Фолси

Рыбный завод -Зайдем, вряд ли пастырь нас убьет, а если что мы можем зажечь. Она усмехнулась, тряхнула волосами и сняла одну перчатку, чтобы если что метнуть огнешар если там на них нападут. Но нападать пока никто не собирался - Стойте, куда это вы? - в отличие от Джима, этих паломников остановили сразу же после того, как Филипсы миновали ограду и оказались в шатровом городке, окружившем завод. Их обступили ополченцы, держа оружие наготове. Интересно, чем аристократы привлекли к себе такое внимание?

У меня есть друзья, которые тоже могут всякие необычные вещи делать: бить молниями и огнем, призывать призраков, а один даже отрастил моему хозяину целую руку.   Кажется, Элизабет это не впечатлило. - Фу, как вульгарно, - она поморщила носик, - истинная магия не нуждается в таких вот.. фокусах. Нет, мне нравится постигать суть. Заглядывать людям в души, изучать аватары проходящих магов, когда они даже не чувствуют меня. Думаю, забавы ради я бы даже смогла перепутать чьи-то аватары местами, - девочка хихикнула. - Представь, как удивился бы твой друг-целитель, когда его пациента ударило бы молнией!  Воодушевлённая, Элизабет даже хлопнула в ладоши.  - А вообще зачем они мне, эти маги? Они все тусклые, слабые, сильных аватаров в целом мире по пальцам одной руки можно пересчитать. Так Артур говорит, и я пока действительно не замечала никого яркого. Вот сейчас еду и не вижу, - она кивнула на окно. - А переписывать конспекты и читать скучные книжки я не хочу. Меня увлекает практика. Свобода! Ещё немного, и я тоже смогу выйти на охоту. Убить своего первого монстра!    Если хочешь, я могу тебя с ними познакомить, когда они придут на вечерю. Кстати, во сколько нам нужно быть? Тебе, наверное, надо готовиться? Я сейчас засеку время, чтобы мы не опоздали и не получили нагоняй от преподобного. - Мальчик улыбнулся и достал часы.   - Часа через два после того, как стемнеет. Чтобы кровососы вылезли из нор, - серьёзно и уверенно ответила Элизабет, словно вечеря стала обычным делом в её жизни. 

- Не родной, - было видно, что Элизабет с неохотой  переключается с темы увлекательных африканских приключений на привычный ей быт. - Он забрал меня из приюта святой Магдалины года полтора назад. Я его раньше не встречала, а он точно знал, где меня искать. Как зовут. И в чём моя.. проблема. В приюте меня боялись, ненавидели, ну и я не сдерживала себя, они же злые. Хотели меня в Бедлам отдать.. ага, как же. Сперва я бы их приют по щепкам разнесла, - Элизабет жестоко усмехнулась. - Но Артур очень вовремя появился, когда терпеть стало уже тяжело. Отвёл меня в ночлежку свою. Там, конечно, очень гадко поначалу было, но.. знаешь, даже уютно. Никто меня не обижал, люди преподобного любили и ко мне как-то сразу привыкли. Стали Магдалиной называть, когда Артур сказал на проповеди, что я избранная. Ну.. после первой вечери. А мне предложил искупить грехи за всех детей и нянюшек, которых я убила в приюте. Дать людям надежду и.. как же он назвал-то.. идол, чтобы они могли во что-то реальное верить. В чудо. Вот как-то так мы с ним и прижились. Ещё до ополчения приходили за мной какие-то люди в сером, но я не помню, что случилось. Они исчезли, а больше никто не приходил. Только помню окровавленные перья на земле. Так странно.. и красиво.    При этих словах девочка положила руку себе на грудь, что-то поправляя там. 

- Ладно, поехали. Не дрейфь, я по городу один туда-сюда мотаюсь, и никто не зацепает, если нарочно в темных переулках не шарить. Все будет хорошо. Ты что, ни разу не была в других районах? - поинтересовался Джим, открывая дверь экипажа и приглашая Элизабет внутрь.   - Никто не зацепает, потому что ты обычный. А я-то нет, - обыденно заявила девочка, усаживаясь в закрытый кэб. Здесь они могли вести беседу, не особенно таясь. - Я не даю сдачи, просто по-другому не умею. Артур говорит, что у меня слишком сильный аватар, вот и бросает из крайности в крайность, пока не научусь. Но я учусь. Ополченцам помогаю, оружие для них чарую. И амулеты всякие.. которые магию гасят. Мистер Гримм очень ценит мою помощь, а я всякий раз узнаю что-то новое. Возиться с чудесами интереснее, чем гулять по городу и наблюдать всё это.. копошение.  Элизабет безразлично посмотрела в окно.  - Они ведь даже и не знают, в каком чудесном и опасном мире живут. Серые, безликие. Ты не такой. Признавайся, откуда об ангелах знаешь? С ними только преподобный был знаком. Ну, теперь и я. 

Ист-Энд   Прогуляемся пешком или нанять кэб?   - Пешком? Это шутка такая? Город же полон нечестивых тварей. А в Сити даже наших патрулей нет, - девчонка скрестила руки на груди, чтобы скрыть растущую неуверенность, когда покидала насиженное место. - Слушай, я.. я тоже поспешила, там, за палатками. Я действительно могла тебя убить. В общем-то это не страшно, но ты вроде ничего такой.. себе. Вот. Да уж, извинение на миллион. Словно серийный убийца внезапно извинился, что у него затупился нож. 

- Хорошим людям в этом доме всегда рады, - Артур спокойно отреагировал на приглашение друзей. - Как уже сказал, я благословляю всех желающих.    Элизабет с сомнением разглядывала Джима. Не то, чтобы ей не льстила его обходительность, но она так редко выбиралась за пределы ночлежки и завода. Да ещё без патруля.    - Ну же, милая, не бойся. А то люди подумают, что я хочу превратить их Магдалину в скучную затворницу, - громко и заразительно засмеялся преподобный.    - Я.. уф, ладно. Хорошо! И правда, чего это я, мне ведь совершенно точно ничего не угрожает, - со смазанной интонацией произнесла она, словно спрашивая, но словно бы и утверждая.   - Совершенно ничего, - Артур придал лицу комично-серьёзное выражение и уверенно кивнул. - Иди. А я всё приготовлю к вечере. И к праздничной трапезе, - насвистывая что-то, Артур подошёл к тяжёлой двери в своей комнате, возле плиты, и начал неспешно её открывать вынутым из кармана пальто ключом.    - Ну так что, мы идём или как? - капризно спросила Элизабет у Джима, запахивая пальтишко и стремясь поскорее уйти из наскучившего "храма". 

- Он умел что-то видеть в людях. Потенциал   - Я тоже вижу в своих прихожанах потенциал и помогаю им раскрыть его. Потенциал есть в каждом человеке: праведнике и грешнике, грубияне и льстеце, забияке и тихоне. Каждый пришёл в жизнь с какой-то целью, и не мне им эту цель навязывать. Я просто протягиваю руку помощи тем, кто нуждается в поддержке. Кто приходит на порог моего жилища и находит в себе смелость исповедаться, признав своё несовершенство. Ведь только признав проблему, можно что-то исправить. Можно стать лучше.    - А что этот... Тобиас? Он же ваш прихожанин, разве вы не можете повлиять на него? Пастырь - это ведь пастух двуногих стад, или как там говорится в Писании   - Я не пастух, а люди - не овцы. Каждый сам для себя решает, как воспользоваться моим благословением. Тобиас решил, что хочет иметь возможность постоять за себя. Он захотел подняться вверх по пищевой цепи, стать охотником из жертвы. Думаешь, его методы ужасны? Но что ты знаешь о монстрах, которым впервые за много лет посмели дать отпор ополченцы? Скольких людей они убили, скольких запытали, жизнями скольких играли? Представь, что твоего благодетеля снова и снова убивают прямо у тебя на глазах. Разве это не дало бы тебе повода искать мести, пытаться спасти других близких людей от страшной судьбы? Ты пытаешься разобраться поверхностно в тех конфликтах, которые укоренялись столетиями, парень. Я бы сказал, что это может быть недальновидно. И потом: каждая эмоция естественна, а значит имеет право на существование. Не сорвав свой гнев на существе, оказавшемся слабее и всё равно обречённом, Тобиас мог бы сорваться на действительно безвинных. Так что пусть верит в то, во что желает верить. Как ты веришь в благодетельность этого.. Руперта. Как я верю в потенциал человечества, который вам только предстоит раскрыть.    Пастор выпил последний глоток из кружки и встал со скрипнувшего стула.    - Я не судья, малыш, и влиять ни на кого не стану. Если твари ночные будут искать защиты под моей крышей, то найдут её. Но они не станут. Рождённые от первого греха или в горниле тысячелетней войны не созданы для мирной жизни. Приходи сегодня на вечерю и сам всё увидишь. Может быть даже уверуешь. 

А потом оказалось, что он завещал мне кучу уроков у наставников и содержание, чтобы я мог жить как достойный гражданин, пока не выучусь и не найду себе какое-нибудь дело   - Как думаешь, зачем он это сделал? Просто лишь из благодарности или.. потому что не мог иначе? - вопрос Артура прозвучал немного странно, но вот блеск в голубых глазах мужчины выдавал в нём подлинное любопытство.    Вы не волнуйтесь, мистер Линсдейл, если кто-то попробует обидеть вашу дочь, ему придется иметь дело и со мной тоже, а против двоих шансов у злоумышленников будет меньше. Чисто математически   Преподобный ничего не ответил. Похоже, он придерживался мнения, что если кого и нужно спасать, так это бандитов от слишком быстрой на расправу "святой". Но вслух при девочке, конечно же, говорить этого не стал.    - Так те парни из Общества святого Павла разве не ваши? - удивился юноша. - Их все окрестные жители знают, и слушаются. И община ваша известна. Кстати, а почему святого Павла, а не святой Магдалины? Или это две разных общины? Я что-то запутался. - Такая мысль ему не приходила в голову, и Джим только сейчас понял, что что-то тут не стыкуется.   - Потому что не я созывал ополчение и не мне принимать решение о том, как им называться. Разве не очевидно? - Артур легкомысленно повёл плечом. - У них есть лидер, мистер Тобиас Гримм, один из моих прихожан. Как и многие другие. Он мог упомянуть моё имя в надежде привлечь ко мне внимание нуждающихся. И вот ты здесь, - пастор ликующе улыбнулся. - Думаю, что не последний из любопытных и, к сожалению, не первый из нуждающихся. Или у тебя всё в жизни хорошо, парень? 

Ист-Энд   Только с Линдой не получается, потому что она слышит вовсе не то, что ей говорят, а только свои собственные мысли. - Юноша равнодушно пожал плечами, сбрасывая с себя ответственность за чужие недостатки.   - Нет ничего плохого в том, чтобы следовать своим путём. Многие великие свершения принадлежат людям, способным услышать свой внутренний голос, а не только лишь подсказки со стороны. Это как с библией. Можно выглядеть мудрым, зачитывая то, что популярно, и не копать вглубь этих текстов, не разбираться в их смысле или правдивости. А можно выглядеть искренним и говорить лишь то, что на сердце и в мыслях. Во что веришь сам. На мой взгляд скромная правда лучше показной мудрости. Несовершенству есть куда расти, а вот совершенству очень больно от каждой маленькой трещины. Но, кажется, я снова начинаю проповедовать, - Артур усмехнулся и отпил чаю.    А вот ваши эти ваши ребята - вряд ли. Я видел по дороге, как они умучили одну женщину.   - С чего ты взял, что ополченцы - мои ребята? - с живым интересом спросил преподобный, вскинув бровь. - Может, просто услышал что-то.. со стороны? И принял чужую правду как свою?    Ни разубеждать, ни оправдывать перед Джимом охотников отец Линсдейл не спешил. Вместо этого он мягко принял на себя роль задающего вопросы.    - Послушай, я правда не хотел, чтобы прямо в глаз. Это же больно, сам знаю. - Юноша виновато улыбнулся. - Извини меня, пожалуйста. Или если хочешь, в качестве извинения и компенсации за причиненный вред, сходим куда-нибудь в кафе, поедим мороженого. Или что там тебе нравится.   - От сладкого толстеют. Станешь круглым и рыхлым, сам как мороженое, - девочка брезгливо поджала губы. - Да и с чего бы мне с тобой гулять? Вдруг ты какой бродяжка. Или бандит. Или вор. Что ни день, ополченцы кого-то ловят. Да и вообще.. сегодня вечером я занята, - Элизабет неуверенно посмотрела на Артура, ища его поддержки. Тот сразу же кивнул.   - Я думаю, нет ничего плохого в том, чтобы тебе немного погулять. Ты же знаешь заветное слово на случай всяких передряг, верно? - преподобный странно улыбнулся. - Но к вечеру я попрошу тебя вернуться в храм. Что же за таинство без нашей милой Магдалины, верно? Нашей маленькой спасительницы.   Элизабет, как бы холодно не старалась держаться, заметно таяла под таким напором лести.    - Я книги люблю, а не мороженое, - вдруг призналась она. - Про рыцарей, про королей. Особенно про короля Артура. И нет, к преподобному это не имеет отношения! - поспешно открестилась девочка, но самодовольное выражение лица преподобного Линсдейла словно говорило: "Ну да, конечно". Мужчина откровенно, хоть и беззлобно подтрунивал над своей воспитанницей.    - Хозяин как-то рассказывал мне про одну оперу. Там про демона было. И он объяснял, что демоны - это падшие ангелы, которые обижены на Бога, и обида эта жжет и разъедает сильнее, чем кислота. И поэтому ангелам больно, они страдают и творят всякие глупости. Я не сержусь на Элизабет, мистер Линсдейл, честно. Если ей приходится нести на себе и свою боль, и падшего ангела - это тяжелая ноша. Особенно, для девчонки. Не каждый взрослый такое потянет. Но мне кажется, Элизабет все-таки справится, - ободряюще улыбнулся он местной святой. - У нее сильный характер. - Только воспитания ноль, но этого юноша вслух не сказал, чтобы не нарваться на новое смертоубийственное заклинание.   - Глупости совершают все, не только ангелы. В первую очередь - те, кто мнят себя знатоками истории, которая творилась задолго до их рождения, - мужчина невозмутимо пожал плечами. - Но ты затронул интересную тему. Кто же твой хозяин? И что обязывает тебя ему принадлежать? Разве это не.. противоестественно? Все хотят свободы. Даже лист, оторванный от ветки.    Упоминание об ангеле Элизабет никто из парочки не прокомментировал, словно оно и вовсе не было сказано. 

Ну значит отвечайте только за своих персов, если не получается в синхронизацию. Не всем быть

Значит кооперация у вас ни к чёрту, командный дух ни к чёрту, и нечего насиловать друг друга этими вынужденными притирками. Я верю, что вы уже достаточно взрослые, чтобы самостоятельно разойтись по углам, если "своя палка длиннее".    Нормально всё, что укладывается в представления игрока о своём персонаже. Я много наблюдений ненормальности могу озвучить, но кого это заставит поменять персонажа или сделает счастливее? Я вообще удивляюсь, что Эв кому-то позволяет лезть в свой творческий процесс. Помнится, раньше для него это была неприкосновенная территория. И совершенно справедливо.    Ой, если бы мне так бесцеремонно мозг шарахали тем, что "правильно", а что нет, я бы не только вас всех кэбом двухколёсным уже передавил, но и к вампирам бы подался  :haha:  :haha:  :haha: Что намутили, то сами и расхлёбывайте теперь)) И да, не первый раз такое  :)   В общем, в чужой отыгрыш лезть - это моветонище. Странно, что я вообще должен за это пояснять. 

Ну значит таков твой отыгрыш. 

Во-первых, не свети мне тут чужие лички. Во-вторых, если ты сама готова во всём слушаться Тин аки мастера в последней инстанции, то и не ной, что её персы играют важную роль в игре. Не играют, на самом деле, но разве для тебя что-то значат слова мастера игры? У тебя вон уже есть кумир))

Я бы посоветовал Эву поменьше подстраиваться под других и отыгрывать то, что хочется ему. Тоже ума не приложу, почему Филипсы, которым явно указали на завод, не захотели туда наведаться. Уж если их не съели какие-то мутанты, то и священник вряд ли тронет. Ну это так, по логике. Вариант "нас по одному перебьют" есть чистый метагейминг, потому что лишает персонажей самостоятельности. Вряд ли я стал бы отыгрывать что-то с Джимом, если бы за ним увязалась толпа. Или с Нейтом, если бы к Анне и Линда пристроилась.    Вроде как все бои на карте я анонсирую в игре, не? Случайно ввязаться в такой бой малым количеством физически невозможно. С носфератосами вас как только не предупреждали. А если потасовка завязана на кубиках, то количество там вообще никак не решает.     Такое моё мнение. Надоело уже смотреть, как Эва дёргают туда-сюда. Надо Линду уже выдать замуж за Лионеля и пусть Кайра сама с собой отыгрывает и посты пишет сама xD

- Джим Стивенсон, святой отец. - Джима уже не трясло, лечение преподобного благоприятно подействовало на душу, и он понемногу приходил в себя. Впрочем, не до конца оправившись от шока, он все же не забыл о том, как следует себя вести. - Прошу меня простить, я не слишком религиозный, но... Спасибо вам. И простите, что из-за меня вам пришлось прервать проповедь, я не хотел, мы просто играли. - Он посмотрел на девушку, проверяя, не наливается ли у той синяк под глазом. - Извини, я немного не рассчитал силу. И не в глаз метил. И вообще, ты первая начала! И еще хихикала!   Почти в тот же момент Джим ощутил лёгкий, но увесистый щелчок по затылку.  - Молодой человек, нельзя настолько откровенно игнорировать просьбы взрослых, - добродушно хохотнул пастор за его спиной. - Кажется, вы планировали примириться. А я планировал напоить вас за это чаем и даже не предлагать почитать библию.  - У тебя её и нет. Ты её терпеть не можешь, - фыркнула Элизабет, которая снова сжала кулачки в ответ на жалобу Джима, но понемногу успокоилась под взглядом преподобного.  - Есть за мной грешок, - легко согласился Артур, впуская детей в свой импровизированный храм. Здесь действительно оказалось уютно: свежеокрашенные стены, мягкие ковры под ногами, удобные лавочки перед алтарём. Здесь не было места богатству, а вот людскому старанию - было. Джим словно наяву представил, как люди из общины совместными усилиями превращают ржавый завод-призрак в место поклонения и отпущения грехов. - А насчёт проповеди, Джим, ты не волнуйся. Было бы неловко, если бы я позволил ребёнку умереть, наслаждаясь звуком собственного голоса. К тому же я никуда не денусь, добрые люди смогут меня послушать и в другой раз. А вот ты, надеюсь, извлёк урок и впредь будешь знакомиться с неведомой опасностью, прежде чем объявлять ей снежную войну.  Пока Артур говорил, Джим мог рассмотреть алтарь. Здесь не было икон, не было распятий. Только различные самодельные (и довольно искусные) фигурки ангелов стояли в нишах. А на алтаре в оправе, достойной дорогой иконы, стоял любовно нарисованный портрет Элизабет.  - Что смотришь? Да, это я. Я местная святая, - Элизабет вздёрнула нос. Но, кажется, она и сама не вполне понимала, что значит быть святой в религиозном смысле.  - Невзирая на некоторые шероховатости в поведении, над которыми мы работаем, - Артур снова наградил девочку своим одновременно тёплым и взыскующим взглядом, - Элизабет действительно особенная. У неё древняя душа, хотя, наверное, ты ещё слишком юн, чтобы понять меня, Джим. Но это не страшно, всё нужное нам в жизни приходит в своё время. Заходите, чувствуйте себя как дома. - А я и есть дома, - Элизабет первая шмыгнула в дверь справа от зала проповедей. Похоже, этот небольшой кабинет принадлежал самому Артуру: писчий стол с удобным, хоть и стареньким стулом, кровать в углу, полки с книгами, набросанное ворохом тряпьё, неожиданно мягкое и высокое, которое заменяло софу и кресла. Ну и махонькая плита в углу, противоположном кровати.  - Надеюсь, никто не против мяты? Она горчит, зато какой выразительный вкус. Дыхание перехватывает, словно яркое воспоминание, - преподобный разлил чай в три кружки, покрошил в блюдце пару шоколадок и поставил поднос перед детьми. Сам же взял третью кружку и уселся на скрипнувший стул, положив свободную руку на спинку перед собой. 

:angel:

Ист-Энд   - А от болячек он чем лечит?  - поинтересовалась Линда .  - Да, мы видите  ли с братом помогаем нуждающимся, но вот видите придешь к такому,а  у него  не дом,а полная чаша.  Не очень вы похожи на простой люд   - Если скажу что молитвами, то разве поверишь, мисс? - хитро прищурился рабочий. - А уж на кого мы там похожи, это решать не тебе, мисс. И не богатеям вроде вас с тем парнем. Преподобный наши грехи отпустил, раны наши залечил, достойными и честными нас нарёк. Скотами будем, если пакостью какой отплатим ему за добро. А если помогаете, а не языком треплете, то преподобный и вас с добром примет. Вместе мы - сила! Это каждый рабочий из профсоюза знает.  Решив, что рассказал достаточно, "зубастый" подождал справляющего нужду друга и вместе с ним отправился тратить заработанные деньги.    Рыбный завод   Хохочущий и раззадорившийся от обстрела Джим прицельно бросил снежок в проем между палатками   И, кажется, перестарался. За палатками кто-то вскрикнул. Когда Джим подбежал, то увидел девочку-подростка в тёмном пальтишко, которая сидела на снегу и прижимала ладонь к мокрой половине лица - видимо, именно туда угодил снайперски запущенный снаряд.  На вид ей было лет четырнадцать, может чуть меньше. Не особенно красивая, с простоватой внешностью, но с удивительно большими карими глазами. И сейчас эти глаза с неприязнью смотрели прямо на Джима. Всякое озорство из них улетучилось, сменившись холодной неприязнью.      Парень не успел ничего сказать. Вдруг его скрутила такая невыносимая боль, словно раскалённый стержень впивался в грудь. Почему-то перед мысленным взором стали беспорядочно возникать воспоминания всей жизни. Возникать и гаснуть, растворяться. Точно так же растворялся Джим, словно неведомая сила терзала вовсе не его тело, а быстро и мучительно отрывала кусочки от самой души.  Было так обидно сгинуть ни за что. За какой-то несчастный, уже растаявший снежок..   - Элизабет, остановись. Хватит!   Готового упасть Джима подхватили сильные руки. Волна блаженного тепла прокатилась по телу, возвращая воспоминания и изгоняя боль. Девочка рассеянно моргнула, словно и не она вовсе только что пытала паренька, с которым сама же захотела поиграть.    - Встань, милая, а то простынешь, - низкий и немного грубый, но такой участливый голос продолжил раздаваться из-за спины Джима. - А ты, парень, аккуратнее. Не знал, что девочек обижать нельзя? Вот что, дети, идёмте-ка в тепло.    Наконец-то у Джима получилось занять устойчивое положение и обернуться. Возле него стоял настоящий великан: мужчина под два метра ростом, широкоплечий, с роскошной гривой золотистых волос и с такой же пышной бородой. Небрежно расстёгнутая на груди рубашка и распахнутое пальто намекали на то, что внезапный спаситель не особо страдает от зимней стужи. Что-то в его облике было неправильно. Не мог обитатель закопчённого и бедного района выглядеть так безупречно.      - Он первый начал! - Элизабет и не собиралась признавать за собой вину. - Пришёл в чужой дом и раскидался тут. Я просто его проучила.   - Милая, ты чуть парнишку не убила. Мы уже говорили об этом. Нельзя так, - терпеливо, словно непослушному ребёнку, повторил мужчина. - Всё, мелюзга, идёмте в церковь, угощу вас чем-нибудь и примирю. Кстати, парень, меня зовут Артуром. Отцом Артуром, если тебе это важно. А ты у нас?.. Мужчина повёл своих внезапных подопечных ко входу на завод, откуда уже выходила паства. Видимо, проповедь пришлось срочно прервать. 

Новый снежок не заставил себя ждать. Затем ещё один. Между палаток мелькнуло чёрное пальтишко. Возможно, это был тот самый шанс, чтобы отомстить обидчице. Или догнать её. 

Можно бросить Жизнь, порог 3. 

Съёмные квартиры   -  О святом отце.   - А что о нём рассказывать? Хороший он мужик, Артур Линсдейл. От болячек всяких лечит, как жить не указывает, сказки интересные балакает. Про ангелов, плохого бога и бессмертных людей. Хех, врёт как дышит, но складно. Небось в романе каком прочитал, - рабочий помахал в воздухе рукой. - Если нужен он вам, так видите воооон там махину чёрную? Это завод рыбный, старый. Там теперь часовня, вокруг ночлежка. Людей с оружием не пугайтесь - это ополченцы, наши защитники, простого люда. Но и вас не тронут, если нос до потолка тянуть не станете. 

:olen:

Ночлежка   - Так и поступлю, почтенная. Только куда идти-то? В собор местный или в каком-то другом месте проводится? Подскажите дорогу, пожалуйста.   - Так здание завода рядом. Туда и топай. Отец его год назад через каких-то благодетелей приобрёл, теперь там и живёт, и проповедует. Хорошее место, просторное. Только зябко очень, - старушка запахнула на груди шаль.  Проводив гостя, она даже не закрыла дверь - да и от кого тут прятаться? Волтера уже не было на улице, а куча хлама, вокруг которой он вертелся, заметно уменьшилась в размерах. Странное дело.    На подходе к старому заводу Джим действительно услышал громкий, чистый голос, доносящийся из здания. За оградой и вокруг завода раскинулся настоящий палаточный городок - штаб местного ополчения. Вооружённые охотники сновали туда сюда, но на Джима лишь косились - похоже, паломников здесь действительно привечали.    Только стоило мальчику подойти к прикрытой двери, из-за которой доносилась проповедь, как ему в спину прилетел снежок. Обернувшись, Джим никого не увидел, только услышал тихое хихиканье. 

Да, порог 3. 

Похоже, перед вами не вампиры. День же.  :pardon:

Съёмные квартиры - Мне бы поговорить с этими вашими "Надёжными людьми", - Нейтан полез за кошельком. - Что, если я погашу этому старому поганцу ваш долг за прошлый месяц, а дальше вы уж как-нибудь выкрутитесь. Уверен, - мужчина сильно повысил голос, - Абсолютно уверен, что теперь вы сойдётесь на адекватной цене за жильё! - Да-да, обязательно сойдёмся! И ремонт сделаем! - тут же согласилась дверь. - Ишь ты, как сразу запел! - засмеялись мужчины. - Обгадил-то штанишки небось, козлина старая? Фу, теперь даже противно тебя.. фу. Вот что, мистер, - обратился к Нейтану зубастый. Зубы его, к слову, куда-то уже делись - перед аристократом вновь стоял обычный человек крепкого телосложения, - не знаю, зачем вам хмырь этот сдался, но по рукам. Только накиньте ещё на окорок какой, а то у нас с братюней аппетит подразыгрался. Поговорим в подъезде, что ли? Не могу смотреть на всю эту мебель и понимать, что куплена она на наши деньги. - Ага, вы там идите, я догоню! Только свиноте этой на дверь нассу, - воинственно заявил второй рабочий. Поколотил в дверь и начал расстёгивать штаны. - Слышь, ты, как есть нассу! Вот, уже.. Чем бы пролетарии не тешились, лишь бы граждан попусту не ели, как где-то говорится. - Так что вы там узнать хотели? И да, денежки вперёд, - "зубастый" вывел аристократов на улицу и лизнул пальцы, готовый пересчитывать купюры. Ночлежка Не до религии было, только недавно вот на ноги встал, да и то чудом. Наверное, нехорошо проповедь прерывать, может, вы расскажете? - Вот сходи к отцу Артуру да и сам спроси, коль любопытный такой. А проповедь ты и не прервёшь, если аккуратно войдёшь да на скамейку сядешь.