Dragon Age: Иллюзия полета

[Perfect Stranger]

 

 

 

 

 

Спойлер

Несколькими неделями ранее
Антива, Риалто

 

Подвальное помещение, выбранное не случайно для подобных встреч, не имело окон и было освещено всего лишь несколькими тусклыми свечами, расставленными на столе, и парой медных канделябров на стенах. Агент Уильям Холт, человек среднего роста, среднего возраста, и средней по всем параметрам внешности тоже был выбран далеко не случайно. Таких людей мало кто запомнит, увидев раз-другой на улице, даже в глухой деревне; таких людей просто упускают из внимания, скользя по ним взглядом и совершенно не догадываясь, чем они на самом деле занимаются. Ни одеждой, ни какими-то приметами Холт не выделялся среди обычных жителей Ферелдена, а ныне и всей Империи. Стоя прямо перед широким дубовым столом, покрытом тонкой белой скатертью, со сложенными за спиной руками, он смотрел на своих собеседников спокойным взглядом то ли серых, то ли голубоватых глаз.

 

Еще трое людей в комнате выглядели гораздо более примечательно. Одетые в длинные, бесформенные темные одежды, с металлическими масками на лицах, они могли оказаться кем угодно — Торговыми Принцами, нищими с улиц Риалто, капитанами кораблей, каждое утро и вечер останавливающихся в самом крупном порту Антивы, проститутками в элитных борделях или наемниками с большой дороги. Сейчас все это, впрочем, не имело абсолютно никакого значения. Сейчас они были теми, кто руководил Сопротивлением, и теми, кто должен был выдать миссию огромной важности одному из своих самых доверенных агентов-организаторов.
Стопка бумаг лежала на скатерти, желтизной выделяясь на белой ткани и словно прожигая любого, кто взглянет на нее, ярко-черными чернилами строчек убористого текста. К каждой бумаге был приложен небольшой портрет углем. Холт уже просмотрел выданные ему досье, и хотя несколько из предложенных на это задание человек вызвали у него вопросы, он не стал их озвучивать прямо сейчас. В конце концов, не ему было решать, кто подойдет на подобное задание лучше всего.

 

— Что касается этой девушки, — один из людей в маске, чей голос был несколько искажен то ли из-за металла, эхом разбивающего звук на осколки, то ли благодаря магическому воздействию, сказать было трудно, но вроде бы говорил мужчина. Он приподнял верхнее досье за край рукой в черной перчатке, словно трогал ядовитую змею. — Ни при каких условиях не допускайте ее смерти. Она пригодится нам даже в том случае, если замыслит предательство. Старшая дочь Верховного Жреца — то, что мы можем использовать против него в крайнем случае.

 

— Какие допустимы меры воздействия? — спросил агент, мазнув взглядом по угольному портрету. Над ним кривоватыми буквами было выведено «Д. Авгур». Девушка показалась ему достаточно симпатичной, однако зная ее возраст, он подумал о том, что от нее можно было бы ожидать чего-то крайне глупого и необдуманного.

 

— Не лишать жизни и не оставлять серьезных ранений, не поддающихся лечению. Все остальное на ваше усмотрение, агент Холт. Также обратите внимание на госпожу Максиан. В том же ключе.

 

Он кивнул, аккуратно собрав стопку бумаг и выровняв ее по краям. Тот факт, что этим юным особам вряд ли было известно о планах на них Сопротивления, не слишком волновал его. Моральные терзания по поводу лжи и возможного использования живых людей как инструментов давно покинули сердце агента Холта, по крайней мере, на время выполнения задания. В одиночестве, когда не нужно было думать о работе, он иногда обращался с молитвой к Пророчице, находя в этом некое утешение, однако смирение с тем, что и как придется делать, стало частью Уильяма еще до того, как ему стукнуло двадцать. Вес тех грехов, что накапливался за десятилетия работы с Сопротивлением, уже не так давил на плечи, как раньше, став чем-то вроде привычного веса рюкзака со снаряжением в дальнем походе. В конце концов, ради спасения мира и сама Андрасте когда-то начала Священный Поход против еретической Древней Империи, и наверняка ее тоже не делало счастливой то, что под ее командованием погибали ни в чем не повинные люди. Иногда нужно было сделать то, за что лишь позже, много лет спустя, придется отвечать перед Создателем.

 

Сунув стопку в напоясную сумку, предварительно свернув пергамент в толстую трубку, мужчина снова сложил руки за спиной, встав ровно и прямо перед своими командирами.

 

— Насчет остальных мы полагаемся на ваше суждение. Если кто-то из них окажется неподходящим для выполения миссии с вашей точки зрения, у вас есть разрешение на их устранение. Если кто-то из них решит сбежать — у вас есть разрешение на их устранение. Любой ценой не допустите утечки информации об этом задании к имперцам. Это понятно?

 

— Абсолютно. Утечки не будет, — эхом отозвался ровный голос Холта. — Что-то еще?

 

— Есть кое-что, — прозвучал женский голос, впрочем, тоже искаженный до неузнаваемости, и одна из фигур приблизилась к столу, оперевшись на него ладонью. — После того, как вы обнаружите и захватите цель, отправьте доклад о результатах через наши обычные каналы. После этого ждите три дня. Вам поступит новое распоряжение о том, что делать с целью. Ищите ее, пока не найдете, слышите? Либо саму цель, либо ее мертвое тело, либо точную информацию о том, что она захвачена силами Империи. В зависимости от того, что именно вы обнаружите, мы разработаем новые приказы.

 

— Понял, — кивнул Уильям. Он ожидал чего-то подобного. В таких случаях, когда конечный результат задания был заранее не известен, он часто получал дополнительные сведения посреди миссии о том, что делать дальше.

 

— Корабль под названием «Стрела Халамширала» ждет вас в порту завтра утром, ровно в пять. Не опоздайте. На нем вы доберетесь до порта в Вал-Шевине, оттуда на перекладных езжайте в Монтсиммар. Наши люди сообщат членам отряда о том, что встреча произойдет там. Далее вы знаете, что делать. Пусть Адалин найдет их и скоординирует, — сказал третий присутствующий на встрече, голос его звучал несколько иначе, словно говорит глубокий старик. — Деньги на первое время вы получите, затем проверяйте наши обычные схроны, возможно, мы сможем вам помочь, но особо не рассчитывайте на них. Поддерживайте легенду наемников. Это даст вам возможность самим получать ресурсы.

 

Кивнув и дождавшись разрешения отправиться в дом, дожидаться утра, агент Холт сделал три шага назад, поклонился коротким кивком, развернулся и покинул подвал. Через несколько часов это помещение снова станет покинутым и пустым, все следы пребывания в нем людей будут уничтожены, а стол и канделябры вынесены и отправлены в другое место. Причин для этого было много, но основной послужило уничтожение ячейки Сопротивления в Минратосе более двадцати лет назад. Тогда, как помнил Уильям, в ряды руководства организации проник шпион от фанатиков, называвших себя «Орденом Пламенного Обета». Вскоре именно они совершили отчаянную атаку на столицу и почти добрались до дворца Верховного Жреца, но были остановлены. К несчастью для Сопротивления, именно эта атака послужила отличным поводом для Империи ужесточить свои законы и утроить усилия в преследовании инакомыслящих. Крауфорд стал едва ли не народным героем, множество простых горожан были обязаны ему жизнью. Работа Сопротивления заметно замедлилась. Теперь им приходилось прилагать огромные усилия для того, чтобы Тайная Служба не нашла их — но за последние годы они достигли успехов, пусть и не свергли пока что закрепившихся во власти дракона и его марионетку.
Скоро, сказал себе Уильям, шагая по сумеречным улицам вечернего Риалто по направлению к дому, в котором он остановился на несколько дней. Скоро все закончится. Столько лет работы, столько лет принятия тяжелых моральных выборов, многие из которых до сих пор шрамами оставались где-то внутри, и тянущая боль иногда возвращалась, заставляя лежать с открытыми глазами по ночам — все это должно было окупиться. Он безоговорочно доверял начальству, зная, что они не станут лгать о своих целях, даже если лгали о методах. Холта использовали точно так же, как и самых незначительных информаторов и наемников, но он не был против этого. Он понимал, что то, что находится на кону, оправдывает любые жертвы, любые решения. На их плечах лежала ответственность не только за благополучие целого континента, но и за спасение душ каждого живущего на нем человека, эльфа, гнома, любого живого существа. Истинное испытание для детей Создателя было именно в этой борьбе, а не в донесении Песни Света — теперь Холт понимал это, зная, каким наивным был ранее, как наивна была старая Церковь. Век Дракона получил свое название, когда жрицы полагали, будто возвращение казавшихся вымершими существ станет самой большой проблемой их времени.

 

Они не могли ошибиться сильнее. Истинная угроза сейчас управляла Тедасом, практически сметая любое сопротивление и уничтожая тех, кто пытался воспротивиться ей даже в мыслях.

 

Холту оставалось лишь ждать утра, когда в предрассветной дымке он отправится к порту и поднимется на борт корабля, направляющегося с товарами в Вал-Шевин. Капитан был человеком, верным Сопротивлению, и не задавал лишних вопросов. Вполне вероятно, что увесистый кошель с золотом, переданный ему накануне, сыграл некую роль в его желании оставаться верным им человеком, но Уильяму до этого дела было мало. Он должен был добраться до Орлея и после этого приступить к сбору новых агентов для своего отряда. Остальное было за пределами его ответственности. Он привык работать именно так, как и другие организаторы остальных ячеек Сопротивления. Чем меньше знает кто-то один, тем меньше вероятности, что его поимка разрушит всю структуру. Поэтому вопросы он не задавал.

 

 

14 Первопада, 9:88 года Века Дракона
Провинция Орлей, Монтсиммар

 

В это время года Орлей был действительно красив. По пути к столице Холту удалось сполна насладиться осенними пейзажами, мелькающими по обе стороны тракта, пока он неспешно ехал на перекладных лошадях от одного придорожного поста к другому, порою останавливаясь на постоялом дворе на несколько часов сна в настоящей кровати, прежде чем снова продолжить свой путь. Правду все же говорили о том, что истинному гонцу требуется не только золотая голова, но и железная задница. К концу своего путешествия Уильям чувствовал, что сесть нормально, не кривясь от боли, сможет лишь через пару дней, а на седло смотреть без отвращения и того дольше. Сама столица тоже не пустовала. Осенние распродажи, ярмарки и гуляния перед наступлением зимы были в самом разгаре, отчего город казался набитым битком самыми разными путниками из всех уголков Империи.

 

Это было на руку Уильяму, и он полагал, что толкучка на улицах и площадях, полные постояльцев трактиры и постоянная текучка прибывающих и уезжающих людей спрячут их от нежелательных наблюдателей. На въезде за стены он заметил нескольких белых плащей, а также потрошителей из Кровавого Легиона, что было довольно-таки обычным делом для столицы, но что-то подсказало агенту, что в этот раз стоит держать ухо востро. Не то чтобы раньше он вел себя легкомысленно, но шестым чувством он ощутил, что в городе что-то происходит. Осторожно, стараясь не выдать своего беспокойства, мужчина направил лошадь к стражникам, проверяющим всех прибывающих в столицу и спокойно объяснил им, что приехал купить на распродаже редкие товары из Антивы для своей семьи, поучаствовать в гуляниях и отдохнуть от жизни в скучном и сером Ферелдене. После короткого разговора его пропустили за стены, и он оставил лошадь у трактира «Счастливый наг», заплатив конюшему за хороший уход за животным. Конь принадлежал не ему, так что возвращаться за ним Уильям не планировал. Ему пришла в голову идея попробовать сторговаться с продавцом лошадей на рынке и приобрести средство передвижения, поскольку он прекрасно знал, что задерживаться в столице слишком надолго будет плохой идеей, но как оказалось, он потратил основной запас своего жалованья на дорогу. Остановившись в недорогой таверне, Холт отправил сообщение почтовым вороном, переоделся в чистое, помывшись в бадье, и отправился пройтись по центру столицы. Времени у него было достаточно, чтобы дождаться ответа от своих основных информаторов в Монтсиммаре, навестить нескольких знакомых, засветиться на рынке, чтобы не вызывать подозрений стражи, и отдохнуть перед встречей с отрядом. О них мужчина знал гораздо больше, чем они о нем, за исключением, пожалуй, только Адалин, но это было поправимо и, что важнее, необходимо.

 

Вечерний Монтсиммар встретил его привычным шумом большого города. Остановившись на мгновение у входа в трактир, Уильям пригладил растрепавшиеся было ветром волосы, вдохнул полной грудью запахи, доносимые до него от кухни и рыночной площади — коричные палочки, пекущийся свежий яблочный пирог, запеченные на огне кусочки свинины со специями и острый запах свежей рыбы — и быстро зашагал по направлению к рынку. Бумаги он предусмотрительно сжег, запомнив все досье наизусть, как и лица тех, кто должен был встретиться с ним на следующий вечер на Арене Монтсиммара.

 

Хранить любую ценную информацию Холт давно привык в собственной голове. Так было лучше. Вскоре этому ему предстояло научить и своих подопечных.

 

 

 

 

 

 

 

 

Спойлер

В Ивуаре не так уж много лавок и купцов, но кое-какими припасами разжиться все же можно. У каждого купца 3d4 золотых в наличии (сумма обновляется каждый игровой день).

 

Трактир "Пивная кружка", хозяйка Мари Морно:

 

Золото в наличии: 9 золотых монет

 

Паек на 1 день, не портящийся, включает флягу с чистой водой — 5 серебряных монет
Постой в таверне на 1 день, включает питание и комнату — 30 серебряных монет
Место в конюшне на 1 день, включает корм для лошади — 15 серебряных монет

Факел — 5 серебряных монет (снимает штрафы за темноту, расходуется)
Обычные предметы одежды — 5 серебряных монет
Приспособления для рыбалки (позволяет добывать рыбу в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Охотничьи силки (позволяет добывать мясо в диких местностях, требуется бросок на Ловкость) — 5 серебряных монет
Аптечка с полным набором первой помощи — 20 серебряных монет

 

Речная и озерная рыба (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за штуку
Мясо (еда, портится за 1 ролевой день) — 5 серебряных за фунт

Дешевое пиво — 10 серебряных монет, бутылка
Дешевая бормотуха — 25 серебряных монет, бутылка
Наваристый рыбный суп — 50 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день придает персонажу эффект «Умиротворенный»)
Острая мясная похлебка неизвестно из чего — 25 серебряных монет (скоропортящееся; на 1 реальный день может придать персонажу случайный эффект из «Сытый» или «Пищевое отравление»)

Хорошая еда — 15 серебряных монет

 

Ролевые предметы — от 5 серебряных монет до 1 золотого, в зависимости от типа предмета

Белые предметы можно купить за 1 золотой.

 

 

Эмилио Дюранте, торговец:

 

Золото в наличии: 7 золотых монет

 

Платье из плотной ткани (1) (легкая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты
Куртка из бараньей кожи (1) (средняя броня, +10 к здоровью) — 4 золотых монеты
Кольчужный доспех ополчения (1) (тяжелая броня, +1 к защите) — 4 золотых монеты
Чешуйчатый доспех с эмблемой Ивуара (1) (массинвая броня, +1 к Выносливости) — 4 золотых монеты

 

Посох странствующего чародея (1) (посох, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Сильверитовый топорик (1) (одноручное, +1 к Силе) — 3 золотых монеты
Кулачный щит с тигровым глазом (1) (щит, +1 к защите) — 2 золотые монеты
Большой молот с драконьей головой (1) (двуручное, +1 к попаданию) — 5 золотых монет
Короткий изогнутый меч (1) (кинжал, +1 к Мудрости) — 3 золотые монеты
Эльфийский лук (1) (стрелковое, +1 к попаданию) — 5 золотых монет

 

Зелье лечения (+25% здоровья) — 50 серебряных монет
Зелье великого лечения (+50% здоровья) — 1 золотая монета

Зелье лириума (маг может перебросить кубик на заклинание, используемое немедленно после употребления зелья, и выбрать лучшее число на кубике) — 2 золотых монеты

 

Экстракт корня смерти (следующая успешная атака оружием ближнего боя повысит попадание по этому противнику на +2 на 2 хода) — 4 золотых монеты
Экстракт беладонны (следующая успешная атака оружием ближнего боя понизит попадание этого врага на -2 на 2 хода) — 4 золотых монеты

 

 

В этой местности возможен бросок на Заработок, Воровство и Азартные Игры.

 

Ставка воровства: 1 золотая монета
Ставка казино: 3 золотых монеты
Ставка заработка: 1 золотая монета

 

В этой местности возможен бросок на рыбалку и охоту за пределами Ивуара (Ловкость).

 

1-5 — ничего не поймано

6-10 — получен 1 фунт мяса \ 1 рыба

11-15 — получено 2 фунта мяса \ 2 рыбы

16-20 — получено 3 фунта мяса \ 3 рыбы

 

 

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона

 

 

 

 

Текущие задания:

 

«О чем нельзя молчать» (проверить схрон Сопротивления) - Руфус + Викториа

 

Выполненные задания:

 

Спойлер

«В начале была таверна» (Луи спасен, Моро жив, 2 еретиков спасены, покинули город до приезда Пророка)

«Голоса в пустоте» (дух освобожден, Торниен жив) - Фел + Ринн

«Сказания прошлых лет» (амулет возвращен, Хаэслана покончила с собой, записи получены) - Адалин + Руфус

«Охота за призраками» (вещи собраны, статуя уничтожена, Алинбель спасена) - Доленгал + Эльса + Альваро

«Беглец» (найдены письмо и статуэтка, бой проигран) - Дамиан + Викториа

«Последний страж» (вартеррал убит, потрошители убиты) - главный квест локации
«Скотобойня» (заговорщики схвачены и переданы Бутчеру, бомба обезврежена) - Адалин + Альваро

«Старый друг лучше новых двух» (найденные артефакты отданы, получено 3 пропуска, Марсель убит) - Дамиан + Феликс + Вильгельм

«Утраченное сокровище Рогвира» (сверток найден, Рогвир завербован, молот получен) - Эльса + Руфус + Джакомо

«Вороново крыло» (тевинтерцы убиты, Дариус отпущен с Маавиш) - Ринн + Викториа

«Комната страха» (призрак освобожден, артефакт получен) - Руфус + Адалин + Вильгельм

«Город цепей» (сведения о ритуале получены, Оривент убит, Сейлон жив, Савир'Дал освобожден, меч найден) - общее задание

«Удар плети» (Реморий жив, Первая выкуплена, Вторая жива) - Адалин + Феликс

«Острее, чем лезвие меча» (Франсуа спасен, Косто выжил, семья Сципион спасена, поместье взорвано, информация получена) - Эльса + Дамиан
«Сонное царство» (Диан спасена, Анга сбежала, посох от Анги получен, перчатки отданы, вяз сожжен)

[Ettra]

7 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, дом Морелей, утро

Как всегда, Адалин проснулась затемно. Зимним утром сложно было понять время, но по внутренним ощущениям до рассвета было еще далеко. Провалявшись без толку еще с полчаса,  она наконец сдалась и, приведя себя в порядок, вышла из комнаты. 

За дверью Уилла было темно и тихо и Адалин понадеялась, что он спит, а не ушел среди ночи по делам. Ему все еще нужно было восстанавливаться и отдыхать. Викториа, Ринн и Феликс, похоже тоже еще спали, так что в зал Адалин спустилась в одиночестве. По крайней мере Мари уже суетилась на кухне, так что завтрак ждать не пришлось. 

Феликс спустился, когда Адалин почти покончила со своими оладьями и, пока он пытался взбодриться, заливая в себя кофе, рассказала ему об идее сегодняшней тренировки. Маг нашел это интересным и согласился поучаствовать, так что в дом Морель они отправились вдвоем. Будить остальных Адалин не решилась. Кто знает, сколько у отряда осталось спокойных дней в деревушке, пусть лучше отдыхают пока могут. Но все же подсунула под двери Ринн, Виктории и Уилла записки с приглашением присоединиться к тренировке.

Вскоре они с Феликсом были у дома Морель. Адалин теихонько отперла дверь и заглянула внутрь, надеясь что хотя бы Дамиан и Руфус уже встали.

Ответом ей был громкий заливистый лай и топот убегающих наверх когтистых лап — Кунсей, видимо, решил, что будет как вчера, и не стал церемониться. 

Разбуженный лаем Руфус сонно слез с печи и потянулся. На его лице застыло озадаченно выражение. Боль из груди ушла, но самое странное, в остальном он ощущал себя на удивление здоровым. Он аккуратно повёл плечами, затем сделал поворот в одну и другую сторону корпусом. Ничего. Едва ли сломанное ребро могло целиком зажить за ночь. Магия, не иначе. Вот только он сам ещё не успел поколдовать.

— Доброе утро, Адалин, Феликс, — поздоровался маг, набрасывая рубашку. — Располагайтесь, сейчас заварю чаю.

– Ох. Прости, – смутилась Адалин, глянув наверх. Со второго этажа все еще слышалась собачья возня. – Не хотела никого будить.

Мысленно сделав пометку больше не приходить так рано, она все же зашла в дом и села за стол на свое привычное место. 

– Как задание прошло? Все успешно?

— Да, всё прекрасно, — Руфус наполнил чайник и принялся загружать дрова в печь. — Ликвидировали группу уж очень злых дезертиров, добыли вещи и документы из схрона, встретил давнюю знакомую с сыном. Дама, которая когда-то пыталась меня на себе женить обманом, оказывается, была изгнана из рода и проживала здесь в Ивуаре. Растила ребенка одна, бедолага. Рад, что встретились. Впрочем, это все личное. Из не личного — никто о нашей связи с Сопротивлением не подозревает, вещи и письма отдали добровольно, считают нас кем-то вроде хороших друзей. Нужно помочь им добраться до Монсиммара, отвезу туда пару лошадей, если найдутся здесь. 

Пока Руфус рассказывал, он успел загрузить печь и поджечь магией дрова. На лестнице послышались шаги, и пару мгновений спустя к ним присоединились Эльса с Альваро в компании Кунсея.

— Удивительное дело, — громко, чтобы все слышали, произнес Руфус. — Ребро срослось за ночь, как новенькое. Чувствую себя полностью здоровым.

— Это Альваро, — небрежно ответила Эльса, влезая на лавку. — Я не сразу сообразила, разбудила его потом, попросила тебя подлечить. Только ты к тому времени уже дрых как сурок. 

— А, в таком случае, благодарю за лечение, — Руфус кивнул чародею. — И тебе тоже спасибо, Эльса, за перевязку. Вчера настолько вымотан был, что забыл поблагодарить.

— Говно вопрос, — Эльса сонно зевнула, прикрывая ладошкой рот. — Если ещё чё-то надо будет перевязать или сломать — обращайся.

Альваро сначала было вскинул бровь от такой нежданной истории о своих ночных приключениях, но быстро сообразил что к чему и кивнул Руфусу в ответ.

— Что, сегодня повторим? — спросил он уже у Адалин. В руках у него уже была приготовлена трость.

— Повторим что? — раздался сонноватый вопрос со стороны лестницы. Дамиан с не самым выспавшимся видом только спустился на первый этаж.

— Утренняя тренировка, Дамиан. Вчера поединки небольшие устраивали. И боевую игру одну пробовали, Эльса показывала.

— М-м, — лаконично ответил демонолог, направляясь к лавке у стола.

— Можно попробовать группами посражаться, — предложила Адалин, оглядывая собравшихся. Как раз выходило шесть человек, можно поделиться ровно. — Дуэли это конечно хорошо, но противники в очередь становиться не будут. Так что можно устроить три на три, почти как в реальном бою. Дамиан, ты будешь? А то ты никогда на тренировки не приходил...

Уже сидящий Дамиан призадумался. С одной стороны, большим желанием он не горел, но с другой почему бы и нет, хоть какое-то разнообразие для утренней рутины. Тем более, что вон встал ни свет ни заря, чем тут ещё заниматься?

— Ну давайте, — пожал он плечами. — Доспех нужен будет или всё налегке?

Эльса такое предложение могла лишь одобрить, телу явно не доставало движения в этой наёмнической рутине.

— Как поделимся? — тоже добавила она свой вопрос.

Она знала, как минимум, три способа распределять команды, каждый со своими достоинствами и недостатками. Первым было просто позволить участником сгруппироваться самим. Это позволяло оценить личные связи и предпочтения вкупе с образом мышления. Второй способ предполагал выделение конюмандиров отрядов, которые затем набирали бы себе участников сами. Здесь было преимущество в возможности грамотного подбора, но был и риск кому-то остаться наименее востребованным. И третий способ состоял в том, чтобы бросить жребий. Чистый хаос, но зато никому точно не будет обидно. Эльса безмятежно глядела на Адалин, ожидая ответа и готовая поддержать любую инициативу.

— Предлагаю жребий, — сказала Адалин, пожимая плечами. Жребий казался лучшим вариантом, ведь никогда не знаешь против кого придется сражаться в реальном бою и случайность добавит нужной сложности, особенно если в команде противника окажутся бойцы сильнее. Не то, чтобы Адалин считала кого-то бесполезным, но тот же Руфус был больше лекарем, самостоятельной боевой единицей. И если Эльса, и сама Адалин окажутся в одной команде под защитой Дамиана, противникам придется попотеть. — Для интереса, можно заново тянуть после каждого раунда. А если надоест или кто-то захочет что-то конкретное отработать, можно будет потом самим поделиться. Ну и давайте в полном снаряжении. И с магией. В, эээ... пределах разумного, да.

Эльса усмехнулась. Понимание о разумном у каждого было, конечно же, своё. 

— Договорились, — подытожил Руфус, расставляя на столе тарелки и чашки. — Тогда схожу в погреб за нашими запасами, перекусим и пойдём во двор. Заодно сделаю бумажки с номерами для жребия. 

Некоторое время спустя уже не такие сонные и голодные, в полной экипировке, Скорпионы отправились тренироваться — на сей раз в командах. В первой выпало быть Адалин, Руфусу и Альваро. Во второй, соответственно, остались Дамиан, Эльса с Кунсеем и Феликс.

После охоты Фел продал шкурки нагов — заработок был не очень большим. Дальше он немного повертел серебряную пряжку. Кто мог потерять её в такой глуши? Был ли это дворянин, который в пылу охоты не заметил, как вещица упала на землю? А может, у неё более тёмная сторона? Кто знает, может, разбойники напали на путника и затащили в чащу, где пряжка просто потерялась или что-то ещё в этом роде. Иногда вещица могла поведать историю, но не ему. После того как служанка сказала ему, куда идти за народной медициной, он отправился. Народная медицина была с сильным запахом, и чем сильнее запах, тем лучше — так поведала ему знахарка. Вот городские лекари ради денег всякие благовония добавляют, чтобы с людей деньги стрясти.

Дальше его ждал отдых, ужин и отчёт. После этого он отправился спать, а утром перечитал отчёт и пошёл вниз, где уже его ждала Адалин. Тренировка была в целом нормальной, и он пошёл за девушкой к дому Все собрались, и Руфус поведал им о  том, как прошло задание, которое дал им Холт . Фел хмыкнул, возможно, он и подумал про некоторые параллели между женщиной из рассказа ученого и своей матерью. Но как-то сейчас не хотелось лезть с расспросами, а между тем команда уже сформировалась.

От заклинания Феликса зрение Адалин на мгновение помутилось, а ноги подкосились и через мгновение она обнаружила, что припадает на одно колено и упирается рукой в землю. Вздохнув поглубже, чтобы разогнать туман в голове, Адалин поднялась и утерла саднящую губу тельной стороной перчатки. На коже появилось меленькое пятнышко крови, то ли Эльса то ли Дамиан задели ее в пылу битвы. 

Руфус и Альваро тоже были помяты. Жаль, что они проиграли и жаль, что Адалин так и не получилось вывести из игры Эльсу. Она почти достала наемницу, но в последний момент Дамиан прикрыл ее собой. 

— Еще раз? Заново тянем, — предложила Адалин.

Альваро, которого почти весь бой держали на такой дистанции, что он даже ослабленный огненный шар выпустить не мог, в конце концов оказался сбит с ног и под грядущей угрозой "добивания" поднял руки в сдающемся жесте. Порезы на запястье и колене, пара ушибов, покалывающий ожог на щеке — в принципе, ничего, что он не мог бы исправить сам.

— Непросто с вами рядом колдовать, — поднявшись на ноги, усмехнулся он и прошёлся по телу несложными исцеляющими чарами.

Дамиан, казалось, был вообще совершенно невредим. Он не призывал на тренировку демона и выполнял более прямолинейную роль, выступая щитом для своих и помехой для оппонентов. Это оказалось особенно полезным, когда он смог выиграть для Эльсы время и расстояние, отделив её от наседающей Адалин.

— Можно ещё, давайте, — пожал он плечами в ответ на предложение Адалин.

— Я не против, — флегматично ответила Эльса, поглаживая пса. Дурак поначалу не понял, от кого и зачем нужно её защищать, ведь здесь все свои, и в итоге половину боя путался под ногами в безудержном веселье, пока не сообразил, что от него требуется. 

Магесса же внешне выглядела бесстрастной, однако в глубине души пребывала в замешательстве. Она любила сражения, в том числе и тренировочные бои, она спокойно могла запустить магией в кого-то из братьев, зная, что те в состоянии себя защитить. Она могла, в конце концов, выполнять должное через не хочу и отделять лишние эмоции, чтобы они не мешали делу. Но после тренировок против Альваро ощущала себя непривычно не в своей тарелке. Кажется, она принимала необходимость его ранить слишком близко к сердцу. Тц. Что происходит то? И всё же она смогла не подать вида, что её что-то беспокоит.

По новому жребию команды разделились немного иначе: Дамиан, Руфус и Альваро против Феликса, Адалин и Эльсы. Заняв свои позиции, на счёт три Скорпионы вновь схлестнулись в подобии битвы. В этот раз, правда, всё решилось куда стремительнее. Дамиана не успел как следует занять нормальное оттесняющее положение, как Руфус уже выбыл из боя — Адалин и Феликс первым делом вывели его. Решив, что таким образом дух соперничества какой-то совсем унылый, демонолог быстро резанул запястье на специально отведённом для этого участке доспеха и призвал Истязание. Разумеется, не для прямого смертельного использования — ментальным приказом его обязали отвешивать пусть и неприятные, но всего лишь шлепки. Альваро тем временем, тоже успевший получить от Феликса и Адалин, успел обдать их самих и Алисию в придачу усмирённым огненным шаром. С целительными чарами у него не срослось — бдящие соперники не дали сотворить заклинание, а после этого поочереные атаки девушек вновь сбили его с ног. Дамиан, оставшийся с демоном против троих, попытался избавиться хотя бы от Адалин, но даже яростной серии демонических шлепков не хватило, чтобы вывести её из игры. Потом ей подсобил магией Феликс, она сама активировала чары со своего особого кинжала и, когда демону прописали достаточно неприятных оплеух, Дамиан отозвал его и дал сигнал стоп. Можно было ещё побороться, но шансов чего-то добиться у него уже не было никаких, разве что оценить как долго продержится, но становиться откровенной грушей для битья его как-то не прельщало.

— Хорош, — убедившись, что все остановились, он убрал оружие в ножны и повёл плечами. Немного досталось, но доспех принял почти весь вред на себя.

Альваро застал финал и наконец-то поднялся на ноги, снова прибегая к целительным чарам. Не самые безболезненные тренировки, но он не жаловался, сам вон слегка подпалил всех.

Алисия ободряюще улыбнулась магу. Его способность контролировать огонь настолько, чтобы не причинять на тренировке существенного вреда восхищала. Это навело девушку на одну мысль, как ещё Альваро мог бы применить свои таланты. Нет, даже две мысли! Хитро подмигнув чародею, девушка стряхнула с рукава невидимую пылинку.

— Есть предложение в следующий раз группироваться по функциям для отработки слаженности. Потом менять составы, но неизменно подбирать так, чтобы друг друга дополняли. И ещё предлагаю начинать с самых толстых вояк. Если мы будем каждый раз хлюпиков, целителей и боевых магов первых валить, мы так и не научимся взаимодействовать в сложных случаях. Враги не будут подстраиваться под нас и мы должны отрабатывать слаженность в тяжёлых условиях.

— Можно, — кивнула Адалин, потирая ушибленное плечо. — Но вообще, моя работа добраться до лучника или мага. А если не могу, значит плохо справляюсь. 

В этот раз Адалин удалось проскочить мимо Дамиана прежде чем он оттеснил группу от магов, и добраться до Руфуса. Ему она сделала подсечку уронив на землю, Альваро получил тычок в почку, который, если бы Адалин тыкала не навершием кинжала, был бы смертельным, а демона Дамиан отозвал, когда тот начал отшатываться от ударов. 

Конечно, это не настоящий бой. Будь настоящим, она бы не добралась до магов вовсе, а если бы и добралась, то после ее бы наверняка прикончил демон. Тварюга Дамиана приложила ее на удивление аккуратно, не задев когтями, но все равно ощутимо. Даже после исцеления от Феликса плечо немного зудело. 

— Спасибо, было вовремя, — Адалин сказала Фелу, обернувшись, и затем подошла к Руфусу, чтобы протянуть ему руку. Почему-то ей стало неловко перед магом. В прошлом раунде его тоже вывели в первую очередь. — Извини... Ты как?

— Благодарю, Адалин. Жить буду, — улыбнулся Руфус хватаясь за руку и поднимаясь. — Я согласен с направлением мыслей, но предлагаю подумать, какие можно отработать эффективные связки.

"Группироваться по функциям для отработки слаженности". Слова-то конечно по делу, но у Дамиана от них было ровно то же лицо, с которым он обычно сидел в академии на лекциях по какой-нибудь стихийной магии — до невозможности ровное и ничего не выражающее. Выработанная реакция на подобные изречения. Походу она где-то с собой таскает военные трактаты и штудирует пока никто не видит.

— Я не против, бейте меня первым, — в итоге пожал он плечами. В гуще боя, конечно, ему одному толпу врагов на себе не удержать никак и союзникам доставаться будет часто, но там команда вся и друг друга крыть всё же проще, чем защищать двух магов от двух воинов на мелком заднем дворе.

— Я тоже согласен, — высказался следом Альваро. — В большом бою у наших магов обычно больше места для разворота и шире передовая линия. Враг, конечно, нам безнаказанно заклинания пускать не даёт, но и мы не настолько уязвимы оказываемся.

Учитывая, как бодро Алисия выдала крайне продвинутую для восемнадцатилетней наёмницы-одиночки Эльсы мысль, он постарался своими словами оттянуть часть внимания с обсуждения и на себя, чтобы, может, впечатление слегка размазалось. Да, прикидываться простушкой для неё однозначно нетривиальная задача, хоть и занятно, что до сих пор никто это слишком явно не заметил.

– Тебя бить, только меч тупить, – хмыкнула Адалин. 

Жаль, что оба раза она была в команде против Дамиана. Было бы интересно попробовать работать, держа в уме прикрытие. Наступать и быстро уходить назад, зная что встречный удар упадет на щит воина. Это требует мышечной памяти и привычки, которой у нее не было. А еще доверия.

Вздохнув, она глянула на Дамиана. В его боевых навыках она и так не сомневалась – успела разглядеть и опыт, и выучку и то, что он скорее боец, чем маг. Этого бы и хватило, не будь он теперь командиром.

– На сегодня все? У вас дела наверное...

- - Для дальнейших отработок, скорее всего, нужен весь отряд, сказал он Да и кто знает, как в настоящем бою поведет себя враг. Но тренировки были полезны: он смог отработать пару приемов магии крови. Увы, на чучелах их вряд ли можно было так эффективно использовать. Маг крови бесполезен перед големами, демонами и всеми, кто не несет в себе кровь. Тут уже надо было полагаться на обычный магический арсенал. - Что же, вы все достойные противники, и я рад, что мы на одной стороне. По крайней мере до окончания миссии. Потом они разделятся по разным сторонам Тедаса. Во всяком случае, он надеялся, что от их миссии будет толк, а их не просто списало Сопротивление.

Когда все стали расходиться, Адалин нагнала Дамиана.

– У тебя есть минутка? Не покажешь мне... – Адалин запнулась и стушевалась. Наверное не стоило начинать разговор с ложных предлогов. – Не важно. Я просто хотела поговорить. Мы ведь, ну... почти не общались, хотя два месяца в одном отряде.

Дамиан одарил Адалин слегка удивлённым взглядом. Ишь ты кто проснулся. Сейчас его, кажется, будут пробивать на тему командирства.

– Минутка есть, – усмехнулся он и подметил возвращающихся в дом Скорпионов. Лучше бы без лишних ушей. На всякий случай. – Идём, прогуляемся.

Кивнув в сторону, он пошёл в обход дома в направлении улицы.

 

Изменено 21 июня пользователем Ettra

[BornToSeek]

7 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, Ивуар, утро

Адалин шла рядом, некоторое время молча, раздумывая с какой бы стороны подступиться. И только когда они вышли за ворота, одернула себя, заметив что начала жевать губу. 

— Ты звучал вполне уверенно. Вчера, на собрании. Был опыт? — спросила она, глянув на Дамиана.

Дамиан глянул на неё краем глаза.

— Опыт уверенного звучания? Был, — он даже не улыбнулся. — Опыт руководства, впрочем, тоже был. Может не такого уровня, как на нашей миссии, но я не вижу здесь ничего неподъёмного. По крайней мере пока откровенно палки в колёса ставить не начнут. Боишься, что блефую?

— Нет. Просто не понимаю, зачем тебе это нужно, — ответила Адалин тоже без улыбки, не пытаясь больше смягчать углы. — Ты как будто даже обрадовался.

— Одному не нравится то, другому это, "давайте это", "нет, вот это", уходить или идти вперёд, убивать или щадить. Пока на задания ходят пары — такое ещё друг с другом могут порешать, но когда мы собираемся в отряд, то каждый раз идёт раздрай. Тебя саму это не утомило? — придержав часть мысли, немного заранее поинтересовался Дамиан.

Адалин пожала плечами. Ее больше беспокоила безопасность миссии и риски для Сопротивления. Наверное, было лицемерно так думать, после того, как она дважды предала Сопротивление, а после этого снова рискнула всем, связавшись с Аквентусом. Самое горькое — Адалин не была уверена, что сможет поступить иначе, если этого потребует долг. 

Она сомневалась, что Дамиан будет учитывать интересы Сопротивления, но по крайней мере у него, казалось, не было личных привязанностей, как у нее самой. Или... Уилла. Или у Эльсы и Альваро. По крайней мере в этом он был лучшим выбором. 

— Я просто не хочу, чтобы все закончилось катастрофой.

Дамиан насмешливо фыркнул.

— Полагаешь, я могу довести до неё?

— Надеюсь нет, — ответила Адалин. Правда была в том, что она не знала. Дамиан выглядел компетентным, но иногда этого мало.

Какая лаконичная. Дамиан слегка сжал губы, глядя на неё снизу-вверх. Обычно когда разговор шёл вот так, это означало что собеседник говорить не очень-то и хочет. Очевидно, что за этими "просто не хочу" и "надеюсь нет" скрывается сомнение, но и прямо говорить об этом Адалин не рвётся, недостаточно борзая... или достаточно натренированная на молчание, хрен знает что там прививают сопротивленцы своим ручным убийцам.

— "Если достаточно долго сидеть на берегу реки, то можно увидеть, как мимо проплывет труп твоего врага", — процитировал демонолог невесть откуда услышанную цитату. — Только этим трупом рискуем оказаться мы, особенно если не будем пытаться минимизировать всякие разные риски где это возможно. Раздрай и хаос как раз могут привести нас к катастрофе в один роковой момент, поэтому у нас буду я — хрен, который может сказать что мы сейчас будем делать, чтобы у всех разом мысль в нужном направлении пошла. По крайней мере, так оно должно в теории работать, народ у нас довольно своенравный, в классическом стиле дела не поделаешь.

Он был уверен, что одних слов и разжевываний этой белокурой окажется мало, не тот типаж чтобы проникаться с одной мимоходной речи, но немного разжевать свою мысль всё равно посчитал важным.

— А ещё, если всё будет складываться неплохо какое-то время, я рассчитываю на какие-нибудь преференции. Пусть и незначительные. Небольшую надбавку к плате за счёт отряда, например. Или за счёт *вас*, — пожал он плечами. — Полагаю, что раз у нас спонсор появился, то что-то в справедливом вознаграждении у *вас* всё-таки понимают.

Адалин усмехнулась. Вот в желание получить побольше денег она верила охотно. Больше, чем в благородные мотивы. Впрочем, может благородство тут ни при чем, может, это просто выживание. Раздрай и хаос в группе утянут за собой всех, включая самого Дамиана. Если у него получится держать все под контролем... стоит дать ему шанс. А за интересами Сопротивления проследит Холт, как и говорил. И она сама.

– Слушай... Я не буду тебе мешать. Или саботировать, – пообещала Адалин. – Но у меня есть другая ответственность тоже. 

Она вздохнула. Снежная виверна. Десмонд. Если он близко, если их пути пересекутся, слово Дамиана, или кого угодно, кто мог бы оказаться на его месте. Она знала, что должна сделать.

Адалин мотнула головой и сфокусировала взгляд на Дамиане.

– Так что если возникнут проблемы по... той линии, это должно быть моим приоритетом.

"Например, если тебе скажут пустить нас в расход", — на лице демонолога промелькнула ухмылка.

— Да без проблем, — пожал он плечами. Проскочила мысль, что надо бы немного самому инициативу перехватить, а то до сих пор он словно оправдывался за своё решение. — А у тебя направление рабочее чисто по ликвидациям? Или ещё в чём-то работаешь?

Адалин оглянулась. На улице они были одни, в такое раннее утро большинство жителей только проснулись.

— Разведка, слежка, кражи, подлог, взлом, — ответила Адалин, решив не уточнять, что убийства — ее основная работа, по крайней мере последние годы, с тех пор как она перешла в ячейку Капелле. Красть она и вовсе умела почти столько, сколько себя помнила. В детстве не было выбора, кроме как научиться. — Все, где нужна скрытность и не нужен личный контакт.

"Разбой, поджог и обесчещивание", — пронеслось у Дамиана вдобавок в голове.

— Логично, — сворачивая к краю деревни, кивнул он. Напрашивался ещё один вопрос, который он уже обсуждал с Викторией и Эльсой. Не факт, что Адалин по нему разговорится, но почему бы и не попробовать. — А что ты вообще думаешь по нашей компании? По впечатлениям, по сильным и слабым сторонам. На фоне обычных наёмников, я бы сказал, мы выделяемся довольно сильно.

— Ну... Я почти не имела дел с обычными наемниками, — сказала Адалин, пожимая плечами. 

Вопрос не то, чтобы поставил ее в тупик, но заставил замолчать на некоторое время.

— Думаю, что Руфус и Ринн самые принципиальные. Ринн язык за зубами не держит и может брыкаться и саботировать. Ну, ты сам наверное видел. Мне кажется, если ее постоянно вынуждать делать то, что она не хочет, она в итоге свалит или что еще похуже. А Руфус... У него внутренний кодекс, что ли. Если он считает что-то правильным, он не отступит. — Адалин едва заметно нахмурилась. Этот внутренний стержень часто раздражал ее, как той ситуации с эльфийской ведьмой, но в то же время, не будь этого стержня, она бы не уважала Руфуса так сильно.

— Угу-м.

Занятно, в первую очередь вышли люди с принципами. Видимо, как наиболее потенциально проблемные. Трудно не согласиться, что с излишне крепкими на внутренний стержень бывает сложно, но обычно на таких находилась управа или обходной маневр. Про самых беспринципных, впрочем, спрашивать наёмник уже не торопился.

— А вообще, отправляясь на эту миссию, ты чего ожидала? — вбросил он другой вопрос. — Сильное расхождение с тем что по факту оказалось?

— Ничего конкретного на самом деле. Раньше я в больших командах не работала. А тут... меня назначили, так что пришлось. 

Адалин небрежно дернула плечами. Чего она точно не ожидала, так того, что хоть с кем-то сможет сблизиться. Наоборот, думала что отработает несколько месяцев и уйдет, забыв их имена и лица. Много чего она не ожидала. Но все это было личным. 

Дамиану об этом знать ни к чему, к миссии ее переживания отношения не имели. 

— Разве что... это будет быстрее и более насыщенно. Ну, знаешь, найдем зацепку, найдем цель, решим проблему. Убьем кого-нибудь по пути. Быстрая операция. А мы... ну, можно сказать действительно ведем жизнь наемников, — ответила Адалин. — А ты? Почему ты вообще в это ввязался?

Каков вопрос. Дамиан недолго думал, когда ему предложили это задание, и причин вписаться в него набиралось достаточно. Но надо поаккуратнее выбирать слова. Наверно, доброхотом большим прикидываться смысла мало, народ должен был уже почувствовать, что он не слишком чист, но и переусердствовать в другом направлении не надо.

— Потому что заплатят много. Чтобы Тевинтер свои амбиции по закошмариванию народа поумерил, раз уж я часть этого народа. В конце концов, потому что скука одолевает, — выложил он такие пункты. — Ходьба по острию клинка имеет свой шарм. Но ждал я немного иного, особенно по составу. По нему я такого вообще не ждал. Мы отряд не Скорпионы, а Белые Вороны. Понабрали и знать, и простаков, и магов, и неодарённых, и учёных, и... хм, дуболома откровенного не хватает, да. Даже Ринн не дура, хотя иногда может ей показаться. Коссита-берсерка нам добрать бы и полный комплект будет. Магов много. Столько рядом обычно не водится, даже несмотря на то что некоторые у нас в этом плане в глаза не бросаются. Но это и плюс, маги всегда хорошее подспорье. К слову о Ринн, — Дамиан снова краем взгляда поглядел на убийцу, — кроме неё и Руфуса по остальным мнений не завалялось? По себе уж спрашивать не буду, но по другим интересно.

Деньги. Конечно, как будто следовало ожидать иного. Мотивация не хуже прочих, если наемник имеет принципы и честь, но были ли они у Дамиана или он из тех, кто переметнется, если предложить лучшие условия? Доступа к досье Дамиана у нее не было, потому знать, какие отношения у него были с прошлыми нанимателями Адалин не могла. Но наверняка проверка при найме была тщательной. Едва ли руководство послало бы им неблагонадежного человека.

С другой стороны, они так же назначили ее на эту миссию. С весьма конкретными инструкциями.

Она потерла лоб и в который раз пожала плечами.

— Ну, Феликс... Исполнительный, способен применять магию крови в спорных ситуациях. Он прислушивается к другим, но в последнее время сдружился с Ринн, так что... — Адалин развела руками, вспомнив как совсем недавно Феликс спелся с Вильгельмом в Фамарнасе. — Альваро, хм... Хорошо подвешен язык, благороден, галантен и вообще рыцарь на белом коне, только маг. Я думаю, с ним проблем нет. Разве что... личные связи могут осложнить дело. Эльсы это тоже касается.

Адалин как никто другой знала боль привязанности и цену, которую приходится за нее платить. Тем удивительнее для нее было, что Эльса и Альваро так легко сошлись и так легко им было вместе. По крайней мере на поверхности. Ни груза прошлых ошибок, ни страха будущих. Они просто наслаждались моментом и друг другом. Адалин надеялась, что хотя бы для них ничего не изменится и никому из них не придется выбирать, как пришлось когда-то ей. Или Уиллу.

— С остальными я не ходила на задания. Эльса кажется неплохой. Образована в военном деле, это хорошо. Но как будто не хочет к этому внимание привлекать, замечал? И Викториа. Ей тяжело и непривычно в этой обстановке, но она старается. 

О том, что Викториа кажется куда более человечной, чем хочет показать Адалин решила не упоминать. Но та тевинтерка с которой они играли в снежки в лесу или обсуждали платья в тоннелях Фамарнаса была не ледяной и язвительной аристократкой, а почти обычной девушкой. 

Про Уилла она тоже не сказала. Он как будто бы и не был частью команды, всегда находился в стороне.

В целом ничего такого откровенного, но всё равно полезно. С прошлых раз уже появились упоминания связей между членами отряда. Неудивительно, во время шатаний по лесу они едва все были знакомы, сейчас же знали друг о друге куда больше, какие-то группы да выделились. Виктория тоже не загнулась с тех пор, видимо превозмогая из гордости. Интересно, как с Адалин работаться будет в паре. Он видел её на общих заданиях, но лично ещё не сталкивался.

"Это-то тебе интересно, как с бабой работаться будет? С каких это пор, Дамиан?" — стрельнула в голове мысль.

Ну почему сразу с бабой? Когда он об этом подумал, то размышление шло скорее в сторону разведки, убийств и прочих прикладных вещей, а не... прочего. Адалин из всех женщин отряда на женщину как будто походила меньше всего, разве нет?

Или может эта компания начинает на него плохо влиять.

— Что-то замечал, — смутно ответил он по последней оставшейся Эльсе. Он действительно *что-то* замечал, но разве именно нежелание привлекать внимание? С её словечками и формулировками оно, честно говоря, наоборот бросалось в глаза, кто так говорит-то вообще, но и на показуху тоже не слишком походило. Странно. — А какой тебе Эльса вообще кажется, порывистой или расчётливой? — вдруг решил докинуть он небольшой вопрос.

— Как будто импульсивной? На ватеррала пошла, в шахту полезла, эта дурацкая игра с тевинтерским магом, — Адалин дернула плечами. Если в этих действиях Эльсы и был расчет, то не очень понятно какой. Хладнокровным и просчитывающим каждый шаг человеком Эльса не выглядела. — Лучше ты скажи, ты с ней работал.

Дамиан ответил не сразу, несколько секунд идя со сжатыми губами. Он знал, что примерно о ней думает, но всё было настолько разным от момента к моменту, что однозначный ответ дать оказалось крайне сложно.

— Честно? Я понятия не имею, — усмехнулся он, придя к отсутствию вывода. — Раньше сказал бы, что порывистая, теперь не уверен. То есть, очевидно, бывает такое, что она делает вещи словно без задней мысли, на одном нутре, захотелось-сделала, но я видел и расчётливую сторону. Особенно на последней миссии с этим тевинтерским агентом. Как подобраться к нему с разговором, как ночью отвлечь, че делать при встрече на выезде, как на свою сторону переманить, всякое такое. То ли в ней уживаются оба варианта, то ли её порывы не такие уж порывистые. Демон его знает, короче.

И демон знает, что хуже — бездумные ходы или тщательно продуманные, но замаскированные под бездумные. Почему-то по коже прошли неприятные мурашки, но ничего такого демонолог пока не подумал.

Адалин остановилась и несколько секунд смотрела Дамиану в спину, пока к ней не вернулась способность говорить.

— Переманить... на свою сторону... тевинтерского агента? — переспросила она. Подробностей чужих заданий Адалин не знала, так что это было для нее новостью. — Надеюсь вы не...

— Холт в курсе, не забивай голову, — Дамиан отмахнулся от этого как от сущей мелочи. — Да и половина отряда тоже, тебя просто не было когда вопрос поднимался. Там такой план у Эльсы был, что, чую, действительно сработать должно было.

— Надеюсь... — Адалин все еще была не слишком уверена, что стоит это совсем выкинуть из головы. Но раз Холт не поднял тревогу и отряду не пришлось спешно срываться с места, можно по крайней мере не разводить панику. Но само присутствие во всеми забытой деревушке тевинтерского мага и агента уже было достаточно подозрительным. Нехорошее предчувствие, которое у Адалин появилось после встречи с Аквентусом на тракте только усилилось. 

Скорее бы уехать и оставить это все позади. 

— Ладно. Спасибо за разговор, — сказала Адалин, когда они вновь вышли к дому Морель, сделав круг по границе деревни.

Изменено 21 июня пользователем BornToSeek

[Thinvesil]

7 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, лес возле Ивуара, утро

После тренировки и завтрака Алисия с Консулом собрались и ушли в лес. Следопыт из неё был так себе: дома дичь выслеживали специально обученные люди с собаками, ей же доставалась роль почётного гостя с правом убить добычу. Сейчас условия были совершенно другими, и главную долю успеха тащил на себе Консул. Поэтому когда он вернулся с очередного витка разведки и показал, что выследил дичь, Алисия без пререканий последовала за ним в место, наиболее подходящее для засады. Убедившись, что девушка поняла задачу, мабари унесся прочь, чтобы обойти замеченную дичь кругом и погнать ее с другой стороны прямиком на засаду.

Она ждала зайца, косулю, ну, максимум, дикого кабанчика, поэтому донёсшийся вместе с лаем громкий треск веток и кустов на секунду вогнал её в ступор. “Что он там такое поймал?”, успела мельком изумиться Алисия, как на тропу примерно в полудесятке ярдов выскочил огромный лось. Даже не лось, а целый лосяра. Раскидистые рога размахом превышали размеры мабари, а ведь порода была крупнее обычных волкодавов! 

Когда первый шок прошёл, альтус действовала уже на инстинктах. Отбросила под ноги заготовленную сеть с грузиками, совершенно бесполезную против несущейся огромными прыжками туши, сняла с карабина копьё, и когда лось пронёсся мимо, изо всех сил замахнулась и метнула его. Попала. Животное лишь чуть вильнуло вбок и ускакало прочь с торчащим из тела оружием. Кунсей пробежал следом, продолжая гнать дичь. 

Алисия перевела дух, подобрала обронённую сеть и пошла по тропе следом. Вскоре она заметила на снегу небольшие красные следы — не слишком хороший знак, но может быть, ещё повезёт. “Вскрытие покажет”, вспомнилась ей присказка матери, когда альтус пошла по следу из крови. Дальше будет видно, насколько серьёзной оказалась рана.

След сходил с тропы и уходил в чащу. В другое время необходимость идти по следам из поломанных веток могла бы составить трудность, но сейчас на снегу следы чётко показывали, куда ушли звери. Спустя пару десятков шагов обнаружилось выпавшее из раны копьё. Алисия подобрала его, но прятать не стала — пошла дальше по следу. Теперь крови стало заметно больше, и девушка ободрилась — это был верный признак, что рана не пустячная. Но всё равно у лося ещё был шанс уйти. Мабари были выносливыми преследователями, но иногда особенности местности могли сыграть на руку везучему зверю. Этому не повезло. Кунсей встретил её победным лаем, стоя возле обессилевшего животного. Лось вяло вильнул копытами (кому-то неосторожному хватило бы и такого удара!), но она одним резким ударом копья оборвала его жизнь. 

— Ты большой молодец, — похвалила Алисия пса. Глядя на эту весьма довольную собой морду у неё не повернулся язык прокомментировать жёсткое мясо матёрого лося. — Вырежу куски помягче, ты тоже поешь, а остальное оставим тварям лесным. Пускай доедают.

Вот с разделкой у Алисии не было проблем, как с выслеживанием. Вероятно, наследственное. Упрятав мясо и почистив снегом кинжал, она подождала, когда Консул вдоволь наестся, и вместе отправились обратно в дом. 

Эльса охотится и добывает 10 кусков мяса.

[Thinvesil]

7 зимохода, 9:89 Дракона, Ивуар, утро

После того, как важные мелкие вопросы утрясли, Руфус отправился на поиски лошадей. Начать решил с Эмилио Дюранте. Было ещё довольно рано, но маг надеялся, что тот уже открылся. Не хотелось заставлять Элизу и мужчин ждать слишком долго. 

Лавка была не заперта. Руфус отряхнул на крыльце снег с сапог и вошёл внутрь, высматривая торговца.

— Доброе утро, месье Дюранте, — поприветствовал он с порога. — А у меня хорошие новости!

— Хорошие новости я люблю. Тем более, когда в Ивуаре в последнее время их почти и не бывает, — вынырнув из-за одной из полок, Эмилио Дюранте расплылся в очаровательной фирменной улыбке антиванца средних лет, который уже пожил жизнь, но еще не растерял огонька в глазах. — Как ваши успехи с Элизой? Надеюсь, с ней все в порядке? Я заметил, что утром она домой не вернулась... — он изобразил глубокую обеспокоенность, однако подозрительность его в отношении наемников пока никуда не делась. Хоть Эмилио ее и не показывал слишком явно, было ясно, что он допускал, что Элиза могла пострадать от рук Скорпионов. Особенно учитывая, что уехала она с ценным кинжалом, который купить в обычной кузнице было решительно невозможно. — Скажите же, что вы не нашли ее тело на дороге. Это разобьет мое сердце, а оно и так уже разбито слишком многими симпатичными женщинами.

— Это была бы, несомненно, плохая новость, — Руфус подошёл к прилавку, доставая кошель. — Элиза с Арденом живы и здоровы, мы подоспели вовремя. У вас на тракте в Монсиммар никто не пропадал с концами? Там бандиты сидели, кого в плен берут, с кого выкупа не стрясти — тех в расход. Больше не сидят. По крайней мере, на ближайшие пару-тройку часов езды дорога безопасная теперь. Но зима есть зима. Мне нужны теплые вещи для них и лошади. Вы предлагали одну, могу я взять её для Элизы? Скажу, чтобы как до первого нормального города доберутся, прислали обратно нарочным. И ещё бы одну найти надо. Втроём на одной лошади долго по снегу ковылять придётся.

— Наши вроде не пропадали, кроме Элизы. Может, повезло, — он с сомнением посмотрел на Руфуса, словно прикидывая, не облапошат ли его и не украдут ли лошадей. — У меня две лошадки есть, одну в аренду сдаю местным или приезжим, кому надо вдруг, вторую для себя держу. Но если уж очень нужно для Элизы и ее парнишки, могу и двух отдать. На время, разумеется. Что же касается теплых вещей... Где-то у меня тут были, — он нырнул за прилавок и пошарил в одном из сундуков, вытащив несколько меховых подбитых курток и пару сапог. — Вот все, что есть. За двух лошадей и вещи возьму двенадцать золотых. Был бы это кто другой... — он покачал головой, понимая, что не пошел бы на такую услугу ради кого-то, кроме Элизы. Видимо, девушка, которую Руфус знал тогда, действительно сильно отличалась от текущей ее ипостаси; та была капризна, высокомерна и эгоистична, а за эту готовы были вступиться и Магнус, и Эмилио, да и в деревне ее любили, несмотря на бедность.

— Я возьму что есть, лишь бы размеры подошли, — уточнил Руфус важный момент, доставая монеты. — Не думаю, что Элиза обманет, она... — он замялся. Все-таки, рассказывать, что она изменилась, и что раньше была другой, было лишним. — Она произвела на меня впечатление честной и порядочной женщины. Главное, чтобы добрались до места живые и здоровые. Зимние дороги опасны для пеших.

Руфус тратит на вещи и аренду лошадей 12 драконов.

— Это правда. Но раз вы избавились от разбойников, то думаю, вам стоит обратиться в Монтсиммаре к наместнику и он выплатит вам достойную компенсацию. Я слышал, он приличный и честный человек, — поведал ему антиванец, запаковывая теплые вещи в сумку и передавая Руфусу, одновременно сгребая со стола деньги. — Идемте, покажу лошадей.

Выйдя на задний двор, он прошел к небольшому загону, стоявшему рядом с покосившимся и немного подгнившим с краю сараем. В загоне мирно стояли две лошадки, уплетая сено, и прядая ушами, когда животные услышали шаги двух взрослых мужчин по свежему снегу. Одна из лошадок была серой в яблоках, другая — гнедой, не породистые, но приземистые и выносливые. Они не выглядели слишком уж презентабельно, но, по крайней мере, было понятно, что не сдохнут по пути и донесут пассажиров до точки назначения.

Руфус поискал седла и упряжь, чтобы помочь Эмилио снарядить коней. 

— Подсказкой про наместника я, пожалуй, воспользуюсь. Спасибо. Элизе что-то передать от вас на словах? Я так понял, у вас не было возможности попрощаться.

— Пожалуй... передайте ей, что желаю ей всего наилучшего и надеюсь, что когда она станет богатой и влиятельной, она заедет к нам в Ивуар, — шутливо произнес антиванец, не догадываясь, что когда-то эта женщина уже владела и богатством, и влиянием своей семьи, но все это было ею благополучно потеряно из-за одного необдуманного проступка. Аристократы очень трепетно относились к своей репутации, и человек, который ей угрожал, даже будучи из этой семьи, мог получить весьма суровое наказание. Элизе повезло, что ее вовсе не сослали в какой-нибудь захолустный монастырь служить Разикаль и ухаживать за сиротами в приютах до конца дней своих. — Вот, кажется, все и готово.

Эмилио с удовлетворением цокнул языком, осмотрев теперь уже запряженных лошадок. Он надеялся, что их вернут как можно скорее, так как выехать из деревни ему самому без лошади в такую погоду было возможно разве что на перекладных.

— Будьте осторожны. Может, с разбойниками вы и разобрались, но в последнее время в Орлее расплодились хищники, — посоветовал торговец, передавая поводья Руфусу. — Езжайте не один, если можете.

— Благодарю за совет, — Руфус чуть наметил поклон в знак прощания и держа обоих лошадок под уздцы отправился искать Дамиана и Викторию. Начать он решил с дома Морелей. Если Виктории там не окажется, тогда можно будет и в таверну заглянуть.

Викториа сидела за столом в доме Морель и читала книгу, на обложке которой можно было разглядеть картинку с драконом и надпись "Сказки..." Оставшаяся часть надписи была закрыта рукой с наманикюренными ногтями. Услышав шаги, девушка лениво подняла взгляд и быстро закрыла книгу, убирая ее в сумку. Она поднялась и кивнула Руфусу, приветствуя его так, как того требовали нормы этикета. В них девушка явно чувствовала себя гораздо более уверенно и уютно, чем пытаясь подстроиться под быт простых наемников.

— Доброе утро. Как все прошло? — деловито спросила магесса, бросив взгляд вокруг, и проверяя, не проснулся ли кто-то еще.

— Хорошо размялись, — улыбнулся Руфус оглядываясь в поисках Дамиана. — Сражались трое на трое разным составом. Вышло пользительно для командной слаженности. Не желаешь ли составить мне компанию в поездке за город? Я мог бы и сам, тем более, вчера выдался тяжелый день. Но буду рад обществу.

Что ни говори, а даже простое присутствие помогало отвлекаться и не слишком вслушиваться в голоса Фамарнаса.

— С удовольствием. Если честно, я уже не могу дождаться, когда мы уедем из этой глуши. Ивуар, конечно, производит впечатление пасторального рая, но это впечатление очень быстро сменяется ощущением скуки, — сказала магесса. — Мы поедем вдвоем или возьмем с собой Дамиана? Думаю, стоит взять его. Как минимум на роль щита, если вдруг на нас снова кто-то нападет, — она дернула уголком губ, показывая, что это была шутка.

— Позовём, а там как сам решит, — Руфус улыбнулся. — Да мы сами на кого хочешь напасть можем. Если я верно понял, следующий пункт назначения — Безье. Должен быть повеселее.

Вдруг распахнулась дверь с заднего двора и внутрь вошёл Дамиан. Всё ещё в доспехе и с меховым плащом поверх. Взгляд его быстро зацепился за парочку соратников.

— Чё мы, будем лошадей отвозить Элизе? — почти сходу спросил он. — Или лишние не нужны?

— Туда на четверых, обратно на двоих, как вчера, — Руфус поднялся с лавки, куда присел для беседы. — Не пешком возвращаться ведь. Так полдня пробродить можно. Ты готов?

— Я имел в виду "лишние попутчики". Мешок возьму на всякий и буду готов, — кивнул демонолог и, не теряя времени, отправился наверх.

И минуты не успело пройти, как он вновь стоял внизу, теперь полностью собранный.

— Давайте только заглянем по дороге к Эмилио. Хочу продать ему кое-какие вещи, — Викториа приподняла сумку, набитую почти до отказа, из которой торчало навершие ее старого посоха. Возражений не последовало, и выйдя из дома Морель, троица сделала короткую остановку у лавки Дюранте. Магесса, сказав, что ей нужна лишь минута, скользнула внутрь и вскоре вышла из магазина, довольно позвякивая полным кошельком золотых монет. К счастью, от разбойников они уже успели избавиться, а потому носить с собой столько денег ей было не боязно.

Продано вещей Эмилио на 10 золотых монет

Теперь у них было четыре лошади, и каждый ехал верхом один. Доскакали до места даже быстрее, чем прежде. Руфус старался не думать ни о чем, и не вслушиваться в сонм голосов, но мимовольно лезли всякие мысли. А что если за ночь что-то случилось? А что если дальше по дороге будут бандиты? А если дикие звери? Умом маг понимал, что все равно они не могут проводить Элизу с мужчинами до самого Монсиммара, но не думать о плохом после случившегося было трудно. В конце концов с ними Магнус, это уже что-то. Успокаивая себя так, Руфус подгонял лошадь и следил за тем, чтобы идущая на привязи вторая успевала за ними. Но та была без седока, так что ей бежалось даже легче. Если все пройдет удачно, они вернутся в Ивуар к обеду.

7 зимохода, 9:89 Дракона, дорога на Монсиммар, день

К лагерю подъехали к тому моменту, когда позднее зимнее утро уже почти перешло в ранний зимний день. Посветлело, и хотя облака полностью покрывали небо, в серой изморози легко было увидеть горящий костер. Он отпугивал голодных волков и медведей, но мог привлечь внимание людей. К счастью, на время в этой местности стало спокойно, и встречать всадников вышли трое: Магнус, теперь выглядевший куда более здоровым и повеселевшим, несмотря на синяки на лице, Элиза, укутанная в теплую шаль, и ее сын, сонный, мрачный и явно желающий сейчас оказаться в своей постели.

— А вот и вы, — улыбнувшись, легионер махнул рукой, когда всадники приблизились к лагерю. На костре стоял небольшой жестяной котелок, внутри кипела вода и какие-то овощи вперемешку с вяленым мясом. Запах стоял не слишком аппетитный, но без горячей еды в такую погоду путешествовать было смерти подобно. — Вижу, лошадей нашли.

— Только у нас нет денег за них заплатить, — добавила Элиза, смущаясь и слегка комкая шаль в руках.

Руфус спешился и сразу стал привязывать коней — помимо разговора ещё предстояло сворачивать лагерь. 

— Это аренда, обоих лошадок нужно будет отправить обратно Эмилио. Он любезно одолжил их на время, но ему они самому нужны. Как ночь прошла, без эксцессов?

— О, — только и сказал на это Магнус, моргнув и понимая, что отправкой лошадей назад в Ивуар придется заниматься ему. Он не был против, главным было довезти Элизу до города и помочь. Он принялся помогать Руфусу привязать лошадей к дереву, а затем сворачивать лагерь. — Вроде все прошло спокойно. А у вас?

Викториа осталась ждать у дороги, высматривая, не едет ли кто-то по тракту, чтобы вовремя отвлечь возможную компанию на себя. Общаться с Элизой и остальными она предоставила Дамиану и Руфусу, самой ей эта история казалась уже давно законченной и потому не особенно интересной.

— Подлатались, в дороге тоже обошлось без приключений, — Руфус выудил из сумки вещи для Элизы и ее сына и вручил им, а следом палатку, которую взял у Альваро. Сам же стал упаковывать в багаж свою, к которой уже привык. — Утепляйтесь, негоже зимой в пути мёрзнуть. Эмилио передавал пожелания всего наилучшего и просил заглядывать в Ивуар, когда обоснуетесь в столице и возникнет возможность немного попутешествовать. Вас там любят и ценят, помните об этом. Магнус, — он обернулся к мужчине. — В Монсиммаре вам стоит заглянуть к губернатору, за ликвидацию организованной банды головорезов и душегубов полагается награда. Мы вряд ли скоро окажемся снова в столице, но вы можете получить её вместо нас, как непосредственный участник событий. Элиза и Арден могут выступить свидетелями, которые пострадали от их действий. Лишними эти деньги вам точно не будут.

— Ну, я так и думал, но не хотел лезть вперед, если вы захотите сами забрать награду, — почесав затылок, ответил ему легионер, слегка тушуясь. Однако поняв, что Руфус еще и привез теплые вещи для женщины и подростка, улыбнулся и одобрительно кивнул. — Вы и так сделали для нас слишком много. Спасли от бандитов и еще и с переездом помогаете, хотя не обязаны были.

— Магнус, может... — робко поинтересовалась Элиза, подходя поближе и быстро взглянув на легионера искоса. Видимо, она имела в виду то, что они уже обсуждали, пока Руфус и остальные ездили за лошадьми.

— Да, я подумал и решил отдать вам вот это, — мужчина протянул Руфусу свиток, перехваченный шнурком. — Это подорожная нашего Орлесианского Легиона. Я вписал туда ваше имя, Руфус... если вдруг вас остановят по какой-то причине, покажите эту бумагу. Поможет от лишних проверок со стороны Тайников или других легионеров.

Задание завершено!
Получено +2 ОО Руфусу и Виктории
Получено: Подорожная Орлесианского Легиона

Руфус моментально оценил полезность такого предмета, но говорить об этом значило поставить хорошего человека в сомнительную для совести ситуацию. Он скромно кивнул и взял свиток.

— Не хочется воображать себе ситуацию, в которой это могло бы пригодиться, но накладки с любым человеком случиться могут. Большое спасибо! 

Он тепло простился со всеми тремя, напомнил Элизе, чтобы обязательно написала ему в Безье, и вместе с Дамианом и Викторией поскакал обратно в Ивуар. Когда они отъехали на достаточное расстояние, чтобы скрыться с глаз, Руфус замедлил лошадь и развернул свиток, чтобы его изучить.

Дамиан тоже сдержался при Магнусе, чтобы не присвинуть от такой бумажки. Знал бы он, кому её даёт! Хороший легионер, полезный, такие на дороге не валяются. Хотя иногда и валяются...

— Как, однако, тесен мир, — сказал он, когда все уже отъехали подальше. — Ну как, Руфус, доволен исходом такой встречи?

Викториа присоединилась к паре, когда они вернулись к дороге, и с любопытством заглянула через плечо Руфуса, когда тот развернул свиток. Такие она, конечно же, видела и раньше — текст был стандартным, только имена и подписи написаны от руки. Надпись на свитке гласила, что предоставляющий данную бумагу гражданин Империи Тевинтер является доверенным лицом Шестого Орлесианского Легиона и действует по поручению нижеуказанного, Магнуса Лоруса. Вряд ли эта бумага могла бы защитить их от сильных подозрений, но в случае обычных проверок вполне можно было избежать излишней дотошности.

— Неплохо, — сказала магесса, кивнув и придержав поводья, чтобы двигаться вровень с лошадью Руфуса и Дамиана. — Я тоже не думала, что ты встретишь старую знакомую. Полагаю, что было, то быльем поросло? — спросила она с легкой усмешкой, понимая, что иногда прошлое преследует тебя куда дольше и приносит куда больший вред. У Элизы и Руфуса все закончилось еще не так плохо, как могло бы.

— Я на нее зла не держу, — искренне ответил Руфус и задумался. В какой-то момент своей жизни, он сам не заметил, когда именно, стал на многие вещи глядеть под другим углом. — Но теперь все больше думаю о том, что мог бы тогда поступить иначе. Точнее, тогда не мог как раз,от недостатка мудрости, но были и другие пути, коих я тогда, по душевной слепоте, не разглядел. Мы могли бы заключить соглашение: я признаю ребенка как своего и женюсь на ней — на своих условиях. Получаю законного наследника, не отказываюсь от власти. Живу и дальше как жил, не разрывая отношений с семьёй. Дурак.

— Но ты же говорил, что тебе не нужен теперь этот титул и прочее наследство, — уточнила Викториа, метнув быстрый взгляд на ученого. — Передумал? Знаешь, ты все еще можешь, если захочешь. В конце концов, это не так уж и сложно, раз с Элизой могло получиться, то и с другой девушкой получится. Забеременеет от другого, скажет, что ребенок от тебя, и все. Проверять магией крови вряд ли будут, — она пожала плечами и поджала губы. — Но я на твоем месте не согласилась бы на такое. В том, чтобы быть высокородным, не так уж и много радости, — добавила девушка чуть тише, сжав поводья.

— Чужой кусок всегда слаще, — фыркнул Дамиан. — Я конечно смутно представляю, че там у вас, но у простого люда вся жизнь — это погоня за тем, как бы не сдохнуть от голода, холода и отсутствия крыши над головой. Демоны знает сколько людей работают, чтобы чтобы жить, без каких-то там грандиозных планов, амбиций и прочего, пока господа, родившиеся с серебряной ложкой во рту, прикидывают, сходить ли им на очередной приём или может картину пописать в свободное время. Хорошо, что я маг, — вдруг воодушевился он, показательно надув грудь, — нам хоть теплое место проще найти.

Как бы демонолог не ненавидел долгие мерзкие годы в Академии, практичная сторона подсказывала ему, что это место пропихнуло его на уровень выше почти любого необразованного простака.

Руфус прикрыл глаза и вдохнул. 

— Дело не в титуле, а в глупости. Такое простое решение... И даже не пришло мне в голову, потому что я больше беспокоился о своих обидах. Но даже если бы я хотел, я бы не смог провернуть все назад. Связи разорваны, брат унаследовал род и наделал своих наследников. Некоторые решения имеют необратимые последствия. И что хуже всего: пострадал невиновный. Стоит помнить об этом, когда хочется совершить что-нибудь опрометчивое.

— Чего это она невиновная, по факту же обмануть всех решила, — не понял демонолог.

— Кто, Элиза? — Руфус даже не сразу понял, о ком сказал Дамиан, хотя вариантов особых не было кроме нее. — Я об Ардене говорю. Мальчик совершенно не виноват в этой ситуации, я мог бы... — маг тяжело вздохнул. Толку об этом говорить, он уже все сказал, что думал о себе и своих прошлых возможностях. — Ладно, это уже не важно.

— А... — только и сказал Дамиан.

Арден как-то обошёл его внимание стороной, всё внимание ушло в Руфуса с Элизой. А ведь правда: коварная мамаша, отсутствующий высокородный отец, жизнь в хреновых условиях — оказывается они с ним вполне похожи. Правда Ардену, похоже, с матерью всё же повезло больше. Должен ли Дамиан думать о Руфусе то же самое, что он думает о своём "отце"? Демонолог покосился на учёного. Почему-то то же самое не думалось. Почему? Потому что сам от титула отказался и плоды знатной жизни не пожинает? А если его собственный отец окажется таким же, то что, прощать его? Ну нет, он же обещал матери, что возьмёт их к себе, так ведь? И не взял. А Руфус не обещал, так какой с него спрос? Или разница не особо большая?

Явные ответы не спешили напрашиваться, и рожа у Дамиана стала как-то кислей.

— Конечно же, паренек ни в чем не виноват. Но так уж сложилось, что Тедас сам по себе не построен на том, что справедливо, а что нет, — негромко проговорила Викториа, когда Дамиан впал в задумчивое молчание, а на лице его отразилось то ли раздражение, то ли презрение, то ли усталость. А может, все вместе. Вроде бы они помогли хорошим людям, но разбередили старые раны Руфуса, заставив взглянуть туда, куда глядеть совсем не хотелось. Магесса немного жалела Ардена, однако понимала, что он не первый и не последний, кто пострадает за грехи своих матерей. Или отцов. Вздрогнув, девушка натянула капюшон мантии на голову, закрываясь им от холодного ветра. — Им стоило бы быть благодарными за то, что мы для них сделали. Любой другой не то что не арендовал бы для них лошадей, но и ограбил бы их сам. Хорошо, хоть мы документы вернули. И тот кинжал... думаю, Адалин точно его оценит, — предложила она, полагая, что подобное оружие хоть и красиво, но для непрофессионалов вроде нее, Руфуса и Дамиана будет слишком уж хорошим. Адалин могла бы действительно использовать его так, как использовал бы настоящий антиванский Ворон.

— Что будем делать с находками, покажем Холту? Схрон был от Сопротивления, он как старший представитель и должен решить, что делать с добычей, но можно ему подсказать идеи, — во все обозримые стороны они на дороге были одни, поэтому Руфус не боялся быть подслушанным.

Возражений не последовало. Руфус свернул и надёжно спрятал подорожную и подстегнул коня, чтобы добраться быстрее. Вскоре показались приземистые крыши деревенских домов.

— Ну, бумаги я бы точно вернула ему, — сказала Виктория. — Кинжал можно показать тоже, но не думаю, что он будет против того, чтобы отдать его кому-то из Скорпионов. Ведь этот схрон и так был предназначен для помощи Сопротивлению, то есть, нам, — она усмехнулась и, поняв, что разговор сам собой сошел на нет, также подстегнула коня и быстрой рысью двинулась за остальными, храня молчание всю оставшуюся дорогу до Ивуара. Хотелось весь следующий день провести в горячей ванне, вообще оттуда не вылезая.

[Thinvesil]

7 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, Ивуар, дом Морелей, комната Эльсы и Альваро, день

В общей комнате дома никого не обнаружилось, поэтому добычу Эльса отнесла в подвал сама. Кунсей улёгся отдыхать у печки и сторожить дом, а девушка поднялась к себе.

— Интересное чтиво? — сходу спросила она, обнаружив Альваро в комнате. Парень сидел за столом с какой-то книгой. — Мы тут с Кунсеем наохотились.

— Интеллектуально развивающее скорее, пожалуй, — чародей медленно продвигался взглядом через эльфийский текст магического тома Сказительницы. Остановившись, он заглянул на следующую страницу, вздохнул и отодвинул книгу, наконец-то полностью обращая внимание на девушку. — Много наловили?

— Лосика поймали, — небрежно бросила она, набирая воду в таз из кувшина. Ополоснула лицо и руки, и подошла к столу, с любопытством заглядывая в том. Эльфийские каракули, но на удивление читаемые. Она даже немного заинтересовалась и постаралась вникнуть в написанное. — “Путь Души поможет усилить внутренний круг”, — Алисия поморщилась. — Это не сработает, под эльфиков написано. Если хочешь по этому методу идти, используй лириум или кровь — так вернее получится. А так приемчик интересный, можешь попробовать. Расскажешь, что получится?

Альваро посмотрел сначала на Алисию, потом на книгу, быстро думая. Он вообще не помнил, чтобы его собственные наставники или какие-либо из прочитанных им магических материалов указывали на какую-то разницу между людьми и эльфами в магии.

— Что значит “под эльфиков”? — всё-таки поинтересовался он, решив, что пусть лучше покажет своё незнание, чем сохранит невежество.

— Ну, у них другая… — она замялась. — Не физиология, а не знаю, как это лучше назвать. В общем, у эльфов наследственная повышенная предрасположенность к Тени. Сильнее связь, чем у людей или даже у нас. Поэтому если видишь, что упор на эту их способность идёт, думай, как компенсировать.

— “У нас”, у нелюдей? — чародей аж засмеялся от такой оговорки. — Хорошо, я запомню. Только… магии крови меня не обучали. В Академии это необязательная дисциплина, поэтому мои наставники по просьбе родителей меня и не приобщали. Опасения перед ней ещё у очень многих есть.

Алисия сперва подумала, что ослышалась. Или неверно поняла. Она оторвала взгляд от книги и устремила его на Альваро.

— Тебе родители запретили? Точнее даже, через наставников? А почему? Если бы ты так прямо хотел, то наверняка бы сам нашел, как освоить, верно? Почему они не сказали просто тебе самому, если у них там предубеждения такие?

— Меня обучали на дому, я не выбирал для себя направления в общем и целом, соответственно среди моих учителей никто со мной уроки магии крови не проводил, родители это не одобряли и не оплачивали, — пояснил антиванец. — В Академию я являлся ненадолго, в основном для сдачи экзаменов. Я, наверно, мог бы попытаться убедить родителей дать мне уроки, но лично я к этой сфере никогда не тяготел, поэтому как-то… и не было ничего.

— Я тоже в Академиях не училась. Домашний тепличный цветок, — она улыбнулась. — Магии крови меня отец учил. И мать ещё немножко. У нее от хвостатой парочка простеньких трюков была, которым она меня обучила. Сильно сложные свои штуки не давала, я тоже не углублялась особо. У нас магия крови не считается чем-то таким из ряда вон. Потенциально опасная, как и всякая магия, но применение широкое и бытовое. Например, я могу разогревать свою кровь, чтобы холода не ощущать и не простыть. Хотя твой способ мыться в ледяных озёрах мне нравится больше.

Она мечтательно припомнила их купания. А Альваро тем временем с ухмылкой скользнул по ней, стоящей рядом, взглядом, и откинулся на спинку стула.

— Мне кажется, Лисса, разогревать кровь ты отлично умеешь и без применения всякой магии, — вот так вот внезапно сострил он. Среди слов девушки конечно и на другие вещи можно было что-то сказать, но упускать момент он не стал.

— Хм, — что-то было такое, в том, когда он произносил её имя, от чего в груди расцветало уютное тепло. 

Алисия тоже, в свою очередь, медленно смерила взглядом парня, пройдясь снизу вверх, задержавшись сперва на шее, а затем на его губах. Новое направление в их беседе спровоцировало в ней наглядную демонстрацию себя же в действии. Девушке вдруг захотелось подсесть к нему и обнять, припасть к этим губам с нежными поцелуями, но она удержалась от этого, на случай, если это был всего лишь флирт с его стороны. Ещё немного подняв взгляд она столкнулась с глазами Альваро и утонула в них, однако головы не потеряла и держала нос на плаву. 

— Так ли уж я нужна тому, кто и сам воплощённое пламя? — мягко спросила Алисия, слегка улыбаясь. Это могло бы быть шуткой, но прозвучало совершенно серьезно. По крайней мере, именно так она воспринимала Альваро.

— Нет для огня лучше пары, чем ветер, — ухмылка всё не сходила с лица. — По крайней мере для самих огня и ветра. Ты хоть раз наблюдала, что происходит, когда вихрь сходится с огнём? Бушующий кружащийся столб пламени! — у Альваро в глазах аж загорелся собственный огонёк. — Я пару раз так развлекался, красота неописуемая. 

Воспоминание, кажется, стало уводить его не в том направлении. Альваро выдохнул и увёл ухмылку в улыбку.

— На нас вполне похоже, не находишь? Можешь присаживаться, к слову, — он провёл рукой в воздухе у своих колен, приглашая девушку.

Алисия не удержала смешка. Не особо и пыталась, если честно. Здесь сталкивалось сразу столько слоёв, что даже восхитительно. Альваро явно хотел, чтобы она села к нему на колени. Но при этом оформил это как разрешение. И это при том, что говорить подобное леди было неприлично. Нет, в приватной обстановке само действие было допустимым, но говорить об этом вслух считалось лишним — такое предлагали обычно девушкам в таверне. Правда, им обычно приказывали или призывали, а не позволяли. Похоже, Альваро почему-то решил, что молча усаживать её к себе на колени будет слишком дерзко, и таким образом пытался оставить ей место для манёвра. Результат получился забавным.

— В следующий раз попробуй обойтись без слов, — она мягко улыбнулась, аккуратно усаживаясь ему на колени. — Я не кусаюсь.

Пусть Алисия и сказала это без нажима, но Альваро уловил промах. И запомнил. В другой раз не промахнётся.

— Хорошо, — кивнул он, пока рука скользнула за талию девушки и немного притянула к себе.

Она зажмурилась от удовольствия, наслаждаясь прикосновением. Затем вернулась к предыдущему вопросу, оставленному без ответа. Огненный смерч. Если это выглядело так, как она представляла, зрелище должно быть впечатляющим. Нужно будет как-то напроситься вместе с Альваро во время таких “развлечений”. Его магия была яркой, эффектной, творческой. Алисию это завораживало. 

Но вопрос был не об этом. Девушка слегка поерзала на коленях, устраиваясь удобнее.

— Огонь горит ярко и способен уничтожать, ветер задаёт направление и придаёт форму. Мне нравится. С тобой вместе мы или уничтожим мир, или преобразуем его, помяни моё слово. Лучше бы, второе, конечно. Но даже первое стоит того, чтобы быть с тобой. Каждое из мгновений.

Для Альваро это прозвучало как довольно занимательное откровение. Он бы предпочёл всё-таки мир не уничтожать, даже если бы это было в огненном вихре с Алисией. Но она наверняка и сама это имела не в буквальном смысле, а в романтичном.

— А ещё огонь умеет терпеливо ждать в зачатке, пока ветер не окажется рядом. И тогда уже разгоняться. И распаляться, — отдельно добавил чародей вкрадчивым голосом.

От тепла и нежности, охватившей её при этих словах, Алисии хотелось замурлыкать. Она мечтательно улыбнулась, не отрывая взгляд от его глаз. Они лишь начали узнавать друг друга, а Альваро уже умудрился проявить внимательность и чуткость, и даже нащупать к ней особый подход. Наверное, нужно сказать ему об этом. Но альтус не привыкла говорить о столь глубоко личном вслух.

— Альваро, ты не мог бы... — запнулась, не решаясь говорить прямо. Да и какие выражения тут можно подобрать. — Ты не мог бы.. быть со мной.. — и снова пауза. Предательски покрасневшая она глядела куда-то в сторону, смущаясь сталкиваться с ним взглядом. Тяжко вздохнула, сдаваясь. Может быть, антиванец и сам поймет, о чем речь?

Он с интересом наблюдал за её стараниями, начиная думать ещё до того, как силы Алисии окончательно иссякли. Сочетание такого смущения и желания быть с ней… каким? Что там может быть за слово такое? Альваро сосредоточился на секунду, но ответ пришёл скорее по наитию. По ощущению того, что он не раз замечал за девушкой. 

Он поднял руку, взял смущенную отвернувшуюся Алисию за подбородок, повернул лицом к себе и слегка потянул, заглядывая прямо в глаза.

— Вот так?

— Вроде того, — девушка слегка выдохнула, подбирая слова. — Когда ты овладеваешь мной, я словно проваливаюсь. Это безумно приятно. Мне бы хотелось почаще так.. проваливаться.

— А уж знала бы ты, как мне нравится смотреть на тебя в моменты падения. В моменты такой искренности от твоего вида я сам воспламеняюсь.

Теперь маг приблизился и сам, оставляя на её губах короткий поцелуй. 

— Смотри только, как бы другие из наших не задались в какой-то момент вопросами, почему ты на тевине... общаться умеешь. Вокабуляр у тебя всё же побогаче, чем нужно для простого воспроизведения пары строчек из романов.

— Ммм... Надо придумать какой-нибудь кляп, может? — Алисия шутливо улыбнулась, пытаясь скрыть волну жара, пробежавшую от таких слов. То, как Альваро уделял внимание подобным мелочам, как ему это нравилось, только ещё больше распаляло от мыслей о близости с ним. — Ещё я могла бы думать о твоём имени и повторять его. Мне безумно нравится, как оно звучит. Это уже не будет подозрительным ведь?

— К этому привыкнут быстро, я уверен, — забавляясь, заверил её чародей. — А над кляпом... подумаем, — загадочно добавил он.

В норме такие идеи Альваро не напрашивались, но кто он такой, чтобы игнорировать предложения милой сердцу леди? Подобные желания надо удовлетворять.

— Но если вдруг мы окажемся в комнате с наложенными тобой рунами или, скажем, в загадочной эльфийской беседке, то я буду ждать очередной практики тевина. Слишком уж хорошо он звучит из твоих уст.

Алисия вдруг подумала, что с такой практикой Альваро может услышать новую пару слов. Поразительно: они обменялись лишь парой-тройкой фраз, а она уже так распалилась от мыслей обо всем этом. Она подняла на Альваро доверительный и покорный взгляд, лишая себя всякой возможности к проявлению инициативы, чтобы не выдать мыслей и чувств.

И что прикажете с ней делать такой? Моментально в роль вошла. Альваро, признаться, не имел обширного опыта в исполнении подобного рода желаний, а имеющиеся представления давали не столь быстрые ответы.

— Сочту это за уверенное согласие, — спустя несколько секунд наконец ответил он.

Он снова притянул Алисию за подбородок и придвинулся сам. В этот раз поцелуй был медленный, мягкий. И наконец-то отпустил.

— Ты, случаем, уроки "проваливания" нигде не брала? — поинтересовался Альваро, внешне расслабившись. — Или это врождённый талант?

От поцелуя Алисия отошла довольно неохотно. Их всегда было мало.

— Побочный эффект от жизни в обществе альтусов, — она улыбнулась. — Когда постоянно приходится контролировать, что ты делаешь, что говоришь, что показываешь лицом и что думаешь, всегда все просчитываешь и пребываешь настороже, так хочется иногда отпустить контроль и позволить вести кому-то другому. Кому-то, кому достаточно доверяешь. Как ты, наверное, понял, доверие в нашем обществе тоже редкая штука. Все это придает подобным оказиям особую сладость. Поэтому я так себя..

Она вспомнила те случаи, когда в беспамятстве срывалась на тевин. Смущенно вздохнула.

— Мне с тобой очень хорошо, Альваро. И я расслабляюсь и доверяюсь. Вот и следствие.

Кажется, она еще никогда ему не говорила о своих желаниях столь откровенно.

— Мне с тобой тоже очень хорошо, Лисса. Для меня, можно сказать, честь, что я удостоился такого доверия, — улыбнулся в ответ он. На секунду во взгляде застыла мысль, сменившаяся расслабленностью. — А как тогда насчёт тех случаев, где ведущей оказывалась ты? У меня складывалось впечатление, что там ты тоже получала удовольствие. Меньше было?

Алисия загадочно улыбнулась, но слишком долго интригу тянуть не стала.

— Это было довольно свежо, — она немного задумалась, мягко поглаживая ладонью его грудь через рубашку. — И мне понравилось, да. Просто иначе. Это как когда ты думаешь, как лучше все сделать, и получаешь от этого удовольствие, и когда ты ни о чем не думаешь, а просто отдаешься процессу.

Чуть склонив голову, она хитро посмотрела на Альваро.

— А что насчёт тебя? Как тебе больше нравится? Я помню, ты говорил, что я могу делать с тобой все что захочу, и я этим буду пользоваться время от времени. Но было ли это твое сокровенное желание или просто получилось по настроению? Что ты вообще любишь?

Альваро в задумчивости сощурился, глядя перед собой. Он хорошо представлял собственные предпочтения, но мысль в слова облечь всё же нужно.

— У меня, думаю, основной фокус не на роли, а на возможностях. Мне нравится, когда другому хорошо, и когда я прикладываю к этому "хорошо" собственную руку. И не только руку, — усмехнулся чародей. — Соответственно, в каком бы положении я не оказался, я предпочитаю что-то делать. Я получаю особое удовольствие от самого процесса отдачи, понимаешь? — он посмотрел в глаза Алисии особенно внимательно, пока рука без его ведома слегка поглаживала бедро девушки. — Люблю плодотворные старания, скажем так. Что касается тех слов, они сокровенным желанием не были, но и сказал я их, очевидно, понимая последствия. Если ты получишь удовольствие от чего-то такого, то я получил бы и свою долю.

— Нельзя все время думать только о других и ничего о себе, — наставительно заметила Алисия, старательно делая вид, что не замечает поглаживаний. — Неужели нет ничего такого, что больше всего заводит? Или мне нужно выяснить это эмпирически, мм?

Она хитро прикусила краешек губы, глядя на мага. В конце концов, она сама не стала тогда отвечать на его вопрос о том, что ей нравится. Может, это такая его месть?

— А я, по-твоему, стоически переношу тяготы, а не получаю собственное удовольствие? Постельный мученик, не иначе как работник борделя, — Альваро тихо посмеялся. — В твоём случае, например, нет для меня высшего удовольствия, чем увидеть тебя во всей естественной красе: уставшую, с растрёпанными волосами, с поблескивающими в полутьме капельками пота на коже, с тяжелым дыханием, от которого твоя грудь так вздымается и опускается... — по мере перечисления всего этого взгляд чародея становился всё мечтательнее, а рука на талии прижала девушку поближе. Вздохнув, Альваро слегка встряхнул головой, сгоняя морок и снова видя перед собой одетую и аккуратную Алисию. Тоже не менее прелестную! — Исключительное эстетическое удовольствие, совмещенное с телесным, вот я к чему, — вернулся он ближе к обсуждаемой теме. — И я, признаюсь, никогда не пытался искать что-то ещё, этого мне обычно хватало. Полагаю, я не смотрел на всё это... с другой стороны. Со стороны конкретных действий.

Алисия задумалась. У нее, напротив, ко всяким конкретным действиям и экспериментам и был интерес. Тем не менее, понять, о чем говорит Альваро, она смогла. И не только об этом. Она слегка развернулась корпусом, оказавшись лицом к лицу с Альваро. Одной рукой обвила его шею, вторую же запустила в его темные шелковистые кудри. Поцеловала, намеренно задержав губы на его губах, но не заходя дальше — все же она старалась сдерживаться.

— А мне очень понравилось, как ты тогда сначала меня до пика довел, а потом вошёл и сразу в яростном темпе, — голос девушки чуть дрогнул от пробежавшей от одних воспоминаний сладкой волны. — Я тогда по самому краю прошла. Чуть не влюбилась.

Последние слова Алисия произнесла уже, отведя взгляд и нежно целуя шею Альваро.

Рука с талии ушла выше, дотягиваясь до плеча, а вторая с бедра обхватила Алисию как раз за талию, и чародей прижал девушку к себе в объятии. Губы оставили лёгкий поцелуй на виске.

— Вот видишь, не хватило немного при всех стараниях, не быть мне, значит, коварным антиванским сердцеедом, — вдыхая запах её волос, полушёпотом подшучивал Альваро. — Мы ещё по-всякому пробовать будем, это я обещаю. И яростно, и томно, и как душе угодно. Раз уж я до сих пор в фазе исследования тебя, то исследовать надо всеми способами. Но упомянутое тобой запомню, — невольно улыбнулся он.

От этого вкрадчивого шепота и тесноты объятий она разомлела. Случись такое раньше во время их знакомства, Алисия заставила бы себя собраться, но сейчас решила себе позволить. Совсем чуточку. Самую малость.

— Не только меня, но и тебя тоже исследовать нужно, раз ты о себе ничего конкретно не знаешь, — она слегка отстранилась, ровно настолько, чтобы взглянуть ему в глаза. — Не только ведь ради меня это все, но и для тебя тоже.

Взгляд скользнул с глаз ниже по скулам, по четко очерченному носу, задержался на чувственных губах.

— Ты очень красив, ты знаешь? — нет, не так. — То есть, нет. Я не это хотела сказать, — соберись. Лисса закрыла глаза. Ну же, давай. В этом ничего такого нет. Ничего не будет,если позволить себе немного искренности. Она открыла глаза. — Глядя на тебя я испытываю подлинное эстетическое наслаждение.

Что же, это было смело. Очень. Но Альваро заслужил даже больше. Ей всегда тяжело давалась откровенность в словах.

Альваро уловил, что Алисии это явно далось не без труда. Выглядела она в этот момент крайне мило, но он оценил усилия. Постаралась, сказала именно так. Улыбка стала чуть шире.

— Такого мне ещё не говорили, — честно ответил он и наконец-то припал к губам Лиссы, закрывая глаза. Язык неспешно прошёл дальше, отыскивая её собственный, сплетаясь в нежном танце. Дыхание разом потяжелело, сердце стало биться быстрей. Рука мягко поглаживала талию, добавляя приятного и от прикосновения к прекрасной.

Честно, хотелось сделать это и пораньше, но не слишком увлечься было отдельным испытанием, а распаляться всякий раз, когда нет возможности повести дело дальше, уже не так приятно. Точнее... приятно, конечно, но уже и недостаточно. Мало.

В конце концов разорвав поцелуй, Альваро снова заглянул в глаза Алисии. Такие красивые. У неё всё красивое и прелестное, но от глаз оторваться особенно сложно.

— Значит, в вопросе эстетического удовольствия мы как минимум равны, — усмехнувшись, сделал он немного отложенный вывод.

— Похоже на то, — Алисия с явным усилием вынырнула из затапливающих ощущений от поцелуя. — В чувственного, судя по всему, тоже. Правда, тут сравнивать сложнее. Одним каким-то итогом равность не оценишь, — хитро улыбнувшись, она припомнила ему предыдущие слова. — Хотя если бы я тогда влюбилась от твоих ласк, то это было бы неплохим критерием. Старайся получше, Альваро Сарвенте, и может быть, получится.

Лишь в следующий момент до нее дошло, что она только что сказала. "Лисса, вот и что сейчас за выстрел в ногу был, а?", выругала себя она, осознав, что это слишком похоже на руководство к действию. Вот уж поддела так поддела! Ма-ла-дец!

— Бойся своих желаний, Алисия Максиан, они ведь могут исполниться, — отвечая ровно столь же хитрой улыбкой, сказал Альваро.

Шанс явно был, он это слишком хорошо чувствовал, но прямо говорить о своих намерениях совершенно ни к чему. Как-то это всё надо было уложить вместе и с практическим подходом, пока у Лиссы хватало воли думать холодной головой. "А не слишком ли ты много на себя берёшь, господин антиванец? — раздался внутренний вопрос. — Ты уже прямо исходишь из того, что в какой-то момент воли ей не хватит?". Альваро внимательно прошёлся взглядом по чертам девушки, вспоминая, как та вела себя с ним в последнее время, что говорила, как смотрела. Может и не слишком много... Было бы замечательно, если не слишком много.

— Впрочем, и мою сторону надо бы поисследовать, в этом ты тоже права, — перевёл он тему, возвращаясь к до сих пор удерживаемому им в стороне пункту. Негоже слишком смущать. Пока что.

— Желаний, да? Уж не думаешь ли ты, что я хочу чего-то такого, м? — Алисия не поддалась на уловку со сменой темы, но предложением чародея воспользовалась, припав к его шее и нежно проводя дорожку кончиком языка от плеча к области за ухом. Прислушиваясь к реакции и его дыханию, она подумала, что даже наличие желания влюбиться в него уже было само по себе достаточно явным признаком, что это произошло.

“Посмотрите, не отступила, продолжает играться. Настолько уверены в себе, миледи?” — подумал Альваро. У него уже успел созреть ответ, но ласка языком задвинула его на второй план. Он прикрыл глаза, впитывая приятное ощущение. Хорошо...

Когда Алисия прекратила, он вернул на неё расслабленный, едва нежный взгляд.

— Для той, что этого совсем бы не хотела, ты слишком хорошо меня подталкиваешь, — возвращая руки на более удобные изначальные места, Альваро снова стал поглаживать ногу девушки.

Чтобы выгадать немного времени на раздумья, она послала Альваро загадочный взгляд и вернулась ненадолго к уху, мягко покусывая и оттягивая мочку.

— Так нравится? — шепотом прямо на ушко спросила она.

С полуприкрытыми глазами Альваро расслабился. На экспериментах Алисии фокус мыслей стоило направить на ощущения.

— Угу... — негромко ответил он. — Продолжай.

Глубоко вдохнув — о, уж она бы продолжила, но не следует так торопиться — Алисия снова нежно потянула мочку его уха, а затем медленно оставила дорожку из поцелуев вниз. Странно, но мысль о том, что она могла бы влюбиться в Альваро, больше не пугала ее. Напротив, ощущения от подобных мыслей были весьма приятными. И при этом было непохоже, чтобы она теряла рассудок или растворялась в нем. Это утешало. Конечно, всегда был риск переоценить степень собственного здравомыслия, но она решила довериться ощущениям. На сей раз.

Переборов желание сказать ему первое, что просилось на языке, Алисия чуть отодвинулась. Встретилась с ним взглядом. И снова пришлось взять небольшую паузу, разомлевая от тепла его рук и глаз.

— Я не могу сказать, что хотела бы влюбиться в тебя, — неспешно начала девушка, тщательно подбирая слова. Снова приходилось проговаривать все словами, но здесь иначе и не вышло бы. — И что уже влюбилась, тоже не могу. Но я хочу поблагодарить тебя. Ты даришь мне ощущение.. дома.

Она смолкла, так и не решив, нужно ли добавить что-то ещё или этого хватит.

Альваро вскинул бровь, внимательно выслушав Алисию.

— Интересная... формулировка, — в голове вертелись вероятные интерпретации, включая и наиболее разумные, но очень уж напрашивалась на язык одна забавная. — То есть, я тебе прямо как брат, верно? — усмехнулся чародей.

— Глупости не говори! — Алисия нежно обвила его руками. Ну, почему надо обязательно требовать пояснений? — То есть, это значит, ты мне будто родной. Но не брат, нет. И не сестра. И не папа. Просто кто-то близкий, с кем ощущаешь себя как дома.

— Извини, я догадался, но не смог проигнорировать забавный вариант, — Альваро приобнял Алисию покрепче уже в знак своего примирения.

Но подумать над её словами стоило. Маг чуть склонил голову набок, в размышлениях вглядываясь в девушку. Это на самом деле довольно интересно. Общество у них ощутимо разное, семьи разные, много чего разное. Что же тогда является ключевым элементом этого "как дома"? Какие-то аспекты поведения? Разговоры? К слову о разговорах...

— Тебе, я так вижу, непривычно вот так вот словами всё внутреннее вытягивать наружу? — поинтересовался чародей. — Не сочти за укор, мне очень интересно такие мысли и ощущения слышать, но в Тевинтере, полагаю, необходимости в подобном не возникало?

Алисия весело хмыкнула. Задумалась, формулируя сперва для себя, а потом для Альваро. Тонкие женские пальчики нежно перебирали его вьющиеся волосы.

— У нас просто так не принято. Говорить прямо, в смысле. Обычно для того, чтобы что-то донести, используются разные невербальные сигналы. Поведение, жесты, даже когда это происходит посредством слов, все это идёт на уровне намеков, — пояснила она и смущённо улыбнулась. Если Альваро собирается туда наведаться, ему точно стоит понимать такие тонкости. — Видишь ли, у нас считается, что всего этого достаточно, чтобы кто поймет тот поймет. А кто не поймет — это будет отличная возможность воспользоваться его ошибкой. Прямота годится лишь для тех, кто вместо того, чтобы вести игру, переворачивает доску. Так что мне все эти откровения.. непривычны. Это как говорить на плохо знакомом языке.

Немного подумав ещё, Алисия добавила:

— С другой стороны, это довольно интересно. Заставляет задуматься.. о многом. Так что можешь спрашивать, если что. Просто я не очень сильна в объяснении чувств словами. Мы, альтусы, показываем их другими способами.

— Например, тасканием на руках, десертами и пением песен ночью? — усмехнулся чародей. — Признаюсь, я бы ждал такого... много от кого, но не от тевинтерцев. У меня всегда было впечатление, что вы, может, вслух что-то и не говорите, но действуете менее, скажем так, явно. Я подумал, что ты особенный случай.

— Ты ведь не думал тогда, что я тевинтерка и альтус, — поставила она его слова под сомнение. — Да и вообще начало знакомства у нас не так чтобы хорошо задалось. "Тебе нравится, как выглядят книги, Эльса?" — шутливо и немного картинно передразнила его девушка, вспоминая первые впечатления. — "Выпей вместо меня этот отвратительный кофе, Эльса". От такой меньше всего ожидаешь чего-то тевинтерско-знатного, разве нет?

Альваро, улыбаясь, покривился, вспоминая пусть и забавные, но не самые удачные с теперешних высот моменты.

— Да уж. Но видишь, для тебя тот кофе был не так плох, как для меня, раз ты его осилила! — заметил он и на миг задумался. — А значит ли это, что ты делала те вещи только благодаря легенде? Или это всё же настоящая ты хотела, без опоры на Эльсу?

Алисия тепло улыбнулась и ласково погладила его по волосам. Альваро, как обычно, беспокоился о других, это было мило.

— Боюсь, мне приходилось делать гораздо более неприятные вещи ради легенды, чем пить неудачный кофе. Разумеется, я предпочту что-то более изысканное и приносящее удовольствие, но вполне терпимо отношусь к бытовым трудностям. А если чего-то действительно не хочется, например, делить палатку или комнату с посторонними, то я умею настоять на своем.

— Угу, — понимающе кивнул чародей и тут же заигрывающе улыбнулся. — А если рассмотреть мой вопрос с точки зрения возможного повторения? Не захотела бы Алисия Максиан напеть мне своим нежным голосом мелодию перед сном?

— Для тебя все что угодно, — пообещала Алисия и нежно погладила его по щеке, любуясь утонченными чертами. — А что насчет тебя? Антиванских благородных отпрысков учат петь?

— Целенаправленно нет, и на инструментах играть не учат, но на встречах с ровесниками, как ни странно, у нас всегда один-двое поющих и играющих находилось, — припомнил Альваро кажущиеся уже столь далёкими посиделки. Словно это было в другой жизни. — Я как-то... отвык от своего привычного круга за эти годы.

Мысль резво метнулась на некоторое время назад, ещё до того как они вместе оказались в одной кровати. Тот самый вечер.

— Помнишь, ты в Руссильоне тогда одним вечером с книгой забралась на кровать? Подушки уложила, шалью укрылась, ноги поджала. Я тогда прямо... — чародей слегка осекся, словно то ли потерял слово, то ли ещё не нашёл. Он скользнул взглядом по чертам Алисии, задержал внимательный взгляд на глазах. И вздохнул, — почувствовал это. Прямо почувствовал. Ты не выглядела в тот момент как ферелденская наёмница. Я ощутил в тебе близость к тому, что раньше было для меня совершенно привычным, и этим контрастом меня буквально окатило. Я тогда даже постарался это скрыть от неожиданности, потому что тогда ещё был слишком далёк от уверенности в идее твоего прикрытия, а от Эльсы такого не ожидал. Казалось бы мелочь, да? — снова прижав девушку поближе, тише сказал он. — Легла и легла, что тут такого? Но это была... очень важная мелочь. Я успел изрядно истосковаться по таким мелочам, — улыбнувшись, он снова припал к губам Алисии в нежном поцелуе.

Она не преминула воспользоваться возможностью немного распалить Альваро и сладко отдалась ласке. Не отрываясь, она медленно гладила его грудь через рубашку, сверху вниз, от шеи по груди и дальше, вниз до пояса. Казалось, сейчас ладонь девушки скользнет под рубашку или под штаны, но нет, она увела ее в сторону и нежно обвила талию.

Мягко выйдя из поцелуя, Алисия задумалась над словами Альваро. Одно из двух: либо он пытался таким образом сбить ее с мыслей, либо ему самому подобное ничуть не мешало. При любом раскладе она не намеревалась сдаваться.

— Знаешь, я то же самое чувствую, — задумчиво призналась она, поглаживая ему спину. — Не в тот конкретный момент, а вообще. А тогда... Удивительно, но похоже, ты в тот раз просто увидел меня настоящую. Видимо, я уже настолько доверяла тебе, что не сочла нужным прятать себя или притворяться.

Мысли девушки унеслись далеко назад, напомнив, с чего у них все начиналось.

— Забавно, но поначалу я воспринимала тебя тоже совсем иначе. Первое впечатление получилось, мягко говоря, не внушительным. Ещё это домашнее прозвище... — она засмеялась. — Хорошо, что ты потом объяснил, что к чему, но представь, как это выглядело. А ведь ты и правда Сын Огня, — добавила она, задумчиво разглядывая его и поглаживая парня по щеке. — Рядом с тобой мне очень тепло. А иногда даже горячо.

— Значит, успешно оправдываю прозвище, — усмехнулся чародей, внутренне довольный подобным признанием. — Ты не первая, кому оно показалось забавным вместо серьёзного. А большей части из оставшихся, думаю, оно видится скорее кичливым. Но, к слову, не менее занятно, что ты в том первом предположении отнесла его к авварской традиции, — Альваро вновь вспомнил одну малозаметную деталь, которая после Первого Дня закрепилась даже получше. — У тебя к авварам какой-то личный интерес или это так, знание с уроков истории подвернулось?

Альваро пока что стойко держался, а вот Алисии хотелось большего. Но она твердо решила ничего критичного не предпринимать, а только провоцировать его на инициативу. Изводить по-всякому, в общем. Что же, попробуем другой подход.

Делая вид, что задумалась над ответом, она выпустила чародея из объятий и слегка привстала, чтобы перекинуть ногу и сесть перед ним верхом. Усевшись, она откинулась назад, опираясь руками на его колени сзади. Соблазнительно повела головой, откидывая волосы за плечи и демонстрируя шейку.

— Ух, всё-таки и правда жарковато, — тихо произнесла магесса, изящно притронувшись к шее возле ключиц и чуть трогая ворот рубашки. — У нашей семьи есть друзья в одном из авварских холдов. Мамин друг и товарищ по былым приключениям живёт там с семьёй, мы каждый год плаваем к ним в гости. Прозвища они просто так не дают, это нужно заработать. По сути, это то, о чем говорит твоя репутация. Естественно, репутация среди других людей, а не домашнего круга.

Разум разрывался между слухом и зрением. Слушать ответ, глядя на такое живое произведение искусства перед собой, было воистину великим испытанием. Тут уже и сам Альваро ощутил поигрывающее ощущение в животе и пониже. Спокойнее, дыши ровнее, насладись ей. А сердце бьётся...

— Интересные друзья у леди Аматы... — сказал чародей с нотой заигрывания в голосе. Тц, совсем непринуждённым казаться невозможно, проходит наружу. Но хотя бы должно быть понятно, что эта интонация не относится к самой леди Амате...

Протянув руку, Альваро мягко провёл обратной стороной пальцев по талии девушки, доходя до середины рёбер. Там он осмотрительно остановился, доведя до сокрытой одеждой груди лишь внимательный взгляд, и убрался на саму талию, где, впрочем, пальцы тоже покоя не находили, поглаживая кожу сквозь рубашку. Вторая рука, всё также лежащая на бедре, легонько сжимала и разжимала его, фокусируясь уже на другом виде ощущения.

— И как, есть ли у леди Алисии репутация среди друзей-авваров? — параллельно со всем этим небольшим наслаждением всё тем же тоном поинтересовался Альваро.

Она немного задержалась с ответом, наслаждаясь ощущениями. Подтянутые тренированные мышцы живота были почти расслабленными под его теплыми пальцами. Дышать стало томительно-сладко. И трудно. Особенно, если пытаться скрыть свои реакции. Сейчас Алисия без труда могла бы представить, как он стоит и прижимает ее вот так к кровати и забрасывает ее ногу на себя. Нет, лучше не представлять. Алисия мысленно одернула себя и постаралась сосредоточиться на разговоре.

— Сильверит-под-Шёлком, — с улыбкой призналась она. — Утонченный фасад, скрывающий непоколебимый стержень. Забавно, но с Эльсой наоборот выходит: под маской из стали скрывается нежный и дорогой шёлк. Этакая инверсия.

Оставив Альваро размышлять над сказанным, она полностью отдалась ощущениям и рассматривала его из-под ресниц сквозь полузакрытые веки. Соблазнительный.

— Сильверит-под-Шёлком, — медленно произнёс Альваро, словно пробуя прозвище на вкус, и удовлетворённо покивал. — Тебе идёт.

Сам он в это время одной рукой как бы невзначай расстегнул лишнюю пуговицу на мантии и расправил пошире воротник. Не одному же ему взгляд ублажать.

— А путь туда есть только для Максианов, или вы своих друзей тоже можете приводить? — пока внешний интерес был совершенно безобиден, коварная рука снова поднялась с талии выше, но теперь остановилась не на половине пути, а почти у финиша: пока ладонь лежала чуть сбоку, протянутый большой палец мягко упёрся в грудь. Едва-едва надавив им выше пару раз, он повёл обратно. — Может быть, если бы представилась возможность, я тоже мог бы побывать там с вами?

Каков наглец, восхитилась Алисия, вбирая в себя новые ощущения. Она сделала вид, что не заметила маневра. Благо, было на чем остановить взгляд и залюбоваться. Правда, выдала себя, задержав дыхание, но это были уже мелочи. Она понадеялась, что Альваро на сей раз обойдется без смущающих вопросов в лоб.

Раскрытый ворот так и манил, и она засмотрелась по-настоящему. Глядя на его загорелую кожу и очертания ключиц, слегка облизнулась, задержав кончик языка на нижней губе на пару лишних мгновений. С трудом заставила себя оторвать взгляд и вернуться к разговору.

— Не припомню, чтобы мы когда-то брали с собой кого-то ещё. Это тайное место, только для членов семьи. А тебе зачем они? — полюбопытствовала девушка. — Там все грубоватое и простое, никаких привычных удобств, суровая и простая пища. И развлечения тоже подстать.

Она представила себе Альваро, отдающего ей кусок оленьего бедра, потому что это слишком не изысканно для его желудка, и не удержалась от ухмылки.

У Альваро уже просился ответ, но последнее он не упустил, хитро сощурившись.

— А ухмыляешься ты, верно, с видения, как мы бы танцевали вместе вокруг огромного костра? Или охотились на оленя с луками и мабари, разукрасив лица? — он очень хотел удержаться от ещё одного предположения, но не смог, больно уж напрашивался ответный выпад. — Или, может, согревали бы друг друга в пылу страсти на пушистой шкуре у очага, пока снаружи ревёт снежная буря, м?

Пальцы на секунду посильней сжались на талии и бедре. Вот тебе ответная атака, миледи!

— М-мы летом приплываем, — слегка сдавленно промямлила альтус, силясь не застонать от сладкого удовольствия. Воображение живо рисовало озвученную картину, вызывая томление внизу живота. Она не таясь вздохнула.

— Значит, не ревёт. А остальное, — и вновь пальцы ненадолго сжались, — я так понимаю, устраивает, — сияя пылкой уверенностью, сказал Альваро, даже не уводя это в вопрос. От вздоха девушки сердце забилось чуть быстрей, а глаза вовсю ловили милое смущение на столь же милом лице.

— А вздыхаешь, верно, оттого, что мне всё равно нельзя туда, и это останется приятной несбыточной мечтой? — решил он добавить ещё сверху.

— О, — Алисия изумлённо распахнула глаза чуть шире. — Нет, я о таком даже не подумала. На самом деле я просто жалею, что сейчас не в юбках.

Она сделала достаточно длинную паузу, чтобы воображение Альваро успело нарисовать то, что они могли бы делать, если бы она была одета в юбку или платье. Конечно, это было бы очень неприлично, как и то, что они делали сейчас. Но их с Альваро отношения уже преодолели эти границы, и она не видела смысла жеманничать и лишать себя удовольствия.

— Вообще-то я представила, как тяжело тебе было бы мириться с простым и не изысканным бытом, вспомнив начало нашего знакомства. Но твои варианты меня вдохновляют больше. Особенно, последняя картина, — магесса улыбнулась и мягко заправила за ухо выбившуюся светлую прядь, будто бы невзначай демонстрируя тонкое запястье. — Мы оба ценим гармонию между элементами композиции, и ты должен понимать, что на шкурах у очага это было бы совершенно иначе, чем на шелковых простынях в моей спальне. Это был бы.. интересный опыт.

Расписывать подробнее она не стала и замолкла, мечтательно улыбаясь. Она была уверена, что Альваро достаточно хорошо чувствует стиль и атмосферу воображаемого момента, чтобы самому все правильно достроить.

Ещё минуту назад поездка была только для семьи, а теперь уже чародей занял там своё новое место. Даже уговаривать не пришлось. Ещё и в спальню на шёлковые простыни проник. Если бы Альваро не был занят борьбой с собственным телом, то он даже посмеялся бы, а так волна забавления прошла уже внутри, отразившись на лице лишь ухмылкой.

— Вот видишь, а сама спрашиваешь "зачем", — более чем живо представляя себе всё, заключил он. Повезло, что сел как надо — последствия заигрываний не особо бросались на глаза. — А что касается быта, то это ерунда. Пока аввары не попытаются сварить мне кофе, проблем возникнуть не должно. Не забывай, что ты это говоришь человеку, который пять лет живёт в простом быте, ест простую еду и на стены с воем не лезет. Мы сами прямо в наших же переходах уже сколько раз питались дичью, приготовленной Руфусом, а потом спали в мешках, и ни разу проблем у меня не возникло. Уверен, что на фоне наших испытаний быт авваров мне не покажется хуже. Не совсем же они дикие? Да и вообще, — вдруг вспомнил он крайне важный момент, даже взмахнув рукой, — у вас целая семья альтусов туда ездит! Тевинтерских альтусов! На лето! Я отказываюсь верить, что у вас всё семейство закалённые путешественники, испытывающие удовольствие от ужасных условий жизни. Значит всё там должно быть приемлемо, особенно мне с моим опытом.

Вот, кажется, и подуспокоился немного где надо.

— Всего на месяц, но да, там довольно удобно, на самом деле. Это я так, чтобы ты не строил слишком уж завышенных ожиданий. Семья маминого друга — ферелденцы, из знатных. Они тоже любят и ценят комфорт, и обустроили там все отлично, насколько это возможно вдали от цивилизации. И кофе там тоже есть, и специи разные. Не думал научиться самому правильно варить, чтобы не страдальничать?

То ли на Альваро ее чары не действовали так хорошо, как хотелось бы, то ли он сам вознамерился ее спровоцировать на перехват инициативы, но пока что антиванец не спешил переходить грань. Алисия чуть приподнялась и слегка поерзала у него на ногах, придвигаясь бедрами поближе. Похоже, что все-таки было второе. Ну, ничего. У нее еще было в запасе несколько хитростей.

Как поуспокоилось, так и вернулось. Невозможно с ней такой сохранять хладнокровие, просто невозможно. Впрочем, если подумать, оно и не нужно, в томлении на медленном огне есть своё особое удовольствие. Сама тяга, само это желание уже сладки. Надо только найти нужную меру...

— Было бы неплохо, но как-то не до того всегда, — не теряя хватки и со своей стороны, чародей убрал руку с бедра и аккуратно завёл её под мягкое место Алисии, "поддерживая" её там, а заодно понемногу ощупывая. — Тут как и с готовкой вышло, самого не тянуло заниматься. Думаю, пора менять мнение по этому вопросу. Может, во мне дремлет ещё и великий кулинар? — то ли в шутку, то ли всерьёз предположил маг, но на лице его играла улыбка.

— Ага. Кулинар, — протянула Алисия. Чего греха таить, его прикосновения распаляли ее, но всё ещё были далеко от того, чего она хотела добиться. Девушка едва заметно покачала тазом из стороны в сторону, чуть напрягая то одно бедро, то другое. И все это, не сводя с него лукавого взгляда. Ее скрытый настрой выдавал закушенный уголок нижней губы.

Для Алисии, возможно, настрой и казался скрытым, но Альваро решил, что та самая норма уже практически найдена. Похоже, время бесед и любований подходило к концу. Но, впрочем, не совсем.

Рука с талии отправилась вверх в третий раз. Мягко пройдясь по боку, она добралась до груди и слегка сжала с краёв. Затем, неспешно пройдя через неё целой ладонью, оторвалась и перешла на столь соблазнительную оголённую шейку. Нежно полуобхватив её ближе к затылку, большим пальцем Альваро погладил гладкую кожу у ушка. И всё это с таким внимательным, любующимся взглядом.

— Миледи, похоже, начинает скучать? — улыбнувшись, тише спросил он.

А вот теперь дыхание совсем сбилось, но Алисия не стала этого скрывать, наслаждаясь прикосновениями.

— Скучать? Ни в коем разе, — она с удивлением отметила про себя, что с Альваро никогда не бывало скучно. Подавшись вперед, она выпрямилась и мягко положила ладони ему на плечи. Теперь их лица были совсем близко, он мог чувствовать на губах ее дыхание. — Леди желает больше огня.

Спойлер

Так близко. И там, и тут. Вбирая в себя последние секунды перед бурей, запечатлевая девушку в ещё аккуратном виде, Альваро очень хотел сказать что-то очень простое и очень важное. Но пока не мог.

Он подтянул ее сразу обеими руками: снизу прижимая достаточно, чтобы с небольшим усилием упереться символом собственной готовности в неё, а сверху затягивая в жаркий, чувственный, вырвавшийся наконец на волю поцелуй. На первом же кратком разрыве чародей убрал руку с шеи и перехватил девушку за спиной, прижимая к себе, прижимаясь сам к ней, отрываясь наконец от спинки стула. Ни капли грубости, но много чувств.

Вот теперь огня стало ощутимо больше. Алисия подалась навстречу поцелую и чуть выгнулась, прижимаясь грудью к его груди. Такая долгожданная близость и чувственность вскружила ей голову, и она выбросила из головы все свои мысли, перестав контролировать все и вся и отпуская поводья. Это окупилось сполна. Его безмолвное обещание скорого удовольствия подпирало снизу, и это делало невозможным всякое внутреннее сопротивление, даже если ей хотелось бы сопротивляться. Но ей не хотелось. Почему-то она сейчас ощущала себя в безопасности. Может быть, потому что то, чего она боялась, оказалось не таким уж и страшным? Когда Альваро ненадолго прервался, она томительно простонала и поспешила снова приникнуть к его губам, запечатывая поцелуем слово, которое так и рвалось наружу.

Про стоны Альваро ничего не говорил, но их слушать было ничуть не менее приятно, чем наблюдать иную красоту глазами. Как и вздохи. И прерывистую речь... Голос Алисии был подобен сладкому нектару, только успевай пить.

Вслед за очередной волной слияния он подхватил девушку под ноги, поднявшись, усадил её на край стола. Снова оставил недолгий поцелуй и пошёл ниже, находя новой жертвой своего жара шею. Слишком долго она манила, и теперь губы с языком оставляли на ней заслуженные ласки.

Одной рукой он тем временем высвободиллся из-под бедра и нащупал проход под рубашку. Пальцы, дорвавшиеся до обнаженной кожи, кажется, ликовали, жадно трогая всё. Тренированный живот, талию, спину, затем они перебрались вперёд и нашли грудь. Два пальца легонько сдавили сосок, потом вся рука сжала нежный холм, наслаждаясь ощущением, а следом указательный палец уже сам сделал пару кругов вокруг соска. Альваро пока что специально мешал ласки между собой. И внимал реакциям девушки.

Алисия купалась в тепле от его ласки. Каждое прикосновение, каждый поцелуй заставляли кровь сладко-сладко замирать, а затем бежать ещё быстрее в порывистом неровном темпе. Она снова не удержалась от протяжного стона, когда он по-хозяйски завладел ее грудью, взяв ее в ладонь. Она подставляла шейку под новые поцелуи, и старания парня сразу в двух местах резонировали друг с другом, усиливая наслаждение.

Не желая перехватывать инициативу, остаться в долгу она тоже не захотела. Руки девушки скользнули к его животу и легли поверх мантии.

— Можно? — шепотом и тяжело дыша попросила она позволения.

Шею Алисии обдало горячим дыханием. Губы приблизились к ушку и тихо произнесли: "Можно, но...". Намеренно не закончив, Альваро теперь сам мягко потянул мочку уха, оставил пару коротких поцелуев на изящной челюсти и отнялся от девушки. Руки сначала потянулись к пуговицам, но он быстро передумал, вместо этого стянув мантию через голову и изящно откинув её в сторону кровати. Представ перед Алисией с обнаженным торсом, Альваро взялся за низ уже её рубашки и тоже потянул наверх, стягивая и избавляясь в том же направлении.

Поведя плечами, он полюбовался её прелестными формами и дал оглядеть себя, но не долго, буквально секунду — пламя требовало продолжения. Склоняясь к девушке, обнимая за талию, он поймал её руку, протягиваемую к нему, и оставил нежный поцелуй на пальцах, а следом ещё один на краю ладони, и два на запястье, и несколько на предплечье. Есть ли хоть одна часть тела Алисии, в которую бы он не влюбился? Прекрасная... Отпустив руку, он потянулся к ее губам, перебивая жарким танцем языков ту небольшую паузу от переодеваний. Наклоняясь чуть дальше, он заставил её податься назад, придерживая за спину и прижимая обнаженную грудь к своей. Совсем другие ощущения, чем в одежде. Кожа к коже. Горячая, нагая, великолепная. Так близко. Как же тебе повезло с ней, Сын Огня. Но это лишь половина! Дождись второй.

Разорвав третий подряд поцелуй, Альваро опустился ниже, оставляя пару коротких поцелуев на шее, потом у ключицы, и пониже, пока, наконец, не добрался до груди. Издав тихий стон, чародей с жаждой припал к соску губами. Играясь, оттягивая, сжимая, он слушал Алисию, наслаждался и движениями, и звуками. Сердце билось вовсю, впитывая в себя столько красоты и страсти.

Алисия тонула в потоке удовольствия, таяла от его прикосновений, словно податливый воск в огне. Воспользовавшись его маневром, она чуть сместилась вперед, когда он ее наклонял, кожей ощущая через одежду его твердость. Не вынеся сладости, она застонала. А после застонала снова, когда Альваро приник к ее обнаженной груди губами. Руки девушки гладили его живот и грудь, наслаждаясь ощущением разгоряченной кожи. Он был таким теплым, словно и впрямь был из огня. Мягкого и прирученного ею огня.

— Альваро, — прошептала Алисия в его губы, выйдя из поцелуя. И замолчала, силясь подобрать слова, которыми можно было бы выразить ее чувства. Увы, на ее крайне пристрастный вкус, все что приходило на ум казалось либо пошлым, либо банальным. Альваро заслуживал большего. Она нежно и медленно провела языком по его нижней губе, продлевая паузу. Встретилась с ним взглядами. — Я словно растворяюсь в близости с тобой. И мне это нравится.

Алисия искренне надеялась, что это прозвучало достойно, а не как какая-то звенящая пошлость.

Сердце Альваро едва не таяло, а на лице сияла улыбка. Собрала силы, мысль, высказала это... И захотелось ответить что-то своё. Выигрывая время теперь себе, чародей с жаром поцеловал её, свободной рукой массируя грудь.

— Слиться с тобой в едином порыве для меня слаще всякого сладкого сна, — прервавшись, полушёпотом ответил он и запечатал слова ещё одним поцелуем.

Пора идти дальше. Слегка приподняв девушку, Альваро потянул второй рукой вниз её штаны. Она поспешила помочь, и вскоре совместными усилиями осталась в одних лишь трусиках. С кальсонами чародей особо возиться бы не стал, но с нынешним вариантом не так спешил. Ненадолго вновь припав к груди и придерживая Алисию за талию, другой рукой он мягко сжал оголённое бедро и медленно пополз выше. Пальцы пробрались под край трусиков и во всю ширину погладили полоску кожи, скрываемую под ними. Близко. Ладонь сместилась чуть левей, большой палец оказался на полпути к паху, пролезая между ногой и тазом. Ещё ближе. И тут он остановился и отлип от обласканного соска. Снова приподнимая девушку, свободной рукой Альваро потянул последнюю кроху одежды, последний барьер вниз. Теперь Алисия предстала перед ним во всей своей естественной красе. Милая. Прекрасная.

Она смущённо прикрыла пах ладонью и изящным взмахом головы откинула за спину растрепавшиеся волосы. Подняла на него взгляд и засмотрелась в ставшие такими родными глаза, робко улыбаясь. Нет, она не испытывала стыда или стеснения, но настроение почему-то было сделать именно так.

Что-то в этом было исключительно приятно-утончённое. Жаль, что Альваро не умел писать картины, потому что Алисия вписывалась бы в них как влитая. Настоящая леди, даже в таком виде. Окидывая её чутким взглядом, чародей уловил возникший в голове план. Встав перед ней на колено, одну ладонь он положил на ножку, а второй аккуратно, словно по выдуманному этикету, взял прикрывающую естество руку повыше запястья. Склонившись, он оставлял на ней недолгие и нежные поцелуи, спускаясь почти от локтя ниже, и ниже, и ниже. Его рука тоже потихоньку спускалась, и к моменту как поцелуи добрались до запястья, чародей уже почти держал ладонь, принимаясь осыпать поцелуями уже её. Наконец, оставив последний, более долгий поцелуй, Альваро поднял взгляд к глазам Алисии. Его пальцы стали переплетаться с её, и в один момент он закрыл замок, мягко отводя руку в сторону.

Ловя ответный нежный взгляд и замечая румянец на щеках, он перехватил ножку с другой стороны и, поглаживая, оставил несколько поцелуев на внутренней стороне бедра, каждый всё ближе к заветному месту. И вот они по-настоящему встретились. Приблизившись, Альваро приоткрыл рот и слегка вытянул язык, медленно, очень медленно касаясь уже влажных губ лона у самого низа, и протягивая это прикосновение выше, по всей длине. На секунду взгляд поднялся к лицу Алисии, ловя её реакцию. Движение повторилось второй раз. Уже зная и видя, где находится действительно нужная точка, чародей протянул язык к ней, несколькими короткими движениями посылая волнение по телу. Чуть крепче сжимая руку девушки в замке, он припал туда уже ртом, начиная ласкать серьёзнее. Алисию он здесь знал уже относительно неплохо и представлял, что заставляло трепетать её сердце посильней. Перемежая несколько ласк, чтобы не перегрузить девушку ощущениями, Альваро стал и активнее смотреть наверх, стараясь уловить больше чувств и ответных взглядов. Быть на этом месте — почти что настоящее блаженство. Так близко к самому явному источнику её удовольствия, видя и внимая…

Оперевшись на стол, она слегка запрокинула голову назад, млея под его лаской. Свободной рукой мягко перебирала любимые волосы, удерживая себя от того, чтобы показать властность. А может быть, стоило? Удивительным образом Альваро заставлял ее чувствовать себя совершенно другой в таком положении и получать от этого неподдельное удовольствие. А может быть, дело было не в позиции и роли, а в самом Альваро. Не наклоняя головы Алисия опустила взгляд. Он ведь наверняка заметил ее уже давно возникшую готовность. Вид мужчины у ее ног заставил сердце пропустить удар, и пришлось закусить губы, чтобы приглушить вырвавшийся стон. Впрочем, ему наверняка было слышно.

— Душа моя, ты невыносим, — тяжело дыша, прошептала она.

Возможно, с кем-то другим Альваро бы слегка пошутил. Остановился бы, спросил бы, надо ли прекратить. Ничего плохого тут даже и нет, небольшая забава, но Алисию выпускать из горячего потока желания совершенно не было. Млеющая в его ласках, она разжигала в нём желание не останавливаться, делать больше, делать ещё приятнее. Сладкая, чувственная, нежная. От её обращения сердце на секунду забилось ещё быстрее. "Душа моя". Почаще бы такое слышать...

Решив в этот раз закончить начатое уже собственными силами, чародей оставил ещё немного ласк на лоне и, высвободив руки, поднялся и быстро избавился от штанов и кальсонов. Его собственная готовность не оставляла никаких сомнений. В последний раз склонившись к лицу девушки, он оставил на её губах и языке горячий поцелуй, а затем отстранился. Разместившись между её ног, Альваро рукой направил достоинство к заветной цели. Остановившись на самом краю, он провёл им вверх-вниз, в последний раз раззадоривая Алисию, и с тихим стоном вошёл внутрь. С их текущей обоюдной готовностью — как нож сквозь масло.

Но это была лишь часть замысла, самая простая. Оказавшись внутри, правой рукой чародей подхватил Лиссу под спину, а левой вдруг взял её ногу и аккуратно закинул себе на плечо. С соответствующей растяжкой вышло ощутимо проще, чем в иных обстоятельствах. И вот теперь, поглаживая нежную кожу под пальцами, он начал двигаться. Пока что не в яростном темпе — всему своё время — но и не медленно.

Лисса тихо постанывала от наслаждения близостью. Упоительное ощущение наполненности им дурманило не хуже вина. Пока ещё не слишком, но надо было позаботиться кое о чем сейчас, пока не стало поздно. Пока она ещё могла что-то соображать. Свободной ногой девушка держалась за Альваро, и могла опираться лишь на одну руку.

— Не хочу, чтобы меня услышали за стенкой, — соврала она и поднесла ко рту вторую руку, впиваясь в край ладони. Теперь у нее было больше шансов не сболтнуть лишнего в порыве страсти, хотя стонам это, конечно же, не мешало.

Альваро усмехнулся. В прошлые разы её это не смущало. Или это защитная мера от тевина? Наслаждаясь видом разгоряченной Алисии и ощущением от пребывания внутри неё, он повернул голову и оставил несколько поцелуев на вытянутой голени. В такой позиции они были далековаты друг от друга, но какую-то ласку всё равно хотелось принести. Собственно, ей и пора заняться.

Высвободив руку из-под её спины, чародей скользнул по боку и снова добрался до груди, сминая и массируя её, смешивая и чередуя это с ласками давно потвердевшего соска, слушая стоны и ловя взгляды девушки. Поигравшись так, он повёл руку дальше вниз, медленно проскользив к свободной ноге, а от неё перебравшись к лону. Альваро слегка отклонился, давая себе чуть более удобный доступ туда и, даже не думая останавливаться, подвёл к точке удовольствия большой палец, теперь одновременно наполняя и лаская. Он даже прибавил темпа, ослабив собственные раскачивания и сфокусировавшись на ускоренных движениях тазом. Поддал огоньку.

Чем дальше, тем интенсивнее. Алисии это до безумия нравилось. Она откинулась на спину, сталкивая со стола какие-то вещи. Какие — не зафиксировала, не до того было. Продолжая прикусывать ладонь, сквозь которую долетали жаркие стоны, другую она положила себе на грудь. Не столько даже ласкала — было трудно что-то осознанно делать — сколько создавала еще более привлекательный вид для Альваро, чтобы доставить ему больше удовольствия. Слегка выгибаясь в такт его движениям она отдавалась страсти с открытой душой и затуманенным взглядом, направленным на него. Вид разгоряченного парня, смотревшего с таким обожанием и поклонением, заставлял сердце трепетать.

А обожания в самом деле было в избытке. В голове не укладывались все комплименты, которые хотелось бы высказать Алисии, отчасти оттого что сейчас вообще думать было сложно, настолько его завораживали приятные ощущения и предстающий перед глазами вид. Казалось, что уже будучи в самом разгаре основного действа, он стал даже твёрже. Пожирая прелестную пассию взглядом, Альваро повернулся лицом к ножке на плече, вытянул язык и с жаждой провёл им вверх по коже.

И всё же далеко... Отпустив ногу, он уже сам залез на стол коленом, подпирая её во вскинутом положении, а сам, стоя на второй, наклонился к Алисии, упираясь локтями в стол и нависая сверху. Полный вожделения взгляд остановился на истомлённых голубых глазах. Так явно ближе. Не удержавшись, он слегка замедлился, опустился дальше, касаясь её кожи своей, чувствуя столь приятное тепло, и припал со страстными поцелуями к шейке. Так долго ей его манили во время разговоров, что теперь не удавалось насытиться. Прекратив нежные терзания, Альваро вновь приподнялся и ускорился, уже сильнее чем прежде.

Следы поцелуев все еще горели на шее, опрокидывая в сладостную муку, а он уже обрушил на нее целый каскад удовольствия. Короткие стоны чередовались с тягучими, когда становилось совсем уж невыносимо. Это сладкое беспомощное наслаждение... Если бы не зажатая ртом ладонь, она бы точно проговорилась в своих чувствах. Хотя язык тела и глаз и без того говорил сам за себя. К счастью, все это можно было легко принять за страсть момента.

Каждая волна удовольствия, пронизывающая тело Алисии, заставляла ее сжиматься внутри все туже и туже, пока давление не стало совсем уж невыносимым. Она крепко обхватила мужчину ногами и вцепилась в плечо свободной рукой, отчаянно желая стать с ним единым целым.

И от таких жестов Альваро сам воспылал, ощущая, как стремительно движется к пику. Он снова опустился и вжался в Алисию, утыкаясь лицом ей в плечо, ускоряясь до предела своих возможностей. Но... нет, надо иначе. Если до сих пор рука девушки могла помогать ей, то сейчас мешала другому. Буквально за секунду до финала маг потянул её ладонь изо рта и, только губы стали свободны — впился в них, сливая воедино стоны обоих, смешивая проходящие по телу волны удовольствия с последним неистовым танцем языков. На несколько секунд он, казалось, перестал сдерживать себя, приобхватывая Лиссу за плечо и уже вдавливая её в стол от желания быть как можно ближе, чувствовать как можно сильней. Ещё ближе, ещё сильней. И ещё...

И вот, наконец, всё. Замедляясь, маг ослабил хватку и разорвал поцелуй. Сердце отбивало последний неистовый ритм, готовясь передохнуть. Упираясь в локти, Альваро облизнулся, наслаждаясь видом прошедшей свой пик Алисии, ещё несколько секунд продолжая двигаться внутри неё, пока окончательно не остановился.

— Ты невероятная... — сквозь тяжелое дыхание и улыбку пробормотал он, утопая в её глазах.

На губах девушки появилась блуждающая улыбка, слегка расфокусированным взгляд постепенно обретал четкость, пока она разглядывала его черты. Положив ладонь на его щеку, она большим пальцем мягко погладила скулу.

— Альваро, — тихо произнесла она выдохе. И замолчала на несколько мгновений, снова погладив. — Как тебе мало надо для счастья, да?

Чародей взял её ладонь в свою и нежно поцеловал у запястья. Мало тут только одного — знания о чувствах, испытываемых к ней...

— Ты себя недооцениваешь, Лисса, — ответил Альваро, снова поднося её руку к своей щеке и легонько потираясь о неё. — Делить с тобой такую близость — это не мало. И не только это…

— А ещё комнату, я знаю, да, — пошутила девушка, а затем чуть приподнявшись, оставила на его губах чувственный поцелуй. Тело отозвалось остаточными импульсами удовольствия и она не удержалась от короткого стона. — Я могла бы дать тебе несравненно больше. В конце концов, я альтус, и мои возможности многое позволяют.

— С тем, что ты можешь дать мне как альтус, я буду счастлив вдвойне, — усмехнулся чародей, — а пока что буду счастлив тем, что имею. И для меня этого не мало. Мы, как ты прекрасно знаешь, периодически пляшем на лезвии клинка между жизнью и смертью, и может статься так, что придётся довольствоваться тем, что успело случиться, а не тем, что будет.

От собственных слов на миг защемило сердце, но на лице это отразилось лишь секундной маской серьёзности. Куда-то ты не туда завернул, Альваро. Расслабься, вернись в реальность. Наклонившись, он нежно поцеловал девушку. Стало лучше. Так-то. На лицо вернулась улыбка.

— Давай переберёмся на кровать, — предложил он и, встав, подхватил её. Стараясь не топтаться по расбросанной одежде, он уложил девушку и сам лёг рядом, обнимая её.

Устроившись поудобнее, Алисия положила голову ему на грудь, а ладонь на другую половину груди, там, где у него билось сердце. Закрыла глаза, прислушиваясь к ударам.

— Знаешь, я тоже так считаю. Но почему бы и не помечтать?

Альваро, в свою очередь, одной рукой стал поглаживать её по волосам, а другую положил поверх ладони.

— Можно конечно. Я уже мечтаю. Весь в мечтах, можно даже сказать... — прозвучало это шутливо, но по сути-то было правдой. — Но сейчас мы на опасной миссии вдали от настоящей цивилизации, гоняемся за смутным следом на пути к ещё большей опасности, и здесь, для счастья, действительно, достаточно вещей и попроще, если уж говорить в целом. А у тебя за два года желания поскромнее ни в чём не стали ещё, значит?

— У меня изначально мечты были такие, что тягаться с ними трудно, и пока что они не изменились, — альтус задумалась. — Новые ещё появились, но в сравнении с теми масштабом явно поменьше, да. А иные и вовсе мелочь, на которую я прежде бы и внимания не обратила. Мороженого бы сейчас, — мечтательно вздохнула она. — Лимонного, с шоколадом и колотыми орешками.

— А я бы на море хотел снова взглянуть. У нас загородное поместье было недалеко от семейных виноградников, и оно стояло на холме у берега. Пешком до пляжа за несколько минут доходил без спешки. И вот с балкона второго этажа у нас самый лучший вид открывался, единственное место было где я ребёнком больше пяти минут мог на месте усидеть, — тихо посмеялся Альваро. — Думаю, с лимонным мороженым там стало бы ещё лучше.

Лишь сказав это, чародей понял, какой потенциальный смысл мог тут залечь. Но он ведь сказал это ничего не подразумевая, верно? В тот момент ему показалось, что да, но теперь он уже не был так уверен. Впрочем... с таким смыслом действительно лучше.

— Было? — осторожно переспросила девушка, боясь потревожить дорогие воспоминания. — А сейчас нет?

— Да должно и сейчас быть, думаю, — непринуждённо ответил маг. — Просто я там так давно был, что оно всё воспринимается как в прошлом. Другая жизнь ещё.

Она немного помолчала, представляя, каково это отсутствовать дома пять лет. Затем мысли снова вернулись к описанной Альваро картине. Почему-то в ее воображении это было похоже на зачарованное полотно с морским пейзажем в маминой спальне. Маленькая Алисия часто любила взбираться на табуреточку и вдыхать запахи морского бриза.

— Хотелось бы и мне там побывать, — со вздохом признала она. — Должно быть, выглядит действительно красиво. Уж смотреть на море куда приятнее, чем болтаться в нем.

— Ну, у нас поместье не тайное, в узком кругу для посещения состоять не надо, так что вполне сможешь, я приглашаю, — улыбнувшись, Альваро ткнулся носом в голову девушки, вдыхая её запах. — А ты, значит, морские путешествия не любишь? Тесно слишком на кораблях?

— Тесно, скучно и болтанка жуткая, — наябедничала Алисия и зарылась пальцами в его шевелюру, мягко перебирая волосы. — Предпочитаю твердо стоять на ногах. Да и вообще, чем больше простора для прогулок, тем лучше. Люблю свободно передвигаться везде, а по воде особо не погуляешь, устаешь от расхода магии.

— Как же ты до авваров из Минратоса доплываешь? — запереживал с такими вводными Альваро, представляя месяц-другой на корабле с минимумом суши. — Под сонными чарами в спячку впадаешь?

Уже ощущая потихоньку наползающую в отсутствие одежды прохладу, чародей сделал рукой небольшой жест и оставил в уме лёгкую фокусировку — воздух рядом с ним и Алисией понемногу стал теплеть.

Она улыбнулась и прижалась к нему чуть сильнее, немного потеревшись.

— Без тебя — любая дорога в тягость, — мысли укатили куда-то не туда, но это не слишком беспокоило. Так хорошо лежалось с ним рядом. — А так, терпеть приходится. Зато потом целый месяц на суше, гуляй не хочу.

— Прям-таки любая? Именно без меня? Я настолько хорошо исполняю роль твоего молодого человека? — заулыбавшись мыслям, Альваро опустил ладонь с волос девушки ниже, поглаживая уже по спинке.

Алисия сладко вдохнула от нахлынувших чувств и уткнулась ему в шею.

— Самого лю.. лучшего молодого человека, — выдохнула она и пользуясь тем, что он не видит, прикусила губу. Надо же, едва не проговорилась!

Счастливый Альваро крепко обнял её. Остановить бы время, остаться бы тут с ней на подольше. Но никак, так что придётся наслаждаться и запоминать то, что есть. И, может быть, постараться, чтобы этого “есть” было всё-таки побольше, тем более раз сама Алисия явно этого хотела.

— Повторим? — полушёпотом спросил Альваро, всё поглаживая девушку.

Предложение было слишком заманчивым, чтобы отказаться. Тем более, что им некуда было спешить: Руфус и Дамиан отбыли по заданию, дом пустовал. Не говоря более ни слова, Алисия приникла к губам молодого человека.

[Thinvesil]

7 зимохода, 9:89 Дракона, Ивуар, дом Морелей, день

Спустившись, она обнаружила в общей комнате Холта. Это ее не удивило, для своих двери дома были всегда открыты, а местные к наёмникам не совались. 

— Руфус и Дамиан уехали проводить кого-то, — пояснила она, предположив причину визита. — Планировали ненадолго, скоро вернутся, наверное. Давай я пока чай поставлю.

Здесь не требовались особые поварские умения, так что Эльса решила, что сама справится. Она открыла заслонку у печки, проверяя жар, чтобы поставить чайник. 

— Ты сам-то как? — осторожно поинтересовалась девушка.

Холт сидел за столом в гостиной, откинувшись на спинку кресла у камина, и читал какие-то бумаги. Заметив, как Эльса начала ставить чайник, он отложил бумаги, подув на свежие чернила, и повернулся к ней, сложив руки на животе и приняв расслабленную, дружелюбную позу.

— Доброе утро, Эльса. Занимаюсь бумагами, как видишь, — он похлопал по стопке пергаментов. — Думаю, к вечеру все закончу, а следующим утром мы сможем выдвинуться в путь. Пока что цель — Безье, но думаю, по дороге мы обдумаем свои планы еще раз. А ты готова к тому, чтобы навсегда покинуть Ивуар?

— Полагаешь, мы не останемся в живых, чтобы когда-то посетить его снова? — в голосе Эльсы проскользнула едва-едва заметная ирония. — Или сожжем его напоследок?

Докинув пару бревен, она раздула жар и поставила чайник на печь. Теперь, если она верно запомнила последовательность, надо было закинуть листьев в заварник, чтобы потом залить их кипятком. Ну, и предварительно убедиться, что заварник чист, конечно же.

— Что ж... считай, что когда наша миссия закончится, мы будем либо мертвы, либо мир изменится так, что наши жизни уже не будут прежними, — улыбнувшись и покачав головой, заметил Уильям. Ему не хотелось думать о том, что он сам будет делать после всего, если останется жив. Новому миру такие, как он, будут уже не нужны. Новым миром должны владеть те, кто смотрит в будущее, а не отягощен грехами прошлого. Но говорить этого вслух не хотелось. — Думаю, Ивуар тоже изменится. Хотя такие деревеньки вдали от цивилизации иногда превращаются в капсулы прошлого, где время будто застыло и не двигается вперед... — он задумчиво посмотрел в огонь и прокашлялся. — Прости, что-то на философию потянуло. Надеюсь, у Руфуса, Виктории и Дамиана все получится провернуть без потерь. После того, как они вернутся, у нас не будет больше дел в деревне. Да и терять время не хочется. Мы и так пробыли тут слишком долго, и хотя новых приказов свыше не поступало, мы все равно должны как можно скорее двинуться дальше. У нас есть информация по Безье, значит, его и проверим.

— Да, надо бы, — Алисию совсем не удивили слова агента. Она ещё до вступления предполагала, что Сопротивление просто попытается ликвидировать исполнителей, когда они станут уже не нужны. Большая ошибка с их стороны, но это не ее проблемы. Девушка просто отметила про себя этот факт, красиво расставляя чашки и блюдца на выскобленном столе, и переключилась на более важную тему. — А что потом нам с этой девочкой делать? Из изысканий Руфуса и Феликса получается, что там надо провести ритуал какой-то? Сделать то, что в Фамарнасе делали, превращали людей в неведомые хрени могущественные. Не выйдет ли так, что мы просто применяем одну гадину на другую, а то и похуже? Может, сразу о последствиях подумать, поискать способ от обеих хтоней избавиться? Опять же, известно ли, что потом станет? Какой конкретно результат ожидает Сопротивление? Мир, дружба, цветочки? Или главное сделать, а там хоть все гори?

Пока она так рассуждала вслух будничным и слегка задумчивым тоном, словно размышляя какую книгу взять почитать, Эльса расставила всю посуду и снова вернулась к печи проверить чайник — кажется, тот должен вот-вот закипеть. Или нет. Было бы куда проще, если бы она могла воспользоваться магией. К сожалению, Альваро пока не успел спуститься, чтобы помочь.

— Интересный ход мыслей. Но информации о том, что именно произошло в Фамарнасе, до сих пор не было почти никакой. Тот ритуал, который мы нашли... — Холт сделал паузу, пытаясь подобрать слова так, чтобы не сказать лишнего, но и сказать достаточно, чтобы Эльса понимала всю серьезность ситуации. — Его конкретный результат нам неизвестен, а те, кто мог бы поделиться своими наблюдениями, в данный момент, насколько я могу понять, — он снова прочистил горло и посмотрел на чайник так, словно тот лично не сдал ему отчет, который нужен был еще позавчера. — Обитают в голове нашего многоуважаемого ученого-тантервальца. Поэтому я очень надеюсь, что к концу нашей миссии он найдет общий язык с, гм... голосами в его голове, и они подскажут или смогут предупредить нас о последствиях. А может, это просто моя теория. Ты во многом права, Сопротивление с этой девочкой и ритуалом действует вслепую. До нашего с вами путешествия в Руссильон об этом были лишь крупицы информации. Теперь мы знаем больше, а значит, можем двигаться дальше. Мы должны и дальше собирать как можно больше данных и продолжать искать Сулану.

Холт подумал о том, что Эльса сказала насчет "хтони". Ответа на этот вопрос не было, и он сам дорого бы отдал, чтобы его узнать.

— Результат, который ожидает начальство... — наконец сказал мужчина и устало потер виски. — Избавление Тедаса от гнета Разикаль. Все остальное... не имеет значения и будет проблемой правителей, политиков и их армий.

— Очень ответственная позиция, — хохотнула Алисия, но развивать тему не стала. В конце концов, никто не знал, какие были истинные цели у организации. Избавление от Разикаль могло быть лишь ступенькой к власти, например. Сама она хотела лишь избавления от драконицы, но кроме того, ей в этом мире ещё и жить потом, если вдруг жива останется. Кому-то, напротив, мог быть выгоден хаос. — Интересно, Избранные так же считали? Или искренне верили, что теперь то уж заживут? Хотела бы я знать, понимали ли они, что творят. 

Она картинно вздохнула и решила ввернуть что-то приятное.

— Адалин по утрам собирает желающих на тренировки, отрабатываем взаимодействие. Надо попросить ее, чтобы в пути тоже продолжилось, как ты считаешь? Так ведь даже лучше будет, не нужно всех по деревне собирать. В лагере, в одном месте будем. Сколько вообще занимает путь к Безье нашим ходом?

— Зависит от того, что мы встретим по дороге, — неопределенно пожал плечами Холт. — В среднем, если не будем задерживаться и куда-то сворачивать, то дней пять. В любом случае по пути придется останавливаться на ночлег в лагере или в придорожных трактирах, так что этот момент я тоже учел. И людям, и лошадям нужно отдыхать. Как минимум три таких трактира на нашем пути точно попадется, в другие дни придется спать в палатках. Знаю, не лучший вариант, но увы, — он развел руками. Мужчина не ответил на вопрос Эльсы об Избранных, о том, что они думали, знали ли, что делают, или действовали вслепую, на одной надежде и инстинктах. Может быть, они были такими же потерянными и сбитыми с толку, как и нынешние Скорпионы. Уильяму даже хотелось думать, что это было действительно так. Немного помогало не чувствовать экзистенциальный ужас перед той задачей, которую перед ними поставило начальство.

— Тренировки — это отличная идея, главное, не убить кого-то случайно. Особенно зная, сколько у нас магов... — вздохнул Холт. — Как там чай? Я недавно взял у Мари Морно немного овсяного печенья. Хочешь, принесу, — дружелюбно предложил он, понимая, что такие разговоры не способствуют оптимизму и хорошему настроению.

— Нарочно не надо бегать, а в другой раз захвати. Ребята будут рады. И на тренировки тоже приходи, — от чайника уже шел пар. Девушка залила листья кипятком и поставила чайник рядом на столе. Она мягко заметила: — Палатка — это хорошо. Главное, чтобы было укрытие, а с комфортом и в стесненных обстоятельствах устроиться можно. А если вдруг ревматизм будет мучить, так у нас магов как говна за баней, обращайся.

Метафору эту Эльса услышала где-то и утащила себе, так забавно она звучала. Вот и пригодилось.

Закончив с чаем, она порылась в ларе для продуктов под окном. Прежде тут Руфус держал остатки пирогов и другой снеди, но сейчас он пустовал. 

— Да уж, хлеб вчерашний остался, не густо. Руфус совсем обленился, последние два дня не готовит ничего, — с едва заметной иронией проворчала она. Похоже, отряд воспринимал заботы ученого как нечто само собой разумеющееся, раз никто не подумал подменить его на время отсутствия. — Ты умеешь готовить, Холт?

Холт усмехнулся этой заботе и шутке про ревматизм, но комментировать не стал. Как и метафору про говно за баней.

— Готовить-то умею, но изысков не знаю. Достаточно, чтобы выжить и не сойти с ума от того, что постоянно ешь горелый хлеб. Сама понимаешь, на готовку в моей работе времени как-то особенно не остается. Ну, или не оставалось... до этой миссии, — он не мешал и не лез с советами, лишь наблюдал, привыкший к этой роли в своей жизни. — На тренировки постараюсь придти, но сама знаешь, бумаги, письма, отчеты... все это не ждет, — мужчина махнул рукой, показывая, что его самого это не особенно радует.

— Надо как-то делегировать, — заметила Эльса, нарезая ломтями хлеб. Если соединить с рыбой и мясом из погреба, будут неплохие бутерброды. По крайней мере, это блюдо было крайне сложно испортить даже ей. — Нельзя себя загонять и пытаться одному все контролировать. Не уподобляйся Крауфорду.

Она бросила быстрый взгляд, проверяя реакцию.

Реакция была... странной. Холта это сравнение, кажется, лишь немного развеселило. Он усмехнулся и постучал кончиками пальцев по столешнице.

— Делегирование — вещь хорошая, однако приказы есть приказы. Выполнять всю бумажную работу поручено мне, как и некоторые другие аспекты нашей миссии, а значит, придется заниматься этим в одиночку. Как думаешь, кто отдает приказы самому Верховному жрецу Империи? — он склонил голову набок и внимательно посмотрел на Эльсу. Изучал ее так же, как и она его, но без давления.

Ага, значит, все-таки знает, сделала вывод альтус. Стало быть, ей не показалось. Подбоченившись, она оглядела стол. 

— А кто его разберет наверняка? Кто-то считает, что скотиняка одна хвостатая. Но если б эти приказы ему не нравились, он бы, наверное, сопротивлялся бы, разве нет? — Алисия осеклась, осознав, что ляпнула больше, чем намеревалась. Холт сам того не зная, а может, и намеренно, затронул болезненную тему. — Так, пойду принесу мяса и рыбов. Я мигом, в погреб метнусь и обратно. Не скучай!

Стоило Эльсе ретироваться вниз, как в дом завалилась целая толпа: Руфус, Дамиан и Викториа немного запыленные с дороги вернулись со своего задания. С ними же был Кунсей, который и сам прогуливался, но встретив компанию решил тоже вернуться в дом. Поприветствовав Холта коротким "гав", он обнюхал углы комнаты и занял стратегически удачное место под столом.

— Так вот, о чем я говорю... — груженная кабаньим окороком и копченой форелью, она заметила остальных. — О, вы вернулись. Присаживайтесь, чай готов, сейчас бутерброды будут. Кунсей, позови Альваро.

Пес нехотя отправился наверх, а Эльса снова вернула внимание на Холта. Надо было договорить, чтобы это все не выглядело как позорное бегство от темы. 

— Либо человек тиран, и его всякие тиранические штучки, приказанные или нет, целиком устраивают, либо он не тиран и тогда не творит всякий ужас, а сопротивляется. Я так считаю. 

— Кто это там тебя затиранил? — с усмешкой поинтересовался Руфус, принимая у Виктории пальто, чтобы повесить на вешалку. 

— Да так, — девушка сделала неловкую попытку отмахнуться. — Есть там такие.. представители титульной нации. А, ну их в пень. Вы садитесь, болтайте, не буду мешать.

Она решила сосредоточиться на нарезании мяса, но вслушиваться в беседу краем уха не перестала.

— Тиран тирану рознь. Да и от тирана может польза быть, — рассудительно заметил Уильям и поднялся со своего места, приветствуя вернувшихся с задания бойцов. Он хоть более и не был командиром Скорпионов, но все же продолжал нести за них ответственность как информатор и связной. — Ну, как все прошло? Рассказывайте. Да не стойте, садитесь, устали, наверное. — Он отошел от кресла, в которое тут же устало опустилась Викториа, вытянув ноги и растирая сведенные судорогой бедра после долгой дороги верхом. — Можете без подробностей, подробности в отчете, только кратко и в общем.

— В общем, ненавижу ездить верхом больше трех часов, — проворчала девушка, бросив взгляд на Руфуса.

— Если совсем кратко, то сейчас мы сюда сгрузим все что нашли у тех, кто пограбил расхитителей схрона, а ты уж смотри, что тебе, что Сопротивлению, что отряду, — он достал из-за пазухи пачку писем и передал Холту. — А это, я так понимаю, тебе как связному. Те, кто ваш тайник разорил, испытывали некоторые подозрения, но мы убедили, что это переписка богатого клиента, который нас нанял. Расстались друзьями, желания стучать и трепаться они не испытывают. А это подорожная от легиона для отвода мелкого внимания, — он показал Холту свиток с печатью. — Бери ты, Дамиан, раз ты теперь за главного. Будет подозрительно, если кто-то другой покажет. Место схрона рекомендую сменить, оно скомпрометировано.

Уильям сразу забрал бумаги и принялся их просматривать, хмуря брови. Ему требовалось время, чтобы расшифровать письма, но кое-что он помнил наизусть, а потому знал, насколько критичными были эти сведения.

— Благодарю, Руфус, то, что вы сделали, возможно, спасло много жизней членов Сопротивления. Что касается остального, золота и прочего, вы можете распределить все это между собой. Место схрона будет изменено, я позабочусь об этом, когда напишу ответ. Сегодня отдыхаем, завтра утром выезжаем из Иувара и направляемся к Безье, — спрятав бумаги, он кивнул полевому отряду и посмотрел на Дамиана. — Позаботься, чтобы все были готовы. Вернуться в деревню мы вряд ли сможем в ближайшее время.

— Без проблем, — ответил Дамиан. 

Обойдёт всех, сообщит. Можно было бы и на других поскидывать передачу новости, но делать и так нечего, так что лучше сам. Ивуар, конечно, свою долю приключений принёс, но демонолог уже сам хотел сменить обстановку. Всё лучше, чем глухие деревни. Кроме, может быть, глухих лесов...

Что касается добра с задания, то большую часть, скорее всего, надо будет продать. Насколько он мог судить, кроме кинжала ничего особо полезного для отряда не завалялось. Да и с кинжалом ещё посмотреть надо, нужен ли он Адалин, сейчас у неё уже особый зачарованный есть.

— Что ж... тогда жду от вас отчетов по данному событию. Руфус, Викториа, — он кивнул им и поднялся наверх, чтобы закончить работу с бумагами, расшифровать письма, добытые ими на задании, и позаботиться об ответе начальству. Уильям понимал, что опять не выспится, но смирился с этим уже давно.

— А я, пожалуй, схожу в таверну, — ввернула магесса, поднимаясь с кресла и морщась от того, как нижнюю часть спины пронзила неприятная вспышка боли. После таких длительных заездов нужен был хороший отдых, но Скорпионам отдыхать осталось лишь до следующего утра. К тому же, у нее была идея, для которой требовалась Йорки. Она направилась к выходу, забрав по дороге свою накидку, и вышла в яркий зимний день, скрипнув за собой прикрытой дверью.

Ещё один отчёт. Точно, он и прошлый не успел ещё написать. Вот тебе, Дамиан, дел на сегодня хватит, не соскучишься.

— А я к торговцу, лишнее добро сбагрю. Только не в железе, — поведя плечами, он направился наверх, чтобы избавиться от доспеха.

И едва скрылся демонолог, как появился антиванец. Поглядев вслед расходящимся, он подошёл и сел за стол.

— Смотрю, очередная миссия выполнена? Успешно? — поинтересовался он. Дамиан ушёл в комнату, Виктория на выход, вероятно к таверне, из группы внизу остался единственный Руфус.

— Куда лучше, чем я опасался, — Руфус улыбнулся. — Мы избавили тракт от убийц и душегубов, спасли хороших людей и подружились с ними, а попутно изъяли имущество Сопротивления без плохих последствий. Зато есть хорошие последствия, нам дали подорожную. Не бог весть что, но от случайных проверок со стороны Легиона или Тайников выручат.

Эльса хмыкнула, наливая Альваро чай и подсовывая бутербродик. Она надеялась, что антиванец не догадается, кто их стряпал.

— Замечательно, — кивнул Альваро. Собирались один схрон раскопать, а по факту и полезным делом занялись. Полезным, точнее, для всех, изначально польза была только для Сопротивления.

С готовностью принимаясь за выданный Эльсой перекус, чародей решил одной оценкой не ограничиваться.

— Я так понимаю, что содержимое схрона переехало? Раз уж вас так подолгу не было.

— Можно и так сказать, — Руфус усмехнулся от нерасторопности их отряда. — Местные обошли нас, прибрали его к своим рукам раньше и подались в Монсиммар за лучшей жизнью. По пути угодили в лапы дезертиров. Легионера их сопровождавшего решили для выкупа придержать, женщину с сыном убить собирались, как никому не нужных. Мы и сами в плен угодили, но смогли выпутаться. Кстати, встретили Клода, узнали, за что его по всему Орлею стража ищет.

Если первые новости Альваро воспринял как нечто пусть и нехорошее, но типичное для некоторых мест, то на Клоде сразу вскинул бровь.

— За дезертирство? Он тоже убийца и душегуб? — такого, судя по тону, он не слишком ожидал.

Руфус вскинул бровь.

— Успел ли убить кого, это мне неизвестно. Может, и успел, он несколько лет так скитается, прибивается ко всяким бандам, — целитель задумался, анализируя то, что знал и видел от самого Клода. — Империя его родителей то ли в государственное рабство упекла, то ли в застенки. По линии Тайной службы преступление, не исключено, что государственная измена. Вот Клод и подался наводить бунт и хаос, но он не хотел убийств и смертей, так что не безнадежен. Сказал, что не будет мешать нам из благодарности к Эльсе, но помогать тоже не стал, сбежал.

— Это за плащ, что ли? — удивилась Эльса. — Так-то я ничего такого ему и не сделала, за что благодарить нужно было бы.

— Может, ты ему понравилась, вот и забыл кто его лечил, — посмеялся антиванец. — Значит, встречу с вами он пережил, — сделал он следом напрашивающийся вывод, делая глоток чая. — Ну, хорошо, что руки замарать не успел. А местные так и пошли дальше в Монтсиммар уже без содержимого схрона?

— Мы всех дезертиров перебили и все, что хоть немного походило на вещи из схрона, собрали сами. Ивуарцы с легионером заночевали у тракта, а сегодня мы им лошадок пригнали, чтобы могли до столицы доскакать.

— Если снова увидим этого Клода, вы, главное, его в отряд не берите, — вставила мысль Эльса. — Судя по тому, что он кучу банд сменил, он приносит несчастье и тотальное уничтожение. Кто вообще идёт в дезертиры? — не удержалась она от вопроса, искренне недоумевая.

— Ума ему не хватает в другую провинцию слинять, — раздался голос Дамиана, уже спустившегося вниз. В руках у него были посох, глефа, круглый щит и обломок другого щита, древнего, ещё аж из Фамарнаса. — Пусть и сам от нас подальше держится подобру-поздорову.

— Думаю, двух встреч с нами ему хватит, — усмехнулся Альваро и откусил кусок от уже второй половины бутерброда. Судя по всему, никаких проблем с едой он не обнаружил.

Демонолог кое-как свалил всё добро на лавку у входа и принялся цеплять походный плащ. Этого хватит, чтобы не умёрзнуть за прогулку.

— Ты в лавку? — встрепенулась Эльса, поднимаясь из-за стола. — Я с тобой, тоже надо барахлишко сбыть. Альваро, тебе что-то надо продать? Очистить карманцы перед походом в глушь.

Руфус мысленно перебрал свои вещи. Кажется, ничего лишнего у него не завалялось, а что было, можно отдать кому-то еще, кому оно понадобится больше.

— В общем, после спасения из лап бандитов, нам без проблем отдали все документы и вещи. Но сами они в накладе не останутся, не беспокойтесь. Я знавал эту женщину в юности и тогда мы оба наломали дров. Я позаботился о том, чтобы они с сыном смогли устроиться на новом месте в столице, мы расстались на теплой ноте. Думаю, с этой стороны подвоха или угрозы можно не ждать.

— У тебя, похоже, много знакомых в Орлее, Руфус, — заметил Альваро.

Правда, до сих пор, похоже, наломанных дров с ними ещё не встречалось. А тут встретилось, ещё и в такой занятной ситуации, со схроном, дезертирами и пленом. Хитро плетутся нити судьбы. Параллельно с этим антиванец ещё попытался вспомнить, есть ли чего ему продать вообще.

— Насколько помню, ничего лишнего не завалялось, всё нужное, — в конце концов ответил он Алисии.

— Идём тогда, — кинул ей же и Дамиан, снова собрав всё своё в руки.

Дождавшись, пока и она захватит своё на продажу, демонолог наконец вышел наружу.

Проводив друзей, Руфус возобновил беседу.

— Я много путешествовал за последние двадцать лет. Но эта знакомая не из Орлея, а с той прошлой моей жизни в Тантервале. Мы оба оказались изгнанниками, но с ней судьба обошлась куда как более жестоко. Печально, но я тоже косвенно приложил к этому руку. Поэтому и решил помочь им с сыном начать новую жизнь. Рад, что удалось все уладить.

Раз оказались изгнанниками, значит история ещё со времен знатной жизни Руфуса. И теперь женщина, у которой ещё и сын, обнаружилась аж в мелкой орлейской деревне. Да уж, разница в текущем положении с Руфусом тут очевидно бросалась в глаза.

Альваро прикинул, невежливо ли будет поинтересоваться поподробнее, но Руфус сам разложил в объяснениях достаточно вещей, которые в принципе можно было не озвучивать для передачи ситуации, поэтому хотя бы с простого вопроса вреда быть не должно.

— А что за история вообще была? Я рад, что судьба тут так вас свела вместе и помогла разобраться, но интересно, в чём было дело. Если ты не против поделиться, конечно.

Руфус немного подумал, прежде чем ответить.

— Что же, полагаю, вреда не будет. Дело прошлое и быльем поросло, но попрошу тебя о нем особо не распространяться, хорошо? Не хочется делать хуже, чем я уже сделал когда-то. 

Налив себе еще чаю, он собрался с духом и начал небольшой пересказ, в основных чертах.

— Была у меня знакомая в юности, из наших кругов. Охмурить попыталась, даже свидание затеяла. Вина я тогда выпил немало, а через какое-то время узнал, что она от меня понесла. Якобы. Мне сама ситуация подозрительной показалась, я задумался, как бы разобраться. Первым делом отправился к специалистам проконсультироваться, и выяснилось, что потомства у меня быть не может. По физиологическим причинам, хотя с мужской функцией все в порядке, — он горько усмехнулся. То, что предстояло рассказать сейчас, его не красило. — Я был глуп и горяч, ославил ее за обман, отказался от наследства, от имени и подался в науку. Теперь вот, как выяснилось, ее за позор из семьи изгнали, и она пробивалась с сыном одна.

Какой суровый со всех сторон поворот событий, и сколько всего в этой ситуации встретилось. Обман, внезапные новости о собственном бесплодии, скандал, уход из семьи... Альваро внимательно слушал Руфуса, представляя, что, по сути, человек перед ним сидит здесь именно из-за этой самой истории. И именно в этой маленькой орлейской деревне он закрыл такой старый важный момент. 

— Удивительно, — задумчиво покивал маг. — То есть, удивительно, что случилась такая встреча. Тебе очень повезло, Руфус. И что всё разрешилось хорошо тоже отлично.

Ошибки прошлого исправить невозможно, но что ученому удалось хотя бы в настоящем внести благую коррективу — это уже что-то.

— А почему ты отказался от наследства и тем более имени? — вдруг добавил Альваро. — То есть, я могу понять почему от наследства, но даже с ним, допустим, ты бы этого не сделал, и что тогда? Твоя семья лишила бы тебя его сама?

— Одно за другое потянулось, — взгляд Руфуса стал немного отсутствующим. Впрочем, последние дни он частенько бывал таким, но по крайней мере сейчас это были его собственные воспоминания и мысли. — Я решил отказаться от статуса наследника в пользу брата, потому что он мог оставить потомство. Отец.. был крайне недоволен этим. Он возлагал на меня большие надежды из-за моего дара, и тут такая подстава от меня. Я упёрся, конечно же. Считал неправильным занимать место, которое лучше отдать тому, кто продолжит род. Когда отец понял, что меня не переубедить, он... — речь Руфуса замедлилась, он словно заново переосмыслял события двадцатилетней давности. — Он сказал, что в таком случае у него больше нет сына, что я больше не Оррик. Наверное, надеялся, что это заставит меня передумать. Я не передумал. Я решил, что раз уж я отказываюсь от того, что давала мне фамилия, значит, и носить ее я более не буду. Вместо того, чтобы пойти на попятный под угрозой отца, я решил сделать его решение своим. Я оборвал все связи с семьёй, кроме матери. Мы до сих пор переписываемся с ней.

Чем больше Альваро слушал Руфуса, тем сосредоточенней становился. Можно сказать, что он был шокирован такой историей, ведь это практически прямая параллель его собственной! Не целиком, конечно, ведь на каждое сходство тут было и по отличию в другом направлении, но суть примерно одна. Два наследника знатных родов, оба маги в семьях не-магов, у обоих конфликты с отцами, правда в противоположных направлениях, отъём чужого решения, расставание в конце концов. Если так подумать, то они оба избежали бы проблем, если бы родились в семьях друг друга, с такими-то отцами.

— Как будто в зеркало смотрю, Руфус, — Альваро усмехнулся от ироничности ситуации. — В кривое правда, но зеркало. У меня с отцом наоборот главный конфликт в моей приверженности идее внедрения магии в род, и он явно предпочёл бы неодарённого наследника. И разговор похожий был на тему того, чей я сын вообще, огня или рода Сарвенте. Моё текущее прозвище было укором, но я напротив забрал его себе в достоинства, пытаюсь вот наделить почётом. И поэтому же пять лет не видел родню — потому что испытание не завершено.

Антиванец тяжело вздохнул.

— Но чего это я вдруг о себе, — он вернул потупленный на секунду взгляд к учёному. — Мне всё же интересно кое-что: разве было бы такой проблемой быть наследником в этом поколении тебе, а в следующем перехватить управление семье брата? Судя по тому, что отцу твоё решение отказаться от наследства было не по душе, он не видел в этом критически важного огреха?

— Не видел, — Руфус кивнул и задумался. — Разумеется, такой вариант был вполне жизнеспособен. И это был не единственный достойный выход в сложившейся ситуации. Но ты не сбрасывай со счетов мой собственный характер тех лет, — маг скептически усмехнулся. — Попранная гордость, а вернее, гордыня настолько застила мне глаза, что я попросту воспринимал всё иначе. Грубо говоря: всё или ничего. Я считал себя негодным наследником и полумеры казались недостаточными. Видишь ли, мой юный друг, излишнее уничижение — это всё то же стремление занимать исключительное положение, только в другую сторону. Я счёл себя недостойным и твёрдо вознамерился отказаться от всего.

— Да, наблюдал такое не раз, — понимающе покивал чародей. — А если бы, предположим, текущий ты вернулся в себя прошлого, то иначе бы поступил?

Руфуса вопрос даже немного позабавил. 

— Если предположить невозможное: что я оказался в прошлом со своим сегодняшним опытом и перспективой — да, я поступил бы иначе. Однако полагаю, ты и сам понимаешь суть парадокса.

— Разумеется.

Альваро призадумался. Не окажется ли так, что в будущем он сам пересмотрит своё прошлое и решит, что надо было пойти иным путём? Что его гордость оказалась гордыней, а упорство упрямством? Маг фыркнул себе под нос. Ну уж нет. Точнее, судьба конечно может повернуться по-всякому, но надо приложить все силы к тому, чтобы выйти именно к мечте. Не веря в возможность этого нет смысла что-то предпринимать даже. 

— Надеюсь...

"Мне не придётся становиться тобой, Руфус"?

"Я своего добьюсь"?

Может ещё что-нибудь скажешь о себе? В ответ на чужую историю-то.

— Надеюсь у твоей знакомой всё в итоге хорошо сложится на новом месте, — улыбнулся Альваро, останавливая внутреннюю битву между эго и зубастым смирением.

— Я тоже надеюсь, — совершенно искренне поддержал Руфус. — Впрочем, она обещала написать. Ты готов отправляться дальше? Наше пребывание в Ивуаре подходит к концу.

— Готов. Для некоторых из нас здесь выдались суровые испытания, но я это место буду вспоминать по-хорошему. Надеюсь, судьба благом и дальше не обделит.

Мысль оставаться здесь, конечно, была бы излишней, но оценить по достоинству всё случившееся тут Альваро всё же мог. А случилось немало... Но надо двигаться дальше.

[Perfect Stranger]

7 зимохода, 9:89 Дракона, Ивуар, таверна “Пивная кружка”, день

Викториа зашла в трактир далеко после обеда, но несмотря на неподходящее для перерывов время, внутри было несколько людей. Сама Мари стояла за стойкой и занималась протиркой тарелок, кружек и самой стойки; двое крестьян о чем-то оживленно переговаривались за одним из столиков, и кто-то напевал на кухне. Видимо, зимой работы у крестьян было куда меньше, чем обычно, а потому не все они в такое время находились в поле со скотиной или в лесу на охоте. Какой-то дородный мужик пихнул ее в плечо, заставляя пройти дальше, и втиснулся в дверной проем со свежей рыбой на веревке, перекинутой через плечо. Запах, долетевший до носа магессы, был... неописуем.

Тевинтерка вздохнула и направилась к лестнице, по пути заглядывая в подсобку и на кухню, надеясь увидеть там Йорки.

Менестрель сидела за широким выскобленным от долгого использования столом и словно героиня какой-то сказки перебирала рассыпанное пшеничное зерно. Заметив Викторию, она оживилась и улыбнулась ей.

— О, привет! Ты случайно не знаешь никакого заклинания, быстренько отделяющего прогорклые и пустые зерна от пригодных? А то с моей магией я могу только замаскировать их под хорошие. Боюсь, Мари не оценит.

Зайдя в кухню и чуть прикрыв за собой дверь, Викториа бросила едва заметный взгляд на засыпанный пшеном стол. Картина словно сошла из купленной ею недавно книги со сказками, и это заставило девушку улыбнуться. Она присела на свободный стул рядом и отряхнула мантию, на автомате принимаясь расправлять складки на коленях.

— Завтра утром мы уезжаем. Ты готова? — спросила магесса без особенных прелюдий, однако у нее было и другое дело к Йорки, выполнить которое потом могло быть гораздо более затруднительно, чем сегодня, когда все собирались в дорогу и заканчивали свои дела в деревне. — Не передумала ехать с нами?

— Честно? — Йорки обвела глазами обстановку и стол. — Жду не дождусь. К тому же, кто-то должен сложить о вас героическую балладу. Я буду готова.

— Пока мы не уехали... я хотела бы проверить одну теорию. Не составишь мне компанию? Я хочу прокатиться на опушку леса. Тут недалеко, — предложила девушка, склонив голову набок и внимательно глядя на эльфийку. — Это касается твоей... небольшой магической проблемы.

— Да, я помню, что ты предлагала. Я только за. Но с зерном надо разобраться, — она тяжко вздохнула, оглядев россыпь и две неравные кучки. — Подождёшь? И у меня нет лошади. Я обычно с попутчиками езжу.

— Помогу. И лошадь у меня есть, не волнуйся, — успокоила девушку Викториа, подвинув стул поближе к рассыпанному по столу пшену. Она, к сожалению или к счастью, не знала заклинания, способного помочь в этой задаче. Подобным занимались деревенские ведьмы и подзаборные маги, которые специально применяли свой дар для облегчения повседневной жизни, но для наследницы Верховного Жреца растрачивать свои драгоценные силы на такое было совершенно не к лицу.

Вздохнув, магесса протянула руки и начала перебирать зерно тонкими пальцами. Металлические накладки на ногти слегка помогали, однако чаще зерно под ними застревало и заставляло ее нервничать и хмуриться.

Через несколько минут подобного труда ей уже захотелось перевернуть этот стол и будь что будет. Или заплатить золотом за то, чтобы этим занимался кто-то другой. Все же деревенская жизнь хоть и обладала неким флером романтики, в реальности была совсем не для тевинтерки.

Она искоса взглянула на Йорки. Тонкий профиль, изящная шея, черты лица, присущие существу, заслуживающему быть запечатленным на картине или фреске; но уж никак не похожему на обычную крестьянку или наемницу. Они обе, казалось, выделялись в этом странном и грубом мире, несмотря на все попытки мимикрии. И этими руками ей стоило бы перебирать жемчуг и золотые цепочки, а не грязное пшено. Несправедливость подобной ситуации заставляла Викторию злиться, однако она не показывала этой эмоции, лишь скуку.

— Хмм... Может, мы смотрим не с того конца? — задумчиво произнесла эльфийка, когда кучки стали раза в два больше, но россыпь будто бы не убавилась. Она огляделась. Затем подошла к двери и осторожно заглянула в шёлку. — Псст! Подойди, пожалуйста, — шепотом попросила она Викторию.

— Что такое? — инстинктивно снизив голос до шепота, Викториа встала и тихонько подошла к Йорки, чуть пригнувшись, будто бы их могли застать за чем-то незаконным.

— Подай мне знак, если Мари сюда идти станет, — прошептала Йорки, чтобы их не услышали в зале. — А я сейчас другой методикой разберусь со всем. Хорошо?

Магесса лишь кивнула, явно смущенная этой просьбой, но ее любопытство было сильнее, а потому она просто кивнула и встала возле дверей, поглядывая в щелку и следя, чтобы в кухню никто не шел. Ей было интересно, что могла придумать Йорки, если даже ей, опытной магессе, ничего лучшего в голову не пришло? Однако у бардессы могли быть свои хитрости, и Виктории хотелось их увидеть.

Йорки стараясь действовать бесшумно и быстро, взяла достаточно вместительную чистую миску, ссыпала в нее не рассортированное зерно и налила туда воды так, чтобы покрыло с лихвой. Немного пошевелила зёрнышки пальцами, поднимая со дна и переворачивая, чтобы всплыли пустые и порченные.  Затем, когда хорошее зерно улеглось обратно на дно, осторожно наклонив слила воду вместе с шелухой. 

Бросив быстрый взгляд на дверь — просто так, инстинктивно — она ссыпала мокрое зерно обратно на стол и тихонько прошептала заклинание, направляя на кучу сухой, теплый воздух, удерживая его при этом достаточно слабым, чтобы не сдуть. Так сушить можно было долго. 

Спохватившись, Йорки разрушила концентрацию и быстро разровняла зерно тонким слоем. Теперь сушка пройдет гораздо быстрее, главное не переборщить с напором.

— Хм, — только и сказала Викториа, глядя на этот простой, казалось бы, способ. Магии в нем было чуть, но действовала она весьма эффективно. Кто бы мог подумать, что столь простое заклинание и немного смекалки могут помочь ускорить крайне скучный процесс? Закончить мысль ей не позволили едва слышные шаги за дверью, и магесса быстро обернулась, заглянув в щелку. — Кажется, Мари идет в эту сторону... ускорься! — прошептала девушка, чувствуя, как сердце начало биться быстрее, словно их действительно могли поймать и наказать.

В голове пронеслось нечто уже почти совсем забытое. Азарт, адреналин, веселье — детское, непосредственное. Искреннее. В ушах зазвенел смех на высокой ноте. Ей шесть лет. Тенебрию пять. Они вдвоем убегают с дворцовой кухни, неся в руках столько сладкой дыни, сколько могли сгрести и не уронить, а за ними бежит одна из поварих со скалкой в руках, ругаясь на чем свет стоит. Деметра понимает, что им не уйти, и бросает свою добычу на пол, хватая за руку мальчика, чтобы затащить его в один из скрытых проходов за гобеленом, который показала как-то мама. Таких ходов в замке было достаточно много, построенных в стародавние времена для экстренной эвакуации из дворца. Теперь им не нужно было бояться кунарийской осады, а лишь разгневанной прислуги, гоняющейся за детворой. Они спрятались там, в темноте, и девочка затаила дыхание, обнимая брата и молясь, чтобы их не услышали.

— Пожалуйста, пройди мимо... — губы сами шептали ту самую фразу, которую говорила маленькая Деметра, слыша лишь свое дыхание да стук шагов за гобеленом. — Пройди мимо, мы всего лишь маленькие мышки...

— Хорошо, — едва слышно кивнула Йорки и махнула головой в угол. Она надеялась, что Викториа успеет в случае чего сделать вид, что там чем-то занята. 

На счету была каждая секунда, и эльфийка водила воздухом по зерну, стараясь не повторяться с маршрутом, чтобы не тратить драгоценное время на уже просушенное. Наконец, когда дверь готова была вот-вот распахнуться, она отпустила магию. Кажется, успели. Но наверняка узнать можно было, только потрогав, а на это уже времени не было.

— Йорки, дорогая, ты... — послышался приглушенный голос Мари из-за двери, и Викториа едва успела отскочить в сторону и усесться на стул, сделав вид, что вовсе не подслушивала секунду назад, и чинно сложив руки на коленях. Войдя в кухню, Мари приподняла брови, оглядывая стол, эльфийку и ее гостью. Увидев последнюю, она всплеснула руками. — Ох, Богиня! Не пристало вам сюда заходить! Тут грязно и совсем не для дорогих гостей! Пойдемте, пойдемте, я вам хорошее место в зале найду... — она принялась уговаривать магессу покинуть служебное помещение, но последняя, бросив взгляд в сторону Йорки, успела ей подмигнуть.

Йорки, которая решила сделать вид, что сгребает отобранное зерно с краю, воспользовалась удобной заминкой.

— Я уже почти закончила, хозяйка Мари, — она украдкой пощупала зернышки с одного краю, определяя, достаточно ли просохли. — Пара минут, и я тут все приберу.

И правда, довольно скоро она сдала хозяйке работу, сбегала к себе за курткой в лютней и присоединилась к Виктории.

— Знаешь, а ведь почти попались, — весело заметила Йорки, проследив, чтобы никто другой не услышал. — Не то чтобы мы делали что-то нехорошее, напротив. Но простой человек не понял бы таких методов.

— Хорошо, что не поймали, — усмехнулась магесса, когда они вышли из таверны на свежий воздух. До вечера оставалось еще достаточно много времени, а шастать по темноте Виктории не хотелось. Особенно в лесу, особенно вдвоем с бардессой. Ее лошадь была в конюшне, и зайдя за ней, девушка быстро оседлала кобылу и вывела ее на улицу. Запрыгнув в седло, протянула руку эльфийке, приглашая ее присоединиться. — Поехали. Думаю, далеко не нужно будет отъезжать, но лучше перестраховаться, верно? — ей хотелось самолично убедиться в наличии странного "проклятия" и посмотреть, как оно действует, но без риска вызвать гнев деревенских или причинить кому-то серьезный вред. Сама Викториа за себя не переживала: она знала, что сможет постоять за себя, тем более, если угроза магической природы. И защитить Йорки, в случае чего.

От помощи Йорки не отказалась, ведь она почти не умела ездить верхом. Но благодаря эльфийской грации и изяществу менестреля забралась так легко, что Викториа почти не ощутила веса.

— Благодарю, — она устроилась позади магессы и осторожно ухватилась за ее талию. — Ты правишь, я пытаюсь не свалиться — все при деле.

— Люблю порядок во всем, — хихикнула Викториа и тронула лошадь пятками, отправляя ее в легкий, но энергичный шаг. Ее бедра все еще ныли и протестовали после долгого дня в седле, но девушка не показывала своего дискомфорта. Еще один навык, который пригождался в пути, когда нужно было действительно скрыть свои истинные эмоции. Она сидела все так же идеально ровно, будто родилась в этом седле и в нем же и умрет.

Ехать было недалеко. Мимо проплывали сонные деревенские дома, покрытые одеялом из пушистого снега, редкие фигуры людей на улицах, несколько собак и лошадей. На них магесса не обращала никакого внимания, даже когда какие-то детишки, заигравшись, едва не угодили под ноги лошади. Так вели себя лишь те, кто привык, что перед  ними всегда расступаются. Свернув по дорожке к опушке леса, они оставили Ивуар позади, и направились по свежему насту к темнеющим кронам, теряющимся в дымке горизонта. До того, как начнет темнеть, оставалось часа два, и Виктория полагала, что этого хватит на их маленький эксперимент.

Когда лошадь наконец вошла под сень запорошенных белым снегом елей, наступила странная, но не пугающая тишина. Она навевала спокойствие и задумчивость, а не пугала одиночеством. Возможно, дело было в том, что тевинтерка не ощущала себя одинокой именно сейчас — почти впервые с тех пор, как покинула Минратос и приехала в Орлей. Шаг скакуна замедлился, и девушка посмотрела вверх, в неожиданно чистое, серое небо, из-за облаков которого ненадолго выглянуло солнце, отразившись в сосульках и кристаллах на развесистых зеленых еловых лапах. Сорвав шишку с одной из таких, девушка покрутила ее в руках, словно думая о чем-то. Льдинки, скопившиеся на ней, поймали солнечный луч и заискрились так, как будто это были настоящие бриллианты. Викториа откинула шишку и осторожно выехала на прогалину впереди, у поваленного и полусгнившего дерева, внутри которого когда-то жили белки или другие мелкие лесные звери, а сейчас оно пустовало.

Идеальное место.

— Приехали, — Викториа слезла с дерева и, повернувшись, протянула руку Йорки, чтобы помочь той спуститься с седла. Невысокая эльфийка смотрелась на кобыле тевинтерки не слишком уверенно. — Давай, прыгай. Я поймаю, — улыбнулась магесса, уверенно и открыто, так, как могла улыбаться лишь абсолютно уверенная в себе женщина.

Йорки перебросила ноги на одну сторону, ухватилась за предложенную руку и легонько спрыгнула. Вторая ладонь легла на плечо Виктории в поисках поддержки. Самым сложным было удержать равновесие и не свалиться кучей прямиком в снег. 

— Оп!

— Поймала, — пробормотала магесса, чуть покраснев и придержав эльфийку, чтобы она не упала. Тут же отдернула руку, словно обожглась, и сделала вид, что ничего из этого не заметила. — Что ж, давай приступим. Я на всякий случай наброшу на себя защитный барьер, если твое... кхм... проклятие будет магической природы и попытается нанести мне какой-либо вред.

Она подняла руку и прошептала заклинание; ее одежда и тело замерцали светло-голубой сетью, которая через долю секунды пропала, однако магический барьер все еще действовал. Викториа это ощущала в виде легкого покалывания по всей поверхности кожи. Он должен был поглотить достаточно много урона, прежде чем лопнет.

— Готова? — уточнила тевинтерка, настороженно, но с любопытством глядя на лютню Йорки.

Йорки заняла удобное место на бревнышке. Нежно взяла в руки лютню, погладила струны, но так и не заиграла. Она подняла на Викторию слегка изумленный взгляд и прошептала:

— Волнуюсь. Кажется, уже вечность не играла. Я сейчас.

Она глубоко вдохнула, настраиваясь на игру. Затем взяла пару аккордов, а после наиграла легкий звенящий мотив, напоминающий о капели, цветах и весеннем ветре.

— Ты молодец, не останавливайся, — Викториа кивнула и прислушалась к своим ощущениям. Вроде бы пока все было тихо и спокойно. В лесу опасность грозила только ей — с учетом, что никакой случайный путник не забрел сюда в этот же самый момент, но девушка постаралась убедиться в том, что с Йорки они тут одни. Мелодия была приятной, и на какое-то мгновение магесса даже заслушалась. Бардесса пока не пела, но девушка надеялась, что она начнет.

Не успела эльфийка как следует разыграться, как с веток ели упал внушительный пласт снега. Это могло быть случайностью, хотя она не заметила никакой белки или птицы, которые могли бы его столкнуть. Она продолжила играть, вплетая нежный напев.

"Я не умею читать молитвы — я просто чувствую боль.
Я не умею ловить твои стрелы — я просто для них мишень.
Я, как свеча, говорящим воском плачу в твою ладонь —
И ночь отступает, и небо светлей..."

Поднялась поземка, завихрилась кругами вокруг менестреля, засыпая все вокруг снегом. Йорки подняла быстрый взгляд от лютни и махнула головой, безмолвно говоря Виктории: "это я не я". Она продолжила играть, но была готова прекратить в любой момент по знаку магессы.

Викториа кивнула, мол, продолжай, не останавливайся. Падающий снег еще ничего не говорил о каком-то особом "проклятии". Нужны были доказательства. Одновременно с тем, как эльфийка разыгрывалась, магесса беззвучно шевелила губами, словно пытаясь подпевать, не зная слова. Ее взгляд внимательно скользил по окружению, пытаясь заметить любые странности, почувствовать любые колебания в магическом фоне леса.

Острый железный коготок впился в запястье привычным движением, заставив выступить крошечную каплю крови на загорелой коже. Она медленно поползла вниз, по пальцу, зависла на его кончике, так и не сорвавшись. Укус боли был уже так привычен, что Викториа его и вовсе не замечала. Как и не замечала лечащего заклинания, произнесенного автоматически. Магия и сила требовали жертв, пусть пока еще и не слишком серьезных. Лишь небольшая царапина в обмен на знания и способность постоять за себя. Другие платили куда большую цену.

((проверка на Мудрость, попытка почувствовать изменения в магическом поле вокруг прогалины

Результат: 21))

Песня Йорки лилась, а снег кружился сильнее, завиваясь вокруг нее, расширяясь кругами. Но это был лишь видимый всем слой. Викториа же смотрела сквозь Завесу и могла узреть скрытый слой. Снег был не просто поземкой, его двигала магия. Яркими вспышками, в такт мелодии и песне магия мерцала то тут, то сям, трогая ветви, снег, проникая сквозь толщу древесины. И все же несмотря на хаос, магесса смогла заметить некоторую закономерность: каждая вспышка возникала не сама по себе, а шла от источника — Йорки. Но разве могло так быть? Ведь эльфийка сказала, что это не она.

Песня Йорки
 

Часть Виктории — привычная, холодная и расчетливая, привыкшая смотреть сразу в суть вещей, пытаться увидеть в них скрытый порядок — ликовала, найдя закономерность. Она видела красоту в магии, в заклинаниях, в том, как сплетаются энергии, слова и свет, подобно песням, которые так любила Йорки. Другая же часть тевинтерки заслушивалась музыкой, не пытаясь подчинить ее, заковать в привычные формулы и такты, просто любовалась ее стройностью и текучей, звенящей грацией. Эти две половинки Виктории, рассудок и эмоции, впервые существовали в балансе друг с другом, не подавляя и не пытаясь сделать вид, что одной из них нет.

Однако следовало помнить о том, зачем они обе здесь. Чтобы помочь Йорки, а не ради услады слуха магессы. Викториа попыталась определить, откуда в точности идет импульс: привязан ли он к какой-либо части тела, одежды или предмету, принадлежащему эльфийке. Если удастся выяснить природу проклятия, найти способ его снять будет легче. Сначала — наблюдать и изучать, затем — понять закономерность, и только после — подчинить себе. Так учил ее отец, так привыкла рассматривать любую проблему сама Викториа. Пока что это работало в отношении абсолютно всех явлений в ее жизни. Должно было сработать и сейчас.

Это было непросто, но фиксируя границы, Викториа шаг за шагом сужала область и в конце концов смогла определить лишь то, что источник находился где-то прямо за спиной или на спине менестреля. Увы, ни определить точнее, ни понять природу этого явления не представлялось возможным. Разве что попробовать снова в месте с очень тонкой Завесой или проникнуть в Тень.

Дослушав песню, Викториа подняла руку, давая знак эльфийке остановиться. Проклятие не причинило никакого существенного вреда ни самой бардессе, ни тевинтерке, а потому его опасность последняя квалифицировала как низкую, создающую больше организационные проблемы, чем опасность для жизни. Тем интереснее было понять его природу и источник, но это могло подождать.

— Ты красиво поешь. Я рада, что смогла услышать это, — сев рядом, магесса надела на подмерзшие руки теплые перчатки. — Думаю, мы сможем избавить тебя от этой небольшой неприятности в скором времени. Мне потребуется войти в Тень, пока ты спишь, и попытаться найти тебя в мире грез. Скорее всего, там понять, что с тобой происходит, будет проще. Возможно, к тебе прицепилась какая-то мелкая сущность из Тени, в таком случае мы ее быстро и эффективно изгоним, — улыбнувшись, девушка посмотрела на лютно в руках Йорки. Трудно было спорить с тем, что эффект проклятия проявил себя неожиданно... красивым образом, устроив целое представление из снежных завихрений. Может, и изогнять не потребуется, просто договориться, если сущность не злобная по своей природе. Учитывая, какой опасной стала Тень с момента пробуждения Разикаль, этот дух мог попросту прицепиться к Йорки из страха быть найденным.

— Было бы замечательно, — воодушевилась эльфийка. Хоть разобраться совсем не получилось, по крайней мере, у них есть план. — А ты раньше уже входила так в Тень?

Вопрос заставил Викторию напрячься. Она опустила глаза, словно не хотела думать о подробностях того, как это сделать в таких полевых условиях, в каких она была сейчас.

— Да, — наконец ответила она, нервно заламывая пальцы. — Для этого нужно много лириума и усилия нескольких магов, либо... много крови. К счастью, там, где я жила, был доступ к небольшому количествоу драконьей крови. Это позволяло избежать неудобств. Правда, такая кровь очень дорогая и доступ к ней есть далеко не у всех даже знатных семей. У моей были хорошие связи с одним домом альтусов в Тевинтере. За верность и услуги они иногда продавали нам пузырек-другой. — Замолчав, она вздохнула и сказала: — В нашей группе достаточно магов, чтобы отправить меня в Тень. Проблему составляет только лириум. Но денег у меня теперь много, должно хватить на то количество, которое потребуется. И прежде, чем ты что-нибудь скажешь, я уверена, что хочу потратить на это деньги. Все равно сидеть на кошелях с золотом не в моем стиле, — улыбнулась магесса, наконец вернув взгляд к эльфийке. — Считай, что твой случай разбудил мое научно-магическое любопытство.

— Я признательна, — Йорки мимовольно залюбовалась образом магессы. Такая гордая и трепетная одновременно. И эти две половины уживаются в ней без швов. — Я, признаюсь,не задумалась о практичной стороне дела. Хорошо, что есть ты. Но меня больше беспокоит сам переход в Тень. Это не опасно? Тебе не навредит?

— Мне — нет. В последние годы в Тени стало совсем мало обитателей. В том числе и тех, что ранее считались самыми опасными для магов. К тому же, даже если я встречу нечто подобное, я ведь демонолог, — она улыбнулась краешком губ и, заметив взгляд бардессы, слегка покраснела. Этот румянец можно было списать на легкий мороз, поэтому Викториа не слишком переживала об этом. — Я умею справляться с подобными неудобствами. Ты, скорее всего, вообще ничего не вспомнишь из происходящего. Ведь в Тени духи — те, кто формирует грезы и сны, а их сейчас почти не осталось. Может, ощутишь небольшое беспокойство во сне, не более. Для начала нужно понять, с чем мы имеем дело, но пока что я не думаю, что это нечто опасное. Больше похоже на... — она попыталась щелкнуть пальцами, подбирая нужное слово, однако теплые перчатки на ее руках не позволили ей этого сделать. — Озорство? Пожалуй, да.

Это словно покинуло вокабуляр Виктории с тех самых пор, как из ее жизни исчез младший брат, и она стала все больше и больше погружаться в учебу и работу над собой и своими умениями, теряя ту детскую непосредственность, любовь к жизни в том виде, в каком она была ей дана, и способность наслаждаться хаосом и тем, что не нужно было постоянно думать о завтрашнем дне.

Почти сразу после того, как магесса закончила говорить, что-то сорвалось с нависшей над нею еловой ветки и ударило прямиком в ее макушку, отскочив в сторону. Поднявшись, девушка уже приготовилась прочитать заклинание и ответить на эту дерзость, но через секунду увидела беличий хвост, мелькнувший в кроне дерева. Никакой магии. Просто обычные лесные обитатели, не ведающие, какая смертельная опасность только что им грозила.

— Дух озорства, — Йорки тоже проводила белку взглядом. — Звучит как сюжет детской сказки. Играет и озорует, а достается на орехи бедным детишкам. Похоже, здесь у него просто не было возможности набедокурить всерьез. Но в лагере с оружием и топорами следует быть осторожнее. 

Йорки поднялась вслед за Викторией и отряхнулась от нападавшего снега.

— Ну что, поедем обратно?

— Поедем, — с легким сожалением ответила Викториа, встав с поваленного дерева и отвязав лошадь. Ей не хотелось возвращаться. Снова терпеть на себе эти неприязненные взгляды, смешанные со страхом и напряжением со стороны деревенских. Они не любили тевинтерцев, и не без причины, учитывая таких, как Реморий. В городах она ощущала себя гораздо комфортнее. Но дело было не только в этом; их небольшая прогулка в лес заставила магессу хоть немного расслабиться и ощущить себя почти так же, как дома в Минратосе, в дворцовых садах. Хоть там никогда не было снега.

Интересно, понравилось бы там Йорки?.. Вопрос возник в ее голове так же быстро, как и исчез. Задавать его означало разрушить столь хрупкую и тщательно выстроенную иллюзию. Почему-то Виктории казалось, что эльфийка не из тех, кто готов променять жизнь, полную приключений и путешествий, на скучное существование в императорском дворце.

Вернулись они довольно быстро, благо уезжали не так уж и далеко в лес, и поставив лошадь в конюшню, Викториа отправилась собирать вещи. Выезжали они довольно рано, и нужно было успеть все собрать и выспаться до рассвета.