Perfect Stranger

Минратос, подход к дворцу   Опустив меч, Ивентус перевел дыхание и обессилено уселся на землю, дрожащей рукой вытирая лицо от пота и крови. Он все еще был жив, как и Векстер, который опять чудом избежал ранений, а вот Альбано снова не повезло, но его уже лечил его друг. Впереди, у дворца, радикалов было еще больше; прорваться напрямую через главные ворота будет самоубийством. Мрачная решимость, появившаяся на лице потрошителя, говорила о том, что это бы его не остановило. - Дальше я не пойду, - заявил Векстер. - Это же самоубийство! - озвучил он мысли многих из присутствующих. Дракон, сидевший на здании у площади, будто бы соглашаясь, фыркнул облаком дыма и облизнул клыкастую пасть. Торговец опасливо покосился на зверюгу. Даже те, кто истово верил в Разикаль, при виде ее чудовищ испытывали нервную тревогу. - Мы... мы прикроем вас, - придя в себя, Альбано оперся о плечо Реджинальда, но его раны затягивались на глазах. Хорошо все-таки иметь целителя-любовника, подумалось ему, и тут же стало стыдно за такие мысли. - Должен же быть какой-то другой способ пробраться внутрь... И тут Тано понял, что это его момент. Он рассказал остальным про секретный тоннель, который несколько лет назад он и госпожа Авгур нашли ведущим из купальни за стены дворца, и которым частенько пользовались, когда нужно было без лишнего шума выбраться по делам Сопротивления. Если радикалы не прознали про этот тоннель, то это был самый безопасный путь прямиком в жилые помещения замка. Вот только что будет ждать их внутри, сказать никто не мог. Пробравшись незамеченными мимо патрулей фанатиков, группа агентов "Голоса" и их союзников наконец остановились у дерева, которое когда-то поразила молния. Внутри его необъятного ствола и был скрыт люк в тоннель, что раньше использовался для того, чтобы тихо вывести Архонта из осажденного здания. Какая ирония! Теперь замок действительно был в осаде, только им требовалось проникнуть внутрь, а не сбежать. Создатель храни того Архонта, который оказался настолько труслив, что приказал вырыть этот тоннель. Остановившись у дерева и убедившись, что их никто не заметил (впрочем, медлить тоже было опасно - патруль мог придти сюда в любой момент), Альбано обернулся к Реджинальду и быстро обнял его. - Мы останемся здесь и прикроем вас, а когда убедимся, что за вами нет погони, попытаемся уйти в безопасное место. Будьте осторожны. - Я буду сражаться до последнего, - резко ответил Ивентус, заметив нежность, с которой антиванец обнял друга, но никак это не прокомментировал. - Так что разберитесь с этим быстро. Я еще хочу увидеть будущее нашей Империи. Векстер только закатил глаза и фыркнул, сложив руки на груди, но отказать ему в храбрости на поле боя было невозможно.   +1 ОР за бой.

Кто готов - заходите в кубик.

Минратос   "Надеюсь, она в безопасности... Пусть она будет в безопасности!" - мысленно взмолился парень.   Однако чем ближе подбирались наши герои к дворцовому кварталу, тем сильней таяла надежда Тано на то, что его госпожа в безопасности. Похоже, основные силы радикалов, волной террора и смерти прокатившиеся по городу от храма, направлялись аккурат к замку-крепости, превращенной в место последней битвы. Первая линия защиты уже была сметена - кто-то, кажется, открыл ворота изнутри, и войска уже штурмовали второй уровень стен, однако было понятно, что защитники не справляются. И не потому, что они были плохо натренированы или их было слишком мало - просто радикалы знали каждый сантиметр дворцовой территории, знали численность охраны и едва ли не каждую ее смену. Цербер проделал огромную работу, чтобы доложить своему господину все, что могло пригодиться. На площади, где когда-то находился фонтан, теперь валялась вывороченная из земли брусчатка, мертвые тела и едва шевелящиеся раненые, а сам мраморный фонтан, выполненный в виде дракона, был разрушен и превращен в груду обломков. Приходилось перебираться через обрушившиеся части черепицы - прямо над ними, расправив крылья, сидел черный дракон, вцепившись когтями в чей-то дом. Огромные пылающие глаза внимательно проводили бегущих мимо агентов "Голоса". Чуть сдвинувшись, дракон переместил положение лапы, и немедленно чуть ли не на голову Тано посыпались вывороченные камни, кирпич и щепки дерева. Чудовище издало утробный рык, прищурившись и глядя в сторону дворца, где происходили самые ожесточенные бои, но если дракон вмешается, полягут все. Это, кажется, понимал даже сам зверь. Ивентус, который бежал впереди, уже вступил в бой; чтобы попасть ко дворцу напрямую, им пришлось бы убить немало тех, кто прикрывал тылы основной армии, штурмующей крепость. Но даже если группа проберется мимо патрулей, то пробиться через целую армию у них не выйдет в любом случае. Внезапная мысль пришла в голову Тано: секретный тоннель! Он был уверен, что Цербер не знал о нем, знали только его госпожа и сам антиванец. Если удастся добраться до входа, они беспрепятственно могут попасть в самое сердце дворца. Однако чтобы пробраться к этому входу, им все равно придется пролить немало крови. - Эй, стоять! - к ним уже направлялся бегом какой-то высокий человек в тяжелых латах, однако не похожий на того, кто убил Маркуса. Впрочем, глаз был уже замылен, так что сказать точно было затруднительно. - Солдаты, ко мне! Лучники, занимайте места! - рявкнул он, и со всех сторон к нему потянулись радикалы, заставляя наших героев отступить. Чем дальше они заходили, тем больше врагов приходилось на каждого из них и тем яростнее сражались они, будто бы знали, что внутрь дворца не должен проникнуть более никто. И вот теперь против них выстроились мечники, за ними - лучники и маги, и их командир, отдающий приказы и выглядящий так, словно готов умереть прежде, чем позволить "Голосу" добраться до ступеней, ведущих к воротам замка. Как бы ни ненавидели их тевинтерцы и остальные, попавшие под их мечи, радикалы оказались вовсе не кучкой сброда, а организованной армией, всего лишь прикрывающейся недалекими фанатиками. Эти же люди, что штурмовали сегодня город, были похожи на войска Андрасте в те дни, когда она заставила Минратос упасть на колени перед варварской ордой.  

Где-то через полчаса собираемся.

Минратос   - Лучше бы  ты так стремился охранять Маркуса, сказал целитель  зло потрошителю.   - Я... - Ивентус вдруг опустил глаза, словно не знал, что ответить. - Не знаю, что произошло. Я не видел этого человека в латах до самого последнего момента. Клянусь кровью Разикаль, он словно просто... появился там, где секунду назад никого не было. Это какая-то злая магия, о которой мне неизвестно. Но мне нет оправдания, в этом ты прав, Реджинальд, и я хочу сделать все от меня зависящее, чтобы искупить эту кровь - своей, если потребуется. Я иду к замку, - закончил он, повернулся и побежал по главной улице, ведущей в дворцовый квартал, более не оглядываясь, и не беспокоясь о том, идет ли еще кто-то за ним. - А ведь он прав. Я тоже не видела его там, пока он не выскочил прямо к пьедесталу, - задумчиво проводив молодого воина взглядом, пробормотала Оленна. - Мне казалось, там вообще стоял кто-то совершенно другой, совершенно... - Неприметный? - закончила за нее Виперия и вздохнула. - Дорогие мои, похоже, мы имеем дело с духом. - Но как его не заметил Пророк? - Не знаю. Но думаю, нам сейчас стоит не об этом беспокоиться. Чем больше мы медлим, тем хуже будет, когда доберемся до замка.

Храм Разикаль - Улицы Минратоса     Когда наши герои наконец выбрались наружу, захлебываясь от ворвавшегося в легкие дыма, стало понятно, что произошедшее в храме было лишь началом, точкой отсчета ужасных событий, которые должны были в конце концов привести к неисчислимым потерям в столице. Кто-то уже поджег несколько зданий, из разбитых окон валил густой, едкий дым. Сладковатый запах разливающегося на соседних улицах саар-камека и головная боль от красного лириума, рассыпанного под ногами осколками, напоминающими застывшие капли крови, стали вторым после дыма, что почувствовали агенты "Голоса", оставив за спиной заваленный телами храм, ранее служивший безопасной гаванью для последователей веры в Андрасте, а ныне ставший братской могилой. Где-то впереди можно было увидеть самодельные, но оттого не менее пугающие флаги с уже знакомым символом с пылающим сердцем. Закованные в броню и одетые в магические робы, основные силы радикалов медленно, но верно продвигались к дворцу, сметая на своем пути тех, кто осмеливался выступить против. На подходе к дворцовому кварталу атака застопорилась из-за потрошителей, но и их было слишком мало, чтобы сдержать натиск. Город превратился в поле боя, и те, кто застал его во время осады со стороны кунари, поняли, что они будто бы вернулись во времени на семь лет назад. Только теперь кунари имели союзников, среди которых были те, кого рогатые предоставить не могли. - Надо прорываться к замку, - бросил Ивентус, вытаскивая окровавленный меч. - Они пойдут именно туда. Их цель - Жрец. Он - единственный, кто может сдержать драконов Разикаль. Смотрите. Он указал рукой в латной печатке на горизонт, где можно было различить более десяти крупных драконов, летящих к городу. Если они начнут выжигать улицы своим пламенем, то вряд ли будут разбирать, где свои, а где чужие - они уничтожат всех, кто не успеет сбежать или спрятаться. Оставалось только надеяться, что Жрец справиться с угрозой своими силами, но пока что казалось, что радикалы побеждают. - Я помогу вам прорваться к дворцу, но потом мне нужно будет отступить и защищать собственный дом. Надеюсь, вы понимаете, - сказала Оленна Рамос. Виперия, взглянув на женщину, вздохнула и кивнула: у нее тоже была семья, которая нуждалась в ней. Каждый, присутствующий сейчас здесь, имел что-то в городе, что не хотел терять. Один лишь Ивентус собирался идти до конца, и, возможно, Альбано, которому не хотелось бросать Реджинальда без поддержки, а лавку он мог отстроить и заново. Она все равно уже горела: кто-то бросил алхимический состав и поджег здание, так что терять ему было нечего, как и Векстеру, который мрачно взирал на пылающие дома в базарном квартале - Мне тоже нужно будет помочь моим людям защищать Академию. Там дети, - будто бы извиняясь, отозвался Квинтиллиан Фал. - Но я тоже попробую помочь вам дойти до замка, если вам, конечно, нужна моя помощь. - Я соберу своих людей и попытаюсь зачистить улицы и позаботиться о гражданских. Уверен, раненым нужна помощь, - произнес Магнус Ариас.   - прорываться с боем к дворцу (кубик не нужен, однако бой неизбежен) - попытаться сбежать и спрятаться (Скрытность, порог 6 - при неудаче возможен бой) - попытаться отыскать вход в катакомбы (Наблюдательность, порог 7 - в катакомбах отряд, скорее всего, потеряет времени больше, чем если пойдет напрямик)   ***   ...Бои на улицах не стихали. Сотни радикалов, прятавшихся едва ли не в каждом доме, каждой мастерской, в подвалах и катакомбах, в кузницах и магазинах, среди нищих, приезжих, торговцев и слуг, вышли из своих нор одновременно и ударили в самое сердце Империи. После убийства Пророка они не собирались останавливаться, пока весь город не будет залит кровью последователей жестокого Древнего Бога. Крики, звуки ударов и лязг стали, читаемые высоким и уверенным голосом заклинания и хрипы умирающих наполнили тишину минратосского утра, разорвав ее одним точным и прицельным ударом меча. Рассвет этого дня элитаниса, восемьдесят восьмого года от века дракона, действительно можно было назвать алым. В переулке, вдали от основных событий и сражений, двое людей — высокий мужчина в полном латном доспехе с закрытым шлемом и женщина в черной легкой броне и маске — стояли друг напротив друга и что-то тихо обсуждали. Он протянул руку и коснулся двумя пальцами лба железной маски. Если бы кто-то мог видеть выражение лица под ней, он назвал бы его смирением и благоговением. — Ретт уже на подходе, он будет вести основной удар по дворцу. А ты… я наделяю тебя на время своим даром. Тот, кто увидит тебя, да отведет глаза долу, — едва слышный приглушенный голос доносился из-под шлема. — Тот, кто услышит тебя, да закроет свои уши ладонями. Тот, кто почувствует тебя, отдернет руку. Иди, и действуй быстро. — Они знали, что мы ударим, — сказала женщина в маске, когда человек отнял руку от ее лица. — Все должно было уже закончиться. — Знали. Но это ничего не меняет. Жрец умрет сегодня. И вместе с ним… — Падет Империя Зла, — закончила женщина и, не говоря более ни слова, растворилась в полумраке узких коридоров и закоулков Трущоб. Человек постоял несколько минут на одном месте, будто статуя, не двигаясь, даже его дыхание было незаметным из-за толстых лат нагрудника. Затем он повернулся и пошел к улице, ведущей в жилой квартал. Какой-то легионер заметил его и побежал к незнакомцу, видимо, узнав в нем того самого человека, который совершил внезапное нападение на Маркуса в Храме, но достигнув цели, остановился и неуверенно заозирался. Человек, которого он только что видел бредущим по переулку, исчез. Потерев глаза и решив, что ему померещилось, легионер ринулся дальше, туда, где требовалась его помощь — туда, где его товарищи из последних сил пытались удержать настоящую армию, которая готовилась к нападению в течение семи лет, а может, и больше, и которая теперь уверенно пробивалась к дворцу. Потрошители оказывали всю посильную помощь; даже без прямого присутствия своей Богини они знали, что следует защищать цитадель Веры и замок Жреца, как ее избранника, последнего теперь после смерти Селестия. Но скоординированная атака из наемников, дезертировавших когда-то солдат, выживших храмовников и Искателей, магов-лоялистов Церкви и многих, многих других была молниеносной, неожиданной и точной. Их удалось задержать на улицах, однако женщина в маске пробралась к замку поближе, воспользовавшись суматохой и не желая рисковать попусту. Зачарование ее господина должно было сработать безошибочно, но оно не продлится долго. Дворец, в который уже пришли вести о полномасштабной атаке фанатиков, стремительно готовился к обороне. Ворота были закрыты, а стражи занимали укрепления и собирались отражать покушение на Верховного Жреца, пока силы городских когорт организовывались для полноценной контратаки. Среди охраны были как воины, так и боевые чародеи: о магах и храмовниках среди радикалов тоже было известно. Никто не ожидал такой резкой смены положения в городе, но паники среди дворцовых войск не было, все знали, что надо делать. — Готовьте стрелы! Фанатики будут здесь через считанные минуты, живей, живей! Маги, займите позиции у щитоносцев! — среди шума шагов раздавались команды центурионов, организующих своих людей. Казалось, что пробить такую оборону силами безумцев-андрастиан было невозможно. К счастью (или к несчастью — смотря с чьей стороны посмотреть), магическая волна, прошедшая по всему городу после убийства Пророка, сбила с толку магов. А потому ни один маг не почувствовал легкого прикосновения Тени, когда одетая в темную броню и маску фигура неслышно прокралась мимо них, стараясь держаться в сторонке. Несколько человек взглянули на нее, но тут же отвели глаза, мгновенно забыв о том, что увидели. Остановившись, чтобы перевести дух, женщина быстро оценила обстановку. Ретт, которого раньше все знали под кличкой Цербер, вел прямую атаку на замок, но главная задача стояла перед нею. Пока его силы отвлекали на себя внимание охраны стен, она вытащила из котомки за спиной длинную веревку с крюком-кошкой. Пора было начинать. Храмовники, Искатели, и просто присоединившиеся к походу на «империю Зла» люди сражались не на жизнь, а на смерть, покупая секунду за секундой той, которая должна была стать решающим звеном в цепи событий, что приведут к смерти Жреца. Забравшись на стену и убедившись в том, что зачарование все еще работает, женщина инстинктивно провела рукой по маске, будто пытаясь унять зуд под ней. Казалось, что на лоб ей поставили клеймо подобно тем, кого называли Усмиренными.  Легко перепрыгнув на стену, она прошла мимо лучников и магов, спустилась вниз и поискала глазами рычаг управления воротами. Возле него находилось еще двое. Пройти мимо, не задев их, было невозможно. Один из легионеров был вооружен коротким мечом и носил лёгкую броню. Вместо шлема у него был капюшон, сейчас снятый для лучшего обзора. Второй был защищён лучше — это был высокий мечник с массивным щитом и довольно выдающимся телосложением, закрытый в полноценный доспех. За шлемом на лице можно было разглядеть часть серьёзного шрама, полученного в давних боях. За гулом команд эти двое практически ничего друг другу не говорили, а первый, видимо на нервах, создавал в руках мимолётные всполохи огня, словно готовясь применить свои навыки на практике. — Они идут! Лучники, приготовить стрелы! Маги, враг на три часа! Приготовить заклятья! — раздались громкие команды сверху. Похоже воины Цербера приближались к стенам, и теперь даже на лице бронированного тевинтерца возникла нервозность. — Думаешь, они пошлют убийц к воротам? — спросил маг. — Для начала им придётся пройти через всех остальных. Мы справимся, — твёрдо ответил второй. «Не придется», — пронеслось в голове женщины, когда она, протянув руку, направила свою силу на мага. Искатели всегда были куда сильнее обычных храмовников, вот и теперь, когда кровь в жилах врага начала вскипать, он упал на колени и заорал от боли. Второго же, носящего латы, ей пришлось устранить старым добрым способом, вонзив лезвие кинжала меж пластин в почку. Такой удар убивал меньше, чем за минуту, но смерть от него была крайне болезненной. На крик, раздавшийся у механизма управления воротами, уже бежали другие стражники, и у Искательницы было мало времени. Быстро вытащив окровавленное лезвие из тела умирающего и пинком отправив его на землю, она бросилась к рычагу. Воин, пытаясь зажать рану, из которой хлестала кровь, нашел взглядом мага. Тот катался по земле, его глаза едва не выпадали из глазниц, покрывшись сеточкой лопнувших капилляров, а из носа и рта капала темная, венозная кровь. Руки женщины ухватились за рычаг и принялись крутить его, открывая ворота; из горла ее донесся напряженный хрип, обычно для такого дела нужно было как минимум двое, но Искательница никогда не была обычным человеком. К тому же, благословение господина давало ей не только веру, но и силы. Заклинание рассеивалось. Через несколько секунд, когда ворота с лязгом остановились на высоте достаточной, чтобы сквозь них могли проехать всадники, на фигуре женщины в маске остановились взгляды сразу нескольких десятков защитников крепости. Пора было отступать. Вынув из-за пазухи несколько самодельных бомб, начиненных саар-камеком, она швырнула их перед собой в сторону врага и что было силы рванулась к главному входу во дворец. В этот же момент войска Цербера под предводительством бывшего гладиатора пересекли первую линию обороны. Именно на этот случай преторианская гвардия и остальные легионеры организовывали внутреннюю оборону. Слуги спешно пытались спрятаться в удаленные и безопасные углы, в то время как центурионы Верховного Жреца размещали своих людей так, чтобы перекрыть ключевые ходы и после отражения ключевой атаки зажать возможных вторженцев в тиски. Крауфорд, уже облачённый в броню, стоял в холле дворца вместе со своими телохранителями и одним из центурионов гвардии. — Остался последний штрих, — оглядывая перемещающихся солдат из-под чёрного капюшона, сказал наместник Древнего Бога. — Господин? — ожидая разъяснений, спросил преторианец. — Есть ещё кое-кто, до смерти верный мне и готовый выжечь эту фанатичную чуму. — Вы имеете в виду дракона? Его пламя не уничтожит наших же солдат снаружи? — Ему не надо быть снаружи. Он придёт прямо сюда, внутрь дворца. Я направляюсь в тронный зал, нынешний план никак этому не помешает. И, получив от центуриона лишь краткое подтверждение, Верховный Жрец ударил посохом по мраморному полу и направился по шумным коридорам, ожидая возможного прорыва андрастиан. Казалось, минуты растянулись в целые часы. Люди Цербера сражались с охраной дворца прямо в коридорах, медленно, но уверенно прокладывая себе путь в его сердце, находившееся в тронном зале. Нескольких слуг, не успевших выбраться или найти подходящее место, чтобы переждать бурю, убили походя, в спину, даже не обратив на это внимания. Преторианцы были магами, но многие из сопровождающих Цербера и женщину в маске обладали тренировкой как раз для таких сражений; бывшие храмовники и Искатели, и даже маги, сохранившие верность Церкви, оказались куда более серьезными противниками, чем можно было ожидать от кучки радикалов. Они действовали как самая настоящая, организованная армия, которая лишь ждала подходящего момента, чтобы ударить. Откуда-то снаружи донесся раскатистый гром. Вот только гром ли? Бросив взгляд в окно тронного зала, Крауфорд увидел несколько десятков драконов. Услышав зов госпожи, они летели к городу, и никто не мог предсказать, выполнит ли уговор Разикаль и удержит ли их от того, чтобы начать сжигать всех подряд на улицах Минратоса. Несколько из чудовищ, достигнув черты города, опустились на крыши домов, но будто бы колебались; они расправляли крылья, издавая оглушительный рев, их хвосты в ярости хлестали по бокам, но они не атаковали. Пока что. Звон разбитого стекла оглушительным эхом разнесся по залу, когда Каламит, воспользовавшись своими небольшими размерами по сравнению с более взрослыми драконами, буквально влетел внутрь. Осколки захрустели под лапами дракона, пока он пытался подняться, издавая пронзительный рык на высокой ноте. Несколько крупных осколков стекла врезались в его крылья и бока, и по темно-зеленой чешуе бежали тонкие струйки крови. Наконец, повернув морду к Крауфорду, он замолчал, внимательно глядя на хозяина пылающими и переливающимися янтарными глазами. Легионеры, находившиеся в зале, вздрогнули при виде дракона. Кто из них мог думать, что в очередной день вместо простой службы им всем придётся биться против армии фанатиков, будучи на одной стороне с древним созданием на службе Разикаль? Этот день усилиями радикалов стал поистине безумным. — А вот и ты, мой друг, — улыбнувшись, серьёзно сказал обернувшийся к Каламиту Верховный Жрец. — Обрушь свой гнев на врагов моих! Пусть последним, что они увидят, будет твоё пламя, а последним, что они ощутят — жуткая агония! Пусть расплата за поступки настигнет их в твоей ярости! Каламит ответил ему низким, утробным ревом. Поднявшись, он  встряхнул  крыльями, смахивая застрявшие в перепонках осколки на мраморный пол. И как раз вовремя: в этот момент двери распахнулись, и в тронный зал вошла процессия во главе с тем, кто звал себя Цербером, женщиной в маске и со способностями Искательницы, и человеком в полностью закрытом шлеме и тяжелых латах, со струящимся по спине алым плащом. Если бы он действительно был часом ранее в храме, не заметить его было бы невозможно: тяжелые наплечники были украшены металлическими крыльями, сквозь шлем сверкали два пронзительно-голубых глаза, а меч в его руке был покрыт сияющими рунами. Но Крауфорд уже знал, как ему удалось обойти охрану и оставаться незамеченным до той самой роковой секунды. Существо перед ним не было человеком, никогда не было, хоть и приняло такую форму. Остановившись в начале длинного и широкого прохода к трону, что раньше располагался на возвышении у витражного окна, а теперь был усыпан его осколками, латник опустил меч. Рядом с ним стояли двое его последователей, правая и левая рука Пророка другого бога, но расстояние между ним и избранником Разикаль казалось крошечным. За спинами троицы можно было различить бывших храмовников, что добрались через весь дворец к этому месту, чтобы наконец встретится с врагом лицом к лицу. Увы, но здесь не было места для ощущения своего превосходства и изливания самоуверенных речей. Враг был силен, куда сильней, чем многие могли ожидать, и Авгур осознавал, что даже с драконом гарантий победы у него не было. Но ещё он знал, что без яростного боя он не сдастся никогда. На кону стояло всё, ради чего он жил. Всё, чего он добивался десятилетиями через пот и кровь. Труд всей его жизни. Фанатики захлебнутся в своей крови, чтобы разрушить его. — Покончим с этим, — надвигая на нижнюю часть лица чёрную ткань, произнёс Жрец.

Когда будете готовы выходить наружу, отпишитесь об этом в игре, плз.

Храм Разикаль   - Я целитель, они без меня не справятся, не могу бросить друзей и сбежать и  я рад, что ты со мной..   - Да, я понимаю. Прожить в этом городе семь лет и потом стать жертвой каких-то полубезумных фанатиков... - Альбано нервно усмехнулся. - Я ведь простой торговец. Ладно, у меня была кое-какая тренировка в Риалто, и может быть, по молодости я думал даже вступить в Вороны. Но это было давно. Теперь я - торговец и держатель кофейной лавки, а вовсе не герой. Да и в одиночку я бы не добрался до городских ворот, так что и выбора-то у меня особого нет. Раз уж надо идти спасать Жреца, значит, пойдем спасать Жреца.

Храм Разикаль   -Разикаль, потом сожжет и  Антиву сказал он Альбано.   - Хм. Пожалуй, ты прав. Извини, не знаю, что на меня нашло, - вздохнул антиванец и опасливо покосился на Ивентуса, однако потрошителю сейчас было не до брошенных кем-то в сердцах слов. На его улицах враги его богини убивали его собратьев и людей, верных Крауфорду, поэтому рассиживаться не хотелось. - Если ты пойдешь с ними сражаться, то и я тоже. В это время Магнус и Векстер, чудом избежавшие смертельных ран в бою, растаскивали обломки ворот и тела, скопившиеся у выхода. Снаружи становилось все жарче, и до ушей находившихся в храме донесся отдаленный драконий рев. Кажется, крылатые стражи Разикаль все же приближались к городу - пусть основная их часть все еще оставалась в Неварре, несколько наверняка были ближе к столице, чтобы в случае чего быстро добраться до нее по воздуху.

Храм Разикаль   - Ну что ж, фейерверки, юноши - все как вы хотели, мадам, - улыбнулся Рейлиан женщине, когда та пришла в себя. - Но уходить пока погодите. Впереди еще куча веселья.   - Ох... я уже думала, настал мой час уйти с блеском, шиком и громом, - улыбнулась бледная Виперия, поднимаясь на ноги и будто бы даже не веря, что на нее, старуху, потратили время и силы. Оглядевшись, она поджала губы, оценивая обстановку. Итерий, Ларий и Серена лежали бездыханными телами вперемешку с легионерами, потрошителями и радикалами. Вздохнув, она фыркнула: - Что ж, не могу сказать, что буду сильно скучать по некоторым из них. - Нужно выбираться отсюда, - добавила Оленна, отряхивая платье, в котором она хотела блистать на службе, но которое теперь превратилось в лохмотья. Женщина с трудом придерживала отваливающийся подол, который разрезало лезвие одного из фанатиков. - Я не вижу Севиллы, надеюсь, девочка побежала с остальными. Спасибо, что прикрыли нас, - улыбнулась альтус, и поддавшись порыву, поцеловала Аргентиуса в покрытую кровью щеку. - Я ошибалась в вас, Игнитус. Вы настоящий герой. - Проклятье... - потряся головой, прохрипел Ивентус. Глаза у него уже были нормального цвета, а это означало, что Разикаль ушла. Но далеко ли? И надолго ли? Этого никто не знал. - Они убили пророка. Богиня в ярости. Мы должны остановить это безумие, пока не стало слишком поздно. Если они убьют жреца... - он не стал договаривать и лишь хмуро облизнул разбитые в драке губы. - А я думаю, нам надо бежать из города. Прямо сейчас, не тратя время на то, чтобы спасать имперцев, - вдруг добавил Альбано. - Пусть Разикаль сожжет Минратос. Антива от этого только выиграет. Квинтиллиан Фал же молча сидел у стены, и на лице его было написано мрачное удовлетворение, когда он пнул одного из фанатиков сапогом в живот. Правда, тот был уже мертв.

Храм Разикаль   Битва в храме была кровавой, жестокой, но быстрой - и когда с радикалами, что пытались броситься вслед за убегающими гражданскими, было покончено, пол священного места был залит кровью и завален телами. Тяжело дыша, Аргентиус опустил духовный клинок, которым покончил с последним врагом, и огляделся. Несколько из легионеров, которые помогали им в бою, не пережили этого утра; но радикалы понесли куда большие потери. Лавиний и Тано были еще живы, но с трудом могли стоять из-за многочисленных ранений, которые им нанесли проклятые фанатики. Остальные же, кто в этот день был в храме и решил сражаться, а не бежать, пострадали больше всего. Целительского дара не хватило бы, чтобы спасти всех - поэтому нужно было действовать быстро и без колебаний, чтобы вытащить с того света хотя бы нескольких раненых. С улицы тем временем доносились крики - все громче и громче, все ужаснее лязг металла и чьи-то неразборчивые приказы. Похоже, там развернулась настоящая бойня; еще страшнее, чем во время осады, потому что радикалы ударили изнутри, и им не нужно было преодолевать защиту, их молниеносное нападение было выверенным, спланированным и кровавым.   +1 ОР за бой. Травмы получают: Тано и Лавиний. Раненые НПС: Ивентус, Альбано, Оленна Рамос, Серена, Квинтиллан Фал, Виперия Виатор, Плиний Итерий, Ларий Аврелий. Оставшиеся легионеры: 5

Через полчаса начинаем, кто тут - заходите в кубик.

Напоминаю, что здесь обсуждается только игра, а не кто с кем посрался. Дальнейшие сообщения в таком духе также будут удаляться.

Продолжение боя с новыми правилами - в понедельник в 7 часов вечера.   Чат временно закрыт во избежание срачей до окончания игры. Все вопросы, касающие непосредственно игрового процесса, пишите сюда. Сообщения, нарушающие логику повествования, а также разжигающие ненависть и вражду между игроками, будут удаляться без предупреждений.   Финальный бой не будет откачен, изменен или переделан ни по какой причине, так что готовьтесь к нему серьезно.

Заходим в кубик.

Храм Разикаль   Пока гражданские, давясь и толкаясь, медленно выкатывались волной на улицы города, внутри храма продолжалась жестокая битва. К мужчине, который кричал о присоединении к нему и смерти Верховного жреца, присоединилось еще десятка два людей - все незнакомые, но одетые в легкую броню. Сам же мужчина был одет в латы, а помогавший ему человек в мантии читал заклинания, что бросал в спины убегающим гражданским и потрошителям. С улицы тоже доносился какой-то шум и крики, но разобрать, что там происходит, сейчас никто из "Голоса Империи" не мог - им приходилось сражаться не на жизнь, а на смерть. В конце концов, когда они пробились к радикалам, двое из трех потрошителей были уже мертвы. Одного убили легионеры, другого - предводитель радикалов. Ивентус же лежал без сознания где-то у стены, истекая кровью, и похоже, уже не должен был подняться. Завидев подкрепление, радикал поднял меч и щит и направил лезвие на агентов. - Служители тьмы! Склонитесь перед истинной верой! К счастью, в этой битве они были не одни: союзники, которых наши герои расположили к себе за последние два года, плечом к плечу встали рядом, готовясь прикрыть отступление гражданских. Однако чем больше они сражались, тем больше понимали, что бой неравный: легионеры один за другим падали замертво, пораженные заклинаниями мага, а предводитель обладал способностями, которые невозможно было не узнать - он был одним из бывших храмовников. Остальные же радикалы имели в распоряжении мечи, короткие кинжалы или стилеты.

Ворота выбили,  но там давка сейчас.

Разъясняю:   бунтующие = радикалы (орущий мужик и те, кто сражается с ним заодно) верные = легионеры, которые пытаются сдержатьт радикалов и потрошителей, плюс те из гражданских, кто остался им помогать третий вариант = пытаться бежать, никому не помогая.

Храм Разикаль   Однако ни Рейлиана, ни остальных никто не услышал - потому что, когда тело Маркуса безвольным мешком осело на пол, орошая его кровью, весь Храм тряхнуло, как будто от невидимой накатившей волны. Кто-то завизжал, Севилла упала в обморок, и ее едва успела подхватить побледневшая, будто полотно, Оленна Рамос, пытаясь вытащить девушку к выходу и не дать другим причинить ей вреда. Многие кричали от боли - маги, а их здесь было немало, ощутили, будто в их виски ввинчивается гномкое сверло. В суматохе было почти не разобрать, что происходит, однако голос, прогремевший под сводами храма, заглушил крики, топот и шум. - КРОВЬ ОТ МОЕЙ КРОВИ! ПРИЗЫВАЮ ВАС! ОБРУШЬТЕ ГНЕВ СВОЙ НА ПРЕДАТЕЛЕЙ ВАШЕГО БОГА! Кто-то сбил прицельным ударом шлем с головы Ивентуса, и тот покатился под лавку. Под шлемом оказались растрепанные волосы, оскалившийся полный драконьих клыков рот и - глаза. Полностью красные, заплывшие кровью, потерявшие какую-либо теплоту, которую раньше в них видел Реджинальд. Взгляд этих жутких глаз остановился на Альбано, и подняв меч, Ивентус двинулся сквозь толпу к нему - и целителю. - Бежим. Немедленно, - выдохнул антиванец и схватил Реджинальда за руку. - Присоединитесь к нам, братья и сестры! - надрывался голос незнакомого мужчины, отбивающегося от легионеров двумя мечами. - Разрушим вместе этот храм лжи, тьмы и зла! Принесем смерть Верхновному Жрецу... и его проклятой демонице! Вместе мы победим Империю! Как ни странно, но в суматохе и Сорока, и легионер, нанесший смертельный удар Маркусу Селестию, куда-то исчезли... Альбано, Серена и остальные выхватили оружие, какое у кого было, и бросились на выход. Трудно было сказать, кто сражался на чьей стороне в этом аду, легионеры бились с легионерами, потрошители резали каждого, до кого могли дотянуться, а остальные просто пытались выбить ворота, которые кто-то закрыл снаружи на засов, пока кто-то не начал читать заклинание огненного шара, чтобы сломать их - что вызвало еще большую панику, когда заряд огня врезался в деревянные створки, и горящие обломки разлетелись в стороны. Немного сориентировавшись, можно было понять, что мужчина, который кричал о присоединении, а также несколько помогающих ему в бою человек сражались с легионерами, что пытались сдержать потрошителей и радикалов. Некоторые из гражданских присоединились к стражам порядка, пытаясь помочь им, но большинство бросились бежать.   - присоединиться к бою на стороне бунтующих - присоединиться к бою на стороне верных Крауфорду и Разикаль - попытаться сбежать (Выносливость, 6 - в случае неудачи персонаж вынужден вступить в бой) Выжившие союзники, сражающиеся на стороне Голоса Империи: Магнус Ариас, Альбано Валенте, Ларий Аврелий, Плиний Итерий, Оленна Рамос, Серена, Векстер, Квинтиллиан Фал, Виперия Виатор.

Храм Разикаль   Стеклянный взгляд Маркуса был направлен на толпу, но казалось, он совершенно не обращал внимания на то, кто находится в ней; альтусы ли, простолюдины или вовсе иностранцы, ни на одном взгляд не задерживался дольше секунды. Он все продолжал говорить, так же, как и на балу, будто бы читая по бумажке, хотя заметить это отсутствие эмоциональности в его голосе мог бы лишь очень внимательный человек, а может быть, к этой особенности эксцентричного мага, бывшего когда-то отшельником,  просто все привыкли и не заостряли на этом внимание. - ...поверженный бог-волк более никогда не поставит существование нашего с вами мира под угрозу, насилие и подавление одаренных, распространяемое гнилой Церковью лже-Создателя, никогда больше не станет причиной бесконечных бед и страданий всех народов Тедаса. Потому что Богиня не допустит, чтобы избранные ею, те, кто верит в нее, и те, кто кровью и потом выстраивал Империю, были отброшены назад в темные века... - А что насчет тех, кого казнят в Антиве, Андерфелсе, Ферелдене, Орлее? - вдруг раздался чей-то звонкий голос. Обернувшись, наши герои заметили, что кто-то из сидящих в дальних рядах поднялся во весь рост, и узнали в этой фигуре Сороку, она же Карина, она же - глава сопротивления в данный момент. Ее голос прервал речь Маркуса, и безэмоциональный взгляд остановился на ее лице, перекошенном от презрения. - Что насчет тех, кого преследовали за веру? Что насчет тех, кого судят за то, что они всего лишь пытаются сохранить крохи своего наследия, борятся за независимость своих стран, и желают правосудия за сожженные города? - Мы не просили тирании Разикаль, - подал голос какой-то мужчина и тоже встал. - В провинциях льется кровь, на которую здесь, в столице, закрывают глаза, потому что это кровь немагов и не-тевинтерцев, а тем, кому повезло меньше, промывают мозги не хуже кунари и делают из них послушные машины! Кровавые эксперименты с магией крови - по молчаливому одобрению Совета и с подачи Верховного жреца! Драконы похищают людей, оставшихся в деревнях Неварры, и пожирают в своих гнездах, скармливают молодняку, будто мясо! По толпе начали проносится новые шепотки, перерастающие в ропот; Альбано, который до этого молча стоял рядом с Реджинальдом, поднялся и принялся хлопать в ладоши, но явно не Маркусу - а тем, кто высказался против него, озвучив неприятную правду. К нему присоединились и Серена, и многие другие присутствующие среди слушателей, а легионеры нервно опустили руки на оружие в ножнах, однако не спешили доставать его. Никому не хотелось кровопролития. Маркус молчал. Затем повернул голову и посмотрел на трех потрошителей, стоявших рядом беззвучным авангардом. - Выведите этих людей из Храма. Они порочат имя Разикаль, - негромко сказал он, и потрошители направились к тем, кто затеял свару, намереваясь бросить их отдохнуть в темницу. Однако в этот момент произошло то, что навсегда положило конец мирной жизни в Минратосе на долгие, долгие годы. Один из стоявших у стены легионеров в форме и закрытом шлеме вдруг бросился к трибуне, ловко подкосил одного из потрошителей мечом, со свистом вылетевшим из ножен, отбросил второго, что ринулся на легионера, и прыгнул прямо к Маркусу. Голос Империи не успел сделать ничего - все произошло в считанные секунды. Поднялась паника, люди вскочили со своих мест и бросились к выходу, толкаясь и крича - а меч легионера погрузился прямо в грудь Пророка Разикаль.

Храм Разикаль   Оглядываясь и оценивая приходящих сплошным потоком приглашенных гостей, Рейлиан успел заметить, что тут появилось множество знакомых ему и другим агентам Голоса лиц: он успел заметить и Оленну Рамос с племянницей, степенно занявших места поближе к трибуне и огромной статуе Маркуса Селестия, освещенной утренним солнцем сквозь витраж едва ли не во всю стену; увидел Лария Аврелия, утирающего пот с лица платочком, и Магнуса в сопровождении нескольких мужчин в броне наемников чуть дальше, у стены, и старого Плиния с выводком взрослых детей и внуков, кривящегося от того, что приходится тащиться в такую рань, но молчавшего. Торговец Векстер и Серена, перешедшая к Голосу от кунари, мелькнули где-то позади, стараясь держаться подальше от альтусов. Квинтиллан Фал махнул рукой Рейлиану и криво усмехнулся, будто извиняясь за то, что нарушил обещание скрываться в штабе, пока все не уляжется. И, конечно же, сама Виперия Виатор, обмахивающаяся веером и выглядевшая так, словно вся церемония посвящена только ей, и улыбнувшаяся алхимику, которого узнала на балу. В общем, народу было множество, а Редж, зашедший под руку с Альбано, также не избежал участи быть замеченным остальными. Тано, который прибыл одним из последних, протиснулся дальше и остановился как раз в тот момент, когда у трибуны выстроились потрошители, в их числе был и Ивентус, однако узнать его было трудно - почти полностью закрытый шлем скрывал его лицо. На плече у каждого потрошителя был герб Кровавого Легиона. Через полчаса, когда мест уже попросту не было, толпа немного поутихла. Стоявшие у стен молчаливые фигуры легионеров были здесь скорее для посетителей, чем для Маркуса Селестия - тот предпочитал охрану исключительно из драконокровных. В тишине раздались гулкие шаги по каменному полу, и к трибуне вышел человек, которого Голос империи уже видел на балу, божий сын, первый пророк Разикаль и тот, кому принадлежала слава ее первого последователя. Тот факт, что Верховным Жрецом почему-то был назначен не он, а Крауфорд, был любопытным, но никто не задавал по этому поводу никаких вопросов - то ли из страха перед наказанием, то ли потому, что этот вопрос был бы бессмысленным. Никто не мог знать волю божества, а уж тем более подвергать сомнению его выбор. - Последователи! - воззвал Маркус после небольшой паузы, опустив руку на трибуну. Книги на ней не было. Раньше здесь читали Песнь Света, но те времена давно прошли, и казалось, та эпоха безвозвратно канула в лету, оставив после себя лишь пустоту и мрак. - Я знаю, что наступили тяжелые времена. Быть может, тяжелее, чем раньше. И если ранее врага мы знали в лицо - эльфы, демоны, кунари - то теперь враг затаился внутри нас самих, подстрекая к предательству, пробуждая сомнения, страх, отчаяние и толкая на бессмысленную жестокость и жертвы. Поэтому сегодня я здесь, чтобы развеять ваши сомнения, и дать вам новую надежду. Я буду предельно честен с вами, паства моя: угроза радикалов не единственная в сердце нашей Империи. Мы должны сплотиться перед ней так же, как в будущем вынуждены будем сплотиться перед новыми угрозами. Тьма идет с севера, - гулкий голос Маркуса разносился над головами пришедших, подобно грому, но после этих слов по толпе прошли встревоженные шепотки. Слухи о Севере ходили уже довольно давно, еще со времен правления Тиберия, но оставались слухами, ничем больше. - Враг, жаждущий уничтожения всего живого на своем пути, пробуждается, и некому будет остановить его, если мы не станем едины подобно каменной стене, веками окружавшей и защищавшей этот город. Верные последователи и дети Разикаль, крылатые ангелы ее и вестники, испившие их крови, станут нашим авангардом в грядущих боях, но вы должны избавиться от страха. Только уверовав всем сердцем и душой, только встав плечом к плечу вместе с ними, вы сможете выжить. Я поведу вас в светлое, прекрасное будущее, в котором не будет места более насилию и войнам, распрям и ужасам. Я обещаю это вам, моя паства, именем Разикаль, моей богини и вашей спасительницы, которая пришла к вам на помощь тогда, когда несуществующий создатель и самозванный бог-волк покинули вас... Его слова лились потоком подобно реке, и многие из присутствующих, поначалу перешептывающиеся друг с другом, начали согласно кивать, слушая эту речь. Похоже, они понимали, что Маркус говорит если не всю правду, то, по крайней мере, большую ее часть; каждый в Империи пострадал так или иначе от нападений кунари или радикалов, а об опасности с севера было известно давно, хоть никто и не знал, когда именно она придет.

Дворец Верховного жреца - Храм Разикаль   - Не беспокойтесь, Присцилла. Все будет хорошо. - Тано улыбнулся с некоторой грустью и поцеловал ей руку на прощанье. Впервые за все время он осмелился назвать ее просто по имени, без титула "госпожа".   - Только не делай вид, что это последний раз, когда мы видимся. Мы еще обязательно встретимся, и не раз, - улыбнулась ему леди Авгур, столь изменившаяся за последние два года, но в душе все еще оставшаяся той девушкой, что печется о простом люде Империи, даже когда это идет вразрез с ее собственной безопасностью. В порыве внезапных чувств, она обняла Тано, и отпустила через несколько секунд, украдкой пытаясь сморгнуть слезы, выступившие на глазах против ее воли. - Теперь иди. И удачи тебе... всем нам. Через несколько дней после этого разговора, антиванец отправился поутру к храму Разикаль. Тогда ничто не предвещало беды: яркое летнее солнце освещало улочки розоватыми лучами рассвета, в кронах деревьев местных парков и аллей пели птицы, а небо было таким голубым и ярким, что, казалось, стоит посмотреть на него чуть дольше нужного, и эта голубая высь навсегда отпечатается на сетчатке. Горожане в приподнятом настроении, одевшись в свои лучшие одежды, направлялись к Храму - кто на каретах, кто на лошадях, а кто пешком по истоптанной брусчатке. Возле здания собралась охрана из легионеров, выстроившись в два ряда и обеспечивая узкий коридор, чтобы те, кто имел на руках приглашения, могли пройти, не толкаясь и не давясь. Остальным же приходилось протискиваться поближе, расталкивая соседей локтями. Кто поумней да половчее надумали забраться на черепицу крыш близлежащих домов, расположившись там и глядя сверху вниз на процессию. Легионеры поначалу пытались сгонять этих молодцов вниз, но потом просто махнули рукой; в конце концов, у них и так было достаточно работы. Храм уже проверили на наличие заложенных бомб, а каждого проходящего внутрь назначенные маги проверяли на наличие лириума и лириумных приспособлений, но пока что никто подозрительный не появлялся. Когда Голос империи оказался у входа, внутри уже почти не было места; множество почитателей Разикаль и просто любопытствующих пришли заранее, чтобы занять место поближе к трибуне.

Дворец Верховного Жреца   — Помощь драконов будет разрушительной. Она поможет, но лучше нам к этой помощи не прибегать. Чем лучше мы справимся сами, тем меньше нам потом придётся восстанавливать. Разикаль рассчитывает на то, что я решу проблему самостоятельно, и я хотел бы исполнить это по максимуму.   - Хорошо, тогда я пошлю Тано на разведку. О Богиня, я надеюсь, что не посылаю его на смерть... - прошептала леди Авгур, чуть склонила голову, попрощавшись с Крауфордом, и направилась обратно в свои покои, где ее ожидал Тано. Протянув ему приглашение, она вздохнула, присев на краешек стула у трюмо, и виновато посмотрела рабу в глаза. - Прости, что вынуждена просить тебя об этом, но... мне больше не на кого полагаться. Я хочу, чтобы ты сходил на службу и удостоверился, что все в порядке и нашим людям ничего не угрожает. А если будет угрожать... я знаю, что ты справишься. Впрочем, я не хочу от тебя ненужных жертв. Пожалуйста, если поймешь, что предотвратить ничего нельзя, беги и прячься. Ты должен выжить, хорошо?