Perfect Stranger

Портовый район - Таверна   Что ж, это было просто. Но Анхель понимал, что Ублюдок - всего лишь исполнитель, а в таких делах надо выходить на заказчика. Потому что когда Ублюдок не вернется с докладом и пленником, заказчик пошлет кого-нибудь еще, и хорошо, если не кого-то из Дома Отдохновения, Незримых или даже Воронов - тех из них, что все еще брали некоторые заказы, если считали их достаточно важными. Происхождение Реджинальда его не слишком удивило. Поговаривали, что раньше многочисленные родственники правящей семьи Неварры были повсюду, как блохи. Правда, как этот оказался в Антиве - было довольно интересным, и в таверне Анхель планировал расспросить целителя. История должна быть захватывающей, особенно с учетом того, во что сейчас превратилась Неварра. Насвистывая и отчищая с кинжалов кровь чистой тряпочкой (он всегда говорил, люби свое оружие заботься о нем - и оно позаботится о тебе), бывший пират направился в трактир, пока вечер постепенно перетекал в ночь. На его плечо сел светлячок, коих в пригороде было навалом, но мужчина его не заметил. Завтра утром надо будет заглянуть в ту пещеру, лениво подумал он, толкая дверь в трактир. А может, сходить к этому Магнусу - с ним он был не знаком, лишь слышал об этом человеке, управлявшем "Тевинтерскими драконами", в которые Анхель подумывал вступить, но для него там было слишком много правил и муштры, почти как в настоящем Легионе, а он любил свободу и не любил ответственности. Но судя по всему, Сопротивление заручилось его поддержкой и теперь Магнус был их союзником, а союзники помогают друг другу, поэтому следовало заняться его делом как можно скорее.   Дворец Верховного Жреца   "Здравствуй, Вир. Как твои дела? У меня все хорошо, с тех пор, как ты уехал, я занималась нашими общими делами с финансовой и организационной точки зрения. Надеюсь, что в Хасмале тебя поддержит мой брат, если вдруг попадешь в неприятности - найди его, и он поможет тебе..." Зачеркнув строчки, Присцилла вздохнула, смяла лист бумаги и бросила в огонь; Розочка развела его на ночь, чтобы комнаты не стыли. Сколько раз она уже писала в никуда? Вир не оставил никаких контактов, ни адреса, ни связного лица, ничего. И Сорока даже не знала, как выйти с ним на связь, да и вполне возможно, просто врала. Магесса ненавидела себя за малодушие. За то, что тогда, в тот роковой момент, даже подумала о том, чтобы сдать своих товарищей по Сопротивлению - и пожертвовать не только собой, но и всеми ими в том числе. Жалела она и о том, что рассказала всю правду Совету - но по-другому было невозможно. Теперь она не могла посмотреть в глаза никому из них, кроме Тано, но и от него Присцилла как-то отдалилась. То ли потому, что тот теперь проводил почти все время вне дворца, занимаясь делами организации, то ли потому, что он обрел свой настоящий разум, эмоции, и воспоминания, и служение госпоже для него отошло на третий план. Она не винила парня в этом. То, что с ним произошло, ужасная трагедия, и она сделала бы все, что в ее силах, чтобы помочь ему. Но одиночество теперь стало сильнее, а Цербера она отпустила; контракт закончился, продлевать его он не стал и ушел на вольные хлеба, и теперь ее телохранителями были преторианцы, которых она не запоминала ни в лицо, ни по имени, а внутри замка за ней и ребенком присматривала Розочка. Пожилая служанка любила поболтать, да и выпить была не прочь, но госпожи явно боялась и старалась лишний раз на глаза не попадаться. А еще она получила письмо от матушки, приглашавшей ее и Крауфорда вместе с сыном на визит в поместье Дарваннис. То самое поместье, которое Присцилла всем сердцем ненавидела столь долго, что появляться там ей совершенно не хотелось. Можно было проигнорировать приглашение и просто сжечь его - в конце концов, она не обязана являться на все приемы и балы в городе, но... но желание выбраться хоть куда-то пересиливало.

Портовый район   - Хватит балаболить, покажи лучше, чего твои угрозы на самом деле стоят, - дождавшись удобного момента, когда Хват вцепился в главаря и отвлек на секунду его внимание, ривейни выхватил кинжалы и бросился в бой, предварительно метнув пару метательных ножей почти вслепую, но терять время было смерти подобно. Секунда промедления, и он убьет Хвата, а этого допустить было ни в коем случае нельзя. Анхелю было все равно, пойдут ли в бой остальные или сбегут, сверкая пятками, но позволять этому ... Ублюдку разгуливать тут, как у себя дома, было непростительно. Странно, почему Незримые до сих пор с ним не разобрались.   (Ловкость: результат=7)

Портовый район   - Я не оставлю Реджинальда этому прохвосту, - помотал головой Анхель. - К тому моменту, как мы вернемся, этот хрен с горы убьет его. Или их уже и след простынет. Так рисковать нельзя. Предлагаю убить гада, - сказал он и улыбнулся, потянувшись к одному из своих новеньких кинжалов, что звались "Клыки Разикаль". Что ж, похоже, клыки напьются крови еще раз, и он чувствовал, что оружие заскучало в ножнах. - Да и если он отпустит нас живыми и позволит сообщить страже, Легиону, нашим людям или кому еще - будет самым глупым главарем банды на свете. Веры ему нет.

Портовый район   - Нам надо главаря их найти, так? Найти и прирезать. А шушера сама разбежится, - сказал ривейни, осматривая вповалку лежавших в зале таверны мужиков. Когда-то он и сам был одним из таких, и не сказать, чтобы их банда "Черные волки" была благородной и грабила только богатых, а раздавала деньги бедным. Нет, это была самая обычная группка отчаянных мальцов, самым младшим из которых было не больше четырнадцати лет; и со свойственной подросткам жестокостью они расправлялись с теми, кто не мог дать сдачи, и воровали у тех, кто мог. Правда, рабством не промышляли, это факт. Этим занималась рыба покрупнее, в Сиире переходить дорожку им было чревато. А Волчата занимались мелкой преступностью, правда, пару раз была и мокруха.

Я и сам курочку люблю.

А вдруг она жирная и страшная, драж?)

Портовый район   Убивать служанку Анхелю не хотелось, да и смысла в этом особого не было: бедняжка была мертвецки пьяна и даже если бы увидела его лицо, замотанное шарфом, наутро не вспомнила бы вообще ничего, а то и подумала бы, что это ей сон приснился. Протянув руку, он осторожно снял с ее пояса связку ключей и, стараясь не греметь, сжал их в руке и попятился обратно. В конце концов, женщина была далеко не главной в банде, и скорее всего, если банда разбежится, пойдет работать куда-нибудь еще. Осторожно выбравшись из окна, он вернулся к своим товарищам и молча показал им ключи, другой рукой сделав знак "все отлично".

Портовый район   А все же хорошая это вещь - флаконы с ядовитым газом. Жаль только, что редкие они, а чтобы их изготовить, нужны дорогие ингредиенты - подумал Анхель, подождав несколько минут, чтобы газ немного рассеялся, а потом подпрыгнул, ухватился за подоконник, подтянулся и нырнул в окно флигеля, предварительно выломав щеколду. Вскрывать ее не было ни времени, ни желания. Там, во флигеле, у служанки должны были быть ключи от подвала, и хотелось надеяться, что так оно и оставалось.   (Ловкость, +2)

Портовый район   Подобравшись к одному из головорезов, отошедших чуть дальше от входа, Анхель подумал, что неплохо было бы сейчас избавиться от шныряющих по округе бандитов, чтобы они не засекли подход сопротивленцев. Однако, как только бывший пират примерился метнуть нож в горло бродяге, как тот услышал что-то со стороны таверны и, оглянувшись, быстро пошел на зов. Проклятье. Ривейни убрал нож обратно, неслышно и бесшумно отступая в тени. Кажется, он упустил момент.

А мне можно глушануть кого-то? На силу кидать?

Портовый район   Натянув на лицо шарф и оставив открытыми только глаза, поблескивающие в темноте, Анхель двинулся в обход - держась углов, тесных аллей и улочек так, чтобы не выходить из тени под свет, падающий от высоких фонарей. Не магических - таковые были только в центре и в более богатых районах - а самых обычных, масляных, дающих тусклый оранжевый свет. Подобравшись поближе к месту назначения, походящему на завалящую портовую таверну, полную дешевого эля и дешевых же шлюх, ривейни вглядывался в освещенные окна и оценивал будущий маршрут.

Таверна "Драконий камень"   - Он даст команду. Анхель. Он самый отчаянный.   Ривейни кивнул - и хотя самым отчаянным среди всех сопротивленцев он бы себя не назвал, в подобных операциях он кое-что смыслил. И знал, что нужно было добавить еще кое-что важное. - У нашего алхимика есть бомбы с ядовитым газом. У тебя ведь еще осталась парочка? - осведомился он у Рейлиана. После удачной операции по спасению Шарлин Тюссо из тюрьмы у бывшего пирата возникла идея, как можно сделать нападение на порт максимально простым и легким. - Если удастся забросить в главный зал флакон, наши бандиты потеряют сознание и мы сможем с легкостью их перерезать... или оставить поспать.

Таверна   - Кто говорит о милосердии? - удивился Анхель. Уж чем-чем, а им он никогда не славился. - Подумай головой, Редж. Если эти бандиты так окопались и рабами торгуют, наверняка у них есть крыша. И среди Легиона она вполне может быть. К тому же, нам как... определенной организации, - подчеркнул он. - Не стоит лишний раз привлекать к себе внимание и нарываться на допросы. А что будет с бандитами - мне, откровенно говоря, плевать. Но ведь задание состоит не в вырезании банды, а в освобождении девушек, или я что-то не так услышал?   Ну, что, идём прямо сейчас?   - Давай. И я все же хочу сказать, что нужно постараться не поднимать шум. Если кого-то будем резать, то желательно тихо, как мама спать укладывает, - улыбнулся Анхель, сверкнув в полумраке тавернского зала белозубой усмешкой.

Таверна "Драконий камень"   Эльф все же пришел. Ривейни удивился этому, ведь таверна - место многолюдное, в центре Минратоса, и долийского эльфа тут могут не то что ограбить, а прибить - и прикопать где-нибудь в канаве, а то и просто сбросить в канализационные тоннели, превратившиеся в часть катакомб. Но, похоже, он чувствовал себя в безопасности и знал, что делает. - Меня зовут Анхель, - поздоровался он с эльфом, хотя понимал, что тот вряд ли назовет свое настоящее имя. - Что за лучший выход? Если устроим резню, может набежать стража. Куда мы вообще собираемся идти? - поинтересовался он. Все это дело начинало дурно пахнуть.

Таверна   - Не удивлюсь, если и сам Жрец на это глаза закрывает. Вот так просто взять, и запретить рабство в Империи? Да бросьте, - махнул рукой Анхель, который ни на минуту не верил, что тевинтерцы могут за один день отказаться от того, что приносило им огромную прибыль. - А все эти законы - это для простачков. Кому надо, всегда найдет способ их обойти - или найти того, кого надо подмазать, чтобы подсобил. Иногда он думал, что ребята на Лломерине живут намного более честно: когда нет законов, законы устанавливает само общество, и платой за их нарушение будет смерть. Если взятки все равно будут, хоть как ты их запрещай, то проще считать их частью жизни, а не преступлением. С другой стороны, Лломерин был крошечным островом - и то, что работало там, могло не работать для огромной Империи на половину Тедаса.

Таверна   - А я удивлен, что долийцы вообще существуют - да еще и в город суются, - сказал Анхель, глядя на Рейлиана и тоже проголодавшись. Он заказал себе кусок яблочного пирога с корицей и большую кружку пива. - Они же вроде как все на войне полегли, нет? А те, кто не полег, запрятались под ближайшим кустом и носа не кажут. Имперцы сейчас эльфов еле терпят, несмотря на законы Жреца. Помнят еще, поди, как эльфы с кунари им в кашу плюнули. И я их не виню; идти за Ужасным Волком - так себе идея. Он видел нескольких эльфов в городе: но то были чаще всего городские жители уже не в первом поколении, давным-давно ассимилировавшиеся среди тевинтерцев и даже не думающие о том, чтобы вернуть "былую славу элвенан".

Таверна   Двери таверны распахнулись, и в нее ввалился - именно ввалился, а не вошел - Анхель Кастильяно собственной персоной. Настроение у него было отличным: в этот вечер он планировал перерезать пару глоток выскочкам, возомниввшим себя криминальными авторитетами, выпить пару пинт эля и прогуляться по городу в сумерках. Сумерки были его любимым временем суток, когда вечер еще не до конца перешел в непроглядную звездную ночь, когда подслеповато щурясь, горожане брели по домам или жались к источникам света вроде фонарей, костров или свечей. В сумерках чаще всего можно было спрятаться у кого-нибудь прямо перед носом, и он тебя не заметит. - Ну, требуется моя помощь? - спросил он, сев рядом с Тано и Реджинальдом, и памятуя о просьбе последнего с освобождением двух эльфиек. - У меня сегодня весь вечер свободный, так что я готов к приключениям и опасностям.

Штаб - Таверна "Драконий камень"   К вечеру дождь прекратился, как и ожидал Анхель. Он шел меньше часа, зато после ливней были совершенно волшебные закаты над морем - такие же были и в Сиире, правда, их не разрезали на части шпили вздымающихся в небо соборов, замков и академий. Впрочем, и в Минратосе была своя красота. Города, кишащие людьми со всех концов света - вот, что нравилось Кастильяно, а после провинциального городка на берегу Ривейна Минратос казался громадиной даже побольше, чем Вал-Руайо или Риалто. Поэтому, выйдя на крыльцо штаба и несколько минут полюбовавшись начинающимся закатом, отражением неба в разбитых копытами лошадей и колесами повозок лужах, да вдохнув поглубже свежий, пахнущий осенней прохладой воздух, ривейни двинулся к таверне - благо именно там, по словам Реджинальда, им стоило собраться, как только солнце начнет заходит за горизонт. Что именно там требовалось от Анхеля, он не знал: но если целитель вбил себе в голову, что ему совершенно необходимо спасти двух не слишком расторопных эльфиек, то быть посему. К тому же, ему нравилось иногда щемить хвосты местным криминальным царькам, которые полагали, что если им удалось украсть сладкий рулет на рынке - то значит, они готовы к Большой Лиге. По-настоящему знаменитыми и сильными бандами здесь были те, кого не стоило называть вслух.   Дворец Верховного Жреца   Присцилла долго лежала без сна, хотя и Тано уложил ее спать пораньше - будто бы думал, что сон заставит ее разум отдохнуть, а душу успокоиться. Наивный антиванец, бывший раб и совершенно не разбирающийся в магии одаренный! Если бы он только знал, как часто она просыпалась и смотрела в потолок после тревожных и странных снов о затмении, сколько раз просыпалась разбитой и уставшей еще больше, чем вечером; сколько раз размышляла о том, как все могло бы повернуться, если бы не... и на этом месте в ее голове уже не было ни одной мысли. Если бы не что? Если бы не матушка, выдавшая ее замуж? Если бы не Крауфорд, если бы не Разикаль, если бы не Виго, если бы не Тано, если бы не Вир. Если бы ее просто не существовало, возможно, ничего бы и не изменилось. Или изменилось бы все. Когда Аттано ушел, леди Авгур тихонько встала, убедилась, что дождь уже не идет, распахнула окно; порывистый свежий ветер подхватил бумаги со стола и поднял их в воздух, бросил на пол; взметнул черные, угольные волосы госпожи этого пустого замка, донес до нее отдаленные звуки кораблей из порта, и запах свежей воды и рыбы, и ржание лошадей уже ближе, на дорогах и в конюшне. Интересно, подумала она, а где сейчас Вир? Уехал в Хасмал, туда, где живет ее брат. Может быть, она могла бы отпроситься на день-другой, навестить семью... Нет, нет, это глупо. Да и она не знает, где даже искать Вира в том городе, и не знает, захочет ли он вообще ее видеть. Она оглянулась и посмотрела на камин, где стыла догоревшая зола. Она бросила туда уже немало писем, и не отправила в Хасмал ни одного.

Мы сегодня идем на квест Эри?

Дворец Верховного Жреца   - Он прицепился ко мне, из-за скрытой ... склонности к магии. - Тано поморщился, словно съел лимон.   - Так ты.. маг? Что же ты сразу не сказал? - Присцилла вскочила с кровати и протянула руки, сжимая в них ладонь бывшего раба. - Магия - это опасно. А магический дар, которым ты не можешь управлять или хотя бы не умеешь подавлять, это вдвойне опаснее. Демоны будут искать тебя во снах, и чудо, что до сих пор только эта тварь нашла тебя. Ты должен научиться контролировать свою силу, даже если кажется, что она незначительна. Но это не значит, что ее нет. Просто ты блокируешь связь с Тенью, но однажды она может прорваться, и кто знает, что случиться тогда. У тебя не было случаев, когда ты... например, случайно поджигал что-то? - спросила Авгур с волнением в голосе. Она слышала о диких магах, которые еще встречались там, куда цивилизация не добралась; иногда они сами учились управлять своей силой, но чаще она убивала их самих.

Дворец Верховного Жреца   - Думаете, все дело в затмении? Это знак свыше?   - Не знаю... Я была на пороге смерти, и только кровь вернула меня обратно. Драконья кровь, которую использовал тот старик-целитель, - задумчиво протянула Присцилла. - Может быть, все дело в этом. А может, я просто накручиваю себя, но с тех пор мне кажется, что какая-то часть меня осталась... там. За границей снов. Это глупо звучит, да? - девушка помотала головой и попыталась улыбнуться. Но она не лгала Тано: с того дня ей казалось, что нечто тянет ее в Тень, и вместе с тем навевает тревогу и страх; нечто ушло в Тень и нечто же пришло оттуда в тот роковой день. Обмен. В это верили предки нероменианцев, варваров, первыми колонизировавших Тевинтер. Почему же теперь продвинутое магическое сообщество считает, что они ошибались? За все приходится платить. За знания - риском стать одержимым, за жизнь - кровью другого существа, за магию - связью с Тенью, которая может как подарить желаемое, так и отобрать у тебя все, что есть. Маги крови понимали в этом толк, но магия крови считалась искусством слишком  опасным, чтобы относиться к нему легкомысленно. И даже то, что делали корректоры, все равно в конце концов потребовало бы своей платы. - Тот демон, что ты встретил в Тени, - внезапно спросила она. - Кто это был?

Дворец Верховного Жреца   - Нет, - ответила Присцилла, отвернувшись, будто смутилась. - Однажды я уже рассказала ему о шепоте, и тогда он отменил нашу поездку в Лломерин. Я хотела увидеть Лабиринт, но он сказал, что это слишком опасно, и теперь я застряла здесь. Если расскажу еще и о снах, он, наверное, вообще запретит мне выходить наружу или заниматься магией. К тому же... я не думаю, что это опасно. Не похоже на демона. Скорее, похоже на то, что Тень пытается что-то мне сказать, но я пока что не понимаю, что именно. Затмение... ты помнишь тот день, Тано? - вдруг спросила Авгур. - Ты... почувствовал что-то?

Дворец Верховного Жреца   - Я... не хочу спать. Мне снятся странные сны. Страшные... иногда притягательные, - призналась девушка, будто бы только сейчас заметив, что плачет, и быстро вытерла щеку тыльной стороной ладони. Она действительно выглядела в последнее время так, словно часть ее души попросту отсутствовала, была где-то в ином месте. - Все из-за того проклятого затмения. Если бы не оно... Присцилла вздрогнула. Она знала магию крови, знала и иные ее школы, но то, что тогда произошло, было из другого времени. Времени, когда люди только-только начинали поклоняться духам ветра, воды и земли, принося им кровавые жертвы и надеясь, что их так называемые "боги" принесут им благословение, урожай и добычу на охоте. И то, что произошло с Каламитом, неясное ни ей, ни Верховному Жрецу, ни кому-либо еще, началось именно тогда - многие тысячи лет назад. Быть может, кто-то из оставшихся в Тедасе варваров сохранил еще память о тех временах, но вряд ли они помнили все достаточно хорошо. Их знания были так же отрывочны, как знания долийцев о том, как на самом деле жили их далекие арлатанские предки. Всего лишь легкие круги на воде там, где был брошен камень. Ее сны были странными - другого слова подобрать было нельзя. Присцилла помнила их очень смутно, но один образ навеки отпечатался в ее разуме: человек, танцующий у огня, и на голове его причудливая, грубая маска из оленьего черепа, в глазницах которого горит пламя.   Штаб   - Спасти девиц-эльфиек? Ну, если для тебя это важно, - протянул Анхель, откинувшись на спинку стула и глядя на разразившийся на дворе ливень. Какое-то радостное чувство посетило его: так он всегда ощущал себя, когда стихия брала свое, а он, хитрый и находчивый, находил способ спрятаться от нее. Пожалуй, это было довольно детское ощущение, но оно нравилось ривейни. В Сиире он часто и сам принимал участие в похищениях и продаже людей в долговое рабство, и не считал это чем-то таким уж плохим. Каждый выживает как может. У человека есть воля и выбор, но если он слишком слаб, чтобы противостоять другим, это его проблема.

Дворец Верховного Жреца   Они молча шли по пустым коридорам, наполненным приглушенными звуками - голосами переговаривавшихся слуг где-то в людской и в столовой, тихим покашливанием почти недвижимых стражей-преторианцев, а откуда-то доносилось хлопанье ставней. Именно этот последний звук и привлек внимание Присциллы, которая, взяв сына, направлялась в арканум, но на полпути свернула и поднялась в свои покои. Положив ребенка в кроватку, она издала тихий вскрик и бросилась к окну; выходя из комнаты, леди Авгур забыла его закрыть, а заходить в ее спальню в ее отсутствие позволялось только Розочке, но та сегодня где-то пропадала на рынке. Дождь, возможно, и ее застал врасплох. - Ох, нет, - расстроенно выдохнула девушка, глядя на промокшие бумаги на столе. С трудом закрыв окно, она подцепила пальцами тонкую книгу, которая оказалась безнадежно испорчена; вода заставила чернила расплыться. Это был тот самый томик стихов неизвестных авторов, что она читала на ночь, но теперь текст разобрать было невозможно, а страницы слиплись в отвратительную массу. Единственная отдушина, которую Авгур нашла для себя, была уничтожена из-за незакрытого окна. Шум усиливавшегося ливня снаружи превратился в монотонный гул, и где-то вдали, над морем, прогремел раскат грома. Почему-то ей пришел в голову тот разговор, который состоялся в купальне больше года назад - когда она спрашивала у Тано, могли ли они сбежать отсюда. Тогда у раба не возникло и мысли о том, что это вообще возможно. А сейчас, когда антиванец мог бы согласиться с ней, уже Присцилла понимала, насколько сумасшедшей была эта идея. Даже если бы она забрала сына и сбежала, Верховный Жрец все равно нашел бы их - везде, даже в Антиве, а учитывая, кто мог помочь ему в Тени, бежать хоть на край света было так же бесполезно, как пытаться заставить камни падать вверх. Держа в руках промокшую книгу, Присцилла сама не заметила, как по ее щекам полились слезы; все казалось слишком эфемерным, как дымка над водой. Все уплывало вместе с дождевой водой, бегущей по улицам и стекающей в канализацию.

Дворец Верховного Жреца, сад   - Да, госпожа, обещаю. - проговорил он слегка шокированно. - Я сделаю все, что вы просите. Но я верю, что подобная мера... не понадобится. - добавил он мягко.   - Хорошо. Я доверяю тебе больше, чем кому бы то ни было в этом городе - и теперь, когда ты... можешь думать, как ты, - попыталась объяснить девушка. - Я знаю, что ты не предашь меня. Наш дом в большой опасности. Не спрашивай, откуда я это знаю: все равно я не смогла бы объяснить, даже если бы захотела. И я... - она вдруг замолчала, моргнув и переведя взгляд на сына. Тот мирно спал, и иногда Присцилла ему завидовала. Хорошо бы не думатьт ни о чем и просто жить одним днем, не беспокоясь ни о политике, ни о вещах, менее материальных, но оттого не менее угрожающих. Однако Присцилла не закончила свою мысль. Аттано вряд ли понял бы ее странные чувства к этому мальчику, который, как ей казалось, принадлежал не этому миру. Но, может быть, если его увезти подальше отсюда, он сможет вырасти кем-то другим? Кем-то, не связанным долгом и кровью, обычным человеком, пусть и магом, каких полно в мире. Ей хотелось так думать, хоть мысль эта больше походила на сон о другой жизни. Тяжелые капли дождя начали пробиваться через зеленую крышу беседки из трав и лоз, и падать на волосы Присциллы. Пора было идти во дворец, в эту черную клетку, которая стала таковой не только для нее - теперь среди ее пленников были и Тано, и Тенебрий. Протянув руку, она посмотрела на бывшего раба и едва заметно улыбнулась. - Пойдем, - сказала леди Авгур. - Негоже нам мерзнуть здесь, как бродячим псам.