Мафия#Jubilée: Игры Даэдра III

[Elli_Pirs]

"Сссдесь  оччччень.... милые люди.  И меры."

 

- Да, особенно норды, которые с оглушающим криком "ТАГИЛ Скайрим!" прыгают в реку, - Элис лёгким движением руки убрала с глаз прядь волос, - Вам и правда так нравится местное население?

[Osidius the Emphatic]

- Что придаст моим словам больше весу - это мое дело. Ступай, - знак рукой не столько отпускал, сколько подтверждал его уход, словно брезгливо смахивал с грязного стола мусор. Морвен недолго посмотрела вслед наемнику, а после отступила с того места, где стояла, в сторону, и любой наблюдающий, если бы он был, потерял бы в этот миг ее из виду. 

 

В Гильдию Магов леди Дрес вернулась так же тихо, как и покидала ее несколько часов назад. Наскоро поднявшись в свои комнаты, она осталась незамеченной служанками, но именно это и было ей сейчас нужно. Войдя внутрь, она сей же час заперла за собой дверь и, сделав несколько быстрых твердых шагов, подошла к кровати, поставив на нее правую ногу, согнутую в колене, и поспешно - а ведь на людях леди была так степенна, что казалось, будто она вообще не умеет производить суетливых движений - поспешно высоко подобрала подол хламиды и платья, обнажая пепельное бедро и одним, почти ласкающим движением ладони снимая с него небольшой сверток. Будешь неаккуратна, и хитрая застежка поцарапает кожу, заставив кровь выступить и что-нибудь испачкать, ведь Морвен так и не изучила ни одного заклинания школы Восстановления.

 

Однако в этот раз все прошло успешно, и леди Великого Дома, убрав ногу и опустив подол, быстро оказалась у столешницы, на которой развернула драгоценный сверток. Небогатое, на первый взгляд, содержимое предстало перед ее глазами, но она принялась аккуратнейше перебирать стебельки пальцами, избегая лишний раз касаться их. Убедившись, что условия сделки соблюдены, Морвен с великой осторожностью завернула редкие ингредиенты и, спрятав их среди кое-каких других вещей, которые лежали приготовленными, открыла дверь и кликнула служанок. 

 

Волнующиеся из-за того, что проворонили ее прибытие, дурехи едва не разбили все, что несли, но наконец леди осталась одна: маги из Гильдии "любезно" предоставили ей возможность поработать с их алхимическим оборудованием. Главный алхимик попытался было провести ей лекцию, объясняя, что такое перегонный куб, но быстро передумал, и ей даже не пришлось тратить лишние слова, чтобы добиться этого. 

 

Закатав рукава, Морвен усердно работала пестиком и ступкой, измельчая драгоценные травы. Базовые ингредиенты найти было несложно, их было хоть отбавляй даже в оранжерее самой Гильдии. Она просила во время работы ее не беспокоить, но была уверена, что найдется идиот, который не понимает распоряжений, поэтому поначалу то и дело отвлекалась, поглядывая на закрытую дверь. Но вскоре процесс так увлек ее, что она перестала поднимать голову, сосредоточившись на том, что происходило под ее руками на столе. 

 

Капелька пота от напряжения и усердия - пропорции были очень хрупкими и должны были быть очень точными - выступила на ее левом виске, прядь, выбившуюся во время прогулок по городу, Морвен торопливо, одним пальцем заправила за ухо. Наконец настала минута, когда жидкостью можно было наполнить флакон. Снадобья получилось немного, и ей едва хватило, чтобы большей частью заполнить два небольших сосуда, которые она запечатала тугими пробками, быстро перевернув и проверив, не течет ли содержимое. 

 

Говорят, если хочешь, чтобы что-то было сделано как надо, сделай это сам. Дома она посчитала, что необходимость того, чтобы иметь при себе полезный флакон, может быть подвергнута сомнению, но теперь, когда Вивек окончательно произвел на нее свое отвратительное впечатление, что-то подсказывало ей, что дальше лучше не будет.

Изменено 8 марта, 2016 пользователем Osidius the Emphatic

[Laion]

Черный Шалк

- Элис лёгким движением руки убрала с глаз прядь волос, - Вам и правда так нравится местное население?

 

Аргонианка снова оскалилась, отвечая на вопрос вопросом: - Ссссэре очччень нравятся норды?  Тогда надо выпиттть за ихххх ссссдорофффье. - и первая сделала большой глоток суджаммы из наполовину  уже опустошенной кружки.

[Серебряная]

Чёрный Шалк

 

- Имперцы слишком надменны, чтобы понять очевидное, Шасса. А этого аргонианина я заметила немногим позже тебя... Он попытался спасти нас, мы выручили его - квиты. Но вот то, что после него у нас исчезла карта... Это слишком маленький проступок, чтобы отрубать ему голову прямо здесь. Убийца оказался ещё и вором... Так что я бы на твоём месте не обращала на него внимания. Да, вскоре нам придётся расстаться с отрядом, рассказанные мне сенешалем вести просто-таки кричат об этом, словно по утрам Силт страйдер. Сразу подумай, будешь ты с ними или со мной, как новичку - я предоставляю право выбора тебе. Сами, не спорь - это приказ. Выпьем же суджамы!

 

Отпив ещё глоток, редгадка обвела взглядом помещение. Положительно, добрую бы половину она с удовольствием отвела к Ординаторам, причём не просто так, а под солидным конвоем из сотни воинов. Но, здесь приходилось хранить нейтралитет, и её это невероятно злило.

Изменено 8 марта, 2016 пользователем Серебряная

[Elli_Pirs]

"- Ссссэре очччень нравятся норды?  Тогда надо выпиттть за ихххх ссссдорофффье."

 

- Леди "Танцующая", а вы знаете, что такое сарказм? - без всякой злости или насмешки спросила Хоук, внимательно посмотрев на собеседницу.

 

"- Имперцы слишком надменны, чтобы понять очевидное, Шасса."

 

- Милсдари! Объявляю конкурс на самую злую шутку редгардов! - громко объявила Элис после этих слов, дав понять, что в таких местах надо бы подбирать слова, - А то я слишком надменная, чтобы над кем-то шутить...

[Серебряная]

- Милсдари! Объявляю конкурс на самую злую шутку редгардов! - громко объявила Элис после этих слов, дав понять, что в таких местах надо бы подбирать слова, - А то я слишком надменная, чтобы над кем-то шутить...

 

- Приношу свои извинения, девушка. Я и не знала, что имперцы могут шутить...

 

С этими словами она повернулась к женщине спиной, ясно дав понять, что общение с имперцами - последнее, что её может заинтересовать.

Изменено 8 марта, 2016 пользователем Серебряная

[OZYNOMANDIAS]

УТРО



В теплых рассветных лучах родовое поместье его семьи в Нарсисе изнутри обычно выглядит так: в пустующей обширной гостиной на мягких анеквинских коврах ручной работы, произведенных на старой ткацкой фабрике Зайка Черима в Дюне, выставлена традиционная данмерская утварь – тяжелый прямоугольный резной стол с выжженной на нем картиной битвы за Дагот Ур времен Войны Первого Совета и стулья со спинкой, покрытые узорами тех же мотивов. Несмотря на то, что в поместье обычно не бывает сыро, а тщательность слуг при уборке вызывает у гостей либо восхищение, либо глубоко скрытую зависть, всё дерево покрыто тонким слоем смолы шалка, предотвращающим коррозию. Над очагом – длинная деревянная полка, на которой в ряд выставлены урны из обожженной глины с прахом самых известных и значимых предков семьи. Кто-то был славен тем, что закрыл собой пущенную в Неревара двемерскую стрелу, другой первым вспахал земли там, где сейчас гнездится одна из многочисленных плантаций, третий, должно быть, возлег с тремя данмерками сразу, но уверенности в возможности такого подвига у Ллето не было. Он вообще не был увлечен культом Предков, если не считать материальную сторону вопроса – некоторые из урн с прахом великих данмери минувших эпох были куплены за поистине баснословные цены, и с каждым столетием среди коллекционеров интерес к ним только возрастал – и то, что знания о традициях в высшем свете темных эльфов оценивались очень высоко. У некоторых снобов морровиндской аристократии наличествовал даже специальный дегустатор праха, способный на вкус определить, кому принадлежат данные останки – что, разумеется, порой вызывает обвинения в богохульстве и некрофилии. В самом центре этого парада горшков гнездилось дорогое эбонитовое круглое блюдо с изображенными на нем весами – знаком Великого Дома Хлаалу.
Вместе с гостиной на первом этаже поместья семьи Хлаалу размещалась небольшая закрытая кухня, в которой Ллето был всего лишь дважды за всю его жизнь, и кабинет, объединявший в себе библиотеку и сокровищницу дома. Ллето никогда не мог решить, что в кабинете его привлекает больше – книги, которые он то с упоением, то с чувством долга читал в свободные минуты, или редкие дорогие вещи, которые в свете слабо мерцающих айлейдских камней и канделябра он мог созерцать часами, задумываясь не столько о чарующей истории их приобретения или обнаружения, а об околдовывающей красоте их блеска, о ценности в светских кругах провинции. На огромных стеллажах из гидеонского дуба, стоящих вплотную к стенам кабинета, располагался настоящий архив: двенадцать томов "2920, Последний год Первой Эры" за авторством Карловака Таунвея, художественно описывающего события перехода Тамриэля во Вторую эру, раскручивая идею о заговоре понтентата Версидью-Шайе против императорской династии Сиродиилов и семьи Ремана III в частности; столь же полная коллекция "Королевы-Волчицы" в переплете из кожи вварденфельских гуаров, в которой Вогин Джарт детально описывает перипетии жизни и коронацию принцессы Потемы, её битву за трон и последующую войну с братьями Сефорусом Септимом I и Магнусом Лилмотским, а также упоминает сведение с ума будущего императора Пелагиуса, который впоследствии развлекал своих слуг тем, что в качестве проверки чистоты в Императорском Дворце испражнялся на пол; неизменные 36 проповедей Вивека, догматические тексты которой обитали в любом доме данмери, и другая литература. Под стеклом витрин, на пурпурной бархатной ткани, лежали золотые, серебряные, эбонитовые, двемерские и прочие украшения, от колец до диадем, отделанные рубинами, бриллиантами, сапфирами, топазами, изумрудами разных форм и размеров. Так или иначе, определиться здесь было совсем непросто.
Комната Ллето, как и прочие комнаты членов семьи, находилась наверху. Она была спрятана за легкой, но прочной деревянной дверью, в которую, по распоряжению самого Ллето, руками морнхолдского мастера был врезан металлический замок. Солнечные лучи падали в его помещение через два широких окна и выход на балкон, по большей части состоящий из витража с фигурами триединых АЛЬМСИВИ – исключительно по настоянию отца. На стене напротив висит подлинник Райта Литандаса, именитого художника из Чейдинхола, на котором масляными красками очень натуралистично изображен восход над горами Джерол, ценой в три тысячи септимов. Под картиной расположен рабочий стол из кедра и слоновой кости, изготовленный в Риверхолде и купленный у Восточной Имперской компании за символические семь тысяч золотых. На нём – бордовая записная книжка в твердой непромокаемой обложке, продолговатый темный футляр с письменным инструментом, песочные часы из голубого, зеленого и прозрачного стекла, а также сиродильская ваза с инкрустацией из голубоватых айледских кристаллов. Справа от стола, в углу комнаты, на подставке одиноко стоял холст незаконченной картины самого Ллето, на которой, судя по всему, изображена обнаженная пара данмеров в интимной близости, в разгаре которой юноша ловким ударом рассек деве живот и на него вывалилась часть скользких, покрытых кровью, внутренностей. В совершенно противоположной стороне, стены между дверью и окнами, стоял массивный коловианский гардеробный шкаф, доверху забитый разной одеждой. Солнце же освещало широкую, практически двухместную постель из валенвудского красного дерева, набитую шелухой, соломой и перьями, обычно прикрытую шелковым пологом – в качестве защиты от нарсиских насекомых. На ней, лежа на вышитых золотом торвальских подушках, почивал сам Ллето Хлаалу, сын богатого и влиятельного владельца плантаций Урвано Хлаалу, чадо уважаемого аристократического рода Хлаалу и член Великого Дома Хлаалу от самого своего рождения.
Каждое утро Ллето проходило одинаково. Просыпаясь, он первым делом стягивал с себя брэ, если спал в них, и надевал легкий шелковый халат, оставляя не завязанный пояс покачиваться в петельках. Затем, поглядевшись в зеркало на дверце гардероба, твердым шагом покидал комнату и направлялся к заранее набранной слугами ванне. Уборной в поместье не было, поэтому Ллето в случае необходимости пользовался специальными жестяными горшками, после чего, скинув на пол халат, который слуги тут же подбирали, обнаженный опускался в горячую воду. Пока он закрывал глаза и представлял, как, например, играет с ручным гуаром или душит отца, за его телом тщательно ухаживали: рабыня-аргонианка намыливала тело мылом слоад, затем мочалкой из уса хоркера осторожно его растирая; молодая данмерка приводила в порядок его руки и ногти, поочередно избавляя пальцы от засохшей кожи; а еще одна данмерка ухаживала за головой и лицом. Голову и лицо Ллето всегда проверял с особой строгостью, требуя выучить наизусть порядок действий при уходе. Сначала слуга должна была воспользоваться слоадовым мылом, после чего смыть и нанести на лицо скраб из скрибового желе с косточками чернотопских персиков, очищая поры и избавляясь от отеков после сна. Затем покрыть лицо тонким слоем молочка квама и ждать, пока маска не засохнет, после чего осторожно снять её с бархатной кожи. Волосы тем временем обрабатывались той или иной травяной настойкой, питающей корни и укрепляющей их до самых кончиков. Та, что занималась ногтями, к тому моменту уже заканчивала, а потому опускает руку и ублажает Ллето Хлаалу своей ладонью. В такие моменты он как никогда понимает, насколько беззащитна вся морровиндская аристократия перед тренированными наёмными убийцами из Мораг Тонг, которые тратят целую вечность, постигая таинства скрытности и безжалостного лишения жизни, чем потом зарабатывают на хлеб – и наконец спускает семя в остывающую ванну.
Пока он поднимается и, чувствуя на себе новый взгляд, замечает, как по его безупречному телу стекают ручейки, запыхавшиеся слуги носят воду для омовения следующего члена семьи. Затем его великолепную наготу скрывает огромное узорчатое полотенце, вытканное в Торвале, и Ллето наконец смотрит на свою сестру Тали, которая все это время свербила его полным бесстрастия и равнодушия взглядом, в ответ. Она стоит неподвижно – пока из ванной сливают воду, в которую он кончил, пока её чистят, пока набирают вновь, пока брат насухо обтирает блестящие на свету мускулы, пока он нагой вытирает волосы полотенцем поменьше, она стоит неподвижно. Ллето делает вид, что совершенно не обращает на неё внимания, будто даже не очень-то отличает её от окружающего сброда слуг, но это неправда. Лицо Талии Хлаалу выглядит так, будто выточено гениальным акавирским скульптором, с головы ниспадают водопады угольно-черных волос, а фигурой её благословила сама Азура. Кроме того, она истинная аристократка, внешне богатая на эмоции также, как кусок камня, но с томным пылающим взглядом равнодушных, презирающих глаз. Когда слуга подал Ллето халат, он неспешно накинул его, поправил пояс и твердой поступью прошел мимо сестры, удостоив ту коротким, скупым кивком и в ответ получив такой же. Однако, проходя мимо, он с удовлетворением для себя отмечает, что под шелковыми одеждами у Тали заметно затвердели соски.
После омовения Ллето идет в свою комнату и, скинув халат, переодевается. Обычно это простые штаны и льняная рубаха с коротким рукавом, в которой он, спустившись во двор, позже займется необходимыми для аристократа уроками фехтования. Если же по требованию отца следовало прибыть на одну из плантаций, то он одевался привычнее – в дублет, шоссы, брэ и прочие предметы светского костюма, не забыв туфли, которые обязательно были длиннее шести дюймов. Перед выходом он обязательно посмотрит в зеркало, приладит волосы, осмотрит себя и только потом покинет комнату.

Здесь, на Вварденфелле, всё, разумеется, было немного иначе. Хотя его новый дом был Вивеке, в посредственном поместье на Хлаалу кантон Плаза – одном из подарков Урвано Хлаалу, сделанных перед тем, как отпустить сына жить среди алчных и бескомпромиссных рыб-убийц из Великого Дома, – он часто находился в отъезде, как по делам Дома, так и по своим собственным, что значительно усложняло его маниакальное стремление следить за собой. Тем не менее, выглядел он по-прежнему прекрасно, нисколько не потеряв в весе и не набрав лишнего жира, не седея столь же преждевременно, как его отец – для Ллето это был самый большой страх после страхов лишения наследства и внезапного обеднения его семьи, – не теряя блеска в глазах и не потеряв ни одной конечности. Конечно, он говорил, что его безупречность предопределена тем, что он – аристократ, забывая упоминать о бесконечных тренировках, которыми он доводил себя до полуобморочного состояния, о поддержке мясного или рыбного поста во избежание увеличения жировой прослойки на теле и постоянных мазях, кремах, скрабах и масках, которыми была заставлена вся полка в умывальной комнате.
Поместье в Вивеке было двухэтажным, с широкими окнами только на втором этаже – остальные помещения довольствовались солнечным светом через традиционные данмерские узкие щели. Спальная комната с выходом на террасу располагались наверху, внизу же были гостиная, маленькая кухня и умывальная. Интерьер поместья, на вкус самого Ллето, выглядел скромно, но со вкусом: поверх полов гостиной, выложенных из доски южноваленвудских деревьев, лежал круглый тонкий плетеный коврик в аргонианском стиле, с узором змеи, кусающей свой хвост, в то время как мебелью служили два коловианских мягких кресла из Кватча и двухместная кушетка, всё в светлых тонах. На стенах висели сиродиильские картины, изображающие живую природу, каджитский кожаный щит, покрытый красной, желтой и зеленой линиями, вместе с копьем, наконечник которого был украшен страусиными перьями – вероятно, ритуального назначения, – и пара стягов Дома Хлаалу. Кухня от гостиной была отделена сплошной стойкой со столешницей и представляла собой несколько шкафов и полку с крюками для мяса и ножей всех форм и размеров. Умывальня с зеркалом и полками, уставленными различными пузырьками, была небольшой, но давала возможность поддерживать себя в чистоте и свежести, а также испражняться без спуска в подземелье кантона. На полу спальни лежал эльсвейрский ковер из Дюны, рисунок на котором изображал исход кимеров с островов Саммерсет под предводительством святого Велота, рядом стояла широкая кровать со светлым узорчатым бельем, гардеробный шкаф и прикроватная тумбочка, а в углу, подальше от мебели, одиноко висел набитый опилками кожаный мешок – точно такой же, с которым тренируются гладиаторы в Кровавом Зале Арены. На террасе стояли грубые столик и стул, окруженные вазами с теми или иными представителями вварденфеллской флоры – хальклоу, коды, горьколистника, каменевки и "прочей безвкусной дикорастущей травы", как с раздражением отмечал про себя сам Ллето. Терраса, как он догадывался, была предназначена для задушевных бесед в компании старых друзей, а потому была закрыта практически постоянно – посетителями дома обычно являлись конкурирующие с ним в прыти и остроте языка коллеги из Дома Хлаалу, жрицы любви ценой то в небольшую виллу на золотом побережье Абессинского моря, то в пустую бутылку из-под мацта, и особы аристократических кровей, обычно претенциозно восседающих на креслах с таким видом, будто само их появление в этом месте сродни ниспосланному свыше благословению Трибунала. Из всех этих н'вахов и ф'лахов никто и близко не был дорог Ллето, и терраса продолжала пустовать, что позволяло выносить туда в огромных грязных мешках мусор, от которого, дабы избежать неудобных вопросов следящего за ничтожествами ординаторского патруля, надлежало избавляться только ночью.
Окончательно пробуждаясь в умывальне, Ллето Хлаалу, обнаженный или же облаченный в халат, проходил на кухню и готовил себе легкий завтрак, обычно из соленого риса и крабового мяса. Если же ему казалось, что под темной кожей начинал скапливаться жир, что неизменно вредило внешнему виду, он переходил на пару стеклянных стаканов обычной подогретой воды. Воду для употребления он использовал только из находящегося неподалеку родника — местная вода никуда не годилась, даже вскипяченная, а воду, очищенную Гильдией Магов, он всегда находил жестковатой из-за примесей.
После завтрака Ллето посвящал время разминке, просматривал свой ежедневник, неспешно одевался и только после этого покидал поместье, отправляясь на работу.

Рубрика "Неинтересный пересказ"

Спойлер

Пара слов о том, что раньше было лучше, и что Ллето способен по звучанию вкуса цвета определить, где вода из артезианских источников, а где – из других артезианских источников. И затвердевшие соски сестры, ну куда же без них.

[Spectre]

- А то я слишком надменная, чтобы над кем-то шутить...

 

Вердант, услышав довольно ехидный ответ Элис, ухмыльнулся и слегка похлопал руками пару раз.

- Да, в надменности нам не занимать, верно подмечено, госпожа Хоук, - высказался мужчина, - а вот вы, - указал он уже на редгардку, - право, не стоит смотреть на всех так надменно, будто вы глава верховного Дома или имперец, будьте проще.

Во время этого разговора с лица Верданта не слезала ухмылка.

[MARGNET]

Черный Шалк

 

Аргонианин все так же сидел, никого не изучая, рассматривал заведение. Слишком много людей, не вовремя зашел. Неожиданно для себя он открыл в себе человеконенавистничество. Встряхнул головой, отгоняя мысль.
Хлопок дверью, внутрь зашел тот данмер. Кинув взгляд на Арсса, тот прошел и уселся поодаль. Ничего не заказывал, просто сидел.
«Понятно. По мою душу пришел з-значит. Да будет так»
Он встал и медленно пошел к выходу. Взгляд наткнулся на редгардку Дома Индорил… ах, да, запамятовал. Отвязав от подсумка рулон с картой, подошел и положил на стол, сказав:
- Забрал – возвращаю.
Затем широкими шагами проследовал к выходу, скрываясь за дверью.
Через пять минут сидевший за пустым столом данмер тоже покинул заведение.

 

X меня нет на 12 часов

[Элесар]

Чёрный Шалк

 

Увендрис из дома Хлаалу был проигнорирован ричменом чуть менее, чем полностью и совсем не от плохих манер последнего, в которых, конечно, тоже крылось несомненное зерно истинных причин. Данмер в данный момент оказался попросту неинтересен Маркхасу, и потому колдун продемонстрировал определённый максимум собственного воспитания. Запомнил имя наёмника. 

Пока они с Доротеей переглядывались и переговаривались, изгой молчаливо сидел за столом, никак не встревая в сей замечательный диалог. Что, несомненно, помогло его продуктивности - если уж кого и сложно напугать полувзглядами и едва заметными знаками, так это мужчину. Очень уж основательно он прикидывался тем, кто отвратительно понимает подобные уловки знатных персон или же действительно попросту не вникал в подобные тонкости. Во втором случае стоит лишь посочувствовать Лларену Редорану и другим высоким представителям Великого Дома.

 

- Как интересно, - усмехнулась девушка. - Наверное, и сюда она заглянула лишь для того, чтобы сопроводить меня. Видимо, не подходит лишь потому, что ощущает некоторую робость.

 

- Врёт к чему она - загадка. Вам стоит приказать исполнить работу в точности и всю. Когда появится она здесь вновь, - заговорил Маркхас, когда довольно милый и большей частью скрытый для его ушей разговор закончился. Не то, чтобы он считал это безусловной необходимостью для леди Хлаалу, но заклинателю действительно было любопытно посмотреть на реакцию Морвен. Как оказалось, этого вполне достаточно для вынесения подобных предложений.

 

- О, это совершенно не проблема, - голос вновь наполнялся патокой, которая сулила тем, кто посмеет сейчас сорвать или как-то подпортить далеко идущие планы советницы, такие мучения, что потехи Молага Бала в сравнении покажутся увеселительными мероприятиями, а сам Король Насилия - милым зайчиком. - Прошу вас, - девушка привлекла внимание официантки, - принесите еще один кубок и цыпленка сюда. Вы голодны? - вежливый вопрос задавался сразу обоим собеседникам.

 

Ричмен не очень хорошо понимал, зачем двум мерам понадобилось аж три кубка, но уточнять не собирался. Вместо этого колдун, как ни в чём ни бывало, поднялся на ноги, чтобы отправиться к трактирщику и заказать себе пищу.

- Да, правы вы, с утра я слабо голод утолил. Поем пойду.

[Серебряная]

Он встал и медленно пошел к выходу. Взгляд наткнулся на редгардку Дома Индорил… ах, да, запамятовал. Отвязав от подсумка рулон с картой, подошел и положил на стол, сказав:
- Забрал – возвращаю.
Затем широкими шагами проследовал к выходу, скрываясь за дверью.

 

Скривившись было при его приближении, редгардка тут же поменяла своё мнение. Окидывая ночного знакомого взглядом, она отсалютовала ему бутылкой. *Возможно, у этого аргонианина даже есть свои принципы? Кто его знает, уж всяко лучше ненавистных имперцев. Нужно будет пригласить его за наш столик, в случае чего и потесниться можем. А то видно, что не понять когда ел сегодня, и то - какой-нибудь чёрствый рулет, запевая простой водой из бочки на улице, чтоб этих зазнавшихся трактирщиков!* Вслух же она сказала, глядя в спину выходящему гостю:

 

- Когда вернётесь, Дом Индорил приглашает за свой стол.

Изменено 8 марта, 2016 пользователем Серебряная

[Laion]

Черный Шалк

А этого аргонианина я заметила немногим позже тебя... Он попытался спасти нас, мы выручили его - квиты. А вот то, что после него у нас исчезла карта... Это слишком маленький проступок, чтобы отрубать ему голову прямо здесь. Убийца оказался ещё и вором... Так что я бы на твоём месте не обращала на него внимания. Да, вскоре нам придётся расстаться с отрядом, рассказанные мне сенешалем вести просто-таки кричат об этом, словно по утрам Силт страйдер. Сразу подумай, останешься ты с ними или со мной, как новичку я предоставляю право выбора тебе.

 

Выслушав леди Назири, аргонианка  остановила задумчивый взгляд на темном ящере. Не последовать рекомендации той, кому она обязана своей свободой, она не могла, но и познакомиться поближе с заинтересовавшим ее соплеменником была не прочь.  Может быть, такие, как он, и убили ее хозяйку? Нет,  магессу аргонианка не слишком жалела, хотя та и была к ней достаточно добра. Но ей всегда было любопытно, что такого знала старая данмерка, что кому-то могла помешать.

Наконец она снова перевела взгляд на редгардку и кивнула, показывая, что слышала все, что та ей сказала: - Я ссс тобой, Леди. Если Д'Жарра тоже уйдет, я буду готовить для тебя вкусно.

 

- Леди "Танцующая", а вы знаете, что такое сарказм? - без всякой злости или насмешки спросила Хоук, внимательно посмотрев на собеседницу.

 

Глаза необычного бирюзового цвета смерили имперку любопытствующим взглядом  с долей усмешки. 

- Бедная аргонианка не ссснает, что такое саркассссм. - склонила голову на бок и пожала плечами Танцующая и тут же переключила внимание на подходящего к их столику темного ящера.

 

 

Отвязав от подсумка рулон с картой, подошел и положил на стол, сказав:

- Забрал – возвращаю.
Затем широкими шагами проследовал к выходу, скрываясь за дверью.

 

- Саксссхлил не совсссем вор, да, Леди? -  проводив аргонианина взглядом, обернулась к Назири Танцующая.  

[Elli_Pirs]

"- Когда вернётесь, Дом Индорил приглашает за свой стол."

 

- Вся суть дома Индоил, - не смогла удержаться Хоук, - Даже в трактире, где все становятся одной массой, у них есть свой стол.

[Серебряная]

- Саксссхлил не совсссем вор, да, Леди? -  проводив аргонианина взглядом, обернулась к Назири Танцующая.

 

- Ни один вор не рискнул бы приблизиться к носящему эту броню, Шасса. Возможно, что и убийца из него такой же, как и с тебя. Просто, кто же знает, по какой дороге бы пошла, не случись наша встреча? Правосудие не дремлет, и оно спасло тебя от такого Пути. Возблагодари своих богов, и не забудь вознести хвалу Святому Олмсу за его благо. И вот ещё что, не обращай внимание на глупость местных посетителей, Великие Дома на своей земле, а все иные... Они забывают, что здесь их только терпят, но Трибунал так или иначе всё расставит на свои места. Индорил служит, Храм судит...

 

Редгардка продолжала есть, не забывая отдать должное превосходной суджаме, хотя было удивительно - как же эта женщина умудряется не пьянеть? Подмигнув аргонианке, Старейшина положила в центр стола небольшой свёрток, и когда ткань открылась, сидящие увидели на синей мантии несколько добротных амулетов из серебра, а так же всё потребное целителю.

 

- Мы умеем быть благодарными... Ребята вот скинулись.

Изменено 8 марта, 2016 пользователем Серебряная

[Beaver]

Чёрный Шалк

 

- Врёт к чему она - загадка. Вам стоит приказать исполнить работу в точности и всю. Когда появится она здесь вновь, - заговорил Маркхас, когда довольно милый и большей частью скрытый для его ушей разговор закончился.

 

- Обязательно так и сделаю, - улыбнулась Доротея. - Право, какая жалость, что я не узнала о пополнении в рядах своих служанок раньше. Спасибо за информацию и совет.

 

- Да, правы вы, с утра я слабо голод утолил. Поем пойду.

 

- Как пожелаете, - кивнула девушка. - Приятного вам аппетита и всего доброго.

Предлагать присоединиться к ним она, естественно, не стала. Ни к чему накалять обстановку. Воздух и так, фигурально выражаясь, опасно потрескивал от напряжения, царящего вокруг.

Проводив колдуна взглядом, советница положила локти на стол, сплела пальцы, вогрузила на них голову и внимательно посмотрела на Увендриса:

- И что это было?

Не то чтобы леди Хлаалу злилась (раздражение прошло сразу после того, как возможных неприятных последствий удалось избежать), но несколько недоумевала из-за поведения данмера.

[Laion]

Черный Шалк

 

Возблагодари своих богов, и не забудь вознести хвалу Святому Олмсу за его благо. ...  Старейшина положила в центр стола небольшйо свёрток, и когда ткань открылась, сидящие увидели на синей мантии несколько добротных амулетов и серебра, а так же всё потребное целителю.

- Мы умеем быть благодарными... Ребята вот скинулись.

 

- О, Леди...  - Танцующая  в восхищении рассматривала богатство, открывшееся перед ней. - Это же... 

Аргонианка взяла в руки один из амулетов и сжала его в ладони, будто бы прислушиваясь. - Это же амулет усссскорения восссстанофффления магии! А это... - она взяла в ладонь еще один и замолкла на несколько секунд.  - Это для лечения отраффлений. О, Леди, спасссибо! 

Особый восторг у аргонианки вызвала небольшая поясная сумочка, в которой было несколько отделений - для трав, пузырьков с зельями и прочих ингредиентов. Она тут же нацепила ее на пояс, предварительно аккуратно переложив в нее свиток Дома Индорил.

- Спасссибо, друссссья!  

Танцующая бросила осторожный взгляд на остальных посетителей таверны - не слишком ли она несдержанно выражает свою радость?

[Серебряная]

Обычно сдержанная данмерка улыбнулась.

 

- Там ещё внутри несколько свитков восстановления, а то вдруг закончатся силы в неподходящий момент! Выпросила на складе, пришлось пообещать там, что схожу в таверну с кладовщиком. Ну, сходить-то я схожу - вот только таверну не уточнила... Есть у меня одно местечко неподалёку, где собираются сплошь бандиты.

 

Улыбка на её лице просто не могла быть шире.

[Supreme Overlord Malekith]

Лорд чародей, Магистр Порт Телваниса Индорин Арален с свитой скучая прохаживался по кантонам Вивека града, он собирался пойти и посмотреть на выступление в большой Арене града или развлечься где-нибудь, без знатных приемов с сходкой знати было скучновато и привычной политической остротки не хватало

 

!

[Лакич]

Черный шалк

 

Право, не таверна, а стоянка каких-то маргиналов. Как он здесь оказался? Шел-шел-шел и, похоже, пришел. О! И обокрасть же ведь могут?

И вино здесь кисловатое.

В общем: не самое, согласитесь, лучше место, чтобы умереть. Но ничего-ничего, умирать он не собирается, не здесь, нет-нет.

Украдкой он услышал разговор за соседнем столиком, обернулся: в глазах, холодных и тусклых, застыл немой вопрос, сводящий с ума: "Что здесь происходит?"

 

 

 

- Хм?!

Наверное, он хотел выдать что-то вроде "Интерес-сно", но не выдал, потому что в противном случае в его нежное тельце выдали бесплатную порцию арболетных болтов, стрел и магических снарядов, и, согласитесь, инородные тела в организме очень плохо влияют на видение...

Ой, да на все они плохо влияют, если придраться.

И если не придираться, то, кстати, тоже. Логично?

Очень.

 

! кто хочет с милашкой пообщаться? К кому можно влезть в разговор?

[Elli_Pirs]

Довольно долгое время Элис наблюдала за тем, как в таверне начинали образовываться небольшие группы. И это было весьма забавно, учитывая то, что эти крупы уже можно было назвать домами.

"Тебя отправили изучать местную культуру и колорит. Так действуй!" - промелькнуло в голове у Хоук и, не долго думая, она пересела к нескольким данмерам из Хлаалу, обратившись при этом к одной из них, как ей послышалось Доротее Хлаалу.

- Вы не возражаете, если я присоединюсь к вашей компании? Просто в Вивеке крайне дружелюбный народ, особенно из чужих домов... особенно из Индорил.

[Плюшевая Борода]

Черный Шалк

 

- Я слышала, что и другие виды экзотической кухни весьма не дурны, - тон звучал так, будто девушка вела очередную светскую беседу и совсем не кипела от гнева. - В любом случае, мне кажется, не стоит отзываться о них отрицательно, пока не попробуешь.

 

- Если ты не прекратишь мешать моим планам, я сделаю нечто такое, что ты будешь молить о смерти. А мне бы этого совсем не хотелось, дорогой мой, ведь ты мне очень симпатичен.

 

Готовое сорваться с губ сокровенное так и не покинуло пределов разгоряченного сознания: стоило истинному положению побудительных мотивов неописуемо прекрасной Доротеи всплыть на поверхность, как Увендриса будто подменили - разочарованию своенравного и, как оказалось, слишком скорого на суждения данмера не было предела, так что спесивая придурь слетела с него за один взмах ресниц.

 

Но... но... как же так... я ведь...

 

В чем Увендрису, впрочем, нельзя было отказать никогда и ни при каких обстоятельствах, так это в безграничном скудоумии - и именно поэтому спесивая придурь недолго оставалась без дела. Отдернув покрывшуюся тонкой ледяной коркой руку так, словно она сжимала не миниатюрную ладошку, а гниющий корпрусный остов, Увендрис уставился на Доротею с таким видом, будто первый раз её в жизни видел и сквозь плотно сведенные зубы процедил:

 

- Как вам будет угодно, мутсера.

 

Было ли это ребяческой обидой, мимолетным помутнением или же колкий холод ладоней леди каким-то необъяснимым образом угодил прямиком Увендрису в сердце, расколов его на маленькие ледяные кусочки, - так или иначе, данмер, отвернувшись, угрюмо уткнулся взглядом в кубок и когда тугой горячий комок прочно застрял между челюстями, он не нашел ничего лучше и умнее, чем протолкнуть его обратно в глотку доброй порцией вварденфелльского бренди. Когда тебе указывают на твое место - следует занять его с как можно большим комфортом, даже несмотря на то, что выпивка везде исключительно платная.

 

- Милейшая, тащи еще бренди...

 

Кантон Н'вахов

 

Каджит, погруженный в размышления по поводу того, а "не выкинул ли данмер чего-нибудь типично данмерского" или "не увяз ли данмер по уши в очередном приступе тягучей меланхолии, а то и в чем похуже" или даже "не надрался ли данмер до розовых гуаров и не учинил ли погром", в один прекрасный момент споймал себя на мысли о том, что слишком много думает о том, что слишком много думает о том, что, может статься, даже еще и не случилось.  Подумав об этом еще с минуту, каджит все же решил, что "не случилось" - это прошедшее время, а настоящее таит сюрпризы, не говоря уж о будущем, которое и вовсе загадка - и если Увендрис еще чего-нибудь не учудил, то учудит обязательно и этому лучше при этом присутствовать, чем нет.

 

Увендррисссу было сскасано: прриглядывать за каджитом, но пошему всссякий ррассс вссе прроиссходит с тошноссстью до наоборррот?

 

Черный Шалк

 

Каджит невольно фыркнул, а усы на рыжей морде встали торчком - будто бы в противовес хвосту, который прижимался к спине всякий раз, когда перед каджитом представало нечто, чего он опасался: например, оказаться прямо посреди шумного сборища лиц и морд различной степени трезвости, от которых не знаешь чего ждать. Каково же было удивление этого, когда этот обнаружил Увендриса не в гуще тел с голыми кулаками наперевес и воплями в духе "Никак вы, бл**ь, не научитесь!", не сладко и беспробудно спящим на полу в липкой луже засохшей суджаммы или даже чего-нибудь более нелицеприятного, а всего-то лишь за столом чинно попивающим из кубка.... каджит встрепенул усами и принюхался... бренди. 

 

Ффф.... фффф??!

 

- Увендриссс?

- Чего тебе, рыжий? Не видишь, я занят!

- И что это было?

 

Последняя фраза донеслась с противоположной стороны стола, но голос каджиту был знаком - слова принадлежали Доротее, которая по-прежнему притягательно пахла и источала благожелательность, но, кажется, была чем-то слегка расстроена. Кажется. Каджит с плохо скрываемым любопытством уставился на данмера.

 

- Какая кладовка, такие и мыши, - глубокомысленно и совершенно, на взгляд каджита, не ко времени изрек данмер и опустошил кубок, после чего отрешенно уставился в опустевшее дно.

 

Мышшки это плохо, мышшки это ушшасно плохо, оссобенно ессли они в кладоффке... но пришем тут это? Каджит в рррасстеррянноссти...

 

Этому ничего не оставалось, кроме как плюхнуться на скамью - точно между данмерами - и крутить мордой из стороны в сторону, переводя взгляд с одного на другого.

[Beaver]

Черный Шалк

 

- Какая кладовка, такие и мыши, - глубокомысленно и совершенно, на взгляд каджита изрек данмер и опустошил кубок, после чего отрешенно уставился в опустевшее дно.

 

Вздохнув, эльфийка, о чем-то напряженно размышляя, вновь уставилась на Увендриса своими красными глазами и через пару секунд гнетущей тишины заговорила:

- Я прошу у вас прощения, уважаемый, - она досадливо поджала губы. - Мне не стоило так резко высказываться в вашу сторону и... И в целом я повела себя не лучшим образом, о чем сожалею. Впрочем, вы могли бы понять меня, если бы захотели.

Она перевела растерянный взгляд, в котором явственно читалась горечь, на возвратившегося каджита, а затем отвернулась.

Появление имперки заставило советницу взять себя в руки.

 

- Вы не возражаете, если я присоединюсь к вашей компании? Просто в Вивеке крайне дружелюбный народ, особенно из чужих домов... особенно из Индорил.

 

- Никаких возражений, - Доротея раздавала улыбки направо и налево в то время, как настроение падало все ниже и ниже.
И все из-за своенравного данмера!
А самое паршивое во всем этом то, что она и сама не понимала, почему так расстроена тем, что его обидела.

[Elli_Pirs]

"- Никаких возражений"

 

- Вот и отлично! - с ответной улыбкой сказала Элис, погладив Лорда, который также сменил свою дислокацию, - Леди Доротея, верно? Что-то вы всё печальнее и печальнее... У вас всё в порядке? 

[Beaver]

Черный Шалк

 

- Вот и отлично! - с ответной улыбкой сказала Элис, погладив Лорда, который также сменил свою дислокацию, - Леди Доротея, верно? Что-то вы всё печальнее и печальнее... У вас всё в порядке?

 

- Все верно, - отозвалась советница. - Можно просто Доротея. А ваше имя? Боюсь, я его не слышала. Не совсем в порядке, но не думаю, что вы можете мне помочь, - она улыбнулась, но тут же постаралась четко дать понять, что не желает дальнейших вопросов на эту тему: - В любом случае спасибо.

Хаос недовольно заерзал при виде питомца Элис, но девушка успокаивающе погладила никс-гончую, и та затихла.

[Лакич]

Черный шалк

 

Услышав знакомое имя за столиком, где сидели, внезапно, два данмера, каджит и человек, не считая животных (каджит исключение!), он буквально уставился на эту разношерстную компанию.

Конечно, матушка учила его, что глазеть - это неприлично!

Но после вина можно. Даже нужно.

- М? - рыжий плут что-то замышлял, женщина с собакой беседовала с данмеркой, оба темных эльфа были до ужаса важны - или ему кажется? - все как обычно, одним словом.

И, несмотря на то, что он не проронил еще ни слова, он все смотрел и смотрел.

Жуть.