Сказки о войне

[Thea]

Ник прищурился, пытаясь разглядеть правительницу этого ужасного места, но глаза то и дело застилали слезы, пытающиеся смыть колючую пыль. Что-то невнятно прохрипев, он попытался прислушаться к разговору Руперта и Шарлин, удивляясь стойкости немца. Самому ему было сложно бороться с ощущением разложения собственного тела. Казалось, вот-вот и он задохнется, рассыпется тут той же пылью, которая раздирала его ноздри и заставляла легкие гореть похлеще чем от той ядреной трубки его друга из клана Сиокс.

Сплюнув образовавшуюся во рту слизь, Ник поморщился. Ещё немного и его вырвет. Ну в самом деле, где тут в этом царстве прекрасное? Он оглянулся, словно надеялся обнаружить что-то, чего не заметил до этого, вновь вытер мокроту с глаз и покачал головой. Кажется, у Шарлин было совсем другое чувство прекрасного, чем у него самого.

[BornToSeek]

Холод, жар, кислота, жжение и тошнота. Как бы плохо Лили не чувствовала себя в этом месте, столь непригодным для жизни даже усиленных дарами смертных, она не могла не восхититься им. Возможно, что к такому видению мира стремился Мастер? Может быть так и должно было выглядеть разрушение и уничтожение всего? М-м, пожалуй, но неплохо бы было избавиться и от тех, кто населял это гиблое место. В мёртвом мире не должно остаться никого, даже прекрасных в своём жутком уродстве оборотней. Когда конец придёт всему, тогда можно будет сказать, что цель Мастера действительно достигнута.

Но это был лишь один из миров, в то время как настоящий всё ещё оставался живым и целым. Лили, выйдя из задумчивости, бросила взгляд на друзей и резко помотала головой. Сейчас не время для мечтаний о далёком будущем. Всё равно в своей жизни она не хотела бы увидеть конец времён, ведь это означало бы пережить смерть дорогих ей людей. С трудом откашляв жгучую мокроту, готовая сразиться даже с непобедим врагом в столь безжизненном подобии реальности, нефанди крепче сжала рукоять кинжала. 

[Фолси]

- Именно для этого вы спустились в Лабиринт тогда, много лет назад? Чтобы сделать свое царство прекрасным? - Поинтересовался Руперт. - Или изначально была другая цель? И кто какая эта Чарли? Почему у нее ваше лицо?

 

- Никто не смеет спрашивать царицу без её дозволения, - прорычал Танцор, заметно приближаясь к той границе, когда ярость вновь превратит его в мешанину когтей и клыков. 

Шарлин лишь небрежно провела ладонью по лицу.

- Пташка принадлежит мне. Я захотела её лицо и была в своём праве. Маленькая фокусница знала, что за мою кровь будет цена. За силу Вирма, которой она жаждала. А царица может взимать только одну цену - служением. 

Наконец женщина соизволила посмотреть на гостей прямо и с нескрываемым презрением.

- Вы варвары. Не знаете культуры, втаптываете красоту в грязь. Живёте в жалких лачугах, ограничены своими тлеющими жизнями. Моя империя прекрасна и вечна. А мои подданные превратят ваши загаженные пустоши в цветущие сады. Как вам только наглости хватило помыслить о сопротивлении? Вы - никто. Только я могу вас сделать всем.

Шарлин подняла руки к небу. 

[Thinvesil]

Наконец женщина соизволила посмотреть на гостей прямо и с нескрываемым презрением.

- Вы варвары. Не знаете культуры, втаптываете красоту в грязь. Живёте в жалких лачугах, ограничены своими тлеющими жизнями. Моя империя прекрасна и вечна. А мои подданные превратят ваши загаженные пустоши в цветущие сады. Как вам только наглости хватило помыслить о сопротивлении? Вы - никто. Только я могу вас сделать всем.

Шарлин подняла руки к небу.

 

Руперт откашлялся - терпеть влияние Вирма было почти невыносимо, еще немного - и может быть поздно. Еще немного - и он потеряет способность здраво размышлять, а будет думать только о боли и разрушении. Он собрал волю в кулак и заставил себя сосредоточиться на фигуре, сидящей на троне. Ах, вот оно что! Одетая в кожу, украшенная перьями и костями, она была совсем не похожа на Чарли. Иссиня-черные волосы и пронзительные глаза только подчеркивали аристократическую красоту. Он попробовал копнуть глубже, и в сознании всплыло имя: Петаника. Оборотень ведь говорил о сыне, что по праву должен править миром. Значит, это она - мать Александра Македонского, Олимпиада Эпирская. Ну и старая же ты, тетя. 

 

Спойлер

 

Стряхнув с себя наваждение, почти затянувшее его собственный разум, немец достал белоснежный платок и промокнул уголки губ. И снова закашлялся. Следовало поторопиться, ведь время здесь играет против них.

 

- Значит, потеряв настоящий Эпир, вы решили устроить здесь свой, с преферансом и профурсетками? - Он сочувствующе покачал головой. - У вас ведь уже были подданные, и где они теперь? Вы не смогли их ни удержать, ни уберечь, и даже возведя сына на трон, добились только временного улучшения положения. Александр прожил недолго. И новые подданные тоже далеко не уйдут. Я не знаю, насколько вы сами верите в то, что говорите, однако слова не соответствуют действительности. Наши дома ничуть не хуже, чем дома в Древней Греции, а развитие шагнуло далеко вперед. Не в упрек вам, повелительница Нового Эпира, но вы не владеете информацией. И влияние Вирма, похоже, слишком сильно. Может, пора освободиться от его власти и перестать быть марионеткой Змея? Или обида на вампирские кланы слишком глубока, чтобы согласиться даже на такое унизительное положение? Вы ведь королева. Почему вы позволяете Змею, играясь, властвовать над вами?

 

Руперт даже не надеялся, что она прислушается к голосу разума, ведь если ее слова искренни, значит, рассудок окончательно помутился. Но как честный человек и дворянин он обязан был предложить сначала возможность разрешить дело миром. Прежде чем приступать к смертельной дуэли.

Изменено 26 января, 2020 пользователем Thinvesil

[Торк]

Не в упрек вам, повелительница Нового Эпира, но вы не владеете информацией. И влияние Вирма, похоже, слишком сильно. Может, пора освободиться от его власти и перестать быть марионеткой Змея? Или обида на вампирские кланы слишком глубока, чтобы согласиться даже на такое унизительное положение? Вы ведь королева. Почему вы позволяете Змею, играясь, властвовать над вами?

 

Эндрю удивленно уставился на сидящую на троне женщину. Настоящий реликт прошлого, добровольно проспавший пришествие Христа и погрязший в грехах и заблуждениях. Это ж кем надо быть, чтобы застав все чудеса Спасителя не уверовать, а сбежать на край света и сидеть тут лелея свои обиды. Впрочем, Волкер не стал проповедовать - момент был не очень удачный и не хотелось портить дипломатию Руперта.

 

- Эти кланы смеялись над вами и прислали аластора на ваши поиски. - Наябедничал он. Кто знает, может быть угроза от вековечных врагов заставит тетку быть посговорчивее.

[BornToSeek]

Лили, щурясь и утирая слёзы от пыли, бросила непонимающий взгляд на Эндрю и Руперта. Они что, знают её что ли? Что за Эпир? Какой Александр, какие подданные? Древняя Греция, обида на кланы? Хотя... Руперт же учился в Аркануме, может там и преподавали что-то о, кхм, их текущем враге? То есть какую-то великую цацу, о которой даже по истории знают, и её яростных прислужников посреди кислотной бури надо победить студенту Арканума, отступнице, друиду и двум смертным нефанди? Если это случится, то однажды, наверно, и на Бога замахнуться получится... если он ещё жив, конечно.

Изменено 26 января, 2020 пользователем BornToSeek

[Фолси]

- У вас ведь уже были подданные, и где они теперь? Вы не смогли их ни удержать, ни уберечь, и даже возведя сына на трон, добились только временного улучшения положения. Александр прожил недолго.

 

- Оглянись вокруг, слепец. Ты стоишь на балконе великого дворца, одного из многих, что украшают империю Александра. Подданным моим нет числа, - Шарлин гордо развела руками, созерцая взглядом разруху и стаи Танцоров вокруг. - Я не только сохраню эти владения к возвращению моего сына, но и приумножу их многократно. Единая империя во всех мирах, абсолютная мощь, венец завоеваний, - женщина победоносно сжала кулак и потрясла им. 

 

Может, пора освободиться от его власти и перестать быть марионеткой Змея?

- Эти кланы смеялись над вами и прислали аластора на ваши поиски. - Наябедничал он. Кто знает, может быть угроза от вековечных врагов заставит тетку быть посговорчивее.

 

- Эти жалкие кровососы могут присылать кого угодно, а Вирм полезен ровно до того момента, пока я не сбегу у него из-под носа, - усмехнулась древняя колдунья. - Варвары забыли о моём величии. Я сделаю так, чтобы они забыли вновь. И начну следующую эпоху - очищенной и от скверны Змея, и от проклятой крови Луны. Но для этого должна пролиться кровь, много крови. Впрочем, все они - варвары, и смерть во имя царицы - самое большее, на что они способны в своей жизни. 

 

Спойлер

Эрудиция-4, Оккультизм-4, Оккультизм-6

 

- Вы наскучили мне. Стража, сбросьте их трупы на скалы, - Шарлин махнула рукой зачарованным Танцорам, и те враз сбросили оцепенение, с голодным воем устремляясь к магам. 

 

 

Петаника (Вампир)

Помешательство: Фатальные галлюцинации - всякий раз, когда Петанике наносится любой урон, половина этого урона (только всегда физического) наносится всем врагам в её зоне поражения. Но не тому, кто нанёс этот урон. Пассивно. 

Помешательство: Песня сирены - за каждое действие кроме движения, совершённое в зоне поражения Петаники, её враги индивидуально получают по 1 очку безумия (ОБ). Когда количество ОБ становится 6, запас кубов цели снижается вдвое и не может быть повышен. Когда количество ОБ становится 10, цель погибает от самоубийства. ОБ можно снимать лечением физических ран. Пассивно. 

Прорицание: Видения будущего - Петаника получает +3 куба на все попытки уворота, её магическое сопротивление тоже повышается на 3. Кроме того, Петаника может использовать МД для уворота от атак. Пассивно. 

Тауматургия: Кипение крови - Петаника наносит 10 единиц физического урона всем врагам в зоне поражения. 

 

Танцоры Чёрной Спирали (х6)

Террор - каждая успешная атака Танцора накладывает на следующее действие (любое) цели штраф, равный нанесённому урону. 

Шаг сквозь Умбру - люпины перемещаются за счёт МД

 

Порча Вирма - в начале каждого раунда все маги получают 1 магического урона. 

[Thea]

Боль. Жгучая, застилающая кровью глаза, заставляющая упасть на колени. Всё вокруг - боль.

Прокашлявшись, Ник сплюнул слизь и сгустки крови. Тяжело дыша, он прищурился, пытаясь понять, что именно заставило его так страдать, и увидел Летику. Он не стал тратить драгоценное время для того, чтобы проверить, насколько сильно той было плохо, направляя на неё свою магию. Ей станет лучше. На какое-то время.

Кое-как поднявшись, вербена хотел было уже залечить собственные раны, как заметил Руперта. Хрипло выругавшись и понимая, что на себя у него уже сил просто не останется, Ник вновь попытался поддержать своей магией другого.

[BornToSeek]

У них изначально почти не было шансов. Возможно, всё сложилось бы сколько-то удачней и тогда эта тщеславная карга получила бы всё, но увы, судьба распорядилась иначе. Когда Лили оказалась лицом к лицу с атаковавшей её вампиршей, она знала, что долго не выстоит. Сжигавшая кровь магия, вирмова порча, оборотни, проникающее в разум безумие — здесь всё было против них. Но даже в поражении слуга Жаждущего обязана была сделать всё, что в её силах, оставить как можно больше вреда, заставить врага испытать хоть что-то негативное. Вырвавшийся наружу Зверь с яростью набросился на королеву, но лишь один из взмахов настиг её, оставляя след от когтей и рану от следующих за ними режущих порывов ветра. Мало... но всё равно что-то. Накинувшийся сзади порченный оборотень вцепился в красную плоть чудовища.

Вот и конец.

[Thinvesil]

Зря они разбежались. Руперт беспомощно наблюдал, как люпины убили сначала Летику, а затем Ника, но никак не мог за ними угнаться. Ренэйт пока что не трогали, но девушке было совсем плохо от присутствия Вирма, и она пребывала в каких-то своих кошмарах. Надо было что-то сделать. Если они ничего не сделают, то их всех убьют. Эта мысль витала в мозгу юноши, когда он погрузился в Умбру и направился прямо к вампирше. Выстрел, другой... Царапины, но хоть что-то. Сейчас бы еще ее обездвижить, и чтобы Лили еще побила гадину... Но у магии были свои законы и требовалась передышка, а Летика, у которой он мог бы повзаимствовать ментальные силы, была уже без сознания. Руперт так и не успел ничего предпринять, когда кровь вскипела в его венах, вынуждая обрушиться на пол без чувств.

[Торк]

Эндрю успел рассеять чары Петаники направленные против него, полечить Лили и отбежать в угол. Дальше на него набросился оборотень и вторая волна чар вместе с разложением Вирма добила преподобного. "Безбожные вампиры и блохастые шавки!" - успел подумать священник падая на пол.

[Selena]

В качестве укрытия Летика выбрала одну из полуразрушенных комнат, нырнув в узкий проход. Вампирша рванулась к ним и боль обожгла изнутри, заставляя магессу прикусить губу. Но добивать их Петаника не стала, ушла в дальний проем, где прятались Лили и Эндрю.

Остаться одной Летике не позволили - почти ожидаемо. Порча Вирма разъедала изнутри, вызывая головокружение и тошноту, но ясность сознания не ушла, и внутри отравой расползалась горечь. Проход наружу перекрыл оборотень, просить Руперта и увязавшегося за ними Ника быть от нее подальше было уже поздно. Поле распада накроет и их тоже... Летика вдохнула сквозь зубы, глухо закашлялась. Нет, она не станет причиной их смерти. А на оборотня обрушился шквал огня, и еще один, поджаривая монстра. Недостаточно, видимо, потому что рассыпаться пеплом он и не подумал. Лишь оскалился, бросаясь на нее. От шамана пришла волна тепла, затягивая раны. Но улыбнуться, поблагодарить, Летика не успела - едва увернувшись от одной твари, она попала в когти материализовавшейся рядом с ней второй, третьей, четвертой... но ни магии, ни сил уже не осталось. Когти рвали плоть, застилая взгляд кровавым туманом. Падая вниз, во тьму, Летика последний раз взглянула в сторону Руперта, уже не видя, но ощущая его присутствие рядом. Их нити оборвутся, чтобы возродиться вновь. Она ни о чем не жалела.

[Фолси]

Где-то

 

- Ц-ц-ц, нет. Так не пойдёт.

Ворчливый голос вырвал их из забытья. Где-то шумел прибой, завывал ветер. Но им было тепло. Маги обнаружили себя в просторной комнате, сидящими за длинным столом. Обитые тканья мягкие стулья приятно расслабляли плечи.

 

 

За окнами царило серое ничто. Лишь низкое небо можно было различить, да отчётливо услышать, как ветер бьётся в стёкла и разгоняет где-то внизу волны. Во главе стола сидел очень пожилой джентльмен в серой шинели с синим отливом. Джентльмен, чей низкий голос и вечно недовольный взгляд было трудно забыть. 

- Думаю, вам нужна ещё одна попытка, - настоятельно сказал архимаг Мортимер, скрещивая руки на груди и свободно отклоняясь на спинку стула. Затем он посмотрел на Кристофера. - Лорд Зобек, я меняю ваши цели. Я хочу, чтобы волшебница Чарли прибыла вместе с вами в Лондон. Что Вирм сделает с Техасом - не имеет значения. Что станет с вашими солдатами - тоже неважно, но постарайтесь сохранить магов. Очевидно, наша небольшая армия откусила больше, чем смогла проглотить. 

 

Пока говорил Мортимер, у остальных магов было время, что осмотреть себя. На них не было ни ран, ни следов чумы на Рен, не было чувства усталости или истощения. Словно вся битва с Петаникой и прочие изматывающие события, что ей  предшествовали, не произошли. 

[Thinvesil]

Где-то 

 

Пока говорил Мортимер, у остальных магов было время, что осмотреть себя. На них не было ни ран, ни следов чумы на Рен, не было чувства усталости или истощения. Словно вся битва с Петаникой и прочие изматывающие события, что ей  предшествовали, не произошли.

 

- Милорд! - Руперт вскочил для приветствия. Сознание упорно пыталось уместить в себя и горечь поражения, и радость от исцеления Ренэйт, в котором он уже отчаялся, и беспокойство за самочувствие своих друзей - но сейчас перед ним было начальство, и долг оттеснил все остальное на задний план. Не только начальство, но и великий маг Мерлин... которого он, Руперт, подвел. Вспомнив об их поражении, юноша покраснел. - Чарли пребывает под узами крови, - доложил он, слегка растерянно оглядываясь. - У нас есть лакрима, но добровольно она ее не примет. Стало быть, нам следует ее поймать и влить лакриму насильно? - Теперь вопрошающий взгляд янтарных глаз был устремлен на Зобека как на командующего операцией.

 

Ренэйт слушала брата, но едва ли понимала, о чем он говорит. С удивлением, даже почти с неверием, она оглядела себя, прислушалась к своим ощущениям - и поняла, что этот кошмар, который пожирал ее изнутри, затягивая все глубже и глубже, стирая грань между сном и явью, наконец, отступил. Неужели это и правда так? Или кошмарные сны и видения приобрели новые очертания? Немка взглянула на сидящего рядом Эндрю и осторожно взяла его за лежащую рядом руку, словно ожидая подтверждения своих робких надежд от служителя Господа.

[Торк]

Немка взглянула на сидящего рядом Эндрю и осторожно взяла его за лежащую рядом руку, словно ожидая подтверждения своих робких надежд от служителя Господа

 

- Рад, что мы получили второй шанс. - Улыбнулся ей Энддрю и слегка пожал руку девушки своей новой рукой. - Господь вознаграждает за стойкость в испытаниях, как когда-то Иова.

[Фолси]

- Чарли пребывает под узами крови, - доложил он, слегка растерянно оглядываясь. - У нас есть лакрима, но добровольно она ее не примет. Стало быть, нам следует ее поймать и влить лакриму насильно? - Теперь вопрошающий взгляд янтарных глаз был устремлен на Зобека как на командующего операцией.

 

- Я в курсе, кто, где и под чем пребывает. И совершенно верно, у вас есть лакрима. Удобно, не правда ли? - Мортимер хитро усмехнулся. На приветствие Руперта он отреагировал лишь скупым взмахом ладони. В этот раз архимаг даже не старался выглядеть любезным, ведь поражение есть поражение. - Всё взаимосвязано и предсказуемо, особенно если часто задавать вопрос не "где?", а "когда?". 

 

- Ведьма не сдастся без боя, - хмуро заметил Кристофер. - И она сильна. Стоит ли мне атаковать деревню всеми нашими силами?

 

- Сам решай, лорд-инквизитор. Мне важен только результат, - равнодушно пожал плечами архимаг. - Если вы считаете, что сможете уладить всё без лишней возни, то я покажу вам пару интересных моментов из жизни Чарли. Возможно, это поможет вам подобрать правильные слова для её увещевания. Либо для того, чтобы друиды и теурги изгнали её со своей земли. 

[BornToSeek]

"Мастер?" — первый вопрос, возникший у очнувшейся в полном здравии Лили. Нет, не Мастер. Она ошарашенно огляделась по сторонам, пытаясь понять, что произошло и где все находятся. Секундочку... Все живы! Руперт, Эндрю целы, Рен здорова. Шаман тот пропал, но это ладно. Пытаясь унять собственную радость, культистка поелозила на месте, с трудом слушая слова о миссии. Как можно сразу возвращаться ко всем этим серьёзным делам, когда все только пережили свой конец и вернулись к жизни?! Перерождение откладывается, друзья целы!

Ладно, по крайней мере теперь ясно, что лезть к той дурной королеве не стоит. Хм... интересно, неужели с такими возможностями архимаг сам не может всё уладить? Зачем нужны армии, когда можно просто менять произошедшие события? Лили по крайней мере любила сражения, а остальные сказали бы этому Мерлину спасибо за его лень? Хотя ему наверно всё равно на остальных...

[Selena]

Не было ни боли, ничего. Но и перерождения не произошло. Словно отравы Вирма и всего прочего просто не было. Зато был архимаг, которого сложно было забыть. В принципе. Летика вдруг вспомнила его слова... отменить время. События. Забрать нужных людей до того, как с ними случится то, что ему невыгодно. Тихо вздохнув, магесса зябко передернула плечами. Зачем выкидывать вещь, если можно использовать ее снова? Надо лишь вернуть ее раньше, чем она сломается. Летика не знала, как отнестись к подобному. Этакая странная разновидность бессмертия. Ты будешь жить, пока от тебя есть польза. Пожалуй, это даже... раздражало? Да. Эвтанатос привыкла сама распоряжаться своей жизнью. И своей смертью.

[Thinvesil]

- Сам решай, лорд-инквизитор. Мне важен только результат, - равнодушно пожал плечами архимаг. - Если вы считаете, что сможете уладить всё без лишней возни, то я покажу вам пару интересных моментов из жизни Чарли. Возможно, это поможет вам подобрать правильные слова для её увещевания. Либо для того, чтобы друиды и теурги изгнали её со своей земли.

 

Руперт сел на свое место и оглядел друзей. Эндрю и Летика, Лили с Ренэйт... Даже не верилось, что они снова живы и здоровы. Теперь, когда с докладом покончено, он смог, наконец, выдохнуть с облегчением. На строгое обращение Мортимера юноша ничуть не обиделся - знал, что заслужил. Впрочем, им давали второй шанс чего-то добиться, и немец ухватился за такую возможность.

 

- Уговорить ее и оказать Чарли услугу или сделать ее изгоем, вынужденным просить пристанища? - Подытожил юноша оба варианта в общих чертах. - Если нам нужна эта ведьма, чтобы сотрудничать, то возможно, первый вариант сделает ее более расположенной к этому. Впрочем, на войне все средства хороши. - Он кивнул Зобеку, признавая за ним право решения. Подобная информация пришлась бы весьма кстати, но Руперт не хотел лезть впереди командира - если анафемы тут были, так сказать, добровольцами, то немец отнюдь не забыл своих обязательств перед Арканумом.

[Фолси]

Он кивнул Зобеку, признавая за ним право решения

 

А Кристофер, как известно, не был сторонником переговоров.

- В каком мы времени, лорд Мортимер? - устало спросил некромант. 

- Сейчас в британском форте ночь, никто вас не хватится. А завтра на форт нападут Танцоры Чёрной Спирали, и нашим магам выпадет сомнительная честь быть спасёнными вербенами, - не без удовольствия пояснил архимаг. Как же ему приятно было демонстрировать своё умение настолько далеко отматывать время назад. Либо просто менять реальности одна на другую. В этом случае участь, которая ждала ту самую Америку под тиранией Петаники, не хотелось даже представлять. 

- Хорошо. В таком случае мы дождёмся, пока вербены вступят в бой. А затем перебьём их всех. Шарлин ослабнет, пытаясь их спасти, и я сумею напоить её лакримой. Заодно мы ослабим и сопротивление Апачи, - заявил Кристофер. "Чарли", - поправил его архимаг, но Зобек лишь нахмурился, явно подавив в себе желание пренебрежительно отмахнуться. Все эти дикие маги, живые и мёртвые, кем бы они не являлись и чьи бы лица не носили - все они рано или поздно должны были склониться перед Империей.

[Thinvesil]

- Хорошо. В таком случае мы дождёмся, пока вербены вступят в бой. А затем перебьём их всех. Шарлин ослабнет, пытаясь их спасти, и я сумею напоить её лакримой. Заодно мы ослабим и сопротивление Апачи, - заявил Кристофер. "Чарли", - поправил его архимаг, но Зобек лишь нахмурился, явно подавив в себе желание пренебрежительно отмахнуться. Все эти дикие маги, живые и мёртвые, кем бы они не являлись и чьи бы лица не носили - все они рано или поздно должны были склониться перед Империей.

 

Ренэйт не совсем уловила сути всех этих магических фокусов, но кое-что все-таки поняла, и решение Кристофера показалось ей просто чудовищным. Бросив беспомощный взгляд на Руперта, девушка побледнела: кузен даже и не подумал возражать или убеждать так не делать, а напротив, кивнул, принимая указания командира. Неужели Руппи могла так поступить? Чуткая, внимательная и мягкая Руппи, которую она знала с самого детства, которая временами была ей вместо матери. Неужели она так сильно переменилась? Или... 

 

Не веря своим глазам, немка смотрела на юного мага. Она хотела что-то сказать, что-то сделать - ведь нельзя же было так поступить с теми людьми! Ник, другие вербены, Чарли - никто из них не заслужил подобного обхождения! Однако бросив взгляд на сидящего во главе стола Мортимера, Ренни запнулась и поспешно опустила глаза. Она не будет влезать, она всего лишь девушка, родственница, она даже не состоит в этом Аркануме, и не следует проявлять неподобающее поведение. Руки крепко, до боли, вцепились в платочек - нет, она не разрыдается прямо здесь, словно простушка, и сохранит самообладание. Но Руперту придется кое в чем объясниться - в этом девушка дала себе слово. 

 

Юноша поймал взгляд сестры, но только устало потер переносицу.

- Значит, готовимся к отражению нападения, выматываем Чарли и лечим ее от Уз, - резюмировал он. - Сэр, если позволите, - обратился молодой маг к Зобеку. - Раз уж мы уже знаем, как прошло сражение, имеет смысл использовать это знание и облегчить себе задачу, усилив слабые места и сфокусировав удары туда, где они окажут наибольший эффект. Мы вернемся в гарнизон и будем готовиться?