Мафия 009: Побег через Атлантику

[Князь Вольтецкий]

Внимание! Все роли розданы.

Если вы не получили ЛС с ролью, то Вы - мирный. Окончательно.

 

 

 

Вступление

Спойлер

 

Редко увидишь бар, заполненный людьми, испытывающими тягостное желание напиться, чтобы забыться или просто потому, что такой образ жизни вошёл в их привычку, в обед. И сегодняшний день не стал исключением. Когда высокий черноволосый мужчина вошёл внутрь, то он нисколько не сомневался, что он сегодня первый посетитель. Снова.

Заведение представляло из себя небольшое, но, в то же время, просторное место, которое могло вместить в себя порядка двадцати человек. Прямоугольная барная стойка стояла в углу комнаты. За ней располагался стеллаж с различными бутылками алкоголя, от простой водки до хорошего виски. Такую бы картину увидел любой вошедший в бар "Habana". Далее, если повернуть направо, минуя столики, то нельзя не заметить, как помещение расширяется, превращаясь в небольшой зал, в одной стороне которого стоял рояль и небольшая сцена для выступлений.

Нечасто это заведение обслуживает стольких людей, сколько оно может вместить, но такие дни бывают.

Бармен одиноко стоял за стойкой и делал какие-то пометки в записной книжке. Увидев посетителя, он кивнул ему и снова принялся выводить буквы на бумаге. Бармен был коренастым мужчиной среднего роста. Как истинный испанец, он имел густые чёрные волосы, спадающие ему до плеч. На вид ему было не больше тридцати лет, но те, кто был знаком с ним близко, знали, что ему недавно исполнилось сорок.

Мужчина прошёл за барную стойку и, взяв бутылку коньяка и бокал, отправился в зал, где его ждало разочарование: один из столиков был уже занят другим мужчиной, испанцем. Кто-то посмел забрать его лавры первого посетителя. Мужчина за столиком заметил его и пригласил сесть рядом. Что и было сделано.

— Марти, — поприветствовал его испанец, откидываясь на спинку стула.

— Диего, — ответил ему мужчина и, поставив бутылку со стаканом на столик, заметил, что собеседник ничего себе не заказал. — Что ты здесь делаешь без бутылки? — спросил он, присаживаясь.

— У меня всегда с собой, — Ривьера похлопал по внутреннему карману пальто, где у него лежала его любимая фляжка.

— Со своим нельзя, — хмуро заметил Мартин, наполняя свой бокал.

— Ты сам мне разрешил, — капитан достал пачку сигарет и закурил. — Забыл?

— Нет, просто жду того дня, когда ты, наконец, будешь покупать алкоголь здесь, а не впустую занимать пространство, — мужчина сделал небольшой глоток и поставил бокал на стол.

— Тут так мало пространства, — Диего насмешливо оглядел пустой зал, после чего снова устремил взор на собеседника. — И я покупаю иногда. Когда забываю переложить фляжку в другую одежду.

Мартин не смог сдержать улыбки. Пожалуй, капитан Ривьера был единственным человеком, который мог заставить его улыбаться. Мужчина задумался о своём и, чтобы прогнать мысли, взял бокал и залпом осушил его.

— Вроде бы положено наслаждаться напитком, — заметил Диего, делая затяжку.

— В пекло наслаждения, — Марти взял пачку с сигаретами у собеседника и тоже закурил. — Когда отплываешь?

— Через дня два, — ответил капитан, задумавшись, — может быть, три. Нужно все подготовить, — испанец замолчал и посмотрел на пустую сцену.

— Тебя что-то беспокоит, — заметил Марти, — что?

— Ты знаешь, как я работаю и с кем мне приходится работать. — Ривьера достал фляжку и сделал глоток, — и я…

— Не имеет значения, — прервал его собеседник, делая очередную затяжку, — по крайней мере, не в том мире, в котором мы сейчас живём.

— Мир изменился, но люди остались такими же, — возразил капитан, но Мартина было уже не остановить.

— Подобно тому, как условно стёрлись границы между странами, исчезли границы понимания того, что есть хорошо и что есть плохо. — Мужчина наполнил свой бокал, после чего продолжил. — Люди берут себе все, что хотят, не обращая внимания на то, кому это принадлежит, кроме того, само понятие "собственность" почти совсем не работает. Все принадлежит только тем, кто достаточно силён, чтобы удержать это "все" у себя, — он остановился, чтобы сделать глоток коньяка, — и тем, кто в состоянии это охранять ценой жизни. Мужчины с оружием в руках бродят по улицам и забирают все, что захотят, угрожая каждому, кто встаёт у них на пути. Женщины всех сословий и возрастов продают себя за еду и защиту. Вот, в каком мире мы живём, Диего Ривьера, — Мартин потушил сигарету и положил её в пепельницу. — Мир, где стыд и мораль не имеют значения. Важно лишь выживание.

Спойлер

[table]
[td align=center width=25%]
[/td][td align=center width=75%]
Палуба "Магеллан"
Самая нижняя из пассажирских палуб. На ней расположены наиболее скромные каюты, зато недалеко до ресторана, где трижды в день (время можно уточнить у капитана) сервируют трапезу для всех пассажиров.
До войны ресторан на "Антилии" мог поспорить с лучшими европейскими заведениями... что ж, он и сейчас может это сделать: многое из того, что будет предложено пассажирам, давно не видели даже в столицах.
На этой же палубе находится медпункт, хотя по сути это маленькая больница, даже со своим операционным столом — мало ли, что может случиться в открытом море.
[/td]
[td align=center width=25%]
[/td][td align=center width=75%]
Палуба "Колумб"
На этой палубе, помимо кают, расположен зал-салон с небольшой сценой, лёгкими столиками — скорее для напитков, чем еды, и просторным местом для танцев. Вряд ли бильярдный стол был здесь изначально, скорее его перенесли из "сигарной" выше.
Судя по отделке кают на этой палубе, они предназначены для семейных пар и незамужних дам.
[/td]
[td align=center width=25%]
[/td][td align=center width=75%]
Палуба "Марко Поло"
А каюты на этой палубе, напротив, кажутся "холостяцкими". Как и соседство с курительной комнатой, напоминающей зал какого-нибудь мужского клуба, а так же с двумя гимнастическими комнатами, где имеется полной набор гантелей, эспандеров и всего прочего, что позволило бы пассажирам сохранять себя в форме во время долгого плавания. В "сигарной" есть неплохая библиотека приключенческой и детективной литературы (хотя в наличии и многотомная энциклопедия), несколько карточных столов, стенды для дротиков и даже небольшая рулетка.
[/td]
[td align=center width=25%]
[/td][td align=center width=75%]
Палуба "Эрикссон"
Следующая палуба явно предназначена для пассажиров классом повыше: здесь всего восемь просторных кают и кафе-бар под открытым небом, где можно выпить коктейль или перекусить между ресторанными трапезами. На случай моросящего дождя или слишком яркого солнца есть столики под навесом.
[/td]
[td align=center width=25%]
[/td][td align=center width=75%]
Палуба "Исследователь"
На самой верхней палубе — четыре роскошные каюты и просторная прогулочная палуба. Здесь же за бортом подвешены четыре шлюпки.
[/td]
[/table]

 

 

Нумерация кают осуществлена следующим образом: первая цифра - это номер палубы (снизу вверх), а следующие две - порядковый номер каюты (сверху вниз).

Спойлер

Спойлер

ИГРА ЗАВЕРШЕНА ПОБЕДОЙ МИРНЫХ

Регламент игры

Время: по форумному времени в поясе Мск, Мн и К.
Голосование: до 22:00
Выбор активов: до 21:30
Итоги: технические — до 22:30, сюжетные (начинающие новый день) — до 10:00
Переголосовывать можно сколько угодно до 22:00.
Дважды подряд без уведомления Мастера пропустивший голосование удаляется из игры, воздерживаться на голосовании можно не более двух раз подряд. Отсутствие голоса приравнивается к голосу против себя.
 
После сюжетных итогов "флэшбэки" с выбывшими персонажами не разыгрываются в теме игры, а могут быть выложены только единым постом, под спойлером.
 
После сюжетных итогов и до окончания голосования все "чисто ролплейные" посты (романтика, экшен, быт, игры), не содержащие никакой информации (мысли, упоминания) о ведущемся расследовании, следует прятать под спойлер. Если есть сомнения - прятать или нет конкретный пост - не прятать.

Техническое описание ролей

Очередность ходов:

суд мирных->доктор->маньяк->мафия->шериф-мститель

 
Босс мафии (1-1=0) — обладает решающим словом в выборе целей. При проверках Шерифа выглядит «мирным». В случае его вывода из игры Мафия пропускает один общий ход.
 
Мафиози (5-1-2-1-1=0) — рядовой участник организованной группы. Не имеет спецспособностей, кроме осведомлённости о составе своей группы и возможности участвовать в принятии ею коллективных решений.
 
Лунатик (1-1=0) — до своего выхода из игры считается Мафиози, однако на самом деле принадлежит стороне мирных и втайне преследует их интересы. При проверке Шерифа выглядит «не мирным». Не имеет права открывать свою роль ни при каких обстоятельствах. Мафия может выбирать цели из своего числа, стремясь вывести его из игры. Вывод Лунатика из игры — обязательное условие для победы мафии.
 
 Мирные (10-3-1-1+1=6) — не обладают никакими дополнительными возможностями, кроме права участия в общем ежедневном голосовании игроков. 

 

Шериф-мститель (2-1-1=0) — от Мастера узнаёт статус выбранной им цели: получает ответ: «Мирный» или «Не мирный». Результат Шерифской проверки публикуется в итогах дня (без указания имени цели). При обнаружении Босса мафии получает ответ: «Мирный», при обнаружении Лунатика: «Не мирный». В случае вывода другого Шерифа из игры ходом Мафии или Маньяка, получает право на «выстрел» вместо обычной проверки в следующую ночь, ход не переносится и не может быть заблокирован Доктором. 
 
Доктор (1) - блокирует ходы Мафии и Маньяка, направленные на вывод из игры выбранного им в этот день игрока. Не может лечить одного и того же игрока две ночи подряд. Не блокирует «выстрел» Шерифа-мстителя.
 
Сержант-мститель (1-1=0) - узнаёт от Мастера имена целей Шерифов. В случае вывода обоих Шерифов из игры, занимает их место с правом «выстрела» в первый ход. Не знает Шерифов, а они не знают его.
 
Маньяк (1-1=0) - выбранная им цель выбывает из игры. Не разделяет победу ни с кем, играет за себя. 

Технические итоги

1 ДЕНЬ

• Голосованием мирных из игры выведен абсолютно невиновный Майкл Хант
• Маньяк вывел из игры мирного Леона Федерера
• Мафия вывела из игры мирного Тревора Торнтона
• Доктор лечил не того
• Шерифская проверка принесла плоды

2 ДЕНЬ

• Голосованием мирных из игры выведен мафиозо Отто Вебер
• Маньяк убил мирную Дженнифер
• Мафия убила шерифа-мстителя Мэтта
• Доктор лечил не того
• Ответ шерифам: не мирный

3 ДЕНЬ

• Голосованием мирных из игры выведена мафиозо Тереза Майер
• Маньяк убил мафиозо Карла Вольфа
• Мафия убила сержанта-мстителя Стива Роджерса
• Доктор лечил не того
• Шериф-мститель пришёл к Карлу, но тот был уже мертв

4 ДЕНЬ

• Голосованием мирных из игры выведен мирный Джарвис Хилл
• Маньяк убил мафиозо Адель
• Мафия убила шерифа-мстителя Эммануэль Мимьё
• Доктор лечил не того
• Умирая на борту корабля посреди океана, шерифу-мстителю было не до проверок
• Андре Ности покидает игру за неактивность.

5 ДЕНЬ

• Голосованием мирных из игры выведен босс мафии Макс Монтана
• Маньяк убил мафиозо Фрэнсиса Баскони
• Группировка мафии выведена из игры. Лунатик становится обычным мирным
• Доктор лечил-лечил-лечил изо всех сил и не вылечил

6 ДЕНЬ

• Голосованием мирных из игры выведен маньяк Юзеф Смуда — последний тёмный актив. Мирные побеждают в игре.

Спойлер

[Энди-с-Лицом]

Лёгкий, почти незаметный ласковый бриз, накатывающий свои мягкие волны на раскинувшийся вдоль береговой линии город, едва заметно игрался с распущенными прядями, прихотливыми волнами спускающимися на плечи хрупкой девушки, облюбовавшей номер на последнем этаже одной из многочисленных валенсийских гостиниц с роскошной верандой с видом на море. Карие глаза, казалось, всматривались в почти незаметную линию, отделяющую бескрайний простор Средиземного моря от пронзительно-голубого неба, но в то же время, если бы кому довелось взглянуть в эти глаза, то наблюдателю сразу стало бы понятно: взгляд этот устремлён скорее внутрь, нежели чем наружу.

Её преследовали воспоминания. Они, как стая изголодавшихся, остервенелых волков, гнались за сознанием, не желая отпускать свою законную добычу. Убегать было почти бесполезно: если и удавалось хоть на минуту забыть о картинах, стоявших перед мысленным взором, то спустя жалкое мгновение образы вспыхивали вновь, с пугающей силой и яркостью, подобно прожекторам, устремлённым в густо-чернильное небо, выискивающим вражеские самолёты. Гонка была несконачемой, гонка со своими мыслями, гонка, в которой у неё не было шансов. Но и остановиться было невозможно, потому как стоит сдаться... нет, не стоит об этом. Достаточно и того, что она не может успокоить себя ни на минуту. Не стоит усугублять.

Пустующий взгляд оторвался от линии недостижимого горизонта, переместившись на город. Россыпь сотен домов, напоминающая покрытый сахарной пудрой кекс. тонкие пальцы чуть заметно сжали отполированный множеством ладоней поручень.

Она не видела город. Она видела... Взгляд умудрялся смотреть намного дальше испанского побережья, в сердце Старого Света, разодранное войной, кровоточащее, источающее гнилостный, отвратительный запах смерти, пропитавший всё, всё вокруг, доносящийся даже сюда... Или это её запах? Возможно... Она уже не могла ответить на этот вопрос. Бежать, бежать, бежать изо всех сил, стараясь скрыться... Лелеять мысль, что океанские волны смоют миазмы войны... Как чертовски глупо.

Правильные черты на одно неуловимое мгновение дрогнули, выдавая бурю внутренних переживаний. Лишь но одно мгновение - большего она себе не позволила. Спустя это поразительно скоротечное мгновение красивое лицо вновь обрело восковую безмятежность, сделавшую бы честь и мраморным ликам, вышедшим из-под резца Микелянджело. Взгляд, столь отрешенный от всего внешнего, обрёл пугающую остроту. Она быстро оправила укороченный белоснежный пиджак, расправила несуществующие складки на брюках того же цвета и уверенным шагом двинулась на разогретые жестоким испанским солнцем улицы в имевшийся неподалёку ба. Уже спустя минуту её можно было обнаружить с самым спокойным выражением лица за скромной стойкой, поигрывающую бокалом красного вина.

! присоединяйтесь)

[Кайра]

Он вошел   в  бар, до отплытия   еще  было  несколько дней,   скромный узелок   с вещами  был  уже  на судне.   Парень купил самое дешевое, все  что он  мог  позволить бокал кислятины.  Рядом расположилась  девушка с бокалом красным  вином, но казалось он ее  не замечал,  в темно - серых глазах не смотря на молодость  застыли печаль и тоска.

[Gonchar]

Проснись...

 

- Ха! - он дёрнулся на своей койке, ошалело пялясь на мутную фигуру, чья тяжёлая рука лежала на его взмокшем плече.

- Проснись, парень, - тёмное пятно в свете ламп превратилось в заросшее бородатое лицо, которое избороздила сеть морщин, - плохой сон, э? - обветренные губы разъехались в добродушной улыбке, - мы уже скоро приедем, а у тебя тут ещё кейс сверзился с полки, бумаги...

Тут Леон обратил внимание на летающие по всему купе жёлтые листья с печатным текстом. Взлетев с покачивающейся полки, он начал ловить их, судорожно хватая один за одним. Его попутчик недоумённо уставился на такие бурные действия после пробуждения, но лишь пожал плечами, усевшись на своё место.

- Помощь нуж... - он хотел поинтересоваться лишь из вежливости, однако...

- Нет! - резко ответил парень, не прерывая своего дела.

Мужчина опять пожал плечами, сконцентрировавшись на виде за окном. Вскоре возня прекратилась и раздался короткий щелчок замков. 

- Брандон Кейси, - это было адресовано уже успокоившемуся парню, который сел на свою койку. Теперь его лицо не выражало ни лихорадочного забытия сна, ни ярости, мелькнувшей минуту назад. Лишь потусторонняя отрешённость и безразличный взгляд жутковатых разных глаз.

- Жойен Буме, - с типичным французским прононсом был ответ, но Брандон готов был поклясться, что гаркнул тот по началу совсем не по французски. Скорее уж как оберфюрер, дающий приказ расстрелять партизанскую сволоту. Хмыкнув своим мыслям, он попытался развить диалог. Всё равно до вокзала ещё, как минимум, пол часа телепаться. Эти испанцы всё делали в раскачку, даже работали с огроменными перерывами на эти свои ривьеры... или как их там.

- И что же тебя тянет так далеко на юг, м? - кустистые брови иронично поднялись вверх, оценивая коричневый пиджак, который был уже накинут поверх жилетки. Немецкий или французский покрой.

- А что тянет британского моряка в Испанию? - он мог поклясться, что зелёный глаз просто пронзает его насквозь. А в голосе играли совсем уж ледяные нотки.

- Отвечаешь вопросом на вопрос? Никак еврейские кровя текут, э? - хрипло хохотнул Брандон, одёргивая свой тёмно-синий расстёгнутый китель. По петлям было несложно догадаться о принадлежности моряка.

Леон отвернулся от назойливого попутчика, всем своим видом показывая, что неловкий разговор ему ничуть не интересен. И, о чудо, моряк отстал и сохранил святую тишину. Неизвестный бородач был последним, с кем парень хотел был чем-либо делиться. 

***

Город дышал своей жизнью. Хриплыми клаксонами подгоняли водители зазевавшихся на поворотах и перекрёстках коллег. Завлекали лампами вывески магазинов и ресторанчиков, обещая вкуснейшую еду за небольшую цену. Сияли витрины бутиков. Словно и не было войны, не было бомбардировок, боли, страданий, лишений. Будто можно было смеяться, оголяя жемчужные зубы, обрамлённые кармином пухлых губ над очередной шуткой лощёного кавалера, лоснящегося от гордости и самолюбия.

Дама, на которую через дорогу пялился своими разными глазами парень дёрнулась от холодного взгляда и подхватила руку своего сопровождающего, опасливо поглядывая тёмными глазами через смуглое плечо. Леон, сильнее сжав ручки потёртого саквояжа и кейса, с неработающим замком, двинулся дальше, стуча каблуками коричневых кожаных туфлей по мощёной улочке. 

Очень скоро запахло солью и соляркой, городская застройка сменилась зданиями порта, над крышами которых торчали стрелы грузовых кранов. В полумраке вечера складские ворота зияли чёрными провалами. 

Налетел лёгкий ветерок, принёсший с собой ещё больше запаха солёной воды и.... палёного мяса. Голова словно сама повернулась к воротам склада, где была тьма... всё ярче озаряемая оранжевыми огоньками пламени, там стояли они...

Нескладные, слишком нечеловеческие тела, торчащие из-под рваных мешковатых одежд плечи, тонкие руки... нет, кости, обтянутые кожей. В провалах глазниц лишь тьма. Ниточки губ на несуразном лице расползаются, оголяя маленькие зубы. Шёпот... почему... почему, за что... нет, не надо... мама! Холодный стальной вкус на губах, зубы мохнатых псов на руках... чёрный холодный зрачок...выстрел!

- Нет!!! - Леон завопил, отпрянув назад и заслоняясь руками.

Если закрыть глаза, то всё пройдёт. Досчитай до ста. Один, два, три, четыре... Внутри всё дрожит, пот на лбу. Холодный ветерок обдувает шею. Лёгкое касание к плечу и шёпот невидимых, но знакомых до каждой морщинки чуть алых губ.

Проснись...

Судорожно ухватив ртом воздух, он раскрыл плотно сжатые веки. Лишь темнота и чуть слышный шум моря, далёкий гудок корабля. Корабль...

Подхватив упавшие на землю саквояж и кейс, Леон поспешил вдоль пристани к месту встречи.

***

- Туалет там, - мужчина указал в конец людного зала.

Безразлично кивнув бармену, он оторвался от барной стойки. Деревянный пол едва слышно поскрипывал под шагами парня. Вот и дверь. Холодный свет и кафель, раковины, пока никого.

Сумки заняли место в ногах. Краны легко поддались и из них ринулась вода. Брызнуть в лицо, вымыть шею. Из саквояжа была извлечена расчёска.

- Выглядишь ты не очень, - слабо улыбнувшись своему бледному виду и кругам под глазами в отражении зеркала, тихо произнёс Леон. В последнее время он всё меньше спал. 

Щёлкнул кейс, открывая свои скрытые внутренности. На раковину была поставлена колба, где в гелеобразной субстанции плавала чёрная роза, навеки застывшая, неподвластная времени и его разложению. Пальцы скользнули по толстой прямоугольной картонной коробочке, на которой золотым тиснением было изображено три слова.

- Um leibe lehrilng, да... - Леон склонил набок голову, извлекая толстую колоду карт.

Сначала нужно тщательно перетасовать. Он чуть прикрыл глаза, ощущая, как теплеет внутри головы. Верный признак... Рука стянула верхнюю карту и перевернула рубашкой вниз.

Спойлер

- Туз пентаклей? - бровь слегка недоумённо изогнулась вверх, - это можно считать удачей...

Карта вернулась в свою колоду. Подхватив колбу с цветком в одну руку, а сумки в другую -он поправил последние складки своего наряда, Леон вышел и закрыл за собой дверь.

Парень чуть прищурился от яркого света и механически почесал лёгкую золотистую небритость, оценивая помещение, словно видя его впервые. Что было недалкео от истины, из окружающего мира он обращал внимание на немногие вещи.

Вот она... он направился к скучающей девушке у барной стойки, которая была одета довольно таки по мужски. Но его это не волновало. Колба легко опустилась на деревянное покрытие рядом с ней.

- La beauté est même dans l'obscurité* , - немного отрешённо произнёс Леон, опираясь о стойку, внимательно изучая девушку.

 

*красота есть даже во тьме

Изменено 4 октября, 2015 пользователем Gonchar

[OZYNOMANDIAS]

Тренировочный лагерь ВС США, 1941

 

Курьер, посланный доктором, торопливо шагал по грязи, приветливо хлюпающей в ответ на каждый его широкий шаг. Погодка была не из лучших, и юноша уже успел изрядно продрогнуть; тем не менее, держался он хорошо – стиснув зубы и гордо подняв голову, он упорно продолжал идти вперед, словно его отступление было вопросом жизни и смерти как для него, так и для целой нации. Одежда – летняя форма вооруженных сил США – промокла насквозь, и теперь смотрелась еще более мешковато, чем раньше. Белая майка, которую он нацепил, чтобы прикрыть впалый живот и оголившиеся рёбра, уже стала серой, а светлые волосы прибились ко лбу, норовя залезть в прищуренный правый глаз. В целом, вид его был жалким, представляя собой смешение выгнанной из дома в ливень дворняги и худощавого, немного вытянувшегося за лето подростка, нацепившего отцовскую форму без разрешения последнего. В тонких руках виднелся конверт и небольшая записная книжка с рисунками – одним из немногих развлечений юного паренька, благодаря своему внешнему виду с детства познакомившегося жестокостью и безразличием мира, а в частности – с постулатом "сильный всегда прав".
Познакомившегося? Да. Согласившегося? Никогда.
"Хлюпик", "доходяга", "слабак" – да уж, среди сверстников он никогда не пользовался авторитетом, редко у кого вызывая хотя бы снисходительное отношение. Хотя, честно говоря, такого отношения он никогда и не ждал, даже напротив – отстаивал свои права так, как мог, перед любым, кто желал их попрать. И тогда, стискивая кулачки, он неизменно лез в драку, несмотря ни на что: физическое превосходство противника или его численность никогда не трогали, и уж тем более – не пугали юношу. И каждый раз он дрался так, словно действительно был на равных с любым из них, пускай в конце лежал на холодной земле с разбитым лицом и отбитыми конечностями.
Бежать? Мог. Бежал? Никогда.
Он не считал себя достойнее других, не требовал в душе расправы над обидчиками, не жаловался и не оставался лежать на земле, даже если уже не имел сил подняться. Проще говоря, он не сдавался – а это, как известно, всегда притягивает изумленные взоры людей сильных и благородных. Таким и был его единственный настоящий друг, Баки Барнс, рослый брюнет с горящим, но большим сердцем в груди и ветром в голове. Удивительно, но он, как и его друг, совсем не ценил силу других, если только ей не была сила характера и воли: вместе они были сочетанием удивительных противоположностей, похожих лишь неуязвимым внутренним стержнем внутри каждого из них. Этот стержень был выкован принципами, устоями и убеждениями, одним из которых был патриотизм и желание во что бы то ни стало защитить свою родину. И, когда страна искала добровольцев, они вместе явились на призывной пункт.
Был ли он допущен к службе? Нет. Собирался ли сдаваться?
Никогда.

Полковник стоял, с мрачным видом осматривая то письмо, то доставившего его "бойца", словно разыскивая во всем этом повод для неудачной шутки. Он стоял так долго, что только начатая сигара уже наполовину рассыпалась пеплом, столь же седым, как и его неровно выбритые виски.
— Если бы после всего этого дерьма тридцать лет назад у меня не остался бы один глаз, то сегодня, прочитав эту чушь, я бы пожертвовал его как орган, остекленевший от того, что узрел откровеннейше скверное дерьмо, — проговорил он наконец, когда огонек достиг грубых пальцев. Рядом с его внушительной фигурой Стиву становилось еще холоднее, чем под бившим его ранее пронзительным ветром, но виду он не подавал. — Все эти рекомендации, просьбы, приказы – полная хрень. Подготовить тебя? К чему?
— Отдать долг родине, сэр, — твердо произнес Стивен.
Бойцы рядом испустили смешок, оборванный взглядом полковника.
— Несомненно, это достойный ответ, — уже мягче сказал он. — Ты ведь понимаешь, что сейчас твой единственный шанс принести пользу своей стране – это либо играть освобожденного из концентрационного лагеря еврея польского происхождения перед тысячами доверчивых американских идиотов, либо прямым рейсом отправиться в берлинский рейхстаг, обвесившись боеголовками и укрывшись японским флагом на манер камикадзе?
Стив посмурнел и одарил полковника холодным взглядом.
— Я буду сражаться, — не сводя глаз, медленно выговорил он. — Я встану в один ряд с теми, кто борется за каждый дом там, в Европе, где под ногами горит земля, а воздух отравлен нацизмом. Если вам кажется, что моей силы не хватит и на одного фрица, то не волнуйтесь – мужества, которое таится в этом щуплом тельце, хватит на всю Германию с лихвой.
Полковник замер с задумчивой ухмылкой на лице. Юноша ждал. Наконец, мужчина подозвал одного из рядовых и что-то шепнул ему на ухо.
— Удивительные времена, — произнес полковник, глядя вслед уходящему в барак юнцу. — У парней вроде него яйца тяжелее, чем у всего моего взвода. Не считая, разумеется, мои собственные, — усмехнулся он. — Если так дальше пойдет, то когда-нибудь моё место займет не один из вас, а какой-нибудь лысый одноглазый нигер, помяни моё слово.
— Жизнь покажет, полковник Филлипс, — улыбнулся боец, корябая носом землю, в которую был закопан по самую шею.

 

Валенсия, 1945 год

 

Дневная дрёма, подкравшаяся к Стивену, спала, и он поднялся с кушетки. Ночлежка настолько же дешевой, насколько капитан был непривередливым, и они, как это часто бывает после того, как война закончилась, нашли друг друга.
Роджерс поднялся и начал одеваться. Следуя инструкциям, указанным в письме, он приехал в Валенсию буквально вчера, и еще совсем не осмотрел город. До встречи с ним было еще достаточно времени, и провести его взаперти Стивену совсем не хотелось. Хотя бы потому, что ощущение клетки не покидало его с их последней встречи.
Чертову сумку он спрятал так надежно, как смог.
Достопримечательности города начались у капитана неожиданно – с бара "Habana", на дне стаканов которого всё грозило и закончиться. Честно говоря, после всего, что произошло, он был совсем не прочь выпить. Например, с той девушкой у барной стойки, чьи тонкие изящные руки стиснули холодный бокал с согревающим содержимым. Она привлекательна, явно одна и...
Роджерс оборвал себя на этой мысли, смущенный собственными мыслями; постаравшись сделать беззаботный вид, капитан прошел мимо неё и обратился к бармену:
— Мне виски, пожалуйста, — он лучезарно улыбнулся и поглядел на девушку с вином. 
"Надеюсь, я не выгляжу идиотом," — пронеслось у него в голове.

Изменено 4 октября, 2015 пользователем The_Last_Nomad

[Синяя_Бузина]

Послышался легкий скрип входных дверей заведения. В старом пиджаке поверх бордовой в квадрат рубашки, с бесформенной рыбацкой шляпой на голове и громоздким чемоданом в руке, в светлое помещение вошел мужчина преклонных лет. Он немного задержался на входе, несколько неуверенно оглядываясь вокруг, после чего шмыгнув носом двинулся к одному из свободных мест у окна. Глянув через стекло на причал, он отыскал глазами лайнер: отсюда он его точно не пропустит. Чуть расслабившись, он пригладил усы и наконец снял головной убор. Поставив ручную кладь рядом со своим стулом, он достал оттуда одно из произведений Болеслав Пруса и принялся читать.

[Энди-с-Лицом]

— Мне виски, пожалуйста, — он лучезарно улыбнулся и поглядел на девушку с вином.

"Надеюсь, я не выгляжу идиотом," — пронеслось у него в голове.

 

Секунду девушка, казалось, решала, стоит ли отвечать на знаки внимания. Но это длилось всего секунду... Так что когда легкая улыбка коснулась губ, можно было подумать, что этой секунды вовсе не было. Ведь улыбка была столь искренна и натуральна!.. Правда, она не касалась глаз. Глаза изучающе прошлись сначала по светловолосому американцу, потом - скользнули по лицу обратившегося к ней... француза? Пальцы погладили тонкую ножку хрупкого бокала. Рубиновое содержимое слегка покачнулось, бросив кровавый отсвет на стойку.

 

- La beauté est même dans l'obscurité* , - немного отрешённо произнёс Леон, опираясь о стойку, внимательно изучая девушку.

 

- Главное - уметь ее разглядеть, - на идеальном французском ответила она, вновь останавливая взгляд на американце. - Умения видеть красоту не достает слишком часто и слишком многим, - она перешла на английский, но нотка французского, идеально выверенная и отчетливо слышимая, осталась. - Не так ли? - вновь улыбка, на этот раз с легким оттенком кокетства.

[FromDarkTime]

Бодрым, хоть и неровным, шагом Тревор некоторое время прогуливался по пирсу. Основные задачи были выполнены: он познакомился с капитаном, занял каюту и его багаж уже покоился в 420 номере. Именно эту комнату мистер Торнтон выбрал практически не задумываясь. Хотя, по началу, было желание поселиться на первой палубе, поближе к мед.пункту - порой, в непогоду, он мучился с ногой, а иногда его одолевали фантомные боли на месте отсутствующих пальцев. Не сильные, но все же мало приятные. Что же помешало выбрать какую-нибудь каюту на первой палубе? Если бы кто-то задал этот вопрос Тревору, тот бы с улыбкой взглянул в глаза собеседнику и ответил вопросом: "Вы хоть раз были на корабле, подбитом и тонущем? Первая палуба - самая нижняя..." Так что мистер Торнтон выбрал нечто среднее между удобством и безопасностью, несмотря на то, что военные действия уже были позади. 420 - идеально расположенная каюта напротив лестницы на другие палубы.

И вот, Тревор просто гулял, особо не задумываясь куда он идет и зачем. Когда же он остановился перед баром, то лишь усмехнулся и пожал плечами - c'est la vie, как говорят французы. Зайдя, мужчина поприветствовал присутствующих кивком и, по обыкновению своему, улыбаясь подошел к барной стойке:

- Скотч со льдом, будьте любезны.

[OZYNOMANDIAS]

Когда девушка улыбнулась в ответ, капитан Роджерс сдержанно запаниковал. Пальцем чуть оттянув ворот рубахи, он взял предоставленный стакан виски и, без лишних прелюдий, опрокинул его. Дав жидкости растечься внутри, Стивен спокойно отставил стакан в сторону и попросил еще один.
На девушку он больше старался не смотреть, дабы не рассмешить её своим смущенным и, несомненно, глупым видом. Для него, обычного американского парня, жившего на окраине большого города и никогда не пользовавшегося успехами у противоположного пола, эта особа представлялась жгучей смесью гордости и предубеждения, сбавленных хорошей порцией природного обаяния и кокетства. И, если за его спиной художественная школа, жестокие тренировки и служба родной стране, то за ней, как казалось Стивену, тянулось нечто куда более туманное и зловещее – об этом говорил хотя бы один её взгляд. 
Взгляд бездны.
Приветственный кивок от еще одного мужчины Роджерс с готовностью удостоил своим, еще и приподняв стакан виски для оказания почтения. Этот новоприбывший казался капитану личностью, легкой на подъем и вмиг располагающей к себе – хотя бы то, что он взял скотч, о котором забыл Стивен, говорило о его хорошем вкусе. Тем не менее, припоминая, что отвратительно разбирается в людях, он решил не проявлять излишнего внимания и принялся за второй стакан виски.

[Gonchar]

- Главное - уметь ее разглядеть, - на идеальном французском ответила она, вновь останавливая взгляд на американце. - Умения видеть красоту не достает слишком часто и слишком многим, - она перешла на английский, но нотка французского, идеально выверенная и отчетливо слышимая, осталась. - Не так ли? - вновь улыбка, на этот раз с легким оттенком кокетства.

 

- А иногда этого умения хватает на то, чтобы видеть красоту в самых ужасных формах реальности, - меланхолично ответил Леон, с трудом выговорив английские слова, не по французски рыкнув в паре слогов и окончив на мелодичной итальянской ноте. От него не укрылось идеальное произношение девушки, которое так было схоже с его собственным университетским. Коренные французы не говорили настолько идеально. Впрочем, она может быть какой-нибудь дочерью буржуа. Его взгляд опять переместился на застывший мёртвый цветок.

- Границы прекрасного условны... даже звероподобны, - лёгкая улыбка тронула его губы, но не оставила следа на слегка рассеянном взгляде, словно парень пытался углядеть что-то несуществующее в собеседнице. 

[FromDarkTime]

Тем не менее, припоминая, что отвратительно разбирается в людях, он решил не проявлять излишнего внимания и принялся за второй стакан виски.

 

Тревор подхватил свой стакан и подсел ближе к молодому человеку:

- Ваше здоровье, капитан, - он сделал глоток. - Я же не ошибся? Видно, что офицер. И что не местный. Англичанин? О, мои манеры...Тревор Торнтон, - мужчина протянул руку. - Майор, как видите  - в отставке.

С этими словами мужчина постучал тростью по ноге.

[Hikаru]

днем раньше

Спойлер

В полутемном баре блондинка с роскошными формами, изрядно подшофе, полулежа на стойке исповедывалась бармену заплетающимся языком, мешая французские и испанские слова.

- Ты же понимаешь, аmigo, я должна была ему отомстить, этому sale cochon! Я упоила его вдрабадан, отвезла домой, раздела, раскидала по всей комнате одежду и оставила на столе записку: "Аmado, ты был великолепен! Целую, твой Робусто." И ушла!
Она засмеялась.

Бармен тоже не сдержал смешка - Робусто, вышибала из бара на соседней улице, был изрядно знаменит в Валенсии, как своим буйным нравом, так и абсолютной неразборчивостью в связях.

 

Диего Ривьера зашёл в бар и внимательно осмотрел помещение. Первый этап знакомства прошёл успешно. Кто-то, кому нужно скрыться или сбежать, пишет ему письмо. Потом они встречаются лично и обсуждают детали. Капитан мало кому отказывал. Если они были готовы платить, то он был готов их перевозить. Все просто. Обыкновенный бизнес.

Ривьера приметил девушку, изливающую душу бармену, и прошёл к свободному столику. По условиям, она сама должна была к нему подойти. Мужчина достал сигарету и закурил, терпеливо ожидая.

- Плесни еще на два пальца! - девушка подтолкнула стакан к бармену.
- No, no, amigа, y no pidas! - тот быстро перехватил стекляшку и спрятал под стойку. - Тебе хватит. Забыла, что через полчаса выступать?
- Ничего я не забыла! - капризно надула губки Рене. - Я вообще ни в одном глазу. Правда, mon mignon? - Девушка подмигнула недавно вошедшему в заведение мужчине с сигаретой.

Диего знал Французский совсем чуть-чуть. Отдельные фразы, которыми он перекидывался в основном с француженками.

— Правда, ma beauté, — кивнул капитан девушке. Он не был против, когда представительницы слабого пола пили. Ведь от пьяной девушки гораздо меньше проблем, чем от трезвой.

- Вот видишь, месье тоже считает, что я права. Нальешь?
Официант отрицательно покачал головой и по сотому разу начал протирать бокалы.
- Ну и не надо! Le bouc!

Блондинка сползла с барного стула и слегка покачиваясь подошла к столику капитана.
- Могу я скрасить ваше la solitude? Если, конечно, та, кого вы ждете, не есть любовь всей вашей жизни?
По испански она говорила довольно сносно, хотя и с сильным французским акцентом.

 

— Любовь моей жизни ушла с человеком, которого я звал другом, — меланхолично ответил капитан, — так что, если б ждал её, то сидел бы здесь очень долго. Дольше, чем он, — Диего кивнул на бармена.

 

- Comme il est triste, - расчувствовалась Рене, но тут же глаза ее заблестели, она вскочила со стула. - Вам надо напиться и развеселиться, ведь жизнь не этом не кончается. Просто переверните страницу!

http://pleer.com/tracks/1961307gKKd

 

— Милочка, каждый раз, когда я на суше, я напиваюсь и веселюсь уже десять лет подряд. — И я с радостью окунусь в забвение с Вами, — Диего тоже встал со стула и подошёл ближе к девушке.

 

- Pourquoi pas? - улыбнулась Рене, к которой уже вернулось хорошее настроение, не обращая внимания на отчаянную жестикуляцию бармена. - В этой дыре меня ничего не держит, здесь даже рояля приличного нет, так, древняя развалюха, которую по стечению обстоятельств не пустили на дрова! Я выступала в лучших залах Парижа, хватит с меня этого притона, basta! Я увольняюсь, так и скажи этому... - она хотела было выдать длинную тираду с самыми нелестными характеристиками хозяина, но вовремя вспомнила о капитане. Бушующие страсти улеглись во мгновение ока, и Рене предстала перед Диего в облике невинного ангелочка.

 

 

— И куда теперь? — любезно спрос капитан, не стесняясь оглядывать все перелески невинного ангелочка. — Лучше этого бара в городе нет, — сказал Диего, улыбаясь.

- Да хоть на край света, - беспечно махнула рукой Рене. - На этом городишке свет клином не сошелся!

Соблазнительно покачивая бедрами, блондинка направилась к выходу, напевая "Падам, падам, падам!.."

http://pleer.com/tracks/4797042q1N0

В дверях она остановилась и обернулась к капитану.
- Вы ведь отвезете меня на Край Света, милорд?..

 

Капитан призадумался. В его лайнер ещё раньше не пели, хотя место там для этого, определённо, было. Как и рояль, впрочем.
— Если вы согласитесь выступать на моем корабле, — Диего подошёл поближе. — Радовать меня, матросов, пассажиров, своим очаровательным голосом. Но в большей части, меня. Что скажете?

 

- Я согласна! - пылко воскликнула француженка, подбегая к Диего и повиснув на его шее.

 

 

 

- Салют, Амиго! - Рене впорхнула в бар и с порога послала воздушный поцелуй бармену. Оглянулась, но хозяина не заметила. - Все еще пашешь на этого кровососа? Мне как обычно.

 

За прошедшие сутки блондинка успела не только с удобствами расположиться на корабле (Диего лично сопроводил девушку в 510 каюту, хотя она и не отказалась бы проверить какие удобства наличествуют в его собственном обиталище), но и растрепать всем приятельницам, что едет покорять Globo, а там, быть может, и Голливуд. С собой у нее было два чемодана - один набит туалетами, а второй журналами, на страницах которых красовались ее многочисленные фотографии, зачастую весьма... смелые.

 

[Кайра]

Этьен   пил вино медленными   глотками  бар постепенно   заполнялся различными   посетителями, но казалось он не замечал не красивой  девушки, не   тех, кто пытался  за ней ухаживать.

 

Его взгляд   был устремлен куда - то вдаль,  он видал, там то, что  было недоступно   другим.  Если бы кто  спросил   местных жителей,  то некоторые бы вспомнили,  его   старшего брата, на котором так хорошо сидела военная  форма  и который  разбил не одно девичье  сердце.   Висенте  во всем был первым   и  сразу же записался в Голубую дивизию, тем  самым  заставив проливать некоторых   юных девушек, горькие слезы в подушку.   Для его брата   война была что- то вроде парада  он  шутил и веселился,   обещая, что через месяц   война закончиться и они вернуться в родной Толедо.

 

Брат  поднялся  по сходням трапа на судно Антилия  и помахал Этьену.....

[Spectre]

Валенсия - чертовски красивый город. Даже Френсис отметил это. Для многих гостей города особенно нравился закат у моря, что переливался всеми возможными красками. Хотя Френсису было наплевать на закат, он ведь не чертов художник-гомосексуалист с претензией на богему или скучающая домохозяйка средних лет, что впервые выбралась на воздух. Он здесь ради того, чтобы опуститься во все тяжкие. А для этого подойдет любой город с населением больше одного человека. Но ведь лучше опускаться в красивом, испанском городе, да?

Френсису было наплевать где напиваться, поэтому он сразу же зашел в помещение, где красовалась вывеска "Бар". Зайдя туда, едва не выбив дверь ногой, он уселся за стул, которому не повезло оказаться ближайшим к двери. Нормально усевшись, мужчина громко объявил:

- Виски...нет, много виски и без чертового льда! - протрубел Френсис, попутно доставая из кармана сигару, - и только попробуйте сказать, что здесь не курят или не наливают виски и...

И тут взгляд приковала отдаленная фигура, которая буквально заворожила его с первого взгляда.

- О как, какая краса тут сидит, - крикнул он, чтобы девушка уж точно услышала, да и все остальные тоже, - тебя надо в тюрьму деточка, потому что ты убила меня своим видом!

Сказав свою "феноменальную" шутку, Френсис заржал во весь голос, после чего закашлял из-за дыма собственной сигары.

[OZYNOMANDIAS]

- Ваше здоровье, капитан, - он сделал глоток. - Я же не ошибся? Видно, что офицер. И что не местный. Англичанин? О, мои манеры...Тревор Торнтон, - мужчина протянул руку. - Майор, как видите  - в отставке.

Стив, только начавший пить, незамедлительно подавился от неожиданности и бурного потока слов.
— Да, да, не ошиблись, — он вымученно улыбнулся, затем вытер рукавом заслезившийся правый глаз. — Капитан Стивен Роджерс, сэр, — проговорил Стив и крепко пожал руку Торнтона. Затем, бросив взгляд в окно, он вновь поглядел на собеседника и продолжил: — Мне кажется, мы теперь все в отставке – война кончилась, — снова улыбнулся капитан, и снова невесело.

Вопрос о гражданстве Роджерс решил не поднимать. Что говорил одноглазый сержант? "Не рискуй понапрасну, Стив," – да, именно так он и сказал, перед тем, как уйти. Сейчас его положение было настолько шатким, что хватило бы легкого дуновения ветра, чтобы разделаться с ним. Несмотря на то, что война закончилась, великий американский враг никуда не исчез, только и ожидая удобного момента для удара в спину. Кому можно доверять?
Теперь капитан был уже ни в чем не уверен.
— Так где вы, говорите, служили? — решил пойти издалека Стивен, заказывая еще один стакан. В конце концов, пока ничего, кроме паранойи Роджерса, не делало из этого приятного мужчины экс-нациста или "красного", и он решил удостовериться, что под этой спокойно водной гладью точно не скрывается тысяча трупов.

Изменено 4 октября, 2015 пользователем The_Last_Nomad

[Кайра]

Резкий   голос мужчины  вырвал   его в реальность,  при  чем самым не приглядным образом,   интересно, когда он привыкнет к резким звуках, хлопкам и фейерверкам..

[FromDarkTime]

Теперь капитан был уже ни в чем не уверен.
— Так где вы, говорите, служили? — решил пойти издалека Стивен, заказывая еще один стакан.

 

Тревор также попросил повторить заказ и, играя кубиками льда в стакане, с улыбкой ответил:

- Разумно, Стивен, - что именно имел ввиду мистер Торнтон решил не уточнять.  - Ну, кто-то наверняка останется в армии и после всего этого ужаса.

Тревор сделал глоток и довольно причмокнул.

- Разведка, капитан. А место службы - да считай вся Европа. Но если вы вдруг меня напоите и начнете тянуть из меня информацию - мне придется вас убить, сами понимаете, - добродушно засмеялся мужчина, подтверждая, что это была лишь шутка, а никак не угроза. - А что же вы? Раз капитан - то наверняка не в штабе отсиживались, верно? Расслабьтесь, на мне нет портретов ни одного из "усатых"

 

- О как, какая краса тут сидит, - крикнул он, чтобы девушка уж точно услышала, да и все остальные тоже, - тебя надо в тюрьму деточка, потому что ты убила меня своим видом!

Сказав свою "феноменальную" шутку, Френсис заржал во весь голос, после чего закашлял из-за дыма собственной сигары.

 

На нового и весьма громкого посетителя Тревор почти не обратил внимание. Лишь когда тот зашелся кашлем, майор повернул голову и сказал:

- Будьте здоровы.

[Beaver]

Дверь в очередной раз скрипнула, и в бар вошла девушка. С собой у нее была лишь небольшая дорожная сумка. Легкой походкой Меган направилась к самому дальнему от барной стойки столу. Сняв пальто, рыжеволосая достала книгу и погрузилась в чтение. Оставалось только ждать.

!

Изменено 4 октября, 2015 пользователем Beaver

[Князь Вольтецкий]

Когда Мартин поднял голову, то увидел, что народу в баре значительно прибавилось. На его столе стояло уже две пустых бутылки, а Диего Ривьера ушёл, как минимум, час назад. Мужчина осмотрел собравшийся контингент и увидел Рене, женщину, которая выступала на сцене, собирая полный бар. Роковое воплощение Афродиты, никак иначе.

Мартин устал и направился к барной стойке, почти не шатаясь. Когда каждое утро начинается с виски, тебя уже вряд ли унесёт с двух бутылок. Он дошёл до стойки, зашёл за неё и взял оттуда ещё одну бутылку. Оттолкнул бармена, отправляя его обслуживать других клиентов, а сам подошёл к Рене, наливая ей алкоголь.
— Начинаешь день с выпивки, дорогая? — ухмыльнувшись, спросил он её.

[Spectre]

- Ох...мой...бох, - еще не отойдя от кашля, попытался сказать Фрэнсис, увидев как в бар зашла другая красивейшая девушка, - сегодня...да сегодня прям день исполнения желаний одинокого и красивого мужчины как я!

 

- Будьте здоровы.

 

Фрэнсис ничего не ответил, а лишь попытался пустить кольцо дыма в сторону вежливого человека.

[OZYNOMANDIAS]

- А что же вы? Раз капитан - то наверняка не в штабе отсиживались, верно?

Принявшись за новую порцию виски, капитан выслушал новый вопрос мистера Торнтона и... вновь подавился.
— Не в то горло, — отметил Роджерс, прикидывая, учат ли в войсках разведки задавать острые для собеседника вопросы в самый неподходящий момент. — Ну, я, разумеется, принимал участие в боевых действиях на фронте, сэр... Ну, не сказать, что прямо активные, но... — он вновь улыбнулся, теперь уже виновато. — В общем-то говоря, я просто отдавал долг своей стране, и она оценила моё усердие в звание капитана, — закончил пытку оправдания Стив, покручивая в руках граненый стакан. На несколько секунд могло показаться, что он расстроен, погруженный в свои мысли, но затем Роджерс бодро хлопнул по стойке и заказал еще одну порцию, надеясь про себя, что хотя бы её он допьет достойно.
Мимо него прошла примечательная рыженькая девушка, и он с трудом удержался, чтобы не поглядеть ей вслед. Та красавица с вином вовсю ворковала с мужчинами, и капитан решил, что это к лучшему. Его голова и так была чересчур забита происходящими в мире изменениями, и сейчас он чувствовал себя заживо погребенным.
Когда виски подали, Стивен, быстро поглядев на собеседника и убедившись, что он ничего не успеет сказать, быстро опрокинул в себя целый стакан. В голове было приятное ощущение легкости, и капитан, разгоняя воспоминания о прошлом и мысли о будущем, заметно начинал веселеть.

[Hikаru]

— Начинаешь день с выпивки, дорогая? — ухмыльнувшись, спросил он её.

 

- Я уже совершеннолетняя, а ты не мой папочка, - сладко улыбнулась Рене, закидывая ногу на ногу и оглядывая немноголюдный бар. - Никак после моего ухода дела пошатнулись? Бедняга, как же ты это переживешь!

[FromDarkTime]

Фрэнсис ничего не ответил, а лишь попытался пустить кольцо дыма в сторону вежливого человека.

 

Грубость мужчины майор попросту проигнорировал, даже не обратив внимание на дым.

— Не в то горло, — отметил Роджерс, прикидывая, учат ли в войсках разведки задавать острые для собеседника вопросы в самый неподходящий момент. — Ну, я, разумеется, принимал участие в боевых действиях на фронте, сэр... Ну, не сказать, что прямо активные, но... — он вновь улыбнулся, теперь уже виновато. — В общем-то говоря, я просто отдавал долг своей стране, и она оценила моё усердие в звание капитана, — закончил пытку оправдания Стив

 

Тревор усиленно кивал головой в такт словам собеседника. Кажется, он был весьма удовлетворен ответом капитана.

- Хороша, не правда ли? - майор подмигнул, кивая в сторону девушки. - Эхх, столько времени потрачено не на таких вот милашек, а на менее приятные вещи.

[Князь Вольтецкий]

Фернандо Сапота

Этот город не нравился ему. Вообще, после войны мало, что могло порадовать старшего помощника. Мужчина быстрым шагом пересекал улицы, находясь в размышлениях. Пожалуй, только волны океана могли пробудить в нем хоть какие-то эмоции. Только на корабле он чувствовал себя живым и твёрдо стоящим на ногах.

Испанец зашёл в бар и оглядел помещение на наличие человека, ради которого он сюда пришёл.

Дверь в очередной раз скрипнула, и в бар вошла девушка. Везя за собой небольшой чемоданчик на колесах, Меган легкой походкой направилась к самому дальнему от барной стойки столу. Рыжеволосая сняла пальто, достала книгу и погрузилась в чтение. Оставалось только ждать.

Она сидела в самом углу и не пила. Фернандо ненароком улыбнулся и направился к ней.
— Я от капитана Ривьеры, — тепло проговорил он, присаживаясь на стул. Нет, пожалуй, ещё женщины могли заставить его что-то чувствовать.

Мартин Спенсер

- Я уже совершеннолетняя, а ты не мой папочка, - сладко улыбнулась Рене, закидывая ногу на ногу и оглядывая немноголюдный бар. - Никак после моего ухода дела пошатнулись? Бедняга, как же ты это переживешь!

Мужчина насмешливо оглядел помещение и проследил взглядом за вошедшим Фернандо. Этот тип ему никогда не нравился. По той простой причине, что отказывался с ним пить.
— Дела прекрасны, — равнодушно ответил Мартин, — ровно до тех пор, пока я не нахожусь в убытке. А пока я могу приходить сюда и бесплатно напиваться, то я даже в плюсе. Ты же не думаешь, что успех моего заведения может зависеть от… женщины?

[Кайра]

Бокал  кислого вина  был выпит, он достал потрепанное письмо  из кармана  и углубился в чтение, рядом  села  девушка, которая  достала книгу,   из потрепанной дорожной  сумки.

 

Их разделял всего лишь один столик.

 

!