Понравившиеся стихи

[Teinaava]

Тоска не повод веселиться.
Тоска уж точно не порок.
Не всем доступно погрузиться,
В глубокий разума чертог.

Не каждый может насладиться
Той тишиной внутри себя,
Что позволяет углубиться
Туда, где ждет лишь пустота.

Не каждый может размышлять,
Наедине с самим с собой.
Совсем не всем дано понять,
Постичь хотя бы разум свой.

А в глубине твоих сознаний,
Таится может целый мир,
Из всех доступных тебе знаний.
И в нем ты сам себе кумир.

Не надо врать, играть не надо.
Ты можешь быть самим собой.
Люби в нем каждую секунду,
Храни в нем святость и покой.

 

Александр Дробот "Внутри себя"

[Gorlukul]

- Кушай тюрю, Яша! 

Молочка-то нет!

"Где ж коровка наша?"

- Увели, мой свет!

Барин для приплоду

Взял её домой.

Славно жить народу 

На Руси святой!

 

"Где же наши куры?" -

Девочки орут.

- Не орите, дуры!

Съел их земский суд;

Взял ещё подводу

Да сулил постой...

Славно жить народу 

На Руси святой!

 

Разломило спину, 

А квашня не ждёт!

Баба Катерину

Вспомнила - ревёт:

В дворне больше году

Дочка... нет родной!

Славно жить народу

На Руси святой!

 

Чуть из ребятишек,

Глядь - и нет детей:

Царь возьмёт мальчишек,

Барин - дочерей!

Одному уроду

Вековать с семьёй.

Славно жить народу

На Руси святой!

 

(и-так-все-знают-откуда)

[Ильмар]

КАСЫДА О БЕССИЛИИ

Я разучился оттачивать бейты. Господи, смилуйся или убей ты! --
чаши допиты и песни допеты. Честно плачу.

Жил, как умел, а иначе не вышло. Знаю, что мелко, гнусаво, чуть слышно,
знаю, что многие громче и выше!.. Не по плечу.

В горы лечу -- рассыпаются горы; гордо хочу -- а выходит не гордо,
слово <<люблю>> -- словно саблей по горлу. Так не хочу.

Платим минутами, платим монетами, в небе кровавыми платим планетами,--
нет меня, слышите?! Нет меня, нет меня... Втуне кричу.

В глотке клокочет бессильное олово. Холодно. Молотом звуки расколоты,
тихо влачу покаянную голову в дар палачу.

Мчалась душа кобылицей степною, плакала осенью, пела весною,--
где ты теперь?! Так порою ночною гасят свечу.

Бродим по миру тенями бесплотными, бродим по крови, которую пролили,
жизнь моя, жизнь -- богохульная проповедь! Ныне молчу.

 

Олег Ладыженский.

 

 

P.S. Давно искал)

[TSCH]

Федерико Гарсиа Лорка

Гитара

 

Начинается

Плач гитары .

Разбивается 

Чаша утра .

Начинается

Плач гитары .

О , не жди от неё

Молчанья ,

Не проси у неё 

Молчанья !

Неустанно

Гитара плачет ,

Как вода по каналам - плачет ,

Как ветра над снегами - плачет ,

Не моли её

О молчанье !

Так плачет закат о рассвете ,

Так плачет стрела без цели ,

Так песок раскаленный плачет

О прохладной красе камелий ,

Так прощается с жизнью птица

Под угрозой змеиного жала .

О гитара ,

Бедная жертва

Пяти проворных кинжалов !

 

перевод Марины Цветаевой

Изменено 2 марта, 2013 пользователем TSCH

[Tiger]

Я помню чудное мгновенье...

 

 

 

Я помню чудное мгновенье:

 

Передо мной явилась ты,

 

Как мимолетное виденье,

 

Как гений чистой красоты.

 

 

 

В томленьях грусти безнадежной

 

В тревогах шумной суеты,

 

Звучал мне долго голос нежный

 

И снились милые черты.

 

 

 

Шли годы. Бурь порыв мятежный

 

Рассеял прежние мечты,

 

И я забыл твой голос нежный,

 

Твои небесные черты.

 

 

 

В глуши, во мраке заточенья

 

Тянулись тихо дни мои

 

Без божества, без вдохновенья,

 

Без слез, без жизни, без любви.

 

 

 

Душе настало пробужденье:

 

И вот опять явилась ты,

 

Как мимолетное виденье,

 

Как гений чистой красоты.

 

 

 

И сердце бьется в упоенье,

 

И для него воскресли вновь

 

И божество, и вдохновенье,

 

И жизнь, и слезы, и любовь.

Изменено 6 марта, 2013 пользователем Tiger

[Gorlukul]

Спойлер

Из вереска напиток

Забыт давным-давно.

А был он слаще мёда, 

Пьянее, чем вино.

 

В котлах его варили

И пили всей семьёй

Малютки-медовары

В пещерах под землёй.

 

Пришёл король шотландский,

Безжалостный к врагам,

Погнал он бедных пиктов

К скалистым берегам.

 

На вересковом поле,
На поле боевом,
Лежал живой на мёртвом

И мёртвый - на живом.

 

Лето в стране настало,
Вереск опять цветёт,

Но некому готовить

Вересковый мёд.

 

В своих могилках тесных,

В горах родной земли,

Малютки-медовары

Приют себе нашли.

 

Король по склону едет

Над морем на коне,

А рядом реют чайки

С дорогой наравне.

 

Король глядит угрюмо:

"Опять в краю моём

Цветёт медвяный вереск,

А мёда мы не пьём!"

 

Но вот его вассалы

Приметили двоих

Последних медоваров,

Оставшихся в живых.

 

Вышли они из-под камня,

Щурясь на белый свет, -

Старый горбатый карлик

И мальчик пятнадцати лет.

 

К берегу моря крутому

Их привели на допрос,

Но ни один из пленных

Слова не произнёс.

 

Сидел король шотландский

Не шелевясь в седле.

А маленькие люди

Стояли на земле.

 

Гневно король промолвил:

- Пытка обоих ждёт,

Если не скажете, черти, 

Как вы готовили мёд! -

 

Сын и отец молчали,

Стоя у края скалы.

Вереск звенел над ними,

В море катились валы.

 

И вдруг голосок раздался:

- Слушай, шотландский король.

Поговорить с тобою

С глазу на глаз позволь!

 

Старость боится смерти.

Жизнь я изменой куплю,

Выдам заветную тайну! - 

Карлик сказал королю.

 

Голос его воробьиный

Резко и чётко звучал: 

- Тайну давно бы я выдал,

Если бы сын не мешал!

 

Мальчику жизни не жалко,

Гибель ему нипочём.

Мне продавать свою совесть

Совестно будет при нём.

 

Пускай его крепко свяжут

И бросят в пучину вод - 

И я научу шотландцев 

Готовить старинный мёд! -

 

Сильный шотландский воин

Мальчика крепко связал

И бросил в открытое море

С прибрежных отвесных скал.

 

Волны над ним сомкнулись.

Замер последний крик.

И эхом ему ответил

С обрыва отец-старик:

 

- Правду сказал я, шотландцы, 

От сына я ждал беды:

Не верил я в стойкость юных, 

Не бреющих бороды.

 

А мне костёр не страшен.

Пускай со мной умрет

Моя святая тайна - 

Мой вересковый мёд!

                                    

                                        Р.-Л. Стивенсон, "Вересковый мёд" (баллада). Перевод С.Я. Маршака.

 

Первый раз лет в пять прочитал. Впечатление было... довольно сильное.

 

Справка: как говорит ПеВикипедия, в 843 г. королём пиктов стал Кеннет I, объединивший гос-ва пиктов и скоттов в кор. Шотландию, а позже пикты полностью ассимилировались. Так что...

Изменено 22 марта, 2013 пользователем Gorlukul

[Drelamath]

Мне бы такие годные баллады находить.

[Gorlukul]

22.03.2013 10:59:33, Drelamath сказал(-а):

Мне бы такие годные баллады находить.

Стивенсон, вроде бы, не одну балладу написал. Я их, правда, не читал (и даже не искал)... :sweat:

[Ильмар]

Чёрный отряд

 

 

Четыреста лет мы не знали покоя,
По миру прошли сотни, тысячи миль,
Под знаменем чёрным и с чёрной душою,
В одно только веря - в Анналах - всё быль.
Мы - братья, семья, мы отвержены всеми;
Не верь никому - ведь весь мир против нас.
Оставь позади тень тревоги, сомнений -
Солдаты живут. И гадают подчас -
Зачем? Для чего? Почему не другие?
Ответа не будет. Ответа не ждут.
Солдаты живут. А их клички лихие
Навечно в Анналы Отряда войдут.
Наёмник не знает тщеславия власти,
Но каждый, кто смеет расторгнуть контракт,
На собственной шкуре познает несчастья,
Какие придумает Чёрный Отряд.
Сквозь многие беды прошло наше братство,
Но память о прошлом нам силы даёт -
Былые уловки - всё наше богатство,
А наши - в Анналах потомок найдёт.
"Своих не бросаем!" - взывают Анналы,
И узы прочны - их Анналы хранят,
Идёт вперёд Чёрный Отряд Хатовара -
Последний Свободный Отряд.

 

Автор фанат Sordes

[Skiw]

А я сейчас частенько поэзию Коли Сливко слушаю... Есть со смыслом, есть не очень, но очень красиво, душевно и чувствуется душа поэта....

Но писать ничего не буду, он как Есенин(может чуть по жестче), цензура не пропустит :crazy: 

 

"Инструкция по эксплуатации гопника"
Николай Сливко

 

Случилось так: в командировку
Отправлен был я до Москвы.
Приехав, сделав остановку,
Уставши сильно от езды,
Решил: пройдусь ка по Бродвею,
Уж раз я здесь чего терять.
Работу выполнить успею
А вот в столице погулять…

 

Иду, кругом блестят витрины.
Фонтаны, кремль, мой ты Бог.
Вдруг три какие то скотины
Кричат из арки: «Слышь ты лох?!»
И машут все втроём рукой,
И смотрят злющими глазами.
«Откуда, чмо, и кто такой?»

 

«С Рязани я, мужик, с Рязани!!!»-
Ответил я, но снова прут:
«Ты чё борзеешь что ли гнида?
В деревни мужики живут,
А мы московская элита..!»

 

Я посмотрел на блаторя
И в грудь упёр ему свой палец:
«Мужик рязанский это я,
А ты набыченный мерзавец!
Будь мужики как ты невежда-
Мы бы все войны проиграли,
Адольф и Бонапарт успешно
Нас бы всех ставили и драли!»

 

Тут гопник почесал макушку
И вдруг застыл как монумент.
Тот аппарат что в черепушке
Не выдержал эксперимент.
И два другие кекса тоже
Стоят «по струнке» и молчат,
И лишь кивают тихо рожей
И что то в нос себе мычат…

 

Я расскажу в чём тут секреты:
У всех есть место для мозгов,
У гопников же его нету
У них есть чип между висков.
Извилин нету там ни грамму
И если быдло не зассать
То можно просто сбить программу
И гопник будет зависать!!!

Изменено 16 апреля, 2013 пользователем Skiw

[Акаши]

В твоих янтарных глазах
Я увидела неподдельный страх.
Страх, снова меня потерять
И ты подошел, что бы меня обнять
Затем нежно в губы поцеловал,
Ты снова и снова мое сердце волновал...
Ты тихо произнес: «Без тебя, нет меня..»
Твои слова все время в голове звеня
Заставляли подняться и идти вперед.
Знаю, что завтра солнце взойдет
И открыв глаза я увижу рядом тебя...
Искренни всем сердцем любя
Я скажу: « Я рядом с тобой и так будет всегда,
Нас не разлучит никто и никогда...»
В ответ ты нежно улыбнешься
Слегка ко мне нагнешься...
Наши тела снова соединяться
И эти минуты бесконечно продлятся.

 

                       ***

 

Спаситель или губитель ?
"Я древний бог и нетленен мой прах
Все народы склонились в моих ногах,
Под тяжким гнетом моим
Я не позволю восстать другим.
Я сломаю у всех дух и волю
Не сладкая им выпала доля..."
"Мир под твоим гнетом един
Ты наш бог и властелин,
Мы ничто, просто пыль и прах
Мы будем ползать в твоих ногах..
Для нас ты спаситель,
Но для них ты губитель,
Чью волю ты не сломил.
Ты всего лишь их убил... "
Каждый день, час, миг
Тебе мерещиться их лик,
Они живьем тебя терзают
И душу на части рвут.
Тебя к себе они призывают
И с нетерпением ждут...

Изменено 19 апреля, 2013 пользователем saje3

[Skiw]

"Строки"
Николай Сливко

С каждым днём уходит в землю снега талая вода
Вместе с ней уходят годы, юность тает навсегда.
С каждым годом всё черствеет и меняется весна
Вряд ли эта жизнь на много отличается от сна.

 

Ты вчера учился в школе, а сегодня старый дед.
Пил сегодня со шпанюгой, завтра станешь душный мент.
Та  Красавица с которой ты ходил вчера в кино,
Щас в морщинах и к тому же, весит килограммов сто.

Ну а та девчонка, помнишь? Что хотел ты в жёны взять
2 квартиры и 3 мужа в раз успела поменять.
И не что уже не станет так, как много лет назад
И от этого сжимают сердце горячи утрат.

Этой ночью так тоскливо, жизнь пугает, не до сна
Лета, Осени и зимы и опять придёт весна.
Только к той весне наверно детства память я разрушу
И навряд ли вспомню строки, что сегодня жгут мне душу…

[TSCH]

  Юнна Мориц

 

Песенка совы по имени Дуся

 

 

Я мудрая-премудрая,
   Ax, я ужасно мудрая,
   Я самая премудрая полярная сова,
   И мама моя мудрая,
   Ох, мудрая-премудрая,
   Она ужасно мудрая полярная сова. Летаю я летательно,
   Скачу я кувыркательно
   И бегаю скакательно,
   По звёздам зная путь,
   А жизнь так удивительна,
   Она гремит гремительно,
   Она звенит звенительно,
   Бим-бомкает чуть-чуть! Во тьме я очень зрячая,
   Летучая,скакачая,
   Вовсю хвостом рулячая,
   По звёздам знаю путь,
   И в море с ураганами,
   С полярными туманами
   Матросам с капитанами
   Бим-бомкаю чуть-чуть! Я просто изумительна,
   Ни с кем я не сравнительна,
   Смотри, как я храбрительна,
   По звёздам зная путь!
   Но самое, но главное -
   Какие песни славные
   Мечтательно, творительно
   Бим-бомкаю чуть-чуть!

[Ильмар]

Олег Ладыженский

 

 

КАСЫДА О ПОСЛЕДНЕМ ПОРОГЕ

Купец, я прахом торговал; скупец, я нищим подавал,
глупец, я истиной блевал, валяясь под забором.

 

Я плохо понимал слова, но слышал, как растет трава,
и знал: толпа всегда права, себя считая Богом!

 

Боец, я смехом убивал; певец, я ухал, как сова,
я безъязыким подпевал, мыча стоустым хором,

 

Когда вставал девятый вал, вина я в чашку доливал
и родиною звал подвал, и каторгою -- город.

 

Болит с похмелья голова, озноб забрался в рукава,
Всклокочена моя кровать безумной шевелюрой;

 

Мне дышится едва-едва, мне ангелы поют: <<Вставай!>>,
Но душу раю предавать боится бедный юрод.

 

Я пью -- в раю, пою -- в раю, стою у жизни на краю,
Отдав рассудок забытью, отдав сомненья вере;

 

О ангелы! -- я вас убью, но душу грешную мою
Оставьте!.. Тишина. Уют. И день стучится в двери.

[Dannato]

Я пленён, я очарован,

Ненаглядная, тобой.

Я навек к тебе прикован

Цепью страсти роковой.

(Н. А. Некрасов)

[Alice von Bertruher]

Эдгар Аллан По - Ленора

(поэма огромная и вся не влезла)

 

Спойлер

Запах лекарств и смерти дыхание, 
Нервное пламя дрожащей свечи, 
Она третий день не приходит в сознание, 
Бессильны молитвы, бессильны врачи. 
Жизнь еще бьется под тонкою кожей, 
Едва слышный шепот срывается с губ, 
Все реже дыханье, ничто не поможет, 
И стрелки часов ее к смерти ведут. 
Мать тихо сидит у постели сгорбившись, 
Надеясь, что чудо спасет ее дочь. 
Шепот стал громче, вдруг превратившись 
В отчаянный крик, разрывающий ночь: 

"Ты где-то здесь, я чувствую, что рядом, 
И слышу, как ты дышишь тяжело, 
Ты обжигаешь кожу долгим взглядом, 
По телу разливается тепло. 
Я говорю, и ты мне отвечаешь, 
Мне кажется, что это страшный сон, 
Ты мою душу с любопытством изучаешь 
И шепчешь, что давно в меня влюблен. 
Я чувствую твое прикосновенье, 

Вниз по спине пускающее дрожь, 
Я помню это вечное мгновенье... 
Ночные призраки скрывают твою ложь. 
Мне хочется уйти, но я не смею, 
Меня за горло держит липкий страх, 
Противиться тебе я не сумею, 
И чувствую вкус крови на губах. 
Стальное лезвие холодного ножа 
Пронзает медленно податливую плоть, 
Ты что-то шепчешь, мою руку крепко сжав, 
Смертельный ужас помогая побороть. 
Мы сами оживляем наши страхи 
И позволяем им собою управлять, 
Покорно кладем голову на плаху, 
Чтобы безмолвно смерти ожидать 
Так говоришь ты, в мысли проникая, 
Вокруг пылают тысячи огней. 
Ты идешь рядом, постепенно увлекая 
В загробный мир полночных страхов и теней." 

"Что с ней, скажите, доктор, что случилось?! - 
Кричит до смерти перепуганная мать, - 
Она как будто что-то говорила... 
Ее слова... я не смогла их все понять..." 
"Пока определить что-либо сложно, 
Мне нужно все исследовать сперва... 
Болезнь науке не известная, возможно... 
Жаль не смогли вы разобрать ее слова..." 
И в этот миг, рукой невидимой задета, 
Упала вдруг погасшая свеча - 
Все озарилось тусклым лунным светом, 
И тихий голос монотонно зазвучал: 

"Я чувствую неровное дыханье, 
На опаленной коже как вода, 
Твой образ завладел моим сознаньем, 
Такого не было со мною никогда. 
Я ощущаю на пылающем лице 
Манящую прохладу твоих губ, 
Все мысли словно в огненном кольце, 
И свет вокруг безжалостен и груб. 
Ты тихо шепчешь о неведомых мирах, 
О вечной жизни и о детях ночи, 
Чтоб быть с тобой, я позабуду страх 
И сделаю все так, как ты захочешь. 
Я медленно тону в твоих объятьях, 
Своей рукою твою руку крепко сжав, 
Я забываю о запретах и проклятьях, 
Чтобы навеки лишь тебе принадлежать. 
Ты поцелуем выпиваешь мою душу, 
Она взлетает вверх сквозь тысячу преград, 
Одним лишь взглядом солнца свет потушишь, 
А на губах блестит смертельный яд. 
Яд действует, и сердце реже бьется, 
И смерть не кажется трагическим концом, 
Она ко мне неслышно повернется, 
Представ передо мной с твоим лицом. 
Я все отдам ей, в пламени сгорая, 
Послав последнее проклятие судьбе, 
Я жду рассвета, твое имя повторяя, 
Чтоб умереть, мечтая о тебе." 

"Теперь вы слышали, скажите, что же это?! 
Не позволяйте ей, прошу вас, умереть!" 
"Сейчас я не могу вам дать ответа... 
Необходимо ее лучше осмотреть... 
Давление и пульс - все в норме... странно... 
Пока мне сложно точно вам сказать... 
Но что это? Откуда эти раны? 
Их не было здесь два часа назад!" 
На шею дочери мать смотрит в изумленьи: 
Из свежих ран еще сочится кровь, 
И снова слезы и молитвы о спасенье, 
И слабый шепот зазвучал чуть слышно вновь: 

"Мы молоды, стоим у жизни на пороге, 
Плененные коварной красотой, 
Не зная счастья и не ведая тревоги, 
Мы следуем за призрачной мечтой. 
Во власти смерти наши мысли и желанья, 
На всем, что видим мы, лежит ее печать, 
Она живет в нас по ту сторону сознанья, 
Мы ей обязаны умением прощать. 
От воли рока в жизни все зависит, 
Она лишь череда прозрачных снов, 
День, когда мы в одной петле повиснем, 
Я вижу в глубине твоих зрачков. 
Мир злой любви для нас как будто вечен, 
Мы одержимы страстью и тоской, 
Но все грешат, никто не безупречен, 
Лишь в смерти обретаем мы покой. 
Жизнь с наслажденьем разрывает нас на части, 
И нет спасенья от ее жестоких глаз, 
Мы извращаем представление о счастье 
И в смерти его ищем каждый раз. 
Бессмысленно стремимся мы друг к другу, 
Но на пути нам суждено все потерять, 
Не замечаем, что давно бежим по кругу, 
Нам никогда друг друга не догнать. 
Лишь смерть соединяет нас навечно, 
И топит суету в своей крови. 
Любовь и смерть всегда идут навстречу, 
Но примешь ли ты смерть ради любви ?" 

И снова тишина. Но в воздухе тревога, 
И лунный свет струится за окном, 
Мать бесконечно повторяет имя Бога, 
Все кажется каким-то страшным сном. 
"Вам нужно отдохнуть, ведь вы устали, 
Я присмотрю за ней, а вы должны прилечь, 
Я позабочусь, чтоб лекарство ей подали... 
Сменю бинты... Кровь продолжает течь..." 
И доктор смотрит с горьким сожаленьем 
На девичий, почти прозрачный лик, 
В уме рождаются догадки и сомненья, 
Вдруг мысли прерывает жуткий крик: 

"Прикосновение твоих холодных рук 
Заставит мое сердце чаще биться, 
Мы пережили тысячи разлук, 
Я пью из губ твоих и не могу напиться. 
Ты заставляешь чувствовать сильней, 
И, ослабев, душа тебе сдается, 
Ты безгранично властвуешь над ней, 
Пока в груди неровно сердце бьется. 
Твоя любовь холодная, как лед, 
И в то же время острая, как бритва, 
Она меня когда-нибудь убьет, 
Я проиграла все решающие битвы. 
Я в чувствах без остатка растворяюсь, 
Но ты ко мне приходишь вновь и вновь, 
Ты ждешь, когда я наконец сломаюсь, 
Тебе нужна моя душа, а не любовь. 
В твоих глазах дрожит ночное небо, 
Ты говоришь, но я не слышу слов, 
И я мечтаю о тебе, где бы ты не был, 
Мне не избавиться от тяжести оков. 
Одним движением мне сердце разрезая, 
Ты видишь яркий свет моей любви, 
Иную жизнь в меня легко вдыхая, 
Проводишь свои мысли сквозь мои. 
Ты мне даешь напиться сладким ядом, 
Теперь я свою жажду утолю, 
Чтобы навеки быть с тобою рядом, 
Я без остатка в пламени сгорю." 

И этот крик, пронзительный и страшный, 
Все окна с треском настежь распахнул, 
И чей-то смех, прерывистый, неясный, 
В тревожном звоне стекол утонул... 
"Ленора, милая! Да что это такое?!"- 
Мать в ужасе глядит на свою дочь, 
"Сейчас она нуждается в покое, 
И вы ничем не в силах ей помочь... 
Ее болезнь... Теперь все стало ясно... 
Но это редкий и загадочный недуг, 
И медицина здесь, как правило, напрасна, 
Я вам скажу... в нее вселился древний дух..." 
"О, Боже, доктор, что вы говорите?! 
Все это выдумки, фантазии и бред!!!" 
"Хотите доказательств?! Посмотрите: 
На шее, под повязкой, - крови нет! 
Вы видите: что там теперь осталось?! 
Ни ран, ни шрамов - ни единого следа! 
Болезнь в литературе мне встречалась, 
Но я не сталкивался с нею никогда. 
Вы слышали ее слова? Так знайте: 
Она сейчас не с нами... далеко... 
Но никогда надежд не оставляйте, 
Можно спасти ее, но это нелегко. 
Те речи, что она произносила, 
Есть обращенье к демону, что в ней, 
Он страшен, безгранична его сила, 
И чем она слабее, он - сильней. 
Болезнь эта действительно опасна, 
Заболевает человек во время сна, 
Причины до сих пор еще неясны, 
Долина Спящих называется она. 
Злой демон убеждает с ним остаться, 
В мир темноты и призраков ведет, 
И если мы позволим ей поддаться, 
К утру она мучительно умрет. 
Мы ей должны помочь в наш мир вернуться, 
Я попытаюсь с ней поговорить..." 
Мать тихо умоляет дочь проснуться, 
И Бога просит чудо сотворить. 
"Ответь, Ленора, кто сейчас с тобою? 
Кто этот демон, что в тебе сидит?" 
Ее лицо вдруг искажается от боли, 
Она, чуть двигая губами, говорит: 

"Он смотрит мне в лицо 
Горящим черным глазом 
И огненным кольцом 
Сжимает крепко разум. 
Он чувствует мой страх 
И видит мою душу, 
С улыбкой на губах 
Мой мир нещадно рушит. 
Он мои дни считает 
И жарко в спину дышит, 
Он мои тайны знает 
И мысли мои слышит. 
Он здесь, он в каждом звуке, 
И все мы в его власти, 
Он согревает руки 
На лаве людской страсти, 
Он, по ночам гуляя, 
Приходит к нам во сне, 
И мы, того не зная, 
Горим в его огне. 
Он управляет нами 
Сто тысяч лет подряд, 
Запретными мечтами 
Заманивает в ад. 
Мы жаждем избавленья, 
Во всем его виним, 
Но с самого рожденья 
Мы следуем за ним." 

"Ленора, тише, тише, успокойся, 
Все хорошо, и боль уже прошла, 
Сейчас ты в безопасности, не бойся, 
Никто здесь не желает тебе зла. 
Теперь сожми покрепче мою руку 
И расскажи нам, как все началось." 
Внезапно дверь открылась с резким звуком, 
Все ее тело крупной дрожью затряслось: 

"В один из одиноких дней изгнанья, 
Наполненных печалью и тоской, 
Когда душа томится в ожиданье, 
Он в дверь вошел, нарушив мой покой. 
Я не спрошу, и он мне не ответит, 
Откуда он и как меня нашел, 
О чем мечтает в ожидании рассвета 
И сколько тысяч миль уже прошел. 
Расправив запыленные одежды, 
Садится молча греться у огня, 
Он воскресил убитые надежды, 
Придя затем, чтоб выслушать меня. 
В его глазах - бескрайняя дорога, 
В его улыбке прячется весна, 
Его слова таят в себе тревогу, 
Я с ним, но в то же время я одна. 
И я касаюсь онемевшею рукою 
Его красивого усталого лица, 
По мне бежит стремительной рекою 
Любовь, желание быть вместе до конца. 
Но для него любовь - лишь миг забвенья, 
И знаю я, что скоро он уйдет, 
Он вечный странник на дороге вдохновенья, 
И никогда меня с собой не позовет. 
Его игра полна жестоких правил, 
Всегда уходит он, но превращает в лед 
Сердца всех тех, кого когда-то он оставил 
И тех, к кому однажды он придет." 

Она затихла; глубоко и ровно дышит, 
Ничто не нарушает ее сна, 
Лишь легкий стук крыла летучей мыши 
Чуть слышно раздается у окна. 
"Ленора, ты обязана бороться, 
Пороки и разврат в его словах, 
Не кровь, а яд по венам его льется, 
Вернись же к нам, его любовь мертва!" 
Ее глаза, бесцветные, пустые, 
Пленявшие когда-то синевой, 
Открылись и безжизненно застыли, 
Она смеется и качает головой: 

"Когда над миром нависает ночь 
И тишина ложится мне на плечи, 
Дневная суета уходит прочь, 
Он появляется и зажигает в небе свечи. 
Дыхание его рождает ветер, 
Луна искрится блеском его глаз, 
Он рядом, но невидимый при свете - 
И начинается магический рассказ. 
Он хороводы снов с собой приводит, 
Меня касается невидимой рукой, 
Но с первым лучом солнца он уходит, 
Забрав с собою счастье и покой. 
Я эти встречи никогда не вспоминаю 
И никогда не думаю о нем, 
И друг о друге ничего почти не зная, 
Становимся мы ближе с каждым днем. 
И только в снах, что он мне посылает, 
Я понимаю, что могу теперь любить, 
Безудержным огнем любовь пылает, 
Но утром я должна его забыть. 
В реальности друг друга нам не встретить, 
Жизнь наяву цинична и скучна, 
Он в царство снов меня уводит каждый вечер, 
Но днем я остаюсь совсем одна. 
Нет смысла жить несбыточной надеждой, 
Для боли и разлук мы рождены, 
Все остается так, как было прежде, 
И я живу, чтоб видеть эти сны." 

Она вздыхает, слабо улыбаясь, 
И на лице блаженство и покой, 
Как будто сам Морфей, с небес спускаясь, 
Ее коснулся нежною рукой. 
"Ленора, я прошу, не поддавайся, 
Тебя погубит он, не верь его любви, 
Ты победить его сумеешь, не сдавайся, 
Всех ангелов на помощь призови!" 
И, обращаясь к матери Леноры, 
Усталый доктор горько произнес: 
"Мужайтесь, вы одна ее опора, 
Коварный демон далеко ее унес. 
В реальности однажды ей явился 
Он, в человечьем облике представ, 
Заставив ее сердце жарко биться, 
Заветною мечтой для нее стал. 
Теперь ночами в снах ее приходит 
Порочною любовью искушать, 
Все дальше в царство призраков уводит, 
Жизнь вечную с ним рядом обещав. 
Но сила чудодейственной молитвы 
В борьбе Добра и Зла должна помочь, 
Свидетелями самой страшной битвы 
Нам предстоит стать в эту злую ночь." 
Закрыв окно, задернув плотно шторы, 
Разжег в камине остывающем огонь, 
Перекрестивши спящую Ленору, 
Распятие вложил в ее ладонь. 
Вдруг слышит: она будто зашептала, 
Стал беспокойным и неровным ее сон, 
Распятье в побелевших пальцах сжала, 
И леденящий кровь раздался стон: 

"Я странствую по свету белой птицей, 
Гонимая то ветром, то волной, 
Но от него мне нет надежды скрыться, 
Он серой тенью следует за мной. 
Он, словно небо, легок и прозрачен, 
Загадочен, как утренний туман, 
Глубоким шрамом на ладони обозначен, 
Он притягателен и сладок, как обман. 
Я не зову, но он ко мне приходит, 
Все чувства заглушает его боль, 
Меня сквозь время и пространство он находит 
И каждый раз уводит за собой. 
Он смерти ждет, она его спасенье, 
Но жизнь горит предательским огнем, 
Его награда - страх, его удел - смиренье, 
И боль его сильнее с каждым днем. 
Он - часть меня и лучшая, возможно, 
В меня вселилась грешная душа, 
В запястье он пульсирует тревожно 
И направляет каждый новый шаг. 
В бескрайнем лабиринте подсознанья 
Он видит то, что так давно искал, 
Мистическая тайна мирозданья 
Открылась в отражении зеркал. 
До капли чашу яда осушив, 
Он разрывает жизни круг порочный, 
И боль его израненной души 
Накроет мир подобно мраку ночи." 

Вздохнув, она опять заговорила - 
На странном, непонятном языке, 
Ее лицо вдруг пламя озарило - 
Распятье вспыхнуло в безжизненной руке. 
Но это продолжалось лишь мгновенье, 
Огонь исчез, клубами дыма став, 
Оставив чуть заметное свеченье 
И шрам в виде горящего креста. 
Мать, вся дрожа, молитвы повторяет, 
От знака взгляд не в силах отвести - 
Так Бог нарушивших запреты отмечает, 
И никому уже их души не спасти. 
Ее слова становятся все тише, 
И смысл их понятен ей одной, 
И мать, и доктор в ужасе, вдруг слышат 
Усталый хриплый голос за спиной: 
"Еще не все потеряно, поверьте, 
Что будет дальше - ей одной решать, 
И ледяных объятий верной смерти 
Ленора еще может избежать. 
Надеяться и ждать вам остается, 
Теперь исход зависит от нее, 
Решит вернуться если - то проснется, 
А нет - с рассветом медленно умрет." 
И незнакомец сел на край ее постели, 
Был необычен, страшен его вид: 
Причудливые символы на теле, 
И черный ворон на плече его сидит. 

Он обожженную ладонь поднес к губам - 
Ленора в тот же миг глаза открыла, 
Рукою тонкою коснулся ее лба - 
И хриплым шепотом она заговорила: 

"Из рваных облаков на землю льется 
Зловещее сияние луны, 
В висках стук сердца глухо отдается, 
Сознанье затуманивают сны. 
Мой мир растоптан и любовь моя убита, 
Я от ночного холода дрожу, 
И двери ада для меня давно открыты, 
Теперь я к миру зла принадлежу. 
Смерть уже близко, силы на исходе, 
Я знаю: мое время сочтено, 
Один глубокий вдох - и страх уходит, 
Я опускаюсь медленно на дно. 
Он снова умереть мне не позволил, 
Я вижу отблеск наступающего дня, 
Он, рассыпаясь, корчится от боли, 
И хриплым шепотом зовет с собой меня. 
Ему глаза от Дьявола достались, 
Улыбка ангелом была ему дана, 
Его черты прекрасными остались, 
Душа его зловонна и черна. 
Он ждал меня, укутанный в ночи, 
Став прахом с приближением утра, 
И дым его оплавленной свечи 
Казался чадом погребального костра. 
Но снова тени по углам застыли, 
На землю падает ночная темнота, 
Его слова мне истину открыли: 
Мир зла незыблем, как могильная плита." 

[Siegrun]

Доброе утро, любимая. Или нет?
Дай угадаю - опять торопилась очень.
Душ и глоток кипятка, точно пропуск на свет
Из темноты и осенней дождливой ночи.

Доброе утро, любимая. Не болей.
Я вот держусь, но отчаянно здесь скучаю.
Мир без тебя состоит из одних нолей,
Щедро разбавленных крепким зеленым чаем.

Доброе утро, душа моя, сердце мое.
Бьешься неровно, со мною в такт попадая...
Здесь все застыло, и в это житье-бытье
Я без тебя не могу, я совсем не желаю.

Доброе утро, любимая. Ты звони
Как только сможешь. Правда, и даже ночью.
Мир без тебя распадается не на дни -
На запятые и рваные многоточья.

Доброе утро. Дыхание в телефон,
Голос, и сердце опять выдает синкопу.
Здравствуй, любимая. Не досмотрела сон?
Скоро приеду.
Тогда и досмотрим оба.

 

Leit

[Two-Faced Janus]

 "Обман" 
В пустом переулке весенние воды 
Бегут, бормочут, а девушка хохочет. 
Пьяный красный карлик не дает проходу, 
Пляшет, брызжет воду, платье мочит. 

Девушке страшно. Закрылась платочком. 
Темный вечер ближе. Солнце за трубой. 
Карлик прыгнул в лужицу красным комочком, 
Гонит струйку к струйке сморщенной рукой. 

Девушку манит и пугает отраженье. 
Издали мигнул одинокий фонарь. 
Красное солнце село за строенье. 
Хохот. Всплески. Брызги. Фабричная гарь. 

Будто издали невнятно доносятся звуки... 
Где-то каплет с крыши... где-то кашель старика... 
Безжизненно цепляются холодные руки... 
В расширенных глазах не видно зрачка... 

Как страшно! Как бездомно! Там, у забора, 
Легла некрасивым мокрым комком. 
Плачет, чтобы ночь протянулась не скоро — 
Стыдно возвратиться с дьявольским клеймом... 

Утро. Тучки. Дымы. Опрокинутые кадки. 
В светлых струйках весело пляшет синева. 
По улицам ставят красные рогатки. 
Шлепают солдатики: раз! два! раз! два! 

В переулке у мокрого забора над телом 
Спящей девушки — трясется, бормочет голова; 
Безобразный карлик занят делом: 
Спускает в ручеек башмаки: раз! два! 

Башмаки, крутясь, несутся по теченью, 
Стремительно обгоняет их красный колпак... 
Хохот. Всплески. Брызги. Еще мгновенье — 
Плывут собачьи уши, борода и красный фрак... 

Пронеслись, — и струйки шепчутся невнятно. 
Девушка медленно очнулась от сна: 
В глазах ее красно-голубые пятна. 
Блестки солнца. Струйки. Брызги. Весна.

 

Александр Блок

[TSCH]

Варкалось . Хливкие шорьки
    Пырялись по наве ,
И хрюкотали зелюки ,
    Как мюмзики в мове .

О бойся Бармаглота , сын !
    Он так свиреп и дик ,
А в глyще рымит исполин -
    Злопастный Брандашмыг .

Но взял он меч , и взял он щит ,
    Высоких полон дyм .
В глyщобy пyть его лежит
    Под дерево Тyмтyм .

Он стал под дерево и ждет ,
    И вдрyг граахнyл гром -
Летит yжасный Бармаглот
    И пылкает огнем !

    Раз-два , раз-два ! Горит трава ,
Взы-взы - стрижает меч ,
    Ува ! Ува ! И голова
Барабардает с плеч .

    О светозарный мальчик мой !
Ты победил в бою !
    О храброславный герой ,
Хвалy тебе пою !

Варкалось . Хливкие шорьки
    Пырялись по наве ,
И хрюкотали зелюки ,
    Как мюмзики в мове .

[Hikаru]

Крокодилушка не знает ни заботы ни труда,
Золотит его чешуйки быстротечная вода.
Милых рыбок ждет он в гости на пруду средь камышей-
Лапки врозь, дугою хвостик и улыбка до ушей!

 

Льюис Кэрролл, перевод Владимира Набокова

[Teinaava]

Живите несерьезно. Иначе будет поздно.
Иначе вся Вселенная вам станет «угрожать».
И все вас будут мучить. И все вас будут злючить.
Царапать и колючить. Кусать и обижать.
Живите улыбаясь. Собою наслаждаясь.
И не загромождаясь серьезностью проблем.
Поверьте, все решится - начнется, завершится.
И незачем страшиться, что плохо все совсем.
Везде есть смеха птичка. И юмора частичка.
И вредно хмурить личико. Оно стареет так.
Живите несерьезно. Иначе будет поздно.
Иначе, став нервозным, услышите: «Дурак!»

 

Игорь Тютюкин

[Hikаru]

Мне столик с видом на мечту,

Эспрессо и фламбе заката.

Нет, больше ничего не надо.

А впрочем… на ладонь звезду

И блюз с горчинкой шоколада.

 

(автор Светлана Тимакова)

[TSCH]

[Ewlar]

- Разрешите обратиться, - я спросил у командира.
- Разрешаю, обращайтесь,- мне ответил командир.
И тогда я обратился в золотую птицу мира,
И взлетел к нему на плечи,
И склевал его мундир.

 

/Когда-то давно в "Крокодиле" напечатали. Запало в душу.

Изменено 5 марта, 2014 пользователем Ewlar

[apati-dapati]

стихи обязательно чужие?