В основном — по глупости, — богиня вздохнула
Зловеще лязгнул металл, когда Анастейша вогнала лезвие косы в песок и, опираясь на него, стала подниматься. Кого она сейчас напоминала, лучше было не описывать: чёрный плащ блестел от ручейков брызнувшей на него крови, всю нижнюю половину бледного лица покрывали алые разводы.
— Эта умерла от рук предателей из собственного рода, — с усмешкой, больше напоминающей волчий оскал, прохрипела одержимая. — Душа Этой так страдала, что сломить её оказалось проще, чем тростинку в шторм.
С грозным шипением коса покинула песчаные ножны. Самозванная Королева небрежно взмахнула клинком, и багряная капель окрасила стены.
— Когда Мы доберёмся до убежища Цветущих, то преподнесём их покалеченные души тебе в дар. Как первой наставнице, обучившей Нас ремеслу, — отвесив полупоклон (который в исполнении окровавленного трупа выглядел ужасно), Анастейша спрятала косу под плащ и медленно зашаркала вдоль тёмных улиц.