Dragon Age: Иллюзия полета

[Perfect Stranger]

 

 

 

 

 

Спойлер

Несколькими неделями ранее
Антива, Риалто

 

Подвальное помещение, выбранное не случайно для подобных встреч, не имело окон и было освещено всего лишь несколькими тусклыми свечами, расставленными на столе, и парой медных канделябров на стенах. Агент Уильям Холт, человек среднего роста, среднего возраста, и средней по всем параметрам внешности тоже был выбран далеко не случайно. Таких людей мало кто запомнит, увидев раз-другой на улице, даже в глухой деревне; таких людей просто упускают из внимания, скользя по ним взглядом и совершенно не догадываясь, чем они на самом деле занимаются. Ни одеждой, ни какими-то приметами Холт не выделялся среди обычных жителей Ферелдена, а ныне и всей Империи. Стоя прямо перед широким дубовым столом, покрытом тонкой белой скатертью, со сложенными за спиной руками, он смотрел на своих собеседников спокойным взглядом то ли серых, то ли голубоватых глаз.

 

Еще трое людей в комнате выглядели гораздо более примечательно. Одетые в длинные, бесформенные темные одежды, с металлическими масками на лицах, они могли оказаться кем угодно — Торговыми Принцами, нищими с улиц Риалто, капитанами кораблей, каждое утро и вечер останавливающихся в самом крупном порту Антивы, проститутками в элитных борделях или наемниками с большой дороги. Сейчас все это, впрочем, не имело абсолютно никакого значения. Сейчас они были теми, кто руководил Сопротивлением, и теми, кто должен был выдать миссию огромной важности одному из своих самых доверенных агентов-организаторов.
Стопка бумаг лежала на скатерти, желтизной выделяясь на белой ткани и словно прожигая любого, кто взглянет на нее, ярко-черными чернилами строчек убористого текста. К каждой бумаге был приложен небольшой портрет углем. Холт уже просмотрел выданные ему досье, и хотя несколько из предложенных на это задание человек вызвали у него вопросы, он не стал их озвучивать прямо сейчас. В конце концов, не ему было решать, кто подойдет на подобное задание лучше всего.

 

— Что касается этой девушки, — один из людей в маске, чей голос был несколько искажен то ли из-за металла, эхом разбивающего звук на осколки, то ли благодаря магическому воздействию, сказать было трудно, но вроде бы говорил мужчина. Он приподнял верхнее досье за край рукой в черной перчатке, словно трогал ядовитую змею. — Ни при каких условиях не допускайте ее смерти. Она пригодится нам даже в том случае, если замыслит предательство. Старшая дочь Верховного Жреца — то, что мы можем использовать против него в крайнем случае.

 

— Какие допустимы меры воздействия? — спросил агент, мазнув взглядом по угольному портрету. Над ним кривоватыми буквами было выведено «Д. Авгур». Девушка показалась ему достаточно симпатичной, однако зная ее возраст, он подумал о том, что от нее можно было бы ожидать чего-то крайне глупого и необдуманного.

 

— Не лишать жизни и не оставлять серьезных ранений, не поддающихся лечению. Все остальное на ваше усмотрение, агент Холт. Также обратите внимание на госпожу Максиан. В том же ключе.

 

Он кивнул, аккуратно собрав стопку бумаг и выровняв ее по краям. Тот факт, что этим юным особам вряд ли было известно о планах на них Сопротивления, не слишком волновал его. Моральные терзания по поводу лжи и возможного использования живых людей как инструментов давно покинули сердце агента Холта, по крайней мере, на время выполнения задания. В одиночестве, когда не нужно было думать о работе, он иногда обращался с молитвой к Пророчице, находя в этом некое утешение, однако смирение с тем, что и как придется делать, стало частью Уильяма еще до того, как ему стукнуло двадцать. Вес тех грехов, что накапливался за десятилетия работы с Сопротивлением, уже не так давил на плечи, как раньше, став чем-то вроде привычного веса рюкзака со снаряжением в дальнем походе. В конце концов, ради спасения мира и сама Андрасте когда-то начала Священный Поход против еретической Древней Империи, и наверняка ее тоже не делало счастливой то, что под ее командованием погибали ни в чем не повинные люди. Иногда нужно было сделать то, за что лишь позже, много лет спустя, придется отвечать перед Создателем.

 

Сунув стопку в напоясную сумку, предварительно свернув пергамент в толстую трубку, мужчина снова сложил руки за спиной, встав ровно и прямо перед своими командирами.

 

— Насчет остальных мы полагаемся на ваше суждение. Если кто-то из них окажется неподходящим для выполения миссии с вашей точки зрения, у вас есть разрешение на их устранение. Если кто-то из них решит сбежать — у вас есть разрешение на их устранение. Любой ценой не допустите утечки информации об этом задании к имперцам. Это понятно?

 

— Абсолютно. Утечки не будет, — эхом отозвался ровный голос Холта. — Что-то еще?

 

— Есть кое-что, — прозвучал женский голос, впрочем, тоже искаженный до неузнаваемости, и одна из фигур приблизилась к столу, оперевшись на него ладонью. — После того, как вы обнаружите и захватите цель, отправьте доклад о результатах через наши обычные каналы. После этого ждите три дня. Вам поступит новое распоряжение о том, что делать с целью. Ищите ее, пока не найдете, слышите? Либо саму цель, либо ее мертвое тело, либо точную информацию о том, что она захвачена силами Империи. В зависимости от того, что именно вы обнаружите, мы разработаем новые приказы.

 

— Понял, — кивнул Уильям. Он ожидал чего-то подобного. В таких случаях, когда конечный результат задания был заранее не известен, он часто получал дополнительные сведения посреди миссии о том, что делать дальше.

 

— Корабль под названием «Стрела Халамширала» ждет вас в порту завтра утром, ровно в пять. Не опоздайте. На нем вы доберетесь до порта в Вал-Шевине, оттуда на перекладных езжайте в Монтсиммар. Наши люди сообщат членам отряда о том, что встреча произойдет там. Далее вы знаете, что делать. Пусть Адалин найдет их и скоординирует, — сказал третий присутствующий на встрече, голос его звучал несколько иначе, словно говорит глубокий старик. — Деньги на первое время вы получите, затем проверяйте наши обычные схроны, возможно, мы сможем вам помочь, но особо не рассчитывайте на них. Поддерживайте легенду наемников. Это даст вам возможность самим получать ресурсы.

 

Кивнув и дождавшись разрешения отправиться в дом, дожидаться утра, агент Холт сделал три шага назад, поклонился коротким кивком, развернулся и покинул подвал. Через несколько часов это помещение снова станет покинутым и пустым, все следы пребывания в нем людей будут уничтожены, а стол и канделябры вынесены и отправлены в другое место. Причин для этого было много, но основной послужило уничтожение ячейки Сопротивления в Минратосе более двадцати лет назад. Тогда, как помнил Уильям, в ряды руководства организации проник шпион от фанатиков, называвших себя «Орденом Пламенного Обета». Вскоре именно они совершили отчаянную атаку на столицу и почти добрались до дворца Верховного Жреца, но были остановлены. К несчастью для Сопротивления, именно эта атака послужила отличным поводом для Империи ужесточить свои законы и утроить усилия в преследовании инакомыслящих. Крауфорд стал едва ли не народным героем, множество простых горожан были обязаны ему жизнью. Работа Сопротивления заметно замедлилась. Теперь им приходилось прилагать огромные усилия для того, чтобы Тайная Служба не нашла их — но за последние годы они достигли успехов, пусть и не свергли пока что закрепившихся во власти дракона и его марионетку.
Скоро, сказал себе Уильям, шагая по сумеречным улицам вечернего Риалто по направлению к дому, в котором он остановился на несколько дней. Скоро все закончится. Столько лет работы, столько лет принятия тяжелых моральных выборов, многие из которых до сих пор шрамами оставались где-то внутри, и тянущая боль иногда возвращалась, заставляя лежать с открытыми глазами по ночам — все это должно было окупиться. Он безоговорочно доверял начальству, зная, что они не станут лгать о своих целях, даже если лгали о методах. Холта использовали точно так же, как и самых незначительных информаторов и наемников, но он не был против этого. Он понимал, что то, что находится на кону, оправдывает любые жертвы, любые решения. На их плечах лежала ответственность не только за благополучие целого континента, но и за спасение душ каждого живущего на нем человека, эльфа, гнома, любого живого существа. Истинное испытание для детей Создателя было именно в этой борьбе, а не в донесении Песни Света — теперь Холт понимал это, зная, каким наивным был ранее, как наивна была старая Церковь. Век Дракона получил свое название, когда жрицы полагали, будто возвращение казавшихся вымершими существ станет самой большой проблемой их времени.

 

Они не могли ошибиться сильнее. Истинная угроза сейчас управляла Тедасом, практически сметая любое сопротивление и уничтожая тех, кто пытался воспротивиться ей даже в мыслях.

 

Холту оставалось лишь ждать утра, когда в предрассветной дымке он отправится к порту и поднимется на борт корабля, направляющегося с товарами в Вал-Шевин. Капитан был человеком, верным Сопротивлению, и не задавал лишних вопросов. Вполне вероятно, что увесистый кошель с золотом, переданный ему накануне, сыграл некую роль в его желании оставаться верным им человеком, но Уильяму до этого дела было мало. Он должен был добраться до Орлея и после этого приступить к сбору новых агентов для своего отряда. Остальное было за пределами его ответственности. Он привык работать именно так, как и другие организаторы остальных ячеек Сопротивления. Чем меньше знает кто-то один, тем меньше вероятности, что его поимка разрушит всю структуру. Поэтому вопросы он не задавал.

 

 

14 Первопада, 9:88 года Века Дракона
Провинция Орлей, Монтсиммар

 

В это время года Орлей был действительно красив. По пути к столице Холту удалось сполна насладиться осенними пейзажами, мелькающими по обе стороны тракта, пока он неспешно ехал на перекладных лошадях от одного придорожного поста к другому, порою останавливаясь на постоялом дворе на несколько часов сна в настоящей кровати, прежде чем снова продолжить свой путь. Правду все же говорили о том, что истинному гонцу требуется не только золотая голова, но и железная задница. К концу своего путешествия Уильям чувствовал, что сесть нормально, не кривясь от боли, сможет лишь через пару дней, а на седло смотреть без отвращения и того дольше. Сама столица тоже не пустовала. Осенние распродажи, ярмарки и гуляния перед наступлением зимы были в самом разгаре, отчего город казался набитым битком самыми разными путниками из всех уголков Империи.

 

Это было на руку Уильяму, и он полагал, что толкучка на улицах и площадях, полные постояльцев трактиры и постоянная текучка прибывающих и уезжающих людей спрячут их от нежелательных наблюдателей. На въезде за стены он заметил нескольких белых плащей, а также потрошителей из Кровавого Легиона, что было довольно-таки обычным делом для столицы, но что-то подсказало агенту, что в этот раз стоит держать ухо востро. Не то чтобы раньше он вел себя легкомысленно, но шестым чувством он ощутил, что в городе что-то происходит. Осторожно, стараясь не выдать своего беспокойства, мужчина направил лошадь к стражникам, проверяющим всех прибывающих в столицу и спокойно объяснил им, что приехал купить на распродаже редкие товары из Антивы для своей семьи, поучаствовать в гуляниях и отдохнуть от жизни в скучном и сером Ферелдене. После короткого разговора его пропустили за стены, и он оставил лошадь у трактира «Счастливый наг», заплатив конюшему за хороший уход за животным. Конь принадлежал не ему, так что возвращаться за ним Уильям не планировал. Ему пришла в голову идея попробовать сторговаться с продавцом лошадей на рынке и приобрести средство передвижения, поскольку он прекрасно знал, что задерживаться в столице слишком надолго будет плохой идеей, но как оказалось, он потратил основной запас своего жалованья на дорогу. Остановившись в недорогой таверне, Холт отправил сообщение почтовым вороном, переоделся в чистое, помывшись в бадье, и отправился пройтись по центру столицы. Времени у него было достаточно, чтобы дождаться ответа от своих основных информаторов в Монтсиммаре, навестить нескольких знакомых, засветиться на рынке, чтобы не вызывать подозрений стражи, и отдохнуть перед встречей с отрядом. О них мужчина знал гораздо больше, чем они о нем, за исключением, пожалуй, только Адалин, но это было поправимо и, что важнее, необходимо.

 

Вечерний Монтсиммар встретил его привычным шумом большого города. Остановившись на мгновение у входа в трактир, Уильям пригладил растрепавшиеся было ветром волосы, вдохнул полной грудью запахи, доносимые до него от кухни и рыночной площади — коричные палочки, пекущийся свежий яблочный пирог, запеченные на огне кусочки свинины со специями и острый запах свежей рыбы — и быстро зашагал по направлению к рынку. Бумаги он предусмотрительно сжег, запомнив все досье наизусть, как и лица тех, кто должен был встретиться с ним на следующий вечер на Арене Монтсиммара.

 

Хранить любую ценную информацию Холт давно привык в собственной голове. Так было лучше. Вскоре этому ему предстояло научить и своих подопечных.

 

 

 

 

 

 

 

 

Спойлер

В Ивуаре не так уж много лавок и купцов, но кое-какими припасами разжиться все же можно. У каждого купца 3d4 золотых в наличии (сумма обновляется каждый игровой день).

 

Трактир "Пивная кружка", хозяйка Мари Морно:

 

Золото в наличии: 9 золотых монет

 

Паек на 1 день, не портящийся, включает флягу с чистой водой — 5 серебряных монет
Постой в таверне на 1 день, включает питание и комнату — 30 серебряных монет
Место в конюшне на 1 день, включает корм для лошади — 15 серебряных монет

Факел — 5 серебряных монет (снимает штрафы за темноту, расходуется)
Обычные предметы одежды — 5 серебряных монет
Приспособления для рыбалки (позволяет добывать рыбу в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Охотничьи силки (позволяет добывать мясо в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Аптечка с полным набором первой помощи — 20 серебряных монет

 

Речная и озерная рыба (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за штуку
Мясо (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за фунт

Дешевое пиво — 10 серебряных монет, бутылка
Дешевая бормотуха — 25 серебряных монет, бутылка
Наваристый рыбный суп — 50 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день придает персонажу эффект «Умиротворенный»)
Острая мясная похлебка неизвестно из чего — 25 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день может придать персонажу случайный эффект из «Сытый» или «Пищевое отравление»)

Хорошая еда — 15 серебряных монет

 

Ролевые предметы — от 5 серебряных монет до 1 золотого, в зависимости от типа предмета

Белые предметы можно купить за 1 золотой.

 

 

Эмилио Дюранте, торговец:

 

Золото в наличии: 7 золотых монет

 

Платье из плотной ткани (1) (легкая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты
Куртка из бараньей кожи (1) (средняя броня, +10 к здоровью) — 4 золотых монеты
Кольчужный доспех ополчения (1) (тяжелая броня, +1 к защите) — 4 золотых монеты
Чешуйчатый доспех с эмблемой Ивуара (1) (массинвая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты

 

Посох странствующего чародея (1) (посох, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Сильверитовый топорик (1) (одноручное, +1 к Силе) — 3 золотых монеты
Кулачный щит с тигровым глазом (1) (щит, +1 к защите) — 2 золотые монеты
Большой молот с драконьей головой (1) (двуручное, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Короткий изогнутый меч (1) (кинжал, +1 к Мудрости) — 3 золотые монеты
Эльфийский лук (1) (стрелковое, +1 к попаданию) — 5 золотых монет

 

Зелье лечения (+25% здоровья) — 50 серебряных монет
Зелье великого лечения (+50% здоровья) — 1 золотая монета

Зелье лириума (маг может перебросить кубик на заклинание, используемое немедленно после употребления зелья, и выбрать лучшее число на кубике) — 2 золотых монеты

 

Экстракт корня смерти (следующая успешная атака оружием ближнего боя повысит попадание по этому противнику на +2 на 2 хода) — 4 золотых монеты
Экстракт беладонны (следующая успешная атака оружием ближнего боя понизит попадание этого врага на -2 на 2 хода) — 4 золотых монеты

 

 

В этой местности возможен бросок на Заработок, Воровство и Азартные Игры.

 

Ставка воровства: 1 золотая монета
Ставка казино: 3 золотых монеты
Ставка заработка: 1 золотая монета

 

В этой местности возможен бросок на рыбалку и охоту за пределами Ивуара (Ловкость).

 

1-5 — ничего не поймано

6-10 — получен 1 фунт мяса \ 1 рыба

11-15 — получено 2 фунта мяса \ 2 рыбы

16-20 — получено 3 фунта мяса \ 3 рыбы

 

 

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона

 

 

 

 

Текущие задания:

 

«О чем нельзя молчать» (проверить схрон Сопротивления) - Руфус + Викториа

 

Выполненные задания:

 

Спойлер

«В начале была таверна» (Луи спасен, Моро жив, 2 еретиков спасены, покинули город до приезда Пророка)

«Голоса в пустоте» (дух освобожден, Торниен жив) - Фел + Ринн

«Сказания прошлых лет» (амулет возвращен, Хаэслана покончила с собой, записи получены) - Адалин + Руфус

«Охота за призраками» (вещи собраны, статуя уничтожена, Алинбель спасена) - Доленгал + Эльса + Альваро

«Беглец» (найдены письмо и статуэтка, бой проигран) - Дамиан + Викториа

«Последний страж» (вартеррал убит, потрошители убиты) - главный квест локации
«Скотобойня» (заговорщики схвачены и переданы Бутчеру, бомба обезврежена) - Адалин + Альваро

«Старый друг лучше новых двух» (найденные артефакты отданы, получено 3 пропуска, Марсель убит) - Дамиан + Феликс + Вильгельм

«Утраченное сокровище Рогвира» (сверток найден, Рогвир завербован, молот получен) - Эльса + Руфус + Джакомо

«Вороново крыло» (тевинтерцы убиты, Дариус отпущен с Маавиш) - Ринн + Викториа

«Комната страха» (призрак освобожден, артефакт получен) - Руфус + Адалин + Вильгельм

«Город цепей» (сведения о ритуале получены, Оривент убит, Сейлон жив, Савир'Дал освобожден, меч найден) - общее задание

«Удар плети» (Реморий жив, Первая выкуплена, Вторая жива) - Адалин + Феликс

«Острее, чем лезвие меча» (Франсуа спасен, Косто выжил, семья Сципион спасена, поместье взорвано, информация получена) - Эльса + Дамиан
«Сонное царство» (Диан спасена, Анга сбежала, посох от Анги получен, перчатки отданы, вяз сожжен)

[Ettra]

Лагерь

 

— Эти демоны... насколько они умны? Если контроль сорвется? Что будет? — неожиданно подала голос Адалин, все это время сидевшая тихо, будто статуя или тень, порождённая светом костра.

На сколько она знала, твари сражаются в ближнем бою. Жутковато будет находиться рядом с такой, не зная, что от нее ожидать. Вдруг они плохо различают своих и чужих и нападают на любого, кто покажется им врагом?

— И отдай мою гарроту. — Она в пол-оборота повернулась к Дамиану и протянула руку, но на лицо смотреть избегала.

[Thinvesil]

Лагерь

 

Поэтому девушка нерешительно остановилась у долговязого голого тополя, что кривым силуэтом выделялся на фоне ночного неба, отражая отблески костра. Она не знала, что делать, и только молча куталась в длинную, не по размеру робу, в которую переоделась после побега из темницы. Старую одежду, рваную и грязную, сожгли вместе с пропитавшейся запахом трупной ямы одеждой Ринн и Адалин.

 

Пока молодежь разговаривала, Руфус снял с огня котелок и поставил сбоку от костра, прикрыв крышкой. Свою кружку он поднял, собираясь вымыть в ручье. Взгляд скользнул по одинокой фигуре.

 

— Адалин, Викториа, — обратился маг. — Пусть кто-то из вас приютит Мишель. Хотя бы на одну ночь. Потом решим, с кем она будет делить палатку. Кто возьмет?

 

Целитель не стал уходить, оставив просьбу без ответа, а хотел убедиться, что Мишель не останется так же стоять столбом, когда он сам уйдет спать. Или не уйдет в лес, чего доброго.

[BornToSeek]

Лагерь

 

— Не могу не согласиться. Поэтому копать должна не я, а кто-то, кому это впору, — усмехнулась Викториа, посмотрев чуть искоска на Дамиана. — А из пайков сможешь что-нибудь более или менее съедобное соорудить? Кашу, похлебку, что-нибудь, чтобы не грызть всухомятку. Там... подожди, я посмотрю, — магесса вынула из чемодана завернутый в вощеную бумагу и перехваченный пеньковым шнурком паек. — Хлеб, мясо, сыр, и вроде бы небольшой мешочек соли. У Герна было что-то похожее.

 

— Можно сварить бульон на мясе, добавить сыр и в получившееся макать хлеб. Не сухомятка выйдет, — предложил демонолог. — А насчёт раскопок — можно пса попробовать попросить. Он вроде компанейский тип, наверняка согласится помочь, — то ли в шутку, то ли нет сказал Дамиан про пса так, словно тот сам человек. Выглядел он вполне серьёзно. — Собаки ведь хорошо роют, а у нас даже лопаты нет. 

 

— Эти демоны... насколько они умны? Если контроль сорвется? Что будет? — неожиданно подала голос Адалин, все это время сидевшая тихо, будто статуя или тень, порождённая светом костра.

— И отдай мою гарроту. — Она в пол-оборота повернулась к Дамиану и протянула руку, но на лицо смотреть избегала.

 

Дамиан, только сейчас поняв, что мог выронить её во время падения, быстро похлопал себя по бокам. А не, на месте, фух. Ещё не хватало сейчас огрести за такой нелепый косяк.

— Держи, — сняв с пояса подцепленную удавку, он протянул её девушке. — А насчёт демонов — умны все по-разному, мой себя осознаёт, знает чего хочет и знает, как это получить. Если контроль сорвётся — будет нападать на всех, кого увидит, — демонолог юлить не стал, сказал прямо в лоб. — Когда кругом куча потенциальных жертв, может, в теории, начать беспорядочно атаковать всех. Но это не точно, я такого не заставал. Под моим руководством контроль он не сорвёт, это я могу гарантировать на все сто. Если же мне крышка, то тут ничего не попишешь, но к этому вы по крайней мере успеете подготовиться хоть немного.

Изменено 21 июня, 2021 пользователем BornToSeek

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

— Адалин, Викториа, — обратился маг. — Пусть кто-то из вас приютит Мишель. Хотя бы на одну ночь. Потом решим, с кем она будет делить палатку. Кто возьмет?

 

Виктории не хотелось соглашаться. Абсолютно и точно не хотелось. Но ей нужно было сделать хоть что-то хорошее, чтобы завоевать доверие отряда, ведь в будущем именно от них может зависеть ее жизнь. А ту, кто никогда не делает ничего для других, и спасать вряд ли захочется. Поэтому она тяжело вздохнула и улыбнулась, вежливо и даже как-то тепло. Весьма правдоподобная маска, сквозь такую вряд ли смогли бы различить что-либо те, кто не учился этому с детства.

 

— Хорошо. Я возьму. Но только на одну ночь, — приподняв руку, сказала магесса. — В любом случае, мы не можем таскать этих двоих с нами вечно. Они не знают, кто мы, но видели наши лица, и если вдруг их схватят и спросят, кто организовал их побег... — она выразительно пожала плечами. — Скоро придется решать, что делать. Так или иначе. У кого-нибудь есть котелок? — продолжила она тем же тоном, как будто говорила о совершенно сопоставимых вещах. И пусть не прозвучала мысль об убийстве двоих спасенных еретиков, как только вся нужная информация из них будет извлечена, понять ее намек можно было и без особого труда. — Дамиан, может быть, продемонстрируешь свои умения? Честно говоря, я никогда прежде сама не готовила. В нашей семье хватало денег, чтобы иметь личного повара.

[Ettra]

Лагерь

 

Решив, что от демонов лучше держаться подальше, Адалин взяла гарроту. Она проверила ее в свете огня, что было затруднительно, и убедившись, что струна не повреждена, а ручки не грозятся отвалиться, убрала ее в карман и встала.

Судя по всему, перевалило за полночь, стоило уйти в палатку, забраться в спальник и, укрывшись плащом, уснуть. Но для Адалин это никогда не было на столько просто. Хотя бы еретичка не будет мешать своим присутствием. 

Подойдя к палатке, она достала из рюкзака маленький котелок и набор трав. Она была сильно подавлена, когда искала помощи у Руфуса, сильнее, чем сейчас, но раз уж обратилась и получила совет, не спешила от него отказываться. Тем более ей действительно нужно спать. Потому стоит сделать отвар.

Вернувшись к костру, Адалин сообразила, что Виктория и Дамиан собирались готовить похлебку. Можно было подождать, пока они управятся, но это займет лишний час. К тому же, она предпочитала готовить на маленьком огне, который можно было легко потушить. Потому бросив травы в котелок и опустив все на землю, пошла к подлеску, чтобы набрать веток. 

[BornToSeek]

Лагерь

 

— Дамиан, может быть, продемонстрируешь свои умения? Честно говоря, я никогда прежде сама не готовила. В нашей семье хватало денег, чтобы иметь личного повара.

 

Дамиан глянул на котелок Руфуса, а потом на пайки Виктории. Ладно бы про еду заговорил кто-то из главных исполнителей, но северянка-то с отмечающими в таверне сидела. Успела аппетит с ужина находить что ли? Вон там девка по трубам вонючим лазила, ходит туда-сюда.

— Прямо сейчас? — он неуверенно почесал голову. — Народ уже спать собирается, да и ужин же был. Я бы утром на отряд заварил сразу, а ночной дожор нам сейчас не сильно же жмёт? — добавил демонолог в привычной наёмничьей манере.

Изменено 21 июня, 2021 пользователем BornToSeek

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Прямо сейчас? — он неуверенно почесал голову. — Народ уже спать собирается, да и ужин же был. Я бы утром на отряд заварил сразу, а ночной дожор нам сейчас не сильно же жмёт? — добавил демонолог в привычной наёмничьей манере.

 

Руфус тихо вздохнул. Ну вот, накрылся целительный сон.

 

— Дамиан, иди спать, у вас был тяжелый вечер. Я сам все приготовлю, благо, умею это делать. — засучив рукава, он поднял и котелок, чтобы заодно набрать в него воды. — Идея твоя вполне здравая, кстати, похоже на орлейское фондю. Только со специями будет еще лучше. 

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

— Прямо сейчас? — он неуверенно почесал голову. — Народ уже спать собирается, да и ужин же был. Я бы утром на отряд заварил сразу, а ночной дожор нам сейчас не сильно же жмёт? — добавил демонолог в привычной наёмничьей манере.

 

Викториа негромко засмеялась. Странный это был звук. Она вообще редко смеялась вот так, чаще просто беззвучно улыбалась, фыркала или издавала неодобрительное хмыканье. Однако что-то в этом разговоре у костра было такое, что она прежде никогда не видела. Что-то чуть более дружеское, чем привычный разговор ни о чем во время прогулки с очередным безымянным человеком, набивающимся в знакомые к ней только из-за фамилии. Переведя взгляд на Руфуса, она положила ногу на ногу и кивнула.

 

— Специй, к сожалению, не доложили, — вздохнула она, все еще с легкой улыбкой. — А ты умеешь готовить, Руфус? Я обычно представляла ученых-историков вечно погруженными в свои книги, а блюда им носят верные служанки.

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Специй, к сожалению, не доложили, — вздохнула она, все еще с легкой улыбкой. — А ты умеешь готовить, Руфус? Я обычно представляла ученых-историков вечно погруженными в свои книги, а блюда им носят верные служанки.

 

— Алхимия — она сродни готовке, — улыбнулся маг. — Да и потом, я уже двадцать лет как сам себя обслуживаю. За исключением экспедиций. конечно. Там обычно нанимают повара. Но и в городах, и в путешествиях приходилось готовить самостоятельно. В общем-то, нет ничего сложного, просто нужно узнать точный рецепт. Все как в науке. — Руфус едва заметно подмигнул тевинтерке. В общем-то сегодня не обошлось без стресса, так что внезапный голод был вполне объяснимым. — В фондю уж точно нет ничего сложного. Я приготовлю вам на троих, но потом спать. Время позднее, подниматься придется рано.

[BornToSeek]

Лагерь

 

— Дамиан, иди спать, у вас был тяжелый вечер. Я сам все приготовлю, благо, умею это делать. — засучив рукава, он поднял и котелок, чтобы заодно набрать в него воды. — Идея твоя вполне здравая, кстати, похоже на орлейское фондю. Только со специями будет еще лучше.

 

— О, ладно, — даже не пытаясь спорить, кивнул Дамиан. Сам он, на самом деле, не успел толком оголодать, но с утра точно мог бы засесть за готовку для отряда. Не самое пыльное дело, ещё и на всех разом. — Только это, можно я вторым к тебе набьюсь, пожалуйста? До конца похода может. Один умёрзну, как морозы сильней пойдут.

В отличие от антиванца, зачаровать палатку на достаточное тепло зимой демонологу умений вряд ли хватило бы. В лучшем случае на несколько часов без перенакладываний, но постоянно просыпаться от холода... как минимум неприятно, как максимум опасно. Можно однажды и не проснуться.

[Thinvesil]

Лагерь

 

— О, ладно, — даже не пытаясь спорить, кивнул Дамиан. Сам он, на самом деле, не успел толком оголодать, но с утра точно мог бы засесть за готовку для отряда. Не самое пыльное дело, ещё и на всех разом. — Только это, можно я вторым к тебе набьюсь, пожалуйста? До конца похода может. Один умёрзну, как морозы сильней пойдут.

 

— Хм. — целитель задумчиво почесал нос. — Я-то не против, разумеется, вместе и впрямь удобнее. Но я бывает засиживаюсь допоздна с документами при свете. Если тебе это не помешает, то располагайся. 

 

Оставив молодежь дальше общаться или заниматься своими делами, Руфус спустился к ручью, тщательно вымыл котелок и кружку, и вернулся обратно с наполненным наполовину, чтобы на скорую руку сварганить из пайков что-то путное. Благо, мешочек специй у него был с собой, равно как и знания, как их применять. 

[Perfect Stranger]

Лагерь

 

Монтсиммар наконец-то остался позади. Пусть и не так далеко, как хотелось бы, но позади, и теперь дорога, ведущая крюком вокруг озера Селестин, вела их более-менее сработавшийся отряд туда, где их ждал ответ на все вопросы... по крайней мере, так хотелось думать Виктории. Она подождала, поддерживая легкую беседу, пока ужин будет готов, и поев немного сырно-мясного фондю с куском размоченного в нем сухого хлеба, наконец отправилась в свою палатку. Мишель пришлось уговаривать недолго. Та рухнула и заснула практически сразу. Бедной девочке пришлось пережить не лучшие дни в своей жизни, подумала магесса, хотя особой жалости к ней не испытывала. Не раздеваясь, Викториа расчесала волосы, проведя над этим занятием добрых десять минут, а затем улеглась спать. Тепло костра достигало ее палатки, а спальный мешок был достаточно толстым, чтобы не замерзнуть ночью, так что внезапная просьба Дамиана ее несколько удивила. Если так боялся холода, мог бы попросить Альваро или еще кого зачаровать огонь, чтобы грел получше, или саму палатку.

 

Казалось, что в этой просьбе было нечто иное, но Викториа не стала об этом думать. Она и так слишком много думала этой ночью, а ведь нужно было и честь знать. Перевернувшись на бок и сложив руки под щекой, как привыкла с детства, магесса заснула, надеясь, что следующий трактир будет куда более уютным...

[Thinvesil]

Лагерь

 

Я иду сквозь ночь и лес извилистыми тропами и вслушиваюсь в каждый шорох. Напрасный труд — Консул учует раньше и больше. Но я не привыкла сачковать и филонить. Беспечность — не тот навык, который поощряется в нашем обществе. Зимний лес дышит холодом, но подбитый мехом плащ согревает даже такую северную неженку, как я. 

 

Я прочесываю окрестности лагеря, чтобы убедиться, что здесь нет никаких сюрпризов. Уже третий раз с того времени, как мы встали здесь, чтобы ждать остальных. Сюрпризов пока что нет, хотя это не значит, что через час никто к нам не подберется. Но ты ведь учуешь, да, дружище? Я мягко треплю мабари за ухом, и мы продолжаем обход. По пути я высматриваю в темноте подходящие бревна. Я нарочно не пользуюсь магическим огоньком. Слишком близко к лагерю. Слишком опасно использовать свет в дикой местности. Да, рядом все будет хорошо видно, но за кругом света становишься совсем слепым. И хорошей мишенью для того, кто таится во тьме. Поэтому я вглядываюсь в очертания деревьев и поваленных веток привыкшими к ночи глазами.

 

Пара толстых тяжелых веток уже покоится в моих руках, но хорошо бы найти что-нибудь более основательное и достаточно длинное, чтобы не приходилось возиться с подпиткой костра. Если костер погаснет, я замерзну даже в теплом спальнике. Я не стала ставить палатку. Не здесь. Слишком близко к людным дорогам, слишком она выделялась бы среди остальных. Я не хочу выделяться. Это работало в плюс, когда я наемничала одна — знак для других, что я достаточно хороший исполнитель, чтобы позволить потратить гонорар на такие вещи. Теперь это может привлечь ненужное внимание и выделить из толпы. Дождусь, когда заберемся подальше в глушь. Как там называлась та деревенька? Ивуар? И еще Руссильон. 

 

Я иду сквозь ночной лес, вдыхая ночные шорохи, чувствуя кожей запах прелой подмерзлой листвы. Я прошла уже почти половину круга, когда мне в ладонь утыкается влажный нос. Это наш условный знак, что кто-то приближается, когда не нужно шуметь. Я смотрю на Консула, но он совершенно спокоен. Значит, кто-то из своих. Мы останавливаемся в ожидании.

[Ettra]

Лагерь

 

Адалин держалась не далеко от лагеря, вдоль полосы деревьев. Она не заходила в лес глубже, чем на пару метров, держа в поле зрения яркий огонь костра, указывающий путь назад. Искать в лесу ориентиры и читать следы она не умела. Все деревья и кусты выглядели для нее одинаково: черно-серые, топорщащие голые кривые ветки в разные стороны. Разве что сосну от березы она могла отличить, но едва ли это поможет отыскать дорогу, если она потеряется. 

Она подняла одну из веток с пожухлой листвы и покрутила в пальцах. Вроде бы сухая. Уже набралась небольшая охапка — Адалин брала все, что по ее мнению может гореть. Возможно, тут были какие-то правила, которые знали опытные путешественники, но живя в городе, она просто покупала дрова для растопки печи. 

Каждый шаг сопровождался шумом. Треском, шелестом, скрипом. Это нервировало. Адалин привыкла быть тихой, совершенно незаметной. Мягкая подошва ее ботинок не цокала на мостовой, смягчая шаги, но совершенно не помогала идти по опавшим листьям, шуршащим не только от ее движений, но и от ветра. Хрустели веточки под ногами, за пряжки цеплялись низкие кусты, царапая ткань и кожу. Лес, как и город, не умолкал даже ночью, но городским звукам, каждому из них, Адалин могла дать названия и определить источник. В лесу ей приходилось оставаться вдвойне настороже. 

Чуть впереди, возле одной из сосен шевельнулась тень. Адалин схватилась за метательный нож прежде, чем успела приглядеться. Тень на самом деле состояла из двух фигур — приземистой и широкой собачьей и второй, женской.

— А. Эльса, — сказала она, вернув нож в крепление на корсете и потеряла к ней интерес, подобрав с земли еще одну ветку.

[Thinvesil]

Лагерь

 

Чуть впереди, возле одной из сосен шевельнулась тень. Адалин схватилась за метательный нож прежде, чем успела приглядеться. Тень на самом деле состояла из двух фигур — приземистой и широкой собачьей и второй, женской.

— А. Эльса, — сказала она, вернув нож в крепление на корсете и потеряла к ней интерес, подобрав с земли еще одну ветку.

 

— Привет, Адалин. — по голосу и долговязой фигуре ту узнать было не трудно, несмотря на темень. 

 

Она подошла ближе, оценивающе окинула взглядом охапку веток в руках. Неплохо, но это все быстро сгорит, на ночь не хватит. А вот для растопки костра — самое то.

 

— Решила затеять свой костер, с порочной благодатью и куртизанками? — пошутила альтус, высказав догадку.

[Ettra]

Лагерь

 

— Решила затеять свой костер, с порочной благодатью и куртизанками? — пошутила альтус, высказав догадку.

 

— Вроде того. Большой костер занят.

Адалин глянула на охапку дров в руках Эльсы — крепкие, толстые деревяшки, едва ли не с запястье толщиной. Ну да, такие, наверное, сильнее и дольше горят.

Приметив у поваленного дерева ветку побольше, Адалин дернула ее на себя и за веткой потянулся ком запревшей листвы. Ветка оказалась слишком длинной, такую только волочить за собой. Похоже, как раз для этого сгодился бы топор. Но топора у нее не было, и потому она, отложив свои "дрова" в сторону, наступила на деревяшку и еще раз потянула на себя, надеясь переломить надвое.

Не вышло.

[Thinvesil]

Лагерь

 

Но топора у нее не было, и потому она, отложив свои "дрова" в сторону, наступила на деревяшку и еще раз потянула на себя, надеясь переломить надвое.

Не вышло.

 

— Давай покажу, как надо. — положив свою ношу на землю, Эльса взяла у Адалин край ветки, приподняла чуть наискось, и, примерившись, резко опустила ногу на нужное место. — Нужно не тянуть, а переламывать ее. Рукой только придерживаешь. 

 

Дерево кракнуло, и ветка надломилась. В пару ударов альтус завершила дело, вручая добычу Адалин. 

 

— Можно вместе пройтись, если хочешь, — предложила она. — Ты свое высматриваешь, я свое. Хочу набрать чего покрепче, чтобы не пришлось слишком часто подкладывать в огонь. 

 

Кунсей сторожил оставленные ветки, и Алисия ласково погладила пса перед тем, как забрать их.

[Ettra]

Лагерь

 

Адалин внимательно посмотрела на то, как Эльса управилась с веткой и кивнула. Отыскав похожую ветку, но поменьше, она проделала все тоже самое, что ферелденка. Получилось на удивление легко. 

 

— Можно вместе пройтись, если хочешь, — предложила она. — Ты свое высматриваешь, я свое. Хочу набрать чего покрепче, чтобы не пришлось слишком часто подкладывать в огонь. 

 

— Ладно, — согласилась Адалин, поглядев на Эльсу. Она, похоже, чувствовала себя в лесу вполне комфортно и разбиралась в том, что делала. — Часто ночуешь на природе?

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Ладно, — согласилась Адалин, поглядев на Эльсу. Она, похоже, чувствовала себя в лесу вполне комфортно и разбиралась в том, что делала. — Часто ночуешь на природе?

 

— Да не особо. — Эльса пожала плечами и продолжила путь уже вместе с Адалин, высматривая подходящие ей ветки. — Так-то по контрактам в основном по городам мотаюсь. Ночевать в лесах всяких нечасто приходится. А вот в детстве, до наемничества, с родителями выбирались. Немного даже скучаю по тем временам.

 

Алисия грустно вздохнула, вспомнив о том, как давно она не виделась с семьей. Никогда еще ей не приходилось расставаться так надолго. Но возвращаться было нельзя. Особенно, сейчас, когда нарисовалось нечто многообещающее в отношении ее поисков. 

 

Пару веток помельче она пропустила, уступив их Адалин, а вот поваленным толстенным бревном, на котором можно было даже сидеть при желании, заинтересовалась. Обстучала его, присела, изучила состояние. После дождей немного сыровато, но само по себе еще хорошее, не прелое. Сгодится.

 

— Во, то что надо, — обрадовалась наемница. — Заберешь себе мои ветки? Я вот эту дуру до лагеря хочу затащить. Самое оно на ночевку.

[Ettra]

Лагерь

 

— Во, то что надо, — обрадовалась наемница. — Заберешь себе мои ветки? Я вот эту дуру до лагеря хочу затащить. Самое оно на ночевку.

 

"А пес не может?"

 

Громадный мабари семенил рядом, вращая не менее громадной головой в разные стороны. Такая туша не то, что ветки, а целое дерево утащит, если привязать покрепче. Но, пожалуй, даже в его пасть не влезет вся охапка.

 

Переложив свои веточки поудобнее, Адалин взяла ношу Эльсы. Командная работа! Не известно, куда занесет отряд дальше. Может статься так, что им с ферелденкой придется работать в паре. Не хотелось бы портить отношения, как с Ринн. Та глупая выходка все еще тяготила Адалин. Лучше уж молчать и соглашаться.

 

— Зачем тебе эта дура? — Адалин кивком указала на бревно. — Есть топор? Или сидеть?

Изменено 22 июня, 2021 пользователем Aloija

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Зачем тебе эта дура? — Адалин кивком указала на бревно. — Есть топор? Или сидеть?

 

— Не-е. В костер, — чуть натужно ответила Эльса, взваливая бревно на плечо. Проверила баланс. Если идти аккуратно и не цепляться за ветки, нормально донести можно. Тем более, что до лагеря отсюда было рукой подать. — Топором махать — только зря терять время и силы. Суну одним концом, как прогорит — подвину дальше на не прогоревший участок. Зато такой толщины надолго хватит, не придется каждые четверть часа новые ветки подбрасывать. — Перехватив бревно поудобнее, Эльса посмотрела на Адалин. Похоже, та в таких делах опыта не имела. — Для того, чтобы более-менее нормально отоспаться у костра, самое оно. Пойдем в лагерь, пока я тут плечо не натерла. Скину эту хрень и продолжим обход. Мы с Кунсеем еще не весь периметр прошли. 

 

Воительница улыбнулась мабарику, и тот завилял хвостиком. 

[Ettra]

Лагерь

 

— Пойдем в лагерь, пока я тут плечо не натерла. Скину эту хрень и продолжим обход. Мы с Кунсеем еще не весь периметр прошли. 

 

За то время, что она ходила по окрестностям, Виктория уже ушла спать и у костра остался один Руфус. Котелок уже сняли и теперь можно было использовать огонь для приготовления отвара. Пламя горело почти так же мощно, как и прежде и Адалин решила не рисковать.

Отыскав небольшой участок голой земли возле своей палатки, она скинула туда ветки и принялась сооружать что-то наподобие шалашика. Как и с установкой палатки, она знала, что делать, но только в теории. Зря она не училась базовым навыкам путешественника. Привыкла к городам, считала, что не окажется ночью посреди леса и ничего, с палаткой, и что не придется самой заботиться о ночлеге. 

Эльса, скинувшая бревно, стояла неподалеку, посматривая на попытки Адалин справиться с укладкой костра. Адалин не любила, когда смотрят под руку, но старалась не обращать на нее внимание. Смотрит и ладно, главное не мешает.

Соорудив что-то сносное, она подожгла одну из веток и, держа на вытянутой руке, попыталась разжечь костер. Язычок огня облизнул дерево, мигнул и погас.

[Thinvesil]

Лагерь

 

Эльса, скинувшая бревно, стояла неподалеку, посматривая на попытки Адалин справиться с укладкой костра. Адалин не любила, когда смотрят под руку, но старалась не обращать на нее внимание. Смотрит и ладно, главное не мешает.

Соорудив что-то сносное, она подожгла одну из веток и, держа на вытянутой руке, попыталась разжечь костер. Язычок огня облизнул дерево, мигнул и погас.

 

— Помочь? — Руфус поднялся и взял в руку свой посох.

 

Явно пытался облегчить жизнь сопорати. Эльса сочла за благо вмешаться и пресечь благородный порыв.

 

— Ты про магию-шмагию? — уточнила воительница. — Лучше в другой раз, когда времени не будет. Я сейчас покажу, как своими силами обходиться. Но за предложение спасибо.

 

Улыбнувшись магу, который пожал плечами и сел обратно, девушка подошла к Адалин ближе.

 

— Ты растопку-то сделала? Давай, покажу, как костер с нуля разжигать, — предложила она, присаживаясь на корточки. — Не всегда рядом будет второй костер, чтобы от него поджечь ветку и прочее. А тебе мало ли где еще эта наука сгодится.

[Ettra]

Лагерь

 

— Помочь? — Руфус поднялся и взял в руку свой посох.

— Ты растопку-то сделала? Давай, покажу, как костер с нуля разжигать, — предложила она, присаживаясь на корточки. — Не всегда рядом будет второй костер, чтобы от него поджечь ветку и прочее. А тебе мало ли где еще эта наука сгодится.

 

На мгновение Адалин даже пожалела, что не маг. Развести костер, высушить волосы, залечить раны — один взмах руки и готово, жизнь стала немного проще и приятнее. Но Эльса была права, нужно научиться обходиться своими силами.

— Растопку? Сухую траву например? Под низ,  — догадалась Адалин. Она совершенно забыла об этом этапе. Не удивительно, последний раз ей приходилось сидеть у костра год назад, если не больше. Да и тот разводили караванщики, к которым она напросилась в попутчики на пару дней дороги. — Покажи.

Она отодвинулась от несостоявшегося костра, освободив место для ферелденки.

[Thinvesil]

Лагерь

 

— Растопку? Сухую траву например? Под низ,  — догадалась Адалин. Она совершенно забыла об этом этапе. Не удивительно, последний раз ей приходилось сидеть у костра год назад, если не больше. Да и тот разводили караванщики, к которым она напросилась в попутчики на пару дней дороги. — Покажи.

 

— Не, трава будет чадить и дыметь, а огня не даст. Лучше хвою какую-нибудь, сухую ветошь, и все в таком духе. Или делаешь вот так, — отыскав из кучи ветку посуше и шершавой облущенной берестой, Эльса ножом содрала кору и стала укладывать из нее что-то вроде небольшого колодца. — Теперь берем совсем маленькие веточки и ставим их так же, как ты поставила те, что побольше. Вокруг растопки, но не закрывая к ней доступ. — выложив шалашиком прутики, воительница достала из сумки огниво и примерилась. — Теперь чиркаем пиритом так, чтобы поджечь растопку. Не веточки. Они от растопки огнем займутся. Вот так. — пара резких ударов камнем по металлу — и на растопку посыпался целый сноп искр. Береста загорелась, маленькие огоньки потянулись ввысь, облизывая положенные сверху редкие прутики. Девушка слегка подула, расширяя огонь на соседние. — Теперь подождать, когда они займутся огнем, и ставить веточки покрупнее. А потом еще. Самое главное — не закидывать сразу и не мешать свободному доступу воздуха. Без воздуха пламя задохнется и погаснет. 

 

Огонек постепенно разгорался. Ферелденка отламывала от больших веток помельче и укладывала их. Спокойно и без спешки, давая время загореться одной за другой. Вскоре уже можно было пускать в ход сучья и хворост обычных размеров.

 

— Только следи, чтобы растопка и топливо мелкое сухими были, — добавила она последний совет, поднимаясь. Сама Алисия потратила немало времени и попыток, чтобы тайно научиться разводить костер, как заправская сопорати-путешественница, но зато теперь вполне могла обойтись и без магии в случае надобности. — Иначе не разгорится и будет чадить. Вот если костер уже сам по себе живой и большой, можно в него слегка подсыревшее — оно успеет подсохнуть, пока вокруг все горит.