Perfect Stranger

Несколькими днями ранее...   Деметра остановилась в таверне, названия которой не помнила — да и незачем было помнить. Постоялый двор находился где-то неподалеку от центральной торговой площади, на другой стороне от магазинов одежды и нескольких кузниц, и хозяин, узнав о том, что девушка является тевинтеркой, недолго думая, предложил ей скидку. Магесса спорить не стала, благо денег, взятых ею перед отъездом из поместья тетушки Авроры, ей хватило ровно на то, чтобы прибыть в Монтсиммар. Пришлось продать лошадь, чтобы выручить денег на комнату и пропитание, однако пока что ей удавалось не оказываться вышвырнутой за порог; видно, признавали в ней представительницу привилегированного класса. Трудно было вытравить из себя привычку держаться высокомерно и даже чуть презрительно, и Деметра решила даже не пытаться. В конце концов, что за дело орлесианцам до того, зачем некая тевинтерка-магесса приехала в столицу? Не их ума это дело, твердила она себе, однако глубоко внутри засел легкий укол страха.   Что если ее узнают? Что если она столкнется с кем-то, кто мельком видел ее где-нибудь в Минратосе или во дворце?.. Девушка посмотрела на себя в зеркало - ее комната была самой крайней слева на втором этаже, и она почти оттуда не выходила. Приказала служанке притащить ей бадью, чтобы помыться, и теперь медленно, задумчиво водила гребнем по длинным черным волосам, липнувшим к лицу и шее. Когда они более-менее высохли, Деметра заплела тугой узел, убирая все выбивающиеся из него пряди с упорством и дотошностью того, кто привык уделять внимание деталям и не оставлять работу наполовину доделанной. Вместо своей привычной тевинтерской одежды она обзавелась толстым, теплым шерстяным платьем и плащом, отороченным волчьим мехом — недорого, но вполне практично, да и позволяло ей смешаться с толпой на улицах столицы. Хотя толпа была весьма разношерстной, Деметре все равно не хотелось привлекать к себе слишком много внимания.   Взглянув на себя в зеркало еще раз и поправив прическу, она вздохнула. С такой внешностью так или иначе будут приглядываться, как ни крути, хоть многие сначала принимали ее за антиванку, но это первое впечатление быстро проходило. Встав со стула, она аккуратно, педантично осмотрела свое одеяние и пригладила любые складки, которые могли там быть — или которые она себе вообразила. Затем девушка взяла сумку, лямки которой перекидывались через плечо и достигали бедра, и вышла в коридор. Тот был пустым, хотя из-за одной из дверей по пути к лестнице доносились звуки смеха, звона стаканов и бутылок и какие-то повизгивания. Деметра поморщилась и подавила приступ тошноты, подкативший комком к горлу. Подобные развлечения казались ей уделом тех, кто недалеко ушел от уровня лошадей, собак, кошек и прочих тварей. Ускорив шаг, магесса спустилась по лестнице в главный зал трактира, о названии которого не беспокоилась, и уселась за столик, на котором стояла фарфоровая ваза с несколькими свежесрезанными розами. Именно этот знак должен был увидеть связной, ищущий ее — вдобавок к кодовой фразе о благосостоянии некоей леди Калистрии из Вирантиума. Выпрямив спину и держась холодно и отстраненно, как она и привыкла держаться на публике с тех пор, как пересекла границу детского возраста, Деметра вежливо кивнула подошедшей к ней прислужнице и попросила кувшин с горячим чаем и несколько свежих булочек с корицей на завтрак.   К столику Деметры подошла девушка, не похожая на нее настолько, насколько небо далеко от земли. Бледная, как мел, со светлыми, сероватого оттенка волосами, очень высокая и худая, на грани истощения. Вместо аккуратного уложенного пучка — длинная неопрятная коса; выбившиеся из прически пряди падали на лицо, но, кажется, ей это не мешало.   — Я Адалин из “Скорпионов”, — представилась она, проигнорировав приветствие и, не дожидаясь приглашения, села напротив. — Ты, как я понимаю, собираешься вступить в отряд?   Темно-зеленые глаза, ярким пятном выделяющиеся на лице магессы, поднялись и взглянули на подошедшую незнакомку. Несмотря на разницу в росте, ее взгляд казался опущенным сверху вниз, что раздражало немалое количество людей, однако было, скорее, выученным и инстинктивным, чем нарочным. Смуглая девушка взмахнула рукой и дождалась, пока ей принесут чай и булочки, и только затем, предложив подсевшей к ней наемнице чашку и завтрак, кивнула и ответила:   — Отряд? Вы, кажется, ошиблись столиком. Я всего лишь тут проездом по дороге в Тевинтер, — сверкнули на мгновение белые зубы в чуть натянутой улыбке.   — Неужели? Если будешь в Вирантиуме, передай привет леди Калистрии. Кажется, она последний год плохо себя чувствует, — сказала наемница и обхватила чашку чая обеими ладонями, будто  опасаясь, что Деметра передумает угощать незнакомку.   — О, так вы знакомы? Обязательно передам, как только буду в тех краях в следующий раз. Впрочем, мы не представились, а заключать какие-либо договора, не зная имен, пахнет дурными манерами. Меня зовут Викториа, — магесса кивнула, поняв, что перед нею именно тот связной, которого она ожидала уже несколько дней в этом трактире, ощущая себя настолько не в своей тарелке, насколько это было возможно, однако не подавая виду. — Вы попробуйте булочки, они здесь, пожалуй, единственные, что можно есть без желания выплюнуть обратно.   — Обязательно. — Сероватые от грязи пальцы Адалин ловко сцапали с тарелки булочку. — Я уже представилась, так что перейдем к делу. Отряд встречается в субботу в девять, на городской арене. Мы будем в приватной комнате номер три. План действий расскажет командир уже на месте. Какие-то вопросы? Наемница без особого интереса глянула на Деметру и одним махом откусила половину булки. Она тоже держалась несколько скованно, но, кажется, еда ее немного расслабляла.   — На арене? Необычное место для встречи… не могу сказать, что была там. Насколько опасно девушке приходить туда в одиночку? — спросила Викториа, чуть нахмурившись, однако продолжая свой завтрак как ни в чем не бывало. Адалин знала, что та была магессой и смыслила достаточно, чтобы не бояться обычных городских грабителей, но никакого особого оружия, кроме посоха за спиной, у нее не было, да и ее одеяние вряд ли можно было назвать броней. — Вы уверены, что меня пустят без вопросов?   — Если тебя взяли в отряд, значит ты способна о себе позаботиться. Или вон… — Адалин кивком указала на какого-то бугая у барной стойки, за спиной которого красовался огромный молот. — Заплати ему десятку, будет махать оружием вместо тебя. А на арену пускают всех.   Викториа пожала плечами, отпивая глоток из чашки с горячим травяным чаем. Ответить на это ей было нечего, последние деньги она потратила на новую одежду, оплату постоя в Монтсиммаре вместе с завтраком и обедом, и то, что у нее осталось, вряд ли составляло достаточное довольствие для телохранителя. Поэтому, постаравшись не подать виду, о чем думает, магесса кивнула Адалин.   — Что ж, хорошо. Я вас услышала и прибуду на встречу в назначенное время. Мне ожидать кого-то еще или я пока буду первой, с кем вы наладили контакт?   — Всего планируется девять человек, включая командира. Два мага-целителя, два мага-демонолога, маг крови, один лучник. Остальные, включая меня — бойцы. А, и еще собака, — ответила Адалин, стащив очередную булочку. — Собери все вещи до субботы на всякий случай.   — Не беспокойтесь, — девушка посмотрела на Адалин с легким оттенком раздражения. Ей явно не особо понравился тон, которым наемница говорила с ней, а еще приказной оттенок ее слов, однако магесса понимала, что должна была смириться с этим. По крайней мере, на время. Напомнив себе о том, что на кону стояло нечто гораздо большее и гораздо важнее, чем ее собственная гордость, она проглотила колкий ответ и добавила: — Увидимся во время встречи, Адалин.   — Ага, — с плохо скрываемым облегчением бросила наемница и, не попрощавшись, ушла.  Судя по всему, она чувствовала неловкость и нервничала не меньше самой Деметры и была рада, что разговор закончился.   ***   15 Первопада, вечер   Арена оказалась тем еще отхожим местом, по мнению Деметры, которая на время своего пребывания вне дома решила взять себе другое имя, представляясь Викторией. Не такое примечательное, как Деметра Авгур, но тоже сойдет, с усмешкой подумала девушка, протискиваясь сквозь главный вход. В это время Арена была набита битком, и ей пришлось расталкивать других посетителей едва ли не локтями, продвигаясь медленно, но верно к намеченной лестнице на второй этаж. Смотреть на бои ей было совершенно неинтересно. Развлечения для бедноты, которым, кроме как собственными кулаками, занять себя более нечем. Фыркнув себе под нос и стараясь привлекать как можно меньше внимания, магесса наконец пробилась к лестнице, пригладила растрепавшиеся было волосы, которые по собственному недосмотру не убрала в пучок перед тем, как прыгать в пасть зверя, поднялась наверх, придерживая длинный подол синевато-зеленой робы.   У искомой двери, отыскать которую не составило особого труда, она остановилась и взглянула на знакомое лицо высокой блондинки, молчаливо несущей вахту, привалившись спиной к стене с облупленной краской.   — Добрый вечер, Адалин, — улыбнулась Викториа, чуть склонив голову в привычном уважительном жесте. — Могу я пройти?   Получив утвердительный ответ, и не желая более терять времени, магесса скользнула рыбкой в приоткрытую дверь и обнаружила, что пришла далеко не первой. Мазнула взглядом по трем мужчинам, сидящим на диванчиках вокруг овального полированного стола с отколовшейся полоской на стыке. Двое среднего возраста, третий молодой, с длинными волосами и каким-то странным, будто неправильным лицом. Эльфокровный, что ли? Викториа пожала плечами и, устроившись поодаль, насколько это было возможно, расправила складки на робе.   — Приветствую, — коротко бросила она. Сидела девушка ровно, но без напряжения, спокойно разглядывая темно-зелеными, бутылочного цвета глазами своих будущих сопартийцев. А вон тот хмурый, серьезный мужчина с короткой стрижкой и аккуратно подстриженной бородой, видно, и есть их командир. Он тоже кивнул ей в знак приветствия, однако разговора пока не начинал, ожидая, пока соберутся все. Виктория могла его понять. Ей самой ужасно не нравилось повторять одно и то же по нескольку раз.

В этой местности возможен бросок на Заработок, Воровство и Азартные Игры. Ставка воровства: 1 золотая монета Ставка казино: 3 золотых монеты Ставка заработка: 1 золотая монета В этой местности возможен бросок на рыбалку и охоту за пределами Ивуара (Ловкость). 1-5 — ничего не поймано 6-10 — получен 1 фунт мяса \ 1 рыба 11-15 — получено 2 фунта мяса \ 2 рыбы 16-20 — получено 3 фунта мяса \ 3 рыбы 6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона Текущие задания: «О чем нельзя молчать» (проверить схрон Сопротивления) - Руфус + Викториа Выполненные задания:

Специализация: Демонолог Род деятельности: тевинтерский маг-ренегат Возраст: 19 лет Квента:

Уже набрали  :dirol:

Интересно, есть ли еще кто живой в разделе?

      Данная тема предназначена для публикации анкет персонажей, обсуждения игровых моментов, правил, механики и прочего теми, кто участвует или собирается участвовать в игровом проекте. Большая просьба воздержаться от обсуждения личностей играющих или каких-либо иных конфликтных ситуаций. Игра "Иллюзия полета" относится к АУ-линейке игр по Dragon Age, начиная с проекта "Стражи камня", и обладает большим количеством нововведений относительно лора игры, а также происходит в будущем. Игра по мотивам вселенной от Bioware, это значит, что авторское видение мира и его будущего, а также события предшествующих игр могут сильно отличаться от видения компании Bioware. Данная игра является заключительной в линейке игр по конкретному временному периоду и событиям, приведшим к формированию АУ.   Сюжет игры начинается в 9:88 году Века Дракона, через 20 лет после окончания игры "Город тайн". Империя ужесточила законы по противодействию еретическим движениям и настроениям по всей новой территории, включая провинции. Восстание Веры, случившееся двадцать лет назад, послужило толчком и оправданием многих перемен, направленных на то, чтобы запугать и подавить недовольство среди граждан. Инквизиция, созданная в Минратосе, надзирает за тем, чтобы среди высших чинов управления Империей не завелся шпион или предатель. Кровавый Легион почти беспрепятственно расправляется с теми, кто отрицает божественность Древней Богини Разикаль, а Тайная Служба занимается поисками организаторов нового, полумифического Сопротивления. За последние десятилетия оно стало частью Имперского фольклора - то ли действительно существующим подпольем, то ли сказками на ночь для тех, кто хочет верить в лучшее. На деле же координируемое из Антивы, Сопротивление разработало наилучшую тактику и план по поиску способа раз и навсегда уничтожить дракона-тирана. Используя разветвленную систему информаторов, шпионов и саботажников, имея ячеистую структуру и четкие инструкции по избеганию утечки информации, Сопротивление больше полагается на хитрость и незаметность, чем на грубую силу или власть. Последняя миссия, информацию о которой получил агент Сопротивления по имени Уильям Холт, была довольно расплывчатой и включала в себя лишь сухие факты - нужно найти пропавшего человека до того, как этого человека найдет Империя. Миссия исключительной важности, поэтому Холту были выданы досье на девятерых агентов или наемников, которые подходили на эту миссию. У многих из них, если не у всех, есть свои, личные тайны и секреты, и личная заинтересованность в том, чтобы помочь Сопротивлению разобраться с мятежным богом. Холту остается лишь надеяться, что даже если их отряд не выполнит задачу, ее выполнит кто-то другой - потому что, судя по серьезности приказов, это единственный шанс избавиться от гнета Разикаль...             Бои будут проводиться с помощью двух различных систем (см. Правила игры). Игромеханические бои будут проводиться в комнате на сайте roll20. Приглашение в комнату можно получить только являясь записавшимся игроком.       Планируемое начало игры - 31 мая                                                                                   

Тест

Тест

Тест

Верните мне плиз модераторские права в разделе "Логово Дракона". В данный момент я не могу даже темы там новые открывать. Спасибо.

А я так и знал, что дело было в букве, а не в сюжете сериала >.>   Жаль, что уже вторая мафия, в которой я пытаюсь участвовать, накрывается медным тазом или происходит какая-то фигня. Такое ощущение, что мое участие в Мафиях проклято.   Ося, спасибо, что взяла новичка :)

-Джил, может тебе стоит пока выйти, он подал голову девушке.   Она немного расслабилась, хотя это могло быть всего лишь маской, и кивнула Дэну.   — Ты у нас босс, — буркнула Джил, понимая, что сейчас ей следовало положиться на хладнокровный рассудок копа, а не рубить сгоряча. Не говоря больше ни слова, она отошла к дальней стене здания, обойдя угол, и села на землю, привалившись спиной к кирпичной стене. В горле встал горький комок, но не печаль упрямо выдавливала из нее слезы, а не находящая ответа и выхода ярость. На то, что не было выбора, и на то, что теперь никому нет никакого дела до того, чего ей бы самой хотелось. Джил и самой не было до этого дела.   Жалкая, ничтожная, никому не нужная Джил. Она опустила глаза и приподняла рукав, глядя на давно зажившие глубокие порезы на запястье. Пустота почти поглотила ее, растворив в себе. Тогда ее желание жить, ее безумный гнев не дали ей довести дело до конца; инстинкт, почти животный, взял верх и остановил ее руку. Сейчас хотелось убежать, плевать, что снаружи ходячие и почти нулевой шанс остаться в живых. Но проклятый инстинкт, проклятая "вторая", твердили: останься. Завтра будет новый день.

Или не в рот... Она женщина, вариантов много, — предложил Билли.   Лицо Джил дрогнуло, перекосилось, от былой миловидности, даже если она когда-то присутствовала, не осталось и следа. Похоже, Билли задел что-то очень глубоко внутри этой странной девушки.   — Еще одно подобное слово, — медленно произнесла она, в этот момент чувствуя вес биты в самодельных ножнах на спине. И то, как она внезапно стала его замечать. — Еще одно подобное слово... — она резко оборвала поток мысли, сунула руку в карман, но пачка Camel была смята и пуста. Пальцы задрожали сильнее.   Успокойся. Угомонись. Он просто болтает о том, чего не понимает. Просто болтает. Сморгнув что-то, попавшее в глаз, Джиллиан отвернулась. Ее руки сжались в кулаки.   Ненавижу.

— Что?.. Подождите, — вмешалась вдруг Джил, переводя взгляд с Твари на Билли и затем на иммигрантку. — Никто ничего не говорил о расстреле. Может, просто дадим ей немного припасов, какое-нибудь простенькое оружие и выгоним за пределы станции? Если она невиновна, у нее будет шанс выжить. Но нам она уже не причинит никакого вреда, даже если виновна. Убивать только на основании подозрений, а не фактов, это же... это же варварство. Дэн! Ты ведь не можешь это поддерживать! — она отчаянно взглянула на полицейского. На того, кто должен был сделать все, чтобы их маленькая община не скатилась в людоедство. Фигурально и буквально выражаясь.   Он был для нее тем, кто символизировал собой закон и порядок, тот самый порядок, к которому привыкли все, даже те, кто жил жизнью от зарплаты до зарплаты, от концерта до концерта, от мотеля до мотеля. Но и в этом был порядок. По крайней мере, Джил была уверена, что ее не убьют за ближайшим поворотом, а если убьют, то преступник понесет наказание. Ведь так должен был работать мир. И если была хоть какая-то надежда сохранить человечность в условиях апокалипсиса, то за нее должны были цепляться все.

Напряженно размышляя, Джил решила, что ее догадки действительно были довольно расплывчаты. В конце концов, Билли привел (очень неожиданно!) хороший аргумент. Смерть матери... однако это вступало в противоречие с тем, что знание сериала для разгадки подсказки не могло требоваться, а смерть матери была неочевидной тем, кто не знал подробностей жизни этих киношных персонажей. Однако одно было ясно: связь полицейской формы и шляпы шерифа, которая была надета на мальчике, все-таки была. И предположение Дэна о молодости и инфантильности подозреваемого тоже нельзя было игнорировать.   — Наталья, — наконец высказалась девушка и подумала, что если она окажется не права, то ложное обвинение этой странной русской иммигрантки будет на совести самой Джил. И все же спорить с доводами других было глупо, а потому стоило придержать собственные подозрения до поры до времени.

Джил снова взглянула на картинку, хмуря брови и пытаясь найти хоть что-то, помимо огромной буквы "С", которая так и притягивала взгляд.   — Сын... сын... — пробормотала она, отчаянно стараясь найти связь. — А может быть, подозреваемый — не отец, а сын? На картинке мужчина, кажется, кричит на него. Плохие отношения в семье между отцом и сыном были... у тебя, Чарли, верно? — она отложила фотографию, снова с подозрением взглянув на молодого человека. Обе ее догадки указывали на него.

А особых шутников среди нас вроде нет.   — Есть, — поправила его девушка, нервно проводя рукой по волосам так, что они только еще больше запутывались. — Кто шутил о смерти Делайлы? Кто склонен к насилию и шуткам о смерти больше остальных? И все же, мне кажется это притянутым за уши. Как и версия с ранением. Также эта картинка может указывать на человека, у которого был сын... это ведь его сын? — уточнила она, бросив взгляд на смятую фотографию.   Ей казалось, что все вокруг нее рушится. Из-за дурацкой картинки-шутки они готовы были растерзать Дэна, но глубоко в сердце Джил верила, что он не виновен. Не мог этот человек быть убийцей, попросту не мог. Но настоящий убийца, вполне возможно, специально оставил свою "подсказку" так, чтобы избавиться от самого влиятельного члена их группы, от которого исходило больше всего опасности. А еще Дэн был с ней все время, пока он мог бы, теоретически, убивать Делайлу. Поэтому у бывшего полицейского было в глазах Джил железное алиби.

Простите, Дэн, но пока различия между полицией и шерифами кажутся мне наименее весомыми.   Джил сложила руки на груди и исподлобья взглянула на Чарльза.   — Не удивлена, что ты говоришь так. Ведь Дэн — полицейский, а значит, если ты и вправду виновен, то именно у него больше всего шансов тебя раскрыть. Не так ли? — она помотала головой. То, что произошедшее заставляло их бросаться с обвинениями друг на друга, уже само по себе было ужасным. Но если среди них есть убийца, то будет лучше для всех раскрыть его как можно скорее. — Если мы обвиним Дэна и это будет ошибкой, мы потеряем самого полезного члена группы. Это выгодно только тем, кто сам является убийцей или в сговоре с ним, вывести из игры опаснейшего противника. К тому же, параллель между шерифом и полицейским слишком очевидна. Должно быть что-то еще.

- Ты все же думаешь  у  убийцы были сообщники?   — Возможно. Не знаю. Все могло быть, — отрывисто сообщила ему девушка, чуть покраснев, когда Дэн коснулся ее руки. Почему-то обычно она такой стеснительной не была. То ли обстоятельства сложились так, то ли попросту она не привыкла, чтобы с ней обращались, как с хрустальной вазой. Тем более такие видные мужчины, как этот. — Слушай, насчет этой картинки... той, которую нашли у Дэлайлы. Если ее оставил убийца, то почти наверняка, чтобы запутать следствие и навести нас на ложные улики. Но вот что еще. Быть может, это сама Делайла что-то узнала? Что-то настолько важное, что ждать с ее убийством было невозможно? И эта картинка — подсказка от нее о том, кто же ее убил?   Джил вздохнула, нервно, резкими движениями перебирая волосы пальцами, насквозь пропитавшимися едким запахом табака. Она никогда не смотрела фильм, изображенный на картинке. Но было что-то в ней, настолько очевидное, что помнить сюжет, персонажей или даже быть знакомым с тем произведением не требовалось.   — Буква "С", — наконец выдохнула она негромко, оглядываясь и прислушиваясь к доносящимся снаружи голосам. — Это единственное, что бросается в глаза. Единственный из нас, чье имя начинается на эту букву... это Чарли.

Удалите плиз лишние сообщения  :ermm:

- Ты, как держишься?   Ее руки немного дрожали. Совсем чуть-чуть. Если кончатся сигареты, она сорвется, точно сорвется, тем более, когда такое происходит в том единственном месте, которое многие считали безопасным. Кто-то когда-то сказал ей, что бояться надо не мертвых, а живых. Это было еще до апокалипсиса. Иронично, что та фраза так глубоко засела в голове и упрямо всплывала прямо сейчас.   — Не совсем, — призналась она наконец, шмыгнув носом. У нее были кое-какие мысли насчет того, что могла означать та записка, но с другой стороны, убийца мог просто хотеть сбить их со следа и заставить ломать голову над тем, что изначально не имело смысла. — То есть... я рада, что теперь ты за главного. Гейл сошел с ума, Делайла мертва, а доверять кому-то вроде Твари или Билли... тебе не показалось, что они уж слишком единогласно пытались выставить Билли главным? — Джил покачала головой. — Быть может, они заодно? Ведь никто в здравом уме не стал бы доверять психопату вроде Страуда. Хотя кто знает, на что способны люди, когда такое происходит. Но мне кажется, на тебя свалилось слишком уж много ответственности, так что... — она подошла поближе и взглянула в глаза полицейского. — Это я должна у тебя спрашивать, как ты держишься.

- Мотивы убийцы  это напугать и разобщить нас, сделать так чтобы мы не выдержали и наставили друг на друга ружье, а лучше всего перебили друг друга.   — В этом нет никакого смысла. Зачем? — Джил покачала головой и стряхнула пепел на пол. — Зачем кому-то убивать Делайлу, да еще и прямо посреди вечеринки? Зачем заставлять нас убивать друг друга? Какая в этом выгода? Разве что... — она запнулась, посмотрев в потолок, как будто темные своды могли дать ей какой-то ответ. — Разве что ради шутки. Да. Ради шутки... или из ненависти ко всем нам.   Она тряхнула волосами, которые были еще немного мокрыми после умывания в ледяной воде, и взглянула на усталое лицо бывшего полицейского. Джил не пыталась слишком уж глубоко копать насчет прошлого других членов общины и еще меньше рассказывала о себе. Никто не знал, откуда она и как сюда попала, сколько ей лет, где ее семья. Скорее всего, как и у остальных, у нее не было больше никого в этом мире. Зачем вспоминать то, чего не вернешь, или говорить о том, что осталось в другом, более логичном и обустроенном мире? Только бередить раны, которые и так заживают плохо.   — У тебя есть подозреваемые? — наконец спросила она в лоб, затушив сигарету о косяк двери и бросив бычок в сторону выхода.

- Я тут, сложный был денек, сейчас ему хотелось рухнуть на топчани проспать часов двенадцать и чтобы этого проклятого дня не было, а ведь все так хорошо начиналось. Нет в этом дне было что - то хорошее, а именно Джил и ее поддержка, ведь он не ожидал, что она его поддержит.   — Я не могла уснуть, — девушка прислонилась плечом к косяку двери, наблюдая за действиями бывшего полицейского. Наверное, когда-то он был одним из тех, кого не называют "ментом", а даже в какой-то мере уважают. По еем мнению, такие люди недолго держались за свою должность в насквозь коррумпированной системе. — Знаешь, а это даже... будто убийца хотел пошутить, да? Убить Делайлу в день ее рождения. Еще и оставить такую "записку".   Она задумчиво прикурила, о чем-то размышляя, и впала в недолгое молчание. Со стороны выхода доносились приглушенные голоса тех, кто уже проснулся и бродил по лагерю, шум воды из умывальника, стрекот кузнечиков в траве, что не так давно (или это было в другой жизни?) напомнил Джиллиан о прошлых деньках, почти сливаясь в одну бесконечную мелодию.   Дэн выглядел уставшим. Он, наверное, и забыл об их разговоре прошлой ночью, да и самой ей казалось, что она выглядела глупо. Теперь, когда осиное гнездо было разворошено чьей-то палкой, казалось, праздная болтовня — знак неуважения к мертвецам. Но после того, как все началось, после того, как Барри убили на ее глазах, Джил как будто все больше отстранялась. Еще одна жизнь оборвалась. Для нее это означало, что еще один день отдан ей на то, чтобы оставаться в этом мире. Когда умирает кто-то другой, она, Джил, выживает.

МАСТЕР   А по таймлайну я не очень помню, Спасители уже организованы?

Утро следующего дня   Она почти не спала в эту ночь, ворочаясь в своем спальном мешке и постоянно просыпаясь от странных кошмаров, от которых оставались лишь неясные очертания, как только Джил открывала глаза. Фигура в темноте, державшая нож, преследовала ее. И еще эта странная картинка... как будто шутка. Жестокая шутка над смертью одного из них, одного из своих. В конце концов ей пришлось подняться, так и не поспав нормально в эту ночь, и посмотрев в треснувшее карманное зеркало, она скривилась. Под глазами теперь поселились глубокие темные круги, придававшие ее лицу еще меньше привлекательности, чем раньше.   Она умылась водой из умывальника на улице, чувствуя на коже холодное пощипывание утреннего воздуха, сухого и ломкого, как зимний наст. Пригладила волосы рукой и обошла лагерь, присматриваясь к происходящему, будто искала некие подсказки; будто высматривала кого-то, кто мог бы сделать или сказать нечто, что сразу бы выдало его истинные намерения. Однако все выглядели нервными и молчаливыми, лишь провожая взглядом проходящую мимо фигуру Гейл. В конце концов ноги принесли ее к знакомому помещению оружейной. Поправив биту за спиной в самодельных "ножнах", которые она сшила из обрывков кожаной одежды, чтобы было удобнее носить ее с собой и не держать в руках, девушка осторожно толкнула дверь в полумрак склада.   — Дэн, ты здесь?.. Дэн?   Ее голос отразился от стен, приглушенный и какой-то... жалкий. Да, она считала себя жалкой, не способной на героический поступок, думающей только о себе и собственном выживании, но смирившаяся с этим и больше не боящаяся общественного мнения.