незнаю как тебя зовут но покачто я вижу что тут усердно выеживается в мой адрес конкретное лицо, очень уж старается и все продолжает и продолжает и продолжает

 

-Ждет небось пока я окончательно не обращу внимание на его выходки в мой адрес и обдам пламенем аль в лед обращу аль по голове его "излечу" посохом, потому что извини Создатель он сам просится...

 

-Если бы не контракт и он не был Драконом то я бы давно бы его спалил бы за такое да и уверен ты сам бы поотрезал бы того кто усердно проявлял бы подобные чудеса дипломатичности в твой адрес,..я же покачто отвечаю ему взаимным словцом и пытаюсь не обращать внимания сосредоточиваясь на задании-вздохнув сказал ему Асмодеус

 

- Послушай... Если Квинт тебя взял в отряд, это не значит, что ты можешь нам, прости, гадить когда и где захочешь, - поморщился коссит, - Сейчас ты ничего не решаешь, поэтому пока захлопни пасть и не понижай себя в наших глазах ещё больше.

 

-Ты не Квинт и хватит корчить из себя невесть кого, я высказал что мы должны сосредоточисться на задании а мы тратим время впустую, за это нам не платят и это ничего не изменит, ты сам себе гадишь.

 

-Насчет юнца мне плевать, он не "Дракон" и нам не платит и не только я высказываю что это бесполезная затея.-сказал Асмодеус.

Изменено 27 июня, 2015 пользователем Drazhar

[Perfect Stranger]

Таверна "Хвост акулы"

 

- Вот, шоколадное. А себе я фруктовое взял.

 

Шен некоторое время молчала, поглощая мороженое и почти не чувствуя сладкого вкуса. Хотя в другой день она была бы в полном восторге - шоколадные шарики мороженого были политы медом, вареньем и усыпаны орехами так щедро, что казалось невероятным. Обычно трактирщики были прижимисты на сладости и напитки. Наконец, когда она справилась уже почти с половиной своего угощения, магесса вытерла губы рукавом и виновато посмотрела на Римата.

- Прости меня... за вчерашнее. Я... не знаю, что на меня нашло. Я просто... глупая и наивная дура, - горько сказала она, ковыряясь ложечкой, похожей на серебряную, в шоколадной массе, которая уже начала подтаивать.

 

Поместье Селестия

 

- Вам нужно отправляться, - вдруг сказала Чи, которая все это время почтительно молчала, не желая встревать в разговоры свободных, но время и правда было уже на исходе. - Господин Маркус будет на Арене, когда вы прибудете туда. Он будет наблюдать за сражением из магистерской ложи. Решите, кто пойдет сражаться, и я попрошу подать вам экипаж.

[Элесар]

Поместье Селестия

 

"А стоило Феликсу собраться помочь Джимми, как его тут же обдали помоями. Не удивительно, что он ушёл" - пронеслось в голове эльфа. Но ни кого ни в чём обвинять Мерилин не стал и лишь пожал плечами.

- Ваши стили один в один, Дэйган... если у Кая вообще есть свой стиль боя. Давай хоть я пойду туда, вместе с ним, а не ты. Иначе от нас точно камня на камне не оставят

[Junay]

Поместье Селестия

 

Давай хоть я пойду туда, вместе с ним, а не ты. Иначе от нас точно камня на камне не оставят

 

- Ты?  да, ты прав, но ведь ты же не хотел, и...- изумился Дэйган -  Спасибо! Спасибо! Я у тебя в долгу! - проговорил он, расчувствовавшись. - С тобой у Кая будет больше возможностей. Парень! Иди сюда! Держи!

Мужчина дал ему два своих клинка и стал расстегивать броню. - Одевай! Она защитит тебя в бою! И пусть боги всех миров хранят вас на арене! И пояс! Возьми пояс, он зачарован! И вот кольцо, тоже возьми.

 

(передает оружие, броню и пояс, + кольцо ночи Каю)

Изменено 27 июня, 2015 пользователем Junay