Таб

Вздыхаешь. Передышка оказалась болезненно кратковременной. Дом вмещает подозрительно много гостей. Тебе хочется выть волком. И на стену лезть тоже. Но ты держишься. В этом мире... В любом мире нельзя остаться в живых без титанической выдержки. Иначе тебя попросту сотрут в порошок. Сломают. Изорвут. Исковеркают. Превратят в покорного раба, лишённого собственной воли. Так говорил твой брат. Ты в очередной раз понимаешь, насколько он был прав. Звуки и образы сводят с ума. Их много. Слишком много. А тебе хочется домой. Спрятаться ото всех и от всего. Погрузиться в свой уютный полумрак и никогда не ввязываться в проблемы. Это ненужно. Глупо. Бессмысленно. Сам не замечаешь, как крепко сжимаешь кулак. Боже, это никогда не кончится. Аппетит исчез. Без следа. Но ты всё-таки запихиваешь твердые куски пищи внутрь себя. Никакого удовольствия. Только нужда. Выполнение действий, необходимых для собственного выживания. Только потому что боишься отправиться на тот свет. Ведь там может ждать он. Он тебя не отпустит. Не простит и не отправит в чистилище, подальше от бесконечных страданий. Он придумает кое-что похуже того, что тебе уже пришлось пережить. Ты восстал из мёртвых не ради этого. Ты сделал это ради себя. И ради себя тебе придётся терпеть. Тебе придётся есть и пить. Молчать. И ждать того момента, когда ты сможешь сбежать домой. Дома тебя ждёт избавление. Придётся вытереть кровь с линолеума, она наверняка засохла и въелась в его поверхность. Но это нестрашно. Его всегда можно заменить. Себя самого заменить не выйдет. Это больше тянет на дурную шутку. Сначала ты брёл по бесконечным зарослям. Потом тебя подобрали, словно ненужного котёнка. Привели сюда. Ты почувствовал радость и благодарность. Затем они приносят сюда новых котят. И будут делать это, пока ты не решишься пустить пулю себе в голову. Не освободишь им немного места. Тебя тошнит, но ты ешь. Через силу. Челюсть болит, но ты ешь. Через силу. Тебе больно, но ты живёшь. Через силу. Здесь всё происходит через силу.  Роняешь недоеденный бутерброд и валишься на бок. Ты устал. Безумно устал. Выплёвываешь куски пережеванной пищи. Мерзость, от которой хочется заблевать всё вокруг. Ты воешь, словно волк и дергаешь своими конечностями. Заберите меня отсюда. В этом нет смысла. Всё повторяется. Стрелка циферблата проделала очередной оборот. Колесо судьбы продолжает крутиться. Единственный способ вырваться из цифрового плена - осознать свою нереальность. Всего лишь сон в чьей-то голове. Случайно сгенерированный набор нулей и единиц. Статист. Муляж. Игрушка. Создан, чтобы страдать. Нельзя вырваться из этого плена. Пока не пройдёшь все девять кругов. Ты заваливаешься на спину и начинаешь выть громче прежнего. Этот серый мир необходимо раскрасить. Единственная краска - твоя собственная кровь. Эту бессловесную вселенную необходимо наполнить музыкой. Единственный инструмент - твой собственный рёв. Эту застывшую реальность нужно заставить танцевать. Единственный способ - подать электрический ток. Тебе плохо. Снова. Или всегда. Рамки времени рухнули вместе со сценой. Ничего не кончается. Ничего не начинается. Всё ходит по кругу. Весь проклятый мир.

Смылись. Быстро и решительно. Ты вздыхаешь. С облегчением и улыбкой на лице. Вряд ли это надолго. Счастье не может быть продолжительным. В противном случае всегда есть подвох. Не хватало тебе новых подвохов. Садишься на хлипкий плетёный диван и наслаждаешься моментом. Скоро блаженное одиночество закончится. Это не так уж плохо, если посмотреть с другой стороны. Но вызывает дискомфорт. Жуткий и сводящий с ума. Поэтому тебе хочется домой. Там тихо и спокойно. Никто не тревожит твой покой. Кроме хозяина квартиры и ублюдка-соседа. Но вряд ли он будет тебе мешать. После всего случившегося его, наверняка, похоронят в закрытом гробу. Никто не станет плакать. Даже родня. Проклятые лицемеры. Ты оглядываешься. Странный домик. Неудивительно. Здесь всё странно. Не понимаешь, зачем кому-то жить здесь. Безумие. Чертово безумие. Тебе нужно бежать. Они остались здесь по собственной воле. Быть может, они останавливаются здесь изредка. Но это в любом случае ненормально. И комнаты выглядят вполне обитаемыми. Сколько их тут? Алека, ящерица, чертёнок, героинщик. Может кто-то и них и есть героинщик, но интуиция подсказывает, что это не так. Их четверо или даже больше. И они живут тут. Вместе. Прямо как чёртовы хиппи. Возможно, они собирают особую траву, растущую в этих зарослях. Только в этих зарослях. Высушивают. И нет, не пьют заместо чая. После этого они собираются в чьей-то комнате, или даже тут. И... Ты вздыхаешь. Странные мысли лезут в голову сами собой. - Я всё-таки не откажусь поесть, - говоришь ты Алеке и снова закрываешь глаза, в бессмысленных попытках унять тревогу и страх.

- Привет, - произносишь ты гораздо спокойнее и без сверхъестественного энтузиазма. Ещё больше незнакомцев, выглядящих, до нелепости, странно. Ещё больше узников и беглецов, нашедших здесь своё прибежище. Не слишком приятно. Отнюдь не от осознания того, что ты далеко не столь уникален. Не от того, что им, быть может, пришлось пережить нечто столь безумное, о чём совсем не хочется говорить. Скорее от понимания того, что они здесь. Здесь и сейчас. Находятся рядом с тобой. Под одной крышей. В одном месте. В одно время. Они могут говорить и двигаться. У них есть свои мысли и свободная воля. Они способны на что угодно и тебе придётся, хотя бы попытаться, строить из себя дружелюбного парня. Нет ничего хуже. - Ммм, нет, спасибо, нет аппетита, - отвечаешь ты, повернувшись к Алеке. Не врёшь. Его действительно нет. И ты не знаешь, был ли он минуту назад, и испарился из-за того, что здесь появился кто-то ещё. Таинственный и незнакомый. Или его не было с самого начала. Очередной вопрос без ответа. Ну или с ответом, вот только, чтобы осознать его придётся ненадолго заглянуть в бездну. А ты точно не хочешь этого делать. Пусть бездна пялится на тебя, сколько ей влезет, но отвечать ты ей не намерен. Вот и всё.

Щёлк-щёлк. Не работает.  Старый, вошедший в привычку, приём снова даёт сбой. Ничего удивительного. Тебя вообще сложно удивить, но это неудивительно в особой степени. Будь ты нормальным, среднестатистическим парнем, который ходит на работу, откладывает денежки с каждой зарплаты на очередную вожделенную вещь, мечтает о повышении, а кошмары видит не чаще раза в год, и то по особому поводу. Тогда это тоже не смогло бы тебя удивить. Это не просто логично. Это сверхлогично. Хоть где-то твоё чувство логики продолжает бдить, словно трёхголовая псина на выходе из царства мёртвых. Ты снова открываешь глаза. Её нет. Это тоже логично. Именно поэтому тебе пора бежать. Добром это не кончится. Твоя поганая интуиция и не думает умолкать. А ты и не думаешь с ней спорить.  Если придётся бежать, то стоит сделать это со вкусом. Только сейчас ты, мимоходом, замечаешь, что абсолютно наг. Нет, ты не превратился в тех тварей из Варкрафта, но вместо этого лишился всей своей одежды. И даже представить не можешь, когда именно это случилось. Парочка догадок у тебя есть, и одна из них кажется совсем уж нереальной, но от того не менее приятной, однако ты вовремя понимаешь, что время на раздумья прошло. Быстро и незаметно, словно ты, крадущийся среди зарослей и готовый в любую секунду быть растерзанным очередной неведомой тварью, охочей до чужих жизней. А ещё ты грязный... не то чтобы это было так уж заметно, учитывая твоё новое состояние, но если прищуриться. И закрыть левый глаз, ты не знаешь почему это делаешь, но оно работает, и кажется, ты начинаешь видеть слегка другую картину. И в таком случае ты действительно грязный и исхудавший, а между ног продолжает болтаться орган, символизирующий твою принадлежность к мужскому роду. Неплохо, неплохо... Но всё-таки стоит привести себя в порядок. Ты киваешь собственным мыслям. Снова. И не слишком-то раздумывая бросаешься к водопаду-перегородке. Не самый плохой вариант, учитывая всё, что тебе пришлось пережить. Вода прохладная. В твоём представлении она была гораздо холоднее и ты даже невольно задержал дыхание, готовясь испытать не самые приятные ощущения. Но нет, её температура кажется вполне комфортной. Возможно, она действительно холодная, как тебе и представлялось, и дело всего лишь в восприятии этого самого холода. Но ты не уверен. Да и стоит ли вообще думать о подобном? Особенно здесь и сейчас? Нет, не стоит. Поэтому ты и не думаешь. Все счастливы. Вода помогает расслабиться. Звучит странновато, если не испытать на своей шкуре, но здесь твои параноидальные мысли начинают отходить на второй план. Чем дольше ты продолжаешь омывать собственное тело, тем больше забываешься, время вновь превращается в абсолютно нереальную величину, которую попросту невозможно воспринимать, не говоря уже о каком-либо подсчёте. Ты вовремя берёшь себя в руки. Вот так быстро. Вот так просто. Просто берёшь и делаешь. Вырываешься из цепких объятий стихии с приятным осознанием собственной чистоты. Ты собрался было бежать прямо так, не надеясь найти в этом прибежище подходящих предметов гардероба, но в дело вновь вступила интуиция. Она бывает крайне полезной. Алека жила тут не одна. Это ты понял сразу, не помнишь как именно понял, но понял, вот и всё. Никаких лишних слов и мыслей. Им здесь нет места. Как и тебе самому. Но можно и задержаться. В этом нет ничего страшного. Главное не привыкнуть. Это вредно. Здесь несколько комнат. Скорее импровизированных углов, каждый из которых каким-либо образом отражает природу её хозяина. Ну прямо как в дурацких играх. Ты уже был готов драться с боссом-стражем-этой-самой-комнаты. Но его не оказалось. Ты вздохнул и стал осматриваться. Уныло. Лучше слова подобрать нельзя. Оно идеально отражает всю суть этого местечка. Тебе сразу же захотелось сбежать отсюда и больше никогда не оглядываться, особенно если об этом кто-нибудь попросит. Но ты решил задержаться. Ненадолго. Эта комната явно принадлежала Алеке. Можно было сразу об этом догадаться, тут просто несёт сыростью, а все стены обросли мхом и плесенью. Но на всякий случай ты решил порыться в личных вещах, спрятанных в сером, как и сама комната, комоде. Они были женскими. В теории это мог быть кто-то ещё, но твоя логика продолжала подавать признаки жизни, а поэтому ты снова вздохнул и ушёл оттуда. Быстро и не оглядываясь. Следующая комната напоминала собой пристанище полубезумного героинового наркомана. Да, именно такая словесная конструкция сразу же родилась у тебя в голове. И она звучала просто идеально. В этот раз ты не стал тратить эфемерное, но оттого не менее драгоценное время на попытки составить портрет хозяина этого местечка, а попросту стал прицениваться к шмоткам. Паршивого вида шмотки, иначе и не скажешь. Они были разбросаны по всей комнаты, а их хозяин явно не знал слова "порядок". Как и ты, впрочем. Хотя, если принять во внимание возможность многомерного восприятия реальности или пространственно-временных искажений, то ты вполне мог бы оказаться хозяином этой комнаты, пришедшим из альтернативного будущего. Но делать такие выводы - значит плодить сущности, а их и так было... Слишком много. Поэтому ты просто натянул на себя шмотки, хоть немного пахнущие чистотой и пошёл оттуда. Жаль, что единственное в этом углу зеркало оказалось предательски разбито, ты был не прочь полюбоваться на свои новые джинсы и охренительную кожаную куртку. Кожаные куртки - это всегда круто. Даже если они не подходят тебе по размеру. Запомни это, сынок. Ты щёлкаешь пальцами, начинаешь пританцовывать и в эту секунду, вот прямо здесь и сейчас, ты готов поклясться, что это не может быть совпадением, в дом входит Алека. Ты рад и одновременно расстроен. Очередное чувство, которое слишком сложно описать человеческим языком, но ты даже не пытаешься, вместо этого нервно смеёшься и улыбаешься. - Э-э-э, привет! - машешь ей рукой. - Я тут... немного.. ну, как бы сказать, приоделся да, надеюсь мне не станут пускать пулю в лоб, за то что я взял чьи-то шмо... вещи, да. - ты снова смеёшься и опускаешь взгляд, всем своим нутром чувствуя приближение вселенского позора. И так всегда.  

Ожидание. Сложно представить себе что-то более неприятное. Враньё, конечно. Иногда, ожидание - это прекрасно. Оно заставляет тебя держаться на ногах. Не поддаваться депрессивным увещеваниям собственного разума. Просыпаться с улыбкой на устах и радостью в глубине сердца. Ожидание чего-то хорошего заставляет тебя жить, никак иначе. Нет разницы, что именно ты ждёшь, это может быть очередная игра, которая, просто обязана стать лучше своей предшественницы. Это может быть книга твоего любимого автора. Это может быть рождество, выход нового альбома группы, известной десятку человек, включающему тебя, очередной Близзкон, или день, когда выпадет первый снег. Ожидание может не оправдаться. Так оно обычно и бывает, чего скрывать. Игра оказывается полным дерьмом, писатель успевает откинуть копыта, перед тем, как закончит очередной magnum opus, всё рождество, ты по традиции будешь сидеть дома и ныть на анонимных форумах. Группа попросту распадётся, а солист сядет в тюрягу, из-за того, что переборщил с коксом, на Близзконе так и не анонсируют ничего интересного, ну а снег растает на следующий день, когда вернутся двадцатиградусная жара, от которой хочется выть волком и лезть на стену. Но ожидание всегда останется чем-то прекрасным и волшебным, и ты продолжаешь ждать и надеяться, сам не знаешь чего и на что именно, но всё-таки продолжаешь. Так проходит вся твоя жизнь. Сейчас всё совсем иначе. Это не то ожидание, о котором хочется вспоминать и делиться впечатлениями. Это - гнетущее и сводящее с ума чувство, когда тебе тяжело усидеть на месте, а всё что остаётся - ходить кругами по комнате, и вертеть в голове тонну неприятных и болезненных мыслей. Здесь нет места логике. Она отступает на задний план, а на сцену выходит безумная интуиция. Она берёт в руки невидимый микрофон и начинает вещать. Ничего приятного. Одни лишь подозрения и параноидальные идеи, от которых хочется забиться в тёмный угол и накрыться одеялом. Ты скрипишь зубами, но до последнего держишь себя в руках. Вновь возникает это отвратительное чувство нереальности происходящего, всё вокруг кажется очередным затянувшимся идиотским сном, но в глубине души ты понимаешь, что сладостное пробуждение тебе не светит. Всё будет только хуже. В этом мире иначе не бывает и быть не может. Когда кажется, что ты очутился на самом дне глубокой ямы, пол под тобой обваливается, открывая очередные неизведанные глубины морального падения. Ты пытаешься включить логику, но тумблер сломался. Остаётся лишь слушать интуицию. Что там она шепчет? Ах да, Алека не вернётся, ты останешься здесь, один на один с самим собой и собственным безумием. А потом придёт он. Интуиция замолкает, давая тебе возможность включить фантазия. Фантазия у тебя богатая, сомневаться в этом не приходится, именно поэтому ты издаешь невольный стон и едва не падаешь в обморок от холодного и липкого страха. Скоро твои нервы дадут сбой, а что потом? Ты вздыхаешь и закрываешь глаза. Время считать до десяти...

Спасибо, что не денуво.

Лишь бы его снова не поменяли :D

Пффф

Сны никогда не приносят ничего хорошего. Очередное правило, которое стоит запомнить, принять и вырезать у себя на коже. Подлинные воспоминания переплетаются вместе со страхами и мечтаниями, превращаясь в безумную фантасмагорию, медленно и постепенно сводящую тебя с ума. Снова и снова ты видишь одни и те же отрывки, не понимая, где кончается тонкая плёнка, отделяющая настоящие воспоминания от истошного крика обезумевшего разума, который просит только одного. Он просит пощады. Прямо как ты сам. Тебе плохо. Ты крутишься на крохотном диванчике, лишь чудом не падая на пол. Лучше упасть, чем переживать это снова и снова. В деталях прочувствовать каждый из восемнадцати уроков, призванных превратить тебя в пустую, послушную оболочку. Тень себя прежнего. Отголосок настоящего человека. Пародию на тебя самого. Но сон не остановить. Он лишь набирается обороты, словно бур, стремящийся к самому сердцу твоего искореженного сознания. И тебе приходится терпеть. Проживать целые жизни, изменившиеся вслед за тобой. Наполнившиеся разрушительной сутью шипов и зарослей, от которой нельзя скрыться даже в мечтах, Ты просыпаешься. Тяжело дышишь. Никакого холодного пота. Тебя всегда холодно, словно твоя душа навсегда осталась в тёмной камере, наполненной болью и отчаянием. Сколько ты спал? Никто не знает ответа. Здесь время течёт иначе. Никто не станет спорить. Садишься. Оглядываешься. Её нет. Снова один. Может её и не было? Очередная безумная грёза. Ты бы не удивился такому повороту событий, но вовремя увидел оставленную мелом надпись. Улыбаешься. Смеёшься. Едва слышно, не столько из страха перед кем-то, сколько перед собой. Только безумцы смеются громко и в самый неподходящий момент. Ты никогда не станешь безумцем. Это точно. Нельзя сломать то, что уже сломано. Не удалось даже безголовому ублюдку. Пусть кусает локти. Ты вздыхаешь и облокачиваешься о спинку дивана. Остаётся лишь ждать, пока она вернётся. А потом вы отправитесь домой. Никак иначе.

Так просто? Оставит без надзора. Не закуёт в цепи. Не отдаст приказ своим слугам. Не воткнёт нож в спину. Тебе смешно. Слишком тяжело поверить в такое благородство. Ты киваешь ей. Допиваешь кофе с джемом. Чёрный всё-таки вкуснее. Но и этот тоже ничего. Главное не задерживаться надолго. Только теперь ты можешь понять, насколько устал. Тяжело думать. Невозможно двигаться. Клонит в сон. Но ты боишься засыпать. Словно жертва Фредди Крюгера. Жаль, что твой кошмар существует на самом деле. Можно отрезать себе веки. Но тому парню это не помогло. Усталость берёт своё. Рано или поздно ты всё равно уснёшь. Нельзя бороться со сном. Нельзя бороться с самим собой. Обидно. Сам не замечаешь, как принимаешь лежачее положение. Здесь тепло. Совсем недавно ты был уверен, что обжигать может только лёд. Всё меняется. Быстро. Стремительно. Время сыпется, словно сахарный песок. Сладкий. Нельзя понять, не ощутив его на своём языке. Совсем недавно ты чувствовал вкус собственных слёз. Всё меняется. Время - это колесо. Прошёл целый оборот. Столько всего поменялось. Ничего не изменилось. Был конец. Стало начало. Было начало. Стал конец. Продолжай вращаться в нём, словно белка. Беги, Томас, беги... Но никогда не пытайся догнать собственную тень. Сам не замечаешь, как отдаёшься сну до последней капли.

- Вы тут не одна? - спрашиваешь ты, стараясь смотреть ей в глаза, - Есть и другие? Получается... это что-то вроде базы, да? Где можно отдохнуть, спрятаться от него... от них. Он ведь не один? Их много, наверное. Он не говорил о вас. Он вообще редко говорил. За него говорили другие... голоса. Но про вас я не слышал. Тогда я был уверен, что больше нет никого или даже ничего. Весь мир, он был там. Я... я едва не забыл собственное имя. Это было неприятно, действительно неприятно. Если бы я мог дать какой-то совет... вам он вряд ли поможет, но если бы, в теории, я бы мог дать его другим, тем, кому уготована такая же судьба, то... пусть не забывают собственных имён. И вообще не забывают - это вредно. Им так проще. И-и-и-и, да, не откажусь от джема, - ты улыбаешься, стараясь выжать из себя немного искреннего дружелюбия. Ты вдыхаешь полной грудью и медленно выдыхаешь через нос, чуть прикрыв глаза. Иногда это помогает успокоиться. Иногда нет. Но оно давно вошло в привычку. Это случилось ещё там. В том мире, куда ты так отчаянно спешишь. Там не было теней. Там не было шипов. Там не было Безголовых. Нет. Он был там. Он смог прийти туда. За тобой. Ничто не мешает ему вернуться. Неприятная мысль. Неужели, вернувшись домой ты всё равно не сможешь почувствовать долгожданный покой? Не окажешься в безопасности? Не забудешь всё случившееся, словно один большой и страшный сон, после которого принято просыпаться в холодном поту? И сможешь ли ты спать в, таком случае? Может, проще достать проклятый нож и завершить начатое? Но вдруг... Вдруг ты снова попадешь к нему? И тогда он сможет выбить из тебя последние крупицы воспоминаний. Он отдаст тебя шипам. Они не ведают жалости. Урок семнадцатый. Я дарю тебе свободу. Урок восемнадцатый. Покой - никогда. Этого не изменить. Остаётся бороться.   Ты пьёшь горячий чай и чувствуешь, как он растекается внутри твоего тела, прогоняя ненавистный холод. Ненадолго. Самая горячая в мире печка не сможет растопить тысячелетний лёд. Свет самой яркой звезды не сможет побороть эти тени. Ты смотришь на собственные руки и не понимаешь, что ты такое. Ты вспоминаешь зеркало и видишь там странное существо. Его плоть - сама темнота. Его глаза - два тлеющих угля. Его дыхание - дым. Его слова - пепел. Ты не можешь различить лица. Черты плавятся под твоим взглядом, находясь в постоянном движении. Он безлик. Он забыт. Он потерян. Он - это ты. Этого не изменить. Остаётся принять. 

- Ладно, ладно... - ты глубоко вздыхаешь. "Вряд он стал бы предлагать тебе чай"  Вновь оглядываешься. Успокаиваешь себе. Не закрывая глаз. Киваешь. Не думая про нож. Можно и подождать. Почему бы и нет? Ты ведь терпел. Долго. Действительно долго. Можно дать себе передышку. Только ненадолго. Иначе можно опоздать... Ты не знаешь куда, но всё-таки не хочешь опаздывать. Словно очнуться от долгого сна. Словно выйти из комы. Слова сами собой возникают в твоей голове. Отдельные воспоминания сами собой возвращаются на прежние места. Ох, а что будет думать брат? А  родители? Ты качаешь головой. Наверняка они сообщили о твоей пропаже в полицию. Расклеили листовки по городу. Может даже написали в интернет. Приятного мало, но ты им как-нибудь объяснишь. Всегда можно что-нибудь придумать. Не бывает безвыходных ситуаций. Ты это понял. - Чай, пожалуйста. - ты замолкаешь, но всего на мгновение. - Этот кофе никогда на меня не действовал. Только не забудьте положить сахар, три ложки, если быть точным, никогда не понимал, как можно пить чай без сахара, это всё равно что нарвать травы где-нибудь на улице, высушить её, заварить, а потом и пить этот отвар....

Дом. Прямо тут. Это кажется странным. Действительно странным. Вряд ли ты смог бы остаться здесь надолго. Это место ненормально. Оно сводит тебя с ума. С каждой проведённой здесь секундой ты теряешь крупицу собственного рассудка. Он растворяется среди этого бесконечного леса. Среди этих острых шипов. Среди этих проклятый зарослей. Вряд ли ты был первым. Вряд ли ты станешь последним. От этой мысли становится жутко. Вряд ли многие могут пережить подобное. И всё-таки они есть. Наверняка есть. Это обидно и приятно одновременно. Ты замираешь, прислушиваясь к этому странному чувству. - Милое местечко - произносишь ты слегка отстранено. Оно действительно миленькое. Здесь можно жить. Вполне комфортно. И всё-таки тебе неприятно. Это странно, безумное ощущение не оставляет тебя ни на секунду. Хочется бежать. Сломя голову. Куда угодно. Неважно как долго и далеко. Лишь бы вернуться домой. Это не твой дом. Пусть он и пытается казаться таким. Это лишь фикция. Муляж. Попытка подменить собой настоящий мир. Затянуть тебя в очередные кошмарные сети. Ты поеживаешься. - И всё-таки мне не хочется оставаться тут.... надолго. Я не хочу н-никого обидеть... Скорее наоборот, я хотел бы похвалить это место. Оно уютное и вы здесь неплохо устроились. И всё-таки у меня есть дела... Не уверен, что вы сможете помочь. Хотя, возможно, именно вы и сможете, но это лишь теория, мысль, скажем так, не имеющая под собой явных доказательств. Таким образом можно вообразить что угодно... И нет никаких гарантий, что это не так. Вполне возможно, что... воображенное окажется реальностью, или даже станет ей... если посмотреть с такого угла. Совру, если скажу, что никогда об это не задумывался, я задумывался, ещё как. Иногда мне казалось, что всё это и есть и плод моего сознания...  Вы, например, - ты усмехаешься, но вновь продолжаешь говорить, не в силах остановиться. - Да, я не удивлюсь, если так оно и есть. Вы - отколовшаяся часть моего сознания, возможно, попытка больного разума залечить собственные раны. Научить доверять людям... самого себя. Или наоборот, показать, что делать этого не стоит. Не суть, суть в том, что мне нужно домой, а это... это всё ещё милое местечко, но мне... нужно домой. Правда нужно.

Ладно. Не самая плохая сделка в твоей жизни. Теперь у тебя есть нож. Это главное. Твой самый верный друг. Он никогда не сможет предать. Не скажет плохого слова. Всегда поддержит в трудную минуту. Поможет в беде. Тебе становится легче от одной этой мысли. Ты стараешься не прикасаться к его рукоятке, боясь раскрыть своё единственное преимущество, но с трудом удерживаешься, чтобы в очередной раз не спрятать руку за спину и ощутить её в своей руке. Такую настоящую. Такую холодную. Ещё одна связь с домом. Если ты выберешься отсюда, то проделаешь в ней дыру и будешь носить на шее. Будто амулет. Хотя, он слишком тяжелый, лучше залить стеклом и носить в кармане. Будто сувенир. Или оставить ему первозданное великолепие. Убийственную красоту, свойственную только холодному оружию. Хотя вряд он был предназначен для убийства, скорее для резки мяса и овощей. Но это неважно, теперь он окроплён твоей кровью. Это почти ритуал, наверняка он стал... острее. Им теперь может убивать духов. В нём заключен дух! Хотелось бы верить, но на самом деле ты просто стараешься не думать. Не думать о плохом. Не думать о том, что тебя ведут прямиком в темницу. К твоему безголовому мучителю. Он наверняка приготовил ещё восемнадцать уроков. Хотя, за это время можно придумать гораздо... гораздо больше. Но ты успокаиваешь себя. Ведь у тебя есть нож, а нож уравнивает шансы. Это здорово. Ты улыбаешься, пока она не видит. И молишь кого только можно, лишь бы это не оказалось искусно обставленной западнёй.

Тебе страшно. Тебе обидно. Чертовски обидно. Вдруг, ты не был единственным? Вдруг есть и другие, сбежавшие от него. Ты тяжело дышишь смотря ей прямо в глаза. В эти пустые и безжизненные глаза. Она может быть кем угодно. Она может обещать помощь и воткнуть тебе нож в спину. Без сомнений. Без колебаний. Вновь и вновь. Ты бы заплакал, если мог. Тебе страшно. Тебе больно. Тебе одиноко. Ты хотел бы поверить. Но слишком много раз твои надежды рушились, словно карточный домик. Слишком много раз ты ощущал горький вкус предательства на своём языке. Ты прятался от непонимания. От упреков. Смешков за спиной. Дурацких слухов. Глупых обид. Внезапного презрения. Банального неуважения. Ты устал. Как ты устал. Ты закрываешь глаза. Это твой дом. Линолеумный пол. Плита. Холодильник. Запах приправ. Голос Мика Джаггера, Ножи. Один из них прямо в твоей руке. Окропленный твоей собственной кровью. Но ты не чувствуешь боли. Лишь удовлетворение. Злобу. Толику безумной радости. Надежды. Предвкушения. Ты знаешь, что конец близок. Тогда ты знал. Сейчас ты тоже знаешь. Но совсем иное. Ты знаешь, что это - дорога в ад. И это хуже всего, с чем тебе приходилось столкнуться. Ещё минуту назад ты был в этом уверен. Сейчас всё изменилось. Может тогда всё и было хуже? Когда ты взял самый острый кухонный нож. Ты не был уверен, что он действительно острый, но ты поверил и мечта стала явью. Ты сжимал его в руке. До последних секунд до посадки на этот скорый поезд, едущий прямиком в бездну. Бездну под названием "Не-конец", всего лишь очередной круг, в этот раз гораздо более болезненный. Но в каком-то смысле менее. Ты понимаешь это. Осознаешь чётко как никогда. Словно ты заснул, не в силах выучить это дурацкое стихотворение, а стоило проснуться и ты можешь рассказать его без запинки. От начала и до конца. С самого первого раза. Ты не открываешь глаз. Заводишь руку за спину. Там всегда есть задние карманы. Один раз ты купил штаны без них и плевался каждый раз, когда машинально тянулся за мелочью. Ты нащупываешь рукоять. Это он. Точно. Сомнений и быть не может. Это тот самый нож, которым ты лишил себя жизни. Твой несчастливый билет на скорый поезд, едущий прямиком в бездну. В бездну под названием "Не-конец", всего лишь очередной круг, в этот раз гораздо более болезненный. Но в каком-то смысле менее. Кажется, это больше не имеет значения. По крайней мере пока. Ты открываешь глаза. Всё ещё чувствуешь рукоять. Теперь у тебя есть нож и это меняет всё. Твой брат всегда предпочитал собственные кулаки. но ты - не твой брат. Нож это здорово. Нож уравнивает шансы. - Т-том, - произносишь ты, запинаясь. Ты на самом деле запинаешься, а не пытаешься играть озадаченность. - К-кажется я заблудился.

Странно. Ты представлял всё совсем иначе. За эти несколько мгновений в твоей голове успели пронестись кадры признаний, выданных под пытками, быстрого удара ножом прямиком в грудь, туда где у человека должно быть сердце. Ты увидел дверь, она стояла посреди травы и кустарников, гладкая и отполированная, покрытая лаком, с позолоченной ручкой. Сверху была табличка, ну прямо как в той книжке, название которой вертится у тебя на языке, но никак не может вспомниться. "Потерянный" вот что было выгравировано на ней. Всего лишь одно странное слово, но оно сразу же вызывает щемящую сердце тоску, хоть ты и не понимаешь отчего. Остаётся лишь отпереть её - назвать собственное имя, и шагнуть навстречу томящей неизвестности. Навстречу долгожданному дому. Образ рассеялся столь неожиданно, что ты застонал от недоумения и принялся озираться по сторонам. Лишь через мгновения до тебя дошли слова женщины. А ведь она могла попросту всадить нож тебе в глотку. - Нет! - кричишь ты, отстраняясь. - Я не вернусь туда! Ни за что! Лучше убей меня прямо здесь! Давай, попробуй! - ты медленно пятишься, выставив перед собой руки. Вряд ли это сможет защитить от неожиданной атаки, но так тебе попросту легче. 

Проходит время выжидать. Наступает время действовать. Ты осторожен. Как никогда. Свобода близко. Ты чувствуешь это. Иначе он не стал бы посылать за тобой верного слугу. Ты едва сдерживаешь смешок. Это было так очевидно. Так просто. Так глупо. Но теперь вы поменялись местами. Снова. Ты осторожно обходишь её, среди теней и высоченных стволов. Когда-то это была женщина. Это кажется очевидным, хоть ты не можешь вспомнить ни одной женщины. Здесь нет никакой разницы. Ты всегда умел прятаться. Неплохое уменье. Теперь оно стало полезным как никогда. У тебя нет ножа. У тебя нет винтовки. У тебя нет острых когтей. Но у тебя есть хитроумный фокус - эффект неожиданности. Она даже не знает где ты находишься. Тебе весело. Безумно весело от одной этой мысли. Будь ты садистом, то стал бы изводить её. Появляться из темноты. Наносить удар. Болезненный. Исподтишка.  Затем вновь ускользать, словно неуловимый хищник. Наблюдать за паникой, вырисовывающейся на покрытом рыбьей чешуей лице. Позволить ей бежать, дать мнимый шанс на спасение. А затем прикончить, медленно и безжалостно. Но ты не такой. И даже безумные уроки, приготовленные этим выродком не смогли поменять твоей сущности. Оказавшись у неё за спиной ты чувствуешь неуловимый страх, но быстро гасишь его разгорающейся яростью. - Время умирать! - выкрикиваешь ты глупую и пафосную фразу, неожиданно всплывшую у тебя в голове и бросаешься на неё из засады. Ты хочешь повалить её, напугать, прижать к земле и заставить выронить этот треклятый нож. А дальше наступит время импровизации. Глупо продумывать детальные планы, не зная, что ждёт тебя через секунду.

Опасность. Здесь нельзя расслабляться. Ни на секунду. Ты увидел. Краем глаза. Ты услышал. Тихий шорох. Этого было достаточно. Ты провёл в этом месте слишком много времени. Не знаешь сколько именно. Но понимаешь, что много. Действительно много. Ты видишь его. Бушующее море. Бесконечный океан. Глубже, чем можно себе представить. Ты чувствуешь запах соли. Морской ветер обдувает твоё обнаженное тело. Но он принадлежит не тебе. Это они сделали тебя таким, ты морщишься от одной этой мысли и осторожно, пригнувшись, теряя зримость и осязаемость, движешься в сторону леса. Опасность. Ты не любишь сворачивать с проторенной дороги. Пусть она усыпана костями, пусть тебя сводит с ума этот хруст, но там нет их. Они выжидают в тени. Это их логово, их охотничьи угодья, их дом. Здесь ты чужак. Добыча. Дичь. Пища. Совсем скоро твоя никчёмная жизнь будет похищена. Лучше умереть. Сотню раз быть растерзанным чудищами, но больше никогда не оказаться там. Урок седьмой. Из плена можно вырваться. Урок восьмой. Из рабства - никогда. Ты помнишь эти слова. Слишком хорошо. Они выжжены на твоей душе. Восемнадцать уроков боли, страданий и вечной скорби. Восемнадцать попыток превратить тебя в верного раба. У них не вышло. Хотелось бы в это верить. Ты смотришь на неё, спрятавшись в тенях. Гидра. Верная ищейка своего хозяина. Ну уж нет. Время поменяться ролями. Теперь ты - охотник. А она - жертва. И ты покажешь ей, что такое настоящие страдания.

Всегда должна быть альтернатива! 

Не, не хочу про космос. Даёшь драгонягу!

Тут должна быть ссылка на флибусту.

Тик-так. Топ-топ. Бежит время. Бежишь ты. Сколько времени прошло? Сколько прошёл ты? Нет ответа. И не будет. Только тишина. Звук шагов. Хруст костей. В голове мечта. Заблудился. Заплутал. Некому спасти. Вечность будешь ты блуждать. По этому пути. Вой услышал в темноте. Слеза скатилась по щеке. В голове один лишь лёд. Кто-то песенку поёт. Говорит одно и то же: "Вот и всё. Пришла беда. Средь деревьев и шипов. Блуждать тебе из года в год. О свободе не мечтай. Свою долю выбирай". Отвечаешь про себя. Голосом дрожащим: "Выбор сделал я давно. Нет ничего проще. Средь деревьев и шипов. Блуждать теперь из года в год. Выход всё-таки найду. И свободу обрету". Cтрах уходит. И сомнения. Паника. И наваждение. Принимаешь ты судьбу. Вновь ступаешь на тропу. Секунды. Минуты. Часы. Сутки. Недели. Месяцы. Года. Века. Тысячелетия. Здесь время течёт совсем иначе. Оно густое. Липкое. Словно кисель. Или пролитый час. Некому вести подсчёты. Некому оставлять зарубки. Все бегут. Спешат. Бояться опоздать. Опоздать на собственные похороны. Бегут прямиком в пасть очередному зверю, притаившемуся в тени кустарника. Изодранному шипами. Забывшему своё тело. Своё лицо. Своё имя. Вы так похожи. Вы такие разные. Они сломали твою плоть. Они разбили твой разум на мелкие осколки. Они сожгли твои лёгкие. Содрали кожу. Заставили мышцы истлеть. Раздробили кости. Выдавили глаза. Перекрутили мозг через мясорубку. Они изменили тебя. Отдали шипам, не знающим пощады. Но ты смог сохранить частичку себя. Крохотный осколок прежней жизни. Он давал тебе силу. Не позволял забыть собственной имя. Напоминал о свободе. Укреплял твою веру. Поэтому ты идёшь дальше. Не считая дни. Не оглядываясь. Забираясь всё глубже и глубже. В этот непроходимый лес, наполненный смертью. Чудом. Волшебством. Таким опасным и притягательным. Но ты видел кости. Видел монстров, столь похожих на тебя. Ты никогда не станешь таким как они. Нет ничего хуже. Выход есть. Ты веришь в это. Где-то совсем неподалеку ты найдёшь одинокую дверь. Она будет стоять посреди поляны. Или, быть может, вырублена в стволе одного из этих огромных деревьев. Но ты узнаешь её. Без сомнений. Прямо как Роланд на том самом пляже. "Кто?". И ты назовешь собственное имя. Столь хранимое и драгоценное. А затем она откроется и ты попадешь домой. Там будет хорошо. Тихо и спокойно. Там тебя примут. Полюбят. Обогреют. Таким, какой ты есть. Таким, какой ты стал. Ты все вспомнишь, а потом заплачешь. От счастья, конечно. И больше никогда. Никогда. Господи, никогда сюда не вернешься. Никогда.

Смешно. Безумно. Невыносимо. Ты с трудом сдерживаешься, чтобы не выпустить этот смех на волю. Слишком рано. Подожди. Совсем немного. Подожди. Ты терпел гораздо дольше. Подожди. Не доверяй ему. Не доверяй себе. Не доверяй никому. Правильно. Верно. Справедливо. Ты мог бы кивнуть, но просто соглашаешься. Никакой радости. Никакого облегчения. Лишь страх. Недоверие. Недоумение. Ты не веришь. Слишком просто. Очередная уловка. Проверка на вшивость. Искусный трюк. Жестокий урок. Вечное наказание.  "Томас, Томас, Томас..." Оно не могло кончиться так просто. Ждал. Страдал. Терпел. Ковал. Великую ложь в кузнице собственного разума. Хотел бежать. Порвать оковы и выскользнуть отсюда. Не имеет значения куда. Хуже не будет. Хуже не было. Хуже не бывает. Очередная издёвка. Словно полуденное солнце. Но здесь нет солнца. Его нет и в твоей голове. Обрывки. Осколки. Обломки. Смазанные образы. Слова. Фразы. Лица. Буквы. Цифры. Знаки. Символы. Ключи. Замочные скважины. Никакого смысла. Но он есть. Ты веришь. Смысл есть всегда. Просто нужно вспомнить. И ты вспомнишь. Обязательно. Осталось лишь найти путь наружу. Он совсем рядом. Извилистая тропа, вымощенная костями. Таких как ты. Заблудших. Заплутавших. Беглецов. Будь у тебя сердце оно бы выпрыгнуло из груди от тягостного предвкушения. Но ты ощущаешь только давящую неизвестность. Слишком просто. Слишком безумно. Слишком смешно. Он вновь схватит тебя, как только ты окажешься в метре от долгожданной свободы. Преподаст ещё восемнадцать уроков, пока последние мысли о бегстве и свободе не сожрут сами себя. Пока ты не забудешь собственное имя. Пока это место не станет для тебя домом. Пока ты не станешь таким же как он. "Томас, Томас, Томас..." Вернуться. Отвергнуть сомнения. Присягнуть на верность. Стать послушным. Забыть о прошлом. Принять его догматы. Взрастить их внутри себя. Пусть лозы опутают тело. Пусть шипы войдут внутрь души и раздерут её в кровь. Заберут последние проблески человечности. Извратят их. Исковеркают. Словно кривое зеркало. Вернут обратно. Величайший дар. Судьба. Суть. Смысл жизни. Нечто большее. Тебе больно. От одной мысли об этом. Ошибка. Оплошность. Помарка. Нельзя допустить. Не сейчас. Больше никогда. Тропа, ведущая сквозь заросли. Бесконечный лабиринт. Проще умереть. Раствориться. Исчезнуть. Раз и навсегда. Выбора нет. Он есть. Но это худшее, что ты можешь представить. Первый шаг. Медленно. Осторожно. Сомнения. Страхи. Они остались внутри тебя. Они стали тобой. И ничто не сможет вас разделить. Остаётся лишь принять. Ад. Рай. Никакого смысла. Тебе нужен лишь дом. И пусть им окажется девятый круг. Наполненный льдом и страданиями. Хуже не будет. Ты веришь в это. Больше у тебя нет ничего. Вера. Свобода. И собственное имя.