Фолси

Кайра, пожалуй с твоим персонажем мы пересечёмся уже в Скотанд-Ярде. А потом все вместе пойдём к Кас)

Кайра, Диша, можете пока отыграть между собой, что хотите))

Поместье семьи Зобек   Мы с самого начала управляли мировыми жизненными силами во благо человечества, которое, увы, не слишком сердечно выражает свою благодарность.   — Если ты ждёшь, что я создам культ в твою честь, то ты ошиблась, демон, — Кристофер не собирался вставать, в отличие от своей собеседницы. Голос его стал враждебен и холоден, как и манеры. — В том мире, куда тебя призвали, есть обширный полуостров с древней культурой, который зовётся Индией. В кругах посвящённых Индия уже давно носит другое название — «Земля демонов и кошмаров». Возможно, местное население слишком долго и самозабвенно выражало свою благодарность падшим? Они не пели песни и не радовались опеке небожителей. Нет, они выражали благодарность своей кровью, ритуальными жертвами своих детей и своей верой, которую падшие вырывали из них чудовищными способами. Целые залы из плоти и костей — вот, что я видел под дворцами, посвящёнными так называемым «богам». Но это было до того, как Империя принесла в землю демонов и кошмаров порядок. Принесла туда эру человечества. А время доисторических реликтов уже давно…   — Кристофер, довольно. Тебе нужна была халаку, чтобы допросить тело. Я привела тебе халаку, — вдруг очень резко и устало пресекла разгорающуюся перепалку Дженнифер. — Если ты такой исключительный, что можешь своими силами дознаться от трупа, кто её убил, а потом готов всю ночь сплёвывать свои лёгкие в таз — милости прошу. Но больше не навязывай мне свои авантюры. Я давно сказала, что вижу Орден исключительно как место просвещения, а не казарму.   Дженнифер сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и провела ладонью по лицу. Дальнейший её тон стал уже в разы мягче: — Прошу тебя, дай нам хотя бы попытаться разобраться с этим делом. Потрошитель — не обычный психопат, ты сам уверен в этом. Если не доверяешь Алмиэль, если переживаешь за мою сохранность, то отправь с нами паладина.   — Это разумная мысль, — подал голос мистер Пуллвик, который был изрядно сконфужен произошедшей на его глазах словесной перепалкой абсолютно всех, кто присутствовал в гостиной. Да, Протей умел льстить и поддерживать, но как огня боялся ситуаций, в которых требовалось идти напролом. Мускулами их компании всегда был Кристофер. — Почему бы нам не отправить с ними Агату? Она ещё не встречалась со случаями одержимости. Я, конечно, далеко не рядовой лектор, — Протей горделиво встопорщил бороду, — но какая польза даже от блестящей теории, если она не подкреплена практикой?   Кристофер приложил палец к щеке и около минуты размышлял. На нападки собственной дочери он никак не среагировал, словно признавал за ней право так себя вести. — Хорошо. Мы отправим с одержимой паладина. Меня это устроит, — не прощаясь, Кристофер поднялся с кресла и уже в дверях обернулся к Дженнифер. — Следи внимательно за своим новым питомцем, дочь. Не все эксперименты хорошо кончаются. Сембен, позови в гостиную Агату, кажется я видел её в особняке… Окончание фразы предназначалось уже дворецкому, который стоял за дверью.   Мистер Пуллвик неловко поёрзал на месте, когда лорд Зобек оставил своих гостей. — Да, это было не самое блестящее представление на моей памяти, — пробормотал старичок, потирая лоб. — Но вы ни в чём не виноваты, юная мисс Сесил! Или мне стоит вас называть божественным именем? Прошу прощения, если какие-то из моих манер оскорбят вас, но только Кристофер имеет обширный практический опыт стычек с вашей расой… то есть, я хотел сказать «опыт общения», конечно! О, не хотите чаю? Он прекрасен. — Выпей, лишним не будет. Всё равно нам нужно ждать Агату. Если у тебя есть вопросы, спрашивай сейчас — мы с мистером Пуллвиком на них ответим, — Дженнифер взяла маленькое пироженое из вазы и начала небрежно крутить его в пальцах, чтобы успокоиться. — Разумеется, ответим! — радостно подхватил затею Пуллвик. Он всегда любил поговорить и ещё больше любил кого-то поучать.   Агата!

В кубике отыграем, я думаю?) 

Диша, Кайра, можете выкладывать свой совместный пост) Только подпишите, что действия в нём происходили в полдень или днём. )) И вопрос к остальным игрокам: кто тут и готов музей/театр отыграть?

Поместье семьи Зобек (aka штаб-квартира Ордена Золотого Рассвета), день   Когда Лиза выходила из родительского дома, то успела заметить чудную картину: Дженнифер поглаживала пальцем сидящего у неё на ладони воробья странного латунного оттенка, после чего взмахнула рукой и отправила птицу в полёт. — Кеб готов, — женщина улыбнулась Лизе и указала на стоящий возле улицы чёрный экипаж. Блестящий, лакированный, словно только что собранный. — Я послала весточку о нашем скором прибытии. Уже внутри двухместной кареты Дженнифер взяла одержимую за руку. — Постарайся не провоцировать лорда Зобека. Он жёсткий человек, который весь мир делит на союзников и врагов. Что поделать, слишком часто ему довелось видеть стену баррикады, — аристократка отвернулась к окну, словно ненароком вспомнила что-то неприятное и не хотела, чтобы Лиза в этот момент видела её лицо. — Но при этом он нуждается в помощи, хоть и не признает этого. Если хочешь задержаться в этом мире — прошу, подыграй ему. Нечасто Дженнифер о чём-то просила. Куда чаще Лизе доводилось чувствовать тепло руки своей подруги, прямо как сейчас. В такие моменты Джен всегда напоминала старшую сестру, которая сумеет поддержать и оберечь. Идеальный образ, бесконечно далёкий от характера настоящей сестры Лизы Сесил.   ✡✡✡   Особняк семейства Зобек встретил экипаж сдержанным великолепием. Вестминстер, элитный район королевской семьи, всегда содержался в безупречном порядке — не будет преувеличением сказать, что добрая половина всех садовников и дворников Лондона без устали трудилась именно здесь, очищая сердце могучей Империи от мельчайших пылинок и придавая многочисленной растительности геометрическую, выверенную форму. С виду поместье производило впечатление разве что своим размером. Плоский двухэтажный замок, окружённый целым лабиринтом прогулочных дорожек и зелёных насаждений. Частную территорию окружал высокий каменный забор, увенчанный толстыми чугунными пиками. Но забор был не единственным отпорным ограждением.   Алмиэль видела, как воздух над поместьем дрожал, подобно миражу над раскалённой пустыней. Магический барьер, куда крепче воздушных щитов переменчивых Ашару, окружал жилище аристократов. Конечно, для смертных и далёких от оккультных таинств существ этот барьер был невидим и неосязаем, но падшая была фундаментальной частью мира и с лёгкостью взирала на скрытые под слоями реальности магические токи. Тем не менее, барьер кеб миновал без малейших препон. Не иначе как весточка от Дженнифер уже достигла адресата, и одержимую гостью в особняке уже ждали. Если снаружи поместье демонстрировало спартанский дух лорда Зобека, то изнутри его убранство было в разы... мягче. Роскошнее. Что не удивительно — мистер Пуллвик, завсегдатай вечеров у семьи Зобек, ещё давно взял на себя труд по «облагораживанию» главного штаба Золотого Рассвета. Ведь убранство Ордена должно ослеплять не хуже его претенциозного названия! Лорд Зобек позволил своему другу забавляться декором, покуда этот декор создаётся на деньги самого Протея. На том и порешили.     — Здравствуйте, мисс Зобек. Лорд Зобек и сэр Пуллвик в рабочем кабинете. Я попрошу их спуститься в гостиную и распоряжусь подать туда чай со сладостями, — в дверях дам встретил рослый чернокожий мужчина в алом костюме дворецкого. Мода на экзотичных служащих, любовниц и любовников буйным цветом зацвела по всему Лондону после волны колониальных экспансий. Но этот африканец не выглядел забитым, безвольным или услужливым — даже тот полупоклон, которым он поприветствовал Лизу, был исполнен достоинства. Этот мужчина не прислуживал — скорее, он помогал вести дела. — Благодарю тебя, Сембен, — с заметным облегчением улыбнулась Дженнифер. Очень редко Лизе доводилось видеть такие искренние светлые эмоции в поведении подруги. Видимо, в компании дворецкого Сембена мисс Зобек чувствовала себя куда свободнее и счастливее, чем в компании всего высшего света.   Ожидание двух девушек было совсем недолгим, всё же лорд Зобек предпочитал заканчивать свои дела быстро и радикально. — О, прекрасные юные мисс, как же я рад вас видеть! — в комнату подобно улыбчивому рыжему облаку вплыл мистер Пуллвик. Старичок быстро поцеловал ручки двум леди и сразу же набросился на угощения в фарфоровой вазочке, запивая бельгийские пироженые крепким чаем. — Здравствуй, дочь. Здравствуйте, мисс Сесил. Но, думаю, нам больше нет нужды блюсти весь этот маскарад, — холодно кивнул крепкий высокий мужчина с седыми волосами и ледяным взглядом, который вошёл следом за Протеем. И в отстранённом, иногда даже грубом поведении, и в прекрасном уходе за своим подтянутым телом Кристофер разительно отличался от Протея. Но верно говорят, что иногда противоположности притягиваются. Дженнифер ничего не ответила. Лишь окинула отца равнодушным, совсем несвойственным для дочери взглядом, и коротко произнесла: «Начнём». Тёплая рука Джен снова покоилась на ладони Лизы, придавая той уверенности. — Начнём, действительно, — Кристофер сел в кресло прямо напротив Алмиэль. — Мисс Сесил пересекалась с нами на приёмах, но она видела лишь маски. На случай, если память девушки пострадала после вселения, напомню: меня зовут Кристофер, это Протей Пуллвик. Вместе с Дженнифер мы основали общество, которое назвали Орденом Золотого Рассвета. Многое открыто нам, как и таинство магии. На протяжении тысячелетий ничего не подозревающее человечество страдает от голода и произвола существ, наделённых особой властью. Испорченных этой властью. На этих существ мы и наши агенты ведём охоту. Так скажи мне, Алмиэль из Дома Халаку, — Кристофер наклонился, от чего его почти прозрачные глаза буквально впились в Лизу взглядом. — Насколько сильно ты испорчена властью? Что Орден должен с тобой делать? Протей деликатно кашлянул, намекая на безобразные дипломатические навыки своего друга. Но Кристофер сейчас был подобен палачу, который намерен получить от пленника один-единственный ответ. Алмиэль поёжилась. В отличие от Дженнифер, в которой демоница не ощущала и грана магии, двое пожилых мужчин просто сияли от переполняющей их мощи. Их сила слепила и жглась, она действительно была похожа на пламя юного рассвета.

Думаешь, она её поматросила и в кастрюлю бросила? :(

Нервный, скорее  :-D От многих авиков такое же чувство, как от лежащего неправильно карандаша) 

Мне делали авики на заказ, ни один не прижился. :(

Но.. столько же красивых артов, которые охота прилепить себе на лоб авик >.>

Мне кажется, или у админов теперь ники выделены жирным? :О  Раньше такого безобразия вроде не было. 

Ну типа как себя заставить авик каждые два дня не менять :D  

К вопросу об инструментах У кого есть шуруповёрт для аватарок? Чтобы держалась долгих -цать лет. 

  От лица Дома Волка и сильной половины его игроков поздравляю наших прекрасных, уютных, креативных дам с этим чудесным праздником!    Желаю, чтобы форумный досуг всегда приносил вам радость, чтобы в вашей жизни всегда была любовь (внутриигровая и реальная), чтобы печаль и тоска всегда разбивались о тот позитив, который вы получаете в нашем просторном Доме   :wub:  Ура! Хрю! Мыр!  :wub: 

Поместье Сесил   вижу, что ангелы покинули вас, они больше не хранят вас. Не защищают. Быть может, именно поэтому всё пришло к такому, верно?   — Человечество больше не нуждается в поводырях, — это прозвучало куда более хлёстко, чем обычно позволяла себе Дженнифер. Зажав кольцо в кулаке, дама скрестила руки на груди, с колючим подозрением рассматривая Алмиэль. Рассматривая без страха, но и без скепсиса. Словно поверила каждому сказанному слову, но при этом не испытала и толики благоговения. Как такое возможно? Кто в здравом уме пройдёт мимо заветной частицы Эдема, возможности узнать сокровенные тайны рождения мира? Что же, Джен трудно было отнести к рядовым людям. Интересы её так же часто не совпадали с интересами безликих масс.   — Впрочем, не стану врать. Помощь сейчас мне бы пригодилась. Как и моим… союзникам, — Дженнифер прикрыла глаза и выдохнула, собираясь с мыслями. Плечи её поникли, голова опустилась — сейчас эта стальная леди как никогда напоминала обычную женщину, которой свойственны ошибки и сомнения, несмотря на внешний лоск. — Если ты не против, Алмиэль из Седьмого Дома, я бы хотела познакомить тебя со своим отцом. Он много знает о таких, как ты, и сможет направить тебя в нашем обмельчавшем мире, — Джен усмехнулась, но без злобы, будто сравнение падшей и ей самой пришлось по вкусу. — Конечно, если слова твои правдивы, и ты действительно хочешь сохранить жизни тем, у кого их несправедливо, раньше срока пытаются отнять.   Обретая всё большую уверенность благодаря тому, что демонесса не проявляла открытых признаков враждебности, мисс Зобек заметно расслабилась и даже позволила себе приблизиться к одержимой. — Почему-то мне кажется, что мы очень похожи, — вдруг призналась Дженнифер. — Мы обе проиграли, каждая в своей войне, и обе скрываемся за чужими масками. Что же это — дар нового шанса или же невыносимое проклятие — оставаться в этом мире, воруя чужое право на жизнь? Халаку могла понять, каким образом слова Дженнифер касаются её, но зачем мисс Зобек привела в пример себя? Падшей она точно не являлась — Алмиэль бы сразу почуяла сородича.   — Скажи… осталось ли в тебе что-нибудь от Лизы? — с нотками тоски прошептала женщина, трепетно оглаживая щёки одержимой кончиками пальцев. — Достигла ли она того возвышения, о котором так мечтала? Подавшись вперёд, Дженнифер коснулась своими прохладными губами мягких губ юной аристократки. Была в этом сладком подарке горчинка тоски — тоски от того, что Дженнифер не успела дать своей подруге желаемое до страшного ритуала, который, возможно, начисто стёр личность Лизы Сесил. — Прости меня, дорогая Лиза, где бы ты сейчас не была, — очень тихо прошептала Дженнифер, с печальной улыбкой оглаживая плечи девушки напротив. Словно на миг увидела перед собой ту самую Лизу, словно вся ночь и ритуал обратились в мимолётный кошмар, который рассеется с лучами солнца.   Нет, кошмары так просто не вытравить из памяти и сердца, Джен это прекрасно знала. Да и солнечные лучи уже давно заливали комнату. Но истинное зло, которое порождает необходимость и ведёт на алтарь всеобщего блага новые жертвы, солнцем было не испугать. — Я распоряжусь подать нам кеб, — если бы Дженнифер столь порывисто не вышла из комнаты, то Алмиэль готова была поклясться, что видела на лице своей возлюбленной блеснувшую слезу.   https://www.youtube.com/watch?v=fFJwXuurfhU

Не переживай, у него отдельная сюжетная линейка будет) С вами он пока не пересечётся. 

Оки)) У меня тоже выходной. Во сколько тебе будет удобно завтра подойти в куб?    Можем и сейчас, впрочем, если ты не занят. 

Я тут подумал, и... Эл, Борн, хочу предложить одному из вас подключиться к квесту по изучению места преступления. Кто хочет/может завтра откидать и описать? ^^

А. Я думал, что у кого-то ещё кроме Теи появилась)) Но Тея няша. Ей можно конкурировать с лосяшей ^^

Хто?

Тогда пересекайтесь)

Селена, Тея, вы можете пройти свой квест по-отдельности, или собраться в группу) Если хотите группой, то сначала обыграйте встречу (в игре) без моего участия, а потом я поведу вас по локациям))   Всё, первую группу я пристроил. Теперь ждём, когда Джен и Лиза двинутся по сюжету ^^ А там уже и вторая  группа свой квест получит. 

Поместье Гилберта => Вест-Энд, театральный район, полдень Я найду для вас Потрошителя. Обещаю. — Будь я в разы моложе, такой напор и смелость меня бы просто покорили, — скромно улыбаясь, Протей поднялся следом за хозяином поместья. — Позволите проводить вас в вашем кебе или мне лучше воспользоваться своим? Вдруг сэр Пуллвик засмеялся. — Ах, помилуйте, мой добрый мальчик, но совершенно ни к чему вам появляться в компании богатого старика с определённой славой, — джентльмен несильно похлопал Гила по месту выше локтя — до плеча он попросту не доставал. — Нет, если собираетесь пускать своё дьявольское обаяние в ход, то я стану лишь помехой. К тому же, мне нужно оценить пару экспонатов, доставленных в музей. В это трудно поверить, но иногда я чувствую себя более комфортно в окружении предметов мрачной старины, чем в пёстром обществе людей. Думаю, у вас схожая привязанность к вашим часам, — Протей с пониманием улыбнулся, взял Гилберта за локоть и неспешно повёл его к выходу. — Люди слишком эгоистичные, непредсказуемые, шумные. Иногда хочется, чтобы всё было расставлено по полочкам, звонило в строго отведённое для этого время и вообще шло своим чередом. Не так ли? Пуллвик выдавил из себя совсем несвойственную ему скорбную улыбку. Но времени на праздные разговоры уже не было, поэтому вскоре два господина — молодой и не очень — сели в свои экипажи и разъехались. В Лондоне у каждого было своё приключение. ✡✡✡ ~OST~ Вест-Энд. Район выдумки и яви, фантазии и реальности, таланта и шарлатанства. Этакая полутень лондонского общества, в сумерках которой можно было встретить как стайку дешёвых проституток, так и пары богатых англичан, гуляющих вечерами. Именно в этой творческой жилке огромной столицы размещались театры, цирки, дома восковых фигур и прочие выставки, через которые одарённый человек мог выразить свой нестандартный взгляд на мир. Но, как было сказано ранее, появление Джека Потрошителя всего за пару месяцев в корне изменило лондонскую культуру. Теперь в Вест-Энде торговали страхом, предпочитая вместо постановок классиков кровавые спектакли или сводящие живот демонстрации изувеченных восковых фигур, на нестареющих лицах которых застыло такое же вечное выражение неописуемого ужаса. В какой-то момент, незаметно для всего общества, Вест-Энд превратился в кривое зеркало, отразившее все тёмные стороны человеческой натуры: дешёвый грязный секс, жестокость, страх и упоение чужими страданиями. Ничего удивительного в том, что для последнего убийства Потрошитель выбрал не увядающий Уайтчеппел, а именно осквернённый район театров. Ибо этот район со своими скрытыми и явными грехами теперь был воистину Аду подобен. Довольно далеко от махины Гран-Гильона, возле касс которого уже выстроилась очередь, в мрачном переулке скучали двое констеблей, соблюдая ограждение вокруг последнего места преступления. Конечно, тело (или то, что от него осталось) незамедлительно доставили в морг Скотланд-Ярда, на экспертизу нового и крайне талантливого хирурга. Но детальный осмотр места ещё не производился, да и зевак следовало держать подальше — впрочем, с последним трудностей не возникало. Люди сами обходили «проклятое место».

Поместье Гилберта   — Что мне нужно сделать?   — Для начала перестаньте нагнетать эту жуткую давящую атмосферу, мистер Прайс, — старичок поморщился, вжимаясь в кресло. Видеть совершенный лик своего Адониса так близко, чувствовать его печаль, и оставаться безучастным Протей категорически не мог. Но дело есть дело, а лучшего кандидата и впрямь сложно было найти. Орден не мог себе позволить слишком много человеческих потерь. — Я скорее дам отсечь свою правую руку, чем подвергну вас реальной опасности. Ничто в этом грубом, примитивном мире не сможет даже поцарапать ту идеальную картину, которую я вижу перед собой. Ничто.   Сэр Пуллвик наклонился вперёд и с неожиданным вызовом посмотрел в чайные глаза Гила. Да, юноша имел над старым джентльменом почти гипнотическую власть, но далеко не всегда мудрость пожилого рыцаря уступала под напором нереализованных желаний. Сегодня, сейчас Протей был тем, кто посмел когда-то бросить вызов циклу жизни и смерти. И кто победил в этом сражении, пусть и дорогой ценой. — Отправляйтесь к месту последнего убийства, мой юный друг, покуда там ещё свежи следы. Уверен, дамы лёгкого поведения с радостью выложат вам всё, что знают о покойной. Возможно, вам удастся даже разговорить констеблей, которые оцепили периметр. Обо всех своих находках позже сообщите мне. И не переживайте, у неординарных людей должны быть неординарные занятия. А поимка Потрошителя — занятие, крайне достойное благородного джентльмена. Возможно, остальная аристократия и забыла о своём долге перед Короной и столицей, но я всегда плачу свои долги. Рад видеть, что в этом мы с вами солидарны, мистер Прайс.   Закончив с распоряжениями (а почему-то хотелось назвать их именно так, учитывая неожиданно сухой и деловой тон Пуллвика), Протей вновь натянул на себя маску изнеженного гедониста и скромно отвёл глаза в сторону. — Прошу вас, мистер Прайс, встаньте уже. Вид коленопреклонённых юношей мешает здоровому ритму моего беспокойного сердца, — попытался отшутиться старый прохиндей, отчаянно краснея. Благо, под пудрой этой слабости было почти не видно.