Mad Ness

Когда до пасти оставались считанные дюймы, она с громким чваканьем захлопнулась, обрывая щупальца, тут же ставшие обычной тенью - не прочнее, чем тень от древесных ветвей на асфальте. Из груди безумного князя донесся булькающий звук, который пытался пробиться наружу через оплывающее подобно горящему пластику лицо. Когда на лице появилось относительное подобие рта, звук, нашедший таки выход, разнесся по дворику довольным смехом, многократно усиливаемый эхом отраженным от стен. - Вот ты и узнал величайшую тайну этого города. Могу тебя поздравить. - Лицо цимисха уже окончательно обрело знакомые Дину черты Ярослава. - Надеюсь, ты все же сохранишь убежденность в том, что князь Равенны - психопат, кто бы им не являлся. - Протянув руку носферату, изверг улыбнулся, вновь свыкаясь со старой внешностью. - Добро пожаловать, сородич. Буду рад видеть тебя в этом замке.   Витэ: 6 - 1 (Лепка тела) = 5

- Видите, босс, вы настоящий красавчик!   На "лице" князя разверзся узкий провал, больше похожий на след от удара топором. По краям этого провала пузырился, исходя густой чернотой, мрак, куда более темный, чем безлунные ночи. - Ты-ы-ы... - Приоткрывшись просипел провал, брызжа обрывками мрака, - Это ты украл мое лицо... Я заставлю тебя вернуть его! - На последних звуках, темнота во рту твари вскипела, выбросив перед собой два извивающихся хлыста, мгновенно опутавших носферату и потащивших его прямиком к уродливой пасти, раскрывающейся все шире и шире...   Витэ: 9 - 1 (Лепка тела) - 2 (Кнуты бездны) = 6

- Но Князь, ваше лицо... оно, как бы это помягче сказать... при вас. - он вновь замолчал на несколько секунд пристально смотря на сокрытое маской лицо безумного Князя Равенны. - Вы можете сами взглянуть на него, если соизволите сделать шаг к воде, просто шажок, совсем небольшой. И вашему взору предстанет прекрасное лицо, если бы вы захотели сняться в кино, то вас бы взяли на главную роль без всяких сомнений!   Князь медленно кивнул носферату и молча приблизился пруду, повернувшись спиной к собеседнику. Когда он склонился над водой, из темной глубины пруда перед ним "выплыла" фарфоровая маска, ставшая неотъемлемой его частью. Бледная рука легла на холодный фарфор, и, замерев на мгновение, сняла его, обнажая взору Алессио его истинную суть. Дин увидел, как спина склонившегося над водой князя мелко задрожала, затряслась, точно в припадке, а из внезапно ослабевших пальцев выскользнула маска, упав на устилавшую дворик траву. Вскоре до него донеслись тихие всхлипы, постепенно становившиеся все громче и громче, а затем превратившиеся в гротескное подобие смеха, в сопровождении странных подвываний, вызывающими в памяти мысли о издыхающих от бешенства псах. - Т-ты... ха-ха-х... ты солга-а-ал мне! Ничего! Черт тебя подери-и-и... Ни! Че! Го! - Снова жуткий, пробирающий до костей хохот, перемежающийся со всхлипами и рыданием, кажущийся не просто безумным, но заразным в своей ненормальности. - Ничего нет! Посмотри же! Ну! Взгляни! - Ринальди резким рывком встал с колен и развернулся к носферату. Там, где должно было находиться лицо, не обнаружилось ничего. Гладкая пустая поверхность. Вопрос о том, как князь только что говорил, в настоящий момент был отнюдь не первым в списке важности.

Едва только носферату сделал еще один шаг, перепуганный мальчишка встрепенулся, рука его метнулась в неуловимом движении, скрывая лицо маской, и он преобразился. Свободно расправленные плечи придали ему властный вид, гордо вздернутый подбородок добавил решительности и особого аристократизма, присущего потомкам древних итальянских родов, а сверкнувший во мраке за маской взгляд обжигал и вызывал отчаянное желание покаяться во всех своих грехах, упав на колени перед Князем. - Найди. Мое. Лицо. - Отчеканил Павлин, замерев неподвижно и пристально глядя на собеседника. Хорошо, что у вампиров не могут чесаться носы, иначе бы вся атмосфера сложившейся ситуации была безжалостно уничтожена суровой физиологией.

- Просто один знакомый сородич намекнул старому Носферату, что его Князю может понадобиться помощь и тогда... о стоило солнцу зайти за горизонт, как я поспешил в ваш замок, но я побоялся нарушить покой своего Князя и всё это время следовал за вами будучи сокрытым могущественной иллюзией.   Несмотря на все заверения носферату, князь явно не спешил успокаиваться. Да и как можно чувствовать себя спокойно в присутствии существа, способного абсолютно незримо следить за тобой не только в уединенных местах, подобных этому, но и в твоих личных покоях! Что помешает ему вонзить кол в твою грудь, а когда ты, беспомощный, окажешься в его лапах, что остановит его и не даст совершить проклятое Каином диаблери?! - Я не... - Юнец явно терялся в мыслях, не зная как действовать в сложившейся ситуации. - Как ты можешь мне помочь?! Никто не может! - Пальцы его нервно перебирали, поглаживая глянцевый фарфор, который, казалось, сиял изнутри, отражая призрачно-белый лунный свет. - ...я не хотел, клянусь! Но Они забрали его. Они сделали так, чтобы я потерял его. - Принялся оправдываться мальчишка срывающимся голосом, обнимая себя, словно боясь рассыпаться в прах и пытаясь удержать себя целым, - Ты сможешь найти мое... лицо?

- Здравствуйте, светлейший Князь! - произнёс он так радостно и завораживающе, как только мог, а затем развеял иллюзию и медленно поклонился безумному Князю Равенны.   Князь мгновенно оказался на ногах, а рука его дернулась, поднося маску к лицу, но останавливаясь в дюйме от кожи, - ему стоило немалого усилия, чтобы удержать себя от этого действия. - Кто вы... - Испуганно выдохнул мальчишка, глядя на незнакомца округлившимися глазами. - Что вы здесь делаете? Вас прислали Они?! - в последний момент голос князя сорвался, окончательно разрушая ауру властности, сопряженную с таким высоким титулом и завершая образ перепуганного до смерти юнца. Вжавшись в стену и держа маску на готове, Алессио не сводил напряженного взгляда с носферату, готовый в любую секунду передать тело во власть настоящего Князя-Павлина.

Вырвавшись из покоев, князь вихрем пронесся по дворцу, заставляя прислугу испуганно отскакивать с его пути. Если в первые минуты его метания по бесчисленным коридорам и комнатам казались совершенно хаотичными, спустя некоторое время он, постепенно придя в себя, устремился к какой-то конкретной цели. Добравшись до северной башни, он сбежал по винтовой лестнице к самому ее подножию, выйдя в небольшой дворик, со всех сторон окруженный стенами и полностью отрезанный от внешнего мира, если не считать раскинувшегося над головой неба и закрывшейся у него за спиной двери. В центре дворика располагался аккуратный пруд, чье дно было выложено черной мозаикой, на которой переливались искрами отраженные водной гладью звезды, повисшие в непроглядном мраке ночного неба. Оказавшись в этом маленьком мирке, позволяющем скрыться от ужасающей реальности, Алессио привалился к стене и медленно осел на влажную от брызг траву, освобождая лицо от фарфора. Здесь он мог быть самим собой. Без всяких масок.

Пробудившись с наступлением ночи, Алессио, не без труда, поднялся с кровати. События прошлой ночи казались ему не более чем сном или смутным наваждением, где рожденная живой фантазией выдумка переплеталась с событиями реальными, порождая причудливые истории-химеры, захватывающие сознание, претендуя на звание "воспоминаний". Не выпуская из рук маски, чья прохлада и гладкая поверхность позволяли ему чувствовать себя несколько более уверенно, юноша приблизился к зеркалу. Громкий вопль князя заставил гулей-охранников обмереть от ужаса. Когда они, высадив дверь, ворвались в покои, то застали странную картину: князь стоял среди осколков разбитого зеркала, залитый кровью, выплеснувшейся из бокала, чьи останки еще можно было различить среди битого стекла, усеявшего пол. Тиобальд, - один из телохранителей Его Высочества, - мог бы поклясться, что слышанный им крик был криком ужаса, но скрывавшая лицо князя маска не выражала никаких эмоций. - Я велел подавать свежую кровь. - Металлическим голосом отчеканил Князь, вылетая из покоев и оставляя недоумевающих охранников смотреть на учиненный разгром. В прохладном воздухе залы вился легкий парок, поднимавшийся от еще теплой крови, разлитой по полу.

Вернувшись в замок, Ярослав первым делом направился в покои князя. У коридора, выходящего прямиком к двустворчатым дверям его опочивальни, цимисх обернулся тенью и протек остаток пути, минуя бдящую охрану. Втянувшись в комнату, он воплотился перед зеркалом, небрежным взмахом руки развеивая все еще удерживаемого силой крови теневого двойника и занимая его место. Извлеченная из бархатного свертка маска вновь легла на кожу, отчего изверг едва слышно зарычал, чувствуя себя... завершенным? Алессио Ринальди вернулся в свои владения, после довольно насыщенной ночной прогулки, о которой его подданным знать вовсе не обязательно, в отличие от того, что он довольно голоден. Двойной звонок, раздавшийся в комнате для прислуги оповестил обитателей замка о том, что пришла пора подать ужин. В последние ночи князь стал несколько более требователен к качеству пищи, указав, чтобы кровь сцеживали непосредственно перед подачей, сохраняя ее тепло и особую "пенку", характерную для свежей артериальной крови. Наспех перекусив, - отчего-то кормление "из стекла" показалось Алессио несколько неправильным, но в чем именно заключалась неправильность он осознавал весьма смутно, - князь велел собрать свой "малый совет". Пришла пора обсудить ряд проблем возникших в городе, в особенности того, что касалось появления двух стай Шабаша неподалеку от границ его владений. Затянувшийся до раннего утра совет завершился скоропостижной смертью канцлера Фаррар, заподозренного в заговоре против князя. Несчастный попытался сбежать, отказавшись принять честь быть убитым на дуэли, посему князь просто велел бросить его в "утреннюю камеру", чьи огромные окна открывались прямиком в сияние близящегося рассвета. Покончив с рутиной, Алессио вернулся в свои покои и погрузился в дневной сон, надеясь, что новая ночь не принесет городу новых бед. В руках он сжимал драгоценную маску...   Результат прохождения главы: +2 витэ   Витэ: 10 - 3 (Форма мрака) -1 (Лепка плоти) + 6 (Питание) = 12

- Работать на этого безумца? - Дин усмехнулся, смотря извергу в лицо, - Это всё равно что лезть в аквариум к пираньям, конец слишком предсказуем, чтобы тратить на это своё время. И жизнь. - добавил он спустя секунду.   По губам цимисха скользнула улыбка. - Если он такой безумец и самодур, каким ты его описываешь, он не примет тебя на персональной аудиенции, верно? Но если он согласится тебя принять, значит... С ним можно работать. Просто попробуй. и я гарантирую тебе, если ты придешь к нему, тебя ждет не только приятная и интересная работа, но и открытие, способное впечатлить даже тебя. - Пожав плечами, он продолжил, - Хотя, возможно, ты сможешь и дальше жить с мыслью о том, что не знаешь одного из величайших секретов этого города.

- В-вот так просто? - спросил он в пустоту.   Цимисх неслышно приблизился к носферату. Сейчас Дин напомнил ему старика-клоуна, встреченного восьмидесятых годах прошлого века. Он блистал на сцене, был любимцем публики и лицом цирка. Он жил ради тех минут, когда свет софитов сходился на нем, окружая рыжий парик золотистым нимбом гало, когда зрители аплодировали и топотали, как безумные, надрывая животы от смеха после каждого его появления... Но потом цирк умер. Да. Именно умер, ведь он был по настоящему живым. А вслед за ним умер и клоун, потерявший всякий смысл в жизни. Когда у тебя нет никого, ты либо находишь спасение в собственном эгоизме, либо приносишь себя в жертву ради внимания окружающих, но, лишившись его, сгораешь окончательно. Постоянное соперничество с Пишей давало носферату  возможность почувствовать себя нужным, важным, интересным хоть кому-то. За годы вражды, они стали, что называется, заклятыми друзьями. Но теперь... Теперь Пиша решила уйти, утратив всякий интерес к старому актеру. Последний зритель покинул представление, оставив после себя тишину в опустевшем партере.   - Не хватает, - грустно ответил Дин, - Жизнь типичного Носферату похожа на канализацию, из которой он выполз. А Пиша... пусть катится отсюда.   Рука Ярослава опустилась на плечо вампира. - Как думаешь, тебе хватит таланта, чтобы устроить здешнему князю действительно впечатляющее представление? М? - Изверг вопросительно посмотрел на носферату, ожидая его ответа. - А может быть, одним лишь представлением дело и не ограничится, учитывая твой талант к получению информации.

- Вы вспорите ей кишке и отправите на тот свет, а я поделюсь с вами потрясающей по ценности информацией.   Слегка усмехнувшись, Ярослав ответил, - "Заманчивое" предложение. Вы предлагаете нам расправиться с дамой, в обмен на "ценную" информацию, смело взяв на себя право измерить степень этой самой "ценности" с нашей точки зрения. - Изверг говорил подчеркнуто вежливо, с несколько старомодными интонациями - кафедра риторики Карлова Университета оставляет неизгладимый след в неокрепших умах студентов. - Наш прежний партнер предложила нам сытный ужин за наши услуги - куда более вещественно, не находите? Быть может... вы сформулируете свое предложение несколько иначе? Чуть более конкретно...

Равнодушно осмотрев помещение, Ярослав присел на подлокотник дивана, наблюдая за кружащей в изящном танце Ческой. Девушка двигалась легко и непринужденно, едва касаясь ногами пола, скорее паря над ним невесомым миражом. Ее кавалер - другое дело. Будучи натурой тяжеловесной и основательной, он двигался с грацией дубового бревна, что, впрочем, компенсировалось искусностью партнерши. Когда перед гостями возник носферату, цимисх привстав, поприветствовал его. - Долгих ночей, хозяин. Мы пришли, чтобы... поговорить.

- Ты осуждаешь..  Но  это ничего не изменит.  Я должна была это сделать.   Прости, что тебе тоже пришлось пережить все..  И.. Спасибо.   - Да же не стану спрашивать, понимаешь ли ты, что сделала. - Ярослав, глядя в глаза Лилиан, не выказывал ни одной эмоции, точно их сдуло, подобно наносной пыли, открывая его истинное лицо - серую пустоту, которую нельзя назвать даже маской. - Тебя обманули. Ты сама себя обманула. Выбирай, что понравится. Терять больше нечего. - Когда новоявленная инферналистка скрылась, поднявшись наверх, изверг начертил на стене странный символ, после чего последовал за ней.

-  Гистург! Гистург Мучитель!  Прими эту жертву!   - охрипшим голосом воскликнула она.   Поняв, что это не просто убийство, но жертвоприношение, цимисх удивленно изогнул брови. Впрочем, спустя мгновение на его лице отразилось неодобрение или даже некоторое презрение. Хуже чем нерациональную гуманность, изверг понимал только попытки обрести силу через становление вечным рабом в лапах демонов. Для того, кому подарена возможность жить вечно, нет ничего выше, чем его собственное эго. Уж что-что, а эго Ярослава было непомерным. Когда под сводами тоннеля разверзлась зияющей раной ткань реальности, плоть изверга пронзила боль, сопровождающая появление Мучителя, однако страдание плоти доставляло извергу противоестественное удовольствие, не слишком его тревожа. Жаль лишь, что боль в искаженной душе куда хуже поддавалась обузданию.   Здоровье: 90-4=86

Проводив взглядом поднимающихся сородичей, Лилиан тронула за руку Ярослава: - Поможешь мне?  - она кивнула в сторону Ачиля. - Он не должен жить  дальше.   Ярослав безразлично пожал плечами. В отличие от погибшего мальчишки, этот смертный не представлял ценности. Не успел несчастный отреагировать, как цимисх уже оказался у него за спиной, заломив ему руки до хруста в суставах и подбив ноги, заставляя встать на колени перед девушкой. - Он ждет. - Вампир посмотрел на Лилиан, точно прикидывая, не передумает ли она в последний момент. Порой ему было сложно понять логику сородичей, цепляющихся за былую человечность.

Присев рядом с телом парня, цимисх внимательно изучил его, убеждаясь, что вернуть его к жизни уже невозможно, как и передать дар Каина. Встав, он заключил с некоторым сожалением, - ну, или тем, что заменяло его у извергов, - Сородичи потеряли хороший экземпляр. Он мог быть полезен. Когда приблизившийся Дилан призвал пламя, что стремительно окутало плоть мертвеца, пожирая ее без остатка, Ярослав одобрительно кивнул. - Да будет так.  - Отвернувшись, он посмотрел в темноту тоннеля и неспешно последовал за проводником.

- Ну надо же, какой сервис у господ носферату... - Цимисх хрустнул пальцами. - С порога угощают!

Ярослав, с момента разговора с вампиршей погрузившийся в странное, похожее на дремоту состояние, абстрагировавшись от всех прелестей канализации, наконец вернулся к реальности. С некоторым интересом осмотрев новых спутников, он удовлетворенно хмыкнул, и что-то в этом звуке заставляло задуматься о конечности всего бытия и собственной жизни в частности. Но, на деле, мысли изверга были куда более гуманны. Его давно интересовало - в чем секрет "красоты" носферату, которую невозможно изменить даже при помощи дара Цимисха, и что-то ему подсказывало, что разгадать секрет поможет кровь их гулей. Литров двенадцать - не меньше. Открывшийся проход в стене, хитро замаскированный под "слепую кишку" этой клоаки, вызывал невольное восхищение. Пожалуй, вернувшись в Чехию, стоит нанять пару-тройку носферату для перестройки подземной части старого поместья. Заодно послужат материалом для будущих исследований.

- Я не причиню вам вреда, поскольку это не послужит ни одной из моих целей. На самом деле, раз уж вы предпочитаете романтичные прогулки по заброшенным и насквозь мёртым местам, то как насчёт ещё одной прогулки - по канализации? - Пиша подошла ко гробу с требухой и сунула в неё руку, проверяя целостность добычи. Затем жадно и с явным удовольствием облизала пальцы.   Цимисх, все это время молча наблюдавший за разыгрывающейся драмой и изображавший укрытие для Лилиан, решил, наконец, вмешаться в разговор. - Князь Равенны, Алессио Ринальди, поручил нам разобраться в происшествиях, участившихся в городе за последние ночи. Как в пробуждении некрополей, так и в пропажах людей. Мы готовы пойти на многое, чтобы раз и навсегда покончить хотя бы с одной из этих проблем... - Он странно улыбнулся, - и если прогулка поможет вернуть покой мертвым, мы последуем за вами.

Когда, после короткого совещания, не достойного отдельного упоминания, было решено осмотреть саркофаги изнутри, нежная леди-тореодор первой устремилась к последнему пристанищу давно умершего человека и, что было сил, навалилась на тяжелую мраморную плиту. Не смея бездействовать, несмотря на то, что девушка, в своем неудержимом стремлении, доставляла ему определенное эстетическое удовольствие, цимисх приблизился и, встав рядом, помог ей справиться с проклятым камнем. - Осторожнее, не пораньтесь. - Шепнул он Ческе, когда плита с глухим стоном соскользнула, открывая мрачные недра саркофага.

Если бы ему дали мертвое тело, он смог бы определить причину смерти, насколько бы искусно не были скрыты все следы, указывающие на истину. Если бы ему дали живое тело, он смог бы не только выявить все заболевания, что терзают его, но и вылечить их... или ускорить течение, приблизив окончательный исход. Но здесь... Здесь ему оставалось лишь любоваться архитектурой, красотой ночного города и тем, как сосредоточенно работают прелестные спутницы. - Дамы вперед? - Бросил цимисх, поняв, что больше информации получить уже не удастся, однако в этот же момент некромант толкнул дверь и вошел под своды музея. Пожав плечами, Ярослав последовал за ним.

Цимисх окинул строение оценивающим взглядом. С одной стороны, он никогда не понимал, почему люди уделяют так много внимания тому, как именно будет захоронено их тело, ведь трупам, как правило, несколько безразлично их окружение. С другой - от мавзолея веяло стариной. Не той стариной, которая смердит забытыми прошлыми обитателями носками или "подмоченными" углами, но стариной благородной - полной ароматов сырой земли, чуть заплесневелых потолочных балок и копоти лампового масла. Закрыв глаза, Ярослав даже мог бы представить, что вновь оказался в подземельях Собора святого Вита - в самом центре старых земель. - У вас определенно есть вкус, Лилиан. - Изверг обернулся к девушке, - впрочем, это было ясно и без лишних доказательств. - Он приблизился и протянул ей руку, - Вы не против небольшой прогулки? - Его губы изогнулись в игривой улыбке.

- В Мавзолей Теодориха.  Как мне помнится, там была какая-то загадочная история.  - Лилиан поприветствовала цимисха легкой улыбкой. Она в самом деле была рада видеть его прежним после вчерашних волнений. -  Пойдешь?   Цимисх ответил девушке встречной улыбкой, отставив опустевший бокал в сторону. - Вы приглашаете меня на прогулку по историческим местам, Лилиан? Честно говоря, я в изрядном смущении... В конце концов, это я должен был пригласить вас. Прошу простить мою оплошность. - Он слегка поклонился.   - Лилиан не нравится маска Князя. Можешь показать мне ее поближе?   - Боюсь, что у меня нет... - Начал было изверг, но, неосознанно опустив руку на полу пиджака, остановился. - Хм. Да. Держи. - В руках некроманта оказался сверток из черного бархата. - Аккуратно.

Тенью проскользнув в замок вслед за остальными, цимисх повис напротив распахнутого окна и висел на сквозняке до тех пор, пока не почувствовал, что последние молекулы выхлопного дыма не выветрились из его сущности. Даже если это было не более чем самовнушение, он чувствовал себя "грязным" после подобных поездок. Спустившись в подземелье, он воплотился из мрака около одного из брошенных сюда за провинность гулей. Последнее, что увидел несчастный перепуганный человек, прежде чем его жизнь оборвалась, - неестественно искажающееся лицо Алессио, через которое уже пробивались совершенно чуждые черты. Поднявшись в гостиную, изверг, в кои-то веки принявший свой естественный облик, - если таковой вообще имелся у метаморфа, - поприветствовал своих приятелей. - Долгих ночей. Наше присутствие утомило Князя? Куда мы собираемся? - Взяв со столика один из фужеров, он сделал глоток. - Ну и дрянь...   Витэ: 4 - 1 (Лепка плоти) + 6 (Питание) + 1 (Питание) = 10