Perfect Stranger

Монтсиммар   Пару вопросов о вашем друге Луи. Когда вы его видели и где в последний раз?   — Луи, Шмуи... лучше присядь, красотка, у меня вон светотравы еще до утра хватит, — пробормотал парень. Выглядел он бледным, под глазами красноватые круги, а сами глаза нездорово поблескивают. В таком состоянии вряд ли можно было что-то путное из него вытянуть. — А вы чего встали, я вам денег должен, что ли? — он наконец заметил остальную маячащую за спиной Ринн толпу. — Так у меня их нет, ха-ха! — он рассмеялся и принялся расталкивать сухую траву в порошок, чтобы втянуть ее носом, из которого уже порядочно лило. Викториа поморщилась и прижала ладонь к носу и рту, почувствовал резкий, острый запах травы, о которой ничего не знала. Пахло довольно неприятно, как будто тут побывало некое животное и оставило свои метки. Впрочем, она понимала, что устраивать потасовку прямо тут было бы плохой идеей.

Таверна "У Герна" - Монтсиммар   Расспросив трактирщика, Адалин в конце концов удалось выяснить, что Ксавье не раз заходил в эту таверну, когда прятался от своих многочисленных рассерженных подруг, а потому Герн прекрасно знал, в каких местах парень бывает чаще всего. Даже убеждать его не пришлось, старый Герн был рад, что с ним хоть кто-то поболтал перед тем, как отправиться спать, и не об обедах или отсутствии большого выбора винной продукции. В конце концов, уже далеко за полночь, отряд выдвинулся на поиски печально известного дебошира, пьяницы, по слухам даже потребителя некоторых запрещенных веществ и обнаружили его в одном из крошечных подвальных помещений дешевого клуба, куда их пустили без особых проблем. На вышибал в нем, похоже, не было ни средств, ни желания, да и кто по собственной воле придет в такое место, не зная, что именно ищет? Какой-то пьяница, едва не спящий лицом в тарелке с недоеденной кашей, указал им заплетающимся языком куда-то влево, мол, там ваш Ксавье. Парень и впрямь был в процессе занюхивания какой-то травки и поднял глаза на своих неожиданных посетителей, мутным взглядом окинув толпу и останавливая его на тех, кого ему удалось рассмотреть. Ими оказались Ринн и Адалин. — А-а-а, новые ... апчхи!.. посетительницы! Че-то вы слишком модные для такого места. Надо что? — чихнул он, высморкавшись в рукав. Викториа встала чуть в сторонке и позади, стараясь не наступать на подозрительного вида пятна на полу и не вертеть головой, рассматривая ободранные стены и посетителей этого места. У него даже названия, похоже, не было. Дышать она тоже старалась как можно реже, чтобы не наслаждаться местными ароматами, которые оказались даже хуже, чем она себе представляла. У нее даже немного начала кружиться голова и она хотела как можно быстрее выйти на воздух, пусть и холодный этой ночью.

Таверна "У Герна   — Через пятнадцать минут... все будут готовы идти икать Ксавье?   Викториа подняла глаза на Адалин, приподняв бровь, и продолжила пить свой чай. Спешить она никуда не планировала, тем более, что они и сами не знали, где его искать, однако вели себя так, словно точно знали дорогу. Может быть, кто-то из них действительно ее знал? Она снова посмотрела на Альваро и улыбнулась. — Кажется, наш ужин придется прервать. Надеюсь на ваш опыт в подобных делах, потому что если признаться честно, для меня он первый. — Она имела в виду, конечно же, походы по местам, популярным у обитающих на дне общества Монтсиммара, ничего более. Но даже она понимала, что именно по ночам там больше всего посетителей, поэтому имело смысл наведаться до утра, а потом сопоставить полученную информацию. Пока что ее было немного.

Таверна "У Герна"   У вас это первый подобный поход, верно?   Викториа кивнула, размышляя о том, что стоило бы не забыть купить более удобную походную обувь перед тем, как отправляться прочь из города. Что там говорил Холт, она уже почти забыла, но надеялась, что Адалин и другие запомнили. Кажется, он хотел встретиться с ними через два дня... а это означало, что командир будет здесь вечером семнадцатого первопада. До этого момента у них было достаточно времени, чтобы найти пропавшего Луи и получить за выполненную работу деньги. Что до того, чем они планировали заниматься дальше, Викториа предпочитала оставлять на усмотрение более опытных. — А вы и раньше работали с наемниками, да? — уточнила она, имея в виду, конечно, несколько другое. Ей было интересно, как долго Сарвенте находится в Сопротивлении. Бросив взгляд в сторону Адалин, девушка подумала, что нужно бы расспросить местных о том, где может быть Ксавье. Возможно, им удастся найти зацепку, а не проверять каждый притон по отдельности. — И часто доводилось бывать в подобных... злачных местах? — спрашивала она из любопытства, потому что представить себе этого благородного антиванца в прокуренных помещениях, которые ей всегда представлялись при слове "притон", она могла с большим трудом. Он бы выделялся там, словно белая скаковая лошадь на фоне ослов.

Таверна "У Герна"   — Вас не сильно утомил сегодняшний день? — проявил чародей участие.   — Немного, — призналась магесса, глядя на то, как постепенно зал пустеет. Сначала ушла Ринн, видимо, решив перехватить немного сна перед тем, как отправляться на поиски месье Лароша. Потом начали потихоньку расходиться и другие посетители, в конце концов оставив внизу, в зале таверны, только некоторых членов банды "Скорпионов". Да, именно что банды, про себя подумала Викториа. Пока что отрядом называться у них не хватало ни репутации, ни умений. Каждый как будто тянул одеяло на себя, считая, что именно его мнение самое важное, и именно его способы решения проблем заслуживают уважения. Впрочем, и сама демонолог не считала себя хорошим командным игроком, но она, по крайней мере, пыталась это исправить. — Честно говоря, идти в какой-то жуткий притон, где все наверняка провоняло убежавшим пивом, табаком и потом, мне совсем не хочется, но еще менее мне хочется того, чтобы кто-нибудь в нашем славном отряде считал, что я не смогу постоять за себя в нашем походе. Вы ведь тоже так думаете, не правда ли? Викториа украдкой взглянула на антиванца, поднося чашку с чаем к губам, чувствуя, как горячий напиток обжигает язык, оставляя едва уловимый привкус меда. Она, конечно же, заметила Руфуса, который подсел к Адалин, и о чем-то негромко беседующих Дамиана с Эльсой. Ей хотелось улучить момент позже, чтобы поговорить о демонологии с молчаливым и застенчивым марчанином, однако сейчас стоило сосредоточиться на том, чтобы наконец отыскать этого проклятого Луи и получить за выполненную работу первые честно заработанные Викторией деньги. Как странно. Она ведь раньше никогда не напрягалась, чтобы получить монеты. Обладание деньгами всегда казалось чем-то самим собой разумеющимся и не требующим никаких дополнительных усилий. А сейчас она, словно гном-работник банка, скрупулезно подсчитывает в уме затраты и прибыль. Усмехнувшись, магесса посмотрела на Альваро. — Кстати, — добавила она, осторожно подцепив ногтями булочку. — Еще раз благодарю за цветы. Чудесный подарок. Надеюсь, я когда-нибудь смогу отплатить вам столь же красивым жестом.

Рынок - Таверна "У Герна"   Вернувшись в трактир, они как раз успели до наступления темноты, что в такое время года вовсе не означало ночь, но приходилось подстраивать свой график под короткий период света. Пока что никакого дождя не было видно, но вполне возможно, что к полуночи разразится ливень. Викториа попросила девушку-служанку принести в ее комнату вазу с водой, куда и поставила цветы, задержавшись на мгновение, чтобы еще раз полюбоваться на красивый букет. Затем она спустилась вниз, ожидая, пока остальные решат, что делать. На самом деле идти в притон ей совершенно не хотелось. Такие места были не только отвратительны, но и опасны, но отбиваться снова от коллектива означало окончательно поставить точку в ее плане хотя бы минимально показать, что чего-то стоит, своим товарищам. Заказав легкий ужин в виде овощного салата и ветчины с сыром, магесса поискала глазами Альваро, надеясь, что он не проведет в своей комнате целый час. Притоны и дешевые кабаки работали как раз по вечерам и ночью, так что время играло им на руку, тем более, что наверняка кто-то из местных знал, где можно найти Ксавье. Возможно, даже трактирщик.

Рынок   — А нам известно, где может быть этот его друг? — подала голос Викториа, которая, казалось, не заметила, как варварски Адалин обращается с цветами. Впрочем, она тоже подумала, что явиться с букетами будет совсем уж странно. Тогда им надо назваться не "Скорпионами", а "Цветочниками". Или "Садовниками". Не слишком-то внушающее уважение название для отряда, который должен выполнять разные опасные задания за золото. — Может быть, остановимся у Герна и оставим цветы в комнатах? Стоит поставить их в воду, чтобы не завяли, — добавила она, ощущая легкий флер магии на цветах и понимая, что без него они давно бы померзли в такую погоду. Улыбнувшись Альваро, она кивнула ему. — Не хотелось бы, чтобы такой подарок так быстро превратился в ничто. Мне хотелось бы, чтобы эти ирисы услаждали мой взор еще не один день.

Рынок   — Странно, а казался таким порядочным и добрым парнем... — вернулся тем временем от Виктории вперёд Альваро. — Правда в последние дни ходили слухи, что Луи пропал. Он вас как-то обидел, мадмуазель? Может, нам отыскать и наказать негодяя?   — Да, да! Отыщите и накажите, а еще лучше — верните то, что он у меня украл! — запальчиво воскликнула Мари-Жозеф, а затем, немного понизив тон, добавила: — Этот проклятый Луи накануне того, как сбежал, приходил ко мне. Плел что-то о том, что скоро мы будем жить в роскоши и богатстве, и вообще он нашел для себя настоящее призвание, и чтобы я, значит, не волновалась и не переживала. Как пить дать в какую-то грязь угодил, если меня спросите. Ну я ему и сказала, чтобы нос не задирал слишком высоко, и в богатстве и роскоши живут только тевинтерцы, а нам в лучшем случае домик удалось бы купить, да и то через лет пять, если бы у него с Лаврентием все вышло и он зарабатывать бы начал нормально. Но так нет же. Говорил, есть вариант лучше, и ждать не надо. А наутро я обнаружила, что этот гад украл у меня шкатулку с мамиными драгоценностями, которую я на черный день хранила. Дура ведь, сказала ему об этой шкатулке, не подумала, что он ее спереть может! А он взял и спер! Найдите его и заставьте вернуть, — заявила девушка, помогая начальнице укладывать цветы в ящички и сворачивать палатку. Викториа подняла взгляд на отошедшего Альваро. Она отреагировала как-то не так? В Минратосе ее кивок сочли бы знаком хорошего расположения, но похоже, антиванцы предпочитали более весомые и эмоциональные жесты. Ей даже показалось, что ее слова чем-то расстроили антиванца. Ее пальцы прикоснулись к цветку в волосах, пока она задумчиво глядела в спину Сыну Огня. Может быть, стоит поговорить с ним потом, когда будет время и подходящая обстановка, объяснить, что она весьма довольна подарком, и ее холодность — лишь показатель чувства собственного достоинства. Реагировать на букет, словно девчонка, ей претила гордость.

Рынок   — Мари-Жозеф? — переспросила она, изобразив достаточно убедительное удивление. — А не знаете ли вы, часом, Луи Фортье? Он рассказывал, что ухаживает за девушкой с таким же именем.   Девушка тут же переменилась в лице, словно ее ужалила оса, причем прямо в нижнюю губу, настолько сильно она затряслась от гнева. Указав на Эльсу, она заявила: — Не упоминайте при мне имя этого прохвоста! Я его больше видеть не желаю! — она хотела было сказать еще пару ласковых слов, но покосившись на начальницу, прикусила язык. — Кстати, не желаете ли приобрести белые гипсофилы? Викториа тут же вздрогнула, услышав это название. Любимые цветы матери... похожие на мелкий, рассыпавшийся по стебелькам снег, которого никогда не бывало в Тевинтере. Она помнила, что кадки с этими цветами стояли на подоконниках в комнате Присциллы, и в детстве любила их трогать, за что не раз получала нагоняй, но все равно возвращалась. Воспоминания причинили некоторую боль. Тогда, в детстве, она еще не понимала, насколько слабой и безвольной была ее мать, и насколько эта безвольность разозлит ее позже.   Возможен бросок на Интеллект - сложность средняя

Рынок   — Я тщу надежду, что это послужит прекрасным дополнением вашей комнате, мадемуазель...   — Ох, вы так любезны! — захлопала ресницами девушка и приняла подарок, заинтересованно взглянув на Руфуса. — Меня зовут Мари-Жозеф, но вы можете просто звать меня Мари. Возражения не принимаются! — хихикнула она и тут же получила холодный взгляд от своей начальницы. Видно, та не слишком любила, когда ее подопечная флиртовала с покупателями слишком открыто. Фыркнув, старушка принялась укладывать цветы в специальные ящички, зачарованные на сохранение их свежести, ожидая, пока Мари не закончит.   — Прошу вас, миледи, позвольте поднести вам скромный дар, — произнёс антиванец с улыбкой.   — Благодарю, мессир Сарвенте, — склонила голову Викториа, взяв букет и совершенно не пытаясь очаровать антиванца, как это сделала бы орлесианка, скорее, воспринимая это как должное. Пожалуй, он оказался более приличным, чем могло подуматься поначалу. Руфус же, кажется, не обращал на магессу никакого внимания. Что ж, первое впечатление могло оказаться обманчивым, и он просто так общался со всеми встреченными симпатичными девушками, подумала Викториа. Взяв один из ирисов из букета, она осторожно приладила его в свою прическу. Синий цвет был одним из ее любимых, несмотря на то, что не слишком шел к ее глазам, но вот к голубой робе вполне подходил.

Мастерская Лаврентия - Рынок   До рынка было рукой подать, благо мастерская располагалась совсем рядом с ним, поэтому добрались они быстро, хотя уже и начинало потихоньку темнеть. Вечера наступали сейчас рано, а потому некоторые торговцы уже расходились по домам, но цветочница на углу все так же стояла в окружении корзин с явно магически выращенными букетами. Рядом крутилась девушка приятной наружности, зазывая покупателей, проверяя состояние растений и составляя букеты. Старушка же только рассчитывала покупателей, которых в это время уже почти не было. Когда отряд подошел к палатке с цветами, старушка и девушка уже собирались уходить. — А, новые покупатели! — защебетала девушка. Она была довольно высокой, хоть и не такой высокой, как Адалин, тонкой, как тростинка, и с короткими, но невероятно идущими ей рыжими волосами, курносым носом, покрытом веснушками, и озорными зелеными глазами. Заметив Викторию, она безошибочно определила свою главную цель, благо тевинтерка выглядела и держалась, как обладающая немалыми средствами. — Желаете купить букет для украшения дома? У нас есть прелестные лилии, которые освежат любую комнату! А может быть, господа желают приобрести цветы для любимой женщины? В этом случае ирисы сейчас в моде! — не переставала говорить она, цепкий взгляд перемещался с одного возможного клиента на другого. Бросив взгляд на Руфуса, она почему-то немного покраснела и таинственно улыбнулась.

Мастерская Лаврентия   — Тут остались его вещи? Личные, например? — спросила Адалин, продолжая смотреть по сторонам. Махнув в сторону двери позади кожевника, она задала еще один вопрос: — Задний двор? Я хочу его осмотреть.   — Девушка, я же только что сказал, что он забрал все свои вещи. Да и было их тут у него немного. Сменная одежда, ключи, инструменты, которые он купил на рынке. Он же тут не жил, только на работу приходил, — немного устало повторил кожевник. — А что там на заднем дворе искать? Пять дней прошло. Все следы давно замело или дождем смыло. Но если хотите, смотрите, мне с этого не убудет. Он еще к какой-то девке с базара бегал, спрашивал у меня все, какие лучше цветы подарить. Цветы — цветочнице! Я ему и сказал, что это даже звучит глупо, да только он и сам по себе всегда был недалекого ума. Наверняка нарвался на какого мошенника да и сгинул без следа. Тут такое бывает, Монтсиммар хоть и стал цивилизованной столицей, только вот время, когда тут криминал всем заправлял, бесследно не прошло. Викториа мысленно сделала заметку в уме держаться подальше от тех, кто предлагает выгодные сделки и вообще выглядит подозрительно. В Минратосе с криминалом разобрались жестко и беспощадно, и она это одобряла. Пусть кому-то такое покажется жестоким и чрезмерным, но лучше выжечь крысиные норы сразу и начисто, чем отлавливать по одной, пока остальные разбегаются кто куда. Их потом из дома вообще не выкуришь.

Мастерская Лаврентия   Подумайте хорошенько, может быть, удастся припомнить, не упоминал ли он что-нибудь? Или, возможно, к чему-то готовился?   — Да... пожалуй, было кое-что, только не мое это дело и попахивает оно дурнее, чем моя мастерская, — мрачно буркнул в бороду кожевенник. — Услышал я случайно, как он на заднем дворе за магазином с кем-то болтал, пока на перекур ходил. Я ему сто раз говорил, чтобы не бегал каждый час туда, так он ведь не слушал меня. Типа, с которым Луи болтал, я хорошенько не разглядел, благо занят был, пока этот пройдоха время зря тратил, но вроде как доспехи на нем были отменные, да и оружие хорошее, явно не за три дракона на рынке купленное, а по руке сделанное. Такое стоит куда больше. — Достав потертую тряпицу, покрытую какими-то непонятными жирными пятнами, Лаврентий принялся вытирать ею руки, грязные после выскабливания шкуры. — Шушукались они там, значит, я только что-то про "сделку всей жизни" расслышал, да и пошел по своим делам. Только вот на следующий день все вещи Луи из мастерской пропали, а сам он на работу не пришел. У меня чуйка на дела, в которые лучше свой нос не совать, а то отхватят и не подавятся, поэтому я и не стал его искать. Если он влез куда-то, куда лезть не следовало, это его собственные проблемы.

Мастерская Лаврентия   Слышали, что он у вас работает, можно его увидеть?   — Каффас. И вы тоже? — мастер тяжело вздохнул, при этом могло показаться, что с таким же успехом могла бы вздохнуть гора. Он оперся спиной о косяк двери и сложил руки на груди, глядя на подошедшую к нему толпу сверху вниз и явно разочарованный тем, что они пришли сюда не закупаться доспехами. А ведь мог бы сорвать кассу с новоявленными наемниками. — Матушка его уже мне все уши прожужжала, но я скажу вам то же самое, что сказал и ей. Я не видел Луи уже пять дней. Он не явился на работу и не прислал никакого письма, так что я подал объявление о найме. Вряд ли он вернется. Сбежал, наверное, кутить или вообще вон из города уехал, мир посмотреть. Парню двадцать лет, самое время оторваться от материнской юбки. Я б пожелал ему удачи, если бы он зашел попрощаться, но увы. Показалось, или он чего-то недоговаривает? Альваро заметил, что говорит он с заметным нежеланием, причем это могло быть вызвано как усталостью от бесконечных допросов мадам Фортье, так и тем, что тема могла быть для него неприятной. Смотрел он прямо и спокойно, но в его глазах мелькнуло нечто вроде беспокойства, что противоречило его словам.   (возможен бросок на Интеллект - сложность средняя)

Мастерская Лаврентия Кутония   Как оказалось, мадам Фортье была права. В этом могли убедиться все, как только они подобрались к мастерской достаточно близко, чтобы почувствовать отвратительный запах варящейся кожи. Сам домик мастерской был не слишком велик и, скорее всего, также частично представлял собой магазин, а частично — жилище Кутония. Кожевенник находился перед дверью, плотно закрытой от ветра и чуть припертой камнем, видимо, чтобы не скрипела от покачиваний. Мужчина был очень высоким, мускулистым и жилистым, с короткой черной бородой, в которой можно было увидеть несколько седых волосков, и наголо бритой головой. Над крючковатым носом нависли тяжелые веки и густые брови, едва не пряча под собой глубоко запавшие темные глаза. Шрам через все лицо, о котором упомянула мадам Фортье, был довольно заметен и пересекал переносицу мужчины, будто бы кто-то когда-то наотмашь рубанул его мечом или кинжалом. Увидев подходящую толпу посетителей, он поднял глаза от растянутой на подпорках оленьей шкуры, которую методично и даже как-то медитативно выскабливал, и обернулся. — Доброго денечка, — поздоровался Лаврентий неожиданно низким, но приятным голосом. — Желаете заказать доспехи? — натренированный взгляд быстро выхватил из группы тех, кто не носил робы или тяжелые латы. Особенно его взгляд задержался на Эльсе и Адалин. Выпрямившись, тевинтерец оказался еще крупнее, чем могло показаться на первый взгляд, и можно было понять книжницу, такой "кожевник" кого угодно мог бы напугать, действительно походя больше на наемника, чем на скромного мастера своего дела. Да и то, что он был тевинтерцем и держал лавку в центре Монтсиммара, тоже привлекало внимание к его персоне. Викториа обрадовалась было, что встретила соотечественника, но тут же спохватилась. Соотечественники не сулили ничего хорошего поддержанию ее легенды. Чем меньше других тевинтерцев попадается на ее пути, тем лучше, ведь мало ли кто из них мог оказаться одним из тех, кто мельком увидел ее где-нибудь в Минратосе и запомнил благодаря хорошей памяти. Обижаться на то, что "Скорпионы" оставили ее одну в трактире, девушка не стала или не подала виду, просто попросив в следующий раз предупреждать или оставлять хотя бы записку для нее. Осторожно встав чуть в стороне, Викториа постаралась держаться так, чтобы ее было не видно за другими наемниками.

Таверна "У Герна"   Викториа проснулась так, словно ее резко выдернули из мирной дремы за волосы. Открыв глаза, она поежилась, ощутив прикосновение холодного воздуха к мокрой коже. Вода давно остыла, и пришлось спешно мыться в холодной, ругая себя на чем свет стоит за глупость и привычку рассчитывать на то, что воду в купальнях подогревают специальные гномьи руны, не давая ей превратиться в ледяную. Но не холод разбудил ее, о нет. Мысль о том, что она могла проспать что-то важное, заставила магессу едва ли не бегом, вытираясь на ходу, направиться в свою комнату и переодеться в чистое. Найти среди своих вещей гребень заняло у нее больше времени, чем хотелось бы, но выходить из комнаты непричесанной магесса просто не рассматривала, как вариант. Ходить грязной тоже не входило в то, что она могла себе позволить, особенно в Орлее, ведь она представляла здесь тевинтерцев, а потому должна была оставить впечатление девушки воспитанной, умной и не забывающей о том, что такое гигиена. Наконец, заплетя волосы в пучок, Викториа спустилась вниз и... Обнаружила, что ни одного из наемников там не оказалось! На лице ее возникло выражение полнейшей растерянности. Если они отправились выполнять какое-то задание, то ведь могли бы предупредить ее или хотя бы оставить записку с официанткой или трактирщиком. Какая досада, подумала она, поджав губы и сев за привычный столик. — Мадемуазель, желаете пообедать? — скучающим тоном, но держа вежливую улыбку, спросила ее девушка-официантка, подходя к столику. Днем в этом месте посетителей было мало, но кроме Виктории, обедали еще несколько человек. Кто-то читал новостные свитки, разносимые мальчишками-посыльными, кто-то курил трубку и тихо разговаривал, кто-то просто дремал за столиком. — Для вас у нас говяжий бульон с овощами и запеченная рыба. — И принесите еще булочек к чаю. С медом и маслом, — приказала Викториа, совершенно не замечая за собой того, что в привычку у нее вошло говорить со слугами именно так. Если девушка и заметила это, то не подала виду. — Булочки и чай. Хорошо, — кивнула официантка и ушла за заказом, а магесса выдохнула, ожидая свой обед и откинувшись назад. Где искать пропавших "Скорпионов", она понятия не имела, разве что можно было поинтересоваться у служанки, когда та вернется. Ждать пришлось недолго, благо было время обеда и готовить все с нуля не пришлось. Через четверть часа ей принесли глиняный горшочек с бульоном, от которого исходил ароматный пар и в котором плавали кусочки овощей, а еще тарелку с запеченной рыбой с гарниром из темного риса. Чайник, привычный уже для взора Виктории, присоединился к остальным блюдам на столе, а булочки принесли в маленькой плетеной корзинке, и выглядели они великолепно рядом с баночкой меда и масленкой. У магессы едва не заурчал желудок, ведь она сегодня почти не ела. — А вы случаем не видели здесь моих друзей? Наемники, называют себя "Скорпионами", — спросила она, взяв булочку и зачерпнув ложкой из горшочка с бульоном. — А, они... кажется, куда-то собирались, — почесала голову служанка. — Боюсь, я не расслышала, куда, но пошли они прям все вместе. — Понятно. Что ж, благодарю, — отозвалась магесса. — Вы свободны.

Таверна "У Герна"   Добравшись до привычного трактира, Викториа в задумчивости отправилась в собственную комнату. Войдя внутрь, она разложила вещи на кровати и, подумав немного, заперла дверь изнутри. Странное поведение Адалин, которая будто бы хотела что-то сказать, но постоянно сдерживалась, и язык без костей фрименки выбили ее из колеи. Ни первое, ни второе не было ей слишком знакомо, поэтому она почувствовала, что жалеет о том, что с ними не пошел Руфус. С ним был легко как-то, словно магесса чувствовала себя почти что дома. Еще она заметила, что демонолог, Дамиан, вообще мало говорил и следовал за ними тенью. Может быть, он смущался или просто не любил болтать с незнакомцами? Если так, то в этом она могла его понять. Ей самой этот поход на рынок нужен был лишь для того, чтобы купить необходимые в дорогу припасы, а искать работу да расспрашивать местных об их ничтожных проблемах она оставила другим. Выглянув в коридор и услышав шаги, она подозвала девушку-официантку, которая здесь, видимо, выполняла и обязанности ухода за гостями, Викториа попросила приготовить для нее горячую бадью. Через некоторое время, сняв с себя робу и закутавшись в большой отрез ткани, служивший здесь запасной простынью, девушка проскользнула в комнату для купаний. Увидев ее, она тут же пожалела, что покинула Минратос. Там купальня была красивой, просторной, чистой, выложенной мрамором и украшенной гранитными статуями. Здесь же это была крошечная комната со скамейками и большой круглой деревянной бадьей в центре, доверху наполненной горячей водой. Ну хоть воду нагреть они догадались, подумала Викториа, сбросив простынь и забираясь по грудь в дымящуюся воду, предварительно распустив волосы и вздыхая, позволив себе расслабиться хоть на несколько минут. Она и сама не заметила, как задремала.

Книжная лавка Фортье   — А почему этот тевинтерский кожевник ужасный? Он что, делает сумочки из человечьей кожи?   — Да что вы, нет, ничего такого. Он просто... жуткий. Вроде бы обычный кожевник, а росту в нем метра два, борода черная, голова бритая и шрам через все лицо, — поспешила успокоить подозрения девушки Шарлотт. — Он больше похож на головореза, чем на торговца или мастерового. Я вот думаю, а может, он и не кожевенник вовсе, а все это просто прикрытие? И на самом деле он занимается какими-нибудь незаконными делами? — она пожала плечами. — Ах, не слушайте меня. Уверена, что это все просто пустые слухи, и с Луи все хорошо, — голос у нее дрожал, возвещая о том, что она была далеко не так уверена, как хотела бы быть. — Просто верните его домой, ладно? Скажите, что я не буду сердиться на него, если он сбежал. Кажется, Шарлотт немного застряла в том времени, когда ее сын был маленьким мальчиком, говоря о нем так, словно он украл конфету из шкафа и теперь боялся материнского гнева.

Книжная лавка Фортье   — Материнское сердце не обманешь, — согласился он. — Расскажите нам все что знаете о его друзьях и этом жутком тевинтерце. Где они? Кто они? Что связывает их с вашим сыном? Чем больше мы узнаем о них, тем легче будет найти подход. Мы сделаем все, что в наших силах.   — А, так вы не местные. Не сразу распознала, — сказала Шарлотт, доставая платок и промокая глаза, на которые навернулись было слезы. Причем промокала она их так, чтобы не размазать подведенные тушью веки. — Луи очень милый и добрый парень, ему только стукнуло двадцать лет, и он никогда не пытался сбежать из дома. Всегда помогал мне с лавкой, с тех пор, как его отец умер. А еще недавно нанялся подрабатывать учеником к кожевеннику этому, Лаврентию, что из Тевинтера. Я у него спрашивала, не знает ли он, куда мог пропасть Луи, но Лаврентий только отмахивался да говорил, мол, не явился на работу. Он и объявление уже новое дал, будто знает, что Луи не вернется! Вот скажите, дал бы он объявление о поиске нового ученика всего через несколько дней после пропажи старого? Вот и у меня возникли подозрения. Он ведь может быть как-то связан с пропажей Луи, или даже виноват в ней. Тевинтерцы и не на такое способны. Еще... — Шарлотт задумалась, покусывая пухлую нижнюю губу. — Еще у Луи была подруга, Мари-Жозеф Леруа, она помогает торговке цветами. Ну, и наверное стоило бы упомянуть его закадычного друга. Ксавье Ларош — балбес, которых свет не видывал. Может, он подбил моего мальчика на какую-нибудь авантюру. Вечно торчит в кабаках и притонах с девушками легкого поведения, причем дешевых, — она вздохнула, явно не в восторге от этого Ксавье. — Но вроде не злой. Просто глупый.

Книжная лавка Фортье   — Приветствую, мадам. — Руфус учтиво поклонился. — Возможно, напротив, мы сможем вам помочь. Мы — это наемные клинки, названием "Скорпионы". Подыскивали работу, да услышали в таверне о вашем несчастье.   — Ах, вы об этом... — женщина мгновенно погрустнела и присела в продавленное кресло, явно нуждающееся в замене обивки. Видно, денег на это у нее пока что не было. — Да, это правда. Луи пропал несколько дней назад. Я обыскала все лечебницы, даже на кладбище ходила, но впустую. В клубах и у Лизель его тоже нет. Даже не представляю, что могло случится, он раньше никогда не уходил вот так, без предупреждения! Не оставив ни записки, ни сообщив никому из родных? С ним что-то плохое случилось, я просто сердцем это чувствую. — Она посмотрела на Руфуса тяжелым, печальным взглядом. — Послушайте, я заплачу, если вы его найдете или хотя бы удостоверитесь в том, что он погиб. Я пыталась поговорить с его друзьями и тем жутким тевинтерцем, но они молчат, словно рыбы. Не хотят мне ничего сообщать, но я чувствую, что они что-то знают. Может, незнакомцам они расскажут?

Книжная лавка Фортье     День потихоньку перевалил за середину, когда группа, назвавшаяся "Скорпионами" в трактире, наконец, отыскала нужную лавку. Находилась она в северной части рыночной площади, притулившись между крупным зданием местного клуба, сейчас закрытым до наступления вечера, и магазином алхимика. Над дверью покачивалась вывеска с кратким, но информативным названием: "Книжная лавка Фортье". Ничего лишнего или вычурного, что обычно присуще орлесианцам, и это было довольно странно. Под надписью можно было увидеть стилизованное изображение пера и раскрытой книги. При входе звякнул подвешенный над дверью серебряный колокольчик, возвещая по новых посетителях. Их тут, похоже, было немного, а сейчас так и вовсе никого. Удобно, ничего не скажешь, хотя и понятно, почему магазин не приносил огромной прибыли. Путникам и жителям города куда интереснее было сидеть в трактирах, пить дешевый эль или дорогое вино, кому на сколько хватало денег, или тратить честно заработанные драконы на что-то более полезное, чем обычный пергамент. Были здесь и чистая бумага, и чернила, но главным товаром, конечно же, были книги. Вытянувшись вдоль стен, книжные полки и шкафы ломились от томов, толстых и тонких, с яркими и красочными обложками и сухими, кожаными переплетами с золотым тиснением. — Иду, иду! — раздался чей-то голос из-за двери в другую комнату. Похоже, лавка была на первом этаже дома, и Фортье жила прямо здесь, используя часть жилища в качестве магазина. Так делали очень многие, кому не хватало средств снимать для лавки отдельное помещение. Послышались быстрые шаги по лестнице, дверь отворилась, и перед нашими героями предстала невысокая женщина лет сорока пяти, моложавая и довольно симпатичная, как и говорил тот мужик в трактире. Лет десять назад она могла бы все еще слыть красавицей, сейчас же в волосах пробивались серебристые пряди, под глазами залегли черные круги, а вокруг рта — горькие морщины, словно ее жизнь не пощадила. — Добро пожаловать в книжную лавку Фортье. Чем могу помочь?

Рынок - Таверна "У герна"   -От тюрьмы и сумы не зарекайся!   — Глупости. У каждого есть навыки, которыми можно зарабатывать на жизнь, — возразила магесса, направляясь обратно и придерживая покупки, осторожно пытаясь лавировать между посетителями рынка и не наступать в подозрительные темные пятна на земле. — А если даже их и нет, то их можно приобрести. Сидеть и просить милостыню — для тех, кто не умеет ничего, кроме как выглядеть жалким, да и быть жалким по своей сути. Никогда бы я нищенкой не стала, даже если бы моя семья потеряла все накопления. Никогда, — безапеляционно заявила она, пропустив мимо ушей намеки Ринн про милосердие Тевинтера. В чем-то фрименка была права, тут не поспоришь. Тевинтер и впрямь слишком сильно затянул ошейник на провинциях, и рано или поздно это должно было закончиться плохо. Но Верховный Жрец наверняка знал, что делает, если, конечно, не был беспомощен перед волей Разикаль. Разикаль... это все из-за нее. Магесса нахмурилась, погружаясь в напряженное молчание. Если бы не проклятая драконица, они могли бы быть настоящей семьей. Тенебрию не пришлось бы жертвовать своим рассудком, мать не оказалась бы птицей со сломанным крылом, а она, возможно, не выросла бы с ледяным сердцем. Во всем была виновата Разикаль. Но не говорить об этом вслух у Виктории хватило ума.

Рынок   --А можешь ты мне подсказать,  кто тут продает лучшие травы?   — Травы? Ну, я только про молодого Тайра знаю, что на рынке травами торгует. Полуэльф который. Вы ток его так в лицо не называйте, а то обидится, — сказал нищий, довольно разглядывая монеты в руке и пряча их куда-то в складки хламиды. — Благодарю покорно! Век не забуду вашей доброты, душенька, и пусть вас благословит великая Разикаль, дай небо долгих лет жизни ее Жрецу! — уже громче возвестил он, картинно склоняя голову так, что подбородок упирался в грудь. Остальные нищие с интересом поглядывали на подошедших и явно не бедствующих людей, видимо, надеясь, что и им перепадет, но вместе с тем выглядели они немного обеспокоенными. Расспросы явно не понравились им после того, что случилось с дядькой Крутом. — Нищие и попрошайки, — негромко заметила Викториа, отойдя подальше. — Дно имперского общества. Иногда я думаю, а не правильно ли поступили в столице Тевинтера, загнав их в тюрьмы или вышвырнув из города подальше. Можно ведь и в рабство себя продать, чтобы хоть какой-то полезной работой заниматься, — она покачала головой, вздыхая.

Рынок   — Хотя что я, ты может и не слышал ничего, что в городе творится. Тут и с ногами везде не поспеешь, за всем не уследишь, столько народу и слухов, а без, — Адалин качнула головой и позволила монетке сверкнуть в руке, а затем отвернулась и сделала маленький шаг прочь, туда, где сидела девушка в плаще. Если она не забыла еще всю науку бытия попрошайкой, старик не даст ей унести деньги другому.   — Девушка, стой! Вспомнил я кое-что! — отчаянно прокричал ей вслед нищий. — Вспомнил. Ежели тебя это интересует, кое-что рассказать могу. Тут много кто ходит, иногда и разговорятся, и монетку подкинут. — Дождавшись, пока Адалин подойдет поближе, он поманил ее пальцем, чтобы та наклонилась, и зашептал, обдавая ее запахом нечищенных гнилых зубов. — Был один добрый старец, дядькой Крутом мы его называли. Он часто нам то еды приносил пожрать, то монетку на выпивку, а то и просто поговорить. Только вот недавно приходить перестал. А потом сказал кто-то из центра, что схватили его. Красные плащи. Он нам про... про... — воровато оглянувшись, он выдавил, словно застрявшую в горле кость: — Про Пророчицу рассказывал, что она придет и нас всех спасет, и чтобы мы, мол, не теряли надежду. Да только донес на него кто-то из наших. Ставлю бороду, что вон та, — и он кивком указал на женщину с ребенком. — Она всегда мне не нравилась. А еще сказали, что скоро плащи готовят казнь у себя там, в поместье. А может, и на эшафоте. Много еретиков схватили.   Таверна "Счастливый наг"   - А может раскажете что привело вас в эти края? Проездом, аль достопримечательности посмотреть? Есть тут одна арена - адресок подскажу, а там сами решайте с какого входа заходить.   — На город посмотреть приехали, в театры сходить, — буркнул один из мужиков. — Да не, проездом мы тут. В Тевинтер едем. Там, говорят, самое место хлебное, только вот в столицу лучше не соваться, везде плащи, везде соглядатаи, да и Жрец с Пророком под боком, смотрят, чтоб не балуй. — Дело свое открыть хотим, — подал голос другой. — Караваны сопровождать, склады охранять, все в духе таком. Мы раньше наемниками были, цельный отряд даже был, с магами и прочим. Только развалилось все. "Тевинтерские драконы" везде захватили рынок, что не продохнуть, только с бедняков деньги и трясти приходилось. Ну, и разошлись мы потихоньку кто куда.

Таверна "Счастливый наг"   — Так где там можно отыскать безутешную мать?   — Благодарю, — кивнул мужчина, взяв эль и явно довольный тем, что ему удалось заполучить за наводку бесплатную выпивку. — Как ее звали-то, не помнишь? — этот вопрос уже был обращен к трактирщице, которая почему-то бросала на спрашивающего усталые, даже несколько неприязненные и нервные взгляды, однако в разговор не вмешивалась. — Фортье. Шарлотт Фортье, — отозвалась женщина. — Я ее знаю немного, она не слишком богата, держит лавочку на базаре и торгует книгами. Можете там ее поискать, сейчас как раз разгар рабочего дня. Если ее сын до сих пор не вернулся, уверена, она заплатит за его поиски. — Ах, милая Шарлотт, — сделав большой глоток из кружки свежего эля, рыгнул мужчина, вытирая губы. — Будь она лет на десять помоложе, за ней бы половина трактира бы бегала. Увы, годы берут свое. Верно я говорю? — Помолчал бы ты, — вздохнула трактирщица. — Вам что-то еще нужно? У меня тут посетители ждут, — обратилась она к Руфусу. Кажется, присутствие этого мужчины с выбитым зубом портило ее настроение, однако она не решалась выгнать его, да и выгонять было, по сути, не за что. Он просто спокойно пил свое пиво, поглядывая то на Альваро, то на Эльсу с мабари, то на Руфуса.