Мафия 012: When the Sea came in

[Энди-с-Лицом]

Прогулка по Винтерфеллу.. Я не против.  Только я скажу пару слов своему мейстеру. Честно говоря, мне просто не хочется с утра выслушивать назидания и упреки в неподобающем для леди легкомыслии. - она рассмеялась и посмотрела в сторону, находя взглядом Ольгерда, который, заметив взгляд Ламины, отставил тарелку и поднялся из-за стола, приближаясь.

 

- Разумеется, не стоит пугать мейстера неожиданным отсутствием, - нотка иронии, пожалуй, не могла скрыться от Ламины, но вежливый кивок, которым встретил Алестер подошедшего Ольгерда, был вполне уважительным. Большинство носителей серых мантий и тяжелых цепей вызывало у Алестера неожиданно подлинное уважение: и по причине их знаний, поставленных на службу великим мира сего, и потому, что мейстеры на своем скромном месте способны были добиваться поразительного влияния на своих лордов, так что порой и непонятно было, кто кому служит. Конечно, не за каждым воспитанником Цитадели скрывался политикан, но подобное подозрение у Алестера присутствовало всегда.

 

- Мастер Ольгерд, - обратился он к мейстеру Медвежьего острова, - позвольте похитить вашу леди для прогулки, - откуда он знает, как зовут мейстера, он, разумеется, пояснять не стал. - Клятвенно заверяю в отсутствии злого умысла и готовности постоять за честь дамы, - заявление выглядело претенциозно, особенно учитывая то, что, в отличие от многих лордов, носить при себе меч на пирах Алестер явно не любил.

[Князь Вольтецкий]

Лорд Рейн встал из-за стола и вышел из Большого Чертога. Ему еще нужно было поспать перед рассветом и он не хотел загружать голову лишними разговорами.

Х спааать :3

[Кайра]

Покои  Тиреллов

 

- Похоже мой брат  влюбился   Эртур был  рад  за брата   Он  перед сном постучал в  покои лорда Кордвайнера, но те уже спали. Он  отдал  служанке  лорда  Сэма  записку,  о том, что хочет утром попрощаться с  леди Таллой..  Взяв кубок  вина  и книгу Эртур  погрузился в чтение,  думая, что  если брат привезет домой леди Мормонт  он будет не единственным сыном. что нарушил планы отца.

[Laion]

- Мастер Ольгерд, - обратился он к мейстеру Медвежьего острова, - позвольте похитить вашу леди для прогулки, - откуда он знает, как зовут мейстера, он, разумеется, пояснять не стал. - Клятвенно заверяю в отсутствии злого умысла и готовности постоять за честь дамы,

 

Вежливый поклон лорду Алистеру мог быть воспринят и как молчаливое согласие, и как настороженность, однако слова, прозвучавшие следом, уже сомнений не оставляли: - Леди Ламина вполне взрослая и разумная девушка, я могу только принимать ее решения. Тем более, она будет находиться под Вашей, лорд Тирелл, защитой.  - Ольгерд опять склонил голову и перевел взгляд на леди Мормонт: - Леди Ламина, надеюсь на Ваше благоразумие. Приятной прогулки.

Мейстер отошел в сторону, но Ламина была уверена, что  спать он не уйдет и будет ждать ее возвращения.

- Ну вот.. Разрешение от строгого мейстера получено, можем идти - рассмеялась она, пряча за веселостью странную робость, так несвойственную суровой и грозной леди медведице.

 

Х  

Спойлер

все, до завтра!)

[Энди-с-Лицом]

- Леди Ламина вполне взрослая и разумная девушка, я могу только принимать ее решения. Тем более, она будет находиться под Вашей, лорд Тирелл, защитой.

 

На языке вертелось что-то вроде: "Благодарю за доверие", но Алестер знал, когда язвительность характера стоит сдержать в угоду вежливости и элементарному здравому смыслу. Поэтому ответом послужило более лаконичное "Благодарю", которое вышло не слишком к месту, что отчасти компенсировалось вежливостью интонаций. В любом случае, Алестер подозревал, что они с Ольгердом друг друга поняли.

 

- Ну вот.. Разрешение от строгого мейстера получено, можем идти - рассмеялась она, пряча за веселостью странную робость, так несвойственную суровой и грозной леди медведице.

 

- В таком случае, полагаю, молодая чета не будет слишком в обиде на нас, - он чинно предложил даме руку и уверенно повел ее к выходу из зала. Выглядело все столь официозно, что даже самые рьяные септы не нашли бы повода для придирок. Впрочем, кого бы взволновало их мнение?..

 

Винтерфелл своим мягким покрывалом укутала ночь, щедро рассыпавшая по небу льдистые осколки северных звезд и яркий, словно резцом высеченный на небосводе полумесяц. Хотя пиршество продолжалось, двор притих, будто намекал засидевшимся дворянам, что в свои права вступает ночь. Слуги если и проходили по утоптанной земле, то в походке уже не было деловитости, сопровождавшей любое дневное занятие. Пожалуй, целиком и полностью на своем месте себя чувствовали только стражники, безмолвно несущие свой дозор у входа в главный чертог и на стенах. Они провожали парочку ничего не значащими взглядами, тут же, кажется, и забывая об увиденном или не придавая ему значения.

 

Алестер, выйдя на улицу, невольно поежился, хотя особого холода не чувствовалось. Все же погода на Севере была непривычна для него, хотя за несколько дней пребывания здесь он приспособился к бодрящему ночному воздуху.

 

- Как бы нам не наткнуться на представителей славных валирийских родов, - пробормотал он себе под нос. На самом деле, возможная встреча с Селтигаром или Форрестером его мало волновала, но они сейчас явно были лишние со своими бессмысленными и беспощадными конфликтами. - Думаю, я должен все же извиниться, - все еще негромко заговорил он, несколько неожиданно для самого себя, - за требования... "откровенности". С моей стороны это было грубо, леди Мормонт.

[Князь Вольтецкий]

И остры его когти…

Спойлер

Вечер->Рано утром. До перевода

Спойлер

Рейн прошел к себе в покои, оставив тяжелый вечер позади и выбросив его из головы. Все, что ему нужно было сейчас – это отдохнуть и подготовиться к утренней прогулке. Лорд Кастамере зашел к себе в комнату, разделся и лег в постель. Но сон никак не хотел к нему приходить и он пролежал минут пятнадцать, всматриваясь в каменный потолок. Сначала он попытался искать разнообразные узоры на потолке, чтобы побыстрее заснуть, но ничего не получалось. Эдвин присел на кровать и прикрыл руками лицо. Если он сейчас не уснет, то утром будет чувствовать слишком устало, учитывая, что это его вторая бессонная ночь. Мужчина встал и начал измерять шагами комнату. Через несколько минут ему стало жарко и он снял ночную рубашку, бросив ее на кровать. Лорд подошел к окну и устремил взгляд на Зимний Городок. Захотелось прогуляться, но сейчас никто в Винтерфелле не спал – все отходили от свадьбы или все еще пьянствовали на ней.

Рейн обернулся и приметил лежащие на его столе две книги, которые он принес вчера из библиотеки. Первая была биографией знаменитого Вестеросского ученого, художника, скульптура, писателя, мейстера и музыканта Леонардо да Винчи. Эдвин помнил, с какой ухмылкой об этом человеке отзывался Тибольт, когда вернулся из Дорна одиннадцать лет назад, потому он и решил ее прочитать, увидев здесь, в библиотеке Винтерфелла. Вторая книга была написана Аароном Вудсом и называлась "Путешествие вокруг Эссоса". Автор этой книги сейчас жил в Пентосе и жил достаточно богато, потому что его книга очень хорошо продавалась и сделала его известным человеком. Книга, по сути своей, была автобиографией этого человека. Увлекательная история о том, как два сына торговца, не захотев продолжать дело отца, отправляются в путешествие вместе с отрядом наемников. У книги печальный конец – брат Аарона погибает во время сражения, а сам автор, раскаявшийся, возвращается домой.

Лорд Кастамере открыл вторую книгу и принялся читать сначала с усилием, потом забылся, увлеченный искусному слогу автора. Хорошо, что хоть некоторым писателям платят за каждую отрадную минуту, которую дарят их книги.

Прошло несколько часов и ночь полностью окутала Винтерфелл своим покрывалом. Рейн отложил книгу в сторону и встал. Удивительно, но он не чувствовал сна совсем. Но мысли его успокоились. Эдвин посмотрелся в зеркало: тусклая бледность покрывала его лицо, хранившее следы мучительной бессоницы, но глаза, хотя окруженные коричневой тенью, блистали гордо и неумолимо. Лорд Кастамере снова подошел к окну и уставился на ночной город. До рассвета оставалось еще два часа, но он знал, где хочет провести это время. Мужчина накинул на себе белую рубаху, застегнув ее на все пуговицы. Сверху был надет черный камзол, который скорее походил на форму Ночного Дозора, чем на одежду высокородного лорда, но Эдвин специально выбрал именно его. Завязав волосы в хвост, он стряхнул грязь с сапогов и вышел из покоев.

Богороща ночью была особенно прекрасна. Все то величие и вся та красота, которой обладало это священное место, где все еще живут Старые Боги, днем, ночью сменялось мрачной атмосферой легкого страха, наполнявшего легкие холодным воздухом. Рейн не боялся, нет. Он знал, что с ним здесь ничего не случится, но не мог не отдать должное тому очарованию, которое на него наводит это место. Мужчина шел по уже знакомой тропинке к тому месту, что ему показала леди Хорнвуд. Нашел он его с легкостью и, увидев сидящих на ветках светлячков, вспомнил ее слова о том, что боги здесь слышат. Когда он осознал эту мысль, то ему стало совершенно ясно, что именно за этим он сюда и пришел. Он хотел поговорить. Конечно, будь он северянином, он бы обязательно сделал это у чардрева, но ему было плевать на традиции, которые, более того, не были частью его воспитания, поэтому он заговорил здесь, присев на бревно и устремив взгляд на ночное небо, едва заметное из-за крон высоких деревьев.

— Я… — начал он и понял, что не может ничего искать. Рейн долго искал нужные слова, но ничего не находилось. В этот момент он окончательно убедился в том, что все это было бредом, в который любили верить слабые люди, искавшие отношения и перекладывающие ответственность на высшие силы. Эдвин неожиданно рассмеялся так громко, что птицы вспорхнули с веток и разлетелись по сторонам, оставляя его в полном одиночестве.

Наконец-то он мог полностью отдаться размышлениям касательно предстоящих событий. У сира Пейна нашли предназначенную его семье записку, в которой он указывает место, где он зарыл десять тысяч драконов. Сумма просто огромная для рыцаря и единственный вывод, который напрашивается – это то, что ему заплатили за убийство леди Марбранд. Вставал вопрос: "Почему он не отправил письмо раньше?" Потому что он не хотел привлекать чье-нибудь внимание и ждал подходящей возможности. Именно поэтому сиру Свифту было велено положить письмо на место. Он не станет совершать покушение на убийство, прежде чем отправит письмо. Вроде бы все сходилось. Рейн прогнал эти рассуждения в голове еще несколько раз, пытаясь найти любую нестыковку, ведь он очень сильно рисковал.

Лорд Кастамере не заметил, сколько времени прошло, прежде чем начало светать – видимо, он все же уснул ненадолго. Но, едва первые лучи солнца коснулись горизонта на востоке, лорд встал и отправился к восточным воротам, куда он приказал приготовить двух коней. Когда Рейн сделал несколько шагов, подул ветер и до него отчетливо донеслись слова, сказанные очень тихим, едва слышимым, шепотом.

— Убьет, убьет, убьет…

Эдвин посмотрел по сторонам, но никого не увидел, что было вполне ожидаемо. Сославшись на бессонные ночи, лорд Кастамере отправился к месту встречи.

— Милорд, — судя по его виду, сир Эрлис тоже плохо спал. Два коня уже были приготовлены, но сира Пейна пока что нигде не было видно. — Мы могли бы просто его арестовать, — сказал он, подавая вожжи лорду.
— У нас нет доказательств, — решительно ответил Эдвин, забираясь на коня. — Не стоит недооценивать всю серьезность нашей ситуации. Если не взять ее под контроль, вся военная кампания может провалиться.
Эрлис понимающе кивнул и показал в сторону гостевого дома.
— Он идет, — рыцарь посмотрел лорду в глаза и добавил, — удачи, милорд.
Вскоре, два всадника покинули замок, отправляясь на конную прогулку.
"Убьет, убьет, убьет…"

***

Он уже не мог ждать. Сир Эрлис не находил себе места, расхаживая по стене из одной стороны в другую. Прошел уже час с тех пор, как лорд Эдвин уехал вместе с Раймуном, и они до сих пор не вернулись. Со стены их не было видно и рыцарь начинал волноваться. Он был на службе у лорда Рейна всего два года и ни разу не подвел его за это время. Конечно, он слышал много слухов, но ни одному из них верил, предпочитая наблюдать своими глазами. И все это время лорд Рейн показывал себя как благоразумный и расчетливый человек. Даже в тот день… Сир Свифт оттряхнул эти мысли, предпочитая сосредоточиться на настоящем, а не теряться в прошлом.

В животе урчало от пропущенного завтрака, хотя до завтрака было еще очень много времени – в замке только полчаса, как проснулись слуги, не говоря уже о благородных гостях. Уже потеряв надежду, Свифт снова посмотрел со стены и увидел их…

— Открыть ворота! — раздался голос стражника и тяжелые двери раскрылись впуская двух лошадей и… одного всадника. Сир Эрлис стоял ошеломленный и смотрел на перекинутый через спину коня труп сира Пейна. Свифт перевел взгляд на лорда и был удивлен каменности выражения его лица, только в глазах была, нет, не злоба – ненависть.
— Позвать мейстера, — приказал он резким голосам слугам, спрыгивая с коня.
— Конь испугался кого-то и скинул сира Пейна, — объяснил Эдвин, отдавая коней слугам. Рейн достал ту самую записку и показал ее Свифту. — С этим я пойду к леди Марбранд. Послушай, — мужчина схватил рыцаря за плечо, приблизился к нему и шепотом заговорил, — как только я задал ему вопрос про письмо, стало понятно – он был виновен. И этот несчастный случай лишь потверждает, что Боги на нашей стороне. — Эдвин не став дожидаться ответа, похлопал рыцаря по плечу, — проследи за телом.
Сказав это, лорд Кастамере отправился прочь от ворот.

[Laion]

- Думаю, я должен все же извиниться, - все еще негромко заговорил он, несколько неожиданно для самого себя, - за требования... "откровенности". С моей стороны это было грубо, леди Мормонт.

 

- Мне кажется, лорд Алестер, Вы успешно прониклись духом Севера. - улыбнулась Ламина, глядя на движущуюся в отдалении фигуру стражника, освещаемую неровным светом масляного фонаря, покачивающегося у него в руке. - Я принимаю Ваши извинения, лорд Тирелл,  и не сержусь.

Она повернула голову, встречаясь взглядом с Алистером.  В темноте было практически невозможно понять выражение ее лица, а направление взгляда выдавал только блеск глаз.

- Но я готова ответить на Ваши вопросы, если они у Вас есть.

Парочка неспешно двинулась по мощеной дорожке, направляясь  в сторону Великого Замка.

[Энди-с-Лицом]

- Но я готова ответить на Ваши вопросы, если они у Вас есть.

 

- Вы ставите меня в положение дознавателя, - состроил недовольную гримасу Алестер. - Тогда как я уже извинился. А просто удовлетворять случайное любопытство... - он несколько натянуто усмехнулся, - было бы бессовестно. Хотя трудно сказать что-нибудь хорошее о моей совести, полагаю, - могло показаться, что безупречно-саркастичное самообладание Алестера подводит его, хотя голос звучал с прежним спокойным ироничным спокойствием. Но возникшее молчание давало повод усомниться в наличии хрупкого контроля над происходящим, чувство которого Алестер так привык внушать собеседникам. Наверное, для него самого это не должно быть таким уж приятным моментом.

 

- Пожалуй, - прервал он паузу, заполняемую случайными отзвуками ночной жизни замка и пира, - я могу задать вопрос. Я лишь опасаюсь, что он вновь будет слишком безрассуден о оттого неприятен вам, миледи. Если это так, вы вправе не отвечать и даже оскорбиться... в таком случае я приложу все усилия, чтобы завоевать ваше прощение. Сколь часто - или, если изволите, редко - удаётся вам быть такой... быть самой собой? - он остановился, не отпуская её руки и вынуждая последовать его примеру. Взгляд холодно поблескивающим голубых глаз словно приклеился к глазам девушки.

[Osidius the Emphatic]

Вскоре музыканты, доиграв последнюю песню, на какое-то время оставили гостей за разговорами, которые были уже не такими многочисленными и шумными. Вечер подходил к завершению. Окончательным сигналом к тому послушили звуки музыки, возобновившейся лишь затем, чтобы украсить собой финальное событие праздника. Играли "Снял король корону, королева — башмачок", и гости, разделившись на две колонны, с шутками и смехом обступили жениха и невесту. Женщины, хоть и присутствовало их здесь немного, замкнули собой кольцо вокруг Артоса, мужчины - вокруг Лисары. Путь до спальни был все-таки не самым близким, и покуда их несли, множество скабрезных шуток прозвучало, когда тот или иной предмет одежды оказывался сорван, а невеста успела залиться пунцовым румянцем от пят и до корней волос, который стал не таким насыщенным лишь когда гости уложили раздетых новобрачных в постель и вышли, заперев за собой двери. 

 

***

 

Еще до того, как солнце поднялось над верхушками деревьев Волчьего Леса, небольшой отряд без знамен выехал из Восточных ворот. Они ехали недолго и недалеко, вскоре добравшись до небольшого поля, со стороны замка частично скрытого холмом. Здесь лорд Старк, возглавлявший процессию, спешился, тем самым приглашая лорда Селтигара и лорда Форрестера, а также двоих сопровождавших их людей Хранителя Севера последовать его примеру. Кроме них здесь больше не было ни телохранителей, ни слуг - никого. 

 

- Сегодня и здесь, - объявил лорд Берон, когда все были готовы, - лорд Архейнард Селтигар выступает против лорда Тристана Форрестера. Лорд Тристан Форрестер обвиняется в прилюдном оскорблении чести лорда Селтигара, нанесенном дважды. Да воззрят на бой Старые Боги и рассудят тяжущихся по справедливости, даруя силу правому, и да смилостивятся они к неправому и простят ему его грехи. 

 

Лорд Селтигар, получивший право на истребованное после "извинения" испытание поединком, был готов проучить северного лорда за дерзость, которая привела их сюда в этот предрассветный час. Однако он не желал убивать наглеца, а потому для сражения выбрал стальной меч из арсенала замка, отказавшись от щита. Лорд Форрестер же, уступая валирийскому великану в росте и ширине плеч, помимо фамильного меча "Зов Севера" держал в руках и щит из железноствола.  

 

Первым предстояло начать бой и атаковать лорду Тристану. И когда он вышел, чтобы сделать это, то почувствовал, как сердце колотится в его груди, точно оно сошло с ума. Ему доводилось биться на турнирах - это так, но испытание поединком? Неотвратимо нависшее над ним, сперва оно вызвало у него страх. Но здесь и сейчас отступать было некуда, и со словами лорда Берона, произнесенными на ночном холодном ветру, чувствами лорда Железного Холма завладел гнев. "Отец наверняка не оценил бы этого", - пронеслось у него в голове, но на размышления времени больше не было.

 

Форрестер вдохнул прохладный утренний воздух и поднял щит. Право на первый удар было за ним, и он нанес тот незамедлительно, сделав резкий выпад с места в сторону противника, но маневр оказался предсказуемым, и Селтигар без труда увернулся, и сам ринувшись на Тристана. Архейнард рубанул по нему, но Тристан принял удар на щит, атакуя снова. Металл звякнул о металл - это лезвие одного меча отбило выпад другого. Несмотря на силу, Селтигар был неповоротливее своего противника, и Тристан охотно старался этим воспользоваться. Серия попыток достать друг друга - таких же безуспешных для обеих сторон - была прервана, когда Архейнард кинулся в атаку, как будто потеряв терпение, и Тристан отскочил вбок и зашел ему за спину, откуда с силой нанес удар. 

 

Боль пронзина сознание Архейнарда Селтигара, но он не позволил ей лишить себя концентрации, продолжив сражение. Маленькая победа могла ослепить юношу, заставить его делать ошибки, которые станут непозволительными и приведут к поражению. 

 

Когда меч Селтигара описал дугу, настигнув его доспех с такой мощью, что на миг показалось, что удар переломал ему все ребра, и сбив его с ног, Тристан вспомнил об этом и сам.           

 

Не дожидаясь, пока Форрестер поднимается, Архейнард замахнулся снова. Лезвие меча просвистело совсем рядом с ним, ударившись о выставленный в последнее мгновение щит, и чтобы успеть подняться на ноги, Тристан бросил его, перекатившись в сторону. Он вскочил с земли, и они снова стояли друг перед другом, как в самом начале. Вот только... Солнце, до того робким розоватым светом освещавшее поле, в эту секунду выглянуло из-за верхушек лесных деревьев. И произошло это в тот самый миг, когда лорд Селтигар поднял взгляд. 

 

Алая вспышка ослепила его на короткие мгновения, заставив зажмуриться. Этого проблеска хватило Форрестеру, чтобы вновь обойти великана, и он, измотанный боем, последовавшим за ночью без сна и надлежащего отдыха, не успел обернуться достаточно быстро и ловко, чтобы отразить выпад, в который Тристан, казалось, вложил всю оставшуюся в нем силу. Меч ударил его под колено, между латами на бедре и голени. Селтигар качнулся и рухнул наземь, выпустив из пальцев меч. 

 

Боги явили Хранителю Севера свою волю.     

 

***

 

Дорога по Королевскому Тракту должна была привести их к месту проведения совета, который должен был состояться в Речных Землях, в замке Рейвентри. Блэквуды наверняка неспроста взяли на себя все хлопоты по его проведению: отказав в помощи в одном, десница не мог позволить себе полностью отвернуться от нужд королевств, фактическим правителем которых являлся последние пару лет. 

 

Красивые древние обряды и прекрасные дамы остались позади - в Винтерфелле - разумеется, кроме тех, кто должен был представить на совете свой дом. Замок процессия покинула несколько дней назад, и за это время рана лорда Селтигара, теперь до выздоровления обязанного советом мейстера ходить с тростью, подзажила - по крайней мере, та рана, что была нанесена его ноге. О состоянии той, что была нанесена его гордости и самолюбию, оставалось лишь гадать. 

 

Несмотря на неспокойные времена, путешествие до сих пор проходило без происшествий. Вскоре они должны будут прибыть в Ров Кейлин, но до этого им надлежало сделать еще одну остановку.

Спойлер

Перевод времени. Со свадьбы прошло около 3-4х дней, 2-3 из которых вы провели в дороге. Сейчас притормаживаем на отдых, разбиваем лагерь. В игре - поздний день, который можно "тянуть" до ночи, поскольку следующий перевод - это снова скачок вперед и прибытие в Ров Кейлин.  

Изменено 14 октября, 2016 пользователем Osidius the Emphatic

[Laion]

Вечер свадьбы

 

Спойлер

Сколь часто - или, если изволите, редко - удаётся вам быть такой... быть самой собой? - он остановился, не отпуская её руки и вынуждая последовать его примеру. Взгляд холодно поблескивающим голубых глаз словно приклеился к глазам девушки.

 

Ламина чуть задумалась, не отводя взгляда и не отнимая руки: - За два последних дня четырежды... Я поступила не как леди с Медвежьего острова. И не могу сказать, что это меня очень расстроило. 

Леди Мормонт едва заметно улыбнулась, хотя этого и так не было видно в темноте, видимо, воспоминания о некоторых из упомянутых случаев не были ей неприятны. 

[Osidius the Emphatic]

Когда кавалькада с пестрыми штандартами разбила лагерь, Эдмар был несказанно рад этому. Казалось, задница от седла скоро станет квадратной. Спустившись нетвердыми ногами на землю, он удивился сам себе: долгие путешествия были для него не новы, в конце концов, из Рейвентри он ехал тем же путем, но сейчас езда почему-то причиняла ему ужасный дискомфорт. Должно быть, еще до начала поездки он что-то потянул, и сейчас воспаление нещадно третировало его. Одно было хорошо: он мог привалиться к чьему-то сундуку с вещами, сгруженному неподалеку от того места, где слуги сейчас устанавливали шатры. Впрочем, облегчения его пояснице это не принесло.  

[Лакич]

Внезапно, однако мысль о том, что их путешествие в итоге приведет все это сборище наиблагороднейших мужчин и женщин Вестероста ко Рву Кейлин, почему-то подымала настроение Болтона, который давно грезил о поездке в земли дома Ридов: поистине увлекательнейший опыт. Хотя и причина сейчас была не из приятнейших.

- Вы неважно выглядите, милорд Блэквуд, - проговорил Оливер, лязгнув цепью. 

Пожалуй, Блэквуд был наверное последним, кого мейстер ожидал увидеть здесь, в лагере, хотя солдаты Рейвентри составляли значительную часть этой странной процессии.

- Я могу чем-нибудь помочь? - слегка склонив голову на бок, произнес Болтон.

[Thea]

В Винтрефелле. Прощание.

 

Спойлер

В покоях Таллы царила тишина. Сэм Кордвайнер отозвал септу и фрейлин, чтобы остаться с дочерью наедине. Они стояли у окна, отец держал дочь за руки, смотрел ей в глаза и что-то говорил. По щекам Таллы катились слёзы. Сэм вздохнул и обнял дочь.

- Тебе нужно было остаться дома. С матушкой моей. Не хочу оставлять тебя одну. В чужом доме.

Талла молчала. Она плакала, как маленький ребенок и прижималась к отцу. Девушка всегда была нежным цветком, а после смерти матери и вовсе стала очень чувствительной.

- Не плачь, Талла. Ты ведь обещала Эртуру, помнишь? - отец мягко отстранил дочь от себя и вытер её слезы платком. - Что он подумает, когда придёт прощаться? Что ты не хочешь его отпускать?

- Но ведь я... Не... Отец! - Талла кинулась к Сэму и крепко его обняла.

- Я знаю, Талла. Знаю. Ты так много думала о вашей свадьбе и о том, что вам придется скоро вновь расстаться, что совсем забыла о своем старом отце? - Сэм засмеялся. - Но и мне придётся оставить тебя, родная. Ничего не бойся. И верь.

Девушка глубоко вздохнула, успокаиваясь.

- Так-то лучше, моя девочка, так-то лучше, - лорд Кордвайнер погладил дочь по волосам и вновь мягко, но настойчиво отстранил от себя. - Тебе нужно умыться. Ты ведь не желаешь напугать своего жениха? А то совсем от тебя сбежит, - пошутил он и Талла засмеялась.

- Не хочу, чтобы убегал, - она улыбнулась.

 

Сэм позвал служанку, чтобы она помогла девушке привести себя в порядок. Когда Талла вновь выглядела презентабельно, лорд Кордвайнер попросил и служанку удалиться. Он протянул Талле свою потрепанную книгу. Девушка грустно улыбнулась, но плакать больше не стала. Она помнила этот сборник стихов. И засушенные цветы между страницами, словно закладки для любимых строк. Отец и дочь уже всё сказали друг другу, теперь оставалось подождать Эртура, чтобы Талла могла попрощаться и с ним.

[Кайра]

Прощание

Спойлер

Эртур  уже был  одет   в походную   одежду,  шерсть сменила  нежный бархат, который  так  приятно ласкал  кожу.  Только плащ   был скреплен   золотой  фибулой  с гербом дома.   Он  приказал пажу  и оруженосца паковать нужные в походе  вещи  и  оставить в замке  роскошные наряды.  Они ехали  на  военной  совет  паже   Эртур  решил  оставить тут    Столь  юный возраст  может  привести  к трагедии   Тень от свечи   металась  по коридору, когда он  шел  в покои леди Таллы.

 

 

Через несколько  минут  он тихо  постучался в дверь

[Thea]

Прощание

 

Спойлер

Талла вздрогнула, услышав стук. Сердце девушки затрепетало. Неужели настал час прощания? Сэм мягко улыбнулся своей дочери и открыл дверь.

- Эртур, проходи. Талла уже ждёт тебя.

Он подвёл юношу к своей дочери, сам отошёл к окну, где на небольшом столике лежало ещё несколько книг. Лорд Кордвайнер встал спиной к паре и начал листать книги, словно раздумывая, какую из них стоит взять с собой на военный совет. И нужны ли там вообще книги?

Талла надеялась, что все следы её слёз уже смылись с лица. Девушка улыбнулась своему жениху и протянула к нему руки.

- Эртур... - она улыбнулась ему.

[Энди-с-Лицом]

Вечер свадьбы

Спойлер

За два последних дня четырежды... Я поступила не как леди с Медвежьего острова. И не могу сказать, что это меня очень расстроило.

 

- Не как леди с Медвежьего острова, - задумчивым эхом отозвался Алестер. - Ваш голос говорит, что вас это даже порадовало. И мне кажется, что вам... не совсем по душе ваше нынешнее положение - леди с Медвежьего острова, воспитанной под изображением воительницы, сжимающей топор войны. Я не хочу преуменьшить ваши способности в обращении с оружием, мне довелось наблюдать за вашей тренировкой, и она впечатляет, - в его улыбке, будь во дворе чуть больше света, можно было заметить оттенок грусти, - вы, несомненно, сможете постоять за честь дома с оружием в руках... но не горите желанием заниматься именно этим. Ирония судьбы: влиятельные люди Вестероса носят золотые оковы.

 

Его прохладные пальцы легли поверх ее ладони и сжались - жест, которому могло бы возмутиться излишне взыскательное общество, будь оно поблизости, но они оставили общество в жарком зале.

 

- Полагаю, за эти мои слова я даже не попрошу у вас прощения, - не желающая сходить с лица улыбка никак не вязалась с по-прежнему чинным голосом.

Изменено 14 октября, 2016 пользователем Энди фон Мюнхгаузен

[Кайра]

Прощание

Спойлер

- Эртур... - она улыбнулась ему.

 

- Талла  ему хотелось, хоть  на минуты  прижать   ее к себе, чтобы показать  свои  чувства, но нельзя.  Холодное  благоразумие,   но под  ним была  .южная страсть, а сейчас  как- никогда ему нужна  холодная  голова  и контроль над своими желаниями.  Близость  девушки пьянило,как летние   арборское  вино, но  они так и стояли  друг   на против  друга.  и лишь только   глаза могли  выдать, какой пожар  горит в груди.  Они не могли, как простые крестьяне броситься  друг  другу в объятие.  Плен  традиций  и  груз  условностей мешало этому..

[Osidius the Emphatic]

- Если только поможете размять мышцы, - отозвался Эдмар, чувствуя, как от попытки подняться сводит спину. Мейстер был и похож, и не похож не похож на свою сестру. Блэквуд не так много общался с их семейством в пути, у него были другие заботы, и он больше всего времени проводил с Хранителем Севера, и только теперь остальным стало понятно почему.

[Laion]

Вечер после свадьбы

 

Спойлер

Вы, несомненно, сможете постоять за честь дома с оружием в руках... но не горите желанием заниматься именно этим. Ирония судьбы: влиятельные люди Вестероса носят золотые оковы.
- Полагаю, за эти мои слова я даже не попрошу у вас прощения, - не желающая сходить с лица улыбка никак не вязалась с по-прежнему чинным голосом.

 

Рука леди Мормонт дрогнула, но осталась лежать в  ладони Алестера. Короткое замешательство, сопроводившее гулкий скачок сердца, но почти тут же Ламина вновь взяла себя в руки и голос ее звучал по-прежнему ровно: -  Пожалуй, в чем-то Вы правы. А знаете, что больше всего меня порадовало? Что мой учитель танцев не зря вдалбливал в меня все эти танцевальные па и реверансы. - Ламина рассмеялась. Глаза ее уже давно привыкли к темноте, и в свете луны, проглядывавшей иногда через облака, она ясно видела лицо Алестера.  

[Лакич]

- Если только поможете размять мышцы, - отозвался Эдмар, чувствуя, как от попытки подняться сводит спину. Мейстер был и похож, и не похож не похож на свою сестру. Блэквуд не так много общался с их семейством в пути, у него были другие заботы, и он больше всего времени проводил с Хранителем Севера, и только теперь остальным стало понятно почему.

 

- Увы, милорд, но свое серебряное звено я получил за счет успешных вскрытий, - проговорил Оливер и непонятно было: шутит ли Болтон или нет.

Семейная черта, что ли?

- Вот, отпейте немного макового молока, - он протянул Блэквуду небольшую склянку, - буквально глоток, это должно поставить вас на ноги. Если желаете, я могу выдать вам какое-нибудь лекарство - в конце-концов надо быть готовым к встречи с железнорожденными, не так ли?

[Kurasagi]

Все эти после свадебные дни Фредерик, посвятил...Ничего не деланью. Боги как же скучно иногда быть лордом Вестероса, все тебе подадут, принесут. Даже кувшин вина не разбить об чье то противное лицо, а то понимаешь ли этот один кувшин расстроит всю внешнею политику, ну и времена, когда один какой-то горшок в правильном месте, может сделать больше чем все это собрание лордов в целом. Разбил горшочек и пошло и понеслось: ущемление чести, неподобающие поведение. неуважение к древним родам. А вот когда где-то там в кроватях насилуют баронес против их воли. Так это норма, это укрепления стратегических позиций. Ох уж эти лорды Вестероса, а все вот это у них прелюдии понимаешь. Перед леди в позах, и горшках в мемозах.
Фредерик раздумывая обо всем этом не заметил как он начал ходить кругами.

!

[Osidius the Emphatic]

- Надеюсь, там только оно, - похоже, "фамильное" чувство юмора Болтонов передавалось Эдмару при контакте с носителями. Тем не менее предложенную склянку он принял и из нее отпил. Все-таки клятвы мейстера должны были связывать... Приносят же они какие-то клятвы? Эдмар не знал, но размышлять об этом было уже поздно: жидкость, чем бы она ни была, уже стекла ему в желудок. Блэквуд вернулся склянку. - Благодарю, мейстер Оливер. Надеюсь, тяготы дороги не слишком утомили ни вас, ни вашу сестру.  

[Лакич]

Оливер усмехнулся, видимо, находя "фамильное" чувство юмора от лорда Блэквуда достаточно остроумным, мейстер даже, чтобы успокоить Эдмара и доказать, что Болтон не особо любит такие вещи как интриги и игры в престолы, так же отпил из склянки, чтобы через пару минут почувствовать необычайную легкость.

О да, маковое молоко - излюбленное средство мейстеров всех Семи Королевств.

- Только оно, - он кивнул, - у меня имеется некоторый опыт в путешествиях, а моя сестра слишком уперта, чтобы подобный переход утомил ее. Уверяю.

Изменено 14 октября, 2016 пользователем Лакич

[Энди-с-Лицом]

Вечер после свадьбы

Спойлер

-  Пожалуй, в чем-то Вы правы. А знаете, что больше всего меня порадовало? Что мой учитель танцев не зря вдалбливал в меня все эти танцевальные па и реверансы. - Ламина рассмеялась.

 

- Не зря, миледи, вы были прекрасны в танце... и прекрасны сейчас. Пожалуй, если бы у Севера было лицо, оно выглядело бы так, освещенное луной, - можно было бы подумать, что слова вырываются у Алестера против воли, если бы не то, что Тирелл всегда говорил только то, что хотел. А, быть может, магия момента столь оказала столь впечатляющий эффект. Или, что было бы совсем удивительно, Алестер говорил без тени иронии.

 

Но с чем точно сложно было поспорить, так это с правдивостью его слов: в скупом свете ночного светила Ламина, кажется, сама светилась каким-то потусторонним светом, делавшим ее лицо похожим на видение из странной, но чарующей сказки. Глядя на это видение, действительно можно было поверить в то, что сказки и предания на Севере живы и прячутся совсем рядом.

 

- Но мы, пожалуй, начинаем злоупотреблять доверием мейстера Ольгерда, - прорезал воздух будничный тон Алестера. - Час поздний, а нам, скорее всего, завтра предстоит выступление на совет. Следует выспаться перед путешествием. Позвольте проводить вас, миледи, - его пальцы разжались, и вместо такого чарующего прикосновения осталось церемонная "хватка" под руку.

[Laion]

Вечер после свадьбы.

 

Спойлер

Смутить леди Мормонт было довольно сложно. Но слова южанина заставили ее опустить глаза и слегка порозоветь. Благо, в голубоватом и неверном свете луны этого не было заметно.

 

 

Но мы, пожалуй, начинаем злоупотреблять доверием мейстера Ольгерда, - прорезал воздух будничный тон Алестера. - Час поздний, а нам, скорее всего, завтра предстоит выступление на совет. Следует выспаться перед путешествием. Позвольте проводить вас, миледи, - его пальцы разжались, и вместо такого чарующего прикосновения осталось церемонная "хватка" под руку

 

- Да, благодарю Вас. - Ламина едва заметно кивнула, соглашаясь. Действительно, время уже было поздним, да и приличия тоже все-таки следовало соблюдать.

 

 

Оказывается, совет должен был состояться даже не в Винтерфелле. После недолгих сборов и вполне спокойной дороги вся процессия остановилась на привал. Ламина, привыкшая подолгу находиться в седле, перенесла долгое путешествие намного легче, чем ее мейстер.  Старик страдальчески морщился и охал, слезая с лошади. Не считая зазорным помочь мейстеру, леди Мормонт придержала лошадь и подала  ему руку, помогая спуститься, после чего огляделась, взглядом находя лорда Тирелла. Эти дни в дороге скрашивались его присутствием.